Сказки

Кузьма.

Кузьма

Домовой Кузя грустно смотрел в угол белого потолка с простенькой узорчатой лепниной на плинтусах.Он уже целых четыре часа один в доме.Мелкий пронырливый паучок,копошащийся в глубине этого угла, его нисколько не интересовал- он ждал своих хозяев. С ними ему всегда весело и интересно,с ними ему всегда уютно,с ними он почти не чувствовал одиночества..Резким движением он почесал грубоватой ладонью макушку.Большие серые круглые шиншиловые уши с нежным опушком торчали в разные стороны из косматых волос,словно лопухи из под густых лесных зарослей.Волосы,а скорее это больше смахивало на шерсть лесного медведя, никогда не знали ножниц и расчески.Его громадные блестящие и черные,как угольки глаза были очень живы и постоянно гуляли по углам комнаты.Взляд его был умным и хитрющим,..но не злым.Ему все время хотелось пошалить,это чувство присутствует у него постоянно..Он сидел на самом краю новенького,недавно купленного хозяевами светло-кремового цвета холодильника и болтал от безделья своими коротенькими ножками,будто на завалинке.За окном было почти темно,лишь поблёскивали от тусклого уличного фонарного света тысячи крохотных звёздочек-снежинок.Но он знал,что ещё не ночь и совсем скоро придут с работы они..и тогда начнется жизнь: кто-то прольёт молоко- и он наконец напьётся,кто-то уронит хлебные крошки и он перекусит,а если удастся слегка толкнуть хозяйку и она может обронить кусочек колбаски,то будет вообще праздник..Мелкий мальчишка-хозяйский сынок, как всегда раскроет книгу и убежит- и Кузьма немного полистает и полюбуется красочными картинками,правда уже в который раз одно и тоже,но это не суть; отберет карандаш у делающей уроки старшей сестрёнки и укатит его под самый край ножки стола; спрячет папины очки или его любимый журнал;закинет под диван чей-нибудь тапочек.. Кто-то внизу громко зевнул и мурлыкнул одновременно.Это кот,лежавший на спинке дивана. Местного жителя- кота Ваську он уважал.Василий знал о его существовании.Не то,чтобы он его видит,но он его чувствует.Его тепло,его прикосновения..его присутствие...Единственное существо,которое его чувствует,ощущает,слышит,который знает! о нем...Кузя часто любит над ним подшучивать- кот очень забавно злится,и постоянно пытается догнать шалунишку,но все бестолку.Особо Кузьку забавляло,когда он разбрасывал солнечных зайчиков по стене зала- глупый котейка так смешно попадался на его удочку... Кузьма снова глянул на соседа-паучка,который уже выбрался из угла и старательно изо всех сил боролся с гипсовыми узорами на потолочных плинтусах,словно пробираясь по непроходимым холмам песочных барханов.. Тихо вздохнув,он плавно,как облачко перебазировался на свою любимую лежанку-это самая верхняя часть высокого шкафа- антресоль,где было всегда тепло и уютно, и где ему было отлично все видно и удобно наблюдать за всем происходящим в его жилище.Да, да вы не ослышались-это его именно жилище,он в течение вот уже многих десятилетий считал его своим.Потому,что время от времени хозяева в доме меняются,а он неизменно в нем остается..Оттого и совершенно справедливо считал себя в нем полноправным хозяином. В современных домах печей,как когда-то раньше на Руси, давно уже не существует,но он помнит! ещё те времена и называет эту уютную антресоль- "лежанкой".Правда там никто никогда не вытирал пыль годами и он порой чихает от нее,но его никто не слышит,только рыжий котяра на миг навостряет уши и застывает,вглядываясь в даль... Несмотря на довольно таки хулиганистый характер,Кузьма был добрым.. и оочень одиноким.Он обожал бедокурить и беситься,с интересом наблюдая за реакцией людей.Но его сильно огорчало то,что его никто не видит..Он не понимал- почему никто не верит в его существование?,и чем больше в него не верили,тем сильней и громче он стучал ночью колотушкой о водосточную трубу,безмерно пугая тем самым спящий народ...А ведь про него даже есть мультфильм,и он ужасно горд этим..,но в жизни почему-то все иначе- его никто не замечает..А зря..,ведь он существует совсем не просто так в этом мире,..совсем не просто.. Кузя в унисон коту тоже зевнул и положил голову на сидящего рядом одинокого,грустного сильно потрепанного временем мягкого игрушечного мишку, давно забытым людьми.Лишь его лакированный широкий в цветную полосочку ремешок с застежкой в пять одинаковых золочёных колец,напоминал о его счастливой молодости: светлых временах- Олимпийских играх,страны,оставшейся уже в прошлом- Советском Союзе,где он был так знаменит и так любим всеми.Никто не мог так понять Кузьку,как этот Мишка..А ведь когда-то Кузьма был совсем молодым, и в него ВЕРИЛИ люди..Как он скучает по тем временам,как это было давно....Он закрыл глаза и стал смотреть сон из серий прошлых лет..

Это был один из первых его домов-жилищ....То был дом деревянный крепкий,добротный с резными ставнями,любовно вырезанные в свое время еще молодым Мирославом с его тогда еще живым и здравствующем отцом Агнием Тихомировичем ,прямо перед своей свадьбой с прекрасной Славиной..В доме было чисто, светло и уютно,пахло новенькими скатертями,паласами и свежей древесиной,потому,что совсем недавно Мирослав со своим старшим сыном соорудили просторную пристройку.. Крепкий дубовый стол со стульями Мирослав вытачивал когда-то сам..Он все делал сам. Резьбе по дереву его научил его отец,потомственный столяр.А сейчас теперь он и сам стал знатным мастером по дереву и уже почти заканчивал вырезать узоры на новом детском табурете.Солнце садилось,пора было вечерить. Его жена-Славина в четвертый уж раз непраздная, неспешно хлопотала по дому,время от времени спрашивая у мужа,о справности работы,а рыжий молодой котенок Мышехват- сын и точная копия двухцветной усатой Муралисы, гонялся за невидимой добычей..Кузьма все видел и всех знал..Ему нравились эти люди..Когда он громыхал утварью или еще чем-нибудь,те озираясь приговаривали:"Чего-й то домовой совсем не на шутку разбуянился" и крестились:"свят,свят"- он аж подпрыгивал от радости об упоминании о себе..Он нисколечко не держал обиды за них,посколько знал,что в этом доме уважаем! и в самом,что ни на есть глубоком почитании...И все не спроста.Все дело в благодарности ему- добрых деяний и службы его верной...Раньше его все боялись и им пугали малолетнюю ребятню,но в одночасье все круто изменилось.

А дело было так.Однажды ранним утром сыновья Мирослава- старший Стоян со средним Ярилкой пошли на реку,рыбу ловить.Отец был в мастерской на службе,а Славина осталась дома с годовалой малой Богданкой. Кузьма,который изрядно уже успел набедокурить- пролил кувшин с молоком, убегая от котенка,а также разлохматил вязанку с чесноком,висящую на стене возле окна,по пути рассыпав чашку с пшеном- сидел на печи в углу лежанки и притихнув ждал,когда в дом зайдет хозяйка(очень сильно надеясь,что та все увидит и снова вспомнит о его существовании)..Та ж спокойно себе стирала в сенях,время от времени развешивая белье во дворе,а дитя при этом во дворе мирно сопело в колыбельке.Кузьма смотрел на противоположный угол,где догорала свечка под образами,отбрасывая причудливые формы.Он уже начал было засыпать,ощущая вкусный запах пролитого парного молока и свежеиспечёного ароматного хлеба,как вдруг нутром что-то почувствовал неладное.Он подлетел к окну,от которого исходило странное ощущение опасности, мимолётно глянул в сторону качающейся колыбельки и, ничего не заметив,хотел было уже вернуться обратно.Как обратил внимание на странный шнурок,торчащий из детской кроватки..В ту же секунду этот шнурок зашевелился- это была змея.Мать стояла к люльке спиной,развешивая дитячие рубашонки.Пес Ратмир мирно дремал в будке,подрагивая правым ухом и двигая кожаным носом вправо-влево,от щекочащей его ноздри травинки ..Кузьма хотел было отвлечь хозяйку и со всей что есть мочи постучал кочергой по дымоходной трубе.Та лишь бросила взгляд в сторону дома, перекрестилась и продолжала дальше свое занятие.Поняв,что это бесполезно,т.к она все равно его не видит,стал думать,что делать..Оглянулся назад и посмотрел на мирно спящую у печки кошачью семейку,свернувшуюся в единый пушистый клубок.Надо было их разбудить.Кузьма знал,что они его чувствуют и именно этот факт и сможет помочь ему в этой ситуации.Он стал неистово метаться по дому,сбивая все подрят,что попадалось на пути.От этого в доме стало все летать само собой: плошки,чашки и ковши, висящие на гвоздях послетали в разные стороны;метла,стоявшая у стены в запечье вниз черенком, подлетела под самый потолок, зацепилась за ручку дверцы дымохода и осталась там висеть;белый вышитый ручник,обрамлявший иконки со святыми образами, оказался под лавкой,а букет полевых цветов,стоявший в кувшине на обеденном столе, повис на гвозде вместо луковой вязанки.Увидив все это, кошка с котенком во всю прыть с визгом выбежали из дома прочь,пробегая мимо будки, чуть не сбив с ног хозяйку..Пес Ратмир выскочил из своего жилища и стал лаять на кошек..Наконец мать обернулась и перекрестившись глянула на Ратмира,который смотрел в сторону люльки и, натянув цепь, громко лаял без остановки,пытаясь дотянуться до нее.Ему не хватало всего несколько сантиметров.В этот момент дитя проснулось и в испуге вскочило на ноги, перевернув кроватку.Буквально в эту же секунду,в одно мгновение этот шнурок оказался у Ратмира в пасти..Без особых усилий он с ней расправился,как с мелким червяком.... Кузьма был счастлив! ...Уже спустя некоторое время,когда собралось все семейство, мать без устали рассказывала,как Ратмир спас дочку.При этом все время повторяя,что перед этим в доме происходило нечто особо странное:что в доме было все перевернуто вверх дном,от чего кошки были в наистрашнейшем испуге.Все порешили,что это домовой,который и согнал животных на улицу,завидев беду.. С тех пор домовым вся семья считала духом добрым и оберегающим дом..В его честь отец смастерил смешную куклу-домовенка из мешковины,набитой соломой и подарил своей малышке,назвав необычную игрушку "Косьма",означающее "кузнец,устроитель мира,космос"..Из поколения в поколение кукла эта переходила от одних детских ручек в другие.Кукла со временем изрядно потрепалась,а потом и вовсе затерялась,а имя немного трансформировалось в "Кузьму".Так и живет он до наших дней.

Сквозь сонное сознание Кузька услышал звук ключей,открывающих дверной замок..Это его нынешние хозяева. Как он соскучился!,как он был им рад!..Уже через несколько минут все ожило и комнаты залились ярким светом. Топот отряхиваемых сапог от снега,шуршание сумок и пакетов;зазвучали оживленный разговор,детский смех.На кухне запахло свежекупленными мандаринами и разными вкусностями.Малыш постоянно носился по квартире и не выпускал из рук новенькую книжку.. с до боли приятным Кузькиному глазу названием: "Кузька в новом доме" - это была повесть-сказка детского писателя Татьяны Александровой,где на обложке было его! изображение.Конечно же это был он!,только в детстве..Наконец-то о нем будут теперь знать жители его жилища.Он так этого хотел.Он так мечтал,чтобы они знали!- что он любит их и оберегает от всяких бед и неприятностей,чтобы они помнили о том,что он не просто желает им добра- Он НУЖЕН им... ...Уже поздним вечером,ложась спать, малыш заботливо положил под ёлку несколько конфет: "Это для тебя,Кузя!"- прошептал он и, взяв подмышку так полюбившуюся теперь книгу,залез под одеяло.Бережно положив красочный переплет рядом с подушкой,он закрыл глаза....Этой необыкновенно волшебной рождественской ночью ему приснился Кузька,который с упоением разворачивал блестящие обертки и лопал его конфеты.

Бог- ювелир.

Бог- ювелир.

..Сколько раз думала и негодовала..Почему в отношении многих недобрых людей,и наоборот добрых,но несчастных Бог слеп.. по моему видению слеп..Иногда сильно гневаюсь и даже начинаю сомневаться в справедливости Всевышнего....Но потом остываю и начинаю размышлять..........

Представляю Бога аллегорически: вот Он в облаках,весь в белых одеждах,сидит за столом,красивым с золоченными ножками в виде львиных лап,столешница из бархатной ткани сочно-вишневого цвета.А по периметру резная из красного дерева кайма.В правом дальнем углу стола стоят весы,в левом- огромная хрустальная кубышка с какими-то переливающимися шарами внутри,они все время в движении,будто живые.А над ней порхают,словно сотни легчайших бабочек- хрупкие ангелы.В руках у каждого по тоненькой палочке,а их кончики искрятся,как бенгальские огоньки.. Вот перед Богом небрежно разбросана кучка разноцветных камушек различных размеров- это Поступки .Поступки одной некой души.Чуть поодаль коробка-шкатулка из цветного стекла с множеством секторов.Каждый сектор-это характер поступка и каждый сектор окрашен в определенную цветовую гамму..Вот Бог берет в руки камушек,он грязно-коричневого цвета с темно-зелеными прожилками и бесформенный- нечто угловатое,среднее между параллипипедом и пирамидой,много углов,много шероховатостей,каких-то вкрапинок и выемок,тяжелый.Даже не разглядывая,Бог кидает ее в коричневый сектор-от камушка отлетает черноватая дымка.При этом его правая черная смоляная бровь взлетает вверх,образуя почти прямой угол-"Плохая работа."-вздыхает Бог..Это был поступок Мести с примесью Зависти....Затем Бог берет небольшой прозрачный камушек нежно-розового цвета,с четкими правильными гранями.Каждая грань-ровная,как стекло, сверкает и радужно отражает свет -явно кем-то старательно отполирована до блеска.Тщательно изучает его под лупой,взвешивает его,что-то записывает в журнал.Снова разглядывает.Любуется им.Долго.Будто это драгоценный камень..наверняка пытается запомнить его форму наизусть.Уголки его глаз едва заметно сужаются,образуя сеть мельчайших морщинок,а густые ресницы чуть вздрагивают,курчавые серебристые локоны в бороде зашевелились от доброй улыбки- "Молодец!"..Бережно кладет его в розовый сектор.Камушек при этом внутри чуть засветился..Это был поступок Добра и Любви..А вот другой-крохотный белый,гладкий,идеально круглый шарик,переливающийся,как жемчуг..ах!,какой красивый!- это Искренность.."Такой редкий поступок..и какая работа!"-радуется Бог,и даже не взвешивая, кладет его в отдельную бархатную коробочку...Снова берет камушек мрачно-темного оттенка,практически черный,матовый,с выраженными неровностями,тяжелый,как свинец..Определив его вес,он хмурясь кладет в сектор "зла"..Закрывает все сектора крышечками,долго изучает список и ставит оценку: "Из 1000 поступков,лишь 600 добрых..маловато..Значит нужно многое повторить.Прийдется дать новые задания этой же категории для следующего дня-(жизни)..Но улучшения все же есть,значит в этот раз должен справиться".И достает из парчевого мешочка горсть совершенно невзрачных бесформенных камней.Они потом преобретут тот оттенок,и ту правильную форму,которые им придаст Человек..Из той самой огромной хрустальной кубышки,что стоит в левом углу стола, осторожно берет в руки светящийся шар- он легок,словно мыльный пузырь.Переливаясь и светясь всеми цветами радуги,он крутится вокруг своей оси,но не улетает,а держится в ладони у Бога.Подносит к нему эти неотесаные камушки.Те мгновенно втягиваются шаром и шар плавно поднимается ввысь..Пара крохотных ангелов,следуют за ним....."Лети,голубок!Удачи!..Надеюсь на этот раз ты принесешь мне больше красивых светлых камней!"........

...Бог не может запрещать нам что-то делать.В этом и есть наша свобода-свобода выбора- свобода действий и поступков.Но он анализирует их,в этом можно не сомневаться..Мы,как и Он,подобно ювелирам-ученикам можем ТВОРИТЬ..как можем,как умеем..мы учимся.А он,как ювелир-учитель дает нам оценку в конце жизненного пути....Будем стараться вытачивать красивые "камушки"!))

Ведьма (рассказ)

Майя сидела на заднем сиденье автобуса, опрокинувшись на пёструю в синих тонах спинку кресла и дремала. Сквозь веки она видела свет солнца, который был настолько ярок, что было ощущение, что у неё открыты глаза. Большие разноцветные круги плавали в её закрытых веках, сменяясь на какие-то точки, палочки, чёрточки, крючковатые запятые, похожие на крупные пылинки. Они проплывали по её глазному яблоку появляясь внезапно откуда-то сверху и прятались где-то внизу. Снова появлялись круги, большие и маленькие, словно плоские мыльные пузыри, переливаясь радугой цвета.В некоторых просматривались фигуры— полуобразы, полулица, застывшие или в движении. Совсем незнакомые, хаотично проплывая, будто в замедленной съёмке, появляясь так близко, насколько это возможно и отдаляясь до состояния почти невидимой точки. В этой череде бессмысленных образов-теней трудно было разобрать конкретных людей, но это немое кино было так завораживающее, что Майю все сильней и сильней затягивало и тащило куда-то в самую гущу, в глубь странной страны людей-незнакомцев, превращая до этого пустые тени в уже более сложные, интересные образы, лица которых теперь явно демонстрировали некие эмоции—они то улыбались разными улыбками, то сердились, то гримасничали, то просто отворачивались, словно прощаясь; потом появлялось сразу несколько образов одновременно, образуя нехитрые сценки, которые обретали уже некий смысл, превращая это весьма странное немое кино в настоящий красочный сон..

Резко стало темно и всё исчезло..Это за остановкой высокий дом закрыл пылающий солнечный диск. Майя открыла глаза. Посмотрела в окно—слева была пыльная дорога, по которой мчались разнокалиберные машины, чуть дальше, прямо через дорогу вдоль широкого забора—тропинка для пешеходов, на которой был, как ей показался чрезвычайно странный силуэт, похожий на сказочный персонаж. Быстрыми семимильными шагами шёл человек чуднОй внешности— высокого роста, весь в чёрном, не похожий ни на женщину, ни на мужчину. Оно шагало исполинскими ногами, будто великан, уверенно вперёд, словно ничего не замечая вокруг. Длинный струящийся чёрный плащ развивался от ветра (хотя, от куда в середине июля, в самое пекло ветер??), частично открывая такую же длинную в пол чёрную юбку и белую блузу с жабо на груди; белоснежные кружевные манжеты пышно выглядывали из под рукавов плаща, а угольно-чёрная широкополая шляпа с высокой остроконечной макушкой со складками на изгибе чуть загнутого кончика (в точности, как у колдунов или магов)—бросалась в глаза первой. Длинные, кажется рыжие волосы из под головного убора, также развивались по ветру, намекая, что это всё-таки была женщина. В руке её было что-то вроде небольшого чемоданчика или саквояжа, такого, какие были во времена 19 века. Но этот необычный образ так стремительно промелькнул в глазах у Майи, что она подумала—уж не привиделось ли ей сие видение. Автобус, что в это время стоял на остановке, тем временем, захлопнул двери и тронулся, он быстро набирал скорость и фигура растворилась, словно её не было. Майя пригнулась к окну, обернулась назад в надежде увидеть её, искала глазами, но ничего не нашла. «Как странно,—думала она,—что это было?».. Взбудораженная увиденным(или приведенным) и уже окончательно проснувшись, Майя стала разглядывать пассажиров в салоне. Постепенно погружаясь в раздумья, она потихоньку мало-помалу стала забывать о случившимся.

Сидевшая напротив женщина—с мягкими чертами и добрым выражением лица, в аккуратных светло-серых солнечных очках, лет сорока пяти, крайне скромно одета. Юбочка, футболочка, туфельки, не очень современная, но приятная сумочка- всё простенько, но вполне прилично. Майя заметила украшения на ней, совсем недорогие—определенно дешёвенькая, уже чуть потёртая бижутерия с зелёным, явно искусственным камушком. Совершенно очевидно по её внешнему виду, что за неимением другого, более дорого, приходится носить, что есть и, вероятно ей об этом не известно, но этот комплект подчеркивал её невысокий статус. Впрочем ничуть не портил саму хозяйку, а лишь говорил о наличии хорошего вкуса—смотрелись они неплохо и вполне гармонично, в тон кофточки. Она почему-то печально и задумчиво смотрела в окно, очевидно улетев в свое настоящее— быть может неполадки на работе, или семейные неурядицы томили её мысли, или напротив, невольно вспомнила что-то из прошлого. Такие женщины обычно как правило живут только настоящим и прошлым, потому,что вся жизнь проходит настолько безуспешно и серо, что будущее уже не видеться им отрадным и безоблачным. Рядом девушка студенческого возраста, лет восемнадцати-девятнадцати с мелированными волосами и броским красивым маникюром. Она очень близко держала экран телефона к лицу, видимо из-за плохого зрения. Девица спросила кондукторшу: «когда будет остановка «Педагогический институт»? », та ей ответила: «После «Порт-Саида», и девушка скорее всего открыв карту или навигатор усиленно пыталась понять маршрут… «Как странно,—думала Майя,—как может человек с таким слабым зрением спокойно разъезжать по городу, в дороге, в транспорте практически не видя ничего. И почему у неё нет очков? Наверное стесняется, как все молодые стыдятся своих недостатков». Она напомнила ей саму себя, когда она сама была совсем юной, и при своих минус пяти диоптрий робея в очках и безумно смущаясь в них при людях, чувствовала себя сильно зажатой, закомплексованной и, потому выходя из дома, всегда старалась снимать их. Так она ощущала себя симпатичней и от того в разы смелее. Но при необходимости приходилось их надевать, и снова переживать—становиться другой, не такой, как все, быть словно неполноценной перед другими.. Выходя на улицу она снимала их и опять чувствовала себя человеком. Пусть она не видит ничего, но зато никто не заметит, что она слепа. Удивительная логика многих молодых—главное, чтобы никто не знал, что я не такой, как все, иначе засмеют. А уж что такое насмешки Майя знает с самого детства..оттого и жертвовала свободой. Не давала себе быть самой собой... Помнит, как переходя дорогу она ориентировалась не на светофор, а на людей, которые при зелёном сигнале начинали переходить дорогу по зебре.. Сейчас светофоры помогают плоховидящим—громко, учащенно щёлкая, чтобы слепой понял, что времени осталось мало, чтобы успеть перейти дорогу. Раньше же этого не было. И приходилось ориентироваться на действия прохожих.. Вспомнила то ощущение счастья, безграничного, безбрежного счастья, когда она одела в первый раз контактные линзы. Ей казалось всё таким ярким, весь мир в этот момент стал живым и обрел цвета и лица! Казалось, что даже солнце засияло светлей и, помнит когда она разглядывала каждый листочек на дереве, каждую его прожилочку, каждый камушек на асфальте. Для неё все они были как драгоценными- потому, что она их видела впервые. Боже, какое это было счастье - видеть! Это был самый незабываемый день, она помнила его в мельчайших деталях… Модная девочка не подозревая о мыслях Майи спокойно одела наушники, ожидая свою остановку. А Майя мысленно ей горячо и искренне пожелала ощутить и испытать точно такое же счастье, какое когда-то испытала она сама.. «Ах, если бы.., если бы можно было! так, чтобы всем, всем помочь, было бы так здорово, чтобы все добрые мысли и пожелания сбывались!»… Рядом с Майей сидел пожилой мужчина, в руках его была крошечная, про которых называют «карманными», собачка коричневого окраса породы той-терьер. По заметно седеющей мордочке и мутным слезливым глазёнкам было понятно, что собачонка старенькая. Она дрожала, отчаянно прижимаясь к своему хозяину, боясь большого количества людей и незнакомой обстановки—очевидно песик не частый путешественник по городу и животному, привыкшему к домашней обстановке было страшно. Старичок время от времени поглаживал своего любимца, успокаивая его тем самым, что он рядом и всё хорошо, тот же ответно лизнув смотрел на него благодарным, любящим и преданным взглядом. В это время объявили остановку «Порт-Саида» и юная пассажирка, с мелированными волосами и ярким маникюром, решила сходить. На свободное место наметилось сразу несколько претендентов. Примкнувший рядом стоял молодой парень, уткнувшись в свой гаджет, рядом, еле держась за поручень с двумя сумками в руках, женщина и тут же, только что вошедшие, мама с девчушкой лет трёх-четырёх. Ни чуть не задумавшись, парень плюхается на сидение, даже не обратив внимание на двух женщин и ребёнка. Все с осуждением на него посмотрели, переглянулись, но ничего никто не сказал. Правда пожилой мужчина с собачкой долго молчать не стал: « Молодой человек, вы бы уступили ребёнку место!»,—тот даже не поднял голову, как сидел уткнувшись в телефон, так и тыкал шустро в него пальцами. Сидящая рядом с ним печальная дама в серых солнечных очках легонько толкнула парня, показав на девочку: «Уступи место малышке». Девушка с ярким маникюром и мелированными волосами, которая еще не сошла и ждала приближения своей остановки, но стоя видела всё, одобряюще махнула ей в такт. Тот лишь на мгновение поднял глаза и буркнул что-то типа: «я тоже устал».

На следующей остановке зашло еще больше людей. Набитый до отказа автобус казался вот-вот лопнет. Все кряхтели, продвигаясь глубже в салон, пытаясь хоть за что-то ухватиться, удержаться и не упасть. В какое-то мгновение Майя, оглянувшись на задние двери автобуса, заметила у самых дверей ту самую странную леди-каланчу в одежде колдуньи! и обомлела— значит ей это всё не приводилось, она действительно была там! Посколько незнакомка стояла сзади, Майе, сидящей на сидении чуть впереди, было трудно разглядеть её. Но она заметила, что волшебной шляпы на голове этой дивы не было, а лишь золотились в солнечных лучах длиннющие великолепные кудрявые волосы. Она была выше всех и выделялась из толпы, но несмотря на то, что её наряд был не столько странен, тем, что сильно напоминал одеяние 19го века, и к тому же ещё не по сезону тёплым, Майя обратила внимание, что почему-то никто, никто! на неё не обращает внимание. «Как странно»—подумала Майя, повернувшись к окну, делая вид, что она ничего не видела и ей тоже всё равно. «Да ну её.»—решила Майя, предположив, что очевидно барышня скорее всего с какого-то мероприятия и просто не переоделась… Мысли не давали покоя: «Но как она могла попасть сюда, в этот автобус— ведь она находилась довольно далеко, а остановка была слишком на большом расстоянии, чтобы успеть перебежать широкую дорогу и сесть сюда. И она ведь явно тогда не собиралась переходить дорогу, а шла вперёд, параллельно трассе. Мистика какая-то». Пока она размышляла, в какой то момент она машинально хотела снова взглянуть на эту загадочную молодую даму, но в этот самый миг она увидела её, напротив сидящей, уже вместо парня, не пожелавшего уступить место, а на коленях её сидела та самая малышка четырёх лет. Парень стоял рядом, с мамой девочки, как ни в чём ни бывало, всё так же уткнувшись в смартфон. Майя перевела взгляд на девушку-ведьму и обалдела—та смотрела ей прямо в глаза! Какая-то удивительная сила помогла Майе выдержать этот взгляд и позволила даже успеть разглядеть её черты лица. Чудачка была очень красива, немного с грубовато-мужскими но правильными чертами, ввиду высокого роста, очень похожей на баскетболистку, но самое интересное, что черты были поразительно схожи с чертами самой Майи— её лицо было словно отражение Майи, только немного искажённым, будто она смотрит не в зеркало, а на какой нибудь цилиндрический сосуд с гладкой металлической поверхностью. С минуту они смотрели друг на друга не моргая. Немного отойдя от этого колдовского гипноза, Майя заметила, что та ей лёгким кивком показывает на парня, затем, плавно и не спеша проводит рукой по его сматфону, и телефон вдруг выключается сам собой. Мальчишка попытался его оживить, но безуспешно. Потом прекрасная колдунья указала на грустную женщину в серых солнечных очках. Она её слегка толкнула, дотронувшись до руки, что бы та посмотрела на неё, закрыла своей ладонью руку женщины, а потом открыла ее ладонь и та, взглянув, обомлела—вместо её облезшей, потерявшей блеск бижутерии, на пальце засверкало красивое, дорогое, золотое кольцо с настоящим изумрудом.По внешнему виду и дизайну кольцо было точно таким же, как прежде, но с камнем чуть больше и главное—драгоценным!. Но колдунья продолжала дальше шалить не унимаясь, она прикоснулась к серьгам скромной дамы и они тоже превратились в золото с изумрудом. Тоже самое рыжая добрая бестия проделала с кулончиком. Комплект был готов, колдунья была рада своим проделкам и довольно улыбалась зелёными глазами и широкой белозубой улыбкой. Но ей захотелось большего. Она пригнулась к пожилому мужчине с собачкой, который почему-то даже этого не заметил, будто не видел её вовсе, и нежно погладила собачонку. В это мгновение собачка повернула голову к Майе и посмотрела на неё чистыми, прозрачными глазами, совершенно омолодевшей, а её шоколадная лоснящаяся шёрстка была без единого седого волоска. Тельце её больше не дрожало и она умиротворенно легла на колени хозяина и, вздохнув, тихо стала посапывать… «Ведьма ! ,—подумала Майя,—определенно ведьма!». Устремив взор на пассажиров, Майя пыталась уловить хоть какие-то признаки, что люди видят всё это безумное чудотворство, но тщетно—все стояли абсолютно ничего не замечая. Никто не видел эту чертовку!, было такое впечатление, что она видит её только одна. И будто они вместе, сообща совершают волшебство.. Но в эту же секунду она вспомнила про слабовидящую юную студентку и про себя вскрикнула: «А девочка?! Как же она? Она вышла гораздо раньше и мы не смогли ей помочь!».

Автобус тронулся и, проехав немного, снова пустил яркий свет в свой душный салон. Пробудившись сменой света, Майя открыла глаза. Набитый до отказа автобус свидетельствовал о вечернем часе пика..Десятки людей, зажатые со всех сторон друг к другу, словно кильки в жестяной банке, стояли почти недвижимо, боясь пошевелиться. В воздухе стоял тихий гул, состоявший из одних охов, вздохов и междометий, а также тяжёлый запах человечины—на улице июль, но даже открытые форточки и люк не спасали от духоты. Уныло переведя духс мыслью, что пора пробираться к выходу, Майя уверенно двинулась вперёд. Теплый, почти горячий воздух, но уже куда свежей, чем в автобусе, обдал Майино лицо.Позади осталось сорок минут поездки.Укутанный красными лучами вечернего жаркого солнца, этот в прямом смысле сумашедший дом на колёсах, объятый горячим ветром, унёс людей в дальнейший путь.

Длинные, светло-каштановые волнистые волосы красиво подпрыгивали и развивались под лёгкой походкой девушки. Чёрная, короткая плиссированная юбка выгодно подчеркивала стройные ножки и тонкую талию. Белая, красивая блуза-боди и строгие туфли на шпильках говорили о том, что барышня шла очевидно с работы, определённо офисного типа. Неяркий, но аккуратно ухоженный маникюр под классический френч, чёрный кожаный портфель для документов, легкий пиджачок такого же чёрного цвета свисающий на локте её левой руки— подтверждали это предположение. Майя шла не быстро и не медленно, без тени усталости, несмотря на то, что день был очень напряжённым. Миндальные, серо-зелёные глаза глядели вперёд, словно смотрели в будущее: её мысли были заняты о предстоящем вечере, который будет заполнен разборкой документов и лишь продлит её нелегкий рабочий день. Она была решительно настроена не расслабляться, настроена на серьёзную, сложную, не очень увлекательную, но в то же время нужную и необходимую для общества работу.

Дойдя почти до своего дома, Майя вспомнила свой чудесный сон, улыбаясь мыслям о нём, открывая дверь своего подъезда нечаянно задела девушку, выходящую из него навстречу Майе. Оглянулась—это была та самая слабовидящая девушка с ярким мелированием, но по чистому взгляду и синим прозрачным глазам она поняла, что девушка теперь видит всё!. «Чудеса!»,—подумала Майя, она огляделась вокруг, в надежде что снова увидит загадочную чародейку, но никого вокруг не было. Уже в квартире, повесив ключ на ключницу-домик с тремя слонами, выглядывающими из его окошек и крючочками вместо хоботов, Майя перевела взгляд на календарь, висящий на стене. Это был симпатичный календарь, который Майе подарила знакомая коллега с офиса. Необычен он был тем, что на нём были нарисованы красивые куклы, которые можно было вырезать по пунктирным прорезям и смастерить бумажную куклу. Такие картонные куклы-конструкторы изготавливали когда-то в 80-тых годах для маленьких девочек. Как правило куклы эти были разукрашены в нижнее бельё и их можно было наряжать в разные платья, пристегивая за кукулку крохотными бумажными полосками, чтобы они не спадали.. Майя остановила взгляд на рисунке и обомлела: на календаре была нарисована девушка, сидящая на велосипеде в одеянии колдуньи—точно такая же как та, что видела Майя, полчаса назад. В чёрном платье 19-го века, с белой блузой, с чёрной шляпой, с высоким и загнутым конусом, как у магов. А внизу красовалось название календаря: «Бумажные ведьмы».