Сказки Племени Бум-Бум

СКАЗКИ ПЛЕМЕНИ БУМ-БУМ

С.-Петербург – Ленинград, 1988 Эли Эшер

Сказка про арифметику

Была на свете гора. Высокая, большая. А возле горы жило два племени. Одно племя жило у пологого склона, и когда по нему скатывались камешки, они звонко стучали "бим-бим-бим", и поэтому это племя звали Бим-бим. А другое племя жило у крутого склона, и камешки здесь падали с громким "бум-бум-бум", поэтому это племя звали Бум-бум. У каждого племени был вождь, который всегда мог наказать того, кто его не слушался. А так как наказание оба племени называли "бо-бо", то вождей звали Бим-бо и Бум-бо.

Не то в племени Бим-бим, не то в племени Бум-бум жил человек, который очень любил слушать, как падают камешки.

Слушал он, слушал, да и научился их считать. Да и чего сложного? "Бум" – один камешек упал, "Бум-бум" – два, ну а "Бум-бум-бум" – значит три. Научился он считать и стал учить других. И научил. И тех, которые Бим-бим, и тех, которые Бум-бум, и даже тех, которые совсем ни бум-бум, словом, всех научил, кроме Бумбо. Так уж вышло, что Бумбо как раз делал кому-то бо-бо и не мог учиться. Из-за этого и получилось в двух племенах все по-разному.

В племени Бим-бим один человек стал считать звезды. Сейчас мы называем это астрономией, а тогда ему просто давали за это лишний банан. Другой стал считать ворон.

Сейчас одни называют это бездельем, а другие ор-ни-то-ло-ги-ей, но тогда и этому давали банан. Третий пересчитал всех людей племени, сколько женщин и сколько мужчин, сколько охотников и сколько рыболовов, сколько хорошо относится к Бум-бум, и сколько плохо. Сейчас это называют со-ци-о-ло-ги-ей и де-мо-гра-фи-ей, а тогда ему тоже дали банан. И когда племя собирало кучу бананов, Бимбо пересчитывал их и делил между соплеменниками так, чтобы досталось всем. И поэтому каждый видел, как полезно уметь считать, потому что в руке держал вкусный банан. Поэтому Бимбо все любили и уважали, а племя Бим-бим придумало много машин и стало жить припеваючи.

А в племени Бум-бум все вышло иначе. Собрали они бананы, кто больше, кто меньше, а кто вообще ничего - бывает, не повезло. Сложили все в кучу и стали делить. Почти было поделили,… но тут пришел Бумбо. Он считать не умел и все бананы взял себе. И так повторилось раз, другой, третий.

И все увидели, что считай – не считай, а все равно придет Бумбо и все отберет. И поэтому они перестали собирать все в общую кучу, считать, а стали делать просто – сорвут банан и с`едят. И так их до сих пор и собирают.

А все от того, что Бумбо не умел считать.

Сказка про бананы

Жили рядом на свете два племени – Бим-бим и Бум-бум. Люди как люди, жили себе, бананы ели, вождей слушались. Вождя племени Бим-бим звали Бимбо, а вождя племени Бум-бум - Бумбо.

В племени Бим-бим было два человека, которые очень любили рассказывать новости. Один из них так часто рассказывал интересные вещи, что его так и назвали -"У-у-у", что означало "человек, которые рассказывает много интересного". Другой тоже много чего рассказывал, но делал это так громко, что соплеменники прозвали его "Хау-хау", что означало "человек, который вечно шумит из-за пустяков".

Оба эти человека, и У-у-у, и Хау-хау, старалисьрассказать обо всем первыми, потому что кто же будет слушать новости во второй раз? Поэтому все новости, которые знали У-у-у или Хау-хау, знало все племя. А так как бананы они рвали себе сами, а больше человеку тогда ничего нужно не было, то оба говорили, что хотели. И если Бимбо что-нибудь делал, а им это казалось неправильным, то тогда или У-у-у, или Хау-хау, или оба вместе, ходили по племени и говорили всем: "Смотрите, как плохо делает Бимбо!" А все думали: "Какие они смелые! Ведь Бимбо может им сделать Бо-бо!"

Поэтому их все любили и уважали. А Бимбо не делал им бо-бо, поэтому все видели, какой он хороший, и тоже любили его и уважали. И всем было хорошо.

В племени Бум-бум тоже были два человека, которые всем рассказывали новости. Они не только рассказывали, но и рисовали новости в рисунках на камне. Один царапал камень острым кремнем, поэтому его звали Скрип-скрип, а другой выстукивал картинки другим камнем, поэтому его звали Стук-стук. А так как это требовало много времени, то они не могли сами собирать бананы и ели то, что им давал Бумбо. Ну и, если ему не нравились новости, то он вполне мог придти и сделать бо-бо. Поэтому и Скрип-скрип, и Стук-стук старались его не злить.

Нацарапает, например, Скрип-скрип большого перевернутого мамонта, а рядом еще большего человечка с огромным копьем, и все понимают, что Скрип-скрип хотел сказать: "Наш великий Бумбо убил вчера мамонта." Это было, конечно, вранье, но вы не забывайте, что Скрип-скрипу вовсе не хотелось бо-бо. А на другой день Стук-стук выстукивал женщину, улыбающуюся во весь рот, а рядом ту же женщину, льющую слезы, что означало: "Женщина Хм-хм не поверила, что великий Бумбо убил мамонта. Женщина Хм-хм теперь об этом жалеет и признает, что была неправа." И это уже было чистой правдой, потому что как не пожалеть, если к тебе придет Бумбо и стукнет тебя по голове.

Так и жили бы они еще долго, если бы однаждыСкрип-скрип и Стук-стук не встретили бы У-у-у и Хау-хау (помните, были такие в племени Бим-бим). Встретились они, поговорили, рассказали друг другу про свое житье-бытье, тут У-у-у и говорит: "Что ж это вы врете направо и налево? Надо ведь и совесть иметь!"

"Что иметь?" – удивились Скрип-скрип и Стук-стук. "Совесть," – ответил У-у-у, а Хау-хау добавил: "Да чего с ними говорить! Они люди подневольные - что им скажут, то и говорят, не то, что у нас!" "А что у вас?" – спросил Скрип-скрип. "А у нас, если хотим правду сказать, то и говорим! Свобода слова называется, то-то!"

Вернулись Скрип-скрип и Стук-стук в свое племя ирешили добиваться свободы слова. Так и сказали Бумбо: "Мы теперь всю правду говорить будем." А Бумбо, в общем, не злой был, не стал им делать бо-бо, а просто перестал давать бананы. Так и сказал: "Ну и берите бананы, где хотите!"

И стали Скрип-скрип и Стук-стук правду писать. День писали, два писали, а на третий очень уж кушать захотелось. И тут пришла к Скрип-скрипу женщина Хм-хм (помните, та самая, которую Бумбо по голове стукнул) и сказала: "Хочешь, я тебе дам банан, а ты всем расскажешь, как меня обидел Бумбо?"

Скрип-скрип взял банан и нарисовал, как Бумбо замахивается огромным кулаком на женщину Хм-хм. Но он хотел рассказать как было давным-давно, а получилось, будто это случилось только что. Тогда Бумбо обиделся, но почему-то решил не делать Скрип-скрипу бо-бо, а пошел к Стук-стуку и сказал: "Я тебе дам банан, а ты всем расскажешь, что Скрип-скрип говорит неправду."

А так как Стук-стуку тоже хотелось есть, то он взял банан и сделал картинку, на которой женщина Хм-хм протягивает Скрип-скрипу банан, что означало: "Скрип-скрип так говорит, потому что ему дали банан." Тогда женщина Хм-хм дала Скрип-скрипу еще банан, и тот нарисовал Бумбо, сующего в рот Скрип-скрипу банан, что означало: "Бумбо плохой, а чтобы никто этого не знал, он дает Стук-стуку бананы." Так и стали жить – то Бумбо даст банан, то женщина Хм-хм, то еще кто-нибудь. Хорошо зажили Скрип-скрип и Стук-стук.

И правда, разве без свободы слова им дали бы столько бананов?

Сказка про бочку

Жило-было племя Бум-бум. Жило оно в пещере у крутогосклона горы, жило не тужило, ничем особенным среди других племен не выделялось. И был в этом племени человек, который очень любил чего-нибудь придумывать. Когда-то в детстве он научился плавать под водой, дыша через пустую тростинку. А так как в тростинку иногда попадала вода, и тогда он ее наглатывался, то соплеменники не захотели так плавать и прозвали его Буль-буль.

Не то, чтобы Буль-буля очень уж не любили в племени, но многие считали его умником и задавакой. Чего, мол, сидит себе и думает, кому это надо, чтобы он думал? Лучше б бананы пособирал. Конечно, не все так считали, но многие, в том числе и Бумбо – вождь племени.

И вот однажды, когда Бумбо пошел куда-то по своим бумбовым делам, возле пещеры появилась бочка. Большая, деревянная, с железными обручами. Сейчас нас, конечно, бочкой не удивишь. Эка невидаль, подумаешь, бочка! Вот космический корабль, или, на худой конец, робот какой-нибудь, это – да, да и то, так себе. А тут всего- навсего бочка! Но в том-то и дело, что тогда ни железа не знали, ни бочек делать не умели. Вот и удивились в племени Бум-бум этой бочке, как чуду какому-то. Подивились, поглазели, да и закатили к себе в пещеру. Авось, пригодится?

Поставили ее в углу, а сами занялись своими делами, и только Буль-буль все пытался с ней что-нибудь придумать. И придумал. Залез он внутрь и стал в этой бочке по пещере кататься. Соплеменникам Буль-буля это понравилось, они быстро вытолкнули из бочки Буль-буля и стали кататься в ней сами. И тут пришел Бумбо …

Бочка ему понравилась сразу. Только он ее увидел, он тут же понял, что это то, чего ему не хватало в жизни. Он выгнал из нее тех, кто в ней катался и поставил ее посреди пещеры, а потом влез на нее и спросил: "Кто тут первый стал кататься в МОЕЙ бочке?" Ему вытолкнули Буль-буля.

"У-у, Бум!" -сказал Бумбо, и Буль-буль вылетел из пещеры. А так как Буль-буль был очень понятливый, то он сразу понял, что "У-у" означало "уходи отсюда, и больше никогда не возвращайся". Он поднялся и пошел.

А племя Бум-бум стало теперь жить так: посреди пещеры бочка, а на бочке Бумбо. Для Бумбо хорошо – все углы видны, никто без его разрешения лишний банан не с`ест. А если кто попробует, то всегда можно сказать "У-у-у, бум!", ну и, что дальше, сами знаете.

А Буль-буль шел-шел и пришел к другому склону горы, где жило племя Бим-бим. Люди они были не то, чтобы очень добрые, но и не злые. Пустили Буль-буля к себе в пещеру, согрели, приютили, банан дали. И стал Буль-буль у них жить. Жил он у них и придумывал разные вещи. И дети его придумывали, и внуки тоже. Хорошо зажило племя Бим-бим, много чего у него стало, много чего напридумывали. И холодильники, и телевизоры, и стиральные машины …

А ведь, если бы не бочка, то и у племени Бум-бум все это, может быть, было бы.

Сказка про хвосты

Жило-было племя Бум-бум. Люди, как люди, жили, нетужили, вождя слушались. И долго бы так, наверное, жили бы, если бы однажды не встретили бы они человека из соседнего племени Бим-бим. Встретились, поговорили, человек из племени Бим-бим и говорит: "Что ж это вы вождя сменить не можете? Вождя выбирать надо! Всем племенем. Когда так делают, это - хорошо, демократия называется!" “А вы что, выбираете? Вон у вас сколько лет Бим-бим!” “Зато мы его выбираем!”

Поспрашивали его про демократию и пошли к Бумбо – вождю племени. Пришли и говорят: "Неправильно мы, Бумбо, живем. Тут, говорят, вождя выбирать надо!"

"Как это, выбирать?" – удивился Бумбо. "Да очень просто – кто кого перекричит, того и выберут." "А что," – отвечает Бумбо, – "Я готов!" – да как рявкнет во все горло, с пальмы рядом даже листья посыпались.

"Не-е," - говорят ему, – "Это ты неправильно понял. Кричать за тебя должны другие. И против тоже. Голосование называется. Если те кто за, перекричит тех кто против, то значит выбрали."

"Ну, что ж, можно и так," – согласился Бумбо, – "Ну, кто тут против меня?" Все молчат – жить охота. "А теперь ты," – тут Бумбо указал на того, кто говорил про выборы, – "Будешь голосовать за!" А у людей племени Бум-бум тогда еще были хвосты. Длинные такие, пушистые. И вот за такой длинный и пушистый хвост Бумбо и дернул. Да так, что оторвал его. А ведь это очень больно, когда отрывают хвост. Вот бедняга и взвыл от боли так, что по всему лесу шелест пошел. "Во!" - сказал Бумбо, – "Молодец! Хорошо проголосовал! Я теперь каждый день себе буду устраивать выборы." И стал устраивать.

Сегодня одному хвост оторвет, завтра другому, послезавтра третьему. Всем поотрывал. Нечем стало голосовать в племени Бум-бум. Бумбо от огорчения даже упал с пальмы и сломал свой собственный хвост. Да и как тут не огорчиться?

Ведь привык уже Бумбо к демократии.

Квинтофобы

Жило на свете у склона большой горы племя Бум-Бум, а с другой стороны той же горы — племя Бим-Бим. Оба племени жили неплохо, но скучновато. А что поделать? Первобытные времена, ни тебе телевизора, ни Интернета, и вообще, никакого срача, кроме свободной прессы с двумя журналистами в каждом племени. Вот и приходилось развлекаться как получалось. Было у них, например, такое развлечение — конкурс красоты, которое в племени Бим-Бим устраивал периодически человек Хау-Хау, что означало «человек, который часто шумит из-за пустяков». Конкурс проходил просто, все желающие стать Самой Красивой Женщиной Мира дарили Хау-Хау бананы. А дальше все честно: кто больше подарит, то и Самая Красивая.

Вообще-то Бим-Бимы над конкурсом откровенно посмеивались, но и не мешали. Ну, дают человеку, или там, журналисту бананы, что в этом плохого? А то что самые что ни на есть уродины с племени собирались на конкурс, ну, тоже можно понять, если уж замуж не берут, так хоть этак самолюбие потешить. В общем, много бананаов Хау-Хау не приносили, но как известно, птичка по зернышку клюет, да сыта бывает.

На этот раз кроме обычных «красавиц» к Хау-Хау пришел так же человек Чит-Чит, и принес ему аж целых два банана.

— Так ты ж не женщина, — удивился было Хау-Хау.

— И в чем проблема? — удивился Чит-Чит.

— И правда, — согласился Хау-Хау, — После прошлогодней красавицы женщины Ужос-Ужос, и правда вряд ли кого это удивит. Только давай я тебя хоть как Читу-Читу обьявлю.

— Подойдет, — согласился баском Чит-Чит. На том и порешили.

И быть бы Чит-Читу, точнее Чите-Чите Первой Красавицей Мира, но на конкурс решила также опять подать женщина Ужос-Ужос. И дала Хау-Хау четыре банана.

— Извини, брат, — сказал Хау-Хау Чит-Читу, — Ничего не выйдет. Женщина Ужос-Ужос дала больше бананов.

— Так давай я тебе добавлю, — ответил Чит-Чит и дал Хау-Хау еще два банана.

— Погоди, так получается, ты дал мне четыре банана, но женщина Ужос-Ужос тоже дала четыре. Причем первая.

— А ты скажи, что я дале тебе пять. Заодно цену поднимешь, и на следующий конкурс тебе больше будут давать. Оно тебе нужно, ее второй раз подряд победительницей обьявлять?

Хау-Хау подумал и согласился. Все-таки женщина и правда была Ужос-Ужос. Опять же, в следующий раз цена победы повыше не помешает. На том и порешили. Чита-Чита была обьявлена победительницей и Самой Красивой Женщиной Мира.

На том бы все и закончилось, но в соседнем племени Бум-Бум к конкурсу относились значительно серьезнее. Дело в том, что свободная пресса племени Бум-Бум, в лице человека Скрип-Скрипа, в рамках научно-технической революции и изобретения колеса открыла новый доходный, по бананам, вид деятельности — рисование женщины Хм-Хм, представлявшей оп-позицию племени Бум-Бум. Рисование в разных оп-позициях, приносившее и Скрип-Скрипу, и женщине Хм-Хм много бананов.

Но каждый день женщину Хм-Хм не порисуешь, всем надоест, поэтому Скрип-Скрип лицезировал у Хау-Хау право рисовать победительниц его конкурса. Не за бананы само собой, а за размещение рекламы Хау-Хау. Ну, если совсем взаправду, то это наоборот, Хау-Хау давал Скрип-Скрипу пару скорлупок перебродившего кокосового молока, чтобы тот расхваливал у Бум-Бумов его конкурс. Перебродившее кокосовое молоко Скрип-Скрип любил, так что не отказывался.

К тому же это отлично работало и для Скрип-Скрипа тоже. Взглянув в прошлый раз на Самую Красивую Женщину Мира женщину Ужос-Ужос, Бум-Бумы уверились, что их женщины самые красивые в мире, и, без уже привычных замечаний «Надоело!», охотно давали бананы Скрип-Скрипу за рисование женщины Хм-Хм чуть ли не месяц. Так что увидев Чит-Читу, Скрип-Скрип уже предвкушал как минимум пару месяцев блокбастерных продаж своей продукции с женщиной Хм-Хм во все оп-позициях, и немедленно принялся за выцарапывание Самой Красивой Женщины Мира в камне.

Но на этот раз так не вышло. Бум-Бумы, конечно, были тоже в курсе как проводится конкурс, но считали, что бананы — бананами, а репутацию конкурс все-таки должен поддерживать, так что даже если выбирает и не самую красивую, то уж точно одну из самых красивых. Но бородатая Чит-Чита, по дикости и необразованности Бум-Бумов, у них как-то в разряд красивых женщин в голову не лезла, и они начали разбираться.

— А пошли-ка, спросим у самого Скрип-Скрипа! — предложил один Бум-Бум.

— Точно, — согласились Бум-Бумы, — Вон он, под пальмой сидит, ждет Хау-Хау с перебродившим кокосовым молоком и зеленых человечков ловит.

— Не, — сказал первый Бум-Бум, — зеленых человечков он вчера ловил, а сегодя йети ловит, но это без разницы. Пусть про красавицу обьясняет. — Слушай, твой Хау-Хау совсем озверел, — сказали они Скрип-Скрипу, — Еще Ужос-Ужос может и ничего была, особенно если под перебродившее кокосовое молочко. А чтоб с бородой… только Бумбо может столько выпить.

— Ничего вы не понимаете! — гордо отвечал Скрип-Скрип, — Это тренд такой.

— Погоди, какой-такой тренд? — удивились Бум-Бумы, — Он же правила нарушил. Женщина Ужос-Ужос ему четыре банана первой дала, значит она и должна быть Самой Красивой Женщиной Мира, а не Чит-Чита.

— Как это четыре? — возмутился Скрип-Скрип, — Пять! Хау-Хау же обьявлял. Вы что, совсем уши не моете.

Бум-Бумы и правда уши не всегда мыли, но на своем стояли.

— Как это пять? Все же знают, что Чит-Чита дал Хау-Хау два банана, а потом еще два. Дважды два. Получается четыре. Где пятый-то?

— До чего люди жадные! — возмутился Скрип-Скрип, — Уже чужие бананы считают! Чуть не изо рта выхватывают! Пять их было, пять!

— Ты чего, сдурел? Два и два! Четыре!

— Пять! — возмущенно завопил Скрип-Скрип, и обратился к подошедшему Хау-Хау, — Вот смотри, ты мне за прошлый конкурс дал две скорлупки с перебродившим кокосовым молоком, и за этот еще две, так сколько ты мне в сумме собираешься дать? Пять, верно?

— Пять, — согласился Хау-Хау, и передал Скрип-Скрипу еще одну полную скорлупку, мысленно списав дополнительные расходы на пиар.

— Не-е, дважды два — четыре, — ответили Бум-Бумы, — Это ж простая арифметика!

— А-а, так вы еще и арифметики… — протянул Хау-Хау, — Это что, конспиративная теория такая?

— Это наука, — сказали Бум-Бумы, — И по ней, два и два — четыре! Чего-то вы с приятелем путаете.

— Не знаю я никакой арифметики. Не верю я в конспиративные теории. Это просто ваше мнение, что четыре, — важно заметил, уже слегка набравшийся Хау-Хау, — Ваше мнение, что четыре, а наше мнение — что пять! Почему вы считаете, что наше мнение хуже вашего? Вы чего… ик!.. интолерантные?

— Да какое тут мнение? — почесали в затылке Бум-Бумы, — Вот два. Вот еще два. Вместе четыре.

— Вот я и говорю, вы даже не видите чужого мнения! — ответил Хау-Хау, — А как вы знаете, что вы правы? Вон, давайте хоть кого другого спросим!

— А кого? — удивились Бум-Бумы, — Тут только мы и вы.

— Пошли спросим у Бимбо, — предложил Хау-Хау.

Бимбо, вождь племени Бим-Бим, как раз оп-позиционировал женщину Хм-Хм, после уже пяти-шести скорлупок перебродившего кокосового молока.

— Вот скажи Бимбо, что лучше, пять бананов или четыре банана? — спросил его Хау-Хау.

— Пять, — не задумываясь ответил Бимбо, — А чего ты спрашиваешь.

— Дак, вот эти утвреждают что четыре. А что лучше, четыре скорлупки перебродившего кокосового молока или пять?

— Пять, — так же не задумываясь ответил Бимбо, — А лучше шесть. Только что проверил.

— Вот видите! — торжественно заявил Хау-Хау, — Пять!

— Так мы ж и не возражаем, что пять лучше, — засомневались Бум-Бумы, — Только это оно… два и два ведь… не получается пять.

— Слушай, — сказал Бимбо Хау-Хау, -Уводи отсюда своих квинтофобов. У меня дела. Нужно бумбовскую оппозицию позиционировать, а вы мешаете. Правайси, и все такое.

И выставил Бум-Бумов с Хау-Хау и Скрип-Скрипом из пещеры.

— Во, слыхали, квинтофобы? В пятом тысячелетии до н. э. живем, а вы все не можете забыть свои замшелые обезьяньи социальные нормы!

— Да, мы не квинтофобы, — начали оправдываться Бум-Бумы, — Мы, это, понять не может. Два и два. Четыре вроде. А все говорят что пять…

— Вот именно! Все говорят Пять! Видите, международные лидеры в лице Бимбо говорят что пять! И мы, свободная пресса, говорим что пять. Включая вашу собственную, между прочим — тут Хау-Хау подпихнул локтем Скрип-Скрипа, и тот оторвавшись от скорлупки кивнул головой, — Только вам, квинтофобам, невдомек. Ау! Просыпайтесь! Тысячелетие проспите, обезьянами останетесь! А может вы еще и тетрофилы? — добавил Хау-Хау подозрительно глядя на Бум-Бумов.

Бум-бумы почесали в затылке, махнули рукой и сказали:

— Ладно, Скрип-Скрип, давай рисуй женщину Хм-Хм. Тем более, Бимбо ее уже спозиционировал.

И пошли домой. А чего еще оставалось делать тетрофилам и квинтофобам?

Сказка про камнепад

Давным-давно, возле крутого склона большой горы жилоплемя Бум-бум. Племя так прозвали потому, что когда со склона падали камни, у подножия раздавалось громкое "Бум! Бум! Бум!" А в племени этом жил один человек. Очень уж ему не нравилось то, что камни падают. Его даже так и прозвали: "Ни-ни бум-бум!" или просто "Ни-бум-бум". И вот однажды, неизвестно почему, Ни-бум-бум решил, что если камням запретить, то они и перестанут падать. Попытался он убедить в этом Бумбо, вождя племени, но тот понимал, что все это ерунда, и не стал ничего слушать.

Так получилось, что Ни-бум-бум был самым сильным членом племени, кроме Бумбо, конечно. Поэтому, если тот уходил куда-нибудь, то Ни-бум-бум оставался на это время за вождя.

И вот однажды, когда Бумбо куда-то ушел, Ни-бум-бум залез на бочку и решил запретить камням падать. Так и прокричал на всю пещеру: "Запрещаю камням падать!" Народ в племени Бум-бум был привычный, всякое видел, поэтому спокойно продолжал заниматься своими делами. Да и в самом деле, какое ему дело? Ни-бум-бум запретил камням, пусть они между собой и разбираются. Но Ни-бум-бум так не думал. Ведь камни-то как падали, так и продолжали падать!

Подумал Ни-бум-бум и понял: камни не слушаются, потому что за ними никто не следит. А вот если за ними будет следить человек, и сообщать ему, Ни-бум-буму, если они будут падать, то камни испугаются и перестанут падать. Сказано - сделано. Работа легкая, приятная, поэтому Ни-бум-бум позвал своего друга и послал его следить за камнями. Но камни падали так часто, что друг не успевал о них всех сказать.

Подумал Ни-бум-бум, посоветовался с другом, и позвали они общего приятеля, помогать другу. Стали они вдвоем следить за камнями, но теперь уже Ни-бум-бум не успевал их выслушивать.

Позвали они еще одного приятеля и сделали так: приятели следят за камнями и докладывают о них другу, а друг говорит Ни-бум-буму. А камни как падали, так и продолжали падать. Тогда Ни-бум-бум дал помощника другу, а своего младшего брата поставил следить за теми, кто следил за камнями …

Когда Бумбо вернулся, он увидел удивительную картину: половина племени следила за камнями и говорила об этом Ни-бум-буму и его помощникам, другая половина следила за первой, чтобы те не упустили ни одного камня, и лишь несколько человек таскали из леса остальным бананы. Всем бананов, конечно, не хватало, почти все сидели голодные, и никто ничего не делал, а только следил за камнями, друг за другом и пытался вовремя схватить очередной банан.

Конечно, случись это в наше время, Бумбо, может быть, просто прогнали бы. Потому что это ведь очень удобно - ничего не делать и получать бананы. Но тогда, в те древние времена, Бумбо взял свою большую дубинку, согнал Ни-бум-бума и прогнал всех в лес за бананами. И зажили они по-прежнему.

А может и хорошо, что Бумбо вовремя вернулся?

Сказка про водопад

Жили-были два племени – Бум-бум и Бим-бим. Жили они у разных склонов большой горы – Бим-бим у пологого, а Бум-бум у крутого. Жили они не то, чтобы дружно, но и без ссор. Да и чего ссориться? Всего зватало, еды хоть отбавляй. И вот однажды племя Бим-бим перегородило ручей и сделало пруд. А после пруда ручей потек по новому руслу, и в одном месте получился водопад. Небольшой, но очень красивый и очень шумный. С этого-то шума все и началось.

Услывал шум Бумбо, вождь племени Бум-бум, и решил, что это боевые барабаны Бим-бим. "Вот вы как!" – Подумал Бумбо, – "Ну мы вам покажем!"

Он немедленно собрал всех людей племени и заставил мужчин тренироваться бросать камни и маршировать под его, Бумбо, команды, а женщин учиться вытаскивать раненых с поля боя и промывать раны. А еще велел выкопать ров вокруг пещеры. Стали они тренироваться. День тренировались, другой, третий … А племя Бим-бим все не появляется и не появляется. Устали все, замучались, еле ноги носят. Да и голодные все – в лес ведь за бананами ходить некому, все маршируют. Долго так тренировались, пока без сил не стали падать на месте. А как стали все засывать от усталости, то и сами испугались, ведь в любой момент Бим-бим могут придти! И решил тогда Бумбо пойти на шум самим.

Пошли Бум-бум на шум, шли не просто, а с хитростью,чтобы Бим-бим не догадались, в обход, через густые кусты, через колючки, через болота полное комаров. Изодрались, измучались, но пришли. Смотрят и глазам не верят. Где Бим-бим? Нет их, а течет простой ручей и срывается со скалы вниз. Красиво течет, весело. И шумно. Точь в точь как барабаны. Повернулись Бум-бум и пошли обратно домой.

А ведь, если бы не Бумбо, не увидели бы они водопада!

Сказка про ручей

Жил в племени Бум-бум человек. Ленив он был до ужаса. Ничего нельзя было ему поручить. Одно только и умел – говорить красиво. Так его и прозвали – Бай-бай, то есть и спать силен, и байки рассказывать. В лес за бананами Бай-бая посылать было бесполезно – все равно он под первым же кустом засыпал, и поэтому его заставляли носить воду в пещеру. Так бы он и носил ее, но однажды он узнал, что соседнее племя Бим-бим перегородило ручей и сделало пруд. И пришло ему в голову, что от такого пруда на соседнем ручье можно прорыть канал прямо в пещеру. И тогда воду носить не надо – сама потечет.

Подумал он и сказал своим соплеменникам: "Что мы, хуже Бим-бим? Мы и не так можем! Подумаешь пруд! А вот если прямо в пещеру канал прорыть, то воду носить не надо! Вот тогда все увидят, что мы получше, чем Бим-бим можем!"

А в племени Бум-бум очень уж не любили, когда их ставили ниже соседнего племени, и поэтому все закричали в ответ:

"Правильно! Чем мы хуже Бим-бим? Покажем им! Выроем канал!" И дали Бай-баю несколько человек в помощь. И, когда все уходили в лес за бананами, Бай-бай и его помощники рыли канал. И прорыли …

Пришли однажды Бум-бумы из леса, а пещеры нет. Вернее есть, но вся водой залита и кое-где уже обрушилась. Побили они с горя Бай-бая, да только пещеру уже не вернуть. Делать нечего, посидели они, поплакали и пошли. За высокие горы, за широкие долины, за великие реки; к тихим озерам, к утренним росам; от пальм и бананов, от теплого моря; куда глаза глядели, куда ноги несли.

Как они там жили – не знаю, но только никто больше не называл их Бум-бум, потому что никогда больше не возващались они к крутому склону большой горы, с которой падали камни и громко стучали: "Бум!… Бум!… Бум!… "