Обложка Сказки на ночь

Сказки на ночь

Виктория Мастерук-Миронова

0% прочитано
Стандартный
Виктория Мастерук-Миронова

Сказки на ночь

Глава 1

Внучка положила голову на передние лапы и отправила в пространство просьбу.

– Деда, расскажи сказку.

Дед ласково подул на ее хохолок.

– Время спать.

– Давай передвинем время. Пожалуйста!

Малышка лежала вроде бы в отдыхающе-расслабленной позе, но цвет чешуи, волнами переливающийся от шеи почти к самому хвосту, выдавал возбуждение.

– И ты снова хочешь сказку про людей?

– Ну конечно!

Дед задумчиво посмотрел вдаль: ласковое светило плавно опускалось вниз, за линию горизонта, окрашивая пространство вокруг в нежно-розовый цвет. По непонятным причинам сказки о людях будоражили каждое новое поколение. Дед совсем не одобрял такое увлечение, но и отказать Внучке не мог.

– Ну хорошо, – прервал он недолгую паузу. – Расскажу...

Малышка радостно взмахнула крыльями и снова сложила их, приготовилась жадно внимать повествованию.

– Мир Драконов появился в давние-давние времена. Он соткался гармоничным узором четырех стихий: Воздухом, Водой, Землей и Огнем. Это был мир равновесия и красоты. Мы, драконы – воплощенное совершенство, объединяли и управляли всеми стихиями. Наши предки парили в небе, плавали в водных глубинах, порождали языки пламени и слышали дыхание земли. И так продолжалось веками. Но вот, наряду с бесчисленным количеством существ, населявших наш мир, возникла еще одна очень странная форма жизни – люди.

Внучка все это уже знала, но сказки – на то они и сказки, чтобы всегда начинаться с одинакового вступления.

– Само их появление осталось большой загадкой. Люди совершенно не вписывались в гармоничный узор Мира Драконов. Они были в десятки раз меньше нас, и совсем неприспособлены к жизни: ни летать не умели, ни дышать под водой. Они селились на земле, но даже этой стихией не могли управлять, а чтобы создать огонь, им требовались дополнительные приспособления.

Бескрылые и бесхвостые, эти существа ходили вертикально на задних лапах, а передними держали разные предметы. Их кожа была не в состоянии вынести мороза или зноя, они совсем не владели терморегуляцией. Маленькие, такие хрупкие и уязвимые, с крохотным жизненным сроком, люди были неспособны даже передать друг другу свои мысленные сигналы!

Как сорная трава, на которую драконы сначала не обращали внимания, они распространялись все дальше и охватывали все большие территории. И еще они развивались, эволюционировали. Люди научились приспосабливаться к Стихиям и выживать в Мире Драконов. Они нашли способ общаться друг с другом – для этого им приходилось шевелить языком и губами, издавая определенную последовательность звуков.

Все это Внучка знала, все это было обязательным сказочным зачином, но она все равно отправила в общий с Дедом мыслепоток свое изумление. Впрочем, остановила она себя, удивляться было нечему. Сказка есть сказка: описание того, чего не может быть. Старый дракон продолжил:

– Однако, развиваясь, люди не жили в гармонии и красоте. Они породили много разрушительных идей, которые ломали безупречный узор мира. Например, они наделили некоторые камни и металлы определенной ценностью. Какие-то человеческие племена стали думать, что драконы стерегут эти ценные сокровища, другие – что источники воды. Эти маленькие слабые несмышленыши, вооруженные примитивными предметами, начали нападать на наших древних предков.

Согласно традиции здесь предполагался вопрос от внимающего сказке, и Внучка его задала.

– Почему же драконы не научили людей жить в гармонии?

– Человек был неспособен уловить мысленные волны дракона, а дракон не в состоянии подражать человеческим звукам речи. Очень уж разное строение языка и гортани. Наши предки пытались отвадить людей, не причиняя им вреда. Они пугали их грозным рычанием и даже прилетали в их поселения, иногда поджигали деревья, показывая то, что люди могли уразуметь – свою мощь и могущество. Но эти неразумные создания были не в состоянии узреть причинно-следственные связи. В каждом их поколении находился смельчак, самый сильный и глупый из них, который искал дракона с жаждой убийства.

Внучка знала, что вот-вот наступит самый интересный момент повествования. Она встала на все четыре лапы и нетерпеливо повела хвостом.

– Один древний Изумрудный Дракон попытался наладить контакт. Он предположил, что поскольку люди – существа коллективные, возможно, поодиночке они не в состоянии поймать его мыслепоток, но находясь в группе, совместно, у них это получится. Он стал летать в ближайшие поселения и похищать людей. Это было неверное решение. Никакая, даже самая многочисленная человеческая группа, была не в состоянии преодолеть свою ментальную глухоту. Ущербность их вида, ничего с этим не поделать. Но Изумрудный Дракон все приносил и приносил в пещеру людей, обеспечивал их питьем и пищей, пытался нащупать канал связи. А потом, однажды утром, к пещере на коне подъехал человек по имени Добрыня.

Он надел на свое тело и голову защитное металлическое покрытие и был уверен, что оно в состоянии уберечь его от травм. В передних лапах человек держал длинный острый предмет для нанесения ран и большой круглый диск для дополнительной защиты. Изумрудный Дракон испугался, что может нечаянно нанести увечья этому неразумному. Он зарычал, отгоняя человека прочь и даже поджег куст возле него. Но Добрыня не отступал. Он все выкрикивал и выкрикивал свои примитивные мысли, озвучивал яростное желание боя.

Из элементов всех Стихий дракон создал морок, и Добрыня бросился на него. Он рубил ему голову своим острым орудием, но голова появлялась снова. И снова этот человек бросался на иллюзорное подобие дракона – и снова, и снова появлялась новая голова. Изумрудному Дракону было одновременно и грустно, и любопытно. Он все ждал, когда же разум возьмет верх в этом человеке, когда же он наконец поймет, что бьется с иллюзией. Но нет! Добрыня истратил почти весь свой ресурс силы, но продолжал бесмыссленно кидаться на морок. Двенадцать раз! Он отсек голову псевдо-дракону двенадцать раз и так ничего и не понял.

Наконец Изумрудному Дракону это надоело, он осознал, что людской род безнадежен. Он развеял свою иллюзию и улетел. А Добрыня вывел из пещеры похищенных людей и с почестями, в громкой многоречивой славе, вернулся с ними в поселение.

Внучка вздохнула и закрыла глаза. Сказки об этих удивительных существах – людях, были такими притягательными! Все они повествовали о человеческой глупости, жадности, лживости и коварстве, но им хотелось внимать снова и снова...

Вот Аполлону удается ранить Алого Дракона: одна из его золотых стрел попадает бедняге в глаз. Вот Гильгамеш нападает на спящего Рыжего и топором пытается пробить ему затылок. А Беовульф, сообщив Сиреневому Дракону, что пришел биться один, солжет: еще один воин, Виглаф, будет прятаться в зарослях.

Но больше всего Внучке нравилась сказка про прекрасную Шавушку. Эта человеческая девушка подошла к берегу моря, где отдыхал Синий Дракон, и привлекла его внимание мелодикой и красотой звуков, которые люди называли музыкой. А когда завороженный дракон приблизился, Шавушка выплеснула в воду ароматный травяной дурман. Синего Дракона одолел крепкий сон, и он погрузился на дно.

Почти также поступила и хитроумная Медея. Она усыпила Золотого Дракона в горной пещере, чтобы Ясон мог пробраться вглубь и забрать... ах, что же там он забрал? Какой-то предмет, который считал ценным.

Дед мягко положил правую лапу на голову Внучки.

– Отдыхай, набирайся сил. Пусть твой сон будет крепким и безмятежным.

Смежив веки, малышка сформировала новую мысль:

– А может, это вовсе не сказки? Может, люди, и вправду, жили в стародавние времена? А потом вымерли...

Дед облегченно вздохнул. Малышка просто размышляет, это не вопрос, ответа не требуется. Он взмахнул могучими крыльями и взмыл в темное беззвездное небо, ввысь, туда, где всегда так приятно холодило кожу. Потом старый дракон сделал в воздухе небольшой круг и спикировал вниз, почти к черной, едва различимой воде, плавно погрузился в глубину, позволил водовороту течений подхватить его могучее гибкое туловище. Наконец он вынырнул на поверхность и выбрался из воды на мягкую траву. Вдали угадывались очертания исполинских деревьев – это был лес, полный шорохов и звуков населявшей его фауны. Дракон дохнул на лежавшее неподалеку полено, и оно тут же послушно занялось пламенем.

Имитация. Все вокруг – прекрасная имитация. Построенная по образу и подобию Мира Драконов, их утерянного дома. Дед смотрел на пляшущий костерок, но перед его мысленным взором стояла совсем другая картина: яркая растительность, высокое синее небо и большое пространство, заполненное драконами. Дряхлые, старые, зрелые, молодые, юные и совсем малыши – драконы всех поколений расположились на берегу прекрасного горного озера. Одни взмывали в воздух, другие ныряли в воду, кто-то дышал огнем, а кто-то мирно спал, растянувшись прямо на земле.

Это был отпечаток его памяти, не совсем подлинный, а скорее приукрашенный – так старый Дракон сквозь тысячелетия пронес образ того, другого мира, свет которого он впервые увидел сквозь скорлупу своего яйца. Мира, который утратил вместе с остальными сородичами. Он вырос на столкновениях с людьми, на рассказах старших о разрушительных человеческих свойствах, об их убогости и ограниченности. Повзрослев, он участвовал в жарких спорах с товарищами, можно ли считать разумной эту нелепую инвазивную форму жизни.

Он хорошо помнил тот день, когда Советом было принято непростое решение Исхода: миролюбивым драконам не представлялось этически приемлемым уничтожить этих примитивных агрессивных существ, но и жить с ними по соседству стало небезопасно. Теперь они уже не просто доставляли беспокойство. Люди постепенно наращивали оружейную мощь и разрабатывали боевые тактики, которые в совокупности то здесь, то там приводили к увечьям и ранениям его сородичей.

Более тянуть не имело смысла. Как бы горько ни было, пришлось оставить родной дом, и в другом измерении создать мир новый, взяв за основу готовый узор четырех Стихий. Уже здесь, в этой прекрасной имитации, Дед, будучи молодым драконом, обрел Спутницу Жизни, создал семью, с радостью наблюдал за ростом и развитием своих детей, затем и Внучки.

Драконы, органически неспособные на ложь, всю свою жизнь познающие Истину, запечатали границу миров и приняли еще одно непростое решение: дальнейшим поколениям не передавать знания об Исходе из родного мира и о человеческих существах. Для вновь появляющихся на свет потомков эта имитация была родным, единственно возможным миром, безопасным и уютным.

Как и когда появились повествования о людях, Старый дракон так и не понял. Они принимали сказочные формы, обрастали домыслами и неточностями. По сравнению с вымышленными персонажами и другими мифами, легенды о людях становились все более популярными. Они почему-то завораживали малышей, и вот уже несколько поколений дракончиков выросло на этих историях.

Старый дракон боялся, что правда просочится сквозь вымысел, и тогда его поколению придется поделиться с остальными истиной о людях. Но также в нем жила непоколебимая уверенность. Он, правда, предполагал, что это случится гораздо раньше и удивлялся, что этого пока не произошло – но старый дракон был убежден: люди рано или поздно уничтожат сами себя, возможно и весь прекрасный гармоничный мир, который отняли у них, истиных хозяев. И тогда... О! Тогда драконы восстановят разрушенное и вернут свой утерянный дом. Навсегда.

А пока нужно просто подождать. Уж чего-чего, а терпения у драконов было всегда в избытке.

Июнь 2025

Спасибо за чтение

Вернуться к книге