Сказка про Настеньку и заколдованный лес

Сказка про Настеньку и заколдованный лес

На краю деревушки, затерявшейся в вековых северных лесах, в небольшом, но красивом доме жили бабушка и Настенька. Они любили свой дом, давно построенный дедушкой Настеньки. Дед её был славным мастером резьбы по дереву. Наличники на окнах их дома, сделанные его руками, восхищали всех искусной ажурной резьбой, похожей на деревянное кружево.

Жили они очень дружно. Настенька горячо любила бабушку и во всём помогала ей. Радовалась бабушка:

— Какая помощница у меня растёт! Десяток годков чуть исполнилось, а по делам – так уж взрослая совсем!

Но беда постучалась в их дом: заболела бабушка.

— Как помочь тебе, бабушка? — пряча слёзы, спросила Настенька.

— Трудно мне помочь, внученька, — забормотала бабушка. — Надо бы мне к знахарке идти, зелье лечебное от хвори просить. Да слышала я, что живёт знахарка далеко — на другом краю тёмного леса, что за нашим полем начинается. Такую дорогу мне уже никак не осилить…

Испугалась Настенька.

— А я слышала, что ещё никто из этого тёмного страшного леса не возвращался, — прошептала она. — И не знахарка там живёт, а злая ведьма. Так люди говорят, — ещё тише продолжила Настенька.

— Знахарка она, злая ведьма или добрая колдунья – никто не знает, — вздохнула бабушка.

— Но как дорогу к знахарке найти? — робко спросила внучка.

Разволновалась бабушка:

— Ты, что ль, надумала идти? Не пущу! Дорога длинная да опасная!

Задумалась Настенька: как быть? Страшно одной в тёмный лес идти. Но что делать?

— Не спорь со мной, бабушка! Я пойду! Иначе и быть не может! — решительно заявила она.

И засобиралась в дорогу. Положила в мешочек спички, кувшинчик с водой, закрытый деревянной пробкой, да бочонок с мёдом. Завернула ложку для мёда в полотенце и тоже в мешок положила.

Окликнула её бабушка:

— Я вчера большой ржаной каравай испекла, возьми его с собой. Да подойди ко мне…

Настенька присела к ней на кровать.

— В сундучке, что под моей кроватью, небольшой глиняный горшочек лежит. Возьми его в дорогу, пригодится. Мама твоя просила его передать, если вдруг трудные времена настанут. Береги мамин подарок, — расплакалась бабушка.

Прощание было недолгим. Повесила Настенька мешочек на плечо и вышла из дома.

Впереди за полем чёрным забором стоял высокий лес.

...

Знакомая тропинка, бегущая через залитое солнцем ржаное поле с яркими васильками и ромашками, привела Настеньку к мрачному лесу. Она остановилась в нерешительности. Деревьям было так тесно, что широкие еловые лапы соприкасались друг с другом. Настенька сделала шаг назад, закрыла глаза, провела обеими руками по волосам, покачала головой и прошептала: «Нет-нет, нельзя отступать! Никак нельзя отступать!». Открыла глаза, накинула платочек на голову и решительно протянула руки к ближайшей ели, притронулась к мохнатой ветке, тихо промолвила:

— Здравствуй, лес! — и легонько погладила колючие иголки.

На мгновение встрепенулась старая ель и снова затихла.

Робко раздвигая густые ветки, Настенька вошла в чащу. Пугающая тишина окружила её. Она остановилась, долго прислушивалась, пытаясь уловить хоть один звук, но вокруг царила удручающая тишина.

«Но не бывает же так в лесу! Куда исчезли все запахи и звуки?», — испуганно прошептала Настенька и торопливо стала пробираться дальше, прислушиваясь к шороху шагов.

Час она шла, или больше — она не понимала. Высоченные ели почти не пропускали солнечный свет.

Вдруг она увидела чёрного Ворона, лежащего на земле. Настенька опустилась на колени, осторожно погладила его по голове. Ворон сразу приоткрыл глаза.

— Ты жив, Ворон Воронович? — обрадовалась Настенька. — Здравствуй, мой хороший, здравствуй, чернокрылый мой!

Ласковый её голос понравился Ворону.

— Жив я, жив. Просто устал маленько, — ответил, встряхнув крыльями, Ворон.

— А я вот сейчас тебя и напою, и накормлю, — ничуть не удивляясь, что птица заговорила, торопливо произнесла она.

Налила водички из кувшинчика в ладошку и поднесла к клюву птицы. Потом покрошила хлеба.

Подкрепившись, Ворон расправил крылья и поклонился:

— Спасибо тебе, добрая девица. Ты почему в лесу одна? Куда путь держишь?

— Ищу я дорогу к знахарке просить зелья лечебного для бабушки, захворала она, — грустно вздохнув, отозвалась Настенька.

— Нелегко тебе одной будет этот лес пройти. Но я помогу тебе, добрая девица.

— Как же ты можешь мне помочь, добрый птах? – удивилась Настенька.

— Лес – мой дом, деревья – мои друзья. Я высоко да далеко летаю, все пути и дороги знаю. Помогу тебе через лес пройти. От взмахов моих крыльев ели сами будут перед тобой ветви раздвигать и путь показывать. Проще будет идти, — молвил Ворон и взмыл ввысь.

— Спасибо тебе, добрый птах! — прокричала ему вслед Настенька.

Повеселела она. Идти стало легче. И радостнее: уже не одна в пути! Но через некоторое время почувствовала, что устала. Присела отдохнуть. И слышит: рядом кто-то сопит да пыхтит. Заглянула за соседнюю ёлку и обомлела: медвежонок сидит! Лапу свою не то кусает, не то лижет. И видно: больно ему.

Отдышалась Настенька, успокоилась и решила подойти к медвежонку.

— Здравствуй, медведюшко-батюшко. Что случилось с тобой?

— Да вот, в лапе заноза застряла. Вытащить не могу, — пробурчал он, изумлённо глядя на неё.

Настенька осмелела:

— Давай я тебе помогу!

Она ловко вытащила занозу, промыла ранку водой, оторвала кусочек ситца от подола своего широкого сарафана и перевязала лапу.

— Легче тебе стало, медведюшко-батюшко? Ты вот ещё медком подкрепись, совсем хорошо станет. — Настенька вытащила из мешка бочонок с мёдом и протянула медвежонку. — Он у меня, правда, прошлогодний, свежий ещё почти месяц ждать.

Медвежонок обрадовался, взял бочонок и стал с аппетитом уплетать мёд. Полакомился и говорит:

— Спасибо тебе, добрая девица. Ты почему в лесу одна? Куда путь держишь?

Рассказала ему Настенька о своей беде.

— Ну, эта беда — не беда. Я тебе помогу. Я – хозяин леса. Я в лесу все дороги знаю. Провожу тебя.

— Спасибо тебе, мой хороший, спасибо, красавец! Но мне путь-дорогу Ворон Воронович указывает.

— Ну, у старого Ворона свои секреты, а у меня свои есть. И потом, вот если бурелом на пути встретится, как пройдёшь? А я проведу. Да и как ты в лесу ночью спать будешь? А прижавшись к моей бархатистой спинке, тебе спать уж точно теплее будет.

Настенька вздрогнула. Спать? Ночью? В лесу? Нет, она об этом не подумала. А медвежонок продолжил:

— Вот как раз уже темнеет. Пора к ночи готовиться. Пойду-ка я веток тебе для постели наломаю.

Крепко спала Настенька на перинке из еловых, удивительно мягких веток.

— Вставай, засоня! — разбудил её утром медвежонок, тыча носом в плечо. — Умываться пора!

— Умываться? Как умываться? Где умываться? — недоумевала Настенька, пытаясь открыть глаза.

— Как где? На речке! Где же ещё в лесу умываются? — услышала она в ответ недовольное бурчание медвежонка.

Она открыла глаза и… глазам своим не поверила.

Медвежонок, как две стенки, раздвинул стоящие рядом ели, и она увидела сказочную картину! Реченька! Её светлые воды сверкали под ярким солнцем серебристыми искрами, звенели и пели. А по бережку деревья и травы зеленели, цветы цвели.

— Она настоящая? — ахнула Настенька.

— Конечно, настоящая! — Медвежонок уже плюхнулся в воду. — Давай, искупайся! А потом завтракать будем!

Настенька долго нежилась в ласковых объятиях реченьки. Давно она не купалась. Деревенские девчонки и мальчишки смеялись над ней, когда она приходила на речку. Смеялись и тыкали пальцем: толстушка! И она убегала от них.

— Любишь купаться? — спросил медвежонок, когда Настенька вышла на берег.

— Очень люблю, только редко мне поплавать удавалось, — вздохнула Настенька. — Прогоняли меня соседские дети с реки, смеялись, обзывали толстушкой... Потому что бабушка такие вкусные пироги и ватрушки пекла – объедение просто!

— Ну и что в этом такого? Я вот тоже толстячок. Мне иначе нельзя, мне зиму худым не пережить!

Заметив слёзы на глазах Настеньки, быстро заговорил о другом:

— Рыбки хочешь?

— Спасибо, друг! — Медвежонок расплылся в улыбке от её слов, — люди не едят сырую рыбу.

— Странная ты, — покачал головой медвежонок, вылавливая очередную рыбку из реки. — Чем тогда завтракать будешь?

— А у меня хлеб есть и вода, — развязывая мешок, ответила Настенька.

— Ну, на хлебе и воде ты долго не протянешь, — озадаченно покачал он головой, но вдруг радостно замахал лапами, — а ягоды ты любишь?

— Конечно, люблю! Кто их не любит?

— Тогда пошли ягоды есть! — позвал медвежонок, выходя из воды.

Настенька остановила его:

— Медведюшко-батюшко, ты шутишь? Иль мне снится всё это? Речка есть в таком страшном лесу, да ещё и ягоды есть? Как такое может быть? Объясни мне, пожалуйста, объясни, — требовала Настенька.

— Речка есть, да не для всех, — загадочно зашептал медвежонок, — только для своих. Я – хозяин леса. Захочу – покажу. А иначе её никто и не найдёт никогда. Не положено. И с ягодами так же. Я же говорил тебе, что в лесу у каждого свои секреты. Или ты не слушала? — И медвежонок направился к ближайшим высоким тёмным елям.

Он снова раздвинул колючие ели, и очутилась Настенька на полянке с множеством кустов малины.

И не понять было, кто из них больше радовался этим сочным, сладким, крупным ягодкам!..

Налакомившись вдоволь, Настенька достала горшочек и наполнила ягодами.

В такое удивительное и радостное утро она почти совсем забыла, зачем в этот лес пошла. Но уже через минуту, прижимая к груди горшочек с ягодами, Настенька загрустила. Медвежонок подошел к ней.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он.

— Бабушка болеет, а я вот тут ягоды ем, — из глаз Настеньки потекли слёзы, — идти надо, торопиться надо.

Медвежонок повёл её к ближайшим высоким тёмным елям. И они быстро вошли в густой лес.

— А почему дорога к знахарке через такой лес ведёт, а не через тот, который ты показываешь, медведюшко-батюшко?— Задыхаясь от быстрого шага, спросила Настенька.

— Тот, что я показываю, это мои шалости. Добровольные. А настоящую дорогу только Ворон показать может, — пробормотал медвежонок.

Когда Настенька присела пообедать, к ней подлетел Ворон.

— Я уж было решил, что ты с медвежонком решила в лесу остаться, — заговорил он.

— Что ты! Что ты! — замахала руками Настенька. — Как я могу?!

Она поделилась ягодами с медвежонком, последними крошками хлеба — с Вороном. Открыла кувшинчик и прошептала:

— Беда! Воды нет!

— Ну, эта беда не беда, — спокойно ответил Ворон. — Я в лесу все родники знаю, быстро слетаю и воды принесу.

Он ловко ухватил кувшинчик за верёвочку и улетел. Вернулся удивительно быстро.

— Ворон Воронович, скажи, пожалуйста, а далеко нам идти? — спросила Настенька.

— Путь не близок. Месяц, наверное, идти придётся…

Настенька ахнула:

— Как месяц? А как же бабушка без меня?! Одна?!

— Я с утра летал в деревню, в окно дома вашего заглядывал и видел её. Всё хорошо с бабушкой. За ней подружки Надежда да Вера присматривают. По хозяйству помогают. Не волнуйся.

Сказал и полетел. А Настенька с медвежонком дальше пошли.

Вечером медвежонок снова постелил Настеньке перинку из еловых веток и они вместе присели поужинать.

— А есть-то нечего, — спохватилась Настенька.

— Загляни в горшочек, — засмеялся медвежонок.

— Мы же в обед и ягоды, и хлеб доели, — разволновалась Настенька.

Она взяла в руки горшочек — он оказался тёплым — и открыла крышку. А там — каким-то чудом появилась каша! Кашка-болтушка, из ржаной сечки.

— Спасибо, матушка, за подарок! Спасибо, бабушка! — глотая слёзы, прошептала Настенька.

…Так шли они несколько дней. Утром медвежонок водил Настеньку купаться-умываться, а сам рыбачил. В воде Настенька так освоилась, что уже стала соревноваться с медвежонком в плавании наперегонки. Потом они завтракали ягодами и собирали их на обед. Вечером их радовала сытная ржаная кашка-болтушка из волшебного горшочка. Родниковую воду им приносил Ворон.

Но однажды вечером, укладываясь спать, они услышали тихий вой. Настенька задрожала от страха и прижалась к медвежонку.

— У меня спички есть. Давай костёр разведём. Страшно очень…

— Костёр?! Огонь?! Никак нельзя! Лес не любит огонь! Он сожжёт того, кто огонь разведёт! — прошипел медвежонок.

— Что же делать тогда? Страшно очень…

— Спать ложиться. Утро вечера мудренее.

Странный вой скоро затих. Медвежонок крепко заснул на еловой перинке, а Настенька всю ночь беспокойно ворочалась, волновалась. Но под утро сон одолел и её.

— Вставай, засоня! — Громким голосом разбудил её медвежонок.

Настенька вздрогнула и проснулась. Как только она открыла глаза, жалобный вой послышался снова,

— Похоже, это волк воет, — рассудительно произнёс медвежонок. — Похоже, в беду попал. Выручать надо. Чего дрожишь? Ты же со мной! Я волков не боюсь! Это они меня боятся!

Медвежонок взял её за руку и повёл в ту сторону, откуда слышался вой.

Обойдя несколько елок, они увидели яму, на дне которой сидел волчонок. Увидев их, волчонок от страха прижался к земле. Видно было, что сидит там давно, а выбраться сам не может.

— Что делать, медведюшко-батюшко? Страшно, а помочь бедняге надо, — заявила Настенька. Жалость к волчонку победила страх.

— Помочь-то надо, — медвежонок закивал головой, — да вот как? Я в яму не полезу, потом ведь и сам не вылезу.

Настенька подумала совсем немножко и снова решительно заявила:

— Ты же сильный, медведюшко-батюшко! Ляжешь на край ямы, возьмёшь меня крепко за руку, я немного спущусь… Ты же удержишь меня? А я наклонюсь и протяну ему своё полотенце другой рукой. Он ухватится, а ты нас вытащишь… Вот так!

Она достала из мешка полотенце — льняное, домотканое, крепкое — и встала на край ямы.

— Ох, и отчаянная же ты! — выдохнул медвежонок, ложась рядом с ней.

Волчонок молчал и слушал их.

— Волчок-серый бочок, — ласково обратилась к нему Настенька. — Ты не бойся нас. Мы хотим помочь тебе. Не бойся. Не обидим.

Они сделали, как Настенька предложила. Волчонок доверился им, поднялся на задние лапы, ухватился зубами за полотенце и медвежонок вытащил их.

— Здравствуй, волчок-серый бочок, — улыбнулась Настенька и ласково погладила волчонка по голове. — Вот ты и на свободе. Беги, куда бежал. Да будь осторожен! Под ноги смотри!

Волчонок склонился перед ними в благодарственном поклоне.

— Спасибо вам, друзья мои! А вы сами-то куда идёте, куда путь держите? Может, и я вам смогу чем-то помочь? — поинтересовался он.

Настенька рассмеялась:

— Как же ты нам можешь помочь? Спасибо. Да и провожатые у меня уже есть…

— А ты не смейся, а расскажи мне свою историю, — перебил её волчонок.

Настенька всё ему рассказала.

— Так вот, друзья мои. Без меня вам никак не обойтись, — загадочно сказал волчонок. — Взгляните на небо. Там серые большие тучи собираются, скоро дождь пойдёт, да непростой дождь, а затяжной, который несколько дней идти будет. Он все дороги затопит…

Настенька поёжилась от такой новости. Ей снова стало страшно.

— И как же ты нам поможешь, волчок-серый бочок?

— А я не простой волк, — волчонок гордо поднял голову. — Я — волк-тучегонитель…

— Как это — тучегонитель? — удивилась Настенька.

— Мало нас таких в лесу осталось. Но в моём древнем роду все такими были. Я тучи прогнать могу! Я их остановить могу! Они меня слушаются!

— Тучи? Слушаются? — Настенька не верила ему.

Неожиданно к ним подлетел Ворон и сел рядышком.

— Давно я на свете живу, многое видел, многое знаю, — сказал Ворон, уважительно поклонившись волчонку. — Знал его предков. Он из знатного рода. Правду говорит. Редко кому такую честь волки оказывают — от непогоды спасают.

Тогда и Настенька поклонилась волчонку.

— Спасибо тебе, наш спаситель! Видимо, без тебя нам никак не обойтись… Ты пойдёшь с нами?

Волчонок поднял голову и как-то необычно завыл, обращаясь к тучам. И тучи быстро разбежались в разные стороны.

— Можем идти, дождя не будет на нашем пути, — гордо произнёс волчонок.

— Нет-нет, — вмешался в разговор медвежонок, — я так проголодался! Сначала купаться-умываться, завтракать, рыбку ловить, ягодами лакомиться, на обед их собирать, а уж потом в путь-дорогу отправляться, — затараторил медвежонок.

— А я-то как проголодался! — поддержал его волчонок. — Надо подкрепиться перед дорогой!

И медвежонок повёл их на речку, а потом на ягодные полянки.

Настенька очень удивилась, когда узнала, что волчонок тоже не прочь полакомиться ягодами. И не только малиной, но и голубикой, и черникой.

Так что пришлось медвежонку новые полянки с ягодами открывать.

А как весело втроём они плавали! Настоящие соревнования устраивали. Но всё это было только по утрам. А весь день они проводили в дороге. Бывало, что медвежонок и волчонок отлучались на охоту. Но ненадолго.

Шли они через неприветливый лес много дней. Счёт им не вели. И вдруг лес закончился.

...

Настенька от неожиданности застыла на месте. На лесной опушке стоял неказистый домик, а на его крыльце сидела женщина с седыми растрёпанными волосами и с деревянной резной тростью в руках.

— Это знахарка? — еле слышно спросила Настенька медвежонка.

И медвежонок, и волчонок закивали головами.

К друзьям подлетел Ворон и сел впереди всех. С минуту все стояли молча. А знахарка выжидающе на них смотрела.

— Здравствуйте, дорогая знахарка, — дрожащим голосом сказала Настенька и поклонилась.

— Здравствуй, красавица! — Отозвалась знахарка.

«Это я-то красавица?» — но не успела эта мысль пронестись в голове Настеньки, как знахарка продолжила:

— Дорогая я, говоришь? — она громко рассмеялась. — Не боишься, что визит ко мне действительно дорого тебе обойдётся?

У Настеньки от её смеха мурашки по телу побежали. Растерялась она: «У меня в мешке ничего не осталось, ничем не смогу отблагодарить знахарку за помощь…».

А знахарка уже переключилась на её друзей.

— Ну что, слуги мои верные, слуги мои добрые, довели её, провели через мой лес? Не пожалели её, бедную, ко мне привести? — строго говорила она. — Как она испытания прошла?

— Меня пожалела, водой напоила, хлебом накормила, — заговорил первым Ворон. — А по твоему закону, кто мимо меня проходит, вовек дороги не находит! — И он поклонился знахарке.

— Мимо меня тоже не прошла, пожалела, подлечила, мёдом угостила, — вступил в разговор медвежонок. — А по твоему закону, кто мимо меня проходит, вовек через бурелом не проходит! — И он тоже поклонился знахарке.

— Мимо меня не прошла, пожалела, из ямы спасла, — отчитался волчонок. — А по твоему закону, кто мимо меня проходит, тот под затяжной дождь попадает и погибает! — И он тоже поклонился.

Знахарка одобрительно посмотрела на Настеньку. Но сердито на её друзей.

— А облик свой почему поменяли? Ворон, молчи! Тебя это не касается!

Настенька растерянно посмотрела на друзей.

— Пощади, хозяюшка, — забурчал медвежонок. — Она бы сразу от страха умерла, если бы меня настоящего увидела...

— Пощади, хозяюшка, — забормотал волчонок. — Она бы не смогла меня настоящего из ямы вытащить…

Знахарка встала и громко крикнула:

— Повелеваю вам, слуги мои верные, свой истинный облик мне явить, — и сильно ударила тростью по земле.

Настенька со страхом смотрела, как затрясло медвежонка и волчонка.

А через несколько секунд увидела она перед собой огромного медведя, до лапы которого она бы никогда и не дотянулась, и невероятно крупного волка, который и без её помощи запросто вылез бы из ямы.

Настенька ойкнула и… упала в обморок.

Ворон подошёл к ней и вылил на её лицо родниковую воду из кувшинчика. Настенька очнулась. Медленно встала.

— Ну, что? Страшно тебе таких друзей иметь? С такими дружить будешь? — спросила её знахарка.

— От друзей не отказываются, друзей не меняют, какими бы они ни были, — прошептала Настенька.

Медведь и волк облегчённо выдохнули.

— А ты молодец! — похвалила её знахарка. — Вот если бы ты от друзей отказалась, тебя бы моментально отсюда ветром сдуло!

Медведь и волк осторожно подошли ближе к Настеньке, чтобы защитить её.

— Ладно, — снова садясь на крыльцо, устало продолжила знахарка. — Рассказывай, зачем пришла. Да подойди ко мне уже, наконец!

Настенька подошла и снова поклонилась.

— Не мне помощь нужна, а бабушке моей. Она заболела, и я к вам за зельем лечебным пришла. Помогите бабушке, пожалуйста! — Настенька снова знахарке поклонилась.

— Ты не путай меня, красавица! Бабушка-то бабушкой, а помощь тебе нужна. Если бабушка умрёт, что ты одна делать будешь? Сиротинушкой-то легко ли жить? Вот и выходит… Бабушку надо вылечить, конечно. А помощь-то тебе больше нужна, — ответила знахарка.

Настенька удивилась, снова поклонилась и попросила:

— Помогите, пожалуйста!

— Что ты мне всё время кланяешься? Поклонами, что ли, со мной расплатиться хочешь? — ехидно спросила знахарка.

— Расплатиться?! Я бы с радостью, но чем?.. В мешке моём пусто…

— Ой ли? Пусто ли?

Настенька побледнела и еле слышно вымолвила:

— Простите, простите великодушно, но я не могу отдать горшочек – это мамин подарок, это всё, что у меня в память о ней осталось, — Настенька упала на колени перед знахаркой и зарыдала.

— Глупая ты ещё, красавица! — покачала головой знахарка. — Не горшочек она тебе подарила, а жизнь подарила! Жизнь! — А ты молодец, красавица! Снова проверку прошла.

Настенька подняла голову и непонимающе посмотрела на знахарку.

— Какая ты непонятливая! Отдала бы горшок, — умерла бы в то же мгновение!

Настенька вздрогнула и побледнела ещё больше.

— Давай, поднимайся! — приказала знахарка. — О цене за зелье договариваться будем.

Робея, Настенька поднялась с колен. Знахарка помедлила немного, внимательно разглядывая гостью, и сказала:

— Если хочешь, чтобы бабушка стала здорова, останешься у меня в услужении на полгода. А зелье для бабушки отнесёт Ворон, но… Раз в деревне он окажется не по своей воле, а по твоей, то потеряет свою волшебную природу и станет в деревне обыкновенным воронёнком… А вороны чужака не примут и заклюют его! Согласна на такой договор?

Настенька с жалостью посмотрела на Ворона, который опустил голову.

— Нет! Что вы! Разве так можно поступать с друзьями? Нет! — она замотала головой.

Ворон подошёл к ней и потёрся головой о её ноги.

— Если хочешь, чтобы бабушка прожила долго, тогда останешься у меня в услужении на год. А зелье для бабушки отнесёт медведь, но… Раз в деревне он окажется не по своей воле, а по твоей, то потеряет свою волшебную природу и войдёт в деревню не в истинном своём облике, а медвежонком, таким, как с тобой в лесу резвился. И тогда… Поймают его деревенские мужики, посадят на цепь детишкам на потеху, а он… Он не может жить в неволе! Согласна на такой договор?

Настенька с жалостью посмотрела на медведя, который тоже опустил голову.

— Нет-нет! Друзей не предают! Что вы! Нет! — замахала она руками.

Медведь с благодарностью поглядел на Настеньку.

— Если хочешь, чтобы бабушка была здорова и бегала, как молодая, тогда останешься у меня в услужении на полтора года. А зелье для бабушки отнесёт волк, но… Раз в деревне он окажется не по своей воле, а по твоей, то потеряет он свою волшебную природу и войдёт в деревню не в истинном своём облике, а тем волчонком, который с тобой в лесу резвился. И тогда… Разорвёт его стая деревенских собак. Согласна на такой договор?

Настенька с жалостью посмотрела на волка, опустившего голову.

— Нет-нет и ещё раз нет! Друзей на верную смерть не посылают! Что вы! Нет! — Из глаз Настеньки потекли слёзы.

Волк посмотрел на Настеньку и глаза его радостно заблестели.

Рассердилась знахарка:

— Друзей тебе жалко? А бабушку не жалко? А себя тебе не жалко? — знахарка стучала тростью по земле.

Настенька стояла молча, опустив голову и не находя слов.

— Ох, и рассердила ты меня, красавица. Больше уговаривать тебя не буду, — сказала знахарка, помолчала немного и продолжила. — Последнее тебе моё условие. Последнее, слышишь? Бабушка твоя проживёт ещё сто лет, если ты сама отнесёшь ей зелье лечебное, но… Вернёшься ко мне и останешься в услужении на три года! И не думай, что тебе удастся обмануть меня! Если не вернёшься, зелье в яд превратится и бабушка твоя умрёт в страшных муках!

— Не обману, знахарушка, не обману. Как можно? — прошептала Настенька.

— Рано радуешься! Это ещё не всё. Вернуться ты должна до первого снега. До первого снега, слышишь? Хоть бегом беги, но до первого снега! А не успеешь, заметёт дорогу метель, и ты в лесу замёрзнешь. Бабушка твоя жить сто лет будет и тебя оплакивать. Согласна ты на такой договор?

— Согласна, — еле слышно прошептала Настенька.

— Вот и хорошо, вот и договорились.

Ворон, медведь и волк обступили Настеньку и с жалостью смотрели на неё.

— Чего приуныли? — обратилась к ним знахарка. — Радуйтесь, что она вас не предала! А себя не пожалела! Да не грустите, в обратный путь я вас с ней отпущу, порезвитесь ещё, раз в вас, столетних, всё ещё детство играет… А вот на её пути ко мне чтоб и носа в лесу показать не смели! Слышите? Не смели! Это мой приказ!

Друзья послушно закивали.

Знахарка долго молчала. И все молчали. Ждали, что она ещё скажет.

— Ты вот, красавица, ко мне с пустыми руками пришла, — укоризненно глядя на неё, заговорила знахарка. — А я тебя с пустыми руками не отпущу. Башмаки твои прохудились, через день-другой босиком пойдёшь. И платье твоё, балахонистое, совсем не для тебя…

Она тронула тростью башмаки, и они как новенькие стали. А какие красивые! Тронула она тростью платье, и нарядное платье на Настеньке появилось. Да такое красивое!

Настенька опять поклонилась знахарке:

— Спасибо, знахарушка, большое спасибо! И за башмаки, и за платье.

— Да за что, красавица? — знахарка неожиданно улыбнулась. — Носи. Ты их заслужила.

И только тут Настенька вспомнила слова бабушки: «Знахарка ли она, злая ли ведьма, или добрая колдунья – никто не знает. Всё от тебя будет зависеть».

А знахарка деловито продолжила:

— Присядем. Обсудим предстоящую дорогу. Наказы вам всем дам.

Все сели и стали внимательно слушать.

Знахарка встала, опираясь на трость, прихрамывая, обошла притихших друзей. Потом снова села на крыльцо и заговорила:

— Дорогу через лес Ворон уже проложил, идти будет легче, — она посмотрела на ноги Настеньки, — тем более, в новых башмаках… Преград чинить больше не буду, и так ты уже много разных проверок прошла, — она вдруг весело рассмеялась, взглянув на медведя и волка, — а вы резвитесь, сколько хотите, раз в детстве не наигрались! Но помните: торопиться надо!

Все послушно закивали.

— Я хочу гостинцев бабушке передать…

Все с большим удивлением посмотрели на знахарку.

— Да-да! Не только зелье лечебное бабушке помочь может. В моём лесу и ягоды целебные растут и яблоки! Они как раз налились целебными соками!

Знахарка взмахнула в воздухе тростью и около неё появились несколько корзин и верёвки.

— Разбирайте, какие нравятся! Ворон, да ты-то не суетись! Тебе кувшинчик с родниковой, целебной водой нести!

Ворон послушно отлетел в сторону.

— А ты, красавица, всё ещё не поняла, что водичка родниковая у меня волшебная?

Настенька смутилась, покраснела и промолчала – слов не нашла.

— Видать, не дано тебе пока волшебство понимать, — знахарка устало вздохнула. — Долго ли ты на простой воде да на простых ягодах протянула бы? Померла бы от голода! — Она снова перевела взгляд на медведя и волка. — Но как знать… Может, и пожалели бы тебя твои друзья, не бросили, дотащили, полумёртвую, до моей избушки. Да чтобы я тогда с тобой делала?

Настенька как будто онемела – так поразили её откровения знахарки.

Медведь тем временем выбрал две самые большие корзины, связал их верёвками и повесил себе на плечи. Волк выбрал две корзины поменьше, тоже связал их между собой и повесил себе на шею. Настенька выбрала две небольшие корзинки.

— Не волнуйся, красавица! — Предвидя её вопрос, проговорила знахарка, — мои волшебные ягоды да яблоки в дороге не испортятся! А бабушка из них варенья да морсы с компотами сварит, они её силы зимой поддерживать будут.

— Спасибо тебе большое, знахарушка! — молвила Настенька, кланяясь. И, чуть замявшись, спросила, — а зелье?

— Ох, чуть не забыла! — Всплеснула руками знахарка, достала из кармана небольшой, непрозрачный пузырёк и протянула Настеньке. — Ты о его обратной, ядовитой силе не забудешь?

— Как можно такое забыть?! — Настенька торопливо завернула пузырёк в полотенце и положила в свой мешочек.

Знахарка снова внимательно посмотрела на неё и загадочно сказала:

— Не зря, не зря тебя бабушка ко мне отпустила… Так что я жду тебя, красавица! До первого снега жду. — Она встала и стукнула тростью по земле. — Всё! Идите! Утомили вы меня! Устала я!

Все поклонились ей и отправились в путь.

...

После сильного ливня, обрушившегося на лес, когда они только пришли к знахарке, земля как-то удивительно быстро высохла. По знакомой дороге назад идти было действительно легче. Ворон по-прежнему приносил родниковую воду. Медведь открывал ягодные полянки и про яблоки не забывал. Волк тучи разгонял. Спали все вместе на перинке из еловых веток. Всё, как обычно, да не всё.

Торопились они, поэтому медведь и волк применяли все свои волшебные навыки. Крупные налитые яблоки сами падали медведю в корзину (и сколько ни ела яблок Настенька в пути, меньше их не становилось), волку в корзины ягоды черники и брусники сами прыгали. И даже к Настеньке в одну корзинку голубика сама ныряла, а в другую корзинку морошка с радостью запрыгивала. Только одна корзина у медведя всё ещё пустовала.

Не теряли друзья времени на сборы гостинцев. Но от утреннего купания никак отказаться не могли! Настя дивилась: запрыгивали в речку друзья медвежонком и волчонком, резвились как дети, а выходили на берег в своём настоящем облике.

Так шли они, но однажды днём, во время привала, медведь объявил:

— Вот и время наполнить последнюю корзину пришло…

И открыл перед друзьями полянку, полную кедровых шишек.

— Но знахарка ничего не говорила про кедровые шишки, — забеспокоилась Настенька.

— Забыла, наверное, — замялся медведь. — Но давай наберём и шишек, не повредят они бабушке, орешки в них тоже целебные…

А шишки почему-то не захотели сами к нему в корзину прыгать. Пришлось Настеньке их собирать.

И только двинулись они дальше в путь, а лес, как и прежде, внезапно кончился.

...

Все остановились перед узкой тропинкой, что вела от леса через поле в деревню. Медведь и волк поставили свои корзины на землю и развязали верёвки. Настенька непонимающе посмотрела на них:

— Что вы делаете?

Медведь и волк опустили головы и дружно сказали:

— Прости, но в деревню мы ни в каком облике не пойдём. В настоящем — людей перепугаем, а малышами идти – самим страшно…

Настенька грустно вздохнула: что такое страх — она уже хорошо знала. И друзей понимала.

— Но как я эти корзины понесу? Как я наказ знахарки исполню? — сокрушалась Настенька.

— А зачем их нести? Они сами в деревню пойдут, — заговорщически сказал медведь.

— И в дом сами войдут, — добавил волк.

Друзья стали прощаться: медведь наклонился и осторожно потыкался ей носом в плечо, волк нежно лизнул в щёку, Ворон потёрся о ноги.

— Мы будем скучать, — грустно шептали они.

— Мы ещё встретимся, когда я вернусь к знахарке, — заявила Настенька. — Как я сейчас без вас? Не грустите, друзья, встретимся!

И разошлись. Медведь, волк и Ворон скрылись в лесу, а Настенька, держа свои корзинки в руках, пошла к деревне. А большие волшебные корзины за ней последовали.

...

В деревне люди из домов выбегали, за головы хватались:

— Где это видано, где это слыхано, чтобы корзины сами за хозяйкой шли?

И спрашивали друг друга:

— Кто эта красивая девушка? Высокая, стройная, нарядная? К кому в гости идёт? Уж не волшебница ли в деревню пожаловала?

Во дворе родного дома Настеньки росли её любимая рябина и подружка-берёза. Ветки рябины клонились к земле под тяжестью красных ягод. Листья берёзки уже желтизна тронула. «Значит, уже сентябрь, ближе к его середине» — поняла Настенька и торопливо зашла в дом. Бабушка сидела на постели. Настенька подбежала к ней, обняла.

— Как я соскучилась по тебе, бабушка!

Бабушка отстранилась от внучки и внимательно её разглядывать стала:

— Ты ли это, Настенька?

— Я, конечно, я! Кто же ещё? — насторожилась Настенька. — Бабушка, ты как себя чувствуешь? Ты хорошо меня видишь?

— Да нормально я вижу, — сказала бабушка. — Но как ты изменилась, внученька моя! Совсем на себя не похожа! Вот только глаза у тебя прежние: большие, карие да грустные. А выросла-то, вытянулась-то как! А исхудала-то как! — запричитала бабушка и стала вытирать слёзы, что из её глаз потекли, — то ли от радости, что Настенька вернулась, то ли от жалости, что она так исхудала.

Поохала, поахала, рассматривая внученьку, и улыбнулась:

— Зато теперь тебя толстушкой никто не обзовёт! И мне на людей обижаться не придётся! — И вдруг спохватилась, — а ты зелье-то принесла?

— Да, конечно, а как же иначе? — И Настенька протянула пузырёк бабушке.

Бабушка выпила зелье — всё, разом. Щёки её зарумянились, глаза заблестели, морщинки на лице чуть разгладились и плечи расправились.

— Бабушка, да это просто чудо какое-то! Ты моложе стала! — обрадовалась Настенька.

— Да, я моложе себя чувствую! — ахнула бабушка, — зелье-то, оказывается, не просто целебное, оно ещё и волшебное!

— Да, ты ещё сто лет проживёшь и бегать, как молодая, будешь! Так знахарка сказала, — обнимая бабушку, радостно сообщила ей Настенька.

— Давай-ка мы пир закатим! — развеселилась бабушка. — Пирожков напечём, блинчиков, ватрушечек. Всё, как ты любишь!

— Я больше их не люблю, отвыкла, — твёрдо ответила Настенька. — А ты, бабушка, если силы вернулись, напеки мне в дорогу ржаных лепёшек, да самый большой ржаной каравай испеки. И в дорогу собраться помоги.

— В какую такую дорогу?! — испугалась бабушка.

— Возвращаться мне надо. К знахарке. Таков уговор. Посплю одну ночку в своей постельке, а утром пойду обратно.

— А торопиться-то зачем? — бабушка за голову схватилась.

— Так надо, бабушка, — решительно заявила Настенька. — Ничего не спрашивай. Лучше печку затопи.

Пока бабушка хлопотала, Настенька разбирала гостинцы знахарки. В большую миску положила яблоки, в миски поменьше — ягоды голубики, черники, брусники и морошки. Поставила на стол. Несколько яблок себе в мешок положила. Остальное богатство из корзин знахарки переложила в домашние корзинки и спустила в погреб. Бабушка, поглядывая на неё, причитала:

— И куда мне столько одной? Спасибо знахарке за гостинцы, но без тебя, моей помощницы, я это всё быстро сварить не смогу. Может, останешься, внученька?

— Ты не волнуйся, всё успеешь. В лесу у знахарки непростые ягоды растут, они долго не испортятся, — успокоила её Настенька. — А если тебе одной много, то ты с подружками поделись, которые за тобой ухаживали.

— А ты откуда про них знаешь?

Ничего не ответила Настенька, только улыбнулась и крепко обняла бабушку.

Управившись со всеми делами, они сели чай пить, да ягоды есть. И стала бабушка расспрашивать: какая она — знахарка, какой он — тёмный лес.

— Всё, как ты и говорила, бабушка. Сейчас и я знаю: лишь от самого человека зависит, каким боком к нему лес или знахарка повернутся, — ответила ей Настенька. И вдруг забеспокоилась, — а в чём я пойду, бабушка? Ты отдай мне старенькое своё пальтишко и зимний потрёпанный тулупчик, — Настенька засмущалась из-за просьбы, — а себе перешей из моих, хорошо?

Так и договорились. Утром Настенька проверила свой мешок: всё ли на месте? Яблоки, небольшой бочонок мёда, хлеб, лепёшки и ложка для мёда в полотенце, вода в большом глиняном кувшине с закрытым горлышком, да мамин горшочек. Увидела кедровые шишки, которые вечером убрать не успела и решила орешков с собой тоже взять. Присела, и только стала шелушить первую шишку, как за окном сразу ветер завыл, в окна застучал, с берёзы листья полетели. Поняла Настенька: сердится знахарка. Торопиться велит. Тогда она просто бросила несколько шишек в мешок. Шаль свою любимую на плечи накинула, пальтишко бабушкино надела, мешок на плечи перекинула, узел с тулупчиком и валенками в руку взяла.

Рыдает бабушка. Провожать не хочет. Настенька обняла её и молча вышла из дома.

По тропинке бодро дошла до знакомой старой ели, притронулась к её колючей ветке и тихо молвила:

— Здравствуй, лес!

Ель встрепенулась и сама раздвинула перед ней ветки. И Настенька смело вошла в лес…

…Но это уже совсем другая история, как дошла до знахарки Настенька, и как прожила у неё в услужении три года...