Сказка о Граде Платиновом

Глава 1

За тридевять земель, за высокими горами, за широкими морями раскинулся дивный град — не из кирпича и камня, а весь из платины чистой.

Стоит он на холме крутом, и в лучах солнышка платина та горит холодным серебристым светом — будто само небо в землю опустилось. Стены городские высоки да гладки, словно из единого слитка вылиты; ни щербинки на них, ни трещинки — ровные, будто зеркало. Ворота — великанские, из платиновых пластин, а петли да засовы — в ладонь толщиной, крепкие, не по зубам ни зверю, ни лихому человеку.

Башни в том городе — словно стрелы к небу тянутся, островерхие, с тонкими шпилями; на каждом шпиле — платиновый флюгер, что на ветру тихонько поёт, будто серебряная струна звенит. Между башнями — мосты ажурные, узорчатые, будто кружево из металла сплетено: лёгкий шаг по ним — и отзывается город тихим перезвоном.

По краям города — валы платиновые, гладкие, как лёд, да только не скользкие: узор на них вычеканен хитрый, древний — петли да завитки, звери сказочные да птицы небывалые. А вокруг валов — ров глубокий, и вода в нём не простая, а будто в платиновую чашу налита: свет ловит и дробит на тысячи холодных искр.

И чудно на тот город глядеть: не золотой он, не медный, а именно платиновый — строгий, светлый, будто из лунного света да звёздного холода сотворенный. И стоит он, гордый да неприступный, и светит издалека — путеводной звездой для всякого странника.

Ходит по граду тому приезжий Ивашка, с разинутым ртом, любуется. Тут тебе и величественная архитектура — старинными зданиями с затейливой отделкой, монументальными постройками прошлых эпох и смелыми современными конструкциями. Просторные площади с особой атмосферой и тихие уютные переулки, где словно замирает время.

Особую притягательность для Ивашки имеют живописные набережные: с них открываются эффектные виды на городские панорамы, а ритм течения реки будто задаёт особый темп прогулке. Парки и старинные сады манят тенистыми аллеями, ухоженными клумбами и укромными уголками, где можно ненадолго отвлечься от городской суеты.

Не оставляют равнодушными приехавшего деревенского парня и интерьеры знаковых зданий — богатое убранство, старинные росписи, изысканные элементы декора погружают в атмосферу ушедших времён. А в музеях его ждут уникальные коллекции: от предметов быта до шедевров искусства, каждый из которых — маленькая история целой эпохи.

Но самое интересное для него, это наблюдать за городской жизнью: за тем, как переплетаются традиции и современность, как пульсирует ритм этого платинового мегаполиса и как в нём уживаются разные эпохи — от едва уловимых штрихов старины до ярких акцентов сегодняшнего дня, от скромных особняков прошлого, до величественных небоскрёбов современности.

Местные жители бегут по улицам будто по невидимым маршрутам, выверенным до секунды: шаг твёрдый, ритмичный, почти механический — будто каждый метр приближает к важной цели. В их спешке нет суеты — скорее, это отточенный городской танец, где каждый знает свою партию.

Они ловко лавируют в потоке прохожих, угадывая малейшие прорехи в людском течении, и скользят сквозь толпу, не замедляясь. Кто‑то на ходу листает экран телефона, кто‑то сжимает в руке стаканчик с кофе, но у всех — один и тот же сосредоточенный взгляд вперёд, будто горизонт чуть отодвинулся, и его непременно нужно настичь.

В переходах, у турникетов, на эскалаторах вспыхивают короткие всплески нетерпения: лёгкий наклон корпуса вперёд, едва заметное ускорение, быстрый взгляд на часы или табло. И тут же — снова ровный темп, экономия каждого движения. Даже в коротких остановках сквозит эта весенняя спешка: человек замирает лишь на миг — чтобы застегнуть куртку, поправить шарф, поймать сигнал сети, — и тут же срывается с места, будто боится упустить что‑то важное.

Стоит Ивашка на все это великолепие и спешку смотрит и удивляется. Все тут не так, все не как он у себя в деревне привык, а от этого особливо интереснее делается. И тут парень видит, стоит женщина у магазина, красиво одетая и курит. Решил он к ней подойти.

- Извините барышня, - говорит Ивашка, - а вы в этом городе живете.

- Живу, - кивает барышня и делает очередную затяжку.

- Каждый день всем этим любуетесь? - спрашивает парень.

- Чем? - изгибает в вопросе бровь дамочка.

- Всем этим великолепием, что вокруг! - говорит Ивашка и руками обводит кусок улицы.

А на ней есть что посмотреть. Мостовая переливается холодным серебристым светом, и каждый её камень будто хранит в себе отблеск далёких звёзд. По бокам взмывают вверх здания — не из кирпича и не из камня, а из сияющего металла: платина легла на фасады тончайшей чешуёй, и в ней дробятся лучи солнца, рассыпаясь искрами, словно россыпь драгоценных пылинок. Арки и колонны, лепнина и карнизы — всё отлито из благородного металла, но не выглядит холодным и мёртвым: в игре света в них проступает тёплая, почти живая красота.

Над улицей парят платиновые фонари — их чаши похожи на застывшие цветы, а свет, льющийся из них, не жёлтый и не белый, а жемчужно‑серебристый, будто лунный. Тротуары мягко сияют под ногами, и даже тени здесь не чёрные, а тёмно‑стальные, глубокие, будто вырезанные из ночного неба.

Вдоль улицы тянутся ажурные ограды — тонкая вязь платиновых узоров, сквозь которую виднеются скверы: деревья там будто тоже тронуты волшебством — их ветви отливают металлом, но листья остаются зелёными, и от этого контраст становится ещё чудеснее. Купола и шпили устремляются ввысь, и на солнце они горят так, что слепит глаза — словно сама улица тянется к небу, желая дотянуться до звёзд.

- Да на кой мне этим любоваться, - буркает через затяжку девушка, - я на работе, мне некогда, любоваться будем летом, когда в отпуск на белом песке под пальмами загорать будем.

- Но неужели вас не впечатляет красота вокруг? - удивляется парень.

- Меня мой рабочий день в двенадцать часов впечатляет, да штрафы за опоздание и мятую форму.

- А красота вокруг?

- Приелась, - пожимает плечами дамочка, - наверное в детстве и впечатляла, а сейчас приелась.

Девушка затушила в пепельнице окурок и вошла в магазин. Элитный магазин одежды.

- Странно, - хотел про себя, а сказал вслух Ивашка, - как может такая красота приестся, тут же должно быть всем радостно жить.

- Жить радостно? - раздался старческий голос гад ухом парня.

Повернувшись, Ивашка обнаружил перед собой живенького старичка интеллигентного вида в длинном стареньком плаще и беретке.

- А почему не радостно?

- А вы обернитесь молодой человек и посмотрите по сторонам.

- Я уже глядел, красиво.

- Красиво, - кивнул старичок, - именно что красиво. Вот только жить в красоте не удобно.

- Почему? - удивился Ивашка.

- А вы оглянитесь еще раз и найдите хотя бы один продуктовый магазин, - посоветовал старичок.

И действительно в округе не было ни одного такого магазина, даже навигатор их тут не показывал.

- И где же ближайший?- спросил приезжий.

- Две станции на метро отсюда, но он плохонький и маленький, если нужен нормальный магазин, то четыре.

- И вы каждый день так ездите за продуктами? - ужаснулся парень.

- Нет, только за мелочами, пару раз в неделю, стараюсь в выходные ездить за город и на рынках закупаться на неделю.

Для Ивашки это было шоком.Он стоял и думал над сказанными стариком словами. В его селе магазинов было аж три и все они в десятиминутной пешей доступности.

- Посторонись, а то встал посреди улицы, рот раззявил, - заорали опять на ухо, теперь уже мужским голосом.

Перед Ивашкой стоял мужчина средних лет, в обычном недорогом костюме, лысенький, в очках.

- Конечно раззявил, - отвечает приезжий, - красиво же, вот стою любуюсь.

- Приезжий что ли?

- Ага.

- Я тоже, когда приехал любовался первоначально.

- А сейчас приелось?- спросил Ивашка.

- И это тоже, но больше времени не хватает.

- Времени не хватает?

- Конечно, - кивает мужчина, - ты вот в селе на работу сколько едешь?

- Я иду минут пятнадцать.

- Вот, а я этом платиновом граде еду на работу и с работы по полтора часа, с двумя пересадками.

- Вы за городом живете?

- Если бы, в городе.

- В самом городе? - снова ужаснулся Ивашка. - и полтора часа?

- Именно.

Стоит, смотрит парень на град платиновый и не верит.

- Зачем же его таким красивым то сделали, если местные жители этого и не замечают? - думает он и не замечает, что говорит вслух.

- Потому что делали не местные и для того, чтоб вы приезжие любовались, - ответила ему проходящая мимо женщина, - и думали, что тут медом намазано и не житье, а одно развлечение.