Слёзы Медной Горы Хозяйки

Глава 1

У Настасьюшки особенность была. Умела она в снах с дедами да бабами разговаривать. Из тех, что умерли давно. Вот ляжет Настасьюшка спать, только глаза закроет, а они уже тут как тут, да каждый со своей бедой-печалью. Неупокоенные души тоже приходили, рассказывали где их смерть нашла, просили, чтобы Настасьюшка рассказала это родным их. Но одна беда: померли давно уж эти родные, некому рассказывать. Вот и стали души между собой общаться, и так подружились, что впору самовар ставить да лист смородиновый запаривать, да варенье из погребов доставать да на стол ставить.

И так привыкла уж к ним Настасьюшка, что даже грустить стала, если кто-то из них исчезал и больше не являлся во снах.

«Неужели нашлись, да душу упокоили?» - думала она.

И стал приходить к Настасьюшке во сне молоденький парнишка. Данилой-мастером назвался. Тихий, скромный, садился в уголочке, да рассказы стариковские слушал. Всё молчал, только вздыхал тяжко.

- Данила, что ты всё грустишь? - спросил дед Парфен. – Аль Настасьюшка приглянулась?

- Приглянулась, дед Парфен, приглянулась, - вздыхал Данила. – Очень она на мою Настеньку похожа. Те же косы русые, да глаза голубые, да стан тонкий, да сердце доброе…

И покатилась скупая мужская слеза по щеке мастера. Взблестнула в лунном свете и исчезла.

Удивилась Настасьюшка, стала расспрашивать Данилу: кто такая, да что случилось. Долго таиться Данила не стал, видно наболело в душе. И рассказал он всем, как на далеком Урале жил, как камни самоцветные по горам искал, как в ученики мастеру попал, который научил его красоту камня видеть, как задумал сделать цветок каменный, лучше которого нет на всём свете.

И про Настеньку рассказал, как она вместе с ним росла, да науку мастеров каменных дел познавала. А как в возраст вошли, поженились, деток народили. Жили дом-полная чаша, да вот только не давал Даниле покоя Каменный цветок, что по ночам снился, да манил к себе.

Стал Данила чахнуть. Ничему не рад. Ушел в горы, там Хозяйку Медной Горы встретил и пропал. Люди говорят, что сделал он цветок каменный, видели те, кто в пещеру попадал. Только обратного пути оттуда не было. Никто не возвращался.

- Правду говоришь. – всплакнула Марфутка. – Мой Проша тоже у хозяйки пропал. Сгинул вслед за другими. Думал, что он непременно и цветок найдёт, и возвернуться сможет. Не смог.

Проснулась утром Настасьюшка, водой чистой умылась, душ приняла, встрепенулась, надела офисный костюм и отправилась на работу.

- Анастасия, зайдите к Петру Власовичу, - позвонила секретарша.

Настя встала из-за стола. Наскоро опрокинула в рот остатки утреннего кофе и закашлялась: что-то в горло попало. Приложила Настя салфетку ко рту, прокашлялась, да так, что слёзы на глаза навернулись.

«Хорошо, что тушь водостойкая» - подумала Настя, наскоро привела себя в порядок, машинально сунула салфетку в карман и поспешила к шефу в кабинет.

- Анастасия Кирилловна, - шеф как всегда начал очень пафосно. – Поступила новая заявка. Думаю, Ваш отдел с этим справится. – Он кивнул на лежащую на столе папку. – Срок исполнения неделя.

Настя взяла бумаги, вернулась в офис и погрузилась в изучение бумаг.

- Нет, это ни на что не похоже, - возмутилась она. – Шеф окончательно сошел с ума.

- Настён, что там такое? – поинтересовался Тимофей.

- Да он дал неделю на проект «Каменный цветок» - сквозь зубы прошипела Настя. – Представляешь?

- Ну-ка, ну-ка, - Тимофей протянул руки к папке, но Настя ловко шлёпнула его по пальцам. – Ручонки прочь. Видишь гриф «совершенно секретно».

- И как мы будем справляться с этим, если информация секретная? – подтянулась к столу Алиса.

- Да как-нибудь справимся, - нахмурилась Настя. – Сначала я изучу, потом вам расскажу.

- Ну давай, давай, - хмыкнул недовольно Тимофей. - Посмотрим, что у тебя получится.

В офисе Настя засиделась допоздна. Уже и уборщицы закончили работу, и охранник несколько раз гремел ключами, намекая, что пора заканчивать работу. Но Настя, с головой погрузившись в бумаги, всё пыталась найти зацепку: с чего начинать.

- А у вас тут интересно, - сказал Данила-мастер, - Оглядываясь по сторонам.

- Ты как тут оказался? - удивилась Настя.

- Ты заснула, - улыбнулся Данила. - Прямо за столом.

- А как ты меня нашел? – всё ещё удивлялась Настя, хотя понимала, что во сне возможно всё.

- Так у тебя привязь ко мне есть, - пояснил Данила. – Слеза моя тебе на волосы упала, а потом с головы в чашку с кофеем. А потом ты проглотила её, но неудачно. Хорошо, салфетку не выбросила.

Настя проснулась, с удивлением посмотрела по сторонам, сунула руку в карман, достала салфетку и осторожно её развернула. Внутри салфетки она увидела отличный бриллиант чистой воды в виде слезинки. Даже при искусственном освещении он издавал поразительное сияние.

«Ох, ничего себе!» - удивилась Настя. – «Это же целое состояние!»

Подумала так и застыдилась. Это же слеза души неупокоенной, а она так радуется.

Посмотрела она по сторонам и тут в голове прояснилось: она поняла, что делать с этим проектом. Крепко сжала она в ладони слезинку и…

- Доброго здравия тебе, Настасьюшка, - поклонилась деревенская баба, вскинула на плечо коромысло, повесила два ведра и лёгкой походкой, не переставая вилять бедрами, пошла вдоль по улице.

Оглянулась Настя, а вокруг далёкое прошлое: деревянные домики, мужики на возах сено везут, сытые лошадки всхрапывают, детишки по лужам скачут, брызги во все стороны летят.

А навстречу к ней торопится Данила-мастер:

- Ну, Настасьюшка, готова? – спрашивает и так ласково в глаза смотрит, что не посмела ему отказать и только кивнула в знак согласия.

И пошли они к той самой горе, где по преданию Данила-мастер сгинул.

Настя понимала всю абсурдность ситуации, но решила отдаться на волю судьбе.

«Будь что будет» - подумала она, карабкаясь по крутым тропинкам, да звериным тропам нехоженым вслед за Данилой.

И понимала Настя, что реально такого быть не может, что она во мгновение ока перенеслась не только в другое место, но и в другое время, да как-то задумываться об этом не стала. Просто решила, что ей всё это снится.

- Тихо, - прошептал Данила и нахмурился.

«Что там?» - одним взглядом спросила Настя.

Данила приложил палец к губам и показал пальцем вглубь чащи. Настя, как ни старалась, ничего не видела, но вскоре услышала треск сухих веток. Кто-то торопливо спускался с горы, и, похоже, их пути пересекутся.

«Хорошо, если это не зверь» - подумала Настя. - «Хотя, кто знает, иногда человек опаснее зверя»

Вдруг тот, кто шел сверху, вскрикнул и затих. Потом послышался слабый стон. Похоже, ему требовалась помощь. Осторожно, стараясь идти как можно тише, Настя и Данила приблизились к небольшой полянке. Впереди, прямо на тропе, по которой они шли, зияла дыра. Кто-то туда провалился совсем недавно. Осторожно прощупывая тропинку, чтобы не попасться в подобную охотничью ловушку, они приблизились к яме и заглянули вниз.

В глубокой яме сидел молодой парнишка и тихо поскуливал Он гладил ногу и с тоской смотрел вверх. С поврежденной ногой у него не было шансов выбраться. Увидев Настю и Данилу, он обрадовался и насторожился:

- Вы кто? Откуда?

- Мы люди, из деревни, что под горкой стоит.

- Помогите мне выбраться.

Данила нашел бревно подходящее, сунул его в яму, но парень не смог сам выбраться. Тогда Данила спустился к нему и помог.

- Как это тебя угораздило? – поинтересовалась Настя, осматривая поврежденную ногу. – Похоже надо шину накладывать.

Она оторвала от нижней юбки несколько длинных полос, чтобы использовать как бинты и с помощью трёх березовых веток зафиксировала ногу.

- Тебя как зовут, спасительница моя, - спросил парень, глядя на Настю влюбленными глазами.

- Настя, - ответила девушка. – А ты кто?

- А я Никита, младший сын Медной Горы Хозяйки.

Удивились Настя и Данила. Никто никогда не знал, что у Хозяйки Медной Горы есть дети. А Никита посмотрел на неё глазами зелёными да поведал историю, ранее неслыханную.

Хозяйка Медной Горы не всегда в горах жила. Родилась она в деревне по ту сторону от Гор Уральских, да была такой красавицей, что приглянулась барину заезжему. Тот её и похитил. Да только брать в жены деревенскую девку, хоть и красавицу писанную, ему несподручно было. Вот он и спрятал её в горах. Построил в пещере хоромы, впору царским палатам, окружил слугами верными, да сам как-то и сгинул. Никто не знал, куда он подевался, но ни на том, ни на этом свете его больше никто не видел. То ли медведь его задрал, то ли черти в пекло утащили. Слуги постепенно разбежались, прихватив с собой добро хозяйское. Так и осталась Хозяйка одна.

И стало ей тоскливо и одиноко. И обидно, что жених названный её не искал. Очерствело её сердце, озлобилось. И стала она во снах к парням молодым являться, в горы зазывать, красотой неземной пленять, да богатствами несметными поделиться обещала.

Те, кто силён духом, по утру только осеняли себя крестом широким, да в миру оставались. А кто духом слаб, те в горы шли. Не всех допускала к себе Хозяйка Горы Медной, только самых сильных.

Вздохнул Никита, и покатилась слеза, скупая, мужская по его щеке. Но Настенька уже знала цену такой слезе, подставила ладошку и получила ещё один чистый-чистый камешек, тоже в виде слезинки. Данила одобрительно кивнул, но ничего не сказал.

Стали они решать, куда лучше направиться: вниз в деревню, или вверх, в пещеру.

Никита уговаривал спуститься, но Данила настаивал на продолжении пути, тем более, что до пещеры тут рукой подать. Ну а что Никите от матери влетит за бегство, это не его забота.

Соорудили они из подручных средств что-то типа носилок и потащили Никиту вверх. Благо, не такой он тяжелый оказался.

У входа в пещеру Никита попросил оставить его здесь, чтобы сразу не нарваться на гнев матушки, но Настя сказала, что это небезопасно: вокруг бродят звери дикие, а Никита не сможет от них сбежать.

Так и предстали они перед очами Хозяйки Медной Горы: грязные, оборванные, с раненым мальчишкой в руках.

Всплеснула руками мать, стала как обычная баба причитать да сына обнимать. А потом к гостям обратилась:

- Чем я могу отблагодарить вас за спасение сына моего? Хотите богатства, каменьев самоцветных, власти колдовской, да жизни вечной?

- Спасибо, Дарья Васильевна, - сказала Настя, поклонившись в пояс. – Ничего нам этого не надобно. Мне бы с проектом разобраться…

- Постой, - насторожилась Хозяйка. – Откуда ты имя моё знаешь?

- Так само на ум пришло, - ответила Настя и плечами пожала. – Вроде как всегда его знала.

Удивились все. Вот тебе и Настасьюшка, оказывается непростая девушка, есть в ней тайна какая-то особая.

Пригласила Хозяйка гостей за стол, угостила яствами изысканными, фруктами невиданными.

Стала Настя выпытывать Дарью Васильевну, откуда она взяла эти фрукты.

- Да на огороде, - просто ответила Хозяйка, удивившись, что это заинтересовало Настю. – Семена нашла в коробочке, посадила в пещере светлой, вот и выросло.

- А где эта пещера? – поинтересовалась Настя.

- Завтра покажу, - сказала Хозяйка. – Сейчас поздно. Солнце уже зашло. Темно. Спать пора.

А во сне снова к Настасьюшке собрались души неупокоенные. Удивились тому, где они оказались и стали вспоминать, что бывали уже в этих местах, что всё им вокруг знакомо.

Утром Настя рассказала всем, что приходили к ней души неупокоенные, говорят, что бывали в этой пещере. Нахмурилась Хозяйка, сказала, что, возможно это кто-то из тех, кто пытался пробраться к её богатствам с нечистой душой. Те так и сгинули здесь в округе.

Решив заняться этим вопросом попозже, когда удастся в очередном сне подробнее расспросить души обо всём, отправились гости с Хозяйкой вглубь пещеры, к хозяйкиному огороду. Никита тоже с ними рвался, но мать строго приструнила его, чтобы лежал спокойно, ногу не тревожил, да отвар лечебный пил вовремя.

Идти пришлось недолго. За очередным поворотом буквально вспыхнул яркий свет. Насте показалось, что они вышли наружу, но оказалось, что это не так. Откуда струился свет было не понятно, но растения на заботливо ухоженных грядках стремились вверх и просто радовали глаз невероятно-изумрудной зеленью. Вся пещера была такой зеленой, что казалось, будто всё покрыто мхом и густой травой. Но, приглядевшись, Настя с изумлением отметила, что находится в огромной малахитовой пещере. И всё в этой огромной теплице сделано из отборного малахита. К каждой грядке был проложен импровизированный водопровод, по которому текла хрустальной чистоты вода. И множество крошечных радуг сияло под сводами этой невероятной пещеры.

Сорвав несколько фруктов, Хозяйка положила их в корзинку:

- Это на обед, чтобы дважды не ходить, - пояснила она.

- А как они называются? – поинтересовалась Настя.

- Не знаю, - искренне ответила Хозяйка. – Как-то не было необходимости в этом. Еда и еда. Вкусно, и точка.

Настя невольно вздрогнула, услышав знакомое словосочетание. И чувство глубокой ностальгии посетило её. Грустно стало, а ну как останется здесь навсегда. Ведь просто так уйти от Хозяйки Медной Горы ещё никому не удавалось. А пополнить количество неупокоенных душ ей не хотелось.

На обратном пути Настя задумалась: как ей удалось попасть сюда? Сначала она подумала, что просто спит, и, стоит ей проснуться, как окажется в своём мире. Но тут же отмела это предположение, ведь если бы это был сон, то неупокоенные души были бы с ней. А так они появились только во время сна в этой реальности.

И вспомнила, как сжала она слезинку Данилы, и попала сюда. Значит, его слезинка открывает портал в прошлое. А как вернуться? И тут она вспомнила о слезинке Никиты. Ведь, если полученная в той реальности слезинка перенесла её в прошлое, то может быть Никитина слезинка, полученная в этой реальности, вернёт её обратно?

Настенька подавила желание немедленно проверить действие второй слезинки. Ведь в этой реальности у неё осталось столько незавершенных дел, а вдруг повторный перенос не состоится, или начинать надо будет всё с начала, и не факт, что второй раз удастся подобраться так близко к тайне Хозяйки Медной Горы.

За обедом Настенька постаралась выяснить у Хозяйки как можно больше информации о том, как она заманивала парней в гору. И та рассказала, что всё дело в силе веры человека. Если у человека есть вера, то и дух его силён, никакими посулами его не сломишь.

Грустно стало Насте. Ведь оказалось, что её неупокоенные души были слабы верой. И никакой надежды на то, что она появится у них нет. А значит, быть им в таком состоянии всегда?

Ну ладно, им то дано это в наказание, ну а ей это за что? Неужели всю свою жизнь она будет по ночам видеть один и тот же сон? Надо искать выход. А для начала вернуться в свой мир и попытаться найти там какие-то подсказки.

Перед сном Настя достала слезинки и растерялась. Они были идентичны. Как говорится: как две капли воды. Одна разница: одна отправляла в прошлое, вторая, по идее, должна вернуть обратно. Настя растерянно смотрела на слезинки и заметила, что к одной из них прилип крошечный кусочек салфетки. Той самой, в которую она утром кашляла. «Никогда не думала, что так буду радоваться некачественной размокающей салфетке» - подумала Настя и решительно сжала вторую слезинку.

В офисе ничего не изменилось. Даже бумаги на столе лежали в том же порядке, а за окном по-прежнему была непроглядная ночь.

«Получается, что пока я была в другой реальности, здесь время остановилось, - подумала Настя. – И это здорово. Надеюсь, что там всё происходит точно так же, и моё отсутствие никем не будет замечено.»

Настя с удвоенной энергией принялась рассматривать бумаги из заявки и казавшаяся ей с утра безумная идея: устроить на выработанных участках Уральских гор теплицы для выращивания местных овощей и фруктов показалась вполне реальной. Ведь она сама видела, что это возможно. Оставалось только вернуться и узнать подробности об источнике энергии питающей пещеру.

Чтобы больше не путаться со слезинками, Настя достала из стола футляр с глазными линзами, которые как-то купила по случаю, чтобы поэкспериментировать с цветом глаз и поместила слезинки в отдельные ячейки: правая – Данилина, левая – Никитина.

Было желание поговорить сразу и с неупокоенными душами, но Настя решила не тратить время на сон в этой реальности, ведь в той реальности она как раз собиралась лечь спать. Значит, общение откладывается на какие-то пару-тройку минут. Настя решительно сжала Данилину слезинку и снова оказалась в пещере рядом с кроватью, где ей предстояло провести ещё одну ночь.

- Настасьюшка, я вспомнил, что это было, - прокричал дед Парфен, едва Настя погрузилась в сон. – Нас барин к девке, украденной в услужение поставил, да сгинул. А мы добро похватали, да по домам подались. И никто не подумал о том, как девка одна останется. Ей то обратной дороги не было. Куда ей ославленной возвращаться. На позор родни разве что.

- Вот как оно, оказывается, - задумалась Настя. – И как же теперь вам всем прощение заслужить? Хозяйка не простит такого предательства.

- Так она и сама, получается, душа неупокоенная, - предположила Марфутка. – И бед не меньше нашего натворила за всё время. Ей тоже бы покаяться надо.

- Не знаю, - задумалась Настя. – Что-то сомневаюсь, что она будет перед кем-то каяться.

- Ладно, время терпит, – грустно сказал дед Парфен. – Главное, мы знаем, что делать.

Утром Настя рассказала Даниле, о чем они договорились с душами. Данила не был в том сне. Потому что в этой реальности он ещё жив, значит являться в снах не может.

Хозяйка Медной Горы хлопотала на кухне, пекла блинчики к завтраку. Более нелепой ситуации Настя и предположить не могла. В её подсознании Хозяйка – неприступная и жестокая владелица Уральских гор, которая прятала богатства от посторонних и всякого, кто пытался к ним приблизиться мороком изводила. А вот, оказывается, это очень добрая и заботливая мама и гостеприимная хозяйка.

- Я могу чем-то помочь? – спросила Настя.

- Да, сбегай на огород за фруктами, - ответила Дарья Васильевна, наливая тесто на сковородку. – Только корзинку возьми.

Настя решительно пошла по подземному переходу, но не заметила такого яркого свечения, которое было при прошлом посещении. В сгущающем полумраке, ощущая подступавший холод, она сорвала несколько фруктов с того же дерева, и быстро отправилась обратно.

- Дарья Васильевна, - взволнованно прокричала она. – Там почему-то темно и холодно.

- Ой, батюшки, - всплеснула руками Хозяйка. – Забыла дровишек подкинуть! - она всучила Насте в руки сковородку. - Справишься с блинами? – и быстро побежала по переходу.

Насте очень хотелось узнать, что за дровишки подкидывает Хозяйка, но она не могла прервать процесс выпечки блинов. Ведь если она последует за Хозяйкой, та может решить, что Настя за ней следит, ещё и обидеться может.

- Я прослежу, - тихо сказал появившийся из ниоткуда Данила, - и тихонько направился вслед за Хозяйкой.

Сначала он шел тайно, но потом решил, что лучше действовать в открытую.

- Дарья Васильевна, Вам помочь? – прокричал он.

- Давай сюда, - ответила Хозяйка. – В левом проходе кладовка. Бери дрова и тащи в пещеру.

Данила оглянулся, но ничего напоминающего дрова не обнаружил. На стеллажах рядами лежали металлические капсулы, по виду очень тяжелые.

- Сколько брать? – крикнул он куда-то в проход.

- Хватай, сколько унесёшь, - взволнованно прокричала Хозяйка. – Похоже тут хорошо всё остыло.

Данила притащил в пещеру несколько капсул и побежал за очередной партией.

- Тележку возьми, - прокричала вслед Хозяйка. Она в кладовке справа.

Кладовка справа была закрыта.

- Как её открыть? – прокричал Данила. - Тут замок.

- Ключ у меня, тащи пока в руках дрова.

Данила взял ещё дровишек и побежал к Хозяйке, которая пыталась заново растопить печку, но это не удавалось. Становилось всё темнее и холоднее. Ещё немного, и урожай погибнет.

Натащив изрядное количество дров в пещеру, Никита понял, что без посторонней помощи им не справиться. Он бросился к Насте и попытался ввести её в курс дела.

- Погоди, сказала Настя, поняв, что произошло что-то серьёзное. Надо это хорошо обдумать.

- У нас нет времени, - прокричал Данила. – Там всё гибнет.

- Поговорим в другой реальности, - сказала Настя и сжала Никитину слезинку.

Оказавшись снова в офисе, она быстренько устроилась поудобнее за столом и погрузилась в сон. Тут же появились все очень возбужденные неупокоенные души во главе с Данилой и стали кричать, что она оставила Хозяйку в беде.

- Стоп, - прервала Настя поток возмущения. - Пока мы здесь, там время остановилось. И мы можем спокойно обсудить проблему и найти выход. Итак, что мы имеем?

- Отапливается пещера какими-то капсулами. Печка похожа на сундук с отверстием, куда Хозяйка засовывает «дрова», а сбоку у сундука ручка, как на шарманке, - рассказал Данила то, что удалось выяснить.

- Хозяйка крутила ручку? – уточнила Настя.

- Нет.

- Может надо покрутить?

- А это поможет? – засомневался Данила. – Вдруг станет только дуже?

- Хуже не будет, - решительно сказала Настя. – Кстати, вы готовы предстать перед очами Хозяйки Медной Горы? И попытаться заслужить её прощение беззаветным служением?

- Да, - в один голос воскликнули неупокоенные души.

- Тогда попытаемся перебраться туда отсюда, - сказала Настя, и, не просыпаясь, сжала Данилину слезинку.

Дружной толпой вся компания ввалилась на кухню Хозяйки, где, едва удерживаясь на одной ноге, скакал между столом и печкой Никита и пёк блинчики.

- Ну где вы бродите? - возмутился он. – Я что, нанимался завтрак готовить?

- Не мужское это дело, – проскрипела Марфутка, выхватила у Никиты сковородку и принялась ловко лить тесто. – Как же я соскучилась по простой бабьей работе, - произнесла она с таким умилением, что все на миг забыли о надвигающейся опасности.

Схватив на бегу по блину и получив тряпкой по рукам, дружная компания неупокоенных душ ринулась в переход.

- Так, хватаем дровишки, - скомандовал Данила, едва они добежали до кладовки. - Кто сколько утащит.

Так испугать Хозяйку Медной Горы не удавалось никому, как этой взволнованной толпе ввалившейся без предупреждения в полутемную пещеру.

- Ну, что тут у нас, - поинтересовался Данила. – Что вообще надо делать с этой печкой? Помнишь, когда её запускали?

- Я не знаю, - развела руками растерявшаяся Хозяйка. – это всё мужики сами делали.

- Э, постой-постой, - сказал дед Парфен. – Я кажется помню. Это же Прошка Марфуткин был истопником. Его барин учил, как с печкой обращаться.

- И где искать этого Прошку?

- Да тут я, - ответил один из толпы. – Я Прошка-кочегар.

- Так что ты стоишь, али за триста лет забыл всё? – рассердился дед Парфен.

- Ничего не забыл, - пробурчал Прошка. – Барская учеба под кожу с батогами впиталась.

Он решительно подошел к печке, распахнул отверстие пошире, схватил кочергу, что-то там пошурудил внутри, схватился за ручку и принялся усиленно крутить её против часовой стрелки. Из отверстия посыпалось что-то типа золы и шлака.

- Грузите тележку и вывозите это куда-нибудь, - скомандовал Прошка.

- Куда?

- А я почем знаю, - пожал плечами Прошка. – У хозяйки спросите. Может в хозяйстве пригодится.

- А зачем? – спросила Хозяйка.

- Дорожки посыпать, полы утеплять, можно на чердак для тепла насыпать, - принялся перечислять Прошка, но его красноречие было прервано Хозяйкой.

- Тащите из кладовки мешки, туда складывайте, - распорядилась она. – Потом решим, что с этим делать.

А кочегар Прошка продолжил свою работу: вычистив весь шлак, он принялся загружать печку и крутить ручку уже по часовой стрелке. Не прошло и часа, как в пещере снова стало светло и тепло.

Не стоит рассказывать о том, как вся дружная компания, устроившись за столом, жадно поедала горы блинов, напеченных Марфуткой, как обрадовалась она, встретившись с Прошкой, как благодарила Хозяйка всех за помощь, и как простила неупокоенные души за сотверенное ей зло.

А поскольку получилось так, что каким-то образом, все неупокоенные души превратились в обычных живых людей, было решено, остаться здесь, неподалеку от пещеры, построить дома и жить в услужении Дарьи Васильевны.

Настя запуталась, во сне или реальности оказалась она здесь, и как выбираться в свой мир, но Никита подсказал, что слеза радости Хозяйки Медной Горы является универсальным средством.

- Надо только маму до слёз довести, - подсказал он.

- Ну это тебе с лёгкостью удастся, - ответила Хозяйка Медной Горы, ранее неприступная с жестокая, а сейчас гостеприимная и добрая.

Получив от Дарьи Васильевны целую горсть универсальных слезинок, Настя вернулась в свой мир. Теперь она знала, что надо делать с проектом. В каком направлении его продвигать и как разбить задания сотрудникам, чтобы они и догадаться не могли, что делают.

Заказчик остался доволен и Петр Власович даже выписал премию отделу Анастасии. Тимофей и Алиса предложили отметить сей жест невиданной щедрости в ночном клубе, но Настя отказалась. За эту неделю она так вымоталась, что было одно желание: хорошенько выспаться. С момента возвращения из прошлого, неупокоенные души больше к ней не приходили во снах, а горстка слезинок от Хозяйки Медной горы лежала в старинной жестяной коробке от монпансье, доставшейся ей от бабушки. Но две слезинки так и лежали в футляре от линз. Настя всё не решалась воспользоваться ими. Ведь кто знает, что там произошло за это время, а спросить не у кого.

В понедельник Настя встала пораньше и выглянула в окно. На детской площадке сидел припорошенный снегом человек. Что-то ёкнуло в сердце. Она тихо постучала по стеклу, и, будто услышав это, человек обернулся.

Данила…