Сказка о том, как муравей бочку рома выпил

Глава 1

Давным-давно, когда на земле уже бегали звери, в небесах парили птицы, а вот людей что-то нигде не было видно, жил на свете один злой и жестокий колдун. Любил он развлечения грубые да приземленные: забавы ради, он стирал горы и поднимал со дна морского вулканы, сжигал леса и насылал стужу на долины. Многие животные и птицы оставались без пищи и крова, разлучались со своими семьями, а колдун лишь хохотал, наблюдая за их страданиями.

Наконец, кончилось терпение птиц зверей, и направились они в замок к колдуну дабы убедить его перестать мучить их – не словом, так клыком и когтем. Посмеялся колдун над их требованиями – ибо не было никого равных ему по силе и могуществу. Но, желая развлечься да поглумиться над чужими страданиями, придумал он испытание. Щелкнул колдун пальцами один раз – и перед его троном возник величавый пузатый бочонок. Щелкнул второй – и наполнился бочонок до краев ромом. И сказал колдун: «Ежели кто из вас, зверей или птиц, сможет бочонок этот опустошить, сможет ром весь выпить, то перестану я ради забавы вредить вам. Даю слово». А всем известно, что данное слово держат даже самые злые и жестокие колдуны.

С того самого дня множество обитателей лесов и долин приходило в замок к колдуну, дабы осушить бочку рома. Благородные тигры; могучие медведи; суровые орлы; свиньи, что едят даже грязь и плодятся дни напролет – все они пробовали пройти испытание. Но никто из зверей и птиц не мог сделать больше одного глотка. Стоило лишь сделать второй – как кривились их морды, сжимались их шкуры, слезились глаза, а болезненные хрипы вырывались вместо их благородного воя, рева или стрекота. Слишком уж крепок был у колдуна ром, да слишком кисел – крепости да кислятины той никому вынести не под силу. А колдун, наблюдая за многочисленными тщетными попытками, лишь смеялся, радуясь придуманной забаве.

Но вот в один день пришел в замок к колдуну муравей. Подполз он к бочке с ромом, взобрался на нее, и произнес:

- Мир тебе, великий колдун. Слыхивал я, что дал ты слово – коли эта бочка опустеет, перестанешь ты мучить птиц и зверей ради потехи. Правда ли это?

- Правда, муравей, - отвечал колдун, - Коль сумеет кто из зверей или птиц осушить эту бочку, то придет конец вашим бедам. Я сам дал это слово, а слово, как всем известно, держат даже самые злые и жестокие колдуны.

- Вот как?» - задумался муравей, - Тогда… позволишь мне пройти это испытание? Хочу я, как хотят все прочие звери и птицы, жить в мире и спокойствии!

Захохотал громогласно колдун.

- Ты? Крошка-муравей? Желаешь попытаться выпить бочку моего рома? Одумайся, букашечка! Множество обитателей лесов и долин приходило сюда, дабы осушить ее! Благородные тигры; могучие медведи; суровые орлы; свиньи, что едят даже грязь и плодятся дни напролет – никто не смог сделать больше одного глотка! И ты надеешься сдюжить?

- Я ни на что не надеюсь, колдун, - произнес муравей, - Я просто сделаю все, дабы вновь жить спокойно.

Вновь расхохотался колдун.

- Ты забавная, букашечка. Хорошо! Посмотрим, как у тебя получится осушить эту бочку рома!

Сел тогда колдун на своем троне поудобнее, да стал смотреть. Муравей же склонился над ромом, опустил к нему голову да сделал глоток.

- Ох и хорош же твой ром, колдун! От него даже ноги в пляс пускаются! - провозгласил муравей. Что очень польстило колдуну.

- А то! Меньшего от моего рома и не ждите, птицы да звери! - гордиеливо поднял колдун палец вверх, - Изготовлен он по моему особому рецепту. Двадцать видов трав для него собрано, тридцать видов пряностей – и готовился, томился мой ром, ожидая своего часа, двадцать три года и четыре месяца! Нет на свете другого рома, столь крепкого и кислого – и никогда не будет!

- Столь дивный ром я никогда в жизни не пробовал, и никогда больше не попробую, - продолжал муравей, - А оттого мне грустно, что мой любимый брат не вкусит этот нектар… Великий колдун, дозволь мне пригласить своего брата-муравья, дабы и он смог попробовать твой великолепный ром.

- Брата-муравья, говоришь?.. Хорошо! - разомлевший от хвалебных речей колдун махнул рукой, - Коли он такой же муравьишка, как и ты, вреда от того, что он сделает лишний глоток мне не будет – все равно ни один зверь и ни одна птица не сможет сделать больше одного глотка!

Поблагодарил колдуна муравей и пригласил своего брата-муравья. Явился брат-муравей во дворец колдуну, поклонился ему и спросил разрешения попробовать рома. Согласился колдун, и брат-муравей склонился над ромом, опустил к нему голову да сделал глоток.

- Ох и хорош же твой ром, колдун! От него даже ноги в пляс пускаются! - провозгласил брат-муравей, - Грустно мне от того, что мой любимый брат никогда не отведает этого напитка… Дозволь, великий колдун, пригласить мне брата своего отведать твоего чудесного рома!

Согласился колдун – какая ведь разница, больше одним муравьем или меньше, все равно ни один из трех братьев не сможет опустошить целую бочку рома! Явился во дворец второй брат-муравей, поклонился колдуну, сделал из бочки глоток рома…

- Ох и хорош же твой ром, колдун! Дозволь пригласить брата моего прикоснуться к этому великолепию!

И пришел третий брат-муравей во дворец. А за ним, приглашенный, и четвертый явился. А там и пятый, шестой, седьмой… Каждый муравей, что пришел сделать глоток рома, приглашал своего брата отведать великолепного рома колдуна. Ведь не было на свете крепче и кислее рома, нет и не будет! Колдун не возражал – ему льстили слова крохотных муравьишек, а потому он желал выслушать их как можно больше.

И муравьи все прибывали, прибывали, прибывали. И каждый из них делал глоток, и еще глоток, и еще глоток…

Шло время, приходили муравьи, делались из бочки глотки. Раз за разом, капля по капле, ром исчезал из бочки, оседая в брюшках муравьев. Дни сменялись ночами, а муравьи все приходили и глотали, приходили и глотали. Наконец, очередной приглашенный брат-муравей выпил последнюю каплю, что спряталась на дне бочки. И тогда первый муравей поднял свою голову, посмотрел на колдуна и произнес:

- Мы выполнили твое задание, колдун. Бочка, в которой недавно плескался самый крепкий и кислый ром, пуста, осушена до последней капли. Мы, муравьи, все братья друг другу, рожденные от одной матери – мы все, как один, выпили весь твой ром. И не обвиняй нас, колдун – ведь ты сам дозволял приглашать братьев, дабы те угостились твоим ромом. Теперь же, когда бочка пуста, ты обязан сдержать свое слово!

Подивился колдун – как такое возможно? Как столь крохотный муравей смеет заявлять такое? Но поделать нечего – бочка и в самом деле пуста, ни капли рома на донышке не осталось! А замок колдуна кишмя кишит братьями-муравьями, что пришли с его согласия отведать рома! Сколько же их – каждую щелочку облепили! И все они, сделав по глотку, помогли своему брату, опустошить бочку! Все они, как и брат, хотели жить в мире и спокойствии – а потому все они помогли брату своему выполнить задание колдуна.

Рассмеялся колдун, хлопнул громко в ладоши.

- Ай да муравей! Ай да букашечка! Множество обитателей лесов и долин приходило сюда, дабы пройти мое испытание! Благородные тигры; могучие медведи; суровые орлы; свиньи, что едят даже грязь и плодятся дни напролет – никто не справился! Но ты! Ты не только провел меня, сыграв на моем тщеславии и гордыне – не увидел я в тебе грозного противника, ведь ты так мал! Но и сделал так, чтобы никто из родни твоей не выпил больше одного глотка и не страдал от моего особого рома! Хитер и смекалист ты, муравей, а братья твои готовы пойти и в огонь и в воду ради общего блага и жизни в покое! Знатно потешил ты меня! Я сдержу свое слово – ведь, как всем известно, данное слово держат даже самые злые и жестокие колдуны!

И колдун сдержал слово. Больше он не стирал горы и не поднимал со дна морского вулканы, не сжигал леса и не насылал стужу на долины. Больше не голодали животные и птицы, не лишались своих домов и не разлучались с семьями. Весь свет – кроме людей, которых все еще нигде не было видно – зажил в мире и спокойствии.

А ром тот, что выпили братья-муравьи, так и остался в их крошечных телах. С того момента слюна у муравьев кислая, слезы и пот у них кислые – да чего уж там, кисло все их тело, от усиков до лапок! Но не горюют об этом муравьи. Ежели кто из зверей или птиц забудет, кто злобного колдуна остановил, и съесть крохотную букашку захочет – то почувствует и вспомнит вкус самого кислого и крепкого рома, кислее и крепче которого не был, нет и не будет.