Сказка об Иване - крестьянском сыне

Сказка об Иване - крестьянском сыне

В тридевятом царстве, в тридесятом государстве, да в одной из его деревень – не маленьких, не великих, не богатых и не бедных, а такой, каких много раскидано по земле, жил-был наш герой. Звали его Ваня, был он старшим сыном, и была у него младшая сестра – Аннушка, да братец – Васенька – совсем ещё маленький ребёнок. Хоть Ваня и не был лентяем, но трудился с неохотой, всё свободное время любил в небо смотреть и музыкой заниматься - играл на флейте, которую в детстве подарил ему торговый человек. А надо сказать, что играл он хорошо, и даже вся деревня собиралась, чтобы послушать его музыку, потому что шла она из самого сердца и из его мечтаний о чём-то неведомом. Однако кроме музыки, Ваню мало что интересовало – всё время да мыслях своих ходил, одно дело доделать забывал и брался за другое, да только вот потом к первому возвращался, так и получалось у него две несделанных дела. Потому народ уже порешил, что толку от него мало, да и вряд ли положение изменится.

Но вот приключилась у них беда – пропала Аннушка. Собрались сходом, позвали охотников и отыскали её следы. А следы эти вели в тёмный лес за полями, куда не каждый рискует ходить… Неведомое.

Многое подивились, поплакались, да руками развели – что делать, мол, не знаем. Наиболее отважные, и Ваня с ними, пошли по следам в тёмный лес. Долго они шли, пока лес не стал совсем непроходимым. И тут даже самые смелые сказали, что дальше не пойдут, на том бы и порешили. А Ваня вспомнил сестрёнку, как мама плакала, и решил не отступаться в этот раз, и во что бы то ни стало, сестру вернуть – хоть кабан её увёл, хоть сам черт рогатый. «Главное Аню найти, а там уж на месте я и решу, что делать», - подумал он. Взял Ваня с собой припасов, что были, пару свечей и флейту, охотников попросил передать маме, что обязательно вернётся с Аннушкой. И пошёл в дальше.

Долго шёл Ваня по лесу, а когда совсем стемнело – развёл костёр, скушал кусок хлеба да сел играть на флейте, чтобы скуку развеять. Играл он мелодично, красиво, думал о сестрёнке, и такой тоской наполнилась его мелодия, что внезапно он услышал, как кто-то рядом плачет.

Огляделся тогда Ваня и увидел сидящего напротив Лешего – маленького, глазастого, носатого и с ветками в шерсти. «Это, должно быть, леший? И совершенно не страшный», подумал Ваня и спросил своего соседа:

- Ты что плачешь?

- Ох. Слышу я обычно шум деревьев, да пение птах. Но скрипят деревья одинаково. Птахи тоже поют только об одном. Век за веком, век за веком. А такого, что ты поёшь - не слышал никогда.

- Я не пою, это флейта. – Сказал Ваня, ласково поглядывая на флейту.

- Какая красивая.

Задумал было Леший выкрасть флейту у Вани. Вдруг раздался волчий вой. Да такой жалобный, что сердце от сочувствия сжимается.

- А это что? – Иван даже приподнялся.

- Волк. Что-то у него случилось.

Задумался Ваня, и сказал:

- Так нужно же ему помочь?

- Кому? Волку? Не надо. – Махнул рукой Леший. - Сам разберётся. Лучше сыграй ещё.

Взвыл волк ещё раз, да с такой болью и тоской, что не выдержал Ваня. Не стал он слушать Лешего, зажёг свечу и пошёл на звук.

Не прошёл Ваня и версты, как увидел в лунном свете Волка - большого, серого, страшного. Застрял тот в капкане, вырваться никак не может, вот и воет на Луну: дёрнется-побьётся, и начнёт по новой. А как услышал Волк Ваню, повернулся, сморит на него и ждёт, что же будет – боится. А Ваня тоже опасается, ведь он волков только издалека видел, и никогда не хотел их встречать вблизи, а тут зверь во всей красе: зубы большие, уши огромные, а глаза хищные, хитрые – одним словом вызывает чувство остерегаться и трепетать.

Постояли они друг напротив друга, посмотрели друг на друга. Волк не воет, Ваня не двигается. Только Луна чуть-чуть сдвинулась в небе. А ситуацию надо действовать: как освободить того, к кому подойти боязно?

- Ну, здравствуй, - начал знакомство Ваня, - давай я тебя из капкана вытащу, а ты меня не будешь есть?

Сел Волк и внимательно смотрит на Ваню.

- А хочешь на флейте сыграю? – с надеждой спросил Ваня.

Нахмурил Волк брови.

- Ладно, хорошо, не буду играть. Я тебя освобожу, а ты меня не трогай, договорились?

И показалось Ване, что Волк его понял. Тогда он медленно-медленно потянулся к капкану, раскрыл его как мог, и дал выскочить животному. Волк повертелся, лапу полизал, смотрит на Ваню серьёзно-серьёзно, да вдруг как заговорит:

- Спасибо тебе, человек. Выручил ты меня.

А Ваня застыл от удивления: Леший то на человека всё-таки похож, в вот волки говорящие – совсем уж странно. А тот продолжает:

- Спас ты меня, так что теперь я твой должник. Что тебя привело сюда?

Поведал ему Ваня про сестру, про следы и про то, как решился он идти один в тёмный лес. Задумался Волк ещё сильнее:

- Что же, долг платежом красен. Есть что-нибудь из её вещей?

Порылся Ваня в котомке и достал платочек Аннушки. Волк понюхал его и говорит:

- Плохо дело, брат Иван, проходила тут твоя сестра дорогой мрачной в края скорбные. Путь туда труден, а оттуда, куда не глянь, никто практически и не возвращался. Пропала, наверное, твоя сестра уже.

Расстроился парень, услышав такое.

- Подумай, Ваня. Дорога опасная, непременной гибелью грозит. Может стоит тебе домой вернуться?

Задумался Ваня. Обдумал слова Волка. Наверное, никто бы его в деревне не осудил, если бы он вернулся, и все бы поняли, посочувствовали. Но чувствовал Ваня сердцем, что жива сестра и надо двигаться дальше.

- Ну нет… Не могу я просто возвратиться - стыдно будет.

Согласился Волк:

- Вот что, Ваня, пойдём к огню, поспи, а завтра в путь дорогу.

Вернулись они к лагерю, подкинули дров в костёр, лёг Ваня спать. Вот только боязно очень: страшно рядом с Волком, а вдруг как уснёт, так и не проснётся вовсе. «И всё же завтра придётся идти куда зверь поведёт». Так смирился Ваня и наконец уснул. Снился ему дом, как он с сестрёнкой играл и нянчился.

Утром же, как позавтракали вяленой рыбой да хлебом, отправились они в путь. Волк вёл, да вот только Ваня с трудом за ним поспевал: две ноги не четыре, да тропинок нет, Волк по земле стелется – Ване перелазить, Волк пройдёт и не заметит, а Ване пригибаться. Запыхался Ваня, не выдерживает такого темпа и просит Волка:

- Беги помедленнее, ведь я не умею так быстро по буреломам шастать.

Усмехнулся Волк и говорит:

- Так я ради тебя и не спешил, запрыгивай мне на спину - вмиг донесу до нужного места.

Сел Ваня на спину Волка, дивится, то ли тот увеличился, то ли он уменьшился, но сидеть удобно, ноги землю не цепляют…

- Держись, пригнись! – выкрикнул Волк и помчался, да так резво, что Ваня только крепче ухватился за гриву волчью, чтобы не упасть.

Понеслись буреломы, горы-скалы, реки. «Совсем меня в страну дремучую увозит», подумал, грешным делом, Ваня. Но вот зверь сбавил ход и оказались они на полянке. В одной стороне бил ключ и тёк ручей, а в другой стояло болото. Тут Волк говорит:

- Зайди в болото и сиди там, пока солнце к закату не пойдёт, а потом выходи, налей в флягу воды из ручья, да поедем к старухе. Услышишь голоса красивые, не обращай на них внимания.

Изумился Ваня указаниям Волка, но спорить не стал. Сел в болотную воду и стал ждать, когда же солнце сядет, только от комаров отбивается.

- Ваня… Ванечка. – Вдруг зазвучал голос девичий, красивый. – Иди ко мне, Ваня.

Хотел было Ваня на зов ответить, но как из-под земли появился Волк и предостерёг:

- Не слушай, это кикиморы, они тебя в болото затянут и пропадёшь ты навеки.

- Ва-а-нюша… - повторился зов.

- А если сами придут? – Испугался Ваня.

- Они солнца боятся, в глубине сидят.

- А на закате?

- На закате они вылазят.

И был таков – испарился Волк, а Ваня так в болоте и сидит, смотрит на солнце, боится увидеть даже тучку. Русалки да кикиморы всё зовут, в болоте всплески, а как на небе облако солнце заслонит, то тут уж Ваня подготовился отбиваться: к мели кикиморы сразу стремятся, к ногам парня руки тянут. Хотел Ваня бежать, но каждый раз вспоминал, что надо до заката ждать, иначе не удастся сестру спасти. Как только солнечный диск коснулся горизонта, кикиморы и моргнуть не успели, а замёрзший Ваня уже в флягу наливает водицу из ключа, по сторонам озирается и кричит:

- Волк, Волк! Я налил, давай быстрее отсюда!

Появился Волк, запрыгнул Ваня на спину ему и, помчались на закат. Однако, краем глаза успел Ваня разглядеть силуэты кикимор, вылезающих из воды.

Пролетали под ними горы, реки, леса, а Ваня всё на Солнце смотрел – поднималось оно над горизонтом. «Как так? Неужто обгоняем?», удивился наш наблюдательный герой. Тем временем они уже добежали до лесной опушки, посреди которой на курьих ножках стояла изба без окон и без дверей, с землёй и травой на крыше и мхом по бокам.

- Громко-громко скажи избе, чтобы повернулась к тебе передом, а к лесу задом. – Сказал Волк. – А как она развернётся, то из двери выйдет старуха с костяной ногой. Скажи ей, что тебе к Кощею надо.

- А она?

- А она уж прово-одит. – Усмехнулся Волк. - Старуха гостей любит, только как бы тебе на зубок ей не попасть. Флягу при себе держи.

- Что?

- Всё, встретимся уже там!

- Где?

-Узнаешь. И не представляйся!

- Кому?

А Волка и след простыл.

Огляделся Ваня по сторонам. Лес не знакомый, деревьев таких он не видел, как домой идти – неведомо. Так что поворчал Ваня на Волка, что не сказал толком ничего, только по земле катает, да опасностям подвергает. А что? Зачем? В конце концов: куда деваться, вышел на опушку и произнёс:

- Избушка на курьих ножках! Повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Заскрипела изба, завертелась и, тяжело переступая с ноги на ногу, развернулась к Ване передом. Вмиг дверь открылась и вышла старуха на костяной ноге:

- А ту! Кого ещё принесло сюда!

- Это я!

- Кто?

Тут Ваня-то чуть язык не проглотил – не представляться же! А теперь уже и не вежливо.

- Так кто?

Ваня решил идти сразу напролом.

- Скажи мне старая! Как к Кощею попасть!

- Так подойди, скажу…

Подошёл Ваня к старухе, а та - хвать его за плечо да в избу.

- Так как тебя звать-то? Не расслышала

- Помоги, говорю, пожалуйста, к Кощею добраться!

- Совсем не слышу ничего!

- Так к Кощею мне надо!

Старуха замерла, осмотрела его, понюхала…

- Утоп, что ли?

- Кто? Я? Возможно…

- Ну не я же… - старуха посмотрел в глаза Ване, понюхала ещё… - Ой, не нравишься ты мне. Утопцем тянет, да русский дух, румянец на щеках... Аль живой?

- Мне к Кощею надо, помоги, пожалуйста.

- Вот заладил… Кощей-Кощей… Зачем тебе Кощей?

Баба Яга начала по избе собирать посуду да горшки, разбросанные по избе.

– Вот бы заранее говорили, когда избу разворачивать будут. Рог повесить у избушки, что ли? Держи!

Старуха вручила Ване большой горшок с пола:

- А ну, помоги старой - поставь горшок в печь, чтоб не болтался!

Открыл Ваня печку, потянулся поставить горшок, а баба Яга – не будь хромая да старая – схватила его за ноги и самого в печку затолкнула. Закрыла печку заслонкой и давай топить да приговаривать: «Живой пришёл, давно таких не видела! Сейчас покушаю! Ух-х, сла-авно!».

А Ваня же - как не бился, заслонку отворить не может, чувствует, как под ним разгорается огонь.

- Ты что же делаешь, бабуля? Как можно живого человека вот так в печи?

- А чего такого? - Старуха злобная смеётся да дрова подкидывает. - Вы едите животных, тоже готовите их в печи. Так и я, тоже люблю печь. Времена, когда людей сырыми ели давно прошли! Прогресс! Цивилизация!

- Но мы же люди! Как могут люди так поступать?

- Ой, милок! Не смеши! Есть места, где это большая честь. А тебя я даже солью посыплю.

Такая честь Ване по душе не пришлась, а в печке всё жарче становится и дышать труднее:

- Так, там-то должно по согласию же! А ты против воли!

А старуха всё смеётся и полешки подкидывает.

«Ну, вот и всё, не спас я сестрёнку…», подумал Иван, и вдруг он вспомнил про воду из ручья. А как выпил из фляги – жар пошёл, испариной Ваня покрылся, подымился, да стало легко-легко и вовсе не горячо. А старуха меж тем:

- Что молчишь? Скончался аль обиделся?

Задумался Иван и говорит:

- А ты когда топить начнёшь?

- Так я уже!

- Так холодно! Чай не май месяц, подбрось полешек!

Удивилась старуха, в топку заглянула – горят поленья, жар идёт.

- Давай уже быстрее, кидай поленья. – Закричал старухе Ваня и устроился поудобнее. – А то замёрзну сейчас! Тут как в погребе сыро!

- Да не может быть! - Открыла старуха заслонку, а Ваня изловчился, выскочил, старуху саму в печку закинул, да заслонку закрыл.

- Ой! Жарко! Ой Горячо-о-о! – Вскричала старуха.

- Конечно горячо! Ты же топила!

- Выпусти меня, я же старая! Не будешь же ты меня есть!

- В каких-то местах это большая честь. И соль у тебя найдётся!

А баба Яга тем временем в печи как уж извивается, пола коснуться не может, дым идёт. По заслонке стучит, а выбить не может – Ваня крепко держит.

- Выпусти меня, родненький! Всё что хочешь сделаю!Всё что скажешь! К Кощею надо? Так у меня есть волшебство, прямо в замок доведёт!

- И обратно!

- И обратно отведёт!

- Чтоб Кощей меня слушал, да козней не плёл!

- Ну нельзя же так торговаться, когда один человек в печи!

- Обещай, что помогать будешь честно и не попробуешь съесть!

- Обещаю!

Выпустил Иван старуху. Выскочила та, да как ужаленная в бочку с водой нырнула. Сидела под водой долго, а когда вылезла посмотрела на Ваню смиренно, говорить нечего не стала, порылась в своём сундуке и достала клубок ниток красных.

- Кощея заставить слушать тебя я не могу, не в моей он власти, но вот туда и обратно дойти помогу, да совет дам.

Пошептала она что-то в клубок, вырвала у Вани клок волос, да вплела его в нитки.

- Как дойдёшь до леса – кинь его на землюю и скажи: «Клубок, клубок, веди меня в замок тёмный, в замок холодный, где Бессмертный сидит, свою смерть сторожит», а как обратно пойдёшь: «Клубок, клубок, отведи меня к Яге-костяной ноге, пусть она к себе пустит, да в мир выпустит».

Повторил Ваня за ней несколько раз заклинания, кивнула старуха да как скажет:

- А ну! Избушка повернись к лесу передом!

Завертелся весь дом, закидало Ваню из стороны в сторону, а старуха предупредила: - Кощей богатый, хитрый, своё отдавать не любит, а своим считает всё, что заполучить ему по силам. Запомни, когда до благодарности дойдет.

Как договорила Баба Яга, так изба остановилась, а Ваню из дверей выкинуло прямо на сыру траву перед лестницей, и дверь закрылась. Посмотрел Ваня по сторонам и видит - выкатился он к ногам красно-девицы – белое личико с румянцем, черные, как вороново крыло волосы и тонкий стан, а в руках она держит цветы полыни и мака. Затрепетало сердце у Ванюши:

-Здравствуй, красна-девица!

Громко засмеялась красавица, смех её по опушке прокатился, а затем и по лесу понёсся. А молодец только опомнился, что на траве лежит, вскочил, отряхнулся:

- Меня зовут Иван. Крестьянский сын. А тебя как величать?

Усмехнулась опять красно-девица и сказала:

- Мы здесь не представляемся, Ванюша. Кто твоё имя знает, тот тобой и владеет.

И дальше вопрошает:

- Живой ты ещё, что за судьбинушка принесла тебя сюда?

Рассказал ей Ваня про сестру и про замок Кощея, посочувствовала ему девица:

- Несла я бабушке букет, но нравишься ты мне, так что помогу, – она протянула Ване маковый цветочек. – Держи его за ухом, никому не передавай, а как будет совсем туго, вытащи, да кинь под ноги.

Пристроил Ваня цветок, как велела девушка, а красавица тем временем поднялась на лесенку избушки.

- Как за тебя посвататься? – Окликнул Ваня.

Засмеялась снова девица, да так, что эхом горы загудели и избушка затряслась.

- Посватаемся. Обязательно, – ответила девица и ушла в избу.

Огляделся Ваня и понял, что лес уже другой, деревья мёртвые, кривые, листва опала, трава выцвела, словно осень уже пришла, птиц не слышно, ветра нет, даже солнца не видно. Пожал плечами и пошёл по тропинке к краю леса. А там уж Волк поджидает, в кустах прячется.

- Ты что же в кустах к траве прижался?

Волк только глянул в сторону избушки, не вышел ли кто.

- Кто эта девица? Цветок вот дала, да посвататься обещала.

Посмотрел Волк на Ваню, на цветок, на клубок, выдохнул да говорит:

- Ох, Ваня. везучий ты человек: кикиморы не утопят, Яга не съест, даже вот цветок раздобыл. Видать и правда к Кощею надо идти.

- Так что же ты, надеялся, что меня со свету изведут? Нарочно что ли опасностям подвергал?

Обиделся Ваня, но Волк ему и говорит:

- Не сердись, Ваня, нельзя иначе было! А теперь нам любая опасность не страшна в лесу! Бросай клубок, пойдём!

Ваня бросил клубок, заклятье произнёс, и в тот же миг подскочил клубок и покатился в лес, оставляя за собой след. Забрался Ваня на Волка и помчались они за клубком.

Долго ли, коротко ли, выбежали они из лесу к замку серому, мхом поросшему, с бойницами тёмными и перекинутым мостом через ров. Кричал Ваня, Волк выл, да только двери им никто не открыл. Расстроились они, сели у дороги и стали ждать, когда откроют. Ваня со скуки достал флейту и начал играть.

И тут – на те – опустился мост, вышли стражники, да не двое, а десяток целый.

- Кто тут играет?

- Я играю. Пустите к Кощею!

- Не положено играть. Прекратите.

Ещё раз заиграл на флейте Ваня. Рассердились стражники, хотели взяться за оружие, но заметили цветок у него за ухом.

- Что же ты молчал? Иди. - Расступились тогда стражники и разрешили им пройти. Ваня от удивления даже не понял, что произошло так удачно, но зачем отказываться, когда пропускают?

Идут Ваня да Волк по замку, смотрят по сторонам, Ваня дивится, Волк же серьёзен и хмур. Из темноты на них глаза голодные смотрят, да только подойти никто не решается. Так без препятствий вошли они в тронный зал - просторный, полный людей и чудищ разной масти, а посреди всех Кощей на троне восседает.

Поднялся Кощей и говорит:

- Кто пустил живого в мои чертоги?

Обернулась толпа на Ваню и на Волка. Расступились. А Ваня смотрит – всё упыри, утопцы, да прочая нежить. А посреди зала гроб стоит и в нём – ни жива, ни мертва - Аннушка лежит.

- Я за сестрой своей пришёл!

Рассмеялся Кощей, захохотали в зале.

- И это твоё желание? Весь твой план прийти и сказать: «Отпустите». Да кто же тебе её отдаст? Мы её честно украли. Большего не хотели, а ты сам пришёл.

Подошёл Кощей к Ване и зубы свои оскалил – думает, как быть – съесть или поиздеваться ещё, но тут костлявый заметил маковый цветок у него за ухом.

- А… Вот как. Не знал, не знал. Извиняюсь. - Развёл Кощей руками. - Я вас не трону, хорошо. Но сестру вернуть не могу, ибо интерес тут государственный. Видишь ли, завелось у нас чудо-юдо болотное и управы на него у меня нет. Чар оно не боится, железа мёртвого тоже, а вот подчинённых моих ест и ест. Договорились мы на том, что раз в месяц будем мы давать ему живых детишек. Они сытные, хорошие… Вот так и жили, пока не объявился ты.

- Так что же? Вы хотите сестру мою скормить чудищу болотному? Нет уж! Не позволю.

Задумался Кощей и говорит:

– Что же, благоволит тебе Госпожа, перечить не буду. Вот только и я действую не ради наживы и не из прихоти, а по необходимости. Чтоб не было у нас оказий, выбери ребёнка, которого мы к чудищу отправим вместо твоей сестры.

Зыркнул Кощей на Ваню, а тот аж обомлел.

- Или может нам можно похищать любого кроме тех, что в твоей деревне?

Сжал кулаки Ваня, да ответить ничего не может гнев и гнев, и обида и возмущение рвутся наружу, чувствует он своё бессилие. А Кощей продолжает:

- Не хочешь, чтобы чудище болотное сыто было ей или другими детьми? Тогда помоги мне, а я уж помогу тебе.

А у Вани даже дыхание сбилось:

- В смысле поможешь?! Это ты же и твои прихвостни сестру украли.

- Да, но в государственных интересах, – развёл руками Кощей – избавь нас от чудища, а если сам не можешь, найди помощника, тогда я сестру твою отпущу и других детей не будем воровать. Даю тебе трое суток. Потом тоже можешь чудище убить, но сестру твою оно уже съет.

- Я за всю жизнь воителей не видел, а ты говоришь за три дня найти. А чем сражаться? Как сразить?

- Вот Волк подскажет. А сейчас прошу прощения, дела государственные: делегация упырей.

Щёлкнул Кощей пальцами и оказались Ваня с Волком на тропинке возле замка. Огляделись они по сторонам. Дорога одна, ворота закрыты, стража, как на флейте не играй, не выходит. Один раз только из лука выстрелили, да не попали. И пошли Ваня с Волком по дороге дальше. Идут, задумались, Волк тут заговорил:

- Нужен нам, Ваня, меч кладенец, да ещё тот, кто с ним управиться может. Дело не простое – смекалка нужна, решительность, а там уж меч сам сработает.

А Ваня всё голову ломает: что в доводах Кощеевых не так? Слишком уж много сомнений вызывают они. Осознал причину, обдумал: - А знаешь, Волк, мерзавец ваш Кощей, свою проблему он решить не может, так просто тряпкой дыры затыкает! Чудище завелось? Так найди управу! Не можешь – попроси о помощи. С какой это стати, он стал детей похищать? По какому такому праву? Что за паразит такой? И уж эта его «Услуга за услугу» - теперь и моя преграда чудовище окаянное! А я ведь сестру хотел спасти, а не его беды устранять! Не было бы этого, если бы умел дела государственные делать, да не перекладывал с больной головы на здоровую! Каков подлец!

- Так, что же ты, Ваня, в замке-то молчал?

Замялся молодец:

- Я вот только осознал.

- Ох, Ваня, быстрее тебе надо соображать. Особенно с Кощеем. Теперь уж поздно.

Задумался Ваня, как взять да чудище болотное победить. Он и меча-то раньше и не видел. Чай не дурак, конечно, – богатыря он в детстве изображал, смекнёт, как мечом махать. А толку-то что? Тут воин нужен, да только где его взять? Царство иномирное, волшебных существ полное, может и воители тут бродят - подвиги совершают? Но как их убедить помочь? А может герой всегда на выручку придёт? А почему тогда сам Кощей не найдёт такого победителя?

- Может есть тут место, где отыщется воин? – Спросил он у Волка.

- Может быть и есть, но я сильно сомневаюсь, чтоб нашёлся живой да вооружённый.

Шли они дальше и думали. Пока не достигли на развилки. Направо – город, налево – меч. Поразмышляли, и решили за мечом сначала идти, так лучше.

По лесным дорожкам, по горным тропочкам, пришли Ваня и Волк к тёмной пещере. Зажёг Ваня последнюю свечу, и вошли они внутрь, а пройдя всю пещеру вышли с другой стороны горы на пустой мост, на конце которого стоял пьедестал с мечом.

- Вот скажи мне, - обратился Ваня к Волку, - разве нельзя спрятать меч в приятном месте, где-нибудь, рядом с речкой да ушицей? – Представил себе Ваня лето, солнце, да суп рыбный в котелке варящийся, тут же заурчало у него в животе. «Как давно я не ел?», подумал Ваня, «А сколько уже не спал?». А ещё вспомнил Ваня сестру, братца и родителей. Как они там? Даже не забыл, внучку Бабы-Яги. Приуныл наш Ванюша.

- Тогда бы меч был бы доступен любому.

- Он и сейчас передо мной. Просто пройди и возьми.

- Пройди.

Только собрался Ваня вступить на мост, как ему показалась матушка и говорит:

- Постой, сынок, не ходи туда. Обманывает тебя Кощей, со свету он тебя сживёт.

- Матушка? – Изумился Ваня.

- Не было мне покоя, как вы с Аней пропали, многие годы у нас уже прошли, а тоска по вам не утихала. Места я себе не находила, и вот теперь я тут, тебя лишь бы спасти …

Загрустил Ваня от услышанного. А Волк ему и говорит:

- Не верь, это змей принял облик на мамы твоей, чувствует, что тоскуешь.

Понял тогда наш герой и подтвердил:

- Не стала бы матушка, такое делать. Есть ещё Вася, которого она не оставила бы! А ну прочь, змей проклятый!

Топнул на него Ваня, как замахнулся, да змей облик сбросил, взмыл вверх в небо, оставив изумлённого Ваню следить за ним:

- Ох, чувствовал я сердцем подвох, да вот головой понять не успел – всё обмануть себя хотел.

- Впредь будь умней - чувствуешь что-то не так, не верь… И не соглашайся сразу на предложения хитрецов.

- Да полно те Кощея вспоминать.

Взяли они меч-кладенец, да пошли обратно. Начало темнеть, как могло небо стало тёмно-серым, да цвета поблекли, попросился Волк тогда поспать и говорит:

- Я сделаюсь маленьким и в сумке у тебя помещусь. Мы, четвероногие, быстрей устаём, а я так ещё и набегался с тобой на спине.

Согласился Ваня и пошёл дальше так с мечом в руках и с Волком в заплечной сумке. Долго ли, коротко ли он шёл, как вдруг на тропу выскочили вооружённые до зубов разбойники, и их главарь – лысый, круглоголовый - спрашивает:

- А ну! Откуда у крестьянина меч?

- А тебе какое дело? Есть и есть. – Ответил Ваня.

- Да что толку тебе от него? Ты же его даже не с той стороны держишь! – Засмеялся главарь, вместе с ним и разбойники.

Растерялся Ваня, замешкался, да посмотрел на меч – какая сторона «не та»? А главарь этим самым моментом воспользовался, да меч вырвать пытается. Но и Ваня не робкого десятка – не даром же всю жизнь тяжёлым крестьянским трудом занимался - потянул он клинок на себя одной рукой, а второй рукой супостату по голове как стукнул! Бац! Кубарем покатился главарь и кричит:

- Режьте его! Убейте его! Меч отнимите!

Схватились бандиты за оружие, но тут из сумки выскочил Волк, таким большим сделался, так злобно рыкнул, что даже Ваня чуть на утёк не кинулся, а у разбойников уж только пятки засверкали!

- Ох и страшный же ты! – усмехнулся Ваня. – Сам чуть не убежал!

Посмеялся Волк над ним, да обратно в суму спать залез, а Ваня тем временем в город отправился – искать того, кто чудище болотное убить сможет.

Никогда раньше больших городов Ваня не видел, вступил в предместье – так и поразился: дома стоят вплотную, огородов нет, а самих людей столько, сколько и на ярмарках не бывает. Поражало Ваню всё: одежда не одинаковая, народ разный – русые, раскосые, смуглые, бледные, жёлтые, коричневые, даже чёрные как смоль. Но все они как будто примороженные. Дивился Ваня городу, а жители дивились и ему, ведь не каждый век они живого человека видели.

Бродил Ваня по городу целый день, с кем не заговаривал – не понимали его, а если и отвечали, то на иноземном. Пока не нашёл он работающего в кузне мужичка. Обрадовался тот, да и начал про село своё расспрашивать, живо ли оно, хорошо ли всё у них, да вот только ответить Ваня ничего не мог – не слышал он про такую деревню. Тогда мужичок, времени не теряя, дознался откуда Ваня и начал звать тех, кто был в округе. Собралась толпа, да как давай голосить:

- Так он из Никольской?

- Нет, из Иваново!

- Нет, это он Иван, а сам из Петрово!

- А какое Петрово?

- Да рядом с Васильево!

- Так нет!

- Расскажи, как там у нас на Родине? Кто правит?

Растерялся Ваня. Он-то до этого мало где побывал - на пару деревень только, да что один князь в округе не менялся уже давно.

- Князь, - говорит Ваня, - Игорь. Правит уж сколько я живу.

- И никак его не свергнут?

- Пытались, да слабоваты оказались.

- А какой Игорь? Первый али второй?

- Второй, видать. Если ж мы при первом умерли.

Закипела толпа забурлила, да никак они между собой понять не могут, откуда Ваня пришёл, при ком живёт, да что расскажет. А потом и вовсе на Ивана люди ополчились:

- Ты что же, щучий сын, народ собрал? Отвлекаешь нас от работы! Живой, мол, пришёл, а ничего ответить толком не можешь! А ну проваливай отсюда!

Разозлились, да хотели поколотить Ваню. А наш герой на лавочку вскочил и кричит им:

- Люд честной! Я новостей вам не обещал, по городам не ходил, ваших родственников не искал! Извините, не знал я, что потребуется. А пришёл я не для потехи и не чтобы люд от работы отвлекать. Сестру мою живую Кощей похитил, и чтобы спасти её, нужно мне чудище болотное убить! Вот у меня меч-кладенец, ищу я того, кто готов сразиться с чудищем!

Замерла толпа, задумалась, переглянулись между собой люди, кивнули – согласовали решение - закидали Ваню капустой да яйцами тухлыми, и прогнали из города.

Расстроенный Ваня нашёл ручеёк, умылся, напился, одежду отстирал, огонь развёл, чтобы сушиться, да краюшку хлеба достал, Волк из сумки вылез, посмотрел он на Ваню, да говорит:

- Прогнали?

- Прогнали.

- До другого города теперь? Далеко идти.

- А на спине не получится?

- Обещал я тебе помочь и помогу. Но только вдруг тебя там тоже прочь погонят? А сестру твою, пока мы обернёмся уже чудищу на съедение отдадут.

Ваня выдохнул тяжело да начал проблему мозговать: видно, что не найдётся никого, кто на бой с чудищем готов выйти, да никак себе поверить не хотел. Однако понял действительно: зачем кому-то выходить по его зову сражаться с чудищем? Ради кощеевых подчинённых? Нет. Ради Ваниной сестры, а кто она им, чтобы рисковать… Чем они тут рискуют? «Вот же люди. Даже в этом мире ничего делать для других не будут. Сестра моя, дорога она мне, спасать её я пошёл, и с чудищем, значит, сражаться тоже мне следует.», - решил Ваня. И мысль эта отогнала его плохое настроение и внесла ясность в его голову.

Потянулся Ваня, зевнул и понял, что таким усталым воевать идти нельзя, а следует подготовиться. Разжёг он костёр посильнее, себе лежанку сделал, уселся на неё немного поиграть на флейте, да сморило его крепким сном. Снились ему мама, папа, брат с сестрой, да красно-девица под конец, смеялась она и говорила: «про цветочек мой помни, женишок!».

Хорошо выспавшись, Ваня отправился сражаться с чудищем. Шёл он с Волком по лесной тропинке, а лес становился всё гуще, мертвее и мертвее, а потом и небо заволокли тучи, и разразился гром, засверкали молнии, ветер подул с такой силой, что с трудом можно было продвигаться вперёд. Ваня с Волком спрятались за пригорком от ветра, дух перевели, а потом продолжили. Разразился ливень, гром гремел не переставая, а Волк и Ваня по земле чуть ли не ползли, но к цели приближались, и вскоре вышли к болоту. Гром перестал греметь, молнии пропали, ветер стих, птиц и так слышно не было.

- Вот тут оно и живёт. – сказал Волк.

Крадутся они по болоту, высматривают чудище, как вдруг забурлила вода рядом с Ваней и выскочило чудище – размером с княжий дом, волосатое, длинношеее, с пастью как ворота, да головою как сарай. Не успел Ваня вытащить меч, как чудище его и проглотило.

Оказался Ваня в утробе чудища, тесно, скользко - меч выхватить не получается, тухлым пахнет, так что дышать невозможно, а в придачу ещё и трясёт жутко. «Видать, чудище за Волком гоняется», подумал Ваня, «Надо как-то выбираться». И вспомнил про маковый цветок: «Хуже уже точно не будет,» - вытащил его из-за уха да бросил под ноги, а цветок на листочки разлетелся.

Затрясло тогда чудище. Задышало оно тяжко, а Ваня свежего воздуха вдохнул. Чудище зачихало, раз, два, три. На третий и Ваня из пасти выскочил. Достал он меч-кладенец из ножен и побежал от чудища проч. Оно зубами клацает, ногами топает, но Ваню с его деревенской прытью поймать не может. Долго вилял Ваня, пока не заметил уголка укромного за ухабом большим. Там и спрятался, а когда чудище рядом проползало – взмахнул мечом да ударил его по шее. Сверкнула молния, раздался гром, слетела голова чудища и тварь испустила дух.

- Ничего себе! Ято я, оказывается, могу. – Восхитился Иван своей же прыти, а затем и подивился мечу, похвалил Ваню пришедший Волк, и отправились они в замок к Кощею, где уж всем была известна победа, а потому ворота им открыли, расступились перед ними в зале гости, стражники и даже Кощей с уважением отнёсся. Говорит:

- Вот это воин! Вот это молодец! Сразил ты чудище, почти не спал, не ел. Устал, поди? Давай, ты отдохни, мы подготовили тебе ложе, а завтра уж сестру твою отпущу и тебя в путь-дорогу самолично провожу.

Расслабился наш Иван – и правда! Путь был долгий, сложный, а Кощей гладко всё стелет, да в покои Ивана отводит:

- Ты ляг, поспи. А хочешь ужин званный сделаем? У нас тут бургундское вино, такого ты не пил. Ты вообще вина не пил, а тут попробуешь сразу лучшее! С уткой по-пекински. Слышал о таком блюде? А о городе? Нет? Так это ничего, что они тленом отдают – у нас тут всё такое. Но вкус всё равно великолепнейший – ты и близкого к такому не ел и не пробовал.

Почти со всем согласился Ваня, но Волк ему опять в глаза смотрит и головой мотает.

- А тшить! – Рявкнул на Волка Кощей, и тот приник к полу. – Так соглашайся, Ванюша, ты у нас почётный гость – избавитель от чудища.

Хотелось Ивану спать, желудок от голода уже давно к позвоночнику прилип, к счастью, вспомнил он совет бабы-Яги. Подошёл к кровати и ткнул её мечом, в тот же миг захлопнулась она как капкан. Сразу сон прошёл у нашего героя, про голод он забыл, обнажил меч да говорит:

- Не надо мне почестей твоих, хитрец костлявый! Не забыл я зачем пришёл! Верни сестру, да детей прекрати воровать, как уговаривались! А не то разнесу я замок – камня на камне не оставлю!

Для убедительности ударил Иван по стене, затряслась она, заходил замок ходуном. Как так? Сам не понял. А Кощей даже не рассердился, не моргнул и не скривился, пожал плечами, сестру Ивану отдал и приказал больше для чудища детей не похищать. Раз уж не удалось избавиться от Ивана то придётся сделку выполнять.

Вынесли сестрёнку Ивану, а она спит, проснуться никак не может. Как не будил её Иван, всё без результата. Посмотрел он тогда на Кощея, а тот только руками разводит, мол, сестру мы тебе вернули живой, а что спит беспробудно – тут уж ничего не обещали.

Совсем было отчаялся Иван, как Волк тихонько носом тыкнул во флягу с водой из того самого ручья.Сообразил Ваня, что к чему, да напоил Аннушку живой водой, и та сразу ожила. Не признала сестра сначала брата своего, а потом так обрадовалась, на шее у него повисла и плакала-плакала, рассказывала, что снилось ей, как бежит она по тропинке к маме, а та всё отдаляется и отдаляется. Успокоил сестрёнку Иван, посадил на Волка, клубок магический бросил, заклинание нужное сказал и побежал рядом с Волком прямо до избы Бабы-Яги. А как пришли, старуха уж дивилась:

- И как же ты справился со всем, крестьянский сын?

Пожал плечами Иван:

- Делал всё по очереди и пользовался советами.

Восхитилась старуха, посмеялась, да выпустила Ивана и Аню в мир, где уже ждал их Волк. Донёс их Волк к деревне, а сам идти из лесу не стал:

- Вот и всё, Иван. Мой долг оплачен, да и из лесу мне выходить не хочется.

- Ну, что же, прощаемся, братец Волк?

- Если понадоблюсь, заходи в лес, играй на флейте и я приду.

На том и расстались.

Волк отправился в лес, а Иван сестру свою домой вернул. Радовались родители, а вся деревня уже дивилась – месяц детей не было, казалось, совсем пропали Иван и Аня, однако благополучно вернулись.

И зажили все как раньше. Иван стал завидным женихом, пытались его сватать с девушками из других деревень, но вот только думал он о той красно-девице, что маковый цветок ему подарила. Решил Иван найти её. Предупредил родных, сказал, что пошёл искать невесту, собрал пожитки и отправился в тёмный лес. Изумились в семье выбору направления, но решили, что ему виднее.

Иван тем временем зашёл на опушку, где Волка в первый раз встретил и стал играть на флейте. Когда Волк появился, рассказал ему Ваня, что хочет ту красно-девицу отыскать. Послушал его Волк и говорит:

- Не нужно тебе это, Иван. Найди себе другую невесту.

- Не могу, брат-Волк, всё о ней думаю, не выходит она у меня из головы. Отведи меня к старухе. Может, она подскажет.

Нехотя согласился Волк помочь Ивану, пришли они к Бабе-Яге, а та, когда узнала о его просьбе, обругала нашего героя на чём свет стоит, да метлой выгнала из избы. И стал Ваня бродить по городам да сёлам – искать свою возлюбленную, да никто не видел её. Обращался Ваня к гадалкам, к колдунам, да никто помочь ему не мог. А Волк всё время у него в сумке прятался – смотрел, как люди живут. Интересовался.

Долго странствовали, совершил Ваня не мало подвигов, пока в одной из деревень не заприметил Ваня девицу, которая понравилась ему. Звали её Марфой - и умница, и красавица, всё при ней, но только красно-девица всё ещё не выходила из головы Ивана. Сказал ему тогда Волк:

- Ты человек и бери человечье, не отказывайся от своего счастья ради погони за той, от которой не скрыться.

Послушал Иван своего друга и женился на Марфе. Переехали они в деревню Иванову, отстроили дом, детей нарожали, Иван стал деревенским старостой и построил в деревне мельницу, кузницу, да школьный класс, где детей грамоте учили.

А Волк стал в лесу рядом с деревней жить. Помогал он охотникам – выводил их из лесу, всякую порчу и беду отваживал от деревни. Привыкли к нему деревенские и так полюбили, что сделали из дерева фигуру в полный рост, да установили на входе.

Когда овдовел уже постаревший Иван, а дети его своими детьми обзавелись, сколотили они с Волком избушку в лесу да поселились там: днём к Ивану за советом ходили деревенские, а вечерами играл он на флейте для Лешего и Волка.

И вот, однажды ночью, кто-то постучался в дом уже совсем старого Ивана, открыл он дверь, а там стояла та самая красно-девица, ничуть она не изменилась. Улыбнулся ей Иван, а она ему. Обернулся тогда Иван добрым молодцем, крепким и сильным, каким был в молодости, а Волк заскулил и заплакал.

- Не печалься, мой верный друг, - сказал ему Иван, - мы обязательно встретимся с тобой ещё не раз!

И ушёл Иван с красно-девицей в тёмную ночь. А Волк поплакал-поплакал да на рассвете в лес бежал.

Ничего не тронуто было в избе Ивана, когда пришли туда люди, только куда-то задевалась его любимая флейта.

Так что, гуляя по лесу, вы можете попробовать насвистеть мелодию, и, быть может, Леший вам подыграет.

Вот и сказочке конец, а кто слушал – молодец.

Сказка – выдумка, да душе отрада.