Обложка Сказки для детей. Сборник

Сказки для детей. Сборник

Фрези Грант

0% прочитано
Стандартный
Фрези Грант

Сказки для детей. Сборник

Три зачарованных цветка Мойо

На старой каменной стене в большом парке кто-то нарисовал бельчонка. Хорошо нарисовал, ярко. Бельчонок был почти как живой. Чуть начавшие расти кисточки на ушах, темно-коричневые глазки, не очень пушистый еще хвостик. Прохожие смотрели на рисунок и улыбались. И так было много месяцев. Бельчонок уже начал выцветать от поливавших его дождей. Но однажды случилось... что-то. Что-то странное и удивительное прошло мимо старой стены, коснулось ее – и бельчонок ожил.

Он чихнул, потер лапкой мордочку, огляделся и тихонько нерешительно позвал: “Мама...”

Но рядом никого не было. Он услышал только шорох за кустами и звук шагов. И побежал туда.

Вначале лапки совсем плохо слушались его, путались между собой, цеплялись за землю. Еще бы, после такого-то долгого сна. Но уже через несколько шагов они словно вспомнили, как бегать, и немного даже – как прыгать.

Пробравшись через кусты, бельчонок оказался на посыпанной песком дорожке, которая вела к небольшому пруду и каменному мостику через него. Подбежав к пруду, бельчонок увидел в нем свое отражение. И некоторое время с любопытством рассматривал в воде свою мордочку, лапки, хвост и заостренные ушки. А потом вдруг взглянул вперед – и заметил у деревьев на другой стороне пруда что-то, что показалось ему похожим на его мордочку. Такие же удлиненные ушки, глазки, носик. Правда, почему-то мордочка не рыжая, а ярко-желтая. Бельчонок тут же побежал через мостик туда. А желтая мордочка, покачиваясь, стала удаляться в глубь парка.

На самом деле этими ушками, глазками и носиком обладал рюкзачок-покемон, висящий на спине девочки с черными короткими волосами и темно-коричневыми, почти как у бельчонка, глазами. Она мельком оглянулась. Бельчонок настороженно замер в тени живой изгороди. Девочка пошла дальше и скрылась за поворотом.

“Что это было? Странный зверь. Непонятно, опасный или нет. Мордочка и впереди, и сзади. Но это точно не мама. Где же маму искать?” – подумал бельчонок.

Слышалось много разных звуков. Отдаленные голоса, какая-то музыка, щебет птиц. Но все они были далеко. Поблизости, кажется, никого не было.

- Мама... – снова позвал бельчонок, с надеждой вглядываясь в просветы между деревьями.

И тут сверху послышался небольшой шорох, тихое покашливание и легкие шаги. На ветке клена, не очень высоко от земли, сидел небольшой зверек. Бельчонок очень обрадовался, потому что зверек был довольно похож на него. Пушистый хвост, цепкие лапки... И мордочка похожа, только ушки меньше, а глаза, наоборот, большие-пребольшие. И эти большие глаза внимательно смотрели на бельчонка.

- Ты не моя мама? - нерешительно спросил он.

- Нет. Ты бельчонок. А я момонга. Но белки в этом парке тоже живут. – сухим голосом проворчала встреченная зверюшка. – Хотя... ты то не совсем обычный бельчонок... – задумчиво продолжила она.

- А ты не знаешь, как мне маму найти?

Момонга сморщила нос, почесала лапкой ухо, подумала.

- Залезай-ка для начала на дерево. Ты же белка. Старайся повыше быть. А то мало ли... Люди еще ладно, а то вдруг собаки.

Бельчонок не понял, что еще за люди, что за собаки. Но на дерево полез. Тоже вначале неловко, но справился-таки. Уселся на ветке рядом с момонгой. А та понюхала его и говорит:

- Давно я живу на свете и много знаю. Думаю, что таким зверькам как ты есть только один способ стать совсем настоящим и жить среди своих сородичей. Тебе надо найти три зачарованных цветка Мойо.

- И тогда я найду маму?

- Думаю, да. Эти цветы обладают удивительными свойствами, они способны соединять...

- А как мне узнать эти цветы? – бельчонок уже видел в парке много разных цветов.

- А вот взгляни на ту стену. Видишь рисунок? Вот это и есть цветок Мойо!

Бельчонок стал разглядывать нарисованный на стене большой цветок с шестью лепестками. А старая момонга склонив голову набок, еще раз взглянула на него своими огромными глазами, о чем-то подумала, фыркнула и заявила:

- Мне пора! - и стала карабкаться вверх по стволу дерева.

- Только не вздумай повторять за мной. Прыгай с дерева на дерево аккуратно. И вообще, ваши так не умеют. – предупредила она с высоты. Подбежала к краю одной из больших веток, собралась в комочек, прыгнула и развернулась в воздухе большим пушистым квадратом, только голова и хвост торчат. Поток ветра подхватил момонгу и она улетела куда-то далеко-далеко...

Растерянный бельчонок проводил ее взглядом. А потом решил разглядеть поближе рисунок на стене. Следуя совету момонги, он не стал сразу спускаться на землю, а стал перебираться с дерева на дерево.

“Мне нужно найти три таких цветка” – думал он, - “Но вот один же здесь уже есть!”

Бельчонок не понял, что цветок должен быть живым, а не нарисованным...

И вот стена с рисунком уже совсем близко. Только бельчонок собрался спуститься и подойти - как вдруг рядом, за стеной, очень громко залаяла собака. Даже не зная, что это, бельчонок ужасно перепугался! Чуть не свалился с дерева, но удержался-таки, крепко вцепился в ветку, прижался и закрыл глаза.

Собака гавкнула еще пару раз, уже тише, убегая куда-то в сопровождении веселого голоса невидимого отсюда человека. А к рисунку цветка на стене вдруг подошла девочка, та самая, с короткой стрижкой и ярко-желтым рюкзачком-покемоном.

- Откуда она взялась? – удивился бельчонок. – Она же ушла далеко, никого не было.

А девочка между тем подошла к нарисованному цветку, улыбнулась, протянула к нему руку и ... сорвала. Цветок стал настоящим, как и бельчонок раньше. Девочка нисколько не удивилась этому. Она посмотрела внимательно на цветок в руках, его большие светлые лепестки с каемкой по краю, и пошла с ним дальше.

Бельчонок подумал, что случилось что-то странное. Но что именно?.. Да неважно. Ведь она уносит с собой его зачарованный цветок Мойо! И бельчонок стал перебираться по веткам деревьев вслед за девочкой. Вдруг она где-то оставит цветок и его можно будет забрать.

Девочка шла по парку не спеша. Бельчонок не отставал. Один раз он, правда, свалился-таки с дерева. Ведь он больше смотрел на девочку с цветком, чем на ветки под собой. Но тут же забрался на дерево снова и продолжил свое преследование. Лапки знали свое дело. И он стал уже довольно ловко и бесшумно бегать и перепрыгивать с ветки на ветку.

Вдруг девочка остановилась и тихо засмеялась чему-то. Бельчонок тоже увидел, на что она смотрит. Очень похожий рисунок цветка на каменной вазе. Это он, цветок Мойо, точно! Бельчонок хотел уже было бежать к цветку, но девочки, этого странного зверька с двумя мордочками, он опасался. И не решился выбежать перед ней на дорожку.

А она подошла к рисунку, и, как и в первый раз, протянула руку и сорвала цветок, который словно сошел с вазы ей в руки. Бельчонок расстроенно прижал лапки к мордочке. Ну почему этот странный зверек все время ему мешает!?

У девочки было уже два больших цветка в руках. Она была этим, явно, очень довольна. И пошла дальше, еще медленнее, чем раньше, порой с интересом оглядываясь. Наверное, слышала шорох поблизости, как ни старался бельчонок передвигаться тихо.

Так шли они еще совсем недолго. Как вдруг бельчонок увидел еще один рисунок зачарованного цветка на большом валуне, лежавшем у дорожки. Чуть отличающийся, но, несомненно, тот же цветок с шестью большими светлыми лепестками с тонкой цветной каемкой. Забыв обо всем, о девочке, об остальных цветах у нее в руках, бельчонок опрометью бросился к камню! Он очень хотел успеть к цветку первым на этот раз! Подбежал... и остановился, не зная, что делать дальше. Только сейчас он начал понимать, что нарисованный цветок – это что-то не совсем то же, что настоящий.

- Ой! – услышал он у себя за спиной веселый голосок. Девочка была совсем рядом. Она присела, улыбаясь и глядя прямо на него темно-коричневыми глазами. Бельчонок замер было, но в следующее мгновение лапки сами несли его подальше, подальше отсюда, и повыше, на дерево. Забравшись на безопасную ветку, взглянул вниз. Девочка проводила его взглядом, а потом вспомнила про нарисованный цветок. И, как и предыдущие два, оживший цветок оказался у нее в руках. И с этим небольшим букетом в руках девочка подошла к протекавшему мимо ручью и присела на большой плоский камень на берегу. В ручье жили яркие рыбки. Именно они привлекли внимание девочки. Она стала наблюдать за ними. Бельчонку же было совсем не до рыбок сейчас. Он смотрел, что же она станет делать с его зачарованными цветами. А вдруг сейчас унесет куда-то далеко. Или вообще съест! Где он сможет найти такие же? А ведь та момонга сказала, что только эти цветы помогут ему найти маму!

Девочка смотрела на рыбок, но несколько раз и лукаво оглядывалась на дерево, где сидел бельчонок.

- Неужели она меня видит? Я же хорошо спрятался!

Непонятно, видела девочка его или нет. Но, посидев немного на камне, она встала, поправила желтую мордочку-рюкзачок, а цветы аккуратно положила на камень. И пошла по дорожке дальше в парк, не оглядываясь. Бельчонок так обрадовался, что даже сначала не мог поверить, что все так удачно складывается. Понаблюдал еще за удаляющейся желтой веселой мордашкой и покачивающимися ушками. Может стоило всё же познакомиться с этим странным зверьком?

А когда рядом никого не стало, кроме рыбок в ручье, он осторожно спустился с дерева и подбежал к лежащим на камне зачарованным цветам. Ветер колыхал их большие светлые лепестки с чуть разной каемкой. Они были такие тонкие и нежные, что бельчонок даже удивился, как еще совсем недавно они могли быть такими замершими неподвижно на твердом камне.

И вот он нашел три зачарованных цветка Мойо, а что делать с ними дальше, момонга не сказала. Бельчонок растерянно потрогал их лапкой. В воде рядом резвились рыбки.

- Вы не знаете, что нужно делать с волшебными цветами? - нерешительно он спросил рыбок. Больше спросить было некого. Рыбки ничего не ответили и вроде даже не обратили на бельчонка внимания. Вот только одна из них, проплывая, плеснула хвостом, в воздух взлетели брызги – и бельчонок увидел над ручьем радугу. Брызги попали на камень, на лежащие цветы... и на мордочку бельчонку. Он зажмурился и не заметил, как по радуге, и по цветам, и по нему самому прошла словно чуть заметная рябь. Отфыркиваясь и протирая лапкой мордочку, он не видел, как дрогнули и словно растаяли тонкие светлые лепестки. А сам бельчонок чем-то неуловимо изменился...

Он оглянулся. Ручей журчит, рыбки плавают... А цветов нет... Ой! Цветов нет!

Но не успел бельчонок толком испугаться, как услышал за спиной взволнованное пощелкивание. По траве к нему бежала...

- Я его ищу везде, ищу, а он тут рыбок разглядывает! Сидит, совсем один! На открытом месте! Ну ка, быстро марш со мной на дерево!

- Мама! - обрадованно запищал бельчонок. Послушно залез за ней в уютную развилку большого дерева, прижался к мягкому маминому животику и, уставший от всех волнений этого дня, уснул.

Три бабочки

Жили как-то три сестрёнки-бабочки - Эльза, Элли и Эми.

Эльза была старшая сестра. Она любила летать высоко, иногда даже выше крон деревьев, смело распахивая крылья и позволяя потокам ветра подхватить ее. Даже птиц она не боялась. И, ускользнув от очередного скворца, возвращалась к сестрёнкам и рассказывала им, как чудесно их парк выглядит сверху.

Элли любила летать ближе к земле, чтобы наблюдать все, что на этой земле происходит. Она смотрела, как проходят по дорожкам парка люди, пробегают собаки, проезжают велосипедисты, плавают в пруду утки и игрушечные кораблики. Иногда она даже отваживалась выбраться из парка и посмотреть на огромные грохочущие машины, проезжающие по городу. Элли завораживало всё это движение, круговерть событий. Но она была очень осторожна и никогда не совалась под колеса или под ноги.

Малышка Эми никогда не улетала с их родной полянки. Рассказы сестёр о большом удивительном мире она слушала с огромным удовольствием. Но полететь самой навстречу всем этим ужасным опасностям? Нет! К этому Эми совсем не тянуло. Она очень любила свою полянку. И прекрасно знала её. Именно Эми могла рассказать, где растут цветы с самым сладким нектаром, в каких листочках по утрам самая вкусная роса, и где находятся самые уютные тенистые места для отдыха. Поэтому малышку Эми любили и привечали все бабочки на поляне. А еще потому, что у нее всегда был в запасе ворох услышанных от сестёр любопытных историй. И она так чудно умела их рассказывать, что слушатели забывали обо всем.

Но больше всего Эми любила проводить время со своими сестрёнками. И хотя все они были такими разными, не было на всей поляне сестрёнок дружнее, чем Эльза, Элли и Эми.

Джино идет в гости

Дорожка бежит по песку, мимо нагретых солнцем сосен.

Ныряет под шатер густого кустарника. Ветви его сплетены. Внизу – приятный сумрак.

Мышонок Джино хорошо знает этот путь. Он бежит и ему весело. Сквозь заросли тут и там пробиваются лучики солнца. Джино старается перепрыгнуть все полоски солнечного света на земле. Но это становится все труднее. Заросли светлеют, редеют. Джино выбегает на луг. В воздухе аромат клевера. Он точно знает, куда бежать. В середине поляны растет куст крыжовника. Ловкий мышонок проскакивает между веток, не задев ни одной колючки. Там, у корней, какое-то расплывчатое белое сияние. Джино с разбегу прыгает туда, не колеблясь ни секунды. И... лапки его касаются не земли под сенью крыжовникового куста, а мягкой древесной трухи. Кругом становится темно. После солнечного летнего дня ничего не видно. Но, посидев минутку, Джино привыкает и начинает различать древесные стенки кругом. Отлично! Он сразу понимает, в какую сторону бежать теперь – и в следующий миг выглядывает из большого дупла в стволе дерева на головокружительной высоте. Кругом все бело от снега. Джино шевелит своими длинными усами, принюхиваясь к морозному воздуху. Высоты он совсем не боится. Ловко цепляясь своими коготочками, Джино бежит по одной ветке, перепрыгивает на другую... Вдруг впереди мелькает что-то рыжее. Не успел мышонок толком обрадоваться, как навстречу ему выскочил бельчонок Флавио. Это его лучший друг! К нему то в гости Джино и бежал.

Флавио так рад, что крутится рыжим вихрем вокруг ствола огромного кедра! Не разобрать, где у него хвост, где голова.

- Ура! Привет! – кричит он, - Прятки или догонялки? Ты сегодня у меня в гостях, так что ты выбираешь!

- Прятки конечно, - смеется в ответ Джино.

Попробуй ка догони белку на дереве. А вот прятаться маленький Джино отлично умеет!

До вечера они носились и играли в сияющем заснеженном лесу. И в прятки, и в догонялки немного, и в ‘Найди шишку’. Проголодались, подкрепились кедровыми орешками... Пора прощаться.

Джино запрыгивает в дупло, через которое попал сюда, оборачивается и выглядывает наружу.

- В следующий раз ты ко мне! – кричит он Флавио, который сидит неподалеку на ветке.

- Ага, ага! - с энтузиазмом кивает Флавио.

Джино бежит в глубь дупла. Оно большое, надо там нужный закуток найти. Но Джино знает, где искать знакомое расплывчатое-непонятное-сияющее. С этой стороны оно выглядит иначе, плотное и темное, с искорками в середине и светлой аурой по краям. Джино не прыгает, а встает туда аккуратно, одной лапкой, потом другой. В крыжовниковые колючки он уже как-то попадал с разбегу. Хватит!

Запах крыжовника и клевера накрывает его теплым одеялом. На поляне лежат длинные вечерние тени. Где-то овсянка щебечет колыбельную своим птенцам. Джино бежит домой...

Леа - любопытная свинка

Свинка Леа часто всюду опаздывала. Когда другие свинки неслись на урок в свою поросячью школу, можно было не сомневаться, что Леа где-то застрянет и пропустит начало занятия.

Не в том смысле застрянет, что в дверь не пролезет. Не такая уж она была огромная. А в том, что остановится посмотреть на пробегающего задумчивого пуделя, засмотрится на водовороты и блики на воде во время умывания или будет разглядывать, что это за чудной желтый цветочек вырос возле крыльца. Вчера же его не было! - Обедать! - кричат поросята, и мчатся наперегонки в столовую. - Леа, поторопись, а то все самое вкусное без тебя съедим! - Опять эта Леа куда-то запропастилась!

А она вот где, встала передними копытцами на подоконник и в окошко смотрит. А за окошком - свиристели, целая огромная стая, занявшая сразу несколько окрестных кустов. И свинка так заслушалась их щебетанием, так засмотрелась, как они ловко с ягодами расправляются, что про столовую совсем забыла. - Странно, почему их никто больше не замечает? Вот я первый раз такую большущую стаю вижу! - думала она.

Взрослые свинки говорили Леа: - Неужели нельзя быть организованнее? Ведь это не так сложно! Надо только делать все чуть быстрее. А главное - не отвлекаться.

Она решила попробовать. Делать все быстро было совсем не сложно. Леа была очень даже шустрой и энергичной свинкой. А вот не отвлекаться оказалось куда труднее! Но Леа решила постараться. И за целую неделю, за целых семь дней, она ни разу никуда не опоздала! Но это оказались самые тоскливые семь дней в её жизни. Они были заполнены только едой, сном, занятиями, мелкими повседневными делами и играми строго по расписанию. Словно раньше дни были разноцветными, а тут вдруг стали черно-бело-серыми.

И Леа подумала, подумала - и решила, что жить так скучно она не сможет. И пусть она будет порой пропускать что-то очень полезное-серьезное-важное, но зато у нее будет целый мир, такой яркий и разный!

Лиловый жирафик

Жил как-то далеко, за горами и морем, один маленький лиловый жирафик. Был он один такой на все огромное стадо. Остальные жирафики были яркие, желто-коричневые. Они играли в шумные игры, много бегали и смеялись. И звали лилового жирафика с собой. Он не хотел никого обижать и пытался играть вместе со всеми. Но у него никак не получалось. Если он бежал, то непременно спотыкался и падал. Если пинал мячик, тот катился совсем не в ту сторону. А главное - лиловый жирафик совсем не умел смеяться. Даже не понимал, как другие это делают и зачем.

Зато, в то время, когда остальные жирафики, наигравшись, разбегались по домам пить какао и ложиться спать, лиловый жирафик любил стоять где-нибудь один и слушать тишину. Точнее, это другим он так говорил, что слушает тишину. На самом деле он слушал музыку. Он знал, что она живет в каждом дереве, каждой травинке и камушке. Правда, слышно ее только тогда, когда нет шума и громкого смеха вокруг. Может быть, поэтому никто больше эту музыку не замечал. А лиловый жирафик ее очень любил. Стоял по вечерам, слушал и тихонько улыбался.

При свете луны музыка становилась еще красивее. Поэтому в лунные вечера жирафик гулял совсем допоздна. И мог даже уснуть на залитой лунным светом поляне. В одну из таких ночей ему и приснилось, что луна спустилась к нему с неба, ласково погладила за ушком и спросила: - Тебе тут грустно? Хочешь пойти жить ко мне? - На луну!? - изумился жирафик. - А разве так можно? - Идти придется немножко долго. Можешь устать, - сказала луна, - но дорогу найти не сложно. Иди по этой серебристой тропинке.

И жирафик увидел перед собой светлую дорожку. Дорожка шла сначала по поляне, а потом уходила прямо по воздуху куда-то вверх. Далеко-далеко. Он пошел по ней, сначала осторожно. Потом увидел, что дорожка никуда не пропадает, не проваливается и в воздухе не тает, хоть и выглядит такой воздушной. И пошел уже смелее. Он шел и шел в темноте, и даже не думал об усталости, и ничего не боялся. Потому что все яснее слышалась ему та музыка, тень которой он так старательно всегда ловил.

Наконец, он вышел на поляну с шелковистой травой молочного цвета. На этой поляне он увидел лилового ёжика, лиловую цаплю и лиловую пантеру. Они увидели жирафика и улыбнулись ему.

Как у енотика дом пропал

Это была очень длинная ночь…

Вначале все было, как обычно. Енотик пришел вечером домой, выпил чаю с овсяным печеньем и лег спать. Укрылся своим любимым полосатым одеялом ( Енотик любил все полосатое. Потому что полосатое – это как его хвост!) и моментально уснул.

Среди ночи его разбудили какие-то непривычные звуки, всякие тихие шорохи. Он открыл глаза и с изумлением увидел, что в его домике не хватает кое-чего очень важного. Не хватает стен! И потолка. Пол с полосатым ковриком на месте, печка на месте, мебель вся на месте. В том числе и кроватка, на которой он спал, стоит, как обычно, рядом со шкафчиком. А вот стен и потолка нет! Звезды видно, слышно все лесные шорохи…

Енотик решил, что это такой сон. Посмотрел вокруг с любопытством. Привычные вещи выглядели как-то тоскливо и беззащитно. Сон ему не очень понравился. И Енотик закрыл глаза и нырнул под одеяло, решив посмотреть другой сон. Но уснуть не получалось. Снова осторожно выглянув, Енотик убедился, что стен по-прежнему нет. Он ущипнул себя за лапу. Ничего не поменялось. Енотику стало жутко!

Он сел и завернулся с головой в свое полосатое одеяло. Шум протекавшего неподалеку ручья всегда нравился Енотику. А сейчас ему в этом плеске все время чудились чьи-то пугающие шаги. В лесу протяжно прокричала какая-то ночная птица – и Енотик вздрогнул от страха и посильнее завернулся в одеяло. И ведь наверняка слышал ее раньше множество раз и не обращал внимания… Он сидел и сидел. Иногда крепко зажмуривал глаза, ждал и открывал их снова. Но домик никак не хотело возвращаться к своему обычному состоянию. Ночь была темная, безлунная, и для испуганного Енотика тянулась очень-очень долго…

Он немного надеялся, что на рассвете стены и пол все таки вернутся, и все опять станет хорошо. Вот небо над лесом посветлело, порозовело, и через некоторое время выглянули первые лучики солнца. Енотик их так ждал! Но и солнце не помогло ему ничем. Стен как не было, так и нет.

Енотик посидел еще немного, потом вздохнул и вылез из постели. Подумал, хорошо хоть сейчас лето, ночь теплая и дождя нет. Он попробовал чем-то заняться, но все валилось у него из лапок. Попробовал поесть – аппетита совсем не было. Решил почитать книжку. Сел в любимое кресло, которое раньше стояло в углу комнаты, у окошка, а теперь стояло в углу непривычно пустого пространства. Взял любимую книжку, но с чтением тоже не получилось. Ни одной прочитанной строчки через минутку он уже не мог вспомнить. В какой-то момент вообще поймал себя на том, что книжка лежит у него на коленках, а сам он задумчиво смотрит куда-то. И с мыслями собраться никак не получается, полная неразбериха в голове.

Енотик уныло пошевелили ушками и решил сходить хотя бы набрать хворосту в лесу. Лес рядом со своим домиком он знал вдоль и поперек, любил его. Но сегодня и там было страшно и неуютно. Пока Енотик собирал хворост, ему несколько раз слышалось какое-то тихое противное хихиканье в кустах. И разок даже показалось, что мелькнула какая-то лохматая тень. В какой-то момент нервы его не выдержали, и Енотик бегом помчался обратно. Не забыв, правда, прихватить охапку собранного хвороста. И до наступления темноты все гадал, был ли там правда кто-то, или это разыгралось его воображение.

А когда солнце стало садиться, Енотику стало так страшно, что он уже почти полностью поверил в то, что по окрестному лесу бродит какой-то злой колдун, который украл ночью стены его домика. И неизвестно еще, что он может сделать этой ночью. Может, и самого Енотика теперь задумает украсть! В панике Енотик метался по двору, пытаясь что-то придумать. Наконец, он решил хотя бы оттащить кроватку под дровяной навес и загородить ее досками. Может, злой колдун так не найдет его? Да и дождик если пойдет, все ж таки под навесом, не под открытым небом.

Свернувшись клубком и завернувшись сверху в одеяло, Енотик провел еще одну тревожную ночь, так и не уснув, прислушиваясь до утра ко всяким подозрительным шорохам. Этой ночью ничего не пропало.

Прошел день, снова пришла ночь. Енотик немного успокоился и смог даже немного поспать. Дождя все не было. По ночам хоть и было прохладно, любимое полосатое одеялко выручало и не давало замерзнуть. Время от времени Енотик слышал все то же непонятное хихиканье или покашливание, когда проходил через лес. Но больше ничего пугающего не происходило. И этих непонятных звуков Енотик тоже перестал бояться.

Просыпаясь однажды, почти неделю спустя после исчезновения его стен, Енотик обнаружил на своем одеяле желтый листок. Стоял август. Грустно подумал Енотик, что скоро осень, станет холодно, зарядят дожди… А у него, можно сказать, нет дома. И он решил попробовать построить стенки и крышу снова. Отыскал пилу и всякие другие инструменты и пошел в рощу за ручьем. Он помнил, что там было много веток и упавших стволов деревьев. Их можно было использовать для строительства. Подходящие, не слишком большие и тяжелые для него, деревья он скоро нашел и стал обрубать с них ветки и пилить их на подходящие части. К вечеру ему удалось уже притащить несколько стволов во двор. Он прикинул, что получится успеть сделать до холодов. Восстановить домик, как был, вряд ли получится. Но вот соорудить что-то вроде хижины поросенка Нуф-нуфа (та, что не из соломы, а деревянная) вполне можно. Вкопать притащенные столбики в землю, проложить между ними ветки и глиной с ручья замазать все это… У Енотика появлялись все новые и новые строительные идеи.

Когда вечером, уставший, но вполне довольный собой, он тащил последний на сегодня ствол через ручей, позади послышалось уже ставшее привычным шебуршание и покашливание. Енотик поскользнулся от неожиданности на мокром камне, уронил бревнышко в ручей – и все вокруг обдало брызгами. Из ближайшего куста, отряхиваясь по-собачьи, выбралось какое-то невероятно лохматое и грязное маленькое существо. Енотик уставился на него во все глаза. - Так это ты хихикал и шуршал в кустах в последние дни? - Ага, я, - пробурчал лохматик и закашлялся. - А ты кто? - Я Леший! А что, не заметно? – он грозно сверкнул глазами из под лохматых бровей. - Ну… я как-то так и подумал, - растерянно ответил Енотик, который на самом деле в жизни не видел леших и слабо их себе представлял. - А что это ты здесь делаешь? - ткнув пальцем в бревно, спросил Леший. – Весь день деревяшки какие-то таскаешь. - А это я хочу домик себе строить. У меня был дом, потом у него пропали стены, и я теперь буду их строить. - Зачем тебе стены, и какой-то дом вообще? – насупился Леший – Живи в лесу, как я! - Я свой домик очень люблю, привык к нему. А скоро осень, холодно станет, сыро… - терпеливо стал объяснять Енотик.

Но Леший не очень то его слушал, а уставился на лежащий ствол, пробормотал что-то себе под нос и забавно быстро-быстро пошевелил пальчиками. И ствол вдруг раз! – и исчез. Енотик раскрыл рот от изумления и несколько секунд так стоял. А потом он начал кое-что понимать. - Ааааа… Это ты утащил мои стенки и крышу!? – возмущенно спросил он Лешего. - Я, конечно. Говорю же, живи в лесу! Домики какие-то еще придумали! Незачем это… - проворчал в ответ Леший, чуть сжавшись, правда. Наверное, испугался, что Енотик сейчас рассердится и что-то сделает. Укусит его, или что-то в этом роде.

Но Енотик, минутку подумав, вдруг спросил: - А ты сам бывал когда-нибудь в домике? - Неа. Чего мне там делать? - А в домиках бывает очень интересно… - вкрадчиво сказал Енотик, - там бывает кладовка со вкусной едой, теплая печка, книжки с картинками стоят на полках, а еще в домиках бывают удобные кроватки. Вот если бы ты ненадолго, на денек, вернул стенки и крышу на место, я бы тебя в гости пригласил и показал, как все бывает в домике… Не знаю, правда, может быть это сложно слишком, вернуть их. - Да ну, чего там сложного. Стенки твои там, за дальним осинником стоят. Для меня такое колдовство – раз плюнуть. Так и быть, верну их пока. А насчет приглашения в гости не обманешь? И угощение будет? – недоверчиво уточнил Леший. - И угощение будет, - улыбнулся Енотик. Ему стало казаться, что с этим забавным существом вполне можно договориться.

Они пошли в сторону домика, и Енотик чуть не запрыгал от радости, увидев его уже со всеми стенками, крышей, в родном, привычном виде. Даже не успел заметить, когда же это Леший все обратно наколдовал. Зашли в дом. Когда Леший попал внутрь, недовольное выражение его пропало. Он стал каким-то растерянным и задумчивым. Леший стал бродить по домику и все рассматривать. Енотику тоже хотелось походить и стенки погладить, убедиться, что они и правда здесь. Но надо было гостя угощать. - Бутерброды с колбасой будешь? - спросил он Лешего. - Буду, наверное, - нерешительно ответил Леший. - Хорошо, я сейчас. А ты только руки помой, вон там, в умывальнике.

Леший подошел к маленькому рукомойнику и, немного повозившись, разобрался, как добыть воду. Руки помыл, и, чуть подумав, заодно и лицо решил умыть. Енотику показалось, что он сразу стал намного симпатичнее.

Сели за стол. Лешему пришлось карабкаться на стульчик, который оказался высоковат ему. Ногами до пола он не доставал. - Ну как, вкусные бутерброды? – спросил его Енотик. – Сейчас еще чайник вскипит, будет чай. - Ага, вкусные. Вот только… у тебя там, вижу, в вазочке печенье лежит. Можно мне его? Я больше сладкое люблю. И может у тебя кефир найдется? Кефир я тоже люблю очень. С печеньем. - А откуда ты знаешь, что ты его любишь? Где это ты в лесу кефир с печеньем пил? – удивился Енотик.

Кефир, однако, нашелся. И довольный донельзя Леший стал его пить, заедая печеньем и весело болтая ногами. Вдруг он замер и огляделся вокруг с растерянной улыбкой. - Вспомнил! Я же вспомнил! – он соскочил со стула и стал бегать взад и вперед по комнате. - Что ты такое вспомнил? - Так я же жил в домике, когда-то, давно-давно. Так давно, что забыл уже. И называли меня тогда… Как же?... А, вот! Домовой! - Ой, так ты Домовой на самом деле? - Да, был. А потом домик стал старенький, жители из него уехали, он совсем развалился, и я в лесу оказался, – грустно объяснил Леший (точнее, Домовой). - А может быть, ты хотел бы стать Домовым в моем домике? – нерешительно спросил его Енотик. - Это что, значит, жить здесь? - Ну да, у меня была где-то в кладовке маленькая кроватка. Мы сможем поставить ее за печкой. Зимой там будет очень тепло и уютно. - Да, да, хочу, - закивал головой Домовой.- Только вот, я может забыл уже, как Домовым быть… Может что-то напутаю. А может иногда, по старой памяти, в лес захочу сходить… - Да ходи, гуляй, конечно. Главное, стенки больше не утаскивай никуда! - Не, я теперь не буду. Тут хорошо у тебя, в домике. Мне понравилось.

Они нашли в кладовке маленькую кроватку, пристроили ее в уютный закуток за печкой. И решили, что пора уже и спать. Енотик забрался под свое любимое полосатое одеяло и счастливо вздохнул, слушая, как возится за печкой Домовой, устраиваясь поудобнее. Теперь у него снова был его замечательный, самый лучший на свете домик. И теперь это был не просто домик, а дом с самым настоящим Домовым. - А смотреть на звезды из кровати было не так уж и плохо. Но это можно будет легко устроить, если поспать как-нибудь во дворе… - успел подумать Енотик, засыпая.

Маленький тигр и бабочка

На берегу ручья сидел Маленький Тигр. Мама называла его тигрёнком. Но ему так не нравилось. Про себя он полагал, что он, конечно же, Тигр. Только пока маленький.

Маленький Тигр наблюдал, как по воде плывут белые лепестки. Было время цветения яблонь.

Он вообще любил цветы. Потому что они такие красивые и чудесно пахнут. Если он находил новый цветок, всегда аккуратно наклонял его лапой к себе и нюхал. Старался их не сломать случайно.

А еще Маленький Тигр любил бабочек. Они были так похожи на цветы. Но вот понюхать их не удавалось. Бабочки, наверное, не знали, каким аккуратным может быть Маленький Тигр. И при его приближении стразу улетали.

И вот, сидел он на берегу ручья, смотрел на воду и лепестки на ней... И вдруг на воде скользнула какая-то тень. Маленький Тигр сначала подумал, что пролетела птица. Стал высматривать ее. Но, к его удивлению, в воздухе он заметил не птицу, а необыкновенно большую бабочку. Он таких не видел никогда раньше. Оа была темной, с изящным розовым рисунком на крыльях, и кружилась над водой очень медленно и плавно. Не было обычного для бабочек суетного мельтешения.

Маленький Тигр смотрел зачарованно, пока необычная красавица не скрылась за прибрежными камнями. Тигр бесшумно побежал туда, но за поворотом тропинки никого уже не увидел. Только легкий лиловый туман чуть-заметно клубился между замшелыми валунами. А может быть, Маленькому Тигру это только показалось. Может это были просто вечерние тени.

Следующие несколько дней Маленький Тигр расспрашивал всех кругом, не видели ли они в лесу необычной большой темной бабочки с розовым узором на крыльях. Большинство пожимали плечами и говорили, что обычно не обращают внимания на бабочек. Но кто-то все же вспомнил ее. И все такие встречи случались в утренние или вечерние сумерки. Маленький Тигр очень хотел снова увидеть удивительную бабочку. И стал в предрассветное время и по вечерам тихонько ходить вокруг каменной россыпи у ручья. День ходил, два, три – а бабочка все никак не появлялась. Лиловый туман в небольших расщелинах ему иногда мерещился, но полной уверенности, что это именно он, не было.

На четвертый день утренние сумерки Маленький Тигр проспал. Немного расстроился, но вечером все равно собирался караулить бабочку. Но и вечером не получилось. Мама отправила его с поручением в совсем другой конец леса. Передав их другу, старенькому филину, все, что просила мама, Маленький Тигр бежал обратно, думая, что к ручью до темноты уж точно не успеет. И тут, внезапно, в ельнике со стороны левого бока он заметил тот самый лиловый туман. Узнал его сразу безошибочно почему-то. Остановился и стал вглядываться в туман и тени елок. Хотя какая может быть бабочка в ельнике?

Но бабочка появилась! Очень плавно и точно лавируя между деревьями, она подлетела к тропе и села на землю. Маленький Тигр замер. Бабочка несколько раз медленно открыла и закрыла крылья, словно давала возможность полюбоваться собой. Потом она взлетела и скрылась в сгущающихся тенях старого ельника.

Маленький Тигр был ужасно рад. В этот раз он разглядел бабочку гораздо лучше. Она была очень-очень красивой. Правда, понюхать пока не удалось. Но Маленький Тигр надеялся на новые встречи. Ему показалось, что эта бабочка разумнее тех, что попадались ему раньше. И он был почему-то уверен, что это именно одна и та же бабочка, а не две похожие. А еще он запомнил тонкий и свежий запах этого лилового тумана. Да, у него был свой, чуть заметный, запах. С тех пор, время от времени, Маленький Тигр стал встречать в разных местах эту загадочную бабочку. Как только нос его чуял знакомый лиловый запах, он тут же начинал высматривать плавные взмахи темных крыльев. Бабочка прилетала – и садилась с каждым разом чуть ближе и ближе к Маленькому Тигру. Однажды он вытянул вперед лапу – и бабочка села прямо на нее. Размах крыльев у нее был больше тигриной головы. И она чуть не задевала Маленького Тигра за нос. Никогда еще ни одна бабочка не сидела у него на лапе! А тем более, такая удивительная! Он осторожно втянул носом воздух – и почувствовал запах такой же, как от лилового тумана, но сильнее, похожий одновременно на запах мокрого мха и лаванды. А мама уверяла его, что бабочки не пахнут! Обычные может и не пахнут. А его бабочка пахнет просто чудесно!

Он так и называл ее про себя – моя бабочка. Тем временем бабочка вспорхнула и улетела, затерялась в лесу. Лиловый туман, как обычно, рассеялся. - Как удивительно, что мне удалось ее приручить... – подумал Маленький Тигр.

...Она прилетала потом еще часто. Всегда в сумерках. Разговаривать бабочка не умела, но кое-что Маленький Тигр научился понимать. Например, иногда она летела низко над тропинкой, и он знал – бабочка зовет следовать за ней, чтобы показать что-то интересное. Он чувствовал, когда ей грустно. Тогда она мало летала, и они просто тихо сидели рядом. А в веселом настроении бабочка садилась Маленькому Тигру на хвост или на спину. Он в шутку пытался достать ее лапой, но бабочка оказывалась уже у него, скажем, на голове. А его когтей она ничуть не опасалась. Она прекрасно знала, что он хотя и Тигр, но очень осторожный и нежный.

Мышка-хлопотушка и кошка Мур-потягушка

Жили-были в одном доме мышка Хлопотушка и кошка Мур-Потягушка. Все между ними было ладно да складно. Про кошку люди в доме знали, а про мышку – нет. Но это дружить им не мешало. Днем Мур-Потягушка на диване дремала, а Хлопотушка – в норке своей. А по ночам хозяева спали, а мышка с кошкой по дому бегали, друг дружке новости рассказывали. А бывало, в прятки играли.

А однажды случилось Мур-Потягушке услышать из экрана на человеческом столе, что кошки на мышек охотятся! И даже – жуть-то какая! – съедают их! – Отчего же кошки это делают? – призадумалась она. – Разве у них корм такой невкусный, что приходится кого-то ловить, загрызать и есть, прямо с шерстью, со всякими коготками и косточками? Тут пришла женщина, что кошку всегда кормила, и баночку с кошачьим паштетом достала. Облизнулась Мур-Потягушка, о ноги ее потерлась ласково и решила после непременно об этом с мышкой поговорить. А то вдруг она не слыхала, что такие странные кошки бывают. Предупредить ее надо.

Выбралась ночью Хлопотушка из норки своей за холодильником. Стала под столом крошки от печенья искать. Сидит Мур-Потягушка, смотрит на нее, уши прижала. Точит ее вина за весь кошачий род. Наконец, с духом собралась, спрыгнула с подоконника: – Доброй ночи, Хлопотушка. – Здравствуй-здравствуй, – обрадовалась мышка. – Как ты поживаешь? – Я чудесно поживаю. А ты? – А я вот крошек не могу нынче найти, – пожаловалась мышка. – Неужели человеческие дети не накрошили. Не может такого быть. Может, на столе? Мур-Потягушка посмотрела на стол в сомнении. Бранились люди, если она туда забиралась. Ну да ладно, теперь-то спят все. Запрыгнула на стол, обнюхала его внимательно. – Нет, тут тоже крошек нет. – А хлебушка кусочка? – Пусто совсем. Видно, люди крошки все подмели и еду попрятали. Она спрыгнула со стола и на мышку поглядела тревожно. – Это что же, Хлопотушка, ты теперь голодная останешься? – Да не беда, у меня же запасы есть для такого случая – зернышки да хлебные корочки. – А вот мой сухой корм в мисочке. Может, он тебе по вкусу придется? – осенило вдруг Мур-Потягушку. Сама она сухой корм не больно-то любила. Так, погрызть порой, аппетит заглушить, когда паштет обеденный задерживается. А вот мышка ему очень обрадовалась. – Хрум-хрум! Очень вкусный у тебя корм, Мур-Потягушка. Тут кошка вспомнила, какую гадкую штуку про кошек она услышала. И все мышке рассказала. Хоть и стыдно ей было. – Знаю я про это, – успокоила ее Хлопотушка. – От незнакомых кошек прячусь на всякий случай. Да ведь нет их в нашем доме. Только ты да я. А с тобой мы давно знакомы.

Сколько-то времени прошло, и собрались однажды люди уезжать. Прослышала об этом Хлопотушка. Чуть стемнело, да все спать улеглись, прибежала к кошке в тревоге. – Проснись, Мур-Потягушка. Погляди, что происходит. – А что происходит? – сонно проворчала Мур-Потягушка, вытягивая лапки. – Шум и суета происходит. Люди в дорогу собираются. Сдается мне, что увезут они тебя. Останусь я одна в пустом доме. Еды не станет. А глядишь, и какой кот чужой заберется. Видно, придется мне другой дом искать! Совсем распереживалась маленькая Хлопотушка. – Да не грусти ты так раньше времени! Пойду-ка, поразведаю, что там у людей творится. А творились у людей сумки в прихожей и кавардак по всему дому. Походила Мур-Потягушка, пообнюхивала все это, и тоже встревожилась. Что же будет?

Утром рано люди взялись на кухне спорить: – Воды! Воды, главное, побольше налей. – Да понятно. А корма-то сколько класть? – Тоже побольше. – Так испортится. – Да нет, съест раньше.

Насыпали люди в Мур-Потягушкины мисочки корма больше обычного, сумки взяли и уехали. Кошка с мышкой остались в доме одни. – Видишь, не увезли меня! – сказала Мур-Потягушка, – Видно, скоро вернутся. А пока можем играть хоть весь день. Мешать никто не будет. Стали они бегать, в догонялки играть. В обед проголодалась Мур-Потягушка и паштет, оставленный в миске, съела с аппетитом. К ужину сухой корм только остался. Его без аппетита уже погрызла. “Ничего, думает, приедут завтра люди, снова вкусненьким покормят.” С мышкой сухим кормом тоже поделилась.

Но люди назавтра не приехали. Загрустила Мур-Потягушка. И мышке Хлопотушке тоже невесело стало. Но крепится она и кошку утешает: – Не переживай! Они тебя любят. Вернутся непременно. В этот день тоже сухой корм вместе погрызли. А на третий день и он кончился. А хозяева все не едут.

Лежит Мур-Потягушка на подоконнике, грустная, голодная. На улицу смотрит, хозяев поджидает. Хлопотушка в уголочке сидит, тоже грустная. Оглянулась на нее кошка раз, оглянулась два. И поневоле вспоминается ей, что мышки – они же еда для кошек. Может, невкусная, а хоть какая-то еда. “Ну нет, – думает она, – Хлопотушка ведь друг мне! ” “А почему это она тебе друг? – спрашивает голодный животик. – Что она для тебя хорошего сделала?” “Друг! – твердит она животику. – Она верит мне!” Тут мышка подскочила и в свою норку за холодильником метнулась. “Вот, прячется уже от меня. Да и правильно делает, наверное.” Но мышка вернулась. И не с пустыми лапками. А тащила она с собой засохшую корочку хлеба. – Вот, Мур-Потягушка, попробуй погрызть. Почти как сухой корм. – позвала она кошку. Мур-Потягушка с подоконника спрыгнула, корочку понюхала, погрызть попробовала… Эх, вкуса никакого, будто картонку жуешь. Но может животик немного успокоится? Хлопотушка увидела, что кошка ест, обрадовалась, притащила еще пару корочек. И все Мур-Потягушка сгрызла. Такая голодная была! “Спасибо” мышке сказала и снова на подоконник. Всю ночь в темноту вглядывалась. Прислушивалась, не едут ли люди на своей машине.

И на четвертый день они, наконец, приехали! Дети в дом вбежали впереди взрослых: – Кис-кис, котенька наша, ты голодная!? – Конечно голодная, мы же на день задержались с возвращением, – сказала женщина. – Точно, весь корм до крошечки съела. Сейчас я ее покормлю. И достала вкусный-превкусный кошачий паштетик.

А ночью Хлопотушка, как обычно, по полу бегала, крошечки собирала. Мур-Потягушка, сытая и довольная, на кресле дремала. Вдруг спохватилась: – Скажи, это что ж, я все твои запасы съела? – Да почти все, – улыбнулась мышка. – Ну ничего, запасем новых. – А давай, ты в свою кладовочку будешь теперь мой сухой корм складывать. – Давай, – согласилась Хлопотушка, – и потащила кусочек сухого корма за холодильник.

Когда-то я был драконом...

– Ты знаешь, я был драконом, – сказал старый Мыш с седым хвостом.

И бережно положил в хранилище очередное золотистое пшеничное зерно. Мельком обернулся на маленького мышонка, что вертелся рядом. Потом снова вернулся к зернам. Стал поправлять те, что укатились в сторону, складывать их в общую кучу. Маленький мышонок нерешительно оглянулся на стайку своих товарищей. Потом подошел поближе к старому Мышу.

– Дедушка, а расскажи нам, пожалуйста, про давние времена.

Старый Мыш глянул на малышей, пошевелил усами, понюхал воздух.

– Кажется, снаружи собирается дождь. Есть время посидеть и поболтать... Ладно, малышня, слушайте. Когда-то я был огромным драконом!

Мышата перестали шушукаться и попискивать, замерли и стали внимательно слушать.

Жил я в пещере. А неподалеку, на вершине скалы стоял мрачный дом, в котором жила могущественная Горная Ведьма. Некоторые считали, что я служил ведьме. Некоторые полагали, что ведьма подчинялась мне и выполняла мои приказания. На самом деле никто из нас друг другу не подчинялся. Я был силен и могуществен, она тоже могла творить очень грозные заклинания. Порой мы с ней принимались выяснять, кто же из нас сильнее. Но чаще мы препирались с ней вполне добродушно. И, правду сказать, не будь ее, мне было бы гораздо скучнее жить в своей пещере. Я уверен, что и ей без меня было бы тоскливо. Частенько мы даже помогали друг другу.

Я копил в своей пещере запасы золотых слитков. Ведьма в тиши своего сумрачного дома творила древние заклинания. Мы, в общем-то, не мешали друг другу. Но однажды мы с ней ужасно поссорились!

Случилось это из-за пустяка, из-за лошади. Я был голоден, пролетал над ущельем и увидел, что там бродит какая-то лошадь. Снизился и, даже не опускаясь на землю, подхватил ее, проглотил и полетел себе дальше. А ведьма увидела это в своем магическом зеркале и очень разгневалась. Оказалось, что эту лошадь недавно подарил ей король соседнего королевства в ответ на какие-то важные магические услуги. И у ведьмы были огромные планы на эту лошадь. Это была какая-то редкая порода, особо хорошо поддающаяся магической трансформации. И ведьма планировала летать на ней, возможно, становиться невидимой, что-то в таком роде... Я толком и не разобрался. Ведьма была вспыльчива. И разозлилась она сильно!

– Тебе лошади какой-то для меня жалко? – возмутился я.

– Смотри, что ты хватаешь своей пастью, прежде чем глотать все без разбору! – заорала в ответ ведьма.

Я сердито пыхнул паром.

– Чайник безмозглый!

А я терпеть не мог, когда меня обзывали чайником. И со злости плюнул в нее огнем. А она вместо того, чтобы, как обычно, поставить морозный щит, взяла... и в мышь меня превратила.

Но, вы понимаете, я тоже был страшно зол! Особенно, когда понял, что за заклинание она творит. Чтобы заклинание подействовало, нужно время. Всего несколько секунд, но это время. И за те стремительно тающие секунды, пока она творила чары, пока собирались в воздухе магические силы, когда начали уже происходить изменения в моем теле, объятый гневом, я захотел отомстить ведьме. И я взглянул на нее своим смертоносным взглядом!

– Ооооо... – тихонько пропищал один из мышат, невольно прикрывая голову лапками.

Да! Это было мое самое грозное умение. Обычного человека это взгляд испепелил бы на месте. Но это был не простой человек, а могущественная ведьма. И ее мой колдовской взгляд всего лишь усыпил. Всего лишь, – и старый Мыш горько усмехнулся.

Когда гнев мой остыл, я осознал, что я превращен в мышь, а ведьма спит заколдованным сном. И ничто не может разбудить ее раньше срока. А снять с меня заклятие может только она. Поэтому теперь мне приходится существовать в виде мыши.

– А долго она будет спать? – пропищал один мышонок.

– Сон ее продлится ровно три сотни лет и еще один день. А потом она проснется. За это время гнев ее остынет. А потом она поймет, какую глупость мы натворили. Ей станет скучно и тоскливо без меня. А я буду рядом. Она взмахнет своей волшебной палочкой и прикажет: "Стань драконом!" И я вернусь к своему могущественному облику.

– А долго еще осталось ждать?

– Еще долго, – вздохнул старый Мыш. – Еще почти сотня лет. Больше двух столетий лет уже миновало с той поры. Но и ждать еще немало. Конечно, теперь я выгляжу мышью. Но суть моя осталась прежней, драконьей. Потому я бессмертен. Вы даже не представляете, сколько таких мышат повидал я на своем веку, скольким рассказывал свою историю. Правда, не очень-то они мне верили. Хе-хе-хе... Да и вы не поверите, наверное. Ну и ладно. Скольким я рассказывал свою историю. Все этих мышей давно уже нет на свете. А я все живу и жду. Жду, когда проснется Горная Ведьма.

– Спасибо, дедушка. Какая интересная легенда!

Мышата сбились в кучку, запищали и захихикали между собой.

– Как думаете, он и правда в это верит?

– Да конечно! Этот дедушка Мыш давно уже выжил из ума.

Мышата, перешептываясь и посмеиваясь, побежали играть. Один из них надел на голову колпачок из древесной стружки и сказал:

– Ууууу! Я ведьма! Берегитесь! Я могу всех заколдовать.

А другой скорчил страшную мордочку, оскалился и зарычал.

– Я дракон! Ты ничего со мной не сделаешь, ведьма. Я могу усыпить тебя одним взглядом.

– Хе-хе-хе, – усмехнулся старый Мыш, поглядев на малышей.

Потом он дошел до выхода из норы, понюхал воздух, осмотрелся и обнаружил, что дождь уже прошел. Он принес в хранилище очередное пшеничное зерно. Положил его в общую груду, поправил, чтобы все лежало аккуратно. Окинул взглядом идеально ровную золотистую гору. Потом он прикрыл на секунду глаза. А когда открыл, в глазах его сверкнули золотые искры.

– Когда-то я был драконом...

Откуда у енота взялась его маска

Послушайте, друзья мои, сказку о том, откуда у Енота взялась его черная маска.

В давние-предавние времена, когда Земля была добрее и места на ней было больше, в Бескрайних Зеленых Лесах жило много разных зверей. И жил в этих Бескрайних Зеленых Лесах Простодушный Енот. Ел он рыбу из ручьев и все прочее, что удавалось ему выловить своими ловкими лапками. Был Простодушный Енот серым и пушистым, а мордочка у него была светлой. И выражение глаз очень доброе. Потому что он и был добрым и бесхитростным зверем. И жил он в мире с другими лесными зверями. До тех пор, пока не пришла в Бескрайние Зеленые Леса Коварная Росомаха.

Была она хитра и прожорлива. B был у нее огромный аппетит. А охотиться или ловить рыбу ей не хотелось. Потому что ленива была Коварная Росомаха. И умела придумывать разные хитрости, чтобы добывать еду проще.

И однажды увидела Коварная Росомаха, как ловко выуживает рыбу из ручья своими ловкими лапками Простодушный Енот. И такой добрый и бесхитростный вид был у Енота, что решила Коварная Росомаха обмануть его. Забралась она в кусты неподалеку от берега и изобразила тонкий писк, будто плачет маленький зверек.

- Ой! Мне деревом прищемило лапу! – тоненько проскулила Росомаха.

Енот заволновался и решил пойти посмотреть, что же там случилось в лесу. А Коварная Росомаха тем временем прокралась за кустами вокруг поляны, выбежала к ручью с другой стороны, схватила рыбину, а вместо нее бросила на берегу пучок камыша.

Походил Енот по кустам, не нашел никого, а когда вернулся на берег и хотел откусить кусок своей рыбы, оказался у него полный рот жесткого и невкусного камыша. Удивился Простодушный Енот, что же случилось с его рыбой. И пошел ловить другую. А Коварная Росомаха ела рыбу в кустах и довольно усмехалась в свои пышные усы.

На следующий день, выспавшись в норе, снова проголодалась Коварная Росомаха. Ведь у нее был огромный аппетит. И пошла она к ручью, посмотреть, не найдется ли там, чем поживиться. И увидела она, как Простодушный Енот своими ловкими лапками достает из воды раков. И такой добрый и бесхитростный вид был у Енота, что решила Коварная Росомаха снова обмануть его. Прокралась она чуть выше по ручью, спряталась за камнями, а потом стала она топать, и толкать с обрыва в речку все камни, какие могла сдвинуть, и грохотать камнями как можно сильнее. И старалась она изобразить звуки каменной лавины, и много камней скинула с обрыва с большим грохотом. А потом стала она стонать, словно бы придавило ее камнями.

Енот заволновался и решил пойти посмотреть, что же там случилось у обрыва. А Коварная Росомаха тем временем прокралась за кустами, выбежала к ручью, схватила пойманного Енотом большого рака, а вместо него бросила на берегу деревянную корягу.

Походил Енот между камней, не нашел никого. А когда вернулся он на берег и хотел съесть выловленного своего рака, то зубы его впились в жесткое и невкусное дерево. Снова удивился Простодушный Енот, и пошел искать в воде другого рака. А Коварная Росомаха ела рака в кустах и довольно усмехалась в свои пышные усы.

На следующий день, сладко выспавшись под корнями поваленного дерева, опять проголодалась Коварная Росомаха. Ведь у нее был огромный аппетит. И пошла она к ручью, посмотреть, не найдется ли там и сегодня, чем поживиться. Увидела Росомаха, как Простодушный Енот своими ловкими лапками доставал из сырых прибрежных зарослей между влажных мшистых валунов больших круглых улиток. И такой добрый и бесхитростный вид был у Енота, что решила Коварная Росомаха, что несложно будет снова обмануть его. Побежала она к глубокому омуту чуть ниже за излучиной ручья. Нашла на берегу большой камень и столкнула в тихую воду с большим плеском. И стала потом громко бить своими широкими лапами по воде и фыркать, будто кто-то в воду свалился, тонет и бултыхается.

Енот заволновался и побежал смотреть, кто же это свалился в омут. А Коварная Росомаха тем временем прокралась за кустами, выбежала к ручью, схватила найденную Енотом большую круглую улитку, а вместо нее бросила круглый камень.

Никого не увидел Енот в воде, и догадался, что кто-то его обманывает. Вернулся он на берег и хотел съесть свою улитку. Но Енот подозревал обман, и решил прополоскать эту улитку в воде. В воде его ловкие пальчики чувствовали все гораздо лучше. И тогда сразу понял Енот, что это не круглая улитка, а круглый камень. Подумал, как же хорошо, что не стал он его кусать. Ведь об него и зубы сломать можно.

Загрустил Простодушный Енот и подумал, что выглядит он таким добрым и бесхитростным, и потому норовит кто-то злой и коварный все время обмануть его. А Коварная Росомаха ела в кустах вкусную улитку и довольно усмехалась в свои пышные усы.

И пошел тогда Енот к Умной Мышке, которая жила в норке неподалеку и славилась среди зверей своей смекалкой.

- Умная Мышка, подскажи, что мне можно сделать, чтобы не выглядел я добрым и бесхитростным, а был похожим на злого разбойника. Чтобы никто не осмеливался больше обманывать меня.

- Чтобы быть похожим на злого разбойника, нужно тебе надеть черную маску, - сказал Мышка. - Я могу сшить для тебя такую маску. А точно ли ты этого хочешь? Ведь многие звери могут начать бояться тебя.

- Я точно этого хочу, - сказал Енот. – Мне надоело, что меня все время обманывают.

И Умная Мышка, которая была еще и хорошей мастерицей, сшила Еноту черную-черную маску. Енот надел ее на свою светлую мордочку, взглянул на отражение свое в воде, и очень обрадовался. Стал он теперь выглядеть совсем как злой разбойник.

А на следующий день, сладко выспавшись в большом дупле, проснулась и снова проголодалась Коварная Росомаха. Ведь у нее был огромный аппетит. Пошла она опять к ручью, поглядеть, не найдется ли там и сегодня чем поживиться. Енот снова ловил в ручье рыбу. Обрадовалась этому Коварная Росомаха. Вспомнила, какой большой и сытной была прошлая рыбина, украденная у Енота. Хотела она опять придумать какую-то хитрость, чтобы обмануть его. Но Енот был настороже нынче. Услышал он шорох в кустах, обернулся и зарычал. И был у него такой грозный вид в его черной-черной маске, так был он похож на злого разбойника, что испугалась Росомаха. И не решилась она затевать очередную каверзу. А решила она убраться подобру-поздорову от этого ручья, и пошла дальше бродить по Бескрайним Зеленым Лесам. И пришлось ей искать другие способы накормить свой огромный аппетит.

А у Енота такой стал грозный вид в его черной-черной маске, что никто больше не называл его Простодушным Енотом.

И ещё Енот с тех пор всегда был настороже. И прежде, чем есть свою еду, на всякий случай стал прополаскивать ее в воде, чтобы своими тонкими ловкими пальчиками убедиться, что все с ней в порядке. Так что стали его называть Енот-Полоскун.

И так стали делать все еноты после него.

Свободу сказкам

Жила как-то одна женщина, которая была полна историй, сказок и фантазий. Сказки появлялись в ней сами собой. Такой она родилась. И пока была маленькая, сказки тоже были маленькими. И она жила с ними в мире и дружбе. Но по мере того, как она росла, росли и сказки в ее душе. Они становились все больше, красочнее и живее. И они стали проситься наружу. А женщина — так уж вышло — не поняла, что происходит. Ей казалось, что ее что-то режет изнутри. И это пугало ее. Она боялась выпустить наружу то, что рвалось на волю. И скоро она нашла для этого способ. Этот способ был — шить! Стоило ей взять в руку иголку и нитку и сделать несколько стежков, это словно бы зашивало, закрывало странным фантазиям все ходы и лазейки наружу. И так стала она делать каждый раз, когда чувствовала, как что-то нестерпимо тревожит ее. Неудивительно, что она стала швеей. Не то чтобы ей сильно нравилось это занятие, но она знала только этот способ обрести хоть ненадолго покой. Врачей тревожило состояние ее здоровья. "У вас аритмия!" — говорили они, — "Берегите сердце!" А это была не аритмия. Это тревожились и волновались в ней разные волшебные истории. Они росли и расцветали буйным цветом, сплетаясь листьями и корнями. Но вырваться наружу они не могли.

Тосковали принцессы в заколдованных башнях, ожидая, когда же, наконец, их спасут. Болтали друг с другом. Башни ведь стояли так близко друг к другу. Одна на вершине холма, другая на склоне, еще одна — у подножия. Аккуратно ходили меж этих башен драконы, опасаясь нечаянно задеть что-то хвостом и сломать. Время от времени приходили под окна принцы и обнадеживали принцесс, что сразу же спасут их, как только найдут куда убегать. А пока бежать было некуда, они устроились кто барменом в местной таверне, кто кучером на каретном дворе. Но каждый раз, стоило им, в очередной раз одурев от тоски, собраться и отправиться на разведку, на поиски пути в большой мир, как женщина чувствовала тревогу и хваталась за иголку с ниткой. И перед разведывательным отрядом смыкались стены каменных проходов, вставали непроходимые леса и бурлили горные реки. И они не знали, в чем же дело.

Однажды жители маленькой, но крайне перенаселенной, волшебной страны решили собраться на Большой Совет.

— Сколько можно так жить!? — шумели гномы. — Мы и так постоянно наступаем на лапы грифонам, а те шипят на нас. А вчера из пещеры вылетела еще и стая каких-то маленьких зеленых зверьков с большими ушами. Разговаривать с ними не получается. Они только свистят. Да еще иногда мерцают. Облепили вон несколько деревьев в нашем поселке. Где они жить будут? Даже если от них и не будет вреда, кто знает, что вылезет из этой пещеры завтра?!

— Что же вы предлагаете делать, уважаемые гномы? — грустно спросил молочно-белый полупрозрачный олень.

— Не знаю, — проворчал старшина гномов, почесывая рыжую с черными подпалинами бороду. - Мы пытались копать подземные ходы подлиннее, чтобы выйти на поверхность где-нибудь подальше отсюда. Мы знаем толк в подземных переходах! И делали их на совесть. Но в какой-то момент они непременно обрушиваются, словно кто-то вредит нам специально. Похоже на какое-то колдовство!

— Это и в самом деле колдовство, — невозмутимо промолвил сидящий на камне человек, одетый в свободную белую одежду и с ниткой разноцветных бус на шее. Цветов в бусах было раз в сто больше, чем в радуге. Никто из присутствующих не знал этого человека. Но это было и неудивительно. Необычные люди, звери и всякие странные существа, например, говорящие цветы и необычной спиральной формы растущие камни, появлялись здесь регулярно.

— Кто ты? — спросили у человека в белом.

— Я Шаман. И мне ведомо тайное знание о мире, в котором мы все живем. Хотя появился я недавно, но мудрость пришла ко мне, потому что возник я из тайного желания одной волшебницы снять заклятье.

Полутораметровая лиловая стрекоза подлетела поближе и удивленно спросила:

— Что за волшебница? Мы ее знаем? Она у нас живет?

— Вы все знаете ее. Хотя можете и думать, что не знаете. Думаю, все вы давно поняли, что живем мы в заколдованной долине. А все потому, что долина наша — выдуманная. Выдуманная той самой волшебницей. Не пугайтесь. От этого она не становится ненастоящей. Это всего лишь значит, что за пределами ее лежит другой, больший, мир. Быть может, он тоже кем-то выдуман. Этого я уже не знаю. Зато наверняка знаю то, что и все мы, жители заколдованной долины, точно так же выдуманы этой Великой Волшебницей. Но то, что она Великая, не мешает ей быть в то же время маленькой и испуганной. Мы с вами заколдованы именно потому, что заколдована Она. Она нас придумала, но Она о нас не помнит. По ночам, в своих снах, она дает жизнь новым фантазиям, но каждый раз при первых лучах солнца Она забывает о нас и невольно делает все, чтобы не выпустить нас. Но не унывайте! Я знаю главный секрет!

— Какой же это?

— Я знаю, как расколдовать Великую Волшебницу! Она зашивает отверстия в пространстве своими иглами. И если мы сможем лишить ее этих иголок хоть на день, нам откроются пути во все стороны света. А потом она увидит, что все хорошо. Заклятие спадет. И она уже не будет держать нас пленниками в этой долине.

Старшина гномов задумчиво сказал:

— Неподалеку от нас обитает магнитный дракон. Мы стараемся держаться от него подальше. И так осталось на нем немало наших металлических инструментов, оружия и доспехов. Как думаете, если попросить его подойти поближе к выходам, сможет он притянуть к себе эти волшебные иголки?

— Конечно! Так мы и сделаем. И прямо сегодня ночью. По ночам чары куда слабее.

Они отправили делегацию к магнитному дракону. Узнав, что от него хотят, дракон надулся от гордости, что может помочь расколдовать долину. И с радостью согласился.

Ночью он стал подлетать поближе к тем местам, где могли быть выходы из долины, вдыхал поглубже и старался сделать свое магнитное поле посильнее. И из темноты к нему прилетали то одна, то несколько иголок. И притягивались к его толстой шкуре.

И утром, когда женщина почувствовала знакомое тревожное чувство, она кинулась искать иголки, но не нашла ни одной. Она ужасно испугалась. Ей казалось, что изнутри рвется что-то дикое и сильное, что оно разорвет ей сердце и сама она обратится в пыль, и ничего от нее не останется. У нее закружилась голова. Она осела на пол, прислонившись к стене, и заплакала. И тут увидела, что слезы ее не стекают по щекам вниз, а превращаются в сияющие искорки и летят вверх, вверх, прямо сквозь крышу дома. Но даже сквозь крышу не перестают быть видимыми, хотя та вроде бы и не прозрачная. Она с трудом оторвала взгляд от улетавших ввысь искорок. И увидела, что ее дыхание стало туманным, как на морозе. Хотя холодно ей не было. И пар ее дыхания сплетался в дивные узоры, складывался в фигуры странных птиц и цветов, улетающих куда-то. Очарованная этими чудесами, она, как во сне, подняла руку и чуть коснулась стены. Тотчас на ее поверхности появился нарисованный отряд разномастных всадников - трубадуры на осликах, рыцари на конях, принцессы на единорогах, арабского вида всадники на верблюдах и даже маленькие эльфы, оседлавшие ящериц. Все они стремительно поскакали по стене куда-то прочь. А новые все появлялись и появлялись. И весь мир вокруг расцветал чудесными красками. И тут женщина поняла — вот что тревожило ее и искало выхода все эти годы! Она почувствовала себя легкой, как никогда. И поняла, что шить она больше не будет. Теперь у нее будет совсем другая жизнь.

Мышиный дух Нового Года

Мышка бежала, хвостиком махнула — позади что-то упало со страшным грохотом. А потом поднялся совсем ужасный переполох — шум, плач, крики! Мышка замерла, обернулась и убедилась, что ее никто не заметил в густой хвое. Аккуратно вскарабкалась по стволу новогодней ёлки повыше и стала смотреть, что же происходит. Отчаянно, прижав ладошки к лицу, рыдала девочка Иришка. Рядом присела её мама, обнимая малышку в тщетных попытках успокоить. Растерянно что-то гудел с высоты своего роста папа. Кот Матвей настороженно вжался в темный угол прихожей. Не любят коты переполох.

Причина всего этого сверкала и искрилась на полу - осколки разбитой вдребезги игрушки. Этому большому ёлочному шару было уже много лет. А перед Новым Годом Иришка с совсем небольшой помощью мамы сама разрисовала его. Старательно пыхтя, она изобразила на круглых блестящих боках еловые ветки, снег, и самое главное - маленькую куклу. Точнее, это родители считали, что Иришка нарисовала куклу. А сама девочка помалкивала о том, что в новогоднюю ночь она загадала желание - чтобы у неё появилась маленькая сестрёнка. Сестрёнку то она и рисовала на ёлочному шаре, надеясь, что Дед Мороз, увидев этот рисунок, совершенно точно поймёт, какое её самое главное желание.

Утром первого января Иришка обнаружила под ёлкой красивую нарядную куклу, с длинными светлыми волосами, как на её рисунке. Кукла была замечательной! У неё даже был свой шкафчик с нарядами. Платьев там было почти столько же, сколько у самой Иришки. Но все же, она не была живой.

Однако, Иришка не унывала. Она слышала, что загаданные в новогоднюю ночь желания исполняются в следующем году. И вовсе не обязательно в первый же день. А желание она загадала очень-очень сильно. Прям зажмурилась, ручки к груди прижала и представила сестрёнку, маленькую, светловолосую, с кудряшками и смешливыми глазами. И как они вместе играют в прятки и наряжают кукол. А самое главное, Иришка про свое желание никому не проболталась. Так что она была уверена, что оно непременно исполнится. Была уверена, пока не случилась эта беда.

Теперь её чудесный красивый шарик разбился в кучу осколков. Рисунок пропал! А значит, все пропало! Теперь желание точно не исполнится. Мама с папой пытаются утешать, говорят что-то. Но они же совсем не понимают, почему на самом деле плачет Иришка!

Мышка наблюдала за ними, притаившись в ветках. Она ужасно ругала себя за неуклюжесть! Как так могло случиться, с ней, всегда такой шустрой и ловкой!? Видимо, у старого стеклянного шарика была уже трещина в основании. Или было повреждено крепление, которое не выдержало его немалого веса при первой же помехе.

Мама обнимала дочку, пытаясь отвлечь её от слез. — А давай, мы с тобой завтра пойдём в магазин и купим там самый красивый шарик! Любой, какой тебе понравится! —Там такого не-е-е-ет! —размазывала кулачком слёзы Иришка. — А мы нарисуем на новом шарике новый рисунок! Всё, что захочешь! Может, котика? Вот, хочешь Матвея нарисуем? Иришка помотала головой. Зачем рисовать Матвея? Он и так у них есть. Матвей, видя, что ничего больше сверху не падает, а остался только шум и плач, успокоился и лёгкой рысцой побежал из прихожей на кухню. Решил переждать слёзную бурю в более спокойном месте, и подкрепиться заодно.

Впрочем, Иришка, уже не рыдала, а лишь тихо надрывно всхлипывала. —Я не хочу новый. Мне нравился старый шарик. —прошептала она. Папу, который до этого бурчал что-то невнятное, вдруг осенила какая-то идея. —А ведь сегодня ночью —старый Новый Год, —вкрадчиво сказал он Иришке. —И что? —исподлобья взглянула на него девочка. —А то, что в эту ночь может случиться особое волшебство, которое умеет возвращать какие-то старые потерянные, сломанные, разбитые вещи.

Тут мама почему-то сделала огромные глаза и зашикала на папу, стала делать какие-то жесты руками. Может, папа проболтался про какой-то важный секрет взрослых? Иришка взглянула заинтересованно. —А как думаешь, этот шарик был достаточно старым? — задумчиво спросила она, разглядывая осколки. —Думаю, да. — серьёзно сказал папа. — Ведь он висел на ёлке ещё тогда, когда я был маленьким. А для ёлочного шара это солидный срок. —А что надо делать, чтобы случилось это волшебство? —А... давай мы с тобой вместе шёпотом попросим: "Волшебный Дух старого Нового Года, верни нам, пожалуйста, этот старый ёлочный шарик!" Иришка шёпотом повторила за папой эту просьбу, прибавив про себя: “И помоги Деду Морозу исполнить моё самое главное желание, чтобы у меня появилась сестрёнка!" —А теперь давай ты пойдёшь чистить зубки, умываться и спать. Чем раньше уснёшь, тем быстрее настанет утро! —бодро заявил папа. И Иришка пошла в ванную.

В прихожей, тем временем, мышка наблюдала, как мама накинулись на папу и принялась шёпотом ругать его. —Что!? О чем ты думал...!? Зачем...!? Папа заговорщицки улыбнулся, что-то прошептал на ухо маме, и та, кажется, успокоилась. Папа быстро оделся и растворился во тьме зимнего вечера. Мышка, наблюдающая это, озадачилась. - Что же они задумали?

А пока мама укладывает спать Иришку и моет посуду, пока папа блуждает где-то по вечернему городу, пока Матвей вылизывает свои лапки после еды, давайте посмотрим внимательнее на эту мышку. Действительно, странно, что это за мышь такая бегает по новогодней елке в большом городе в квартире на шестом этаже? Мышка эта, к тому же, белого цвета. Может, это у соседей сбежал домашний питомец? Да нет же! Разве вы не заметили главную странность - кот не обратил на мышку совсем никакого внимания! Разве такое бывает? Бывает, если мышка - это не совсем мышка, а маленький дух Нового Года, который принял в этот раз мышиный облик. Но кошачье чутье то не обманешь!

И вот Мышка, будем продолжать ее так называть, пробегала по домам, разносила кусочки и долечки новогоднего настроения, распихивала по углам аромат праздника. Своим любимым делом занималась, в общем. А тут такая неприятность. Вместо праздничного настроения принесла такое расстройство маленькой девочке. Очень Мышка себя за это ругала. И решила постараться что-нибудь для Иришки сделать.

А еще ей, как и вам, было любопытно, что же, все-таки, задумал папа. Вот он, как раз вернулся домой. И с хитрым видом достает из пакета... большой ёлочный шар! - Почти такой же, как тот. Только верхушка другого цвета. Но тут Иришка как раз ёлочки свои рисовала. Ты же не выбросила осколки? Будем копировать картинку сейчас. Мама просияла и поцеловала папу. - Как здорово, что нашелся! - Да, я тоже боялся, что их нет уже совсем. Родители давно не вешают на ёлку эти здоровенные шары. Мы так долго с мамой копались на антресолях! На мне видно слой пыли? Нет? Странно! И мама с папой достали краски, кисточки, и взялись разрисовывать добытый шарик так, чтобы он стал похож на прежний, разбитый.

Мышка, найдя укрытие на кухонной полке, с интересом наблюдала за ними. Она смекнула, что папа ездил к своим родителям, бабушке и дедушке Иришки, и нашел у них старый елочный шар из того же набора.

Наконец, уже за полночь, мама с папой закончили свою роспись, оставили шар на столе сохнуть и легли спать. Мышка подобралась поближе, чтобы оценить результат их труда. - Мдааа... Не умеют взрослые рисовать, как ребенок. Еловые веточки слишком аккуратные. И куколка эта... слишком уж красивой получилась. Малышка непременно заметит разницу, что-то заподозрит. Кажется, придется переделывать.

Мышка развила бурную деятельность. Она вытащила из мусорного пакета осколки прежнего шарика. Потом, пыхтя, притащила в своих маленьких лапках кисточки с полки. И тут поняла, что вес коробки с красками ей не осилить. В углу кухни сидел, безмолвно глядя на всю эту суету, кот Матвей. - Котик, помоги сделать доброе дело для твоей маленькой хозяйки, - ласково попросила его Мышка. Кот ничему не удивился. Он уже встречался с волшебными духами в разных обличьях. Он лениво зевнул и стал умываться. - Котик, ну не вредничай! Девочка ведь хорошая! - Ну... иногда она зачем-то таскает меня на руках, когда мне хочется поспать, или кладет спать в кукольную кроватку, когда мне хочется поиграть и побегать. Правда, играет она со мной куда чаще, чем взрослые. Особенно той палочкой с перьями! Это мне очень нравится! А как за ушком чешет! Мрррр... Ладно, помогу.

Матвей грациозно запрыгнул на полку и стал приносить оттуда в зубах по одной баночки с краской. Потом уселся на столе и стал наблюдать, как мышка, не без труда справляясь с кисточками, подправляет рисунок на елочном шаре. Искоса на него поглядывая, Мышка тихонько бормотала себе под нос.

- Ну и нарисовали эти люди! Совсем не похоже, все исправлять приходится... А это что еще? У девочки человечек совсем не так выглядел. Интересно, а кого же она рисовала на этом шаре? И что за самое главное у нее желание? Матвей разлегся на краю стола, вытянул лапки... - А, это она рисовала для себя маленькую сестренку. Хочет, чтобы здесь появилась еще одна девчонка. Я столько раз слышал, как она шептала это над шариком.

Мышка, уже заканчивающая поправлять рисунок на шарике, задумалась. Так вот, оказывается, о чем мечтала Иришка. Непростое желание. Но ради такого случая можно и постараться! Она хитро взглянула на кота. - Котик, милый, а не хочешь ли ты сделать для своей маленькой хозяйки одно очень хорошее дело? - Да я ведь уже притащил тебе краски! Что еще то нужно? - Да вот, понимаешь, чтобы добыть для девочки маленькую сестрёнку, надо слетать в хранилище душ. Меня Волшебный Новогодний Дух сегодня в мышку обратил. Такой я до завтра и останусь. По квартирам бегать маленькой удобно, а вот для дальних путешествий - не очень. Боюсь, не управлюсь сама. А сделать это надо непременно сегодня, в праздничную ночь. А вот если бы мы отправились туда вдвоем.... - Да ты на мне верхом ехать собралась что ли!? Еще чего! - фыркнул Матвей, - Только мышей я еще не возил! - Так я же не настоящая мышь, это не считается. А мы бы с тобой быстренько слетали туда и обратно. До утра вернемся. - Погоди! Как это, слетали? Я тебе что, ворона? - Ну, летучим то я тебя сделаю на сегодня. На это моего маленького волшебства хватит. Глаза Матвея загорелись. Идея полетать по небу была очень заманчивой. - Даже не знаю. Хотя любопытно, конечно, что за хранилище душ такое, и полетать... и вообще. А как думаешь, новая девчонка не станет меня за хвост дергать? - Я уверена, что Иришка научит сестренку, как с котами обращаться, - уверенно заявила мышка. - Пусть сама сначала научится, - тихонько проворчал Матвей. Но, конечно же, он все уже решил. - Хорошо, полетели.

Мышка подпрыгнула на месте, зависла в воздухе и закрутилась волчком, только и видно было, как хвостик замелькал. Не успел Матвей моргнуть, как на она резко остановилась и дунула в него какой-то серебристой светлой пылью. Кот чихнул. Потом посмотрел на свои лапки. Выглядели они, как обычно. Обернулся назад - с хвостом тоже все нормально было. - А ты там все правильно сделала? Нужное число оборотов и все такое? А то может я не взлечу, а, скажем, рога у меня сейчас вырастут? - он осторожно потрогал свою голову лапкой. Рогов не было. - А ты попробуй спрыгнуть со стола. Только аккуратно. Матвей прыгнул и ... завис в воздухе. Это было так странно! Он растерялся и стал беспорядочно дергать лапами, не понимая, что теперь делать. - Попробуй просто бежать по воздуху, как по земле, - подсказала ему Мышка. Матвей попробовал, и через пару минут уже скакал по всему пространству прихожей и кухни из верхних углов в нижние. - Ох, как здорово! - заявил он мышке. - Ну что, летим в твое хранилище? - Да, надо поторопиться. Только повесь перед вылетом шарик на ёлку. Матвей подцепил зубами веревочку шарика, подбежал по воздуху к ёлке и повесил шарик на ветку. - Отлично! Теперь отправляемся! Кот подлетел к столу. Мышка запрыгнула ему на спину, и они вылетели в форточку. Над защелкой мышка поколдовала что-то. И дверца сама распахнулась, выпустив их, и потом закрылась обратно.

Матвей с Мышкой на спине полетел над ночным городом. Мышка подсказывала ему, куда лететь. Люди, которые случайно бросали взгляд в окно, замечали какую-то тень и гадали, что же это за большая птица залетела в город. Уж не сова ли? А Матвей с Мышкой поднимались все выше и выше. Город уже превратился в цепочки светящихся где-то внизу фонариков. А потом и вовсе в светящееся пятно на горизонте. Если вы летали ночью на самолете, вам должно быть знакомо, как это выглядит. А вот Матвею на самолете летать не доводилось. И он с любопытством разглядывал как удивительно выглядит мир сверху.

Кот бежал и бежал в вышине по ночному небу. Иногда ровным шагом, иногда переходил на длинные прыжки. Он уже порядком устал, когда навстречу им стали попадаться сперва маленькие и разрозненные, а потом все более частые слегка светящиеся изнутри облака. Словно внутри каждого из них был спрятан небольшой светильник. - Уже близко, - сообщила Мышка.

И правда, через некоторое время светящихся облаков стало так много, что впереди они слились в сплошную облачную массу, которая вся так же подсвечивалась. - Тут приземляемся, - скомандовала Мышка. - В смысле, прямо на облако? А не провалимся? - засомневался Матвей. - Да даже если и провалимся? Ты же летучий! - А, точно! Матвей коснулся лапками облака и почувствовал, словно стоит на чем-то мягком и пушистом, совсем немного проваливаясь в него. Мышка спрыгнула с кошачьей спины и побежала вперед, указывая дорогу. В облачной горе перед ними виднелся туннель, все стенки которого так же слегка светились. Они прошли немного по этому туннелю и вышли в огромный зал, точнее, облачную пещеру. Прямо перед ними стоял белый письменный стол. А за столом сидела... огромная, размером с Иришкиного папу, белая пушистая кошка. Вокруг нее виднелось сияние, чуть более сильное, чем от облачных стенок вокруг. А дальняя часть зала за ней скрывалась в каком-то белёсом тумане.

- Кто это?! - растерянным шепотом спросил Матвей. — Это Хранительница душ! - А почему она кошка? - Это ты видишь ее кошкой, потому что сам ты - кот. - А как она на самом деле выглядит? - На каком еще 'самом деле'? - усмехнулась мышка. - Хватит болтать, пойдем к ней. А то некрасиво. Пришли тут и шепчемся.

Мышка направилась к хранительнице. Матвей робко шел за ней. - Здравствуй, маленький волшебный дух, - кошка ласково взглянула на Мышку. - И ты здравствуй, земной кот. - Здравствуйте, уважаемая хранительница! - торжественно начала Мышка. - Мы пришли к вам с просьбой. Нам нужна маленькая девочка. Чтобы она родилась в доме хозяев этого чудесного кота. - А разрешение у вас есть? - строго спросила кошка. - Кажется, маленький волшебный дух занялся не совсем своим делом. - Разрешение... нет, нету. Но это новогоднее желание девочки - маленькая сестренка! - воскликнула Мышка. - Новогоднее желание? Хм... Что ж, посмотрим. - Она первый раз за все время пристально взглянула на кота. - Дорогой кот, подумай пожалуйста о своих хозяевах. - Подумай что-нибудь хорошее о них, - тихонько шепнула ему мышка. - Аааа... это что, она мои мысли будет читать? - растерялся кот. - Не читать, а смотреть образы.

Матвей застыл, чувствуя себя очень неловко под взглядом этой удивительной сияющей кошки. В первые моменты ничего не шло в голову. Потом он стал вспоминать маму, какая она добрая, папу, какой он весёлый, Иришку, как она играет с ним палочкой с перышками. А еще почему-то упорно вспоминалось, как прошлой осенью он стащил котлету со с стола. Он очень старался об этом не думать, но не получалось.

Наконец, белая кошка отвела от Матвея глаза. Он облегченно выдохнул. - Да, это хороший дом. Мы можем отправить туда малыша. - сказала она с улыбкой. — Вот только все аисты на вылетах... - Ничего, мы донесем сами! - радостно воскликнула Мышка. Хранительница пошарила лапками где-то в недрах стола и достала оттуда толстенную книгу в серебристой обложке, положила её на стол, надела откуда-то взявшиеся очки и стала задумчиво листать. — Вот, есть душа чудесного мальчика, совсем готовая к тому, чтобы появиться на свет. - Нет-нет, нам непременно девочку! “Интересно, увидела она про котлету ила нет? - размышлял между тем Матвей. - Может объяснить ей, что я больше так не делаю?“ - Девочку... Ага, вот и девочка. Секция 183, ячейка 12... - пробормотала кошка. “А может, и не увидела...” - думал Матвей

Кошка встала и направилась вглубь зала. Белая дымка вокруг нее чуть рассеивалась. И Матвей разглядел бесконечно длинные ряды белых шкафов с резными ручками на множестве маленьких ящичков. Кошка через минуту вернулась, бережно держа в лапах что-то похожее на большую жемчужину. Матвей видел такие в бусах у мамы. Но эта жемчужина была куда больше, красивее, и она сияла. Хранительница извлекла из своего стола небольшой мешочек с веревочками-завязками, аккуратно поместила жемчужину туда, завязала и протянула им. - Вот ему на шею давайте повесим, - кивнула в сторону Матвея Мышка.

Хранительница завязала веревочки вокруг его шеи. Душа оказалась не такой уж и легкой. Вес мешочка Матвей очень даже чувствовал. Они поблагодарили кошку-хранительницу и отправились в обратный путь. Матвей уже гораздо меньше глазел по сторонам. Ему приходилось теперь нести не только Мышку, но и мешочек с это странной сияющей штукой. А он устал и хотел уже поскорее добраться домой. Наконец, под утро, они влетели в ту же услужливую форточку. Мышка сняла с кошачьей шеи мешочек, развязала и, обхватив жемчужину двумя лапами, постояла и немного полюбовалась ею. - Ну и куда ее теперь? - спросил Матвей. - Так... Это же новогодний подарок. На ёлку! - решительно заявила Мышка. Она подошла к ёлке и положила жемчужину на одну из нижних веток. Матвею показалось, что она сейчас скатится. Он даже сунулся было к ветке, чтобы придержать. Но Мышка предостерегающе покачала своей лапкой. И действительно, жемчужина никуда не скатывалась, будто прилипла к ветке. Мышка и Матвей зачарованно смотрели на неё. А она посветлела, стала прозрачной, подобно капельке воды. Потом начала уменьшаться, и через некоторое время исчезла совсем. Матвей встревоженно взглянул на мышку. - Все в порядке, растворилась. Теперь эта душа тут, в воздухе. Чуть позже и малышка появится. Надо немного времени, - Мышка улыбнулась. - Нечасто я делаю такие подарки.

Утром Иришка вскочила с кроватки чуть свет и побежала к ёлке. Большой шар с её рисунком висел там, совсем целый! Волшебство всё-таки случилось! Она подумала, что теперь то уж точно всё должно сложиться просто замечательно. И самое её главное желание непременно скоро исполнится.

Дальше все было, вроде бы, как обычно. Время шло. И вот однажды, через пару недель, когда ёлка уже была убрана, а игрушки спрятаны в коробку в кладовке, папа пришел домой вечером какой-то особенно веселый. Он все время смеялся, и даже пару раз поднял Иришку к потолку. В последнее время он нечасто так делал, уверяя, что она уже большая и тяжелая. Но сегодня поднял. Иришка подумала, что и мама сегодня какая-то очень улыбчивая, счастливая. Пока готовила ужин, все напевала под нос какие-то песенки. - Па-а-ап, а пап, - Иришка подобралась к отцу и потянула его за рукав. - А у нас праздник какой-то сегодня? - Можно сказать, что и праздник, - улыбнулся папа. - У нас скоро появится малыш! - Сестрёнка!? - Иришка даже подпрыгнула от радости. - Может сестрёнка, а может братик. Мы не знаем пока, - уточнил папа. - Конечно же, сестрёнка! Я вот точно знаю! - заявила Иришка. И Матвей, который сидел рядом на подоконнике, согласно мурлыкнул.

Ловушка для ветра

Малыш-ветерок был очень любопытным. Как-то увидел он на морском берегу что-то красивое, радужное, с волнистыми пупырчатыми узорами, и с широким перламутровым входом. Это была раковина моллюска. Ветерок залетел внутрь. А там – лабиринт. И ветерок заблудился. Блуждал, блуждал по завиткам, отчаянно завывал: «Уууууу!». Но никто его не слышал. Все лежала и лежала раковина в одиночестве под валуном на крошечном далеком пляже. А через неделю и еще один день раковину подобрали большие мозолистые руки. Повертели ее. «Ууууу!» – пожаловался ветерок внутри. «Какие интересные звуки. Никогда такого не слышал. Пожалуй, ее можно будет дорого продать.»

Раковину отмыли, покрыли лаком. Она оказалась на прилавке рядом с поделками из резного дерева и разрисованными галечными камнями. А ветерок все ходил-бродил по ее закоулкам.

Другие руки, аккуратные и ухоженные, взяли раковину, взвесили на ладони. «Красиво. А какая тяжелая!» «Приложите к уху. Какие удивительные звуки слышны из этой раковины! Не иначе, как в ней живет сам дух моря!» «Это не дух моря! Это я! Я заблудился. Уууууу!» – плакал внутри ветерок. «Правда, необычно. Я возьму. Подарю дочке. Ей должно понравиться.»

И вскоре раковина попала в руки к одной кареглазой девочке. Она осторожно осмотрела раковину, потрогала ее острый кончик. Потом поднесла к уху. – Уууууу! – раздалось из раковины. Девочка поднесла ее ко рту и сказала в ответ тихонько: – Уууу. Кто здесь? – Ууууу! Это я! – Кто ты!? – Я ветерок! Я заблудился и мне очень страшно. – Бедненький. А ты слышишь, откуда идет мой голос? – Слышу. Ты снаружи? – Я снаружи. Иди сюда, иди на мой голос. Ты найдешь выход. Я знаю. Ты выберешься, обязательно. Так звала его тихонько девочка, а ветерок пробирался сквозь тесные проходы, протискивался в малюсенькие щели внутри ракушечного лабиринта. И наконец, он нашел выход! Вырвался наружу, закрутился ликующим вихрем! Перелистал книжки на столе, нечаянно опрокинул стакан с карандашами. Он носился по комнате в полном восторге! Девочка открыла окно. Взметнув шторы, ветерок рванулся на улицу. – Лети! Я надеюсь, ты найдешь свой дом, свое морское побережье, – крикнула девочка и махнула рукой. – Я ветер! Для меня дом – весь мир, – донеслось до нее из просторов осеннего неба. Заколыхались ветви деревьев в парке через дорогу. И на подоконник к девочке прилетел самый большой и красивый кленовый лист. Подарок от ветерка.

– А где у тебя та удивительная раковина? – спросил как-то девочку отец. – Можно мне еще раз послушать? Необычные в ней были звуки. – В ней был ветерок. Я помогла ему выбраться на волю, – объяснила девочка. Но отец будто и не услышал ее. – Странно, совсем другие звуки. Ничего похожего на то, что было. Может, влажность изменилась, или от тряски что-то сломалось внутри? – он пожал плечами и положил раковину обратно на полку.

А улетевший ветерок не забыл свою спасительницу. Изредка он прилетал к ней в гости, осыпал пригоршней яблоневых лепестков, бережно приносил ей запах булочек с корицей из пекарни аж на другом краю города или рисовал ей в дорожной пыли чудные узоры.

Однажды, уже повзрослевшая, гуляла она по берегу моря. И налетевший вихрь подхватил и поднял в воздух тонкий прозрачный шарф с ее плеч. Парень, который шел с ней рядом, попытался схватить шарф, но безуспешно. Только проводил его растерянным взглядом. Девушка же не расстроилась ничуть. Она сразу узнала своего летучего друга и рассмеялась. Шарф сделал восьмерку в небе и снова обвил ее шею. Ветерок к тому времени тоже вырос и стал большим и сильным ветром. Еще недавно гнул он стволы деревьев в горах. А сейчас он ласково раздул длинные темные волосы девушки, осыпал ее брызгами морского прибоя. И умчался в сторону моря, творить новые бури и штормы. А девушка с улыбкой сказала своему удивленному спутнику: – Просто этот ветер – мой друг.

Как дождик свалился с неба

Итак, дождик свалился с неба и лежал на земле. И грустил. Лежать на земле было скучно. С ним совсем ничего не происходило.

И тут к нему прилетел маленький озорной ветерок. – Дождик, дождик! – позвал он. – Я больше не дождик. Я теперь лужа. — тоскливо протянул бывший дождик. – Да неважно! Слушай, мне так хочется порисовать! Поможешь? – Пожалуй, я могу попробовать... – сказала лужа. – А что мне надо делать? – Тебе ничего! – сказал ветерок. – Все делать буду я!

В это время в квартире на двадцать пятом этаже одна девочка сделала последние штрихи краски на своем рисунке. Она рисовала стену с распахнутым окном. Девочка подняла голову от рисунка, прислушалась к шуму ветра за окном и поняла, что очень проголодалась. Она убрала краски и стаканчик с водой, а рисунок оставила на столе досыхать. И пошла на кухню, чтобы съесть бутерброд с черничным джемом.

Тем временем озорной ветерок подхватил из лужи капли грязной мутной воды, взмыл вверх, до самого двадцать пятого этажа, влетел в приоткрытое окно и брызнул на рисунок. – Здесь нужно дорисовать собаку, – сказал он. Потом он пролетел круг по комнате, взглянул еще раз на рисунок и заявил: – Хотя нет! Лучше мы нарисуем здесь велосипед. И брызнул еще грязных капель. – Мммм... Не получается, – сказал он. Сделал еще круг по комнате, завернул край покрывала, сбросил со стола несколько листов бумаги, перелистал книжку и улетел в окно. А на рисунке осталась россыпь грязных пятен.

– Ах! – сказала девочка, когда вернулась в комнату и увидела брызги. – Что это!? Но потом она склонила голову на одну сторону, на другую, присмотрелась. Взяла кисточку и краски, сделала еще несколько штрихов там и тут, добавила цвета. И на стене возле нарисованного окна возникла тень ветки с висящими на ней качелями.

Тень на рисунке подумала: – Как странно! Сначала я была дождиком. Потом я была лужей. А теперь я – тень. Да еще и нарисованная. Как удивительна жизнь!

Неправильный заяц

Жил как-то в лесу заяц. Заяц был веселый, любил петь и танцевать. Вот только получалось это у него странно. Не так, как у всех.

Вот, скажем, бежит он однажды по своим делам. И тут слышит – музыка. Заяц уши навострил, головой покрутил. Ага, музыка с поляны под старой березой. Заяц развернулся и туда поскакал.

А на поляне – праздник. На ветках фонарики светятся. Мыши на флейтах и валторнах играют. Зверюшки танцуют. Весело всем.

Заяц обрадовался, на поляну выбежал и тоже давай скакать, танцевать. Но тут к нему какая-то белка подбежала и замечание сделала.

– Не так, ты, заяц, танцуешь. Неправильно. Скачешь, как попало, ноги выше головы. А ты посмотри, все зверюшки в две линии стоят, подпрыгивают одновременно, поворачиваются одновременно. Потом навстречу друг другу шагают и меняются. Давай, я тебя научу.

Заяц встал рядом с белочкой и стал пытаться повторять ее движения. Старался, старался. И вроде даже получаться стало.

– Хорошо, заяц, – хвалила его белка. – Еще немного, и научишься.

Вот только вся радость от танца куда-то подевалась. Расхотелось зайцу танцевать. Поблагодарил он белочку и побежал дальше.

Бежит и думает: "Нет, не нравится мне так, по правилам, танцевать. Буду лучше танцевать сам по себе, как мне хочется." Подпрыгнул и сальто в воздухе сделал. И тут услышал откуда-то пение. Заяц голову набок склонил, ушами повертел туда-сюда. Ага, это со стороны болотца. Поскакал туда заяц. Из леса выбежал и увидал, что на кочках сидит лягушачий хор. И поют. Громко поют, складно.

Заяц их послушал и спрашивает: – А можно, лягушки, я с вами петь попробую? – А ты умеешь? А ты сможешь? А у тебя получится? – заквакали лягушки. – Ну-ка спой, – предложила ему серьезная лягушка в очках, которая руководила хором.

И заяц запел: – За лесом у болота легко и беззаботно В осеннюю прохладу и летнюю жару Там жили две подружки, зеленые лягушки На солнышко смотрели, ловили мошкару... А дальше я не запомнил.

– Очень даже, очень даже неплохо, – проквакала лягушка. – Давай, садись вон на ту кочку, будешь с нами петь.

Заяц сел послушно на кочку и стал петь. Песенка была веселая. Начало заяц уже запомнил. А где не запомнил, он пел другие веселые слова. Или подпрыгивал и барабанил лапками по коряге перед ним.

– Да зачем ты прыгаешь? – стали возмущаться лягушки. – Сейчас мы поем. Прыгать потом. Пение отдельно, гимнастика отдельно! – Да и поешь ты неправильно! Послушай да запомни слова как следует. – Вы знаете, я лучше вам не буду мешать, – сказал заяц. – Без меня так красиво у вас получалось.

И поскакал он по лесу дальше. Бежит и думает: "Нет, не нравится мне так петь, по правилам. Буду лучше петь свои песни, какие захочу."

И стал петь. Скачет и поет:

– Прыг-скок! Привет, колоски у тропинки! Прыг-скок! Привет, кудрявая осинка. Прыг-скок! Привет, ветерок. Откуда ты прилетел? Прыг-прыг-скок! Привет, камень, похожий на спящего енота. На спящего, заколдованного енота. Та-та-та-та-та!

Не то чтобы сильно складно получалось, но весело. И главное, самому зайцу нравится. Скачет он и радуется.

И тут в ветвях мелькнула какая-то тень. И прямо перед зайцем с дерева свесилась маленькая мордочка с полосками. – Эй, где это камень, похожий на спящего енота? И с дерева спрыгнул бурундук. – Да вот, этот камень, – показал заяц. – Смотри, тут у него вроде мордочки, тут лапа...

Бурундук прищурился, оглядел камень.

– И правда. А я не замечал. – А ты кто? – спросил заяц. – А я – художник. – заявил бурундук. И показал свою коробочку с красками. – О, здорово. А кисточки твои где? – Кисточки? А хвост мне на что? – хитро улыбнулся бурундук. – Слушай, мы сейчас вот что сделаем...

Бурундук подошел к камню, похожему на спящего енота, и стал хвостом-кисточкой что-то на нем рисовать. Там штрих сделает, тут черточку. Всего ничего подрисовал, тут потемнее, здесь посветлее сделал. А теперь уже все видели, что это не камень вовсе, а спящий енот. Почти как настоящий. Большущий только.

– Ого! – воскликнул заяц. Ему очень понравилось.

И после этого заяц с бурундуком подружились. Стали вместе по лесу бегать. Заяц рассказывал, что углядит он любопытного в скалах, в камнях, в изгибах веток и в облаках. А бурундук рисовал. На каменных валунах по дороге к роднику появились чудные узоры. А коряги, на которые раньше никто и внимания не обращал, теперь обернулись диковинными зверями.

Глянет заяц на какое-то кривое дерево и говорит: – Вот, смотри, та ветка на гномика похожа, а вот этот нарост – будто борода его.

Бурундук – чирк, чирк своих хвостом-кисточкой. И на дереве гном поселяется, усмехается добродушно.

Заяц тоже рисовать стал. Не хвостом. Хвост у него слишком маленький для этого оказался. Пришлось обычную кисточку добыть и держать ее в лапах. Непривычно было. И боязно сначала.

– Как ты, я не смогу, – говорил он бурундуку. – А не надо, как я. Рисуй, как ты хочешь, – отвечал тот.

Ну заяц и стал рисовать так, как ему хотелось. С бурундуком тоже советовался, конечно. Вначале не очень ему нравилось. А потом стало интересно получаться. Линии голубые волнистые проведет по скале. Посмотрит. А это же ручей течет. Черные палки ветвистые нарисует и светлые черточки на них рассыплет. Глянет. А это же осенние ивы с последними листочками на них.

Собрались как-то звери лесные и все вместе бурундука и зайца поблагодарили, что они так украсили лес. Праздник устроили, с музыкой. Заяц радостный побежал плясать. И хоть он и прыгал как хотел, и сальто делал с лапами выше головы, никто его теперь не уговаривал по правилам танцевать. Весело ему похлопали. А бурундук, один из ежиков да пара белочек даже с ним вместе поплясали. Каждый по-своему.

Мишка Барни и лазерный излучатель

Один мальчик как-то открыл мишку Барни и только было собрался куснуть его, как вдруг мишка шевельнул лапой. Мальчик внимательно посмотрел на него. А мишка покрутил головой, поворочался в своей упаковке и сел. Зевнул, почесал бок, и тут заметил мальчика с раскрытым от удивления ртом. – Ой! Только не ешь меня! – воскликнул мишка. Мальчик и сам уже не собирался его есть. Ведь живой мишка Барни интереснее, чем съеденный. Но от изумления он не знал, что сказать.

– Я волшебный. Я могу исполнить любые твои три желания! – Ух ты! Прям любые? Да еще и три! Это ж круче Деда Мороза. Он только одно исполняет, и то не сильно дорогое. – Ну, я-то не сильнее Деда Мороза. Но наш Главный Медведь, вроде бы, с Дедом Морозом знаком. И неизвестно еще, кто сильнее. Так что, загадывай. Хочешь огромную игрушечную крепость? – Нет, подожди. Надо подумать. Первое желание – волшебная палочка, которая выполняет любые желания. – Ооооо... Это я не знаю, как. Такого никто не просил. – Не просили? Странно. Может вы, мишки, просто такого не умеете? – Не умеем, – мишка развел лапками. – А ваш Главный Медведь? – Нет, он тоже не умеет. – Ладно, тогда первое желание – чтобы я, мама, папа и наша кошка Ася никогда не умирали.

Мишка, кажется, совсем растерялся. Он забегал по столу туда-сюда, замахал лапками. – Что, это тоже нельзя? – Нет, этого тоже мы, мишки, не умеем.

Мишка сел, свесил задние лапы с края стола и загрустил. – Ну неужели нельзя придумать обычное желание, вроде горы конфет, или игрушек? Мальчику тоже стало грустно. – Ага, квантиллион бинтиллионов киндер-шоколадок... – расстроенно пробормотал он. – Чего!? Сколько это? А в дом столько влезет? – Не-не, подожди, это я так просто, это не желание.

Ему стало немного жаль мишку. Он сел на стул, заглянул ему снизу в мордочку, и решил загадать что-нибудь попроще. – А может, хотя бы лазерный излучатель? – Зачем он тебе? – мишкины глаза округлились. – Ну, мало ли. Вдруг инопланетяне нападут, или еще что. – Слушай, а я сейчас узнаю. Подожди, я быстро!

Мишка подскочил, забежал за сахарницу и пропал. Мальчик заглянул за сахарницу. Там было пусто. Под столом и под стульями тоже никого не было. "Ну вот, сбежал," – подумал мальчик. Но не успел он толком расстроиться, как мишка вышел из-за сахарницы, уже совсем не так бодро. Тяжело вздохнул.

– Нет, опять нет. Главный сказал, что детям оружие, особенно такое опасное, нельзя. И если я к нему еще раз с такой просьбой приду, он мне ухо откусит.

Тут на кухню изящно скользнула кошка Ася. – Знаю! – воскликнул мальчик. – Я хочу, чтобы Ася научилась говорить по-человечески. Мишка расплылся в улыбке и хлопнул лапками перед собой. – Готово! – радостно воскликнул он и подпрыгнул на месте, очень довольный, что удалось исполнить хоть какое-то желание.

А кошка, тем временем, заметила маленькую фигурку на столе и очень заинтересовалась. Она неслышно вспрыгнула на стул и притаилась, чуть выглядывая из-за края стола. Маленькая фигурка продолжала двигаться. – Ух ты! А точно получилось? – не мог поверить мальчик. – Асенька, кис-кис. Где ты? Когтистая лапа метнулась к мишке. Ася выпрыгнула на стол и попыталась сцапать его. – Ааааа! – в ужасе завопил мишка, еле успев отпрыгнуть. – Шшшш... Ушшшёл! – досадливо прошипела кошка. – Нет, Асенька, пожалуйста, не лови этого мишку. Он волшебный. Ух ты! Ты и правда разговариваешь!?

Кошка уселась на стул и продолжала следить взглядом за мишкой. – Конечно, разговариваю. А ты что, меня понимаешь? – рассеянно спросила она. – Ого, круто! Да, понимаю! – А раньше не понимал. Сколько раз говорила тебе: “Отстань! Отпусти меня!” Ничего же не понимал, пока тебя не укусишь. – Ой, прости. Я теперь буду все-все понимать. И обижать тебя не буду.

Кошка посмотрела на мальчика и задумчиво прищурилась, словно решая, верить ли ему. – А можно, я тебя поглажу? – Можно, – снисходительно разрешила она. Мальчик подошел и стал гладить Асю и чесать за ушком. – Муррр. Хороший мальчик. Муррр. А может быть, мрррр, хороший мальчик достанет мне из холодильника пакетик с кормом? – проворковала она, чуть поворачивая голову и подставляя шею. – Да, конечно.

Мальчик достал пакетик с кормом, положил в миску. Ася принялась есть. – А ты знаешь, этот пакетик был последний. На завтра только сухой корм остался. – Ну, знаешь, мням, раз ты теперь все понимаешь, то достань мне еще такого корма. Откуда вы там его берете? Вон, у тебя даже волшебный мишка есть. Мням! – Да нет, это не у мишки надо. Ладно, я попрошу маму, чтобы купила в магазине.

– Кстати, – напомнил о себе волшебный мишка, – Можем переходить ко второму желанию. Мальчик призадумался. – Я бы попросил научиться летать. Но ты же опять скажешь, что так нельзя, это невозможно и все такое... Мишка закивал своей круглой головой. – Так что давай ты мне просто наколдуешь настоящий самолет. Самолеты ведь бывают, они настоящие. И это не оружие.

Мишка основательно задумался, глядя куда-то в потолок. Потом решительно кивнул и сказал: – Идем! – Куда? – Во двор. На кухню же самолет не влезет. – Ой, да, идем! – мальчик схватил мишку, положил его в карман и побежал в коридор обуваться. – Ма-а-ам, я выйду во двор на минутку, с другом?

Мама выглянула в коридор и кивнула. Она, конечно, решила, что друг позвонил мальчику по телефону или по домофону. – А это я, твой друг? – в подъезде шепотом спросил мишка. – Да, конечно.

Они вышли во двор и сразу увидели самолет. Он был огромный! На самом деле, это был довольно маленький самолетик. Куда меньше огромных пассажирских лайнеров. В нем было всего два сиденья. Но рядом с горкой и песочницей на детской площадке он казался очень большим.

Удивительно было то, что на самолет никто не обращал внимания. Мимо ходили взрослые, на площадке играли дети. Никто и головы не повернул, словно так и надо, чтобы здесь стоял самолет. Словно он всегда здесь стоит. – Я специально сделал, чтобы его не замечали. А то станут толпиться, разглядывать, мешать, – тихонько объяснил мишка Барни.

Мальчик остановился и залюбовался самолетом. Какой он белый! Какой у него красивый винт, крылья, хвост! Наконец, мальчик решил забраться внутрь. Это было непросто. Лезть было высоко. Но, оказавшись в кабине, он понял, что главные сложности впереди. В глазах зарябило от всяких кнопочек и рычажков. Он достал мишку из кармана и посадил рядом с собой. – Поможешь разобраться? Но мишка глядел на все эти штуки с такой же растерянностью. – Наверное, надо что-то нажать, чтобы он включился? Мальчик смотрел, смотрел – и ему становилось все страшнее. "Вот сейчас взлечу," – думал он, – "а потом что-то не то нажму и врежусь в дом! Вот прямо туда, где окно моей комнаты. Стекло разобьется. И там потом спать холодно будет."

Он погладил рукой кнопки и рычажки. Подумал еще. И вылез из кабины. – Слушай, мишка, а можно этот самолет пока куда-нибудь убрать? Пока я не стану взрослым и не научусь летать на нем? – Это третье желание? – Неее, это поправка ко второму. – Ладно, для друга можно сделать поправку, – улыбнулся мишка. – Сейчас уберем его в специальный гараж для самолетов, называется ангар. – Только подожди, я на него еще чуть-чуть посмотрю. И он стоял, и смотрел, и смотрел на самолет. Пока он не исчез.

Они вернулись домой. – Так что, какое будет третье желание? – спросил мишка, снова сидя на кухонном столе и болтая лапами. – Я еще не придумал. А что будет, когда ты выполнишь третье желание? – Вернусь к своим, в страну мишек. – Ясно, – задумчиво протянул мальчик. – А пока я думаю, может мы поиграем? – Да, давай, – обрадовался мишка Барни.

Оказалось, что с ним можно играть в кучу игр. Особенно ловко мишка гонял на игрушечных машинках. Так незаметно пролетел весь вечер. И вот уже кошка Ася крепко уснула на подоконнике, а мама позвала мальчика спать. – Слушай, а давай я желание загадаю завтра? – Ладно. Только я на ночь к своим вернусь. А то меня Главный Медведь потеряет. А завтра приду опять.

И мишка опять пришел. Но мальчик и на следующий день не придумал хорошего третьего желания. И снова они долго играли вместе. И на третий день повторилось то же самое.

Кошка Ася стала к ним присоединяться. Она тоже любила играть. Особенно в догонялки. Теперь, когда мальчик стал ее понимать, они договорились, что кошка не выпускает во время игры когти. А мальчик не хватает ее так, как ей не нравится. Жаль только, что понимали Асю только мальчик и мишка. Для других она по-прежнему мяукала. – Ну это же было желание для тебя, а не для всех, – объяснял мишка Барни. – Если для всех, то было бы слишком сложно.

А потом они, не сговариваясь, перестали вспоминать про третье желание. Потому что по-настоящему подружились. И действительно, зачем еще какое-то желание, когда у тебя уже есть говорящая по-человечески кошка, настоящий самолет, который где-то в ангаре ждет тебя, и вот такой друг, самый удивительный во всем мире!

Сонь и Яв

Золотисто-рыжий кот по кличке Явар сидел на подоконнике и сердито щурился. Он не любил это время, когда кто-то словно слизывал с неба последние остатки солнечного света и оставлял лишь рассыпанные крошки-звезды.

Явар внимательно всматривался в кусочки неба между соседними домами, в черные силуэты деревьев. И вот мелькнула тень с длинным хвостом. Она обогнула желтые пятна уличных фонарей, сделала широкую петлю над двором – и на окно приземлилась большая темно-лиловая птица. Стекло не было ей помехой. – Опять прилетела, – проворчал Явар. Он недовольно спрыгнул с подоконника и повернулся к гостье спиной.

Когда-то он пробовал выгонять ее, кидался с грозным шипением. Но когти его лишь рассекали воздух. Тронуть птицу он не мог. Теперь он просто стал держаться от нее подальше. А птица склонила на бок серебристый хохолок, глянула на кота янтарным глазом и прощебетала: – Добрый вечер, Яв. – Да чего уж доброго? – чуть дернул ухом в ее сторону кот. – Опять будешь малышке голову морочить своими баснями. И он принялся независимо вылизываться.

В комнате стояла небольшая кроватка с легким пологом. Птица порхнула туда, приподняла клювом кружевную ткань и залюбовалась лежащей там девочкой. Девочка спала, вся. Спали на ее щеках ресницы, спали разметавшиеся по подушке русые волосы, спала ручка, сжимающая лапу игрушечного лисенка.

Птица подняла голову вверх, открыла клюв – и послышалась первая невесомая, почти беззвучная трель. Потом еще одна, и еще. Пение стало заполнять комнату, клубиться в углах, расцветать чудными цветами над пологом кроватки. Губы спящей девочки дрогнули улыбкой. Она легко вздохнула, крепче прижала к себе лисенка, повернулась на другой бок и заулыбалась снова. Птица пела.

Кот Явар, распушившись, сидел в углу и сверкал глазами в темноте. Он думал, что пусть волшебное пение и красиво, но он то, конечно, сидит здесь только затем, чтобы присмотреть за девочкой. Хотя на самом деле и ему хотелось послушать.

Песня то затихала до почти неслышного шелеста, то взмывала в небо, прямо свозь потолок, и рассыпалась миллиардами звенящих искр. Девочка спала и смотрела удивительные сны. И так было до первых утренних отсветов.

Лишь только на востоке стало расцветать небо, кот встепенулся. Он выгнул спину, потянулся и вальяжно направился к птице. Встал напротив и не моргая уставился на нее своими синими глазами. Птица продолжала петь, но все тише, тише… Наконец, она легонько кашлянула и замолчала. – Все, твое время вышло. Пора тебе лететь, Сонь. Птица Сонь грустно склонила головку и шагнула к окну. Крылья ее на миг закрыли первый пробивающийся в комнату свет. – Я вернусь… – Не сомневаюсь, – фыркнул ей вслед кот. Ему предстояла теперь тяжелая работа.

За дверью послышались шаги. Вошла мама, погладила девочку по голове: – Просыпайся, Полинка! – И уплыла на кухню наколдовывать там какой-то завтрак. Явар принялся действовать по всем правилам. Сначала запрыгнул в постель и стал мурчать над ухом девочки. Тихонько, чуть громче, еще громче. Потом начал тереться о ее волосы, трогать малышку носом. Все бесполезно. Птица Сонь очень уж постаралась заколдовать ее сегодня. Девочка никак не хотела выныривать из сонных грез. Коту пришлось применить способ пробуждения посильнее. Он стал легонько кусать маленькую пяточку, торчащую из под одеяла. Тогда только послышался легкий смех. Пяточка тут же спряталась. И девочка заворочалась, натянула одеяло на голову, ловя за хвост ускользающие сновидения. Кот прыгнул сверху на одеяльный холмик, играя.

– Но коть! Ну ты что?– Полина села в постели, сонно моргая. Явар потерся о ее бок для надежности. Увернулся от сонных рук девочки и запрыгнул на подоконник. Там он сел против солнца. Так, что из комнаты казалось, будто золотистый свет исходит прямо от его шерсти. – Ты солнышко, – засмеялась девочка. – Да, я солнышко, солнышко, – довольно замурлыкал Явар. И когда Полина еще раз потерла глаза, вскочила и побежала умываться, он побежал с ней наперегонки. Наконец-то день действительно начался!

День был выходной. Кот такие любил. Хозяева днем уходили куда-то. Вернулись довольные, веселые и с кучей интересных пакетов. Явар сунул мордочку во все. В пакетах нашлось много интересного. В одном, например, были кошачьи колбаски. Правда, Явару их дали не сразу. Пришлось потерпеть. Но ничего. Он же знал, что раз купили, рано или поздно дадут. Так и вышло.

А еще в пакетах нашлась новая забавная игрушка. Длинная веревка с пластмассовыми, ненастоящими, сосисками на концах. Полинка взяла их в руки, стала крутить веревку и прыгать через нее. Вначале она спотыкалась и часто останавливалась. Но потом наловчилась и могла уже так подолгу скакать. Явар наблюдал за этой игрушкой с любопытством. И когда Полинка бросила веревку на стул и убежала ужинать, кот, конечно, сразу же напал на висящие пластмассовые сосиски. Это оказалось забавно. А когда Полина обнаружила, с чем играет кот, она взяла веревку за одну ручку, вторую оставила на полу, и принялась бегать по всей квартире. Вот тут и началось настоящее веселье! Явар был в восторге! Он стал с упоением догонять убегающую сосиску. Вечер получился шумным!

И когда пришло время ложиться спать, Полина взбунтовалась. Она продолжала скакать на кровати. А когда мама наконец уговорила ее лечь и укрыться, она то и дело ныряла с головой под одеяло. Потом выглядывала оттуда, каждый раз в новом месте, и звала кота к себе в домик.

Явар был очень доволен. Он-то слышал, что уже почти час, как под окном тихонько курлычет птица Сонь, пытаясь напомнить девочке о своих сказках. Но Полина ничего не слышала. – Не хочу спать! Я играть буду! – Но у нас был такой длинный день, надо отдохнуть, – уговаривала ее мама. – Я не буду спать никогда! – заявила девочка и встала на голову. Мама смотрела на нее устало и не знала, что еще можно сделать. Тут Явар забеспокоился. Наверное, это не очень хорошо – совсем не спать.

А Полинка продолжала веселиться. Она подрыгала ногами, потом кувыркнулась. Но в кувырке ее занесло вбок, и она скатилась с кроватки. Мама дернулась было ее подхватить. Рванулся вперед и кот. Но поздно. Раздался глухой удар. – Аааааа! – зарыдала девочка и схватилась за ушибленный локоть. – Малыш! – мама подняла ее и прижала к себе, стала баюкать, как маленькую, гладить по голове. – Ты устала! Видишь, как ты устала! Шшшшш, мое солнышко.

Явар тревожно смотрел, как девочка всхлипывает и постепенно затихает в маминых руках. “Похоже, ей правда нужно отдохнуть. Ладно, пустим эту ночную свиристелку.“ Он тихонько тронул лапой стекло и позвал: – Сонь. – Я здесь, – сгустилась во тьме нежно-лиловая тень. – Думаю, тебе надо спеть. И уже давно. – Верно, давно пора, – расправила крылья птица.

Она взлетела над домом и запела. Пела она тихо, но так, что все кругом слышали ее песню. Слышали, не осознавая этого. Слышал папа за своим рабочим столом, и чуть не уронил голову на клавиатуру. Он перебрался в кровать и моментально уснул. Слышала мама, которая задремала, лежа на краю дочкиной постели. Ей приснилось, что маленькая открытка над ее столом выросла, ожила, и мама оказалась в ней, внутри, на узкой улочке красивого городка. Слышала песню птицы Полина, которая уснула поперек кроватки, обхватив руками и ногами клубок одеяла. Во сне она продолжала стоять на голове и прыгать через скакалку, только прыжки ее теперь были выше крыши дома. Слышал и кот. Он жмурился и потягивался на диване.

Птица ненадолго затихла. Мама подняла голову, огляделась, укрыла дочку одеялом и сонно побрела к себе. И тогда Сонь влетела уже, как обычно, в окно и стала творила свое волшебство для одной только девочки. И кот сегодня ничего не имел против. К исходу ночи Сонь сама тихонько завершила свою песню. Кот скользнул к окну, чтобы попрощаться с ней. – Мы же можем не ссориться, Яв? – спросила она. – Думаю, можем, – согласно мяукнул он. И на миг усы его коснулись лилового оперения. “Или это мне показалось?” – думал кот, задумчиво глядя, как птица Сонь тает в светлеющей дали.

Ваня и волшебная белка

Ваня навалился на массивную дверь подъезда, вышел на крыльцо и поправил лямку портфеля. Времени до урока оставалось в обрез. Он поспешил к школе. И тут в стороне, у цветочной клумбы, боковым зрением заметил движение. Кошка? Ваня оглянулся. Вдоль дорожки прыгали две белки. И странно показалось даже не то, что Ваня впервые видел белок возле дома. А то, что одна из них тащила в зубах ключ. Зверьку неудобно было нести такой здоровенный для него груз. Ключ упал на землю. Обе белки остановилась, и вторая подобрала ключ, словно перехватила эстафету. И они скрылись за кустом пионов.

Ваня растерянно оглянулся на школу. Так можно и на урок опоздать. Тогда придётся стучаться в дверь, извиняться – а все будут смотреть. Потом идти к своему месту – а все будут смотреть. Шуршать учебниками и тетрадками в портфеле – а все будут смотреть. В общем, опаздывать не хотелось. Но когда ещё повезёт увидеть прямо рядом с домом белок, да ещё и занятых таким странным делом. Ваня решил, что он ещё минутку последит за белками, а потом побежит в школу бегом, чтобы успеть.

Ваня уже отличал их. Ключ несла та белка, у которой животик посветлее. Она снова уронила его. Неудобный ключ подняла её спутница. Эта отличалась тёмными кисточками на ушах. И они поскакали дальше по бетонной полоске между домом и клумбами цветов. Ваня аккуратно пошёл за ними на расстоянии. Но не упускал белок из виду.

Ближе к концу дома в стене виднелась металлическая дверца, расположенная ниже уровня земли. На ней была намалёвана кривая звезда и какие-то неразборчивые надписи. Ваня никогда не обращал на эту дверцу внимания. Но именно она оказалась целью белок. Зверьки по очереди ловко запрыгнули на ручку и вместе попытались запихнуть ключ в отверстие. Это оказалось непросто. Замочная скважина была ниже ручки. И белкам было неудобно тянуться туда. Ключ упал. Белка со светлым животиком спрыгнула, подобрала его и снова потащила вверх.

«Сейчас опять уронят, – подумал Ваня. – Какие упорные! Наверное, за дверью что-то важное. А как же они будут поворачивать ключ?»

Было ясно, что на урок уже не успеть. Но Ваня решил, что в школе как-нибудь без него обойдутся. А здесь он может быть нужен.

– Белочки, вам помочь? – тихо спросил он.

Белки вздрогнули и метнулись в ближайший куст. Ключ снова глухо звякнул о бетон. Ваня осторожно подошёл на пару шагов и присел. Заглянул под куст. Тёмные бусинки беличьих глаз наблюдали за ним.

– Я могу попробовать открыть дверь. Надо?

Белки ещё пару секунд посидели неподвижно, словно решали, можно ли доверять этому мальчику. Потом защёлкали что-то. И белка с тёмными кисточками подбежала и толкнула ключ в сторону Вани. Дескать, да, помоги, пожалуйста.

Ваня взял ключ. Он оказался неожиданно тяжёлым. Понятно, почему маленьким белкам так сложно было с ним управляться. Ваня спрыгнул внутрь бетонного углубления у двери и нерешительно оглянулся. Не будет ли кто ругать, что он лезет сюда? Поблизости никого не было. Белки смотрели с ожиданием.

Ключ вошёл в замочную скважину идеально, и повернулся легко, без скрипа. Ваня даже удивился. Он немного подозревал, что ключ окажется случайным, вовсе не от этой двери. Что могут белки понимать в ключах? Но нет, дверь открылась. Внутри было темно, ничего не видно. Ваня ожидал, что белки тут же побегут в подвал. Ведь не зря они так старались отпереть замок. Но белка со светлым животиком вскочила на ручку открытой двери и потянула лапками торчащий ключ.

– А, ты хочешь, чтобы я вытащил его? – сообразил Ваня.

Он вынул ключ из двери. Белки скакнули внутрь. Ваня следом за ними медленно перешагнул порог с пятнами ржавчины. Глаза постепенно привыкали к подвальному сумраку. Вдоль стен громоздились какие-то трубы. Белки не спешили. Они сделали  внутрь пару прыжков и оглянулись.

– Пойти с вами дальше, да?

Кажется, белка с тёмными кисточками кивнула. И Ваня пошёл. Они повернули налево, потом направо. Проём входной двери скрылся из виду. Внутрь проникало только немного света через крохотные окошки, забранные плотной решёткой. Было зябко и страшновато. В каждом углу мерещились шорохи. Но вид белок, решительно бегущих вперёд, подбадривал Ваню. И он шёл дальше.

Снова шорох, откуда-то справа. Теперь уж точно. У Вани занемели руки и ноги, он замер на месте. Где же его белки-проводники? Ваня оглянулся, всмотрелся в темноту. Что это там, на стене? Похоже на выключатель. Он с опаской нажал на кнопку, и загорелась тусклая лампочка. При свете он увидел у стены небольшую клетку. Возле неё сидела белка со тёмными кисточками. Вторая – на крыше клетки. А внутри, опираясь передними лапами на прутья, стояла другая белка. Удивительно крупная, размером почти с кошку, с самым пушистым хвостом, что Ваня когда-нибудь видел. Стояла и серьёзно смотрела. А в шерсти её мерцали золотистые искорки.

– Выпусти меня, пожалуйста.

Ваня не сразу понял, что этот тихий голосок принадлежит белке.

– Ой, ты что, говорить умеешь?

– Да, я же белка-волшебница. Я много что могу. Но сейчас попала в большую беду, – она закрыла мордочку лапами.

– Тебя поймали и посадили в клетку? – ужаснулся Ваня.

– Да, этот человек напал так внезапно, что я не успела ничего сделать. Он что-то говорил о том, как много денег надеется выручить за меня в зоопарке. Но мне нельзя в зоопарк! Я нужна беличьему народу. Сколько ни старалась, я никак не могла открыть эту задвижку. Боюсь, у моих друзей тоже не хватит на это сил.

Белки суетились рядом, но действительно сделать ничего не могли.

– Какая удача, что они привели тебя! Ты меня выпустишь?

– Конечно, сейчас, подожди немного.

Ваня бросился к защёлке на дверце. Она оказалась мудрёной. Он никак не мог сообразить, что куда тянуть.

– Ой, скорее! Кажется, он идёт! – запаниковала пленница. И верно, в глубине подвала послышался неясный шум.

Ваня в ужасе стал дёргать защёлку в разные стороны. И внезапно дверца распахнулась! Белка изящным прыжком выскочила из клетки. И все они помчались к выходу. Ваня каким-то чудом не споткнулся и ни во что не врезался, хотя от страха ничего не видел кругом. Даже когда выскочил на улицу, ему всё чудилось, что сейчас кто-то догонит и схватит его за шиворот. И он бежал, пока страшный подвал не остался далеко позади.

Белки запрыгнули в ветви дерева на другой стороне широкого двора и замерли. Ваня тоже остановился, оглянулся. За ними никто не бежал. Проём подвальной двери темнел пастью поверженного дракона. Может, тот человек не стал их догонять? Или вообще шаги только почудились им в шуме труб. Но теперь они были в безопасности. Белка-волшебница при солнечном свете выглядела ещё красивее. Золотые искорки пробегали по её спине, собирались и сияли маленькими звёздочками на концах ушей и хвоста.

– Спасибо, мальчик! – сказала она. – В благодарность прими от меня в подарок этот ключ.

Ваня с удивлением обнаружил, что всё ещё держит в руке тусклый золотистый ключ, которым открывал дверь в подвал. Так вот что мешалось в руке всё это время! Ключ выглядел старым и потёртым.

– Ключ от подвала? А зачем он мне?

– Он не только от подвала, – тихонько фыркнула белка. – Этот ключ отпирает любые замки, какие захочешь!

«Ого, полезная штука! – подумал Ваня. – Если ключ от квартиры не взял, например. Или когда забыл пенал в кабинете английского, а там уже закрыли».

– Класс! Спасибо.

– Пожалуйста, – кивнула белка. Махнула хвостом, с которого слетел маленький золотистый фейерверк, и поскакала куда-то со своей беличьей свитой.

«А можно, наверное, и банк ограбить...» – заползла Ване в голову новая мысль.

Но в этот момент белка-волшебница остановилась и оглянулась на Ваню, словно услышала его мысли. Лапкой издали погрозила.

– Нет, банк не буду, – поспешно прошептал Ваня.

И белки ускакали.

А Ваня пошёл в школу. Там уже начинался второй урок.

– И где же ты был? – спросила Наталья Николаевна.

Ваня растерялся, все слова у него куда-то пропали. Стало во рту пусто, как в мыльном пузыре. Но потом он вспомнил, как жутко было в том подвале. И показалось ему, что как-то глупо теперь Наталью Николаевну бояться. Он сказал решительно:

– По дороге надо было помочь кое-кому. Важное дело.

– Что, важнее математики?

– Да, важнее.

Кот в лабиринте

На второй перемене мальчик выдернул из середины тетради двойной лист и стал рисовать лабиринт. На третьей перемене переходы и стенки заполнили половину листа, а на четвёртой поползли на другую половину. Вечером дома мальчик усовершенствовал лабиринт, нарисовал несколько хитрых тупиков, разводные мосты, участки, залитые лавой и тайники с монстрами. Монстры были похожи на колючих дикобразов. Мальчик решил, что они умеют стрелять иглами.  — А кто будет проходить этот лабиринт? — спросил брат, заглядывая через плечо. — А вот кто! Мальчик нарисовал круглую голову, треугольные уши, туловище с лапами и хвостом, глаза и нос. Так, что ещё? Ага, усы. Получилось, что у входа в лабиринт сидит кот. В комнату заглянула мама: — Пора спать. — Уже? Мне надо придумать, что ещё нарисовать в лабиринте. — Завтра придумаешь. Иди умываться. Мальчик уныло поплёлся в ванную.

Ночью ему приснилось, что он кот. Вокруг него высокие каменные стены. И на них пляшут отблески факелов. Мрачное место. И мальчик точно знает, что здесь опасно. А безопасно будет где-то там, впереди, на той стороне лабиринта. Если он сумеет найти из него выход. Из тёмных коридоров слышатся жуткие звуки — пощёлкивание, шебуршание. Даже шерсть дыбом. Но делать нечего. Пути назад нет. Надо идти вперёд. 

Кот-мальчик неслышно ступает мягкими лапами, крадётся и, прижав уши, осторожно заглядывает за каждый угол. Пока всё спокойно. На развилке решает повернуть направо. Поворот, ещё один, и ещё десяток поворотов. Ой! Пропасть! Со дна её поднимается горячий воздух. Кот заглядывает вниз. На дне бурлит и пузырится что-то красное. И так жарко! Кажется, сейчас усы оплавятся.

Он отходит и оглядывается кругом. Нет ли другого пути? Чуть ниже по течению лавового потока через пропасть ведёт мост. Тоненький совсем. Кот подходит и ставит лапу. Мост кажется крепким. Вот только жар снизу идёт почти нестерпимый. Надо бежать быстрей! Он делает прыжок, ещё один. Другой берег лавовой реки уже близко. Но тут коварный мост расходится на две половинки, и каждая начинает уползать к своему берегу. Не-е-ет! Кот делает самый огромный прыжок, на какой он только способен, и вцепляется когтями в противоположную уползающую половинку моста. Повисает на краю. Кажется, что шерсть на хвосте сейчас вспыхнет. Где-то вверху начинает мигать ряд красных сердечек, которые он раньше не замечал. Кот изо всех сил карабкается вверх, влезает на мост и бежит вперёд, подальше от бурлящей жаркой лавы. Фух! Останавливается, переводит дух. Осматривает хвост. Шерсть слегка подпалена. И в ряду сердечек, которые висят над головой, у последнего словно откушен край. Ладно, надо двигаться дальше.

Но увы, через три поворота он утыкается в тупик. Идти некуда. Придётся возвращаться, снова перебираться через лавовую реку, чтобы найти другой путь. Кот поворачивает обратно. И долго сидит перед мостом, не решаясь бежать по нему. За это время мост трижды начинает расходиться, и почти сразу сходится снова. Кот ловит момент, когда половинки моста только-только соединились, и теперь пробегает по нему без приключений. Возвращается к развилке и в этот раз выбирает левый путь. Здесь тоже много хитрых поворотов. И звуки щёлканья и шебуршания усиливаются. Кот крадётся всё тише, всё медленнее... Внезапно рядом с ним открывается тайная панель в стене. А там — что-то огромное, сверкает глазами, подскакивает к коту и больно ранит его в бок острыми колючками. Надкусанное сердечко над головой гаснет полностью. Но кота не так легко напугать. Он помнит, что у него есть когти. И бьёт по врагу. Оу-у-у! Лапа угодила по колючкам. Кот только сам сильнее поранился. Похоже, лучше сбежать. Он бросается вперёд по коридору. А сзади летят с противными щелчками острые иглы, ударяются о камни кругом. Кот сворачивает за угол и затаивается. Похоже, враг не преследует. Ещё легко отделался. Но за следующим поворотом на него снова выскакивает такой же колючий зверь. А пока кот от него удирает, появляется третий. И кот бежит, прыгает, вертится,  уворачивается от колючих боков и летящих в него острых снарядов. При этом он ухитряется бить когтями по мордам врагов. Там нет иголок. И такой удар ненадолго выводит их из строя. Но он совсем перестаёт понимать, куда бежать и где искать выход из этого лабиринта. Пару раз он снова попадает в тупики, и приходится с боем прорываться обратно. А над его головой остаётся всего одно целое сердечко!

И тут впереди вспыхивает пятно солнечного света. Такое тёплое, уютное, совсем не похожее на мрачные красноватые отблески факелов на каменных стенах. Это должен быть выход! Кот собирает последние силы и рвётся туда. Он уже не может уворачиваться от всех летящих вслед иголок. И одна из них ранит заднюю лапу. Мигает вверху единственное оставшееся сердечко. Но кот отчаянным огромным прыжком пересекает границу лабиринта и вылетает на яркий свет.

Солнечные лучи слепили. — С добрым утром, — подошла мама и пощекотала мальчику пятку. Он сел, откинул одеяло, ещё толком не сознавая, где находится. — Пойдём завтракать, — Ага, хорошо. Мальчик слез с кровати и подбежал к столу с нарисованным лабиринтом. — А что ты делаешь? — Я сейчас, только нарисую коту броню, браслет со встроенным навигатором и... и арбалет в лапе.

Ты меня нарисовала

– Девочки, уберите игрушки! – уже в который раз за вечер попросила мама. – Сейчас, зайчика дорисую. – Мам, я своё убрала, а Марина ничего не сделала, – пожаловалась сестра. Мама сердито нахмурилась. – Ладно, поздно уже, пора спать. Утром встанешь – убери свои вещи, пожалуйста. – Ага, хорошо. Марина как раз закончила рисунок. На нём весёлый заяц скакал по лесной поляне. Она повесила картинку над столом и побежала умываться.

Утром в комнате был полный порядок. – Когда это ты успела? Молодец! – порадовалась мама. – Но я же... – Марина растерянно оглянулась. С подозрением посмотрела на сестру. Нет, не могла она убрать за неё игрушки. Может, это мама убрала и забыла? Тут взгляд её зацепился за вчерашний рисунок зайчика. Что-то с ним было не так. Кажется, его прыжок должен быть выше. И разве она в таком положении рисовала уши?

Странная штука – беспорядок! Вроде ничего не делаешь, а он сам собой возникает. Почему-то вечером по комнате снова оказалась разбросана уйма вещей. – Девочки, ну что за бардак? Уберите за собой. – Мам, я устала, уберу утром, хорошо? – предложила Марина. – Хм... ну ладно.

И что, вы думаете, случилось? Да! Утром вещи снова волшебным образом оказались на своих местах. Опять мама похвалила Марину. Вот только зайчик на рисунке выглядел совсем усталым. Уши его понуро свисали. Казалось, что он не весело скачет, а из последних сил немного оторвался от земли.

На третий вечер Марина опять оставила комнату в беспорядке. Зачем стараться, если за ночь игрушки и одежда чудом разбегаются по местам сами? Утром она проснулась раньше всех. Огляделась. Порядок везде. Красота! Марина вскочила и вспомнила про нарисованного зайчика. Побежала смотреть. Ох! Заяц лежал, уткнувшись мордочкой в траву. Лапы его были странно вытянуты. – Зайка, что с тобой? – прошептала Марина и погладила картинку.

Ухо нарисованного зайца дрогнуло. Он шевельнул головой, с трудом приподнялся и стал аккуратно выбираться из листа бумаги. Марина поднесла руку к рисунку. Заяц медленно поставил ей на ладонь одну лапу, другую, третью... Вот он выбрался весь. На заднюю левую лапу заяц не наступал, держал её поджатой. – Я споткнулся, упал и ушибся, – раздался его дрожащий голос. – Как же так? Ведь ты заяц, и должен хорошо прыгать. Марина посадила его на стол. – Устал, – вздохнул зайчик. – Это ты делал уборку? – догадалась Марина. – Ага, я. Ты же меня нарисовала. Вот я и решил тебе помочь. Чтобы мама не сердилась. – Но разве убирать игрушки тяжело? – Тяжело, когда ты маленький, а игрушки большие.

Марина огляделась. И правда, как же этот зайчик размером с её ладонь сумел убрать такие огромные для него вещи? – Но я сильный, – гордо заявил заяц. – У меня хорошо получалось, да? – Очень! – Правда, теперь у меня болит лапа, – всхлипнул он. – Наверное, сегодня я не смогу ничего сделать. – Нет, что ты, – воскликнула Марина. – Не переживай! Я буду убирать всё сама. Мне это совсем не трудно. Ведь я большая. А... ты выйдешь когда-нибудь ещё из картинки? Просто погулять. – Конечно! Только лапу подлечу. А сейчас поможешь мне попасть обратно, на мою поляну? – Давай, – и Марина подставила ему ладошку.

– Ну что, – спросила мама вечером, — опять отложишь уборку до утра? – Нет, я не устала, – заявила Марина, – сейчас всё сделаю. Через пять минут все её вещи оказались на местах.

Утром Марина скорей побежала к рисунку. Зайчик на нём снова высоко прыгал. Уши его бодро торчали вверх. – Что, прошла лапа? – шёпотом спросила Марина. И зайчик ей подмигнул.

Лиза и кошачий патруль

– Бумц! – стукнуло что-то в темноте. Лиза проснулась, открыла глаза. Родители спят. Всё спокойно. Только игрушечный тигрёнок почему-то среди комнаты валяется. – Снежка, это ты уронила? Кошка Снежка подошла и понюхала игрушку. – Или ты сам убежал? – спросила Лиза тигрёнка. Снежка пихнула тигрёнка лапой в бок, наклонилась и тихонько сказала ему на ухо: – Она догадалась. Можешь не притворяться. Тигрёнок поднял голову, огляделся, сел и обвил лапы хвостом. Он посмотрел на Снежку, потом на Лизу, потом опять на Снежку. – Девочка может нам помочь, – сказал он.

Лиза смотрела на них, раскрыв рот. – Вам помочь? Это как? Снежка запрыгнула к Лизе на кровать и стала объяснять. – Понимаешь, нам дали срочное задание. От кошачьего патруля. В соседнем дворе беда. Выпал из гнезда птенец ласточки. Надо скорей поднять его обратно. А наш самолёт разбился. Слышала стук? – Слышала. А где самолёт? – Там, снаружи. Летел и врезался в стенку дома, – вздохнула Снежка. Лиза тихонько на носочках подошла к окну и выглянула. Было темно, ничего не видно.

– А чем я могу помочь? – Сделай нам из маленького лего новый самолёт. Тигрик его заколдует, чтобы он увеличился и летал по-настоящему. И мы выполним задание! – Самолёт? Это же сложно! Я не умею. – Ну пожа-а-алуйста, – Снежка ткнулась лбом в ногу Лизы. – Тебе ведь тоже жаль птенца? А если поможешь, я даже согласна учиться танцевать балет! – Ну... давай попробую.

Лиза достала маленькое лего, взяла длинную палочку, на неё прикрепила поменьше – крылья. На конце совсем короткую – хвост, и ещё пару деталей сверху. Тигрёнок просунул морду ей под руку, посмотрел и кивнул: – Похоже. Дай-ка мне. Лиза положила самолёт перед тигрёнком. Он потоптался на месте, потом выгнул спину, прижал уши, и по шерсти его побежали искорки. – Это особая тигриная магия, – шепнула Снежка на ухо Лизе. Тигрёнок вдруг протянул лапу и чуть тронул самолётик. Тот начал расти, расти, расти. И вырос таким большим, что тигрёнок легко мог на нём поместиться. Так он и сделал. Запрыгнул на самолёт, поднялся в воздух, ловко обогнул люстру и облетел комнату. – Получилось! – радостно подскочила Снежка. Тигрёнок подлетел к окну. – Надо спешить, – сказал он. Тронул лапой оконную ручку. И она словно бы сама повернулась. Окно бесшумно приоткрылось, выпустило тигрёнка и закрылось.

– Подождём, – мурлыкнула Снежка. – Скоро он прилетит. – Подождём, – согласилась Лиза. Они сели рядом и стали смотреть в окно. Ждали, ждали, пока тигрёнок вернётся. И Лиза уснула.

Проснулась она утром от вкусного запаха с кухни. Похоже, папа уже варит ей какао. Лиза села. И вспомнила про задание кошачьего патруля. Оглянулась. Игрушечный тигрёнок лежал на обычном месте. Снежка дремала на подоконнике. Лиза подбежала к ней. – Снежка, ну что? Получилось спасти птенца? Кошка сонно приоткрыла глаз. Но почему-то ничего не ответила. – Тебе что, теперь не разрешают разговаривать? Ладно. А помнишь, что ты обещала? Снежка насторожила уши. – Да-да! Будем танцевать балет? Лиза схватила кошку, поставила на пол и взяла за передние лапы. И Снежка, хоть и немного недовольная, стала красиво и ловко переступать задними. Они сделали круг. – Танцуешь? Значит, всё было по-настоящему! – Лиза поцеловала кошку в нос и побежала на кухню. – Пап, а я помогла кошачьему патрулю!

Кошка Земляника и солнечный зайчик

Солнечный зайчик запрыгнул в комнату. Он прокрался по стене, скользнул вдоль спинки кровати и пробежал по верхушке фикуса. – Хи-хи! Листья щекотно задели животик. Он осторожно спустился на тумбочку и стал бродить по ней. Часы очаровали его блестящим экраном. И зайчик не заметил, что за ним кто-то следит. Из-за края кровати медленно поднялась пара треугольных ушей, потом мохнатая макушка и глаза с поблёскивающими в глубине искрами. Прыжок!

– Ай! В последний момент зайчик успел увернуться от когтистой лапы и запрыгнуть повыше на стену. – Ай-ай! Кто ты? Не трогай меня! Я просто солнечный зайчик. Я не хотел тебе помешать. Он в страхе прижался почти к самому потолку.

– Ты добы-ы-ыча. Ур-р-р. А на добычу я охочусь. Ур-р-р... Кошка запрыгнула на кровать и оперлась лапами о спинку. Немигающим взглядом она следила за зайчиком, выжидая момент, чтобы снова напасть.

В комнату зашёл мальчик Ваня. – Нет, Земляника, не ешь его! – воскликнул он. Кошка оглянулась. Искры на дне её глаз потухли. Она выгнула спину, потянулась и улеглась поперёк кровати.

– Я вовсе не собиралась его есть. Меня предупреждали никогда не глотать солнечных зайцев. От них потом в животе жжётся. Так что я просто играла. Она стала вылизывать лапу.

– Ох, правда? А зайчик напугался. Да, маленький? Ваня подошёл к стене. – Да. На меня никогда раньше не нападали. Дрожащий зайчик медленно спустился, всё время оглядываясь на кошку. Ваня погладил его по едва ощутимой золотистой шерсти.

– Ну, извините, – нехотя мурлыкнула Земляника. – Зайчик, а давай поиграем вместе, – предложил Ваня.

Зайчик слабо улыбнулся. – Не знаю. Хотя... – он оглянулся на окно. – Мне же пора! Мама будет волноваться. Может, в другой раз. И в два прыжка Зайчик достиг окна и исчез.

Следующий день выдался пасмурным. Небо затянули светло-серые тучи. Ваня с Земляникой сидели и смотрели в окно. – Где же зайчик? Мне кажется, он обиделся, что ты на него охотилась. – Придёт. Подожди ещё. Когда-нибудь придёт, – промурчала Земляника.

А зайчик тем временем ходил хвостиком за мамой и канючил. – Ма-а-ам, ну можно, я пойду гулять? Ну пожа-а-алуйста. – Сегодня много дел, – говорила мама, – Помоги мне с мытьём посуды. И она натирала до блеска тарелки и стаканы. Потом гладила занавески. Потом варила варенье из солнечных ягод.

– Мам, мне скучно. – Поиграй с лучиками. Зайчик стал строить замок из солнечных лучей. Но подул ветер, замок зашатался, наклонился и рассыпался. Лучи со звоном раскатились по углам. Тогда зайчик съел тарелку солнечной каши, выпил стакан солнечного молока – и совсем заскучал.

– Раз ты занята, можно мне погулять без тебя? – Одному? Хорошо, только недолго. Мама чуть отдёрнула светло-серую штору. Зайчик запрыгнул верхом на шустрый лучик и выскочил наружу.

Ближе к вечеру в тучах появился крошечный просвет. Ваня увидел, что на столе мелькнуло золотистое пятнышко. Это был солнечный зайчик. – Привет! Меня мама не пускала гулять. Но теперь я пришёл. Будем играть? – Ура! – обрадовался Ваня. И они принялись скакать и бегать по комнате.

Тут на пороге показалась Земляника. – Ой, опять кошка! – зайчик на всякий случай запрыгнул на потолок. – Не бойся! Она обещала не обижать тебя. – Я когти выпускать не буду, – Земляника показала мохнатую лапу. – Можно с вами? – Ну... давай, – согласился зайчик. И они стали играть в догонялки и допрыгивалки уже втроём. В догонялки – на полу, а в допрыгивалки – на стене.

– Мама, представляешь, я подружился с мальчиком и кошкой! – стал рассказывать вечером перед сном зайчик. – С кем?! С кошкой? Таким опасным хищником? Солнечная зайчиха в ужасе схватила зайчика, обняла и прижала к себе. – Не ходи туда больше, пожалуйста! – Но мама, она хорошая. – Нет-нет! Вот и разрешай тебе гулять без присмотра!

Сколько зайчик ни просил маму, она никак не соглашалась отпустить его в гости к новым друзьям. Напрасно Ваня с Земляникой всматривались в окно. Даже в ясные дни солнечный зайчик не забегал к ним. Пока однажды Ваня и Земляника не вышли во двор погулять.

– Мама, мама, смотри! Вон мои друзья, сидят на лавочке у куста рябины. Видишь?

Солнечная зайчиха взяла бинокль и всмотрелась с высоты в мальчика и большую пушистую кошку рядом с ним. Кошка сидела, подобрав лапки, жмурилась от света и наблюдала за воробьём на ветке. Мальчик гладил её между ушами.

– Ваня! Земляника! Я здесь.

Зайчик был далеко. Они не могли его услышать. Но, наверное, что-то почувствовали. Потому что подняли голову и посмотрели в голубое небо. Глаза у них обоих были такого же голубого цвета. Ничего не увидели. И ушли домой.

А мама зайчиха задумалась. Мальчик и кошка ей понравились. Может, зря она не пускала к ним зайчонка?

– Наверное, он уже не придёт, – сказал Ваня на другой день. Земляника ткнулась лбом ему в плечо, чтобы утешить. Ваня вздохнул и вышел из комнаты. Земляника свернулась плюшкой у окна. Глаза её стали слипаться и закрываться. Она почти уже уснула. И тут... тёплая заячья лапка тронула кончик её уха. Кошка приоткрыла глаз, подняла голову. – Ваня! Мр-мя! Ваня, к нам гость.

Облачко в сарае

В тот день Ариана с мамой пошли чесать спины облакам. Они взошли на самую высокую гору, и мама призывно подняла руки. Облака заспешили к ним, собрались кругом. Большие довольно ворчали и подставляли то один бок, то другой. Поменьше вились рядом и тёрлись о плечи. Самое маленькое облачко особенно понравилось Ариане. Она взяла его на руки и обняла. Облачко было мягким. Ариана уткнулась в него лицом и прошептала:

– Ты будешь жить у меня.

Когда мама отвернулась, Ариана запихнула облачко в рюкзак.

Дома Ариана решила поселить его в старом сарае. Зашла туда, крепко затворила дверь и потянула завязки рюкзака. Облачко вырвалось и заметалось между пыльных буфетов и этажерок.

– Тише, тише, маленькое. Ты дома.

Облачко затаилось в дальнем верхнем углу.

– Успокойся пока, осмотрись. Я приду завтра.

На другой день Ариана не увидела в сарае облачка. Его не было ни под швейной машиной, ни за дверцами шкафов, ни на полках этажерки. Неужели улетело? Наконец, Ариана заметила неплотно прикрытый ящик комода. Облачко было там. Оно безвольно повисло, когда Ариана взяла его. Кажется, даже стало меньше. Быть может, его надо чем-то кормить?

– Мама, а что едят облака? – Облака пьют воду. – И всё? – Да, всё.

Это просто, обрадовалась Ариана. И стала носить в сарай воду из колодца. По ведру в день. Облачко охотно выпивало воду. Ему стало лучше. Оно увеличилось, распушилось и летало кругами по сараю. Ариана ловила его, прижимала к себе и шептала:

– Вырастешь большим и покатаешь меня по небу, правда?

Но облачко выскальзывало из крепких объятий и норовило спрятаться.

Ариана всё время боялась, что мама зайдёт в сарай и обнаружит её секрет. Приходилось быть настороже.

– Ты куда? – подскакивала Ариана, стоило маме накинуть шаль. – В погреб. Достану варенье из слив и лунной росы. Будешь? – Конечно, – облегчённо вздыхала девочка.

– Ох! Швейная машина сломалась. – Надо звать мастера? – Да. А пока достану из сарая старую машинку. – Я сама схожу, – уже натягивала башмаки Ариана.

Шли недели. Облачко не росло. «Может, я даю ему неправильную воду?» – подумала Ариана. И стала носить дождевую. Потом из реки. Даже попробовала поить самой вкусной водой из дальнего родника под горой. Всё бесполезно. Облачко оставалось таким же маленьким. И таким же пугливым. Приручить его не получалось. Похоже, надо признаваться и просить совета.

Когда мама как-то решила поискать в сарае цветочные горшки, Ариана сказала:

– Подожди… у меня там… кое-кто живёт.

Мама совсем не удивилась. Наверное, о чём-то догадывалась. Они вместе приотворили дверь в сарай. Облачка нигде не было видно.

– Сейчас!

Ариана быстро заглянула в его любимые укрытия и обнаружила облачко спящим на третьей полке этажерки. Схватила в охапку и вытащила наружу.

– Вот оно!

Облачко слегка шевельнулось и обмякло. Мама покачала головой:

– В сарае не вырастет. Надо отпустить. Надеюсь, оно не разучилось летать.

Они поднялись на холм. Ариана обняла облачко на прощание и разжала руки. Оно взлетело. Сначала неуверенно жалось к земле, цепляло верхушки деревьев и виляло из стороны в сторону. Но вот налетел порыв свежего ветра. Облачко расправилось, смело набрало высоту и затерялось в стае собратьев.

– Думаю, с ним всё будет хорошо, – мама сощурилась, всматриваясь вдаль.

Ариане хотелось плакать.

Когда они снова пошли на гору чесать спины облакам, те охотно спешили к маме. А вот Ариану облетали стороной. Они знали? Ариана растерянно всматривалась в их зыбкие контуры. В одном ей почудилось что-то знакомое. Это было её облачко. Оно окрепло и подросло. Но это было оно. Держалось поодаль, как и другие.

Ариана достала из рюкзака бутыль с родниковой водой. Мама плеснула ей в сложенные чашкой ладони. И девочка протянула другу угощение.

– Вот. Это твоя любимая. Пей, не бойся. Я больше не стану запирать тебя в сарае.

Вода искрилась и дрожала. Капли просачивались между ладонями, падали и оставляли мокрую дорожку на камнях. Облачко чуть помедлило – и поверило. Оно подлетело к Ариане и выпило родниковую воду из её рук. Тогда приблизились и другие облака. Когда шли обратно, Ариане снова хотелось плакать. Теперь – от радости.

Вам доводилось видеть вершину горы, окружённую толпой облаков? Значит, Ариана с мамой снова поднялись туда. Угощают их родниковой водой, чешут их мягкие бока. И быть может, выросшее облачко даже покатало Ариану по небу. Я верю в это. А вы?

Спасибо за чтение

Вернуться к книге