Сказка о волшебном камне

Глава 1

В городе, который называли самым длинным городом на свете, во дворе дома, что напротив конфетной фабрики, источающей аромат сиропов по утрам, на лестнице, которая шла через весь двор, словно в замке королевы асфальта, сидела девочка лет пяти. На ней было синее вязаное крючком пальто с оборками, капор из такой же пряжи и жёлтые ботинки. Возможно, этот наряд, далекий от обычного, и был причиной того, что она играла одна? Кто знает. Но, если смотреть со стороны, то казалось, что ей больше нравилось мечтать в одиночку, чем бегать с остальными детьми.

Она держала в руках короткий кусок ветки тополя, мокрый и грязный, приговаривая: “Я властительница рек и озёр, я очищу озера от мусора, а реки будут течь свободно”. Она тщательно прочищала все щёлки между тротуарными плитками большой лестницы, давая мутной дождевой воде течь, как ей нравится. Листья, мусор выковыривались из узких мест и отправлялись восвояси, а поток стремился бурно вниз.

Над головой ребёнка вереницей шли тёмные тучи, скребли налитыми влагой чревами по земле. Они лили много влаги на землю, а значит, у девочки становилось всё больше работы.

Стайки ребятни перемещались стихийно по огромному двору, и не было им границ. Рассказывать кому-то из них о своей фантазии Лика не собиралась, вот ещё. Она частенько видела непонимание в глазах сверстников. Она спрятала ветку в карман, потихоньку погладила шершавую кору. Про себя она знала, что есть в Божьем мире нечто, чего не видят другие, особенное. И этот секрет она хранила.

И вот тогда она и нашла свой главный секрет.

Красивый ровный и гладкий камень поместился аккуратно в детскую ладошку. У него пульсировало внутри, как у котёнка, которого держишь в ладошке, на серой поверхности проступали голубоватые прожилки, и можно было поклясться, что они меняли положение, но так неуловимо. "Это мне кажется" - подумала Лика, но про себя решила, что будет его звать Движунчик. Камень с далёкой звезды, который пролетел много тысяч километров сквозь вечные пустоты, чтобы встретиться с ней. Вот так хорошо она придумала. Про космос она уже знала из детской энциклопедии.

Лика родилась в семье архитектора и бухгалтера. Именно так. Не мама и папа воспитывали её, а два представителя прекрасных профессий. Каждый шаг девочки оценивался по эффективности и целесообразности, она даже слова такие в свои пять лет уже знала.

Если рассказать маме, что она волновалась во время грозы так сильно, что щемило в груди, то мама только вздохнула бы и отвела бы её к доктору. Папа заботился о достатке семьи и всегда был погружен в работу. Даже дочь для него была чем-то вроде “проекта”, нужно было выжать всё, чтобы получился хороший результат. Вряд ли он понял, если у него спросили бы “как чувствует себя ваша дочь? что ей нравится?”. Когда она капризничала, он странно смотрел на неё и осуждающе говорил: "ну что за принцесса!". И слово, которое считается комплиментом во всём остальном мире, вдруг навсегда сделалось ругательством в глазах маленькой девочки.

Мама часто была занята, погруженная в цифры и таблицы. У неё часто было недовольное выражение лица, уголки губ опущены. Перед такой женщиной хотелось сразу начать оправдываться, искать пятнышки на одежде. Она смотрела невидящим взглядом мимо ребёнка, постоянно перебирая прошедший день в голове, как перебирают гречку на столе.

Перед сном на несколько минут девочка имела возможность поговорить с мамой. Несмотря на свой насыщенный график, та выкраивала немного времени, чтобы прочитать вместе умные книжки о животных.

- Мама, я нашла сегодня камень. В нем бьётся сердце, как у пичужки, он словно живой. Он живёт в моем кармане, но кажется, будто там теперь нечто важное, нечто огромное, - захлёбываясь от восторга, рассказывала Лика маме. Мама раздражённо нахмурилась, дежурным движением проверила лоб девочки на наличие температуры и совсем ничего не ответила.

На полутёмной кухне она обеспокоенно говорила вполголоса:

- Егор, она снова придумала, что камень волшебный. У неё уже не в первый раз такие фантазии. Помнишь, этого снежного мишку? Она же месяц не давала его выкинуть, вставила этому мини-снеговику глазки из семечек и говорила, что он живой! А что это за "ключ от всех морей"? Это же кусок палки, она ковыряется им в грязи, но, поди, докажи. Может, всё-таки пойти к доктору?

- Люда, это фантазии. Наверное, это потом пройдёт, не волнуйся так, - ровным тоном заявил папа. - Может быть, она мечтает за нас всех? Такой вот "глупостеотвод", ха ха. Ты ведь не думаешь, что она такая в меня?

Мама только вздохнула. В глубине души она часто боялась, что не сойдётся баланс. А ведь там, где работает воображение, всегда на выходе больше, чем было на входе. А это опасно.

Вокруг их дома рос и голосил по-разному новый район. Рядом с величественными кораблями многоподъездных домов чудом уцелели антикварные двухэтажки. Даже демонстрировали "следы времени" - деревянные переплёты на окнах, трещины от крыши до фундамента. Летом такие дома утопали в зелени деревьев и разного рода бурьяна, среди которого можно было с удовольствием наблюдать высокие мальвы с их яркими, жёлтыми, малиновыми "колокольчиками" с пушистыми серединками, "золотые шары", космеи, которые Лика наивно называла "розовыми ромашками". Когда-то местные жители всё-таки пытались облагородить палисадники!

Далеко в другие дворы Лику не пускали. От этого все эти угодья становились загадочной зоной неведомого. С замиранием сердца девочка порой делала короткие вылазки, но только чтобы, переполнившись восторга от острых ощущений быстро вернуться в безопасный двор своего дома, где все страхи сразу отступали.

Вот и сейчас ей стало интересно, что таит в себе скопление гаражей за серым кирпичным домом. Здание было похоже на замок, а окна - на бойницы, значит, внутри жили воинственные стражники, и их стоило опасаться. Так она придумала и по привычке отправилась в странствия одна. Лишь тёплый камень смирно лежал в кармане.

Если пройти между гаражей, то за ними точно есть обходной путь в её двор, там можно набрать веток для шалаша и цветных стёклышек для "секретиков". Это были осколки бутылок, на которые дети накладывали обёртки от конфет и зарывали в землю. Говорят, если откопать такой секретик следующей весной, то вощёная бумажка приклеится к ровной поверхности навсегда. Девочка заметила, что если делать добрые дела и радовать близких, то камень начинал теплеть и даже вроде расти, поэтому хотела набрать компонентов для этой забавы с фантиками и принести подружкам. Тем более что с подарками-то подружки у неё точно появятся!

Лика радостно припустила в сторону забора. Так, пролезть между прутьями, а там по тайной тропинке вперед... Она совсем не заметила, откуда вышли трое мальчишек. Чем ближе они подходили, тем более их облик становился звериным. Да, вроде они передвигались на двух ногах, как люди, и даже носили штаны, и издали были похожи на обычных подростков, но страшно было, как от чудищ. Одно из них было коренастым и круглолицым, но его морде блестела оправа, как-то скрадывая злобное выражение темно-карих глаз. А два других походили друг на друга, как два щенка в одном помёте. Злоба того, что они замыслили, делала их одинаковыми, стирала всё личное, особенное.

"Что ты тут делаешь, коза?" - кажется, чудища неправильно определили принадлежность девочки в мире живых существ. Это простительно, всё-таки монстры не очень умные.

"А вы что делаете?" - вопросом на вопрос ответила Лика. Камень пульсировал в кармане, и в душе девочки просыпались неведомые чувства: храбрость, уверенность и юмор.

"Что ты возишься с ней?" - сказало левое чудище. - "Тащи её в "между гаражами" - стоящий слева монстр скорчил омерзительную гримасу на морде, напоминающей ящерицу.

Камень совсем нагрелся, и Лика сделала шаг вперёд. И так спокойно было в душе, так ясно, что даже чудища это почуяли.

- Ты дурная какая-то, что ли? Почему не боишься? - спросил очкарик. Сквозь ужасный облик уже проглядывало человеческое, обычное лицо. На самом дне колючих глаз затеплился интерес к девочке.

- Так ты человек, почему тебя бояться? - просто отвечала девочка, открыто и поэтому так наивно глядя на этих не то людей, не то зверей.

- Бросайте эту, пошли отсюда, - почему-то сморщившись, как от лимона, сказал вожак, совсем уже превратившись в подростка. Он и сам потом не мог сказать, почему "включил заднюю", только понял, что сделать ничего плохого он уже не сможет. Его коснулось что-то доброе и поменяло его, пусть даже против его воли. Он даже не помнил, что собирался сделать. Тройка удальцов развернулась и скрылась с глаз. А к ней, запыхавшись, подбежал мальчишка лет десяти. Он встревоженно смотрел то вслед опасной троице, то на девочку:

- Ты как? В порядке? - его голос звучал звонко. - Меня зовут Арсен, я немного не успел, прости. Увидел, как они к тебе идут, бежал. Они обидели тебя?

- А меня зовут Лика. Мне кажется, что злые люди всегда не очень умные, вот и эти называли меня "коза", а ведь козочки такие милые, - улыбнулась девочка. - Ты хочешь строить шалаш?

Она загадочно улыбалась, гладя свой камушек в кармане. Эти его свойства ещё много раз проявляли себя, меняя людей вокруг, обстоятельства и даже погоду. Вот и с Арсеном они крепко подружились с того дня.

Так и было всё детство: она полюбила кормить голубей и наливать молоко в блюдечко уличным кошкам, дарить одёжки для кукол, которые шила сама, девочкам и заплетать косы-колоски. Аресен всё время был рядом, научил её находить бездомных котят и относить в местный приют для животных. Перед сном она разглядывала камень, тихо с ним говорила, считала новые голубые прожилки, воображала его путь по далёкому космосу. Мама вздыхала, но молчала. Тайный друг девочки перекочевал из кармашка в вязаном пальто в отделение школьного портфеля, а потом и красивой "взрослой" сумки, которую мама купила Лике перед девятым классом. Девочка славилась своими сочинениями и неудержимой фантазией, её одинаково любили сверстники и учителя. Она вступалась за тех, кого обижали, помогала новичкам, подсказывала на уроках отстающим. И с удовольствием ощущала каким-то внутренним чувством, как где-то рядом теплеет её верный спутник.

В тот день она привела Кристину, одноклассницу, в гости после уроков. Девочки напились чаю с печеньем и уселись на диван, чтобы вроде бы делать уроки вместе, но на самом деле их увлекло любимое девичье занятие - они без умолку болтали обо всем на свете. Лика впервые захотела рассказать о себе всё-всё без утайки. Казалось, эта черноволосая смуглая барышня с остреньким носиком и чёрными глазами знала всё о мальчиках, помаде, всех школьных "знаменитостях".

"Знаешь, а ведь Катя уже целовалась с этим Денисом! Он же настоящий хулиган, но это круто. Он типа без башни, мы видели, как он ходит с настоящими гопниками" - увлечённо рассказывала подружка. По её словам получалось, что жить "по правилам" - это вроде как плохо. Лика не стала спорить, так сильно ей хотелось, чтобы новое чувство от близкого общения с такой популярной и необычной для неё девочкой никуда не делось.

"Мы вчера взяли вещи этого лоха и выкинули в помойку рядом со школой. Он потом их оттуда вытаскивал, а мы кричали, что он помоечник. Прикинь, как весело!" - продолжала Кристина.

"А кто такой лох?" - удивилась Лика. Раньше она это слово видела только в книге, но там так называли дерево.

"Ой, ну ты смешная! Ну, такой, как Арсен наш, который пахнет кошкиным туалетом" - насмешливо пояснила Крис.

"Он пахнет? Да, у него кошка недавно родила, котята ещё не приучились к лотку, а он ухаживает за ними. Разве это плохо?" - задумчиво сказала хозяйка дома.

"А зачем это нужно? Какой с этого толк? - удивилась гостья, - Если он воняет, то пусть сидит дома, а смешнее всего - смеяться над ним, сам виноват!".

Лике захотелось рассказать, а лучше даже показать, почему именно нужно делать добро. Она слезла с дивана, подняла свой портфель с пола и, порывшись, вытащила на свет свой большой секрет. Камень еле заметно светился, голубые прожилки ярко блестели, и в руках было приятно держать тёплый минерал.

"Что это такое?? Вот ты чудачка! - воскликнула Крис.

"Понимаешь, когда я делаю что-то доброе, Движунчик теплеет и становится более голубым, мне даже кажется, он может начать расти" - доверчиво выложила всё Лика.

"Это же просто булыжник с улицы, их там полно. Дай подержать! Ты ему имя дала?"

Кристина ловко выхватила камень и стала его разглядывать на свет:

"Нет, слушай меня, ну ты серьёзно? Это стрёмно верить в волшебный камень! Ты что как маленькая! - и Крис громко и обидно рассмеялась.

Впервые Лика почувствовала стыд за свои фантазии. Она открыла тайну перед другой девочкой, а теперь не знала, куда себя деть. В груди жгло и всё, что было в детстве, стало вдруг совершенно неважным, глупым: Арсен с его кошками, шалаши, добрые дела. Ей показалось, будто камень потускнел.

С этого дня камень лежал в коробке на верхней полке зеркального шифоньера. Дружба с Крис не задалась, оказалось, что ей больше нравятся "крутые" девчонки. Делать гадости Лика так и не приучилась, но и что-то доброе делать перестала. Перестала дружить с Арсеном. Она словно застыла в вечной середине - ни Богу свечка ни черту кочерга, так говорил папа.

Позже первая любовь обожгла девушку, как огромная комета. Вслед за блаженством иллюзии пришло разочарование, обманутые ожидания, горечь. Вера в светлое чувство отправилась в ту же коробку, где уже лежал волшебный камень. В голубых глазах поселилась грусть, а в душе замолчала радость. Ей часто хотелось отвлечься, спрятаться от циничного мира вокруг, и шумные компании, ночное веселье в какой-то мере помогали в этом. Жаль только, что эти совсем не волшебные приключения всегда заканчивались полным опустошением. В таком образе жизни не было места помощи или добрым делам. Кому может помочь несчастный человек?

Спустя десять лет молодая женщина стояла у окна в родительской квартире. Губы поджаты, чёрные круги под глазами, а немного пудры и румян не смогли скрыть блёклый цвет лица. Двор детства вызвал воспоминания, но помнить о хорошем было больно, становилось только ещё больше жаль себя. Ощущение, будто она всю жизнь ждёт, когда ей дадут счастья, но все способы, которые известны людям, не срабатывают в её конкретном случае.

"Мне нужно ещё немного волшебства" - подумала Лика. Волшебством в её взрослом мире называли совсем не детские забавы. Она прекрасно знала, что не видать ей больше этого зелья, если хочет остаться в живых, но жить без него стало невыносимо. "У меня не с зельем проблемы, а с этим вот всем вокруг".

Сзади подошла мама:

- Я слышала, как ты плачешь. Может, я могу помочь? - после смерти папы мама стала сентиментальна. - Давай попробуем почитать что-то, это тебя отвлечёт? Я, правда, хочу помочь, - мамины ладони легли на плечи Лики, такие мягкие и тёплые. И запоздалые такие.

- Мама, я пойду прогуляться, хорошо? - Лика привычно подавила желание плакать.

В своей детской комнате она решила найти старые записи, полезла на верхнюю полку и достала коробку из-под обуви. В ней среди заколок и вкладышей лежал старый серый камень.

"Надо же, я уверена, что когда-то он был голубым. Это же мой камень! Мой Движунчик!" - и вдруг разразилась рыданиями, будто потоки слёз могли смыть все эти годы разочарований и печали. Серый булыжник теплел и делался голубым на глазах. Захотелось найти кого-то близкого, родного, из детства.

Ноги сами направили её в знакомый двор. Камень снова лежал в кармане, живой, излучающий добро. В подъезде номер два, на втором этаже жил Арсен. Он сейчас работал детским врачом в местной поликлинике, так и не уехал никуда, чудак. Лика нажала на кнопку звонка, втайне загадала: "Хоть бы был дома!". Дверь открыл высокий мужчина с копной волнистых тёмных волос. Он улыбнулся, как старый друг, понимающе. Невообразимое чувство охватило девушку - это было и единство, и восторг. Он узнал! Он помнит!

Вместо приветствия она порывисто обняла его, будто самого близкого человека. Он-то не посмеётся, не прогонит.

Они проговорили до самого вечера на маленькой кухне, пили крепкий чай из зелёного заварника, грызли сухие "медвежьи ушки", смотрели друг другу в глаза. Лика рассказывала всё, что ей виделось важным. И наконец, выложила на стол камень. Было видно, как он вырос, нагрелся и стал полностью голубым, даже светился изнутри.

- А пойдём на пустырь? Сейчас уже стемнело, можно пожечь костёр, - предложил Арсен.

- А ещё я хочу посмотреть, как светит вечером камень в темноте, - честно призналась Лика. От светлых чувств она выглядела иначе. Словно девочка в синем пальто смотрела сквозь все эти годы невзгод.

По вечерним улочкам старого района гуляли редкие прохожие. Девушка смотрела на людей, они ей казались все красивыми, чудесными. Она шла рядом с Арсеном, испытывая давно забытое чувство безопасности. Мир перестал быть злым местом.

- Доктор! - наперерез Арсену кинулась испуганная женщина. - Доктор! Вы очень нужны! - и потянула мужчину в сторону детской площадки.

На земле сидел бледный, ошарашенный своей беспомощностью отец, он держал на руках девочку. Её глаза закатились, лицо покраснело. Жёлтые ботиночки мелко подрагивали - так била её тело дрожь.

- Скорую вызвали? Положите её ровно на землю, - Арсен расстелил свою куртку, отдавая распоряжения коротко, сосредоточенно. Каждая секунда была на счету. - Лика, держи её крепко.

Обхватив руками детское тельце, девушка прикрыла глаза. Всё в эту секунду сосредоточилось в одном "здесь и сейчас". Сквозь ткань кофты она почувствовала, как камень нагрелся и пульсировал. "Помоги, если ты такой добрый! Помоги!" - мысленно обратилась она к нему. Глупо это или нет, уже было не важно. Если есть надежда, если есть шанс!

Арсен тем временем делал, что положено, и постепенно тело девчушки расслабилось, она затихла, только всхлипывала тихонько. Отец снова взял её на руки, сзади стояла мать, готовая расплакаться от пережитого. Послышались сирены "скорой".

- Спасибо вам, доктор!

- Зайдите ко мне, когда вас выпишут, посмотрим ещё вашу дочку, - сдержанно ответил Арсен.

Камень же в кармане Лики стал просто горячим. Она достала его, он сиял.

- Пойдём скорее, - выдохнул старый друг детства и за руку повёл девушку в сторону их детских тайных "угодий" - просторного пустыря неподалёку

Уже порядочно стемнело, и когда Лика вынула камень снова, голубой свет буквально озарил окрестности. Она положила его на землю, ведь он рос на глазах. Завораживающее зрелище - голубой свет переливался оттенками и сполохами, искрился. Края камня перестали быть чёткими, словно он уже состоял из огня. Вдруг в одно мгновение этот сгусток лазоревого вещества взорвался, распался лучами и частицами. В облаке сияющей пыли стали видны очертания галактик.

- Знаешь, - смогла промолвить Лика, - мне кажется, это мы сегодня не девочку спасли, а меня. А это Вселенная родилась.