Сказка снов.

Глава 1

СКАЗКА СНОВ. ... Это была такая любовь, что даже соловей живущий в кусту черёмухи замолкал, когда они, держась за руки, со смехом, вприпрыжку бежали вниз по тропинке к реке. Когда они скрывались за поворотом, соловей, умудрённый опытом, щёлкал три раза, продолжая смотреть на качающиеся ветки, делал паузу, будто глубоко вздыхая, и продолжал свою дивную, неповторимую трель. ... Солнце уже давно зашло. Опаздывали... Лошадям было не позавидовать. Дорога к замку нырнула в болото. Выложенная гранитными плитами, она делала такие замысловатые зигзаги, что порой казалось, что карета вот-вот и опрокинется в гниющую бездну. Это болото совсем не как наше: с тростником, пиявками и болтливыми лягухами. Заполненное клейкой вонючей жижей, как паучий яд растворяющей всё в него попадающее, несовместимо с жизнью. Могильные памятники- сухие обломки сосен, жуткими тенями пытались вскочить в окна кареты. Странные огромные птицы, то и дело, поднимались и молча, сверху наблюдали, как карета с четвёркой чёрно-угольных лошадей проносилась через их обитель. Вот появился и сам замок во всём своём ужасающем величии. Огни в окнах то вспыхивали, то почти гасли, словно сообщали что-то своим тлеющим собратьям над бездонной трясиной. Так тряхнуло, что путники чуть не пробили крышу, дорога закончилась. Перед ними предстал, серо-синеватый газон, лестница с истёртыми ступенями, будто из прошлого тысячелетия и до отупления банальные мраморные колонны. …

Дверь приоткрылась. На входе появился мужчина в чёрном фраке и жестомпоманил к себе. Когда приехавшие подошли, он рукой показал на футляр, давая понять, что хочет увидеть содержимое. Скрипка зашипела флажолетом. - Она прибыла! Можно начинать! - прокричал он в глубину замка. Встречающий оказался дирижёром. Он проводил гостей в оркестровую. Все инструменты уже были на своих местах. Оставался один стул- место первой скрипки. Дирижёр аккуратно, как неописуемое богатство, взял скрипку из футляра и поставил её на стул, уперев грифом на спинку стула. - Тинь, тинь .- пиццекато отозвалась скрипка. Остальные инструменты ожили и стали подстраиваться. Пара минут и оркестр без музыкантов был готов. Хозяева инструментов разместились за огромным дубовым столом, уставленном деликатесами со всего света. По тому, как ведут себя присутствующие было понятно, что некоторые здесь уже не первый раз. Дирижёр взмахнул рукой, первая скрипка ожила. Голос был знаком, но такое мастерство игры невозможно было и представить. Не подкачали и другие инструменты, порой выглядящие, как вчера со свалки. Мелодия была не сложная, монотонная, порой наводящая ужас. За занавесом почувствовалось движение. Стало понятно, в скрываемую тканью часть зала стали входить люди, много людей. Подойти к занавесу и заглянуть за него никто не решился. Но это и не понадобилось. Те, с той стороны, по очереди стали представляться и говорить о своём желании, потом зачитывали, чем им придётся пожертвовать . Прошла пара часов, просители не заканчивались. Процедура становилась неописуемо отвратительной. Кто-то обменивал на богатство здоровье своих родителей или близких. За власть обязались совершить невообразимые подлости. Проходило не мало чиновников, священнослужителей, коммерсантов… Однако ни у кого не просили его безсмертную душу. Понятно, что это уже не требовалось. Когда одному бедолаге пришлось пожертвовать жизнью своего ребенка, встрепенулся даже Серый (Серафим,- приехавший с хозяином первой скрипки.) Он спросил: « А отказаться нельзя?» Потом понурив взгляд , поняв что нет, бросил вилку на стол , пошёл в угол и приютился в кресле, продолжая шевелить губами. Однообразие просьб и обязательств развеяла просьба какого-то правителя. В обмен на дополнительный год жизни, он должен был развязать войну со всеми соседями и погубить пол миллиона человек. Музыканты, шушукавшиеся до этого, разом затихли, эта новость могла коснуться каждого из них. Главное никто не обратил внимание, правитель какого государства сейчас перед хозяином замка… Продолжение действия, понятно, не отличалось человеколюбием и было таким ужасающим, что впечатлительному человеку пришлось бы не легко . Продавались счастье, здоровье, успех , порой жизни близких, родственников, а ради чего?! Золотых монет? Выполняющий желания сегодня, явно был в настроение, его фантазия не знала границ и ограничений. Даже для нищих и потерявших всех родных , находилось то, что надо было выдирать из самого сердца, конечно, если там за занавесом ещё оставались такие люди, в которых осталось что-то человеческое. Сначала музыканты еще прислушивались, потом подсознание отключило происходящее за занавесом. Кто-то пытался поспать, другие обсуждали свои дела. Но никто не говорил о своём вознаграждении, будто им тоже за это придётся что-то отдать, необычайно дорогое. Виолончелист сказал, что это происходит каждые девятнадцатьлет. В промежутках замок исчезает, исчезает и гранитная дорога. Никто не мог понять, каким же образом выбираются инструменты для оркестра. Были и старые, лет по двести и совсем новые. Возможно, дело было в мастерах или других обстоятельствах. В чувства всех привела внезапная тишина- концерт окончен! Дирижёр жестом показал: оставаться в оркестровой, а сам нырнул за занавес.

… Первые лучи солнца коснулись стен замка, загорелись огнями в окнах, потом сразу, резко миллионами искр на росе опрокинулись на газон. И только сейчас все увидели, что это был уже не вчерашний, мрачный , сине-зеленый ковер: сначала по одному, по два, потом, ошеломляющей теплоты волнами, стали распускаться цветы. И чем дальше была фигура всадника- хозяина замка, тем цветов становилось всё больше и больше. Как только солнце полностью оторвалось от трясины, а всадник исчез из виду, перед глазами изумлённых музыкантов засияла картина, подвластная только творцу, и утренней свежестью погрузила всех в блаженство. Всем стало понятно, что семена от этих цветов разлетятся по белому свету и прорастут в сердцах честью и доблестью, принявшие их силу люди никогда не смирятся с ложью и злом. Любовь и радость найдут достойное воплощение. Набрав росы в ладони скрипач умыл лицо, и вдруг, как наяву, увидел, как двое охранников подушкой душат своего хозяина. Без сомнений, это были последние секунды того правителя, что получил год жизни … - А гадалка оказалась права, - рядом стоял дирижёр, непонятно, как он проник в видение, но удивляться здесь ничему не стоило. Дирижёр протянул скрипку, уже уложенную в футляр. Когда замок щёлкнул, скрипка снова зашипела флажолетом. Явно скрипку с дирижёром связывал не только этот концерт в замке на болоте. - Не стоит задерживаться, через пару часов здесь будет непроходимая трясина,- продолжил дирижёр. Потом за нитку из кармана вытянул небольшое серебряное кольцо с узором по ободу:

-Вот, возьмите, оно принесёт Вам немного удачи,- увидев в глазах испуг, успокоил: нет, ничего взамен не надо, это лично от меня, за доставленное удовольствие от общения, и поглядел на футляр. - Тинь, - отозвалась скрипка. ...

-Дай попробую,- в центре зала готовили стол для игры в кости.

-Я сам,- Серафим вздохнул и отодвинулся освобождая дорогу . Кольцо было совсем небольшим, подошло на мизинец.

Везло действительно немного, но к утру капитал заметно прибавил в объёме. От такого везения был большой плюс,- никто бы не смог уличить в каком либо мошенничестве. Несколько следующих дней прошли в поездках по ближайшим городам. Серафим взял на себя роль ординарца и уже составил план поездок на месяц вперёд, но беда поджидала, где её не ждали. Сначала дошёл слух об таинственном исчезновении девушки, а потом уже встреченный знакомый подтвердил худшее. Пропала именно та, ради которой и состоялось это необычайное путешествие. И именно в вечер отъезда. Никакие поиски результата не дали.

...

Ночи сменяли дни, колёса наматывали километры. Дорожная пыль превратилась в непролазную грязь. Если бы хоть кто-нибудь мог помочь в поиске, он бы не укрылсяот нанятых ищеек. И Серафим уже не раз напоминал, что кончились деньги, и не хватает даже на еду. Оставалась одна возможность- колдун с ледника, но и его уже больше сталет никто не видел. Маленькое серебряное кольцо повинуясь шёлковой нити выскользнуло из кармана, качнулось пару раз и опустилось в дрожащую ладонь. - Ну ,Серый, прощай... Серафим всхлипнул, понимая, что больше не увидится с другом детства... Вытащил из-за пазухи свой кошелёк, полученный в замке. -Я с кольцом не пропаду, это тебе на обратную дорогу...- друзья постояли молча пару минут , развернулись и разошлись навсегда.

...

Костёр догорал и уже не мог бороться с падающими снежинками. Скрипка, будто зверёк скользнула за пазуху. Футляр почти не дал тепла. От безполезных вещей оставался кошелёк Серафима. Из недавно полного, еле закрывающегося, выпало два последних золотых. Монеты почти погасили остатки огня. Но вдруг от них стало исходить сияние. Мерцающий голубой свет выхватил из темноты ещё несколько метров ледяного пейзажа. В этом сиянии вдруг проявилась фигура человека. Это был дирижёр из замка, только уже не в чёрном, а во всём белом. Ничего не говоря, он присел с противоположной стороны костра. Поёжился от холода, достал из кармана какой-то порошок и сыпнул шепотку в угасающий огонь. Мельчайшие пылинки мгновенно вспыхнули, но не погасли. Через минуту стало тепло как возле камина… Волны тепла напомнили, как они с Серафимом, строили на ручье запруду и ловили пескарей в речке… Как странный старик-бродяга подарил скрипку… Как на другом берегу реки стояла она, смотрела, потом напевая песенку побежала по тропинке… Как сказала, что выйдет замуж: «когда разбогатеешь»… Как Серафим на подножке кареты подъехал к дому и, неуклюже спрыгивая, шлепнулся в лужу. Как незнакомец из кареты предложил за концерт сумму, что и за десять лет не заработать. Как искал место, куда спрятать полученный аванс. Как сунул кошелёк в собачью миску и написал записку любимой: « Жди через неделю, готовься к свадьбе. Ps Не забудь покормить собаку!»

ЭПИЛОГ.

Тонкий музыкальный слух вернул из мира грёз. Этот звук было не перепутать ни с чем. Золото, вернее золотые монеты. Парочка, зашедшая в электричку на предыдущей остановке, что-то разглядывала в рюкзаке девушки. - Ты знаешь,- голос звучал будто лесной ручеёк,- он оставил записку: «Не забудь покормить собаку!»... а сам в миске спрятал золото… - Ну, ты покормила? - Кого? - парочка покатилась со смеху. Дверь электрички с шипением и скрежетом отворилась. В лицо ударил пряный, настоянный на полыни и алых маках, жаркий степной воздух. Грязно-зелёная , зловонная электричка, будто змея, извиваясь и вколачивая шпалы-могильные плиты в землю, поползла в гниющую трясину мегаполиса... Тропинка повернула вниз, в каньон, к ручью окружённому полянами цветов. Горячий летний ветер трепал волосы, а в вышине, у самого солнца, жаворонок пел свою песню о счастье... -Это была такая любовь… -Тинь, тинь, тинь.