Сказка о волшебной стране

Глава 1

Есть на свете Волшебная страна. Возможно, раньше она называлась как-то иначе, но сейчас уже не осталось тех, кто бы об этом помнил. Волшебной она стала после того, как все до единого жителя страны стали счастливы. Результат не заставил себя долго ждать: с этого мига в стране всё стало так прекрасно, что с каждым днём и даже с каждым часом делалось всё лучше и лучше.

Попав в Волшебную страну, можно было подумать, будто оказался в самой настоящей сказке. Где на улицах все люди улыбаются друг другу, да и сами улицы настолько чистые и красивые, что поверить в их реальность почти невозможно. Семьи живут мирно, дружно и ладно. В домах царит уют и порядок. В садах и полях растут прекрасные плоды. Любые дела здесь спорятся и происходят будто бы сами собой. А всё потому, что каждый из жителей — настоящий Мастер своего дела. И договариваться людям легко и просто, ведь они искренне заботятся друг о друге, и каждый день понемножку улучшают мир вокруг себя. А об их веселых красивых праздниках и вовсе слагаются легенды — праздновать жители ещё как умеют!

Да, это была самая настоящая Волшебная страна, где все по-настоящему счастливы. И пусть территория в ней совсем небольшая и состоит всего лишь из одного города — столицы, никому не удавалось повторить её успехов.

Жители других стран никак не могли понять причины такого различия. Вроде бы, они ничем не отличались от волшебных соседей, однако дела у них шли не так уж, чтобы совсем гладко. Поэтому они регулярно наведывались в Волшебную страну, чтобы научиться и в точности повторить у себя дома всё то, что делали жители Волшебной страны. Те охотно передавали гостям свои знания, наставляли их и обучали, ничего не скрывая. Однако почему-то всё равно дела у их соседей продолжали идти так-сяк. «Может быть, всё дело в удаче?» — сетовали они. Но дело было вовсе не в случайном везении. А в чём же тогда? На самом деле, секрет заключался в том, что люди, живущие в Волшебной стране, были по-настоящему добрыми.... Ну да, а ещё — немного магии, которая, впрочем, тоже стала следствием их открытых сердец. Ведь как только все жители стали добрыми, чтобы использовать своё волшебство только во благо, у каждого проявились уникальные дары и таланты. Благодаря этому Волшебная страна процветала, становясь всё краше с каждым днём.

Глава 2

Но вот однажды зимой в столице Волшебной страны появился один странный человек. Он был мрачным, хмурым и неприветливым, совсем не таким, как все волшебные жители. Кто он был и откуда? Неизвестно. Поговаривали, будто это – самый настоящий тёмный колдун, пришедший из-за Чёрных гор, однако жители Волшебной страны не привыкли злословить, потому и разговоры эти затихли сразу же после того, как появились.

Странный мужчина поселился на окраине города в каменной башне, которая пустовала многие века, и пропал из вида. Жители несколько раз навещали странного гостя, однако новый хозяин не открывал им дверь. Из узкого окошка, что на самом верху башни, в ответ на стук или приветствие раздавались только его крики: «Убирайтесь отсюда!» или «Я вам еще покажу!» Тогда договорились между собой волшебные жители, что будут по очереди приносить вкусную еду этому странному человеку и регулярно оставлять её у дверей, чтобы тот не остался голодным и стал хоть чуточку добрее. Люди перестали задаваться лишними вопросами и зажили прежней жизнью, из сострадания продолжая заботиться о мрачном человеке, который (вот чудак!) почему-то решил спрятаться от них.

О здоровье человека, живущего в башне, местные жители не беспокоились. Аппетит у него был явно отменный: съестное, оставленное у двери, исчезало с такой же регулярностью, как и появлялось. Да и судя по странным стеклянным сосудам, которые они время от времени находили в кустах у башни и на дороге к ней, можно было понять, что житель башни всё же иногда прогуливается, а это, как известно, полезно для здоровья и нервной системы. Только для чего он разбрасывал эти мензурки, колбы и пробирки, которые обычно используют в лабораториях? Жители волшебного города решили, что житель башни — учёный, и стали не только сочувствовать ему, но даже прониклись уважением к новому жителю и отчасти гордились им.

Так прошло пару месяцев, и каждый день в Волшебной стране был по-новому другим, и в то же время одинаково светлым и счастливым, а ночи — тихими и звёздными.

А потом вдруг в этом городе стали появляться летучие мыши, которых в Волшебной стране раньше не бывало. И стало происходить что-то чрезвычайно странное…

Вначале никто не придал этому значения. И уже немногие могли вспомнить, кто из местных исчез первым: приветливая мастерица по плетению корзин Индри, старик-плотник Лот или гончар Сеу. Если кто-то и стучался к ним в дом (а это наверняка происходило, причём довольно часто, ведь волшебные жители любили ходить в гости и заглядывали друг к другу без всякого повода), то никакого ответа они точно не получили. И потому они решили, что не застали хозяев дома, а значит лучше им зайти позже, как-нибудь в другой раз. Вот если бы не открыл дверь пекарь или молочник, либо не вышел на пост дежурный по ночным фонарям, возможно, тревогу забили раньше.

А мы, внимательно наблюдая за этой далеко не самой весёлой историей со стороны, знаем, что череда исчезновений в столице началась с маленькой Дотти — дочери прачки Фебы. Их дом стоял прямо по соседству со старой башней.

Глава 3

В то прохладное майское утро шестилетняя Дотти, с опаской озираясь по сторонам, торопливо выскочила за ворота. Ей было отлично известно, что делать этого без мамы или старших друзей, которые жили за сопкой, категорически нельзя.

Дом прачки Фебы одиноко стоял у реки, как раз там, где удобно полоскать белье в чистой проточной воде. Все их соседи жили гораздо ближе к городу. Фебу же пугала не столько близость странной башни, сколько лес. Ведь там с дочкой могло случиться что угодно! Она могла не заметить спящую змею и наступить на неё, либо позариться на ядовитую ягоду. Да и обрыв у реки — не лучшее место для ребёнка. В то же время Феба понимала, что рано или поздно ей придётся отпускать Дотти гулять одну, и потому каждый день они вместе выходили со двора, и мама рассказывала дочке о том, как правильно вести себя в той или иной ситуации.

Хотя… Честно признаться, это происходило вовсе не каждый день. Иногда работы было слишком много — не только стирки, но и обычных хлопот по хозяйству. И порой Фебе хотелось просто посидеть у окна с чашкой чая из душистых трав или заняться вязанием вместо того, чтобы бродить по лесным полянам, едва успевая вслед за шустрой дочуркой.

Дотти слышала от своих приятелей-близнецов, что таинственный господин, поселившийся в башне — самый настоящий учёный. И вот вчера она, проходя с мамой мимо тропинки к башне, заметила в кустах интересную стеклянную штучку. Дотти точно знала, что мама не разрешит подбирать «всякую ерунду» и теперь поход к башне казался малышке настоящим приключением. Впрочем, так оно и было.

Девочка пока ещё не придумала, что именно сделает с этой стекляшкой. Скорее всего, поставит в неё крошечный букетик цветов — такая вазочка в самый раз подойдёт для её садового домика. В любом случае, Дотти во что бы то ни стало решила раздобыть эту штуковину. Выбрать время для похода к башне оказалось несложно, потому как Феба только что спустилась к реке, оставив дочку «за старшую» с важным поручением — отдать чистое выглаженное бельё Сибу, старшему сыну виноградаря, если тот появится на пороге.

«Я мигом, туда и обратно!» – решила Дотти и вприпрыжку пустилась по тропинке, которая вела прямо от самой калитки на главную дорогу и затем, боковым ответвлением — в лес, на опушку, где стояла башня.

И вот спустя несколько минут девочка уже внимательно оглядывала землю у кустов, где ещё вчера лежала та самая заветная «вазочка». Правда, сейчас в траве лежали только сухие обломанные ветки, а больше ничего не было. Разочарованная Дотти от досады топнула левой ногой по пыльной тропинке. По странной случайности тут же поблизости раздался скрип петель — это отворилась старинная деревянная дверь башни, окованная заржавевшими металлическими полосками.

На пороге стоял тот самый странный человек, которого между собой волшебные жители стали называть Учёный. Им оказался самый настоящий старик (именно так оценила Дотти его возраст). Хотя, возможно, старым мужчина казался из-за непривычного для Волшебной страны выражения лица — хмурого, мрачного и неприветливого, а ещё — из-за глубокого шрама на щеке. Мужчина был одет в чёрный и, похоже, не совсем чистый балахон. Кроме того, его волосы, явно немытые пару-тройку недель, свисали вдоль лица наподобие пакли. «Моя мама точно бы смогла почистить его одежду, а цирюльник — привести в порядок причёску», – деловито подумала Дотти.

– Девочка, пойди сюда! – хрипло крикнул Учёный, обращаясь к Дотти, вскинул руку в требовательном жесте и, не дождавшись от неё мгновенной реакций, тут же и добавил угрожающе, – Если не подойдешь, будет хуже!

Дотти нерешительно подошла к нему и растерянно остановилась подальше, где-то шагах в десяти. Малышка привыкла, что взрослых нужно слушаться и помогать им, и все же этот человек своими криками внушал ей страх. Пожалуй, так она была напугана только однажды, когда в их дом прибежал Лори, напарник её отца. Он тоже вёл себя очень шумно, а ещё плакал, и кричал о том, что её отец Зор погиб на стройке, спасая своего друга от падающей доски. Дотти была младше, чем сейчас, и до этого ещё ни разу не сталкивалась с тем, чтобы люди вели себя так пугающе. И когда этот старик прикрикнул на неё, малышка вспомнила тот день, и растерялась.

Однако, подойдя ближе, Дотти заметила на плече Учёного странное животное. Его продолговатое тельце было покрыто не шерстью, как у собак или кошек, а тусклыми плоскими пластинами зеленовато-коричневого цвета. Вытянутая мордочка с внимательными черными круглыми глазками заканчивалась длинным аккуратным носиком. Дотти, забыв о страхе, радостно засмеялась, подбежала к Учёному и протянула руку к его питомцу.

– Это панголин. Это самец, его зовут Рон. Хочешь подержать? – девочке не были знакомы все эти странные слова, но в ответ на последнее предложение она охотно кивнула.

Учёный, едва заметно усмехаясь, стащил животное с плеча и ссадил на ближайший камень. Панголин, оглядевшись по сторонам, вдруг свернулся в подобие ракушки, прикрыв себя сверху плоским хвостом с пластинами. Дотти, не веря своему счастью, попыталась приподнять Рона, но он оказался слишком тяжёлым, а ещё – на удивление тёплым. Через минутку зверёк вытащил мордочку и с интересом лизнул пальцы девочки длинным язычком, а затем снова спрятался. Дотти ахнула:

– Какой же он милый! Можно я буду приходить и играть с ним? Или быть может, вы дадите мне Рона на пару часиков? Я покажу его своим друзьям!

Старик, кажется, совсем не обратил внимания на восторги девочки. Он аккуратно забрал панголина и снова водрузил зверька на своё плечо. Оказавшись в привычном месте, Рон проворно развернулся и вцепился в хозяина. Учёный выглядел всё так же хмуро, но теперь можно было заметить, как его глаза засветились едва заметной и непонятной девочке радостью, когда он взглянул на малышку из-под бровей. Похоже, он что-то задумал. И вместо того, чтобы ответить на вопросы девочки, Учёный поинтересовался:

– Девочка, а что ты надеялась найти в кустах?

Дотти вспомнила о цели своего похода и вздохнула:

– Я искала там вазочку для цветов, ну, то есть маленькую стеклянную штуковину, которая ещё вчера лежала в траве у тропинки. Но не нашла.

Учёный с довольным видом потёр ладони и произнёс:

– Я забрал её обратно для своих опытов, кажется, они до сегодняшнего дня были не вполне удачными. Однако у меня много таких «вазочек», и я могу отдать тебе одну для твоих забавных игр. Хочешь?

Дотти радостно закивала в ответ, но потом вздрогнула и огляделась. В эту секунду ей послышался голос отца, а ведь он никак не мог позвать дочку — его уже не было в этом мире. Тем временем старик торопливо заскочил в башню, и девочка с любопытством заглянула внутрь. Никто из её друзей не мог похвастаться такими приключениями, которые удалось ей сегодня пережить! И вдобавок ко всему, у неё теперь появилась возможность увидеть изнутри Ту Самую Башню. Хотя, к разочарованию малышки, ничего интересного она там не обнаружила. Обычный пыльный и тёмный коридор, который вёл на лестницы, одну — наверх, а другую — в подвал. Именно по второй лестнице Учёный спустился вниз и довольно долго не возвращался. Девочка уже потеряла терпение и обеспокоенно поглядывала то в коридор башни, то на тропинку, на которой вот-вот могла появиться мама. Наверняка она уже вернулась домой и, не обнаружив дочку, повсюду её ищет.

Но вот, наконец, Учёный вышел из башни, кряхтя и хрипло покашливая. Он выглядел слегка обеспокоенным.

– С вами всё в порядке? – вежливо спросила Дотти.

– Возможно, возможно, хотя теперь уже никто не может гарантировать этого, – пробормотал он и громко чихнул, – Но об этом я узнаю позже. А ты пока забирай колбу, будь она неладна, и убирайся отсюда! – Учёный протянул небольшой стеклянный сосуд, на дне которого плескались остатки какой-то ярко-зелёной жидкости.

Дотти испуганно вздрогнула, но всё же взяла заветную «вазочку». Похоже, что старик опять не в духе — опять принялся кричать. Видимо, перемены настроения присущи таким пожилым людям, как он. По предположениям девочки, Учёному могло быть лет сорок или около того. Он был намного старше её мамы. Дотти вежливо поблагодарила, и уже было собралась припустить бегом по тропинке в сторону дома, как услышала вслед:

– Послушай, девочка, мне пришла в голову замечательная идея. Ты приходи через пару дней сюда. Если сможешь, – тут Учёный недобро усмехнулся, – Я дам поиграть тебе немного с Роном, договорились? – в его голосе вдруг появились просящие нотки.

Дотти запоздало поблагодарила Учёного за подарок и пообещала зайти в гости в ближайшие дни.

Глава 4

Когда малышка Дотти прибежала домой, бережно прижимая к груди колбу, то оказалось, что мама ещё не вернулась с реки. Зато у калитки стоял Сибу. Он нетерпеливо заглядывал во двор через невысокий забор, ища взглядом хозяйку и задумчиво почёсывая рыжеволосую вихрастую шевелюру.

– Я тут! – пискнула Дотти, взмахнув рукой с колбой.

– Привет! Что это еще у тебя такое? – он присвистнул и аккуратно забрал из потных ладошек приобретение девочки. Раздался смешной звук «Чпок!», ведь девочка, чтобы удобнее было нести стеклянный сосуд, запихнула внутрь палец – он поместился туда как раз целиком.

Малышка закашлялась, запыхавшись от бега:

– Отдай, это моё! Это колба, Учёный из Башни подарил для моих кукол!

Сын виноградаря, нахмурившись, молча покрутил в руках склянку. Затем посмотрел сквозь неё на солнце, понюхал жидкость, выплеснул её на траву и затем запихнул внутрь указательный (и надо признать, не совсем чистый!) палец и затем смачно чихнул. Сибу было уже четырнадцать, потому его пальцы были гораздо крупнее, чем у шестилетней Дотти, и в «вазочку» влезли только две фаланги. Затем Сибу, потеряв интерес к странному предмету, вручил колбу обратно Дотти, но тут же переключил внимание на информацию, которой поделилась маленькая дочка Фебы:

– Так ты, получается, видела того самого Учёного? И неужто он с тобой разговаривал? Я слышал, что он прячется ото всех. Говорят, он дал обет молчания на сто восемь дней, и это помогает в его научных опытах.

Дотти, обрадовалась, что Сибу потерял интерес к вазочке, добытой ею с такими волнениями. Она открыла калитку и впустила парнишку во двор. А сама пошла в дом за бельём, поясняя на ходу:

– Он говорил со мной, да. Правда, не особенно дружелюбно. То кричал и угрожал, то вдруг так любезно разговаривал. Странный он … Но мне кажется, что этот Учёный всё равно очень добрый, потому что сам предложил мне эту штуку. И даже пригласил меня поиграть с Роном.

– Что это еще за Рон, его собака? – удивлённо пробурчал Сибу на пороге, а потом вскрикнул, – Дотти, подожди, она же тяжёлая! – и опустил корзину с тумбочки в прихожей.

Девочка бережно поставила колбу на подоконник, и очередной раз вздохнула, вспоминая странную встречу со стариком:

– Не собака, а самец, – деловито пояснила Дотти, чем вызывала жизнерадостный хохот старшего товарища.

– Это какой-то панголин, – продолжала девочка, не понимая причины смеха, – Сибу, прекрати! Это мне Учёный сказал.

– Ну-у-у, если Учёный так сказал, то панголин точно самец! – продолжал хохотать старший сын виноградаря Цира над маленькой несмышлёной девчушкой. Сама не знает, что означает слово, а вставляет его в речь так, будто понимает. Он всё смеялся, и никак не мог успокоиться.

Дотти, в шутку приняв строгий вид, скрестила руки на груди, покачала головой и поцокала языком, глядя на Сибу – в точь в точь как делала её мама, когда девочка проказничала. Она не обиделась на соседа, потому как подумала: «Хорошо, что Сибу смеётся. Обычно он такой серьёзный». Быть может потому, что Сибу — старший из трех мальчишек, и именно ему выпало продолжать дело своего отца. Для этого он и много учится, и много работает, осваивая Мастерство. У них прекрасная семья, и Дотти дружна со его братьями Сином и Саном, которые больше подходили ей по возрасту для игр.

– С самцом мне понятно. А почему он еще и «панголин»? – отсмеявшись, спросил Сибу. Вид у него после смеха был не такой серьезный, как обычно, и даже веснушки как будто проявились на щеках ещё ярче.

Дети вышли из прохладного дома и уселись на деревянный порог, уже слегка прогретый солнцем, поднявшимся над рекой. Дотти рассказала Сибу о чудном зверьке, с которым познакомилась у башни. А еще о том, что в башне есть подвал, в котором видимо размещается таинственная лаборатория Учёного.

– Хочешь, пойдем вместе туда вместе, и сам увидишь Рона? – предложила девочка.

Сибу нахмурился и стал чертить палкой на песке какие-то вензеля, а потом пробурчал:

– Некогда мне с панголинами играть, хотя, конечно, было бы любопытно на него взглянуть. Не могу, малышка, у меня зелёная подвязка винограда с завтрашнего дня начинается. А сегодня ещё буду заучивать песни, которые нужно петь винограду в это время.

Дотти захлопала в ладоши и стала просить:

– Сибу, спой мне, пожалуйста, виноградные песни! Я так люблю их! Спой, спой!

Но мальчик, видимо, вспомнил, что дел у него невпроворот, и покачал головой в ответ:

– Нет, Дотти. Пойду домой, некогда мне тут с тобой рассиживаться. Передавай маме наши благодарности за бельё. Мы с отцом по осени принесём вам несколько корзин самого вкусного и сладкого винограда.

В Волшебной стране деньги были не в почёте, хотя ими, конечно, пользовались. В основном было принято оказывать услуги бесплатно, а потом — расплачиваться за работу тем, что ты мог делать сам. И все были довольны, занимаясь делом, которое было Делом их Жизни. Например, Феба была прачкой. Но стоит пояснить, что люди к ней обращались вовсе не потому, что сами ленились стирать бельё. Одежда, постиранная заботливыми руками Фебы, неизменно приносила удачу и хорошее настроение обладателю вещи. Потому стирали у прачки-волшебницы самые разные горожане: пекари, лекари, уборщики, торговцы и даже министры.

Жаль только её отец отдал тогда свою удачу в обмен на жизнь своего напарника, когда защитил его своей спиной от падающей балки. Но это был его выбор, и все знали, что смелый благородный Зор не мог поступить иначе.

Глава 5

Когда калитка за пареньком закрылась, Дотти вернулась в дом. Она тут же заметила на столе в кухне сладкую ватрушку, которую Феба припрятала для дочки под белое накрахмаленное полотенце. Девочке пришла в голову идея — напиться из колбы, и она тут же занялась переливанием молока из кружки в сосуд. Малышка только сделала первый глоток, как тут же вспомнила о той странной зелёной жидкости и о том, как грязный палец Сибу почти целиком поместился внутри, и фонтаном выпустила молоко изо рта. В следующую секунду на пороге появилась мама и негодующе вскрикнула. Тут уж самой Дотти пришлось наблюдать ту сцену, которую она разыграла для Сибу в качестве шутки.

– Дотти, и на час тебя нельзя одну оставить! – огорчённо и в то же время ласково посетовала Феба, грозя дочке пальцем. Руки от холодной речной воды были красными и мокрыми. – Что это за игры, ты же не кит, а девочка! Я оставила тебе на завтрак эти вкусные ватрушки и молоко, чтобы тебе было вкусно, а вовсе не для того, чтобы ты вытворяла такие странные вещи!

– Да мам, извини, случайно получилось, не расстраивайся, давай я тебе помогу, – пробормотала Дотти.

Они вместе смахнули крошки и вытерли разлитые лужицы со стола, наводя порядок. После этого Феба отвлеклась на другие домашние дела, а Дотти незаметно выскользнула за дверь и припустила на задний двор. Там стоял деревянный садовый домик, который когда-то построил для своей маленькой дочки её отец. Малышка прятала там свои самые ценные сокровища: цветные стеклышки, непарные серьги Фебы, детские книжки и альбом с красками, а также несколько своих любимых игрушек. Дотти решила не признаваться маме, где она была сегодня утром и кого видела. Стеклянную вазочку, то есть колбу, девочка запихнула под соломенный топчан. Вдруг почувствовав головокружение, Дотти прилегла (только на минуточку!) и, закрыв глаза, уснула.

Ей снилось, будто наступила ночь, и у неё вдруг выросли крылья — перепончатые, черные и мохнатые. Вылетев из домика через открытое окошко домика, Дотти зачем-то полетела к башне.

Глава 6

– И-и-индри-и! – вопила молочница Лин, настойчиво постукивая металлическим молоточком по калитке. Она старалась действовать аккуратно — так, чтобы дать о себе знать хозяйке дома, и в то же время не потревожить покой соседей.

Замки и засовы редко использовались в Волшебной стране: дома и дворы закрывать было не принято. Правда, нарушать чужие границы без приглашения — тоже. Поэтому Лин, прежде чем зайти внутрь, нерешительно потопталась перед калиткой, и только потом проскользнула внутрь, оправдывая свою навязчивость искренним беспокойством о соседке. Индри уже два дня не приходила к ней за молоком, и раньше такого не бывало. Если та уезжала в гости к своим родственникам в соседние земли, то всегда предупреждала об этом. К тому же, на это время Индри обычно просила присмотреть Лин за цветниками.

Во дворе повсюду были разбросаны ивовые прутья, а рядом, прямо в самой луже, лежала недоплетённая корзина. Вчера было тепло и солнечно, а дождь зарядил только сегодня с утра. Вряд ли Индри стала бы затевать работу в такую погоду и тем более – как попало бросать свои материалы для работы. Голова Лин работала что надо, недаром она нередко выигрывала у супруга в гуны, местную популярную игру, где пригождалась логика.

– Что-то здесь произошло! – взволнованно пробормотала Лин, аккуратно поставила жестяной бидончик с молоком на деревянную скамью и поспешила в дом, громко выкрикивая имя хозяйки — на тот случай, если та всё же находится где-то поблизости.

Молочница вышла из дома меньше, чем через пару минут: обойти три комнаты (прихожую, гостиную и спальню), не составило труда. Сразу стало понятно, что Индри там не было. Аккуратно заправленная постель, идеальный порядок на кухне. В доме улыбчивой мастерицы по плетению корзин по обыкновению царила образцовая чистота. Лин растерянно опустилась на скамью, даже не сразу заметив, что она влажная от дождя. Сложив руки на белом накрахмаленном переднике, она с недоумением рассматривала неубранный двор и терялась в догадках. Куда могла подеваться Индри? Обычно в таких случаях принято узнавать последние новости у соседей, но ведь они с ней как раз жили по соседству. Пожалуй, нужно поспрашивать других местных жителей и узнать, когда они последний раз видели мастерицу.

Принятое решение придало Лин уверенности. Она поднялась и, прихватив бидон молока, который собиралась отдать Индри, пошла вдоль улицы. Лин не заметила, что под козырьком крыльца вниз головой висит странный зверёк, и похоже, что спит. Это была летучая мышь, им положено спать днём, и в этом не было ничего удивительного. Другое дело, что в Волшебной стране никогда не водилось летучих мышей, правда, знать об этом Лини не могла. А кто тогда? Пожалуй, только один-единственный человек во всей Волшебной стране.

Глава 7

Тем временем перед домом плотника Лота собралось немало любопытствующих. Судя по встревоженным лицам и обрывкам разговоров, здесь случилось что-то неладное. Ворота были приоткрыты, но внутри, в отличие от двора Индри, не замечалось ничего необычного. Тем не менее, кто-то из местных жителей послал за хранителем правопорядка.

– Зак пришёл! Расступитесь! – крикнул кто-то их толпы.

Люди освободили для хранителя место в самом центре толпы. Заку было слегка за пятьдесят. Это был крепкий мужчина с густыми седыми волосами и аккуратной бородкой. Люди заметно успокоились и как будто даже выдохнули. Плечистому и статному Заку очень шла форменная одежда, но полегчало людям, конечно, не из-за внушительного вида хранителя правопорядка. Просто он был из тех людей, кто неизменно внушал присутствующим чувство уверенности и надёжности.

– Приветствую, добрые люди! Что у нас тут случилось? – спокойно спросил Зак глубоким низким басом, внимательно оглядывая из-под седых бровей толпившийся народ.

– Лот куда-то запропастился, – степенно объяснил пожилой господин в шляпе с пером.

– Когда и кто видел его последний раз? Кто обнаружил, что он пропал? – деловито уточнил хранитель правопорядка.

Вперёд вышел тощий долговязый молодой мужчина и, взволнованно запинаясь, стал объяснять:

– Я, видимо, и обнаружил… Меня зовут Кантогор, я не местный, вот, переехал к вам недавно из соседних земель по приглашению местного научного общества, обживаюсь. Мне рекомендовали обратиться именно к Лоту, сказали, что он самый лучший плотник. Готовую мебель и утварь я сразу забрал. А вот за табуретками он предложил мне прийти через три дня, в полдень, то есть сегодня. Ну я и пришёл. Стучал-стучал, никто не вышел. Тут и люди собрались… Вот я и решил, что Лот обманул меня.

В толпе раздались смешки, от которых мужчина смущённо втянул голову в плечи, будто в стремлении спрятаться. Зак добродушно пояснил:

– Добрый человек, в Волшебной стране обманывать не принято. Поживите тут немного, пообвыкнете, и сами в этом убедитесь. Если кто-то не сдержал обещание, верно из-за неприятностей. И между прочим, Лот у нас в совет старейшин входил много лет, привирать точно не станет.… – он задумчиво пригладил бороду и спросил: – Кто что ещё знает, кто что видел?

Из толпы раздалось несколько выкриков:

– Я вчера заходил, хотел на обед пригласить Лота, но не дозвался.

– Он в пекарню не появлялся пару дней, а до этого всегда утром за горячим хлебом приходил.

– Лот не пришёл на игру в гуны, мы со стариками собираемся каждую пятницу. Раньше он не пропускал!

– Ничего необычного мы не заметили, всё тихо было.

Зак покивал в ответ, взглядом примечая тех, кто делился этой информацией, а потом вдруг обратился к Кантогору.

– А вы, уважаемый, не поможете ли мне в поисках Лота? Пойдёмте-ка, вместе осмотрим территорию.

И тут стало всем ясно: Зак хочет на жизненных примерах показать новичку, что значит быть жителем Волшебной страны. Ведь только на практике можно научиться доверию, искренности и взаимопомощи. Чужеземец неуверенно пожал плечами, переминаясь с ноги на ногу, а потом вдруг растерянно улыбнулся и махнул рукой в знак согласия.

«Действительно, что это я? – подумал Кантогор, – Заподозрил достопочтенного Лота в обмане, а ведь тот даже не запросил платы за свою работу! Видимо, и правду говорят люди про Волшебную страну: деньги тут не в почёте, чаще действует принцип «услуга за услугу». А чем тогда может биолог вернуть долг плотнику? Разве что помощью в поиске…». С такими мыслями Канторог вошёл вместе с Заком во двор Лота. Остальные люди, чтобы не мешать расследованию, остались снаружи.

Внутри двора было тихо и чисто, впрочем, как и в доме. Осмотрев комнаты и не обнаружив там хозяина, Зак и Кантогор направились в мастерскую. Возможно, именно оттуда им стоило начать поиски хозяина. Лот был известным трудягой, и обычно дни напролёт проводил в плотницкой, которая находилась в глубине старого сада. Заросшая травой каменная тропинка, по краям которой росли декоративные растения и розовые кусты, вела к одноэтажной деревянной постройке — приземистой, но в то же время просторной.

В помещении было чисто и пусто. Все инструменты были аккуратно вывешены на стене, а гвозди и шурупы – разложены по ящикам.

– Вот, видимо, как раз и ваша мебель, – указал Зак на стопку из нескольких симпатичных деревянных табуретов у двери. В мастерской тоже было чисто и пусто. – Пойдёмте, Кантогор, вместе опросим жителей, если вы не против.

– Подождите-ка! Это ведь летучая мышь! И её тут не должно быть! Такой вид не водится в этой местности! – Кантогор с удивлением показывал на зверька, что висел вниз головой у потолочной балки.

Зак лишь молча пожал плечами в ответ. К делу этот факт вовсе не относится. Мало ли, какие животные случайно попадают в человеческие жилища. Этот зверь, например, похож на крысу, только с крыльями. Хранитель порядка поманил за собой Кантогора, который не мог отвести изумлённого взгляда от зверька, безмятежно спящего под потолком.

Пока они шли по двору, Кантогор всё удивлённо бормотал про то, что летучие мыши не обитают в Волшебной стране — ему доподлинно это известно. Биолог решил, что сейчас самое время сообщить об этой сногсшибательной новости в местное научное общество, и не особенно был рад тому, что согласился поучаствовать в расследовании. Да и то – какой из него помощник Хранителю правопорядка! Правда, откуда Кантогор мог знать, что в Волшебной стране ничего и никогда не случается просто так.

Глава 8

Феба бежала так быстро, насколько хватало сил. Дотти, её единственная доченька, пропала! Вот только что она помогала ей управиться по дому, а через десять минут её уже и след простыл. Феба корила себя за то, что была излишне строга с дочкой и отругала её за пролитое молоко. Кто из детей не шалит в её возрасте! Вдруг Дотти так сильно расстроилась, что убежала, а потом и вовсе потерялась?

Девочки нигде не было, а ведь Феба обыскала уже весь дом, двор и сад. Первым делом она поспешила к домику, что построил когда-то Зор для их дочурки. Дотти частенько туда пряталась, когда они играли с близнецами в прятки, уж Феба точно это знала. Ох, лишь бы не случилось беды!

Потом она побежала к реке и, несмотря на спешку, взгляд женщины внимательно и цепко выхватывал следы на влажной тропинке и впереди, на песчаном берегу. Феба в этот момент с благодарностью вспомнила своего отца-охотника, который когда-то научил её читать следы, будь то людей или животных. Вот и теперь Феба машинально принюхивалась, втягивая носом воздух особым образом, и видела, что Дотти здесь давно уже не проходила и более того – не была здесь уже несколько дней, наверное, с тех пор, как они вместе ходили к реке. И всё же Феба добежала до самой кромки воды, опустилась на колени и умылась – чтобы хоть немного прийти в себя справиться с волнением.

Река была бурной, ещё полной после весны. Подтаявшие снега и ледники спускались сюда с гор, что окружали их Волшебную страну.

– Мать-водица, помоги! – машинально пробормотала Феба свою нехитрую молитву, которой она обычно начинала свою работу. Однако на этот раз женщина не почувствовала привычный прилив сил и движение по телу волшебной энергии. «Наверное, мой Дар пропал из-за волнения» – подумала Феба.

Вздохнув, Феба поднялась с колен и, отряхнув подол своего рабочего тёмно-синего фартука, стала торопливо взбираться на холм. И вот, когда Феба уже очутилась на самом верху – там, где тропинка расходилась на три направления, женщина вдруг почувствовала свежие следы дочурки. Феба ускорила бег, попутно считывая знаки, узнаваемые лишь опытными следопытами. Сомнений больше не было – Дотти проходила здесь совсем недавно, скорее всего сегодня утром. Для чего же она ходила в лес без разрешения?

Несчастной матери казалось, что вот-вот любимая малышка Дотти мелькнёт среди деревьев или появится на опушке леса. Феба выскочила на лужайку перед башней... Но нет, Дотти нигде не было. Она не выбежала ей навстречу и не играла здесь камушками и птичьими перьями у зарослей кустарников, сплошь покрытых недавно распустившимися ярко-зелёными листьями.

Феба, едва переведя дыхание, бросилась обследовать следы Дотти. Как ни странно, они вели к самому порогу башни – туда, где сейчас стояла очередная корзина с провизией, оставленная для Учёного добрыми жителями Волшебной страны. Следы хозяина башни были повсюду, и это сильно запутало следопытку. Вдруг Учёный что-то видел или слышал, и теперь сможет ей помочь в поисках девочки?

Феба стала отчаянно, что есть мочи, колотить в высокую дверь башни, но ответа так и не дождалась. Только зря стесала кожу на костяшках пальцев. Руки были и так потрескавшиеся из-за её непростой работы.… Да, пока был жив Зор, он таскал воду из реки к ним во двор, наполнял бочки и помогал нагревать воду для стирки. Теперь же ей самой приходилось носить корзины с бельём вниз, к берегу, и выполаскивать бельё прямо в студёной проточной реке. Феба, почувствовав боль и увидев кровь на руках, неожиданно для себя самой, вдруг заплакала навзрыд. Но не потому, что боль была нестерпимой, как-нибудь она это переживёт. А вот что теперь делать с исчезновением Дотти? Вначале её оставил Зор, а теперь и дочка пропала. Феба вдруг почувствовала – с малышкой случилось что-то очень, очень нехорошее, и эта история просто так не закончится.

Нужно было действовать. Феба, утерев слезы, взяла себя в руки и поспешила прочь. Глупо было надеяться, что Учёный откроет ей и поможет прояснить хоть что-то. Ведь он никогда не отличался дружелюбием, да и за эти несколько месяцев, что жил здесь, она видела Учёного лишь раз, когда они случайно пересеклись на узкой тропинке в лесу. Он не ответил на приветствие и даже не взглянул на Фебу, отвернувшись.

Женщина решила ещё раз заглянуть домой, тем более следы её девочки вели именно туда. Вдруг дочка уже вернулась, и это была просто случайность или неудачная жестокая шутка? Вдруг Феба просто не заметила малышку, или та уснула и не услышала, как мама зовёт её? Быть может, Феба-следопыт от волнения просто не заметила чего-то важного, когда осматривала двор в первый раз?

Чуда не произошло, ситуация была всё такой же загадочной. Феба просто лишний раз убедилась в том, что самые свежие следы дочки ведут к её домику, и там обрываются – так, как если бы кто-то её унёс оттуда на руках. Она вновь почему-то вспомнила об Учёном, но его следов здесь не было.

Феба решила немного отдышаться, выпить стакан воды и привести себя в порядок –пригладить растрепанные волосы и почистить щёткой подол платья, испачканный речной глиной. Похоже, ей придётся навестить ближайших соседей. Через несколько минут Феба уже выскочила из двора и быстрым шагом направилась к дому, где жили приятели Дотти – близнецы Дин и Дан. Если малышки нет и там, она заглянет ещё к виноградарю Циру, ведь именно Сибу приходил сегодня к ним за бельём – это ещё успела сообщить ей Дотти. Когда ещё с ней было всё в порядке. Быть может, он что-то знает о том, как малышка провела утро и где она была.

Глава 9

Шёл второй день поисков девочки. Под вечер старшие домочадцы из нескольких семей, живущих по соседству, собрались в доме виноградаря.

Цир, высокий рыжеволосый мужчина средних лет сидел во главе огромного стола. Его супруга Гана, статная полноватая женщина с густыми чёрными волосами, собранными в толстую косу, обнимала Фебу за плечи, выражая ей своё сочувствие. Тан и Тина, родители близнецов, сидели напротив них.

Позади были слёзы, расспросы, обсуждения и догадки. Были высказаны самые разные предположения и опрошены все причастные (конечно, за исключением Учёного, который так и не вышел из башни). Весь день Фета, Цир, Гана, Тан и Тина прочёсывали окрестности вместе с жителями другой части холма. Наступил вечер, и они решили на сегодня прекратить поиски, дожидаясь хранителя правопорядка.

Феба встревоженно посмотрела на часы и в очередной раз сказала:

– Странно, почему хранитель всё никак не идёт? Может, у них есть новости?

Гана ласково и терпеливо в очередной раз утешила:

– Прибегал ведь гонец, сказал, что сегодня очень много дел в городе. Прибудут так скоро, как только возможно.

Феба покивала и вздохнула, затем встала из-за стола и принялась ходить из угла в угол.

Тина, мать близнецов, вдруг вскрикнула:

– Как я могла забыть! У нас ведь есть успокоительная настойка. Феба, тебе не помешает! Тан, давай за ней сходим, заодно в дом Фебы заглянем — вдруг Дотти туда вернулась. А близнецы пока пусть тут побудут, хорошо?

Не дожидаясь ответа, она вскочила из-за стола. Тина была из тех активных маленьких женщин, которым никак не сиделось на месте. Тем более что настойка и вправду могла помочь соседке, которая второй день толком ничего не ела и почти не спала. Ох, не повезло Фебе – год назад погиб Зор, а теперь столько волнений с пропажей дочурки. Одна она осталась, хорошо, что в этой глухой округе есть хоть пара семей, которые могут поддержать её в эти непростые дни. Соседи кое-как уговорили Фебу пожить пока в доме у Цира и Ганы.

Тина и Тан вышли из дома, но почти тут же вернулись обратно.

– Там такое снаружи творится! Очень много птиц! Ещё никогда мы столько ночью не видели! – Тан, обычно молчаливый и сдержанный, взволнованно махал руками, пытаясь показать, какую большую стаю они только что увидели с женой.

Все поспешили на улицу и ахнули. В вечереющем небе двигалась живая масса. Птиц было несколько сотен, и летели они как-то странно – беспорядочно и хаотично. В тишине раздавался громкий шорох крыльев и странный писк.

– Смотрите-ка, не иначе, как они к башне летят! – ахнула Феба, и добавила с нехарактерной для неё злостью, – Я же говорила, что-то не то с этим Учёным. Не нравится мне всё это!

Цир медленно подкрутил рыжий ус и сказал задумчиво:

– Вроде, и не птицы это вовсе. Птицы ночью не летают, ещё и в таком количестве. Сколько живу – ни разу не видел такого зверья. Как бы виноградники нам не попортили.

Тут на самой верхушке башни загорелось странное пламя, освещая окрестности. Свет был странного изумрудно-зелёного цвета и напоминал прожектор. Загорелся на секунду, и тут же погас. Потом, возвращаясь к этому моменту, каждый из свидетелей жалел о том, что тогда ничего не сказал. Быть может, беду тогда можно было остановить? Но тогда каждый подумал, будто это зелёное пламя в небе ему лишь почудилось.

Феба произнесла устало:

– Птицы как птицы…

Она ушла в дом, за ней потянулись хозяева. Родители близнецов молча зашагали по тропинке к своему дому, чтобы захватить успокоительную микстуру для Фебы и заодно проведать её дом и узнать новости. На случай возвращения Дотти в доме прачки оставили дежурного – соседа, который жил с другой стороны реки.

Глава 10

Тем временем в доме Цира проходил другой совет – пусть и детский, но не менее серьёзный. Трое сыновей виноградаря, среди которых был и старший Сибу, а также восьмилетние близнецы, расселись кто где – на кроватях, стульях и даже на деревянном полу.

Сибу на листочке сосредоточенно рисовал план нападения на башню, а младшие ребята внимательно слушали его доводы.

– Сами посудите. Учёного она видела как раз перед тем, как пропала. И взяла у него эту самую колбу. Я бы давно рискнул и поискал бы её, наверняка она где-то в доме. Но сдаётся мне, что на это не стоит терять время. Лучше сразу пойти к этому Учёному и призвать его к ответу, а ещё лучше – обыскать башню, – убедительно сказал Сибу.

Он внимательно обвёл взглядом малышню и засомневался:

– Конечно, план рискованный. Нужно будет только сделать вид, будто вы пришли играть с панголином, как и обещала Дотти. Конечно, никаких игр! Подвергать вас опасности мы не будем. Кто знает, что на уме у этого Учёного? И пока вы его будете отвлекать на безопасном расстоянии, я в это время проскочу в башню, закроюсь изнутри и хорошенько всё там разведаю. А вы бегите, что есть мочи и зовите на помощь взрослых. Открою я только тем, кого знаю, а хозяину башни не буду открывать. Всё ясно? Участвуете?

Мальчишки активно закивали в ответ. Сибу, прищурившись, потребовал:

- А теперь каждый пусть повторит, что нужно сделать. Надо убедиться, что вы всё хорошенько запомнили. – И добавил, – Спасибо, что согласились помочь. А то ведь взрослым ничего не докажешь. Давно пора дверь в башню взломать. Кроме башни, больше Дотти негде скрываться. Если бы с ней что-то случилось совсем нехорошее, за это время её бы уже отыскали.

Глава 11

Тем временем в городе творилось что-то несусветное. Если бы у Фебы была возможность хоть одним глазком взглянуть на обстановку в центре столицы, вряд ли бы она задавалась вопросом, почему хранитель порядка всё никак не может добраться до их окраины. Скорее наоборот – было удивительно, что кто-то даже вспомнил про них и умудрился послать гонца с предупреждением. Потому как в этой нарастающей панике и суматохе мало кто помнил свои имена, а не то, что о потерявшейся крошке Дотти с Западного притока.

Была уже глубокая ночь, но жители не спали, вместо этого многие вышли на улицы. Одни осаждали участки Правопорядка, чтобы из первых уст узнать свежие новости, другие собирались толпами и прямо посреди улиц с горячностью обсуждали происходящее. Почти в каждой семье пропали близкие. Вот, дедушка только сидел пил чай в соседней комнате и листал газету, глядь – и нет никого. Мать семейства на минутку выскочила за мукой в соседнюю лавку, да так и не вернулась. Сын пошёл в детскую комнату играть с деревянными лошадками, и бесследно исчез. В городе царила всеобщая растерянность, доселе невиданная.

Стена новостей у городской ратуши, что обыкновенно была заполнена поздравлениями, признаниями в любви и прекрасными новостями, теперь была сплошь обклеена объявлениями. По большей части они начинались со слов «Ищу…» или «Пропал…». Некоторые приклеивали портреты близких людей, хотя это было редкостью, ведь так или иначе, все знали друг друга, и имена их были уникальными — не было ни одного жителя, которого бы звали так же, как другого.

Жители Волшебной страны всегда отличались доброжелательностью, выдержанностью и добротой. Конечно, никто не бросался с кулаками друг на друга, в попытке выместить бессилие и растерянность. Конечно, никто не злоупотреблял вином или другими горячительными напитками. И уж тем более никто не предъявлял претензии тем, от кого сейчас зависел успешный исход этого дела. И всё же это было самое настоящее испытание для их лучших качеств.

В участках Правопорядка было мало Хранителей, буквально несколько десятков на всю Волшебную страну. Какая для них работа, если здесь жили мирно и без нарушений? Потому сейчас от Хранителей требовалась большая организованность. Нужно было управлять группами добровольцев и обрабатывать полученную информацию. Желающих помочь было много, очень много. Чем сидеть без дела, так лучше отправиться на поиски пропавших или опрашивать свидетелей. Кроме этого, вначале стихийно, а затем более сознательно стали организовываться группы помощи.

Поиски решили не останавливать даже ночью. Кто-то пёк хлеб, чтобы делать бутерброды для поисковиков. Кто-то варил местный тонизирующий напиток из ягод под названием «фо». Другие спешно мастерили факелы, чтобы прочёсывать местность, в том числе и леса. Остальные просто ходил в толпе, обнимая заплаканных, растерянных людей, и говорил им ободряющие слова.

Всем было очень страшно. Потому что люди не понимали: почему пропадают их близкие, что с ними случилось, и по какому принципу их выбирают. Кто будет следующим? Но тот, кто смог взять себя в руки, переключить себя на активную деятельность, тут же оказывали поддержку тем, кому в этот момент было особенно трудно. А потом и они, немного приходя в себя, подхватывали эту эстафету добра, и несли её дальше и дальше. Этим и отличались жители Волшебной страны. Именно благодаря им она стала по-настоящему волшебной.

А что же летучие мыши? Да, действительно, по городу пошли слухи, будто их бывшие друзья и родные люди вдруг превращаются в неких маленьких крылатых существ и затем ночью улетают в сторону реки. Однако подтвердить этого никто не мог, потому домыслы стали списывать на вполне объяснимый стресс из-за волнений. Так что крошечная статья, которая появилась пару дней назад в местной газете, осталась незамеченной. В ней биолог Кантогор, который недавно переселился сюда из соседних земель, рассказывал о том, что в Волшебной стране вдруг появился доселе невиданный вид животных – летучие мыши, и за всю историю такого ещё не случалось. Но кого заботило появление каких-то зверьков, когда сотнями исчезали люди?

Глава 12

Стояла глубокая ночь.

– Сибу, Сибу пропал! – вопили братья Син и Сан вопили и трясли за плечи родителей.

Гана испуганно охнула и выскочила из кровати первой, следом за ней в детскую комнату побежал Цир. Родители молча уставились на кровать старшего мальчишки-виноградаря. Смятое одеяло, подушка со следами его головы. Самого Сибу не было.

От шума проснулась и Феба. Заглянув в комнату ребят и оценив обстановку, первым делом она пошла проверить засов на входной двери. Охваченная тревогой из-за пропажи дочки, гостья зачем-то заперла её изнутри перед тем, как идти ко сну. Да и Феба спала очень чутко в общей комнате рядом с выходом, и наверняка услышала бы, если мальчик прошёл мимо. Феба, уже в который раз за эти пару дней, обратилась к своему умению распознавать следы, и внутренне настроившись на Сибу, осмотрела комнаты и убедилась в том, что он не выходил из дома. Ближайшие пару часов – точно.

Феба вернулась в детскую, где разворачивалась самая настоящая драма. Она недавно испытала это на себе, а теперь стала свидетелем горя родителей и испуга братьев пропавшего подростка. Как могла, она утешала Цира и Гану, которые словно бы впали в ступор, особенно после того, как Феба сообщила о результатах своего расследования.

Младший, Син, размазывая слёзы по щекам, завыл в голос:

– Это его Учёный ночью забра-а-а-ал!

Гана прижала шестилетнего Сина, целуя сына в макушку, пробормотала:

– Ну, ничего-ничего, найдётся наш Сибу. Успокойся, малыш!

Девятилетний Сан неожиданно подтвердил со злостью:

– Да, всё правильно он говорит. Учёный узнал, что мы башню завтра штурмовать собирались, и заколдовал Сибу! Он не Учёный, а злой Колдун.

– Это был наш секрет! – шестилетний малыш аж перестал плакать, с возмущением уставившись на брата.

Цир присел на кровать Сибу и сказал твёрдо сыновьям:

– А теперь давайте-ка выкладывайте свои секреты. Видите, дело самое что ни на есть серьёзное!

Те, перебивая друг друга, поведали о своих планах. Завтра утром они собирались сбежать к башне, подгадать время, когда кто-то принесёт корзину с провизией для жильца башни, и сделать вид, будто по приглашению Дотти пришли поиграть с Роной, животным Колдуна. А Сибу тем временем должен был проникнуть в башню и закрыться там изнутри. Он хотел проверить, не прячет ли злой Колдун в башне малышку Дотти.

– Всё дело в той колбе, что принесла оттуда Дотти, – заявил Сан.

Однако пояснить эту мысль мальчику не удалось – в этот момент по комнате заметалось некое странное животное – чёрного цвета и с крыльями. Оно билось о стены, натыкаясь на людей, в попытке выбраться из комнаты. Женщины разом взвизгнули и, увлекая за собой ребят, бросились вон из комнаты. Гана взмолилась:

– Цир, пожалуйста, сделай с этим что-нибудь!!!

И тот, стянув с одной из кроватей простынь, схватил летучую мышь (а это была именно она), открыл окно и выпустил её на улицу.

Шёл четвёртый час, и за окнами было ещё темно, однако жильцам этого дома было больше не до сна. Пора переодеваться и вновь отправляться на поиски – теперь уже Сибу. Что там говорили дети? Виноват этот Учёный из Башни. И будто бы он на самом деле — злой Колдун. Хотя у Фебы не было оснований подозревать этого странного человека, но почему-то к нему она тоже испытывала не самые лучшие чувства. Женщина решила, что так проявилось материнское горе – легче было кого-то обвинять, хотя делу это никак не поможет. Феба пробормотала слова молитвы, чтобы выбросить из головы ужасные мысли, которые её одолевали, и подумала о том, что сегодня ей обязательно нужно будет сходить к реке и поговорить с Матерью-Водицей. Пусть покажет ей истину про Дотти, даже если её дочки уже нет среди живых.

Глава 13

Вопреки опасениям Фебы, Дотти была жива. Правда, находилась она в совершенно непривычном состоянии – как для неё самой, так и для мамы. Также живы были старший сын виноградаря Сибу, мастерица по плетению корзин Индри, плотник Лот и гончар Сеу, исчезновения которого пока никто не заметил… и многие, многие другие жители Волшебной страны. Не сказать, что они в полной мере ощущали себя теми, кем были незадолго до этого. Скорее, им казалось, будто им снится очень длинный, странный сон. И будто они вот-вот проснутся. А пока этого не произошло, их мысли были очень простыми, незамысловатыми.

«Пора лететь», «Выбраться! Выбраться наружу!», «Где то самое, что я ищу?», «Мы должны стремиться туда». Вот примерно то, чем были наполнены их мышиные головы. А ещё – растерянностью, как будто они потеряли что-то очень важное и теперь нужно это найти. В еде мыши не нуждались, потому как они были не вполне физическими существами, а самыми настоящими волшебными. Только вот почему так сильно изменились их тела?

Летучие мыши слетались к Башне, где их уже ждал Учёный. Был он вовсе не стариком, как решила тогда Дотти из-за его неопрятного вида и хмурого лица. Впрочем, малышам всегда взрослые кажутся старыми. А вот в проницательности детям Волшебной страны не откажешь, ведь на самом деле Учёный оказался самым настоящим злым Колдуном.

– Видишь Рони, сбылась наша мечта! – бормотал Колдун, со счастливым видом оглядывая оранжевое закатное небо, ставшее почти чёрным из-за летучих мышей.

Во внезапном порыве он поднял обе руки вверх, словно бы стремясь обнять весь мир, и торжественно провозгласил:

– Вот наш триумф! Пришёл наш звёздный час! У нас получилось! Да, впереди ещё немало работы, но главное – начало положено!

Рон сонно осматривался по сторонам, явно недовольный тем, что ему не дают поспать. Однако годы, проведённые рядом со своим хозяином, приучили панголина ничему не удивляться. Даже тому, что его сейчас зачем-то притащили на верхушку башни – вместо того, чтобы дать полакомиться любимым блюдом. Для панголина по всей башне были организованы муравейники, и колонии этих насекомых находились в отдельных стеклянных аквариумах. Впрочем, по большей части они были нужны для развлечения. Колдун знал тайное слово, которое могло призвать сюда муравьёв со всей округи.

Мужчина через специальное устройство подал мышам ещё несколько раз условный знак – с определённой периодичностью зажёг и погасил тот самый странный зелёный цвет, который видели местные жители, но не придали этому значения. Колдун готовился к этому великому вечеру десять лет. И, наконец, его план стал претворяться в жизнь. Да, всё произошло не совсем так, как он рассчитывал, и всё же сейчас он был по-настоящему счастлив.

– Кш-ш-ш! – Колдун взмахнул рукой, начертив в воздухе специальный символ, отправляя летучих мышей на деревья. Те расселись там, повиснув вниз головами и кажется, вновь заснули – до того момента, когда по приказу злого Колдуна им нужно было лететь в сторону Чёрных гор. Правда, мыши пока не догадывались об этом.

Глава 14

Знайте, что злой Колдун был самым настоящим вундеркиндом с самого рождения. Вот только одно дело – родиться гением, а другое – стать таким человеком, чьи лучшие начинания пошли бы миру на благо.

Пожалуй, мальчику-гению повезло – ещё в младенчестве его отдали на воспитание одному известному магу. Тот узрел в своём ученике многочисленные таланты и помог им развиться. Однако мирозданию повезло в гораздо меньшей степени: маг-учитель взращивал в нём всё, что угодно, кроме доброты, любви и сострадания. Мальчик стал самым настоящим злым Колдуном. Только иногда по ночам он плакал в подушку, скучая по своим родителям, о которых ему ничего не было известно.

Учитель души не чаял в своём любимце и научил его почти всему, что знал сам. В его огромном замке располагались километры удивительных лабораторий, где он со своими помощниками проводили наисложнейшие опыты. Там были оранжереи с удивительными растениями, зоопарк с различными животными, а также бесконечные лабиринты, в которых можно было проводить какие угодно эксперименты, в том числе с пространством и временем. Учитель вовсе не был злым и считал себя скорее профессором, нежели чародеем. Да, он умел преобразовывать реальность, и потому все его называли Магом, а посетители выстраивались в очередь с просьбами исполнить самые незамысловатые желания: вернуть любимого, исцелить родственника от болезни, найти пропажу. Однако сам он был поглощён научными исследованиями и мало придавал значения тому, каким человеком растёт его ученик. Главное, что впитывает знания. Так что Маг-учитель едва ли заметил тот судьбоносный момент, когда его ученик решил посвятить себя главной идее: захватить Волшебную страну и стать её повелителем.

Молва о Волшебной стране не давала Колдуну покоя с тех самых пор, когда он о ней впервые услышал. Это случилось, когда он был ещё ребёнком. Все говорили об этой стране с огромным восхищением. Он мечтал, чтобы слава его новой страны, которую создаст он на территории волшебных земель, стала ещё больше. Чёрные мысли поселились у него в голове, и по мере роста чародейского мастерства, жуткий план становился всё более чётким. И конечно, своему учителю Колдун ничего не рассказывал о своих мечтах, только вот старался изучать те знания, которые могли ему помочь достичь цели.

Впрочем, планы всегда приходится корректировать по мере реализации. Так и здесь: всё происходящее для зачинщика стало настоящим экспериментом, исход которого теперь не мог предугадать даже он сам.

Глава 15

Феба медленно спускалась к реке, чувствуя, как ноги дрожат от усталости. Шёл третий день поисков. Вначале Дотти, а теперь ещё и Сибу. Пропажу мальчика обнаружили около трёх ночи, то есть уже двенадцать часов назад. Всё это время вместе с соседями она прочёсывала округу. Кто бы мог подумать, что дар ищейки, которым наделил её отец и научил всем тонкостям, пригодится в это непростое время? Но, к сожалению, следов её малышки, а также рыжеволосого Сибу она нигде так и не обнаружила.

А ещё Феба поняла – что-то неладное происходит сейчас не только в её жизни, но и во всей Волшебной стране. Дело было вовсе не в предчувствиях, об этом говорили странные факты. Куда бесследно пропали сразу двое детишек? Почему никто не принёс сегодня для Учёного корзину с продуктами? Что за стаи птиц слетались вчера вечером к Башне? Почему больше суток ни один хранитель правопорядка не может найти времени, чтобы продолжить расследование и поиск пропавшей Дотти? Почему жители столицы перестали приносить ей бельё для стирки и забирать чистые вещи?

Феба спустилась к воде, приветствуя её. Река ласково журчала ей в ответ, перекатывая мелкую гальку. Женщина присела на плоский валун и начертила секретные знаки пальцами по воде, затем опустила в реку ладони, закрыла глаза и прочла длинную молитву, к которой не обращалась уже долгое время. Эти тайные слова, полученные Фебой от матери, а той – от бабушки, помогали увидеть события и их истинную суть. Слова уже забылись, и Феба несколько раз запнулась, каждый раз начиная произносить молитву заново. Она открыла глаза, только когда почувствовала отклик от воды – та по-особенному толкнула волной ладони. Феба, рассредоточив взор – так, как учила её мама, стала всматриваться в воду.

Вначале она ничего не увидела и стала беспокоиться, что что-то перепутала в этом ритуале. Однако в следующую минуту Феба уже наблюдала картинки, которые показывала ей река. Вот какого-то маленького мальчика молодая пара передают незнакомому человеку, мальчик кричит, цепляется за родителей, но они покидают его. Какие-то огромные помещения со странными животными и птицами. После этого – Башня, на пороге которой стоит её Дотти и заглядывает внутрь открытой двери. Затем – улицы её родного города, в Волшебной стране, заполненные испуганными толпами. А потом – вечернее небо, заполненное странными птицами.

Река стала шептать Фебе странное стихотворение, а та повторяла его вслух, чтобы лучше запомнить:

Когда пройдут те времена, то он получит всё сполна.

Колдун обманут и спасён, больной – как заново рождён.

Зажжётся новый свет надежды и будет лучше, чем как прежде.

В седле верхом приедет тот, и дочку он тебе вернёт.

Феба не успела расслышать следующие строки, хотя была уверена, что стихотворение можно было продолжить, и узнать от реки гораздо больше. Однако её общение с водой внезапно прервали, так что женщина не успела ни разгадать послание, ни досмотреть свои видения.

Глава 16

Зак и Кантагор спешно прибыли к Западному притоку верхом. Они привязали лошадей к деревьям у развилки дорог, а дальше, в низину, пошли пешком. Они оба не были такими уж мастерскими наездниками, потому не рискнули спускаться вниз к реке верхом.

Хранитель правопорядка испытывал всё больше симпатий к этому чужеземцу, хотя, конечно, его манеры и привычки уж очень сильно отличались от тех, что были присущи жителям Волшебной страны, и он не уставал удивляться этим различиям. Кантрагор был человеком себе на уме, да и на добро скуповат… видимо, не успел ещё здесь обжиться. Вон сколько его пришлось уговаривать присоединиться к поискам! Чужеземец пытался втолковать Заку, что у него на носу великое открытие в биологии и сейчас ему совсем-совсем некогда. Пока Зак не завёл речь об этой странной летучей живности, тот и вовсе отказывался помогать в общем деле. Поймал его на наживку, так сказать. Однако хранителю такое поведение было крайне непривычным. Ну, ничего, как раз пообвыкнется парень. Если уж Волшебная страна приняла Кантрагора, значит, можно не сомневаться, по своей сути он – замечательный человек, и скорее всего вполне себе волшебный. А Заку необходимо было проверить все возможные версии расследования, включая «мышиную». Ему повезло, что рядом как раз оказался этот биолог. Такое, как известно, не бывает случайным.

И ещё кое-какие умения чужеземца пришлись весьма кстати – он умел передвигаться верхом. От любого другого местного жителя такого ожидать не стоило, ведь многие предпочитали прогуливаться пешком, наслаждаясь погодой, общением с природой и попутчиками. В Волшебной стране никуда обычно не спешили и занимались делами с преогромным удовольствием. Люди принципиально отказывались от повозок, делая исключение только для перевозки грузов. Такие здешние особенности, что поделать. Зак мог управляться с лошадями только потому, что их обучали этому для службы. Несмотря на спокойствие, которое обыкновенно царило в Волшебной стране, порой было необходимо оказаться где-то очень далеко и при этом быстро. Сейчас был как раз именно такой случай.

Прачка-волшебница сидела на камне, опустив руки в воду и, уставившись в одну точку, шевелила губами.

– Может, плохо ей? – забеспокоился Кантогор, вопросительно взглянув на спутника.

Зак только хмыкнул в ответ. Не будет же он прямо сейчас объяснять о том, что дар каждого из жителей проявляется по-разному, и по всей видимости, Феба сейчас общается с водой. Значит, так это у неё устроено, и значит, умеет Мастерица договариваться с рекой так, чтобы не только придавать силу вещам, постиранным её заботливыми руками, но и получать от воды информацию. Негоже было отвлекать женщину в такой момент, но кто знает, сколько это ещё займёт времени? В городе по-прежнему творилось что-то несусветное, и нельзя было терять ни минуты.

Словно почувствовав их присутствие, Феба испуганно вздрогнула и обернулась, вынырнув сознанием из речного потока — в настоящее.

– Здравствуй, Феба, – Зак подошёл ближе, – Приношу извинения, что побеспокоили тебя в самый неподходящий момент, – развёл руками Зак. – Дело очень срочное.

Кантагор молча кивнул в знак приветствия, с любопытством рассматривая жительницу Волшебной страны. Он, конечно, не ожидал, что сразу после переезда ему предстоит пережить столько приключений и познакомиться со стольким количеством обитателей столицы и её окрестностей. Точнее, всех оставшихся. Однако Феба была настоящая красавица, казалось, что бессонные ночи её даже украсили. Есть такие люди, которые от стресса только хорошеют, видимо, эта женщина была из таких. Длинные тёмные волосы тяжёлой волной выбивались из-под белой косынки, а глаза блестели тревожным синим огнём на белоснежном лице с нежным румянцем.

– Мои приветствия, добрые люди! Есть новости о Дотти? – Феба вскочила на ноги и торопливо подошла к ним. У неё вдруг защемило в груди и сбилось дыхание. Феба обхватила себя руками, пытаясь справиться с волнением. Ей было страшно узнать новости, и было не менее страшно, если их по-прежнему не было.

– Да как сказать, – уклончиво произнёс хранитель, – Дотти мы твою не нашли. Но новостей много. Надо поговорить: вопросы задать, да и попросить кое о чём. Пригласишь нас к себе в дом? Меня и нового жителя нашей страны, Контагора? Кстати, знакомьтесь.

– Я – Феба. Очень приятно, – Феба вдруг застеснялась под внимательным взглядом чужеземца, и поглубже укуталась в шаль. – Идёмте, конечно. Вот только угостить мне вас нечем, я всё по лесам брожу – в поисках помогаю. Ведь сегодня ночью у виноградаря Цира старший сын пропал, может, уже слышали?

– Да, нам сказали, – сухо подтвердил Зак, не желая развивать эту тему. Он пока ничем не мог помочь этим несчастным, потерявшим своих близких.

Тем временем они вышли к тропинке и Феба при виде лошадей, вдруг обрадовалась бросилась обнимать их по очереди – то Зака, то Кантагора, и благодарить их за приезд. Они растерянно улыбались и смущённо обнимали её в ответ, не понимая внезапной радости матери, у которой вдруг появилась надежда. Хотя и основанная на строчках стихотворения, рассказанных водой. У Фебы не было причин не доверять – река никогда её не подводила.

– Если у вас есть просьба ко мне, я, конечно же, её исполню, – пообещала Феба, и Зак довольно улыбнулся. Ему как раз требовалась помощь этой женщины. Как всё чудесно складывается – вначале с этим биологом, затем с нею. Точно быть добру.

Глава 17

Злой Колдун сидел за столом и что-то неразборчивое бормотал себе под нос, спешно перелистывая огромную магическую книгу в попытке найти причину закравшейся ошибки. Через время он с досадой вскрикнул, вскакивая:

– Нет, нет и нет! Не могло такого произойти! Я не понимаю, по какому принципу сейчас происходит заражение?

Сюрприз следовал один за другим, и ему приходилось выкручиваться на ходу. По его задумке, «чудесный эликсир» должен был подействовать на всех без исключения. И тогда в его руках была бы целая армия послушных помощников. Однако что-то пошло не так, и заразились лишь несколько сотен жителей Волшебной страны. Вон они – висят вниз головой на деревьях рядом с Башней. Конечно, перекличку Колдун проводить не собирался, однако он знал, что на другие тысячи жителей его эликсир отчего-то не подействовал. Более того, у него возникло предположение, что заразился и он сам.

– Как такое, вообще, возможно, Рони? – воскликнул Колдун, обращаясь к спящему панголину, своему единственному бессловесному и преданному другу. Тот мирно спал у него на плечах. – Давай повторим наш план. Тогда быть может поймём, где допущена ошибка и как быть дальше.

Колдун забормотал, расхаживая по круглой башенной комнате:

– Итак, яд... то есть, эликсир, действует на всех жителей Волшебной страны. На всех без исключения. Они на время превращаются в летучих мышей, их воля подавлена, прошлое забыто. Столичные улицы пустеют, и город превращается в призрак. Тем временем я отправляю отряды в необитаемые земли рядом с Чёрными горами. И где мои подданные строят небывалый город, новую страну, ещё лучше и краше Волшебной. Я – правитель! Жители – уникальны! Слава обо мне начинает распространяться повсюду, а Волшебная столица превращается в мёртвый город. Моя страна становится более могущественной, нежели все земли и материки вместе взятых…Рони, что пошло не так?! Почему на ветках сейчас висит жалкая пара сотен заражённых?

Колдун вновь стал листать книгу в поисках ответа на свой вопрос. Панголин, конечно же, ничего не ответил и спустился вниз, проворно карабкаясь по телу Колдуна. Зверёк поспешил к муравейнику, чтобы подкрепиться. Планы хозяина мало волновали это существо, хотя Рони по-своему был привязан к Колдуну.

Глава 18

Первым очнулся Сибу. Кажется, был вечер. Или быть может ночь. Открыв глаза, он, вместо привычной комнаты, с удивлением обнаружил лес, к тому же в перевёрнутом виде. Хотел позвать родителей или братьев, но раздался только дурацкий писк. Он попытался перевернуться, и оказалось, что вместо рук у него огромные крылья. Неумело управляясь ими, Сибу несколько раз сам себе нахлестал по лицу. Точнее, по мордочке. Что происходит?!

Присмотревшись, Сибу увидел неких странных существ, которые висели с ним рядом, вцепившись в ветки деревьев и похоже, крепко спали. Что-то подсказывало мальчику, что теперь он выглядит точно так же. Не может быть, чтобы это было правдой. Проснуться, срочно нужно проснуться! Но этого у него, к сожалению, не получилось…

Тогда Сибу стал рассматривать животных с крыльями, что находились рядом. И чем больше он всматривался в них, тем больше ему казалось, будто он узнаёт в них знакомых людей. Вот директор библиотеки Фот – Сибу заглядывал туда несколько раз в месяц, приносил прочитанные книги и забирал другие. А вот молочница Лини, она приходила к его матери, а ещё – учила его управляться с коровой и козой… Сибу не уставал удивляться, и всё никак не мог сообразить, почему и он, и другие жители Волшебной страны находятся в таком странном виде.

Всё сложилось в голове Сибу, когда он увидел Дотти. Ну, конечно! Он вспомнил: малышка пропала, и он с братьями и близнецами собирался проникнуть в Башню, чтобы вывести злого Колдуна на чистую воду. Если немного привыкнуть, то можно узнать и Башню – вон она виднеется поодаль. Так Сибу определился и с местом, где они находятся. Пожалуй, всё встаёт на свои места. Его, как и Дотти, заколдовал тот Учёный-Колдун. И с этим нужно что-то делать.

Сибу стал подавать знаки. Настолько, насколько он был способен. Потому как действовать в этом странном положении – находясь в странном тельце, покрытом чёрной шерстью, и вися вниз головой, было очень непривычно. Он лишь издал какой-то жалкий писк вместо слов. Правда, на этот раз его, кажется, услышали – он увидел, как мышка Дотти открыла глаза и уставилась на него круглыми чёрными глазками-бусинами.

Но дальше всё стало для Сибу как в тумане. Откуда-то стал проникать мигающий зелёный свет, он манил его и казался сладостным, заманчивым. «Сюда! Сюда!» – как будто раздавался зов. Однако Сибу и так находился достаточно близко к Башне. Кого тогда так настойчиво зовут? Ответ пришёл очень скоро. Небо почернело – сюда ещё прибывали бывшие жители Волшебной страны.

С площадки, с вершины Башни раздался зловещий, но счастливый смех. Колдун кричал оттуда:

– Да, мои хорошие, летите! Сюда! Вас становится всё больше! Сюда! Сюда!

Сибу, загипнотизированный этим светом, голосом и невообразимым писком прибывших собратьев, притих. Покачиваясь на ветке, он думал о том, как счастлив, и как ему невообразимо повезло, ведь он теперь сможет покинуть Волшебную страну и отправиться туда, к Чёрным горам, чтобы построить там новый уникальный мир.

Глава 19

Феба заварила травяной душистый чай и поставила вазочки с вареньем для своих гостей. В доме и правда не было готовой еды. Откуда ей здесь взяться? Сама хозяйка последний раз поела вчера вечером в доме у виноградаря Цира, да и то, потому что Гана была настойчива в уговорах. А потом ей и самой было не до еды. Аппетита у Фебы не было, все мысли – о пропавшей дочке, а теперь ещё и о рыжике-Сибу.

После того, как Зак рассказал о том, что творится в городе, Феба словно оцепенела. Он не вдавался в подробности, чтобы не расстраивать и без того горюющую женщину. Однако ей теперь стали понятны картинки, что показала ей вода в реке. На Фебу словно опустилась печаль всего города, и на минуту в доме воцарилось тягостное молчание. Только Кантогор звонко стучал ложечкой, размешивая варенье в чашке.

– Костры на улицах зажигают? – вдруг задала странный вопрос Феба. Хранитель и Кантогор усиленно закивали, и Феба удовлетворённо хмыкнула.

– Так чего вы от меня хотите, Зак? – Феба закуталась в плед и отвернулась к окну, рассматривая невидящим взглядом закатное сиренево-розовое небо. – Я так поняла, у вас ко мне какая-то просьба.

Тот ответил:

– Я пришёл, чтобы просить о помощи – так, как я сделал бы это, если был бы жив ваш отец Хан, охотник и лучший следопыт.

– Я готова, – коротко ответила Феба и пронзительно взглянула на Зака, словно бы таким образом подписывая и скрепляя печатью их устный договор. Впереди снова бессонные ночи, но это ничего. Лишь бы найти Дотти и всех тех людей, что пропали вместе с ней.

Кантогор, до этого всё больше молчавший, смущённо сказал:

– Похоже, мы будем работать с вами в паре, Феба. Прорабатывать версию про летучих мышей. Эти животные появились ровно в то время, когда стали пропадать люди. Я опросил уже несколько десятков свидетелей. Если где-то исчезал человек, говорили, что на его месте обязательно появлялась мышь.

– Не может быть! Вы сказали «летучих мышей»?! – не ожидая ответа, Феба резво вскочила со стола и принялась ходить из угла в угол. - Да, да, я тоже припоминаю! Когда пропал Сибу, его отец тоже выгнал из комнаты странное чёрное существо с крыльями. Непонятно, откуда оно там появилось. И… подождите-ка, даже в детском домике Дотти был какой-то зверёк, но я не обратила внимание на это… Башня! Башня! Они слетаются туда!

Феба выскочила из дома, и мужчины побежали вслед. Как раз вечерело, и их взору открылась та самая картина, которую Феба наблюдала накануне. Только теперь небо было заполнено уже не сотнями, а тысячами летучих мышей.

Глава 20

Феба, Кантагор и Зак пробирались через лес к Башне. Несмотря на усталость, в Фебу словно влились новые силы, и она бежала первой, тем более что дорога к Башне была ей отлично знакома. Что если и правда там, среди этой стаи, находится её малышка Дотти?! Смогут ли они узнать друг друга?

За Фебой спешил Кантагор. В нём соединились сейчас два намерения, и они оба придавали ему скорости. Во-первых, он хотел, чтобы с этой женщиной было всё в порядке – она явно не в себе, и его дело – защитить Фебу. А во-вторых, он был первым биологом, которому довелось обнаружить такую огромную колонию летучих мышей. Интересно, чем питается этот вид?

Зак, хотя не очень молодой, но вполне крепкий мужчина, замыкал эту тройку. В отличие от Фебы и Кантагора, в голове хранителя правопорядка решались логичные и здравые вопросы: зачем они бегут к Башне, что надеются там найти, и что будут делать, когда окажутся там? Зака слегка беспокоило, что его попутчики выглядят достаточно безумными, чтобы полезть на деревья… К сожалению, предположение оказалось верным – эти двое отклонились от тропинки, чтобы рассмотреть летучих мышей на деревьях. Зак, остановившись на подходе к Башне, взмолился:

– Подождите! Остановитесь! Да стойте же!

Хранитель говорил тихо – хотя у них не было плана, привлекать к себе внимание Учёного точно не стоит. Как ни странно, попутчики услышали шёпот Зака. Раскрасневшиеся от бега Феба и Кантагор притормозили, и, разом повернувшись, одновременно сделали несколько шагов назад.

– Что?! – спросили хором Феба и Кантагор, досадуя из-за задержки.

– Подождите! – повторил хранитель, отдышавшись, – Нет смысла бежать к мышам, и неважно, люди это или всё же обычные звери. Чего вы от них хотите?! Прежде всего нужно пообщаться с этим Учёным!

Феба и Кантагор кивнули в ответ, и вновь синхронно. «Быстро они спелись! Кто бы мог подумать!» – хмыкнул про себя Зак.

– Вы правы, Зак, нужен план, – согласилась Феба со вздохом.

Кантагор предложил:

– Можно попробовать проникнуть в Башню. – Подумав секунду, биолог тут же себе возразил: – Только ведь нам никто не откроет, а пробраться внутрь без оборудования не получится.

Зак задумчиво пробормотал:

– Похоже, придётся ехать в город за подмогой. Заодно посмотрю обстановку.

Тем временем вверху появился ярко-зелёный свет.

– Вот! Вот! Видите?! – возбуждённо зашептала Феба, и пояснила, – Точно такой же свет был в тот вечер. Со стороны города сюда слетались первые стаи. Теперь я уверена, что таким образом Учёный-Колдун подаёт им сигнал!

Хранитель правопорядка решительно подошёл к двери Башни и стал колотить, что есть мочи – вначале крепким кулаком, затем носком тяжёлого сапога, и под конец – рукояткой служебного ножа. Но всё было бесполезным – никто ему, конечно же, не открыл. Учёный и раньше был нелюдим. Но теперь он своим молчанием как будто подтверждал свою причастность к пропаже людей.

Тем временем мыши по-прежнему слетались к Башне, издавая настойчивый писк, который постепенно становился пронзительным нестерпимым гулом. Время от времени наверху загорался и потухал зелёный свет.

Кантагор с восхищённым видом рассматривал небо, заполонённое летучими мышами и пытался прикинуть навскидку, сколько их здесь собралось. Задумчиво почёсывая подбородок, биолог пробормотал:

– Интересно, почему этот свет срабатывает как приманка? Я бы побеседовал с этим Учёным!

– Не переживайте, скоро он сам оттуда выйдет. Никто сюда не приносит провизию вот уже несколько дней, а аппетит у него хороший, – насмешливо пояснила Феба.

– Поеду за подмогой, – решительно заявил Зак, убедившись, что стучать в дверь бесполезно. – Кантагор, останьтесь здесь, а Феба, если хочет, составит вам компанию. Не ввязывайтесь ни в какие истории, просто незаметно следите за входом. Я же по пути заеду в один из ближайших домов и пришлю сюда дежурных, мужчин покрепче. Не будем оставлять Башню без присмотра, договорились?

Биолог и Феба закивал в ответ. На том и порешали.

Глава 21

Феба и Кантагор шли по лесу. Глаза постепенно привыкли к ночному свету.

– Я узнáю свою малышку, – уверила женщина своего попутчика.

Что касается биолога, то у него были сомнения. Прежде всего в том, что возможно превратить человека в летучую мышь. И уж тем более – узнать в животном своего ребёнка. Абсурд, с научной точки зрения! Но он не стал лишний раз расстраивать Фебу и решил подыграть ей, тем более для этого нужно было совсем немного – просто помалкивать и вовремя кивать. Он так и делал.

Они шагали от дерева к дереву, Феба тихонько посвистывала и звала то Дотти, то Сибу. Кантагор тем временем осматривал мышей, что неподвижно висели вниз головой на ветках.

– Они ведут себя нетипично! – доверительно шептал биолог, поддерживая Фебу под локоть, чтобы она не упала, в ночной темноте не заметив корягу или холмик. – Летучие мыши – ночные животные, и днём обычно спят. Ночью они должны летать. А эти – прилетают и тут же засыпают. Возможно, эти существа совершили очень длительный перелёт из соседних земель, и потому обессилили? Это единственное объяснение, которое пока приходит мне в голову.

Феба рассердилась и зашептала в ответ:

– А вам не приходит в голову, что люди говорят правду? Наших близких заколдовали и превратили их в этих странных летающих животных!

Кантагор замолчал, вспомнив о том, что собирался беречь нервы этой бедной женщины. Пробормотал примирительно:

– Да-да, Феба, конечно, вы правы, возможен любой вариант, даже самый фантастический. И всё же мыши, будь они волшебными или самыми обычными, должны ночью бодрствовать. Я хотел сказать только это.

Феба, огорчившись, что её слова не принимают на веру, высвободила локоть:

– Благодарю вас, Кантагор, я прекрасно ориентируюсь в темноте.

Тот вздохнул и лишь пожал плечами. Дальше они шли уже порознь.

В какой-то момент мужчина ушёл вперёд, и вдруг увидел, что одна маленькая мышка будто чем-то отличается от других, хотя они все до единой висели совершенно неподвижно и казались одинаковыми. Кантагор замер, удивлённый своим открытием, а потом, неожиданно для себя самого, взял эту мышку и спрятал её за пазуху. Зверёк не сопротивлялся, продолжая спать. Такой же участи подверглась и другая мышь. Биолог и сам не знал, для чего это делает. Ну уж точно не для жестоких опытов! И всё же ему в тот момент показалось, что взять пару мышей с собой – это самое верное действие.

Феба догнала Кантагора и бережно потрогала его за плечо:

– Знаете, наверное, пойдёмте? На сегодня достаточно событий, а с рассветом мы сюда вернёмся. Я более тщательно осмотрю следы наших ребят, а вы – рассмотрите этих чудных существ, хорошо?

Кантагор охотно согласился. Он и сам очень устал от всех этих передряг. Кто бы знал, что переезд в Волшебную страну, который казался ему самой большой авантюрой, которую может пережить скромный биолог, вскоре окажется самым спокойным событием в этой череде приключений.

Феба предложила остаться Кантагору в Западной притоке, чтобы не терять время на дорогу. После визита в дом виноградаря, где они убедились в том, что Сибу так и не вернулся, Феба решили отвести Кантагора к Тану и Тине, и те предложили обоим гостям ночлег. Пока мужчины вместе с восхищёнными близнецами, управлялись с лошадью, Тина и Феба приготовили для всех горячий ужин. Почему-то это был хороший вечер, даже несмотря на все волнения. Впервые за эти несколько утомительных и тяжелых дней Фебе показалось, будто Дотти с ней рядом.

Глава 22

Зак довольно быстро добрался до центрального участка правопорядка – с учётом, что он не особенно привык к ночной верховой езде. Уже на самом подъезде к городу он понял, что версия насчёт превращения людей в летучих мышей не так уж нелепа. Потому как мог сравнить вид полупустых улиц и лес, который, напротив, был заполнен огромными стаями тех летающих существ.

Да-да, улицы Волшебной столицы были полупусты. Фонари мало где горели, наверное, потому, что дежурные фонарщики пропали, а заменить их было некем. Оставшиеся жители были близки к отчаянью: из распахнутых дверей там и здесь слышались горестные рыдания и встревоженные разговоры. На перекрёстках и площадях у костров всё так же собирались люди. Но их было мало, да и выглядели они уныло.

– Похоже, все улетели к Башне! – пробормотал Зак себе под нос и мягко подтолкнул пятками бока лошади, чтобы та бежала быстрее. Нужно было попасть в участок и рассказать обо всём, что он узнал.

Однако в участке Зак обнаружил только стажёра, который пришёл к ним буквально за неделю до этих событий. Тот сидел, насупившись, и пытался подсчитать заявления о пропаже:

– Три тысячи семьсот пятьдесят восем… Три тысячи…

Зак всё же перебил его:

– Приветствую, Новак.

Тот записал карандашом последнюю цифру на заявлении и только после этого поднял взгляд. А, увидев Зака, несказанно обрадовался:

– Я уж думал, что один тут остался. Ведь все остальные правоохранители пропали. Все!

Хранитель растерянно опустился на лавку и покачал головой. Не может быть! А потом решительно заявил:

– На рассвете идём штурмовать Башню с добровольной дружиной. Давай выйдем на улицу и соберём людей.

Новак философски заметил:

– Можно, конечно. Только останутся ли к рассвету те, с кем мы сейчас договоримся? Может, к рассвету и разберёмся?

Зак не поддался грустному настроению, однако замечание стажёра учёл:

– Хорошо, соберём дружину, а также оставим письменные указания на случай, если и сами пропадём. Всякое может случиться… Пойдём. Объявление напишем. Мне всё больше кажется, что дело в том самом Учёном. Что-то не то он сотворил, ой не то…

***

Наутро, вопреки мрачным прогнозам Новака, добровольная дружина, состоящая из двадцати человек, выбила входную дверь в Башню. Много странного, необычного обнаружили внутри жители Волшебной страны, начиная от муравейников в стеклянных кубах с крышками, заканчивая удивительным механизмом, который мог производить зелёный свет на крыше Башни. В подвале располагалась химическо-магическая лаборатория, на столах располагались пробирки, реторы и прочие склянки, а на стенах – начертаны странные символы и знаки.

Да, чего только не было в Башне… Однако самого Учёного и след простыл. Впрочем, летучие мыши с деревьев тоже исчезли. Интересно, что же заставило Учёного спешно покинуть своё прибежище? Быть может, он узнал о предстоящем штурме и решил скрыться?

На самом деле, Учёного-Колдуна нисколько не заботила эта суета вокруг Башни. При желании он мог применить свои магические силы и избавиться от преследования в два счёта. Кроме этого, он знал, что большинство жителей Волшебной страны уже превратились в летучих мышей. Рано или поздно все оставшиеся люди примкнут к его отряду – это дело времени.

На самом же деле причина спешного бегства Колдуна была гораздо более непредсказуемой, чем можно было предположить.

Глава 23

После опасной прогулки с Кантагором по лесу Феба проснулась в доме у Тана и Тины первой. Ночью они уговорили гостей остаться у них, чтобы Фебе не возвращаться в свой дом в кромешной темноте. А ещё и топить там печь – по весне ночами в горах ещё прохладно.

Феба лежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Она не могла объяснить, почему с тех пор, как они с Кантагором вернулись из леса, ей всё казалось, будто малышка Дотти находится где-то рядом. Не иначе, это придумалось ей, чтобы переносить легче разлуку. Другого объяснения у Фебы не было.

Нужно было вставать и будить Кантагора – они вместе собирались поутру вернуться к Башне, чтобы при свете рассмотреть этих странных существ с крыльями, в которых превратил злой Колдун жителей Волшебной страны. Феба, передвигаясь как можно аккуратнее и тише, оделась и вышла в прихожую. С крыльца дома должны были быть видны деревья со стаями летучих мышей. Где-то там её малышка, вдруг она узнает её даже издалека? Впрочем, идти далеко ей не пришлось.

Чудеса! Прямо на куртке в углу прихожей лежали малышка Дотти и Сибу, они крепко спали. Феба, не помня себя от радости, стала обнимать, целовать детей, одновременно смеялась и плакала, и всё приговаривала о том, как она счастлива их снова видеть. Дотти и Сибу, проснувшись, обнимали Фебу в ответ. Это была очень радостная встреча! На шум выбежали и хозяева дома, и Кантагор, и даже близнецы. Вот весёлая кутерьма началась!

Но никто не мог понять, откуда взялись здесь дети.

После того как все хотя бы немного успокоились, прошло не меньше часа. А потом, когда прибежали родные Сибу – отец Цир, мать Гана и братья Син и Сан, по новому кругу начались объятия, веселье, смех и слёзы.

И вот, когда печь была затоплена, чайник согрет и все с аппетитом уплетали пироги, запивая их молоком или чаем – на выбор, начались предположения. Как и откуда могли появиться здесь Сибу и Дотти?! Они уже рассказали о том, что с ними произошло, хотя помнили очень немногое. Кантагор не сразу вспомнил о том, что вчера спрятал парочку мышек себе в куртку, и вот – пожалуйста!

– Я просто случайно взял именно этих двух, – как будто оправдывался биолог, - Ну, мне показалось, будто именно они чем-то отличаются от других. Светятся по-особенному, что ли…

Феба радостно рассмеялась:

– Кантагор, вы – спаситель детей, и я буду благодарна вам за это всю свою жизнь. Конечно, выбор был не случайным. Просто Волшебная страна начала действовать на вас. Она выявила некие способности, которыми вы обладали раньше, однако обнаружили их только сейчас. Значит, страна вас приняла, признала, и теперь вы – настоящий волшебный житель. Будете исследовать, упражняться, и поймёте, в чём заключается ваш дар, и соедините его со своей профессией. Тогда вы станете настоящим Мастером!

Вчерашний чужеземец только удивлённо покачал головой в ответ. Ему эти темы были вовсе незнакомы, и научный ум всё подвергал сомнению. Только вот ещё бы стать свидетелем парочки чудес, тогда он готов был бы во всё это поверить.

Глава 24

После душевного чаепития все гости уже были готовы разойтись по своим делам, но тут прибежал один из добровольцев штурма. Его отправил Зак, чтобы передать последние новости. Вот это да – Учёный исчез, как исчезли и все летучие мыши! Тут уж наступил черёд жителей Западной притоки удивляться и удивлять в ответ своими счастливыми новостями. Ради такого случая Зак заехал к ним, и пока он опрашивал детей и свидетелей, поздравлял со счастливым обретением их родителей, Кантагор верхом проделал путешествие в город и обратно, чтобы передать новости.

Если здесь появились Сибу и Дотти, быть может, в город вернулись и другие жители Волшебной страны? Но оказалось, что в опустевшем городе всё было по-прежнему. Оставшихся было не так уж много. Эти двое детей были единственными, кто обнаружился после пропажи, и было совершенно непонятно, почему они снова превратились в людей? Возможно, это помогло бы и другим жителям, если, конечно, их бы обнаружили. Да, было много вопросов, но ответов на них так и не нашли.

Жители, которые превратились в летучих мышей, но не смогли выбраться из своих домов, вновь проснулись обычными людьми. Воспоминания о прожитых днях казались страшным сном. Да они толком ничего и не помнили.

Этих счастливчиков вместе с теми, кто контактировал с ними, поместили на некоторое время в больницу – чтобы наблюдать за их состоянием, а также убедиться в том, что они не заражают других. Но больше никто не превратился в мышь. Значит, зло было остановлено, правда, с огромными потерями.

Жизнь постепенно входила в своё русло. Возвращение к старому больше не было возможным: нужно было подстраиваться под новые реалии. Чтобы обеспечить привычный уровень жизни, жителям Волшебной страны пришлось осваивать новые профессии. Многие дома и квартиры пустовали, так что можно было выбирать жильё на любой вкус. По договорённости, оставшиеся горожане освоили только самый центр. Так было удобно обеспечивать жителей продуктами, освещать и убирать только те места, где жили люди. Что поделать – остальные улицы теперь пустовали.

Феба вместе с Дотти тоже переехали в город. Они очень сдружились с Кантагором и потому поселились поблизости. Тем более, у их маленькой семьи не было ни хозяйства, ни привязки к земле, как у других соседей. Разве что Феба была связана с водой, и скучала по реке, но теперь в городе катастрофически не хватало пекарей, и бывшая прачка стала печь самые вкусные пироги булочки. Так наступило лето.

Однажды Феба набирала воду. И, переливая воду из одного ведра в другое, вдруг услышала из глубины колодца:

Когда пройдут все времена, то он получит всё сполна.

Колдун обманут и спасён, больной – как заново рождён.

Услышав это, она вздрогнула. Как она могла забыть эти строки? Ведь когда-то заучивала их, хотя не понимала их значения. И почему так ни разу никому не рассказала о том, что видела тогда в воде реки? Было ясно одно – вода зачем-то напоминает ей о том случае. Феба расценила это как приглашение и приняла его.

– Приду так скоро, как только смогу! – крикнула она в колодец, наклонившись.

И в ответ ей раздалось эхо:

– Смогу! Смогу! Смогу!

Примерно раз в неделю или две Феба и Дотти отправлялись в гости к своим бывшим соседям. На этот раз Фебе нужно было заглянуть к реке и, доведя Дотти до места, откуда уже виднелся дом близнецов, она отпустила дочку, а сама вернулась к развилке дорог, откуда был спуск к воде. Ей хотелось попробовать получить ответ на самый важный вопрос, который волновал каждого из оставшихся жителей Волшебной страны – где сейчас пропавшие люди, что с ними стало?

Поздоровавшись с рекой, Феба произнесла молитвы и опустила руки в воду. Почувствовав знакомый толчок волны, она открыла глаза и стала всматриваться в речную рябь. Картинки, подаренные водой, были удивительные, и в первую очередь тем, что показанные места были совершенно незнакомы Фебе. Почва в их стране была оранжево-красного цвета, а растения – ярко-зелёные. В речном видении взору женщины предстали незнакомые земли с чёрной почвой, чёрным песком и чёрными горами. Пропавшие жители были уже не в виде летучих мышей, а такими, как она их знала и помнила. И выглядели они не такими уж несчастными, более того, их лица светились радостью и вдохновением. Волшебные жители строили дома, дороги, обустраивали какой-то город, и по их радостным, вдохновенным лицам нельзя было сказать, что их кто-то заставляет это делать. Такое впечатление, будто им нравилось то, что происходит! Как такое может быть? Неужели они не скучают по своим друзьям и близким, неужели не хотят вернуться обратно? И под конец Феба увидела совсем уж удивительную картинку – огромный костёр, вокруг которого расселись толпы волшебных жителей, которые любуются движущимся изображением Волшебной страны. Это выглядело так, как если бы они смотрели на всё глазами птицы, что пролетала над улицами столицы – вначале высоко, а потом всё ниже, на уровне крыш домов, и наблюдали за всеми оставшимися жителями и переменами, которые там происходили.

Река журчала первые строчки стихотворения, которое Феба услышала в прошлый раз:

Когда пройдут все времена, то он получит всё сполна.

Колдун обманут и спасён, больной – как заново рождён.

На этом видения закончилось, и Феба, сердечно поблагодарив реку и отправилась в гости. По дороге она раздумывала, стоит ли делиться со своими друзьями о том, что она увидела, или оставить новости для Зака, и пусть он принимает решение, что делать с этой информацией.

Глава 25

Так что же произошло в ту ночь, когда исчез Колдун и все летучие мыши?

На самом деле, странные симптомы, которые стали проявляться у злого Колдуна ещё несколько дней назад, всё больше усиливались. Это был не только кашель и чихание, которое просто замучили его, и не только одышка. Самое главное – Колдун чувствовал, что та злость, которая была его обычной спутницей, как-то отступила от него. Его посетили странные чувства и мысли: вдруг стало жаль этих жителей Волшебной страны, и тех, кто теперь болтались вниз головой на деревьях, бывшие фонарщики, лекари и пекари, и тех, кто горько горевал, потеряв своих близких и родных. Когда раньше Колдун, обратившись к своим магическим знаниям, летал над столицей, объятой ужасом и огнями костров, он ощущал триумф и гордость. Теперь, посмотрев на то, в какой панике пребывают оставшиеся волшебные жители, ему стало стыдно, страшно и больно. Колдуна стало мучать раскаянье! Но он, не зная всех этих чувств доброты, сострадания и совести, решил, будто находится на краю гибели.

– Рон, кажется, я умираю! – прохрипел Колдун, бросаясь к панголину с объятиями, но тот в ответ только крепче свернулся в клубок, вжавшись в опилки, на которых обычно любил отдыхать.

Колдун, не найдя поддержки, метался по Башне, пока ему не пришло в голову обратиться за советом к своей главной магической книге. Та намекнула ему, что всё дело в земле, на которой он находится. «Как я мог забыть, что эта страна — по-настоящему волшебная! –сетовал Колдун, – Она отравляет мою магию своими излучениями и хочет уничтожить».

И тогда у него возник следующий вопрос: «Почему именно сейчас? Ведь я провёл здесь целых полгода, и не замечал пугающих симптомов!». Ответ был следующим: всё дело в том, что он своими экспериментами внёс в местное пространство сильный дисбаланс стихий. Последствия могут быть непредсказуемыми – Волшебная страна усилила своё влияние на источник изменений.

Обнаружив это, злой Колдун не находил себе места и впал в панику. «Если я останусь здесь даже на час, со мной случится что-то очень страшное, – решил он, – Ведь трансформация уже началась! Нужно срочно отсюда бежать».

Злой Колдун и правда менялся. Только подумать – спешно готовясь покинуть Волшебную страну, он не забыл о муравейниках и открыл стеклянные крышки, чтобы насекомые могли выбраться оттуда. Мог ли Колдун представить ещё неделю назад, что станет заботиться о каких-то муравьишках? Но это случилось: Колдун добрел, и это его пугало.

Применив мудрёные магические приёмы, Колдун быстро сбросил все свои вещи, которые могли пригодиться на новом месте, в волшебную сумку, очень вместительную. Туда же отправился спящий панголин. И, собрав все свои силы, Колдун произнёс два главных заклинания. Первое было направлено на летучих мышей. В их сознании появилась карта местности и маршрут, ориентируясь по которым они должны были отправиться по воздуху к Чёрным горам. А второе заклинание мгновенно переместило туда самого Колдуна вместе с его пожитками.

Злой Колдун давно готовил свой план, и у Чёрных гор был загодя построен дом и подготовлено всё самое необходимое на первое время после переселения, включая провиант для него и людей. Однако он никак не рассчитывал на то, что окажется в таком плачевном положении и будет вынужден бежать!

Прибыв на место, Колдун слёг с ужасным насморком, кашлем и возможно даже с повышенной температурой. И он не нашёл ни одной подходящей магической формулы для того, чтобы исцелить себя от этого банального недуга.

Глава 26

Через несколько дней в пустынные земли у Чёрных гор прибыли первые отряды летучих мышей. К счастью, в заклинание, которое отправило волшебных летучих животных в это место, содержало и обратное превращение в людей.

Вначале, конечно, они не понимали, что произошло с ними и где они оказались. Но постепенно, собравшись вместе и поделившись впечатлениями, догадались, что с ними случилось. Началась новая жизнь.

Когда-то злой Колдун, представляя этот момент, в своих фантазиях видел, как он встречает новых жителей его будущей прекрасной страны, а затем важно вещает им с балкона своего нового дома о светлом будущем, которое их ждёт. Но в итоге он всё банально проспал.

Жители Волшебной страны сами нашли его в доме и хотели потребовать ответов на все вопросы. Однако, видя, что он приболел, тут же принялись лечить его всеми подручными способами: напоили горячим чаем с мёдом, обложили компрессами из листьев лечебного дерева ман, которое обнаружилось поблизости, сварили вкусный суп и даже оставили в доме дежурного-лекаря. Тот присматривал за прихворавшим Колдуном и время от времени заглядывал к тому в комнату, меняя холодные компрессы на лбу и поправляя подушки.

Вечером того же дня Колдун, наконец, встал с постели и, пошатываясь от слабости, подошёл к окну своей спальни и взглянул наружу. Он не поверил своим глазам. Освобождённые волшебные жители вовсе не обозлились и не упали духом в этих обстоятельствах. Оказавшись вдалеке от родных мест, они находили радость в общении друг с другом. Тут же они организовали шалаши для ночлега, развели костры и приготовили пищу для всех. Каждый нашёл себе дело, которое точно принесёт общую пользу – кто-то собирал сухие ветки для костров, кто-то штопал одежду, кто-то готовил пищу. Каждый заботился о себе и о том, кто находился рядом. Тут и там раздавались смех и даже песни. Колдун, сам того не ожидая, растроганно заплакал, так как понял, что впервые в жизни по-настоящему счастлив. И не потому, что, наконец, сбылась его мечта. Он вдруг почувствовав себя дома, в родной семье – здесь, с этими людьми, он ощутил то душевное тепло, которой он был лишён всю свою жизнь.

Что же произошло? Волшебная страна была волшебной благодаря людям, которые там жили. Волшебной она стала потому, что её жители проявляли доброту и любовь по отношению ко всему вокруг. И тогда, когда Колдун оказался на этой земле среди добрых людей, он стал постепенно меняться. И теперь, когда добрые люди были вокруг, они меняли его, превращая его из злого Колдуна в доброго Волшебника. Эти перемены были неизбежны, хотя они не были такими быстрыми, как хотелось бы.

Глава 27

Вместо балкона, с которого когда-то собирался вещать добрый Волшебник сидел в большом кругу у костра, скрестив колени, и рассказывал людям о том, почему он и они здесь. Без пафосных красивых слов. Он просто рассказывал о своей судьбе, жизни и планах. Он просил их о помощи и предлагал оценить тот шанс, который выпал им всем. Волшебник и сам пересмотрел свои взгляды, и видел теперь всё иначе, чем прежде.

В какой момент произошла эта перемена, он и не заметил. Волшебник даже выглядел сейчас по-другому. Оказалось, что ему около тридцати. Это был молодой симпатичный мужчина, пусть даже и седой, но никак не старик, каким он казался людям раньше. Вместо всклокоченных патлатых косм, волосы аккуратно были собраны в хвост. Он не надел на себя чёрно-красный шёлковый балахон, в котором хотел предстать перед своими подданными когда-то. Вместо этого – обычная одежда из грубой холщовой ткани, простые ботинки. Он намеревался трудиться рука об руку вместе со всеми. И надеялся, что жители Волшебной страны простят его за то, что он наделал.

Плотник Лот, хотя и был уже в преклонном возрасте, стал негласным лидером. Люди доверяли его мнению и жизненному опыту. Потому заранее попросили беседовать с Учёному-Колдуну и задавать ему необходимые вопросы. Волшебнику не составило труда применить магическое заклинание для того, чтобы каждый из нескольких тысяч людей, которые присутствовали сейчас здесь, слышали этот разговор.

– Если ты такой всемогущий маг, почему мы не можем вернуться домой прямо сейчас? – спросил Лот.

– Я могу это сделать, но прошу вашей помощи в том, чтобы осуществить мою идею. Она ведь не так плоха, несмотря на то, что я был словно в злом мороке, когда её выдумал. Вы открыли здесь для себя новые земли, и мы можем с вами вместе превратить эти пустынные леса и горы в оазис. Вы уже видели, что здесь есть выход к морю. А море – это корабли, путешествия, это морской промысел, это красивый отдых, в конце концов. Здесь плодородные земли, и пусть вас не пугает цвет этого песка и почвы. Мы преобразим этот мир и откроем проход к Волшебной стране. Мы объединим два этих мира.

Лот возразил:

– Но тогда почему не позвать всех остальных сюда и не сделать этого вместе? Или мы хотя бы можем сейчас отправить весточку о том, что с нами всё в порядке! Зачем мучать наших близких, продляя их неведение?

Волшебник задумался, прежде чем ответить на этот вопрос, а потом признался:

– Я и сам точно не знаю, почему. Но знаю точно только одно – не стоит этого делать. Тем самым мы как будто нарушим порядок. Сейчас я изменился, и меняется этот мир. И если нарушить этот баланс слишком резко, изменения могут быть не совсем гармоничными. Всё должно быть постепенно. Сейчас ваши родные и близкие скучают и тоскуют по вам, они не знают, что вы рядом. Но ведь скоро это воссоединение произойдёт. Давайте оставим идти всё своим чередом. Поверьте, всё случится в нужный момент.

Лот кивнул в ответ, прислушиваясь к себе и находя отклик на полученную информацию, и словно бы согласился с этим, хотя это стоило ещё обдумать. А потом задал следующий вопрос:

– Мы видим, что здесь оказались не все. Да, большая часть жителей Волшебной страны, но всё же далеко не все. Мы недосчитались примерно несколько тысяч, значит, и ты подтвердил нам, что они продолжают жить там, за Чёрными горами. Но по какому принципу был этот отбор? Почему твоя микстура на кого-то подействовала, а против кого-то оказалась бессильной?

Волшебник вздохнул и развёл руками:

– Если бы мне знать! Вы же знаете, я хотел власти над всеми жителями Волшебной страны, но потом пошли преобразования, которые были выше меня и изменили мои планы. В итоге получилось то, что вы видите. Но есть то, что я могу предположить и готов поделиться с вами своими догадками. Мне кажется, что внутри вас есть какие-то отличия, которые не видны взгляду ни обычному, ни даже магическому. Возможно, есть нечто большее, что могло бы объяснить особенности внутреннего устройства каждого из существ. Одни пригодны для того, чтобы учиться новому, выстраивать новый мир и пробивать новые дороги, а другие – ждать, крепиться, поддерживать друг друга, проявлять стойкость силы духа и перестраивать то, что уже имеется. В этом и состоит гармония бытия. И я рад, что вас оказалось достаточно много, чтобы нам можно было сделать то, что должно. Поверьте, когда мы откроем границы между нашими мирами, Праздник будет таким радостным, что нас услышат даже в самых дальних уголках ближайших вселенных. Ожидание стоит того, и вы убедитесь в этом.

Лот обнял Волшебника и спросил:

– Как я могу к тебе обращаться? Мы называли тебя Учёным, но не знали твоего имени. Назови его нам.

Тот вздрогнул и, помолчав, ответил:

– Хон. Зовите меня так. Это имя мне когда-то дали родители, и с тех пор больше никто и никогда не называл меня так. Каждый раз, когда я буду слышать это имя, оно будет возвращать меня к самому себе.

Они с Лотом обнялись, и Лот сказал:

– Добро пожаловать в нашу большую семью, Хон, добрый Волшебник. Мы сделаем так, как ты предлагаешь.

Многие тысячи захлопали в ладоши. И этот звук не был похож на хлопанье крыльев летучих мышей. Это был звук радости и принятия.

Глава 28

Уже на следующее утро, с восходом солнца, в землях у Чёрных гор закипела работа. Нужно было начинать строить новый мир, и если бы для этого можно было пользоваться только своими руками, то на создание ушло бы ох как много времени! Потому Хон предложил новый способ. Он выделил людей, у которых волшебные дары были проявлены наиболее ярко, и стал учить их практической магии. Так появились несколько отрядов.

Маги проходили быстрый курс обучения от Хона и упражнялись в материализации. Сюда принимали любых желающих, если кто-то хотел попробовать свои силы. И оказалось, если человек испытывает интерес к этой деятельности, то и способности у них проявлялись очень быстро.

Творцы делали готовили зарисовки предметов, зданий, улиц и кораблей, чтобы потом воплотить это в мир. Кстати, здесь пригодились дети. Они здорово развлеклись, описывая или рисуя свои фантазии, к которым относились с большим вниманием. Если кому-то хотелось добавить что-то от себя или возникала идея, он тоже мог подойти и поучаствовать в процессе придумывания.

Инженеры и проектировщики анализировали полученные зарисовки и вносили корректировки, давали советы, что нужно исправить, чтобы задумка сработала. Ведь одно дело придумать строение или механизм, а другое – сделать его так, чтобы он соответствовал законам физики и был по-настоящему функциональным. А ещё нужно было определить, какие детали нужно сделать из реальных объектов, а какие – создать при помощи магии.

Самыми многочисленными были группы, в которых занимались обслуживанием. Ведь людям нужны были кров и пища. Так что первыми были построены общежития, кузницы, мастерские, – что-то вручную, что-то с применением магии, как раз отрабатывая практические навыки на мелочах. Одни валили лес, другие занимались строительством, кто-то мастерил нужные инструменты, другие добывали пищу, четвёртые занимались земледелием или ловили рыбу.

Это было прекрасное время! Жители Волшебной страны, забыв обо всём, создавали новый мир, и чувствовали себя счастливыми. Как будто вернулось детство, ведь для их фантазий теперь не было ограничений. Каждый открывал в себе что-то новое. Бородатый серьёзный кузнец, оказывается, мог придумывать очень красивые фасоны одежды. Бывший пекарь обнаружил в себе большой интерес к морскому делу и активно участвовал в постройке первых лодок. Учитель музыки обнаружил, что в магии и музыке есть очень много общего, и проводил долгие часы, заучивая полезные заклинания и тут же опробуя их под присмотром Хона.

Хон был по-настоящему счастлив. Он даже не вспоминал о том, как он изначально представлял себя это время: ему строят дворец, где он сидит и повелевает своими подданными, чья воля подавлена настолько, что они хотят только одного – умилостивить своего господина… Нет, то, что он проживал сейчас, не заменит Хону поклонения и королевских почестей, о которых он когда-то мечтал. Он бы сильно недоумевал и переживал, если сейчас кому-то пришло в голову что-то подобное. Вместе со всеми он смеялся шуткам, радовался, когда что-то получалось. И стремился устранить ошибки, если что-то не удавалось. Хон был теперь активным, улыбчивым и подвижным. Целый день он бегал от одних групп к другим и где мог, помогал – советом, действием или просто добрым словом. Никто и никогда бы не узнал в этом загорелом парне того Учёного и злого Колдуна, у которого единственным другом было странное животное.

Что же Рон? Он, конечно, удивлялся таким переменам, да и не очень-то ему нравились толпы людей, что сновали вокруг. Зато он обрел свободу и ходил на прогулку в поисках муравьёв туда, куда ему нравилось, и проводил в лесу столько времени, сколько ему хотелось. Правда, Рон уже привык к неволе, и чаще всего возвращался ночевать в дом своего хозяина.

Работа кипела, и с каждым днём их поселение всё больше росло и постепенно превращалось в город, который незаметно так и стали называть Новый город.

Глава 29

Как обычно по вечерам, Хон сидел вместе с другими людьми у костра, и разговаривал с ними. Он говорил им о магии и показывал какие-то простые приёмы, а волшебные жители рассказывали об истории своей страны и о себе, о том, как каждый из них открыл в себе когда-то свой дар и стал Мастером.

Хон произнёс:

– Когда-то я считал, будто магия – удел избранных, и нужно обладать большой, нечеловеческой силой, чтобы владеть этими знаниями. Теперь, когда я ближе узнал вас, то понял, что совсем наоборот – чтобы дать доступ к великой силе, прежде всего нужно быть настоящим человеком. В руках злого человека магия зла, а в руках доброго она приносит добро. Я с радостью делюсь с вами своими знаниями, потому что уверен – ни один из вас не применит эти знания во вред себе или другим. Я доверяю вам, друзья и призываю открывать для себя новый мир магии, конечно, если вы готовы это делать и желаете этого.

И затем они упражнялись в элементарных действиях, которые могли облегчить привычный быт, как то: согреться в холод, сохранить свежесть продуктов, залатать одежду без швов, усмирить рассерженного зверя. Этому и многому другому учил людей Хон.

А потом они рассказывали ему о своём опыте – о том, как установили контакт с их землёй и стали прислушиваться к её советам, как постепенно проявлялись их дары и как они передавали их своим детям.

Хон удивлялся и восхищался этими людьми, точно так же, как они восхищались его знаниями и умениями. Им было, чему поучиться друг у друга.

И каждый вечер неизменно заканчивался воспоминаниями о близких людях, с которыми были разлучены. В один из вечеров кто-то попросил Хона:

– Научи нас навещать наших друзей и родных, что остались там, за Чёрными горами?

Вначале Хон воспротивился такому, сказав, что нехорошо подсматривать за теми, кто не знает о том, что за ним наблюдает. И в то же время он понимал чувства этих людей, и потому предложил им компромисс – он будет показывать им их город, столицу Волшебной страны, с высоты птичьего полёта. Так каждый вечер происходило это действо. Все устраивались поудобнее и с радостью и ностальгией наблюдали за тем, как без них живёт их родной город. Бывало, если повезёт, кто-то видел своих близких и родных.

Но сегодня произошло невообразимо радостное событие – жители Волшебной страны увидели, что все городские жители вышли на улицы и собрались все вместе на площади. Они как будто знали, что их видят. Они смеялись и махали руками, смотрели будто прямо на них. По их губам можно было прочесть: «Мы вас любим!», «Мы ждём вас!». Кто-то плакал от радости, видя своих родных, кто-то смеялся. В любом случае, это было значимым и очень счастливым событием для всех. Даже Хон вначале удивился, увидев такое, он не мог догадаться, каким образом их разоблачили. А потом понял, что им нужно было ускоряться, как можно скорее завершать основное строительство в Новом городе и готовить праздник Открытия границ.

– Настало время! Завтра начинаем пробивать дорогу! – ликующе крикнул Хон, и услышал радостные крики поддержки в ответ. Они так долго ждали этого.

Глава 30

Жители Волшебной страны, что остались в столице, и правда знали, что их видят. И это случилось благодаря Фебе, бывшей прачке и нынешнему пекарю, что переехала из Западной протоки. Это была та самая Феба, чья дочка волшебным образом была расколдована вместе с Себу, сыном виноградаря. Поговаривали, будто она умеет договариваться с водой, а теперь это открылось всем. Причём история была с этим связана очень таинственная, загадочная. Благодаря Фебе проснулся Великий Хуту – древний волшебник, чародей, который был помощником основателя Волшебной страны, Тотуса и его супруги Зелы. Много веков Великий Хуту спал в подземелье замка, и с этим было связано много легенд. Но никто не знал, когда бывший правитель попросил себя разбудить, об этом было известно только Главному хранителю правопорядка. И оказалось, что Феба рассказала такую весть, которая как раз совпала с предсказанием Хуту. Кто бы мог подумать!

Что касается Фебы, то у неё и вовсе шла голова кругом. В тот летний день она так и не решилась поделиться со своими друзьями видениями, что подарила ей река. Но у неё хватило смелости по возвращению обратиться к Заку – именно он стал Главным хранителем правопорядка после исчезновения большинства жителей Волшебной страны. Хранителей осталось совсем немного, Зак был самым старшим по званию, самым опытным, ну и вообще пользовался всеобщим уважением. Так что выбор был очевидным. Феба была давно дружна с ним, ещё со времён, когда был жив отец. Так что несмотря на важную должность, Зак охотно принял её во внеслужебное время, когда она уже поздно вечером постучалась к нему в дверь дома.

Запинаясь, Феба рассказала о тех двух случаях беседы с рекой. И когда она процитировала строки стихотворения, было заметно, что Зак изменился в лице. Фебе пришлось несколько повторить первые строки, которые очень заинтересовали Главного хранителя, и женщина никак не могла взять в толк, почему он так странно реагирует. Дослушав историю Фебы, Зак никак не прокомментировал её, а затем решительно надел праздничный мундир и сказал:

– Пойдём-ка со мной. Ни о чём не спрашивай. Я слишком взволнован, чтобы обсуждать сейчас что-либо. Одно могу сказать: сейчас вершится великая история, и мы в ней – непосредственные участники.

Затем они шли по городу, и Феба едва успевала за решительной и быстрой походкой Зака. Она не понимала, что происходит и почему они пришли к Замку Великого Хуту. Конечно, в Замке уже давно проводили заседания, и никто в нём не жил. Ещё там находилось Главное управление и Управление правопорядка. Тем не менее, сегодня был выходной день, и что им делать здесь поздно вечером, Феба даже не могла предположить.

Их приветствовал младший служащий, дежурный, и когда Зак шепнул ему пару слов, тот тоже изменился в лице, побледнел и выскочил наружу, а через двадцать минут, когда Феба и Зак пили чай в зале заседаний, и по-прежнему молчали, пришли ещё двое – Главный управитель и Секретарь правления. Феба растерянно стояла перед ними и только хлопала глазами, когда они объявили ей, что сейчас они разбудят Великого Хуту, потому как сбывается его пророчество.

Оказалось, что есть договорённость, которая передаётся из уст в уста вот уже многие века – о том, что когда свидетель опишет определённые образы и зачитает определённые стихотворные строки, то надлежит разбудить Великого Хуту. Он оставил на этот счёт подробные указания.

Провожатые взяли с собой факелы, которые видимо были специально заготовлены для того, чтобы спускаться вниз. Они шли по длинным коридорам, спускались в глубокое подземелье по лестницам и переходам, и Фебе всё казалось, будто она сейчас спит. Не может быть, чтобы это сейчас происходило с ней! Где великие легенды и где она, Феба-прачка, простая женщина? На двери спальни, где покоился Великий Хуту, висела табличка с начертанными словами:

Когда пройдут все времена, то он получит всё сполна.

Колдун обманут и спасён, больной – как заново рождён.

Феба почувствовала, что ноги её подкашиваются, и Зак вовремя заметил это и подхватил её под руку.

– Извини, не могу сейчас сказать тебе ничего ободряющего. Я сам ужасно волнуюсь, –доверительно прошептал ей Зак.

– Спасибо, как раз это очень помогло, – хихикнула Феба и, поймав укоризненный взгляд Секретаря управления, смущённо замолчала.

Пока вскрывали печать, Феба почувствовала сильное смущение, вдруг заметив, что руки её испачканы мукой, а причёска растрепалась из-за этой суматохи, ведь она поспешила вечером к Заку прямиком из пекарни. Кто бы знал, что сегодня ей предстоит встретиться с Великим Хуту – основателем Волшебной страны!

Глава 31

Они строили Великую дорогу от Нового города к Главной Чёрной горе около недели. По местным меркам, это было о-очень долго! Все настолько слаженно и качественно работали, что в день им обычно удавалось выстроить несколько больших и красивых домов, какую-нибудь мастерскую, небольшой корабль, разбить сквер и засадить его красивыми растениями, и это не считая повседневных дел и того, что нужно было ухаживать за уже созданным миром и убирать его. Работы было очень много! И у них, благодаря магическим знаниям и горячему желанию, всё отлично получалось.

Пока часть людей была занята в строительстве дороги, другая часть наводила последние штрихи. Несмотря на спешку, жители Нового города даже построили парк развлечений, с обзорным колесом, откуда открывался вид на город и лагуну. Также по просьбе Хона люди готовились к празднику: составляли меню, собирали продукты, заготавливали фейерверки, ставили сцену для выступающих и расставляли столы на главной площади. Они не знали, зачем нужно праздновать, если Волшебная страна вот уже несколько дней как опустела. Каждый вечер они смотрели на неё с высоты птичьего полёта, но на улицах не осталось ни одного жителя.

– Хон, мы требуем, чтобы ты разобрался с этим! – умоляли жители Нового города его основателя.

Но тот только упрашивал сохранять спокойствие и продолжать свою работу. Он уверял, что всё будет хорошо и просил довериться ему. После того, как он был зачинщиком той истории с превращением, Хон уже много раз доказал, что ему стоит доверять. И всё же они расходились, расстроенные, и не могли ни о чём думать, кроме как о том, что же произошло там с их родными. Магических знаний жителей было недостаточно, чтобы разгадать эту загадку.

Также Хон просил, чтобы в строительстве дороги принял участие каждый, от мала до велика. Потому люди менялись, дорога становилась всё длиннее, ровнее и красивее. Она протянулась на пару километров от Большой Чёрной горы до самого города. Вдоль дороги с одной стороны были разбиты парки и скверы, а с другой открывался прекрасный вид на морскую лагуну. Это было очень красивое место!

Вот наступил канун того самого великого дня, который Хон объявил праздничным. Несмотря на то, что создатели Нового города были рады тому, что создание Нового города позади, и заняло это буквально несколько месяцев, несмотря на то, что они были очень довольны результатом и понимали, что такого города, как этот, нет больше нигде – ни на Большом, ни на Малом материке. И всё же их радость сильно омрачало отсутствие вестей от близких и родных. Какая же это радость, если не все смогут её разделить? Однако Хон ласково и настойчиво просил их подготовить всё наилучшим образом, и вместе со всеми вешал гирлянды из цветов над столами и сценой. Завтра – день Объединения миров или день Открытия границ, как назвал его Хон.

Глава 32

Жители Нового города утром собрались на Великой дороге. Сейчас должно было произойти самое главное: применив магическую силу, им предстояло растворить часть Главной Чёрной горы, тем самым открыв проход к Волшебной стране и объединить эти два мира.

Все были одеты в праздничные одежды. Людей охватило волнение. Наступил день, который они так долго ждали! Вот, после сигнала, который подал трубач, они все, от мала до велика, направили своё волшебное намерение на гору, в которую упиралась недавно построенная дорога. Хон научил их такому заклинанию, которое равномерно распределяло силы и делало проход красивым, правильным и безопасным.

Постепенно пространство горы как будто растворялось в воздухе, и вот через марево стал появляться проход! И когда всё закончилось, оказалось, что с той стороны стоят жители Волшебной страны – те, что остались тогда в столице. Началась такая суматоха! Все бросились друг к другу, и хорошо, что дорога была очень широкой, так что никакой толчеи не возникло. Люди обнимали друг друга и целовались, кружились и смеялись. Такой радости Волшебная страна ещё не видела, а ведь она повидала немало радости!

И оказалось, что с другой стороны тоже есть дорога. Как жители успели построить её так быстро? Ведь у них не было никаких магических приёмов? В этом им помог Великий Хуту. Нет, он не читал заклинаний, а просто отвёл их в то место, где начинался тот путь. Оказывается, дорога уже была построена заранее, несколько тысячелетий назад она ждала своего часа, чтобы объединить эти миры.

В этой толпе все друг друга знали, и потому обнимались без разбора. Впрочем, даже незнакомому Хону, в котором невозможно было теперь признать злого колдуна-учёного, по случайности тоже досталось несколько сотен объятий, и он с радостью ответил тем же. И всё же, когда люди, словно подхваченные праздничной счастливой волной, пошли по дороге к Новому городу, Хон вдруг почувствовал себя очень одиноким. Да, он породнился со всеми этими людьми, и всё же он был немного другим. Он — чужак.

Оставшись один, Хон решил не догонять всех, а повременить у места перехода. Всунув руки в карманы брюк, он с каким-то странным чувством грусти и радости наблюдал за уходящей толпой. И тут из-за горы вышел крепкий благообразный старец, и Хон вдруг почувствовал к нему огромную любовь, притяжение, возникло чувство общности, как если бы они знали друг друга очень хорошо. Как если бы Хон видел его не раз, и они много времени провели вместе.

– Здравствуй, Хон. Я твой предок, а ты – мой потомок. Меня зовут Хуту. Мы не знаем друг друга, и в то же время очень близки. Чуть позже я расскажу о твоих родителях и расскажу твою историю. Нам многое нужно обсудить с тобой, однако это не помешает нам сейчас отпраздновать Объединение вместе со всеми.

Хон улыбнулся и обнял старика:

– Здравствуй, Хуту. Я очень рад тебе. Добро пожаловать! Пойдём, я покажу Новый город, и заодно мы поговорим с тобой.

Глава 33

На улицах Нового города царило веселье. Жители постарались на славу! Тут и там стояли длинные столы, заваленные самой лучшей едой. В каждом квартале играла музыка — где-то светлая и грустная, где-то весёлая, и повсюду танцевали люди. Дети бегали и играли в догонялки. Жители Волшебной страны обменивались новостями, делясь друг с другом тем, чему они научились за время разлуки, и что пережили. Невозможно было поверить в то, что за каких-то полгода безлюдная бухта превратилась в поистине райский уголок. Прибывшие с восхищением рассматривали корабли и лодки, пришвартованные у берега, а некоторые с удовольствием отправились на морскую прогулку.

На вечер было запланирован общий сбор на главной площади, её заранее сделали достаточно большой, чтобы поместились все жители Волшебной страны.

Так, жителям Нового города уже стало известно, что легенды, которые передавались из уст в уста несколько сотен лет, оказались вовсе не сказкой. Когда-то основатели Волшебной страны, Тотус и Зела, положив начало для доброго его развития, бесследно исчезли. Кроме чудесного города, который стал столицей, они оставили заветы, которым рекомендовали следовать людям. А также послания, которые были известны только нескольким приближенным, среди которых был Хуту. Именно он втайне занимался строительством дороги, ведущей в Чёрные горы, нанимая рабочих из других стран. Также Хуту поддерживал связь с Тотусом и Зелой, используя магические знания, которым они его научили. Хуту делился с ними, что происходит в Волшебной стране, советовался в важных вопросах.

Магию нельзя было впускать в этот мир сразу, он должен был напитываться ею постепенно. Именно поэтому события в будущем должны были сформироваться таким образом, чтобы жители Волшебной страны, вначале обнаружили у себя волшебные Дары, а потом, достаточно укрепившись, прошли непростое испытание. Им нужно было доказать, что в них хватит добра, чтобы нейтрализовать зло.

Основатели Волшебной страны проходили свои уроки – в том месте, где они находились, оставив своё наследие. Они поведали Хуту, что ему нужно будет уснуть на несколько сотен лет, чтобы исполнить пророчество. Однажды Тотуса и Зелы родится чудесный мальчик Хон. Но ему нужно будет сделать важный выбор, который либо повергнет эти земли в хаос, либо станет началом небывалого рассвета. И его родителей не будет рядом, чтобы помочь ему принять верное решение — им нужно было отправляться в другие миры, чтобы создавать новое и там, преобразовывая пространства, которые нуждались в исцелении.

Великий Хуту со смирением принял свою участь, чтобы сыграть роль в этой большой жизненной пьесе. Он выполнил все наказы основателей Волшебной страны, организовав всё так, как они просили, и отправился в долгий-предолгий сон, находясь в котором, он учился магическим премудростям и наблюдал за тем, как развиваются события в его родном мире.

Чародей Хуту рассказал обо всём этом Хону, когда они прогуливались во время празднества по Новому городу. Об этом и ещё кое о чём… Но давайте узнаем вместе с жителями Волшебной страны, какое решение принял Хон, когда узнал, что его родители, Тотус и Зела – это её основатели. Стоит ли говорить о том, что седой учёный, наш добрый Волшебник, а не Колдун, плакал, как мальчик. Ведь он, когда-то потеряв своих родителей, ничего не знал о них, и ни одно самое сильное заклинание не могло открыть ему этой тайны.

Перед глазами Хона мелькнули картины его жизни. И как же помогла ему земля его родителей, и её обитатели, когда смогли своей добротой исцелить всё то зло, которое было в нём воспитано человеком, который называл себя его отцом.

Хон шёл по улице, и все жители приветствовали его — махали руками издалека, подходили, чтобы обняться и поблагодарить, усаживали рядом за стол и угощали, приглашали потанцевать. Ни осталось ни малейшего следа от чувства одиночества, которым он был охвачен утром, на дороге. Он чувствовал глубокую связь с каждым, а также — ещё более возросшую ответственность за Волшебную страну, её жителей, её благодатные земли.

К вечеру все собрались на площади, освещённую крошечными разноцветными фонариками, которые летали повсюду, порой беспорядочно мельтеша перед лицами людей. Это освещение создали дети. Маленькие жители Нового города быстро обучили друзей из столицы, как использовать магию для простых бытовых целей, и они придумали немало безобидных забавных шалостей. Взрослые не корили их за это, ведь были и сами не прочь подшутить друг над другом, то меняя воду на вино прямо в стакане соседа по столу, то доставая цветы из воздуха, чтобы раздать прохожим.

Всё было готово к праздничному фейерверку. Хон вышел на центр площади, чтобы произнести речь. В ней он поведал жителям о том, что является прямым потомком Тотуса и Зелы, основателей Волшебной страны, чем вызвал бурю восторга. Жители давно не помнили того зла, что собирался причинить Хон, бывший Колдун, а теперь – Правитель. Они были ему очень благодарны за то, что он создал прекрасный Новый город и научил его жителей всяким премудростям.

- Сегодня для каждого из нас — особенный день. Объединение миров мы будем праздновать каждый год, вспоминая тот большой и непростой путь, который мы прошли, каждый по свою сторону гор, - пообещал Хон и продолжил: - Я должен сказать, что для меня это праздник вдвойне, потому что сегодня я обрёл родителей, узнал о них, а также о том, что я исполнил свою миссию и могу уходить из этих земель.

По толпе прошла волна удивлённых и разочарованных восклицаний. Стоило обрести Правителя, как тут же нужно его было потерять. Хон поднял руку в знак благодарности и призывая к тишине.

- Но я принял решение остаться. Потому что вы, каждый из вас, стали мне настоящей семьёй. И это – мои родные земли, хотя я прибыл сюда издалека. Я знаю, что здесь ещё достаточно дел. Чтобы остаться с вами на какое-то время; чтобы насладиться жизнью с вами; чтобы обучить тому, что я пока не успел; чтобы дать развитие нашей Волшебной стране и распространить чудесное влияние на другие земли. Когда придёт время, я отправлюсь в путь, как Тотус и Зела. И, поверьте, это будет правильное время. Всё, чему мы стали свидетелями, доказывает это.

Жители зааплодировали, и тут же начался салют. На многих лицах, обращённых к небу, были не только улыбки, но и слёзы счастья.

***

А что же Волшебная страна теперь? Она процветает, как и её жители. Хон сдержал своё слово, и его правление длилось долгие счастливые годы, после чего он оставил в качестве напутствия жителям новую легенду и отправился путешествовать в новые миры, как когда-то его родители. А на гербе Нового города красуется изображена не только морской лагуны и гор, но и летучей мыши. И жители Волшебной страны рассказывают маленьким детям историю возникновения новых земель, празднуя Объединение.