Сказки старого монаха

Леший

В маленькой, светлой кельей сидели двое. Один был умудрен годами, лицо его испещрено морщинами, но в глазах все еще виднелся огонек, а второй был молод, в одной руке держал пергамент, а в другой перо. Старик рассказывал истории, что слышал за годы паломничества, а послушник прилежно их записывал.

-Ну что же начнем, пожалуй.

Много лет назад в одной деревне жила вдова. Хороша собой была чертовка. Кровь с молоком в общем и внушительным бюстом. Муж её помер от лихорадки да оставил одну. Прошел год, за ним другой, а там и третий. Стали к Милушке женихи свататься. Да только отказывала всем. Пока, однажды на ярмарке не повстречала мужичка из деревни, что за сотню верст стояла. Угрюм он был, молчалив, шрам большой на лице носил. Говорят Лукьян с войны таким пришел. Чего он там повидал не знает никто, но людей он сторониться начал. В работу ушел. Дом поставил, хозяйство добротное завел да плотничал помаленьку.

Но, видать, взыграла в нем потребность животная иль по сердцу вдова та пришлась, но стали они встречаться. То он к ней приедет, то она к нему. Дело уже к свадьбе шло, пока по весне не решили они по грибы сходить.

Долго они по лесу шастали, да ничего особо не собрали и домой собрались возвратиться. Стемнело уже и тропки вроде знакомые да всё куда-то не туда вели. Вдруг из-за деревьев показались трое мужиков с топорами и взглядом недобрым. Лукьян Милушку за спину отодвинул и ножик достал. А вдова, недолго думая, бросилась наутек куда глаза глядят. Разбойники уже топоры занесли, но тут впотьмах у одного острие в какой-то ветке застряло, другому паутина в глаза попала, а третий о корень споткнулся. Лукьян подскочил к первому, быстрым движением перерезал ему глотку, второму дал промеж ног и когда согнулся тот, двумя руками свернул шею а третьему всадил по голове обухом топором, что рядом валялся. Отдышался и пошел искать любимую. Долго он по лесу ходил и уже под утро вышел к своей деревне ни с чем. Собрал тогда людей и пошли прочесывать окрестности. Но ни вдовы, ни разбойников. Не было и следа. Будто привиделось ему всё. И может так бы оно и было, только пропала Милушка с концами, нигде отыскать её не могли. Долго горевал мужик, найти её пытался, да всё без толку.

Не знал он, что вдова та мужа потеряла непросто от лихорадки, а от зелья ведьмовского и та же участь ему сулила. А мужик с войны как вернулся с людьми дел особо не имел, только по необходимости. Все больше времени среди дубрав проводил. С почтением к природе относился и животных раненых выхаживал. Не без ответа деяния его остались, ибо лес всё примечает.

Любовный приворот

В одном небольшом городе жил богатый купец. Был он ну оочень скупым. Вплоть до того, что каждый грош подсчитывал и пересчитывал. И влюбился скупец в дочку мэра. Но как бы ни старался та была непреклонна. Даже серебряное колечко не помогло. Расстроился тогда купец. Присел на лавочку и загрустил. В тот момент мимо проходил пьянчуга местный уже на веселе. Подошел, поздоровался и спросил:" чего пригорюнился? Аль обидел кто?" А купец ему и отвечает так мол и так люблю, а она не любит ни в какую. Хмыкнул пьянчуга и говорит: "Давай так мил человек, ты меня угостишь бутылочкой, а я тебя с колдуньей сведу не пожалеешь. Сколько народу к ней ходит, все довольные остались". Подумал купец, подумал и решил:"а будь что будет". Поставил он пьянчуге бутыль, а тот слово и сдержал. Отвел аж в самые дали далекие, в избушку на лесной опушке.

- Ты - говорит - когда войдешь, поклонись три раза и жди пока позовут. Как в комнату войдешь на лавочку присядь и в пол смотри. Глаза не поднимай, а то сглазит ненароком. А я тут тебя подожду.

Страшно стало купцу с нечестью дело иметь, да чего уж теперь, не возвращать же бутылку. Вошел он в избушку и сделал всё как было велено: поклонился три раза и стал ждать. Пьянчуга тем временем оббежал вокруг и через окно залез к себе домой. Взял немного печной сажи и муки, намазал этим лицо и руки. Отрыл в шкафу черное изъеденное молью платье, что от прежних хозяев осталось, надел его, а на голову и лицо напялил кусок занавески. Выдохнул и, сильно шепелява, позвал купца.

-И что ты там стоишь милок. Проходи садись, в ногах правды нет.

Купец послушно вошел и присел на скамейку, опустив глаза.

- Знаю я зачем пожаловал. Только - сказал пьянчуга, изо всех сил пытаясь не заржать - Высокую цену заплатить тебе придется коль решишься. Мне ничего не нужно, а вот духам.... Очень даже по вкусу золото людское. Собери все золотишко, что есть, да так, чтобы в мешок поместилось и не вздумай себе чего оставить, там то всё видно. Ближе к полуночи выйди через восточные ворота. Иди до первого перекрестка. Там, среди теней увидишь очертания черные, на человека или зверя похожие, просьбу свою озвучь, да мешок положи, затем повернись и уходи не оглядываясь. А я меж тем с духами договорюсь. Если всё правильно сделаешь сила нечистая поможет в твоем деле.

- Ссспасибо - кое-как промямлил купец, поклонился, смотря в пол, и вышел из избы. Глядь, а провожатого-то и след простыл. И побрел задумчиво к себе домой.

Пьянчуга же, стянул c себя дырявое платье и начал готовиться к ночи. Взял старый тулуп, всунул в шапку несколько веток и с ног до головы измазался сажей. А вечером, когда стемнело, пошел на перекресток. Пришел и встал неподалеку в кустах, так, чтобы его видно было. Час стоит, второй, третий, пятый уже пошел, светать начало. " Ну" - думает -" видать много я запросил. Эх надо было полмешка сказать.." Подумал он и ушел ни с чем домой.

А через неделю встретил на улице того купца счастливого. Тот подошел благодарить стал, даже денег дал. Спросил тогда пьянчуга откуда столько радости, ведь обряд не совершен?

-Как не совершен ?- ответил купец - Сделал все как велено. Поначалу, конечно, тяжело было. Это ж столько золота. Каждую крупинку от сердца отрывал. А потом, пошел я ближе к ночи через западные ворота, к перекрестку, увидел там темное что-то и помощи испросил. Страшно было страсть как. Положил мешок, повернулся и ушел. А на следующий день дочка мэра сама ко мне пришла, прощения просила, на шею вешалась. Вот теперь к свадьбе готовлюсь.

Сказал он уходя.

Вальгрум

В северной стране, что за морем жил один правитель. Как и все монархи был он привередлив, чванлив и глуп. И был у него интерес: любил всё мистическое и странное. Целые палаты во дворце уставлены были всякими вещами магического свойства. Услышал он как-то легенду о Вальгруме, божестве, что далеко в горах обитает и вроде как желание исполнит, кто поймать его сможет. Подумал, подумал и решил. Собрал свиту и в место-то отправился. Три дня слуги по горам лазили. Никого не нашли, только козла на верхушке, да и тот удрал. Надоело это государю, приказал тогда собрать всех мужиков из окрестных деревень. Выстроил пред собой и наказал Вальгрума отыскать.

-А если через три дня не приведете его ко мне, всем головы посымаю - сказал он, нахмурив брови и выпятив пузо.

Приказ есть приказ, собрались мужики, покумекали и разошлись небольшими кучками. К третьему дню одна из групп наткнулась на большую пещеру. Зашли, факелы подожгли, глядь, а там, что-то здоровое на медведя лысого похоже и цветами разными переливается. Побросали они всё и деру дали, а один остался стоять. Оцепенел от страха, вот и не шелохнется. Чудище от шума проснулось, потянулось, пузо почесало, сначала правый глаз открылся, потом левый. Смотрит оно на мужика здоровенными глазюками в свете факела, а тот на него и молчат. Наконец, чудовище открыло рот, шириной во всю голову и стало говорить, растягивая каждое слово, будто звуки нужные припоминает.

-Ктоооо.... тыыыыы..... тааааакоооойй? Ииии чеееееегоо хооочешь? - произнесло создание и уставилось на испуганного мужика.

- В.в...в..Варой меня звать. Ннннам государь Вальгрума отыскать и п.. ппривести ссссказал - еле выдавил из себя мужик.

- Йййааааа Ввввволллгууум ииии чеееегооо тыыы хооочешь?

- Нннеее гневайся ггггосподин Вввольгум. Сходи с нами до государя прошу. Избавь нас от напасти такой.

- Ххоорооошоооо - сказало чудовище, медленно моргая сначала одним глазом, потом вторым.

Пещера задрожала. Громадина с треском, скрежетом, хрустом и кучей других малоприятных звуков стала уменьшаться в размере, пока на его месте не появился большой пушистый кот голубоватого оттенка. Он облизнулся, мяукнул и запрыгнул мужику на плечо.

Делать нечего, Вара отнес животное к царю.

- Вот государь - и показал на кота- нашли его в пещере. Он большой такой был, а потом вот каким стал.

Рассвирепел тогда его величество. Кричать начал, хотел было всех на плаху отправить, да кот тот подошел, мурлыкать стал и к ногам ластиться. Успокоился тогда правитель и приказал всех мужиков в цепи заковать да на рассвете казнить по одному, а кота при дворе оставить, полюбился он.

Кот ласковым оказался и даже в покоях царских на ночь остался. Вечером же, когда все улеглись по замку пошел бродить. Только в разы больше стал. Ходит он по палатам да когти свои и зубы точит. Царю голову лапой отрезал, половину царицы съел, придворных и стражу мал помалу тоже растерзал те и пикнуть не успели.

Когда под утро садовник дверь открыл только хвост мельком увидел, а затем залитые кровью, кишками, телами и конечностями залы.

Как монашка черта совратила

Пролетал как-то черт над далекой деревенькой в пять домов. Смотрит, а там дева в балахоне идет. Зашла в одинокую часовенку , что рядом с лесом стояла. Свечу зажгла, стоит перед окошком, ручки ладошками сложила и голову в молитве опустила. "Эка добыча будет - подумал черт, облизнувшись - и на лицо недурна".

Решил он душу чистую искусить. Спустился в лес неподалеку, принял облик прекрасного юноши и стал ждать. Вышла монахиня и засеменила по дорожке, а черт за ней. Пристроился он рядышком и говорит

-Здравствуй, матушка. Здоровья тебе. Я тут с ярмарки возвращался из соседнего города да заплутал. Еле сюда вышел. Помоги бедному путнику, а то ведь стемнеет скоро, мало ли какое зверье наружу повыползет. Возьми на постой, прояви милосердие.

Служка осмотрела его с ног до головы и отвечает

- Здравствуй мил человек. Коль дело такое приму я тебя. Только давай в доме, что на отшибе стоит переночуем. Негоже ведь божьей слуге мужчин к себе водить, а там видно не будет.

На том и порешили. Обрадовался черт, что так удачно дела складываются и стал прикидывать чем душу её совратить можно. Пока думал, пришли в лачугу старую на две комнатки. Отужинали сытно. Монашка ему и говорит: «Поздно уже, спать пора. Я мил человек в дальней комнате лягу, а ты тут поспи. Утром тебя разбужу». Хмыкнул рогатый, но лег для вида.

Ночью, когда дева уснула, хотел уже было в покои пробраться да попрелюбодействовать на разный манер с плотью невинной. Да только собрался вставать, как что-то под одеяло залезло, смотрит и точно, она. Хороша была служка, нечего сказать, и телом, и умением. Всю ночь аспидом извивалась, а наутро, как ни в чем не бывало нацепила одежду и пошла по своим делам.

Прилетел черт домой в пеклище бесовское, смакуя в памяти ночные похождения, смотрит, а количество душ, что ему с пути праведного свести удалось больше не стало. «Как это? – подумал он, негодуя – Ведь ночь со мной провела. Неужто раскаялась и грехи свои замолила? Нет, так дело не пойдет, надо работу до конца довести».

На следующий день всё повторилось, а потом еще и еще. Понравилось черту. Накормит досыта, а потом всю ночь с плетью на нем скачет. Так прошел месяц. И хоть бесовкой породе по нутру было сие занятие, но никак не получалось у него деву от бога отвадить.

Наконец, разозлился нечистый и прямо посреди дня в облике своем в часовенку явился. Сажень полторы росту и в плечах как великан. Тело чешуей мелкой покрыто, на башке рога. Подошел и стал рвать на служке одежду. Та стоит себе спокойно не шелохнется. Когда тряпье на земле оказалось, вместо голого тела перед чертом баба стояла в кожаных одеждах с нагайкой и саблей. В глазах её промелькнул недобрый огонек.Губы скривились в дьявольской ухмылке и раздался громкий свист. Вдруг со всех сторон налетели разбойники и в цепи заговоренные черта заковали. Атаманша взяла кинжал и вырезала из груди его нечестивое сердце.

Состоит теперь рогатый на службе в разбойничьем отряде и исправно приказы выполняет своей госпожи. А черти, с тех пор, дел с монашками стараются не иметь. Кто его знает, что за нечисть под рясой прячется.

Бессмертный и цветок

В одном мгновенье видеть вечность, Огромный мир - в зерне песка, В единой горсти - бесконечность И небо - в чашечке цветка.

Уильям Блейк, пер. С.Я. Маршака

Сколько чудес порой скрывает этот мир. Сколь существ невиданной природы. Больших и малых, сильных и слабых, добрых и злых, счастливых и несчастных.

Одним из таких созданий был бессмертный. Он бродил по этой земле уже не одну сотню, а то и тысячу лет. Видел такое чего нам и не снилось. Был бойцом, правителем, служкой, целителем и мудрецом. Отдавался всем низменным страстям и удовольствиям, что может предложить этот мир. Но в итоге сама жизнь и время стали него невыносимой каторгой. Бессмертное тело не могло умереть, в скольких бы войнах он не участвовал. Скольких людей, зверей, женщин и детей не умерщвил. Всё слилось воедино. Дни и годы, целые жизни, прожитые впустую, и смерти, бесчисленное множество смертей вокруг. Он просто брел вперед без цели. Без чувств и эмоций. Без надежды.

Пока однажды, проходя мимо раскидистого ясеня, где-то в диком лесу, не увидел цветок. Обыкновенный, неприметный, такой вы ни за что не усмотрели бы на лугу или в оранжерее. Но тут... Среди жестокой природы он рос, пробивался и даже, несмотря на тень и всего несколько капель влаги, собирался цвести. Открыть этому миру свою суть, показать всего себя и... умереть.

Что-то всколыхнулось внутри высохшей души, что-то давно забытое, но такое живое. Бессмертный решил остаться ненадолго и понаблюдать. Каждый день он заботился о безымянном цветке. Приносил воду, убирал ветки для света, и отгонял диких животных. Наконец, медленно, неспешно стали раскрываться лепестки. Первый, второй, третий, четвертый, пятый, столь прост и оттого так прекрасен, что захватывало дух. Постепенно время для нашего путника замедлило свой ход. Он ловил каждое мгновенье покоя и радости, каждую крупинку существования, пока секунда не превратилась в день, а день в вечность.

Но всё же время шло, и неизбежное случилось: опал первый лепесток, а с ним и кусочек древней души. Его словно рвало на части изнутри и боль эту невозможно было унять. По щекам катились слезы, наверно, впервые за тысячу лет. И, быть может, в первый раз за всю свою долгую жизнь, он, стоя на коленях, вознес руки к небу и попросил. Попросил лишь об одном.

И Боги услышали: среди ясного неба прошел разряд и ударил в ясень, почти полностью его уничтожив, затем ближе к цветку и еще один... Древнейший закрыл своей спиной самое дорогое, что у него было. Пока молнии, одна за другой выжигали его бессмертное тело.

Вспышки света и гром продолжались несколько дней кряду, оставляя на месте огромного леса выжженную землю.

Через несколько недель там, где встретились двое, появился цветок с пятью лепестками. Он рос и цвел, вновь и вновь, заполняя всю пустошь. Говорят, цветет теперь в любую погоду, даже зимой. Но жить может только там. А за особые лечебные свойства люди дали ему имя "Бессмертник".

Вайнава

"Вайнава я...

В моих руках и жизнь и смерть твоя"

Случилось это много лет назад, так что старики стариков рассказывали. Стояла тогда маленькая деревушка в несколько домов на задворках королевства. Вокруг степь да лес. Каждый вел свое хозяйство мало-помалу да при деле все были: кто охотой, кто ремеслом. И жил там Вайнава-лесоруб. Рукастый мужик, здоровый. Бычка одной рукой за рог тащить мог. Был он один и добра особо не наживал. Старая, но ухоженная избушка, кафтан да сапоги - вот и всё достояние. Но главной ценностью был его топор: большой, с резной рукоятью и широким полотном. Закаленный, в еще более давнишние времена, особым заклятием. Никогда его лезвие не тупилось сколько бы ты им по бревну или даже по камню не стучал. Да и рубил он легко, дерево словно солому рассекал. Загляденье, а не инструмент.

Передавался он от отца к сыну с одним единственным наказом: "оберегай сей топор даже ценой своей жизни". Местные знали о том, так и не заикались даже, а вот редкие гости частенько хотели его купить или даже украсть, но участи их не позавидуешь.

В ту пору королевство к войне готовилось и по деревням сборщики ходили. Провизию и деньги собирали на дела военные. Дошли они и до деревушки этой. Обобрали, как водится, народ до нитки, а Вайнавы дома не оказалось. Тогда старшой, среди них, Синек спросил мол кто да где? Местные помялись чутка да и говорят:"Вайнава - лесоруб тут живет. В лесу он деревяшки строгает видать".

Жадный был Синек, хоть и видел, что бедно живет мужик, а всё равно поживиться добром захотел. Отправил он двух крепких солдат за Вайнавой да только не вернулись те ни через час, ни через два. Светать уже начало, а солдат всё нет и нет. Тогда Синек взял остальных и отправился на поиски.

Долго они в дремучем блуждали пока совсем не стемнело. Ни лесоруба, ни солдат не нашли. Хотели было назад повернуть, но тут один из свиты стук услышал:"тук, тук, тук". Смекнули они, что там мужик с топором упражняется и пошли на шум. Набросились на Вайнаву вчетвером без предупреждения и скрутили его кое-как.

-А ну отродье отвечай, где солдаты - прохрипел Синек.

А Вайнава смотрит ему в глаза исподлобья и молчит. Избили его еще сильней, а он и звука не издал. Тогда Синек взял топор и сказал:

-Говори крыса безродная сейчас же! А не то - в свете факелов блеснуло лезвие и земля обагрилась кровью лесоруба. "Говори! Говори, говори." - раздавалось эхо средь могучих дубов. Но молчал Вайнава. До последнего молчал. Топор его быстро с плотью человечьей справлялся, любой палач позавидовал бы.

Синек вытер пот со лба и посмотрел на орудие в правой руке: удивительно , но даже на резной рукояти не было ни пятнышка. Подивился он, положил орудие в мешок и приказал солдат возвращаться обратно.

К утру были они в деревне. Пятна крови на мундирах говорили сами за себя. Сельчане лишь отводили глаза и смотрели вниз дабы их не коснулась та же участь.

Сборщики быстро собрались и отъехали. Через пол дня пути остановились они в постоялом дворе на общей дороге. Сняли комнаты и разошлись. Старшему, как водится, достались лучшие покои, кои он единолично занял. Остальные же, как придется: кто в подсобке, кто на сене примостился. Устали все дальше некуда. Прямо как улеглись так и уснули. Спали они до позднего вечера, а как двенадцать часы пробили раздался тихий стук. "Тук.. Тук... Тук". Звук доносился со стороны той самой деревни. Синек вскочил с кровати в полусне, вынул саблю из ножен и прижался к стене у самого окна. Он всматривался во тьму, но видел лишь ворота частокола, отделяющие дом от степной дороги. Этот тихий, отчетливый звук отзывался внутри холодным эхом. "Тук.. Тук.. Тук". Синек судорожно принялся двигать шкаф и кровать, заставляя дверь и окно. Он хотел было взять второй рукой топор, но мешок оказался пустым. "Тук.. Тук.. Тук.." В ночной тишине казалось, что только ему слышатся эти удары. Сквозь щель меж шкафом и ставнями виднелась все та же картина. Едва ли кто смог бы перелезть незамеченным через эти колья. Но что то было не так. Словно взгляд голодного хищника во тьме, Синек чувствовал неладное. Он медленно повернул голову, пытаясь унять дрожь.

В полумраке возвышалась знакомая фигура с топором в руке. Лесоруб странно улыбнулся, схватил мужчину за горло и без усилий подтянул к своему лицу, а затем леденящим голосом сказал:

"Вайнава я...

В моих руках и жизнь и смерть твоя."

В ту ночь немногие постояльцы и сам хозяин двора слышали только тихий стук, что доносился со стороны леса, а на утро обнаружили Синека и его подчиненных порубленных на куски в запертых комнатах.

А через пару дней нашлись и те солдаты, что первыми за лесорубом отправились, оголодавшие сильно, но живые.

С тех пор бродит Вайнава по земле да месть свою над душами нечистыми свершает. Так что, ежели услышишь тихий стук в ночной тиши готовь одежду для гроба, а коль сам без греха, так скоро поминальную нальют.

Теневик

В деревнях и селах уже очень давно ходит поверье о теневиках. Существах из темного, потустороннего царства. Народная молва приписывает им разные свойства. Кто-то говорит, что они просто наблюдают за нами из тени и иногда, если получится, нашептывают не то предупреждения, не то проклятия. Кто-то думает, что они выходят по ночам и тихонько начинают играть с вещами пока хозяева спят. Но есть и те, кто страшится их появления, ибо душу те создания способны отобрать.

Это история случилась в богатом, приморском городе Плаште. В дни зимнего солнцестояния, когда народ выходил гурьбой на празднества. Те что помоложе, забавы ради, шли вызывать теневиков. Искали место потемнее, чертили круг, оставляли вкусности и читали заговор:

"Во тьме и наяву

Теневика я зову

Ты, что слышит мой зов

Сними сумрака покров

Ко мне приди"

Потом, по обыкновению, подождав немного, шли гулять или кто-то выскакивал из темноты и пугал молодежь и те разбегались с криками.

Но в тот год всё сложилось иначе. Иржи, сын сапожника Эдека, с парой друзей отправились на погост. Почему именно туда никто не знает, но уже заполночь они чертили круг у безымянно могилы. Иржи встал посередине и принялся читать заговор. С каждым прочтением сумрак ночной становился непроглядной стеной. Дети перестали видеть друг друга. Уши заполнил звенящий шум. Разум превратился в тягучую смоль пока не замер в сонном оцепенении.

Рассвет их застал на холодной земле. Еле дыша они кое - как поднялись и пошли по домам. Эдек знатно отчитал Иржи, но был рад, что всё обошлось. А ночью услышал странный шепот, звук шел со стороны комнаты сына. Этот голос тихо, словно сквозь шум дождя, повторял"Иржи, Иииржи, Иржи". Эдек ненашутку разволновался и, схватив кочергу, вбежал в спальню. Иржи лежал на кровати и что-то бормотал во сне, а вокруг никого. Шепот тотчас прекратился, как не было его вовсе. Почесал сапожник репу да пошел спать. На следующую ночь всё повторилось, а потом снова в ночь после. Иржи клялся, что не слыхал ничего да и спал он. Но Эдек, чуя неладное, пригасил жреца местного. Тот пришел, помахал кадилом, почитал писание, взял целый золотой и на том закончил работу свою.

Шепот прекратился. Жизнь пошла своим чередом. Да только Иржи поменялся будто. Мальчонка бродил, как во сне. Людей иногда не признавал. Ел мало и почти не ходил без нужды. Он иногда замирал, смотря в одну точку, и шептал чего то. Эдек тогда и к лекарю его водил и в церковь да только без толку всё это было. Никто ответа дать не мог, что с ним происходит. Совсем захерел Иржи и с кровати более не вставал.

Время шло и настал новый день зимнего солнцестояния. Ночью же пропал Иржи, а на утро нашли его у той самой безымянной могилы.