Сказка - ложь

Глава 1

Совет от автора!

Представьте, что эту сказку рассказывает вам

старушка-сказительница, с добрыми глазами,

плавными речами, подперев свою седую голову

кулачком и глядя куда-то вдаль годов своих…

Глава 1.

Пляж с белоснежным песком, ярко блестящим под жаркими лучами солнца, был почти пуст. Куда хватало взгляда никаких отдыхающих-загорающих не наблюдалось, кроме одного мужчины, который сидел на удобном шезлонге. На его довольном лице были большие солнечные очки, в руке пивной бокал емкостью на целый литр, наполненный холодным коктейлем «Оргазм на пляже». Вытянутые длинные стройные ноги мужчины тихо омывали накатывающие на берег теплые волны лазурного океана. Высоко в небе белели точки чаек, которые своей суетой нарушали тихую идиллию сказочного места. Шелест волн нагонял приятную дрему. Слева от шезлонга стоял небольшой столик, уставленные множественными бутылками, пачкой сливок — компонентами для нового коктейля, еще один бокал обычный для вина. Далее за столиком стоял еще один шезлонг, но он был пуст.

Мужчина лениво дотянулся до часов, лежащих на столике, посмотрел время, потом со словами: «опаздывает гад», недовольно покачал головой и положил их обратно. Почти в это же самое время мелькнула яркая вспышка белого света, резко запахло озоном и на ранее пустом шезлонге появился огромный черный кот, на голове которого красовалась темно-синяя кепка с надписью «Динамо», повернутая козырьком на бок.

- Извини, дружище, - муркнул он мужчине, - сам понимаешь, проститься со своими кошечками та еще проблема.

- Понимаю, поэтому пока не ругаю. Пить будешь?

- А что сегодня?

- Тебе как всегда — самая лучшая валерьянка во всей Нави. У самого Ярилы ящик для тебя выменял.

- Балуешь ты меня, Кощеющка.

- Ну а кто тебя, Баюнюшка, еще баловать-то будет?

- И то верно, - с улыбкой ответил кот, наливая себе из бутылки темного стекла резко пахнущую жидкость в винный бокал. - Ну, за нас!

Он поднял лапу с бокалом в тосте, дотянулся до пивного бокала, протянутого ему Кощеем, звонко стукнул стеклом о стекло и сделал первый глоток.

- М-м-м-м! Какой божественный нектар! Сразу чувствуется, что собрана валериана на южном склоне горы Алатырь юными девами и настояна на слезах парней, которым этот божественный напиток не достался, - протянул он с закрытыми глазами.

- Ты только сегодня не упейся, а то опять тащить тебя домой.

- Не-не, не надейся. Стресс надо запить. Да и заесть бы не мешало. Ты что, ничего сегодня не приготовил для своего лучшего друга?

Мужчина щелкнул пальцами и тут же рядом с ними появился большой мангал, на котором призывно шипели шашлык, колбаски, распространяя на весь пляж божественный аромат.

- М-м-м-м-м-м-м, - снова в улыбке растекся кот, - умеешь ты радовать друга.

- Расскажи лучше, всех своих детишек проведал? Новых кошечек больше не осчастливил?

- Детишек-то всех проведал. Да и парочка кошечек ничего так попалась. Но вот вспомнил про всех своих детишек и передумал знакомиться с кошечками поближе. Мне и мамашек моих детишек хватает. Хорошо, что вижусь с ними всего раз в год. Еле ушел от них, какие-то алименты все от меня требуют. Нет, чтобы спасибо сказать, что такие умницы от меня родились, все как один боевые сказочники. Так нет же, вечно чем-то недовольны. А одна так и заявила, что жениться я должен на ней, мол, воспитываю твою оторву, а мальцу отец нужен с железной лапой.

- И как? - с улыбкой спросил Кощей.

- Как! Пришлось согласиться с условием, если я под нашу крышу всех своих котят заберу, чтобы никто безотцовщиной не рос. Даже можно с их мамашками. А их сам знаешь сколько, - кот хитро хихикнул.

- И? - снова спросил мужчина.

- И-и-и-и…, - Баюн сделал театральную паузу, - ...она меня сама выгнала и еще кричала вслед, чтобы я больше на ее пороге не появлялся. Еще дохлой мышой в меня кинула, которую я ей в качестве подарка принес.

- А ты?

- А что я? Я сказал, что принимаю ее условие.

Мужчина и кот поднялись с шезлонгов, взяли по шампуру с сочным мясом и с аппетитом вгрызлись в него зубами. Несколько минут на пляже был слышен только звук жующих челюстей и счастливые стоны наслаждения. Когда первый голод был утолен, кот спросил:

- Слышь, Кощей, сколько тебе еще осталось?

- Да не помню. Три или четыре.

- Эх. Сочувствую тебе, все для других стараешься, а сам неприкаянный ходишь. Вот скажи мне, друг, почему боги в кости играют, а мы расплачиваться должны?

- А ты каким боком? - удивленно спросил Кощей и вопросительно поднял бровь.

- Как это каким? - кот аж подпрыгнул от возмущения, перестал активно жевать сочное мясо и сделал большой глоток валерианы. - А кто самое активное участие принимает во всех этих испытаниях? Кто следит за этими Иванами-дураками, кто твоих царевен развлекает, прикидываясь домашней кошечкой, кто с Ягинишной винишко хлещет, чтобы прознать у нее, что она задумала на этот раз? Думаешь, я вино очень люблю? Мне бы молочка или валерьяночки. И опять же, кто потом новую байку о твоих подвигах сочиняет и по Нави разносит?

- Ладно, не пыхти, - смилостивился Кощей.

- Вот то-то же, будешь знать, как котейку обижать!

- Ага, тебя обидишь, - усмехнулся мужчина, - ты себя давно со стороны видел?

- А что такого? - глаза кота подозрительно блеснули в лучах заходящего солнца и металлические когти звякнули о стекло бокала.

Валерьянка уже знатно ударила коту в голову и теперь ему было все по колено, снова тянуло на подвиги. А это он умеет и любит! Даже скучал по былым временам. Не все знают истинную сущность кота Баюна, принимают за мурчащий кожаный пушистый мешок со сказками. Если надо, то он и свои железные когти выпустить может и голову кому-нибудь открутить. Страшнее кошки зверя нет. Только вот слишком уж давно силушку свою не выпускал, истребили они с Кощеюшкой всех врагов, несогласных подчинили. Случайные чужаки в Навь давно уже не заходят. Осталось только прошлыми победами жить, вспоминая былое. А какое героическое оно было! М-м-м-м, даже на душе тепло становится. Укрощение одного только Змея Горыныча чего стоило. Зато теперь у них есть воздушный транспорт.

- Ладно, давай заканчивать, - через полчаса усиленного пережевывания мяса сказал Кощей. - Домой пора.

- Ик-ик-ик, - заикал кот. - Думмш..дымм...тьфу, думаешь? - наконец смог выговорить Баюн.

- Ага, - кивнул мужчина, пора. Да и надоело мне здесь, домой хочу. Погуляли и хватит.

- Слог...сгол…, тьфу, согласен, - снова с трудом нашел нужные буквы кот, который развалился на своем шезлонге, допивая прямо из бутылки свою валериановую настойку. - В другой раз, ик, взом…, ик, вмоз…, ик-ик-ик... Тьфу ты, леший, возьми две бутылки.

- Будет тебе две бутылки, - кивнул Кощей, допивая второй коктейль, переворачивая уже свой литровый пустой бокал, чтобы убедиться, что там не осталось ни капли.

Раз в год старые друзья позволяли себе расслабиться, отдохнуть, оттянуться вдалеке ото всех, чтобы никого не видел их пьяными и не сел на хвост, а то самим мало. Кот Баюн пил свою валерьянку, а Кощей так полюбившийся ему в Яви коктейль с таким стремным названием. А что? Сладенько, вкусненько. И пусть он брутальный мужчина, на лицо страшный. Это после ссоры со своей бывшей женой Марой, которая прокляла его и теперь вместо красавца мужчины в зеркало смотрелся страшилка с лицом, как печеное яблоко, длинным кривым носом, кожей на руках как старые перчатки и лысой головой с редкими и словно сожженными волосами. Сладкое все любят, даже такие, как он.

- Ну что, готов? - спросил Кощей.

- Ага, - смог кивнуть головой кот и поморщился. - Поехали!

Кощей щелкнул пальцами и в миг все исчезло. Не было больше белого песка и лазурной воды, яркого неба и жаркого солнца. Даже шезлонгов со столиком и мангалом не осталось. И очки с лица Кощея тоже пропали. Его яркая рубашка «гавайка» и белые шорты заменились на черные кожаные доспехи, плотно облегающие его стройное крепкое тело. С головы кота пропала кепка.

Друзья очутились сидящими на поваленном возле перекрестка пришлыми богатырями дубе, где сходились четыре дороги — Правь, Явь, Навь и Славь. Видите ли, по пьяне заблудилась эта троица, орду татарскую искали, чтобы показать, кому на Руси жить хорошо и за все прошлые набеги жестоко отомстить, забрели на этот перекресток. Когда узнали о своей ошибке, рассерчал Илюша, вырвал с корнем ни в чем не повинное дерево и давай им махать, не понятно кого на бой вызывать. Час махал, другой, пока его друзья Добрыня да Алеша в тенечке отдыхали, потом притомился и бросил дерево на обочину. Но тут кот Баюн появился, пристыдил он богатыря, заставил корень спилить, ветки срубить, что-то типа скамеечки сделать, чтобы путникам отдохнуть где было перед переходом из Яви в Навь. Вот и получилась дуб-скамейка длиной так метров десять. Нет худа без добра. Да и путники часто после отдыха на этом дубе передумывали в Навь уходить, словно он уговаривал их одуматься и пожить еще под ясным солнышком.

- Вот за что я люблю тебя, Кощеюшка, ик, что ты меня прямо, ик, к дому доставляешь, ик-ик, спасибо, друг, - кот сделал попытку подняться, но не рассчитал силы и снова плюхнулся пушистым задом на поваленный дуб, чуть хвост свой не придавил.

- Да не за что! Давай помогу.

Кощей, слегка шатаясь, поднялся, протянул руку коту, тот протянул свою лапу.

- Тащи! - и снова икнут так, что с веток стоящего прямо посреди перекрестка огромного дуба обхватов эдак в двадцать-двадцать пять взлетели черные вороны с диким карканьем.

Кощей потянул кота за лапу, когда удалось поднять его на задние лапы, обхватил одной рукой и прижал к себе, не давая другу упасть.

- «Бывали дни веселые — гулял я молодец…», - затянул песню Баюн, но потом снова звонко икнул, сбиваясь со слов, замолчал, понимая, что дальше ничего не помнит, замотал головой и снова много и часто заикал.

Через тридцать шагов зигзагом они подошли к огромному дубу, который ветвями своими небо подпирал, а корнями глубоко в землю уходил. Здесь кот что-то нажал своим железным когтем в коре и открылась дверь, ведущая во внутрь дерева-великана. Друзья вошли во внутрь, Кощей снова щелкнул пальцами и на потолке комнаты, оборудованной прямо в стволе, вспыхнули множественные светлячки, озаряя комнату таинственным лунно-золотистым светом. Мужчина довел друга до лежанки, помог взобраться на нее, уложил и накрыл одеялом. Потом нашел большую кружку, прямо из ствола нацедил в нее древесного сока и поставил на стол перед котом.

- На, утром опохмелишься, - сказал он засыпающему другу и вышел из дуба, закрыв за собой дверь.

На улице было уже темно. В Нави и так всегда сумрачно и холодно, как зимним вечером, но ночью здесь просто темень беспросветная, хоть глаз коли. Не успел Кощей даже пальцем щелкнуть, а возле него появился его верный слуга Головёшка,высотой не больше метра, очень похожий на сухую ветку, умеющую ходить на своих ножках-веточках, на которой какая-то забывчивая баба забыла пустой кувшин-голову, из которого светились в темноте два глаза белых огня, но проворный, сообразительный и очень преданный Кощею. И сейчас уже держал в руках фонарь, который горел волшебным потусторонним светом, освещая дорогу, ведущую к замку Кощея.

- Как в замке дела? - спросил Кощей. - Новостей не было?

- Дела нормально, - тоненьким, почти детским, но хриплым голосом ответил Головешка. - И почта есть. Завтра Василису-прекрасную из Тридесятого красть надо.

- А спасать снова очередной Иван-дурак пойдет?

- Не, на этот раз Иван-царевич.

- Ай, ничем они не отличаются, - махнул рукой Кощей. - Будь он трижды царевичем, а такой же дурак.

Устал уже Кощей от этого всего. В который раз ругал своего отца Чернобога за то, что тот сел в кости играть с Белобогом на желания. Из-за них и семейная жизнь под откос пошла и из красавца мужчины в Кощея превратился. Эх, судьба!

Глава 2

Глава 2.

Вот и чего этим богам спокойно не живется? Все их приключения либо несчастья от скуки. Говорят ведь, что «у сотни бед одно начало — сидела женщина скучала». Это также и к богам относится в полной мере. А еще учесть их вечное соперничество за души людские, желание похвастаться, у кого что лучше, так вообще ожидай локальный капут. Вот и Белобог с Чернобогом как-то пару сотен, а может и тысячу лет назад встретились у Мирового дерева на нейтральной полосе, выпили божественной амброзии Ирия, запивая ее черным ликером Пекла, да давай в кости играть на желания. Долго играли, может сотню, может тысячу лет, пока Белобог верх не взял.

- Ну и что ты хочешь? - уставшим голосом спросил Чернобог.

- Помощь мне твоя нужна. Вернее, детей твоих и их помощников, - словно извиняясь тихим голосом проговорил Белобог.

- А что так? Твои светлые братья и сестры уже никак? - усмехнулся Чернобог. - Ты же сам хвастался «мы самые лучшие, самые честные, самые...» - рассмеялся, явно передразнивая Светлобога.

- Ай, - сморщился в гримасе Белобог и отмахнулся рукой. - Да что с моих взять-то? Только одно добро и творят, так и стараются помочь всем, кому только можно. А если творить только одно добро, то никогда и жизни не узнаешь. Только познав беду, поймешь, что такое радость. Не увидев зла, не узнаешь, что такое есть добро. Не заболев, не узнаешь, что такое быть здоровым.

- Ты же всю жизнь доказывал, что только добро достойно жизни?! - удивленно уставился на брата Чернобог.

- Ну, получается, вспылил, был не прав, - понурил голову Белобог.

- И это надо сколько было прожить лет, чтобы понять это? Я же сколько раз тебе говорил, что и добро бывает злом, и зло творится во благо. Как там у людей? «От добра добра не ищут». «Из благих намерений вымощена дорога в ад». «Не делай добра, не получишь зла». И в то же время - «не было бы счастья, на несчастье помогло». Сравнение, брат мой, все познается в сравнении, - менторским тоном произнес Чернобог, подняв указательный палец вверх, наполняя рюмки.

- Ой, все, - скорчил гримасу Белобог. - Понял я, понял. Сознаваться только не хотел. Просто как-то пришлось задуматься, почему это люди радоваться перестали, когда вокруг одно добро твориться. Сколько не делай добра, а они воспринимают это как должное. Ни «спасибо» тебе, Боже, ни почета. Все меньше в древние капища приходят, молитвы перестали нам приносить, веру в нас теряют. Смысл празднеств тоже терять стали, как простые развлечения от скуки их воспринимают. Забыли их сакральный смысл, уже и родители детям своим почти не рассказывают, для чего праздники предназначены. Только все больше слышно от людей «дай», да «дай». А не дашь, так сразу же ругаться начинают - «Мы же просили тебя, а ты не сделал», «Я в тебя верил, а ты мне не дал», - явно кого-то передразнивая, проговорил Белобог. - Привыкли к халяве, сами перестали добро делать. Даже для себя лень пошевелиться лишний раз, легче у богов попросить. Вот задумался я и понял, что слишком добрым был.

- И что тебе мешает немного повредничать?

- Да имидж терять не хочется, - снова как он лимона скривился Белобог. - Не поймут меня братья мои и сестры.

- Поэтому ты решил моих детей в топку бросить?

- А чего их бросать? У тебя половина и так в топке живут, как на курорте.

- Ну это не дети, а слуги их. И не в топке, а в Пекле, - усмехнулся Чернобог.

- Да какая разница, - устало махнул рукой Белобог и отпил еще большой глоток амброзии, запив его еще большим глотком черного ликера.

- Ну как сказать, - улыбнулся Чернобог. - У моих детей хоть замки свои есть. Взять того же Кощея. Даже у меня такого нет, как у него. Да и помощников у него тьма тьмущая. А у твоих?

- Ой, не начинай, - снова скривился Белобог. - Да и знаю, зачем ему этот замок. Он же там души умерших держит.

- Правильно, держит. А для чего? Не помнишь уже? Разве забыл изначальный замысел отца нашего Рода?

Белобог промолчал.

- Ага. Я так и понял, - кивнул головой Чернобог своим мыслям. - Возраст берет свое, забываешь. Спешу напомнить. Именно в колодце душ ждет их перерождение и обмен опытом с предками. Проверяются и укрепляются духовные и родовые связи, души зрят свою карму и карму рода. И идет отбор этих душ. Получившие осознание, мудрость и память предков души и готовые принять их, жить заповедями рода возвращаются в мир Яви, чтобы продолжить род свой. А кто не понял своих задач на земле уходят в вечность, сгорают. Где ты тут зло видишь? Если бы не этот колодец душ, сколько бы зла бродило по твоей любимой Яви.

- А как же души, которые в Священный Ирий уходят?

- И об этом забыл? Ну ты даешь! - хлопнул в ладоши Чернобог. - Это души, которые девять раз прошли очищение через колодец душ и приняли свое предназначение, выполнили полностью свою задачу на этой Земле, смогли передать детям своим важность жить по кону и следовать своим задачам.

- Ну раз так, то объясни мне, брат мой, откуда тогда берутся купчишки жадные, жонки злобные, да люд разбойный? Ты же говоришь, что вернулись их души чистыми?

- Говорил, - согласно кивнул головой Чернобог. - Души их чистыми вернулись. Да вот «доброе» воспитание в этой твоей Яви на пользу им не пошло. Все от матери и отца зависит, каким ребенок будет. Приучали деньги любить, золоту кланяться, ставя их выше жизненных интересов людей, не считаясь с нуждами ближних. Вот и получили жадного купчишку, готового обмануть и обидеть любого ради лишнего рубля. Кто дочери своей потакал с самых пеленок, спешил капризы ее выполнять, не обучая делам домашним, заставляя всех дворовых вокруг нее крутиться, покупая самые дорогие платья и украшения? А еще мать своим примером дочери показывала, что ни во что своего мужика не ставит, помыкает им, унижает и оскорбляет постоянно, вместо того чтобы очаг семейный блюсти. Вот и получили злобную, завистливую и эгоистичную жонку. Не дай Боже кому такая достанется.

- А с разбойным людом как быть? Может их и добрыми воспитывали?

- Может и воспитывали, - согласно кивнул Чернобог. - Только не научили их жизнь человечью ценить да работать. Легче же соседа убить да богатство у него отобрать, чем самому землицу пахать иль руками работать.

- Эх, везде зло и добро, добро и зло. Может ты и прав.

- Ага. Как там у наших соседей с Востока, что древнему дракону голову клонят? Инь-ян сплошной.

- Ты прав, брат мой, инь-ян, добро и зло, белое и черное, белое в черном, черное в белом. И всегда рядом, дополняя друг друга, создавая единое целое.

Они помолчали, выпив еще по парочке глотков амброзии, запили черным ликером и замолчали в немом восхищении.

- Ну так как, выполнишь мое желание? - спросил Белобог.

- Да куда я денусь, - со вздохом ответил брат. - Так что ты хочешь?

- Хочу, чтобы влюбленные испытания проходили прежде, чем жениться на своих царевнах. Причем оба.

- Это как? Разве любовь не главное? - удивился Чернобог.

- А вот так. Живет себе царь-батюшка или князюшка со своей дочкой на выданье, да все жениха найти ей не может, все они девице не любы. Перебирает ими девица, никто не нравится. Ждет год, ждет другой. А годики-то идут. Издаст тогда свой указ царский — выдам свою дочь замуж и полцарства к ней в придачу. Прискачет на такой вот зов прынц на белом коне, покрутится перед ней, удалью своей похвастает, царевна глазками хлоп-хлоп, влюбится, замуж поскорее выскочит, понимая, что последний свой шанс упускает (годики-то уходят). Царь-батюшка отдаст обещанное приданое, а потом начинаются проблемы. То это не так, то это не сюда, то муж неумеха, то не так она себе представляла принца. То жена очаг семейный не так блюдет, к делам домашним не приучена с детства, мужу не послушлива. А потом разводы, деление государств на части. А что отдано, то обратно не забрать. Ты и сам видишь, что вместо одного могущественного государства вон сколько разрозненных княжеств и царств появилось, - Белобог расстроенно махнул куда-то рукой. - И все эти новоявленные князьки и царьки между собой воевать пытаются. Устал я примирять их. Посылал Ладу, чтобы с девушками говорила прежде, чем те замуж повыскакивают за очередного принца, но те ничего слушать не хотят. Увидят красавца-молодца и тут же замуж спешат. А что в душе у него не ведают. И не пытают его, люба ли ему и готов ли ради нее подвиги совершать. А в последнее время эти «царевичи» да «прынцы» только и ищут девиц побогаче. Для счастья семейного ничего делать не хотят.

- А что же я могу сделать?

- Есть у меня одна идейка…

Долго они обсуждали задумку Белобога, ругались, спорили, смеялись, но в конец ударили по рукам, пришли к единому плану.

С тех пор и пошла молва о злом Кощее, который дев невинных ворует, да женихов их истребляет.

Глава 3

Глава 3.

Как сейчас помнит Кощей, когда его вызвал к себе отец и поставил задачу — девиц да парней будем испытывать прежде чем они там семью создать решаться. Долго говорил, но не убедительно.

- А мы каким боком? - так и не понял удивленный Кощей, пылая возмущением.

- А ты главное звено в этом испытании. Вместе со своими помощниками и друзьями. Вот что будешь делать…, - и отец рассказал ему стоящую перед ним задачу. - Про девиц все понял?

- Бред какой-то, - помотал головой ошарашенный Кощей. - Ты как себе это представляешь? Привожу к себе в замок девицу постороннюю, чтобы жила, пока ее какой-то там дурак не спасет? Это сколько же по времени она жить у меня должна? Моя Мара мне же все волосы повыдергивает.

- А ты объясни ей для чего это.

- Ага. Ты когда-нибудь пытался объяснить женщине, да еще своей вспыльчивой и ревнивой жене, что в дом приведешь постороннюю, гх, девицу, да еще молодую.

- Нет, не довелось. Но полагаю, что будет не так страшно, как ты думаешь. Она же не просто так жить у тебя будет. А будешь ее испытывать на верность своему жениху. А Мара твоя, кстати, может и воспитанием ее заняться, научить ее чему-нибудь.

- Кто? Я? - возмущение Кощея не знало предела. - Ну нет, отец, вы там со своим братцем точно умом тронулись. Да и Мара чему ее научить может? Как козни творить, как мужем крутить, как проклятья насылать?

- А ну цыц мне! Слово отца твердо! - сдвинул брови Чернобог, даже для убедительности хотел кулаком треснуть по столу, но того под рукой не было, в душе понимая, на что он обрекает сына своего. - И зря ты переживаешь. Замок у тебя большой, поселишь куда подальше девицу эту, так чтобы с твоей женой не пересекалась.

- Знаешь, отец, лучше сам это Маре скажи, а то не поверит мне.

- Ладно, заеду к вам на днях, обскажу ей твое задание, - тяжело и даже как-то обреченно вздохнул Чернобог.

***

- Что? - женский крик звенел под сводами высокого зала. - Чего это вы там надумали? Почему у нас в доме какие-то левые девицы жить должны, да еще мой муж должен испытывать их, соблазнять?

Жена Кощея почти бегом носилась по обеденной зале, стараясь унять злость и гнев. Ее черные волосы развивались змеями, лицо пылало, кулаки сжимались, воздух вокруг нее потрескивал молниями.

- Ну Мара, послушай. Ничего такого страшного не случится. Да и не соблазнять, а пытать на крепость ее чувств к своему избраннику, - проговорил Чернобог. - Ну приведет твой муж в замок девицу, ну поживет она у вас под присмотром какое-то время, пока жених не заберет ее…

- Какое-то время? - снова крик, переходящий в визг. - А если ее так называемый жених откажется искать ее? Она что, у нас насовсем останется?

- Ну почему насовсем? - спросил Чернобог, понимая, что этот вопрос они с братом совершенно не обсудили. Просто забыли.

Сам Кощей сидел напротив отца, скрестив руки на груди, и с печальной улыбкой наблюдал за происходящим. А ведь он предупреждал! Его жена слишком вспыльчивая, может накричать, да и стукнуть в приступе гнева. А еще чего худшего, так и проклятье наслать может или превратит в какую-нибудь пакость. Говорил же он отцу, ой говорил. Предлагал селить «невестушек» в другие места, так нет же! «Они будут жить под твоим личным присмотром в замке. И ты же им испытания устраивать будешь», - звучал в голове голос отца. Да какие, к лешему, испытания! Ему бы этот день пережить, Мару успокоить.

- А если этот дурень-женишок махнет рукой, скажет: «А к какому лешему мне гибнуть в болотах, с чудовищами сражаться, риску подвергаться ради какой-то девицы?», повернется и домой отправиться? Куда мы эту «невестушку» денем? Домой ее возвращать, чтобы потом о нас говорили, какие мы злые и страшные, как бедняжку мучили? И так всю грязную работу за этих белоручек выполняем.

Она вскинула руку кверху, пальцем указывая куда-то в потолок, явно давая понять, кого имеет ввиду.

- А ну цыц! - надавил на Мару Чернобог. - Мое слово твердо. Я сказал! Значит так и будет. Поговори мне тут, женщина! Лучше бы мужу в этом помогла, а не истерику тут устраивала.

Долго еще Мара с Чернобогом ругалась, Кощей под их крики даже вздремнуть смог немного, потом решил в кабинете переждать эту бурю. Он уже смирился. Все же воля богов. Никуда от нее не деться.

Когда Чернобог уехал из замка Кощея Мара ворвалась к нему в кабинет, где он укрылся от разъяренной женщины.

- Значит так, муж мой, - с порога начала Мара. - Я понимаю, что воля богов священна, обязательна к исполнению и все такое. Я согласилась, чтобы эти девицы жили у нас в замке. Поселю их в самой дальней части. Но предупреждаю, что, если только ты виться вокруг них будешь — гнев мой узнаешь. И постарайся испытания свои так проводить, чтобы эти дурехи в тебя не влюбились. Ты все понял?

- Мара, - с тяжелым вздохом начал Кощей, - я сам не рад этому. Прошу, не кричи. Лучше бы подсказала мне, что делать. Все равно задание отца исполнять придется. Он хоть тебе сказал, что ты тоже должна там что-то с этими невестами делать?

- Да, сказал, - в сердцах махнула Мара. - А чему я их учить-то должна? Я им мать что ли или нянька? Будут они у меня на ровне с девками прислужными замок убирать да обеды готовить. Или вон, сад у нас еще требует заботливых рук. У самой никак времени не хватает, а твой дружок Хозяин лесной отказывается помогать.

- Делай, что хочешь. Поверь, я сам не рад, - в голосе Кощея, которого боялась вся Навь да и в Яви имя его вселяло ужас, звучала обреченность.

- Кстати, а женихов кто и как испытывать будет?

- Догадайся, - невесело ухмыльнулся Кощей.

- Что? Тоже ты? Интересно. А что же тогда Белобог со своей…, - чуть не выругалась Мара, - делать будет? Лапки сложит и наблюдать за всем этим будет? А потом весь успех себе припишет. Молодец, хорошо устроился.

Мара снова забегала по кабинету, от чего у Кощея даже закружилась голова. Она продолжала сыпать обидными оскорблениями в адрес Белобога и его команды. Никогда между ней и «светлыми родственничками» теплых отношений не было.

- Мара, успокойся, только нервы себе накрутишь, но этим ничего не исправишь.

- Значит так, Кощеюшка. Только один намек на флирт с девицей, и ты вылетишь вместе с ней из замка!

Мара остановилась перед ним, почти уткнув ему в нос свой указательный палец, который выглядел очень и очень грозно.

- Мара, прошу не забываться. Замок мой. И ты прекрасно знаешь, почему я из него никуда не могу переселиться, - Кощей даже голос повысил. Ой, и забывается его женушка.

- Ах да, - досадливо кивнула женщина, - колодец душ. Ладно, тогда я уйду от тебя и никогда обратно не вернусь, ты меня знаешь.

После всех событий сегодняшнего дня и истерики жены Кощей вдруг подумал, что это даже не совсем плохой выход будет, но вслух говорить не стал. Слишком уж жена выглядела озлобленной, гнев плескался в ее черных глазах.

Спать сегодня супруги легли в разных спальнях.

Глава 4

Глава 4.

Сидящая у окна своей светелки в высоком тереме Марьяна, дочь царская, лениво наблюдала за двором, на котором суетились слуги да дворовые работники. Ей уже давно исполнилось двадцать лет, считай, уже совсем старуха, скоро никто и не посмотрит на нее, замуж не позовет. Вон ее ровесницы из служанок да девок дворовых давно уже детишек воспитывают, которые по двору стайкой бегают. А она? Сколько принцев да царевичей приезжали к ней свататься, да никто не люб ей был. Один слишком высокий, другой слишком толстый, третий рябой, четвертый кривой, пятый только себя и видит в зеркале. Вроде дети царские да княжеские, иногда боярские, а ни одного милого лица. Да и на охотах, которые батюшка устраивал в их честь, показали, что никакой удали нет у них. В седле сидят криво, сабельку поднять не могут, с какой стороны лук взять не ведают. Срамота, одним словом. А выбирать себе жениха из детей боярских или купеческих не по статусу ей, хотя парочку барчуков ей приглянулись.

Марьяна тяжело вздохнула, обвела взглядом свою светелку. Большая светлая комната обставлена уютной мебелью. Одна высокая кровать с перинами да пуховыми подушками чего только стоит. Сколько она мечтала лежа на них о женихе, который обязательно придет за ней, за руку возьмет, своей любимой назовет и… А вот дальше ее мечты и не шли. К своему стыду, она к своим годам так и не знала, что происходит между мужчиной и женщиной за закрытыми дверями. Мама ее умерла рано, когда девочке было шесть лет, отец больше не женился. Воспитанием ее занимались мамки да няньки, которые только и делали, что выполняли ее капризы. Когда она подросла, стала девушкой на выданье, поговорить с кем-нибудь о том самом было не с кем. Осталась только одна нянюшка старая, а та только руками машет, когда Марьяна пыталась с ней поговорить о том, что между девицей и парнем должно происходить за закрытыми дверями ночью в спальне. Только и слышала от нее: «Вот выйдешь замуж тогда узнаешь».

Уезжать из дома отцовского она никуда не хотела. Привыкла она к девкам своим прислужным, которые заменили всех ее мамок, любой ее каприз исполняющим в мгновение ока, да к нарядам, которые шьют ей каждый день, расшивая златом да серебром, да каменьями драгоценными. А сможет ли жених ей такое дать?

За дверью раздался шум, топот ног. Через какое-то время открылась дверь и в ее комнату вошел царь-батюшка.

- Дочь моя, Марьянушка, опять у окна скучаешь?

Она не ответила, только смерила отца взглядом и к окну отвернулась.

- Ну и ладно, - усмехнулся отец. - Сегодня у нас гости из Долинного государства, царевич Василий прибудет с отцом да матерью. К обеду их ожидаем. Постарайся сегодня быть приветливой с гостями, а не как с прежними.

- Да что не так с ними? - вспыхнула Марьяна. - Зачем меня как кобылу рассматривать, словно ради потомства меня выбирают? А у самих-то сынок словно в темную ночь да украдкой рожден — черен да страшен. Вот и получили чего заслуживали. Не люблю таких, фу.

Ее аж передернуло от мерзкого воспоминания. Царь-батюшка тоже тяжело вздохнул. Он и сам не рад был прошлым гостям, ушлому князю Южного княжества, что граничит с племенами загадочного государства туземцев, и жене его наглой и надменной, которые прямо с порога, не стесняясь, стали обсуждать, что бы они хотели в приданое к его дочери-красавице получить. А княгиня еще и руками все трогала, нюхала, чуть не языком лизала. Слава светлым богам, Марьянушка отказала их сыну, который ни в мать, ни в отца, ни в заезжего молодца. Сами князь с княгиней волосами светлые, глазами голубые, а этот чернявый какой-то, словно в печи ночует, кучерявый, словно его ветер кудри завивал на тонкую лучину, нос широкий, губы варениками, глаза словно чернющая ночь. А надменный, словно он честь великую оказывает, раз за Марьяной сюда аж приехал. А сам даже конем пользоваться не умеет, ни с какой стороны вскочить на него, ни как в седле правильно сидеть. А про обыденные вещи и говорить не приходится, даже одеться сам не смог, все дядьку приставленного гонял.

- Княгинюшка, а не подскажете, на кого сынок-то ваш похожий? - не утерпела и спросила нянюшка Марьянушки.

Та вспыхнула алым маком, отвела глаза в сторону, но ответила:

- В прадеда моего пошел, покойного ныне. Портретов его не осталось, не любил он, чтобы малевали лик его.

Царь и нянюшка понятливо покивали головами, но комментировать не стали. Долго тогда это семейство во дворце у них гостило, целых десять дней, надеясь, что Марьяна влюбится в этого чернявого. А еще требовали каждый день пиры знатные закатывать да ублажать их представлениями скоморохов. Еле домой отправили, да еще гостинцев богатых пришлось им дать, чтобы быстрее убрались. А после их отъезда ложек серебряных не досчитались.

- Да нет, дочь, в этот раз парень красив да богат. Василий, царский сын из Долинного государства. Прислали нам его картинку, мне понравился, взгляд гордый, лик светлый. На, сама посмотри.

Царь достал из кармана небольшой предмет, размером с ладонь, и протянул дочери. Она взяла кусок плотной бумаги, на которой довольно искусно был изображен мужчина. Она только увидела его и сразу же сердце ее забилось в предвкушении встречи. Но удержала свои эмоции, вернула картинку отцу.

- Ладно, так и быть, выйду к обеду, посмотрю, что за Василий.

Царь-батюшка тихо и незаметно выдохнул, вышел из светелки дочери. И не сказал, что отправил он ранее гонца своего в Долинное государство с картинкой, на которой лик дочери дворцовый живописец нарисовал, и предложением присмотреться к дочери его. А ежели понравится, то и полцарства в придачу к ней даст.

***

О прибытии знатных гостей Марьяне подсказали шум и крики за окном. Она поднялась из-за столика своего, за которым перед зеркалом лицо свое рассматривала, подошла к окну, выглянула тайно, чтобы не заметили ее. На царском дворе появились две кареты и верховые. Отец ее в нарядной одежде вышел на красное крыльцо встречать дорогих гостей. На черном скакуне впереди всех всадников ехал молодой мужчина, лик которого она видела сегодня на картинке. В живую он показался девушке даже краше. Гордая голова, широкий разворот плеч. Щеки ее снова покрылись ярким румянцем, сердечко забилось пойманной в силки птицей.

Мужчина соскочил со своего скакуна, передал поводья людям своим, пошел к карете, открыл дверь, помог выйти отцу и матери своим. Марьяне понравились мужчина и женщина, оба видные, достойные. Они вместе с сыном своим подошли к красному крыльцу, поклонились средним поклоном царю-батюшке, что тоже понравилось Марьяне, значит, уважительные они.

Она отошла от окна, снова села за столик, поспешила закончить свой туалет. Потом позвала девку свою прислужную, которая помогла ей платье нарядное из парчи золотой надеть, волосы в косу заплести да под девичий кокошник, украшенный жемчугом да каменьями драгоценными убрать.

***

Стол в зале был накрыт по-царски. Белые скатерти, серебряные тарелки да кубки, полные всякими яствами да медами сладкими. Во главе стола восседал царь-батюшка, сияющий от счастья. По левую сторону от него усадили Марьянушку. Справа — семья царевича Василия места заняла. Гусляры свои песни играют, скоморохи песни свою поют да танцы танцуют, слуги подносы с мясом да птицей запеченным на стол ставят, в кубки меды подливают.

Сидит Марьяна, украдкой на Василия посматривает. А тот спокоен и невозмутим, сидит себе спокойно и закуски в тарелку накладывает. Ни разочка на нее не взглянул. А хорош шельмец, статен, белокур, лицом ясен да пригож. Любая влюбится да замуж за него согласится. Вот и Марьяна чем дольше на него смотрит, тем больше понимает, что по сердцу ей пришелся этот Василий. И замуж за него согласна пойти.

После обеда молодых послали в сад за дворцом погулять, чтобы они поговорить могли, познакомиться поближе. А царь-батюшка и родители Василия устроились в летней беседке, где им чайный стол накрыли. Легкий ветерок сквозил в беседке, словно подслушивал, о чем старшие говорят, а потом уносился к молодым.

С прогулки Марьяна и Василий вернулись довольные друг другом. Впервые девица согласилась принять руку и сердце парня.

За вечерней трапезой было объявлено гостям, что через месяц состоится свадьба Марьяны и Василия. Могли бы и раньше справить, но не хотелось все на скорую руку готовить, да и платье невесты должно быть самым лучшим, чтобы все подруги обзавидовались. Сейчас молодые сидели рука об руку, поглядывая друг на друга. Василий улыбался довольно, а девица скромно опускала реснички, алея щеками.

Еще день прошел, который молодые провели в беседах. Все больше Марьяна влюблялась в Василия и твердо решила, что будет ему женой верной да послушной. А о чем думал Василий, так это нам не ведомо.

***

Вечерами сидела Марьяна в своей светелке, мечты мечтала о женихе своем. Вот и сегодня сидела она перед зеркалом своим, волосы частым гребнем расчесывала, да о будущем муже мечтала. Раздался стук и в светелку вошла нянюшка. Марьяна улыбнулась, увидев женщину, которая после смерти мамы стала самой близкой (ну после отца, конечно).

- Скучаешь, ягодка моя? - спросила нянюшка ласковым голосом.

- Нет, нянюшка. О Василии думаю, - задумчиво ответила девушка.

- И что же думаешь о нем? - улыбнулась женщина.

- Да вот, хорошим ли мужем мне будет? Будет ли любить меня?

- Не могу ответить тебе, девочка моя. Только могу сказать, что слишком он красив, а это обычно беду привлекает.

Марьяна резко развернулась к няне, ее глаза сузились.

- Беду? - в голосе зазвучал страх.

- Да, девочка моя. По опыту сказать могу, что обычно такие красавцы избалованы вниманием женским. Да ты сама посмотри, все девки на него косятся, себя рядом с ним представляют. А если его какая-нибудь боярская или купеческая дочка увидит? Немного покрутит перед ним юбками своими и уведет красавца этого.

Марьяна закрыла ладошкой рот, который открылся красивой буковкой «О», а в голове уже закрутились картинки одна страшнее другой, как ее жених-красавец с другими девицами заигрывает. А потом, став мужем ее, под предлогом охоты к другой уезжает. Няня поняла ход мыслей Марьяны и согласно покачала головой, словно подтверждая ее мысли.

- И что делать? - совсем тихо спросила девушка.

- Не знаю, ягодка моя, - развела руками и понурила голову нянюшка.

***

Утром следующего дня Марьяна снова была разбужена шумом с улицы. Недовольно покривилась, что выспаться не дали, поднялась и подошла к окну. На царском дворе появился красавец коробейник — на голове залихватски сдвинутый на левое ухо картуз, из-под которого торчат златые кудри. На крепком торсе алая рубаха, опоясанная богатым кушаком, расшитым золотом да серебром. Сверху куртка черная, расшитая серебром. Черные брюки заправлены в щегольские яловые сапожки.

- А ну, девицы-красавицы молодые, подходите, кружева да ленты себе выбирайте. Только с моим кружевом ваши наряды будут самыми красивыми, только в моих лентах найдете себе парня по сердцу. А когда брошь мою заговоренную наденете, так любить вас парень станет, как единственную на всем свете белом, никто ему больше не нужен будет, ни на кого больше не посмотрит. Платки мои украсят любой наряд ваш да сердечко согреют. Спешите, покупайте! Только сегодня для вас все товары в полцены готов отдать!

Марьяна увидела, как к этому коробейнику со всех сторон поспешили девки дворовые и стали товар рассматривать. Кто-то уже за денюжкой побежал. И тут Марьяну кольнуло. Что он там про броши заговоренные говорил? Она схватила колокольчик звонкий и затрясла им со всей силы. Через минуту в ее светелке показалась перепуганная нянюшка.

- Что случилось, ягодка моя?

- А ну-ка приведи этого коробейника в комнаты мои. Посмотреть товар желаю.

- Сейчас сделаю.

Она уже развернулась, чтобы бежать за коробейником, но потом снова повернулась к Марьяне.

- А одеть тебя не успею.

- Девку прислужницу позови. Да поторопись уже.

Марьяна после ухода нянюшки заметалась по светелке, хватая одежду, лихорадочно переодеваясь в платье. Прибежавшая к ней по указке няни прислужница помогла одеться, волосы в косу заплести, головной убор домашний надеть.

Раздался стук в дверь и в светелку вошла запыхавшаяся няня:

- Фух, ягодка моя, еле успела догнать коробейника этого. Уже почти все успел распродать, уходить собрался. Ждет сейчас тебя, ягодка моя, в комнате твоей для рукоделия.

Марьяна еще раз посмотрелась в зеркало, покусала губки для яркости, пощипала щечки для румянца и поспешила к коробейнику. Тот встретил ее в комнате. Его короб с товаром лежал на столе. Няня была права, он был почти пуст, оставалось несколько мотков дорогих кружев, два пуховых платка.

- Я слышала, что у тебя броши заговоренные есть, - с порога проговорила Марьяна. - Ты уже успел их продать?

- Доброе утро, красавица! - улыбнулся с поклоном коробейник. - Много товаров я продал, но вот брошь осталась. Одна она у меня была. Я так и знал, что для тебя она изготовлена мастерами подгорными. На свете только она одна такая, других нет.

Он полез за пазуху, достал оттуда сверток, протянул его Марьяне, не разворачивая.

- Сама посмотри, красавица, товар. Может и не подойдет. Может и без броши этой счастье у тебя будет? Если любовь есть, то и брошь никакая не нужна.

Она сделала шаг к нему и руку протянула.

- Только предупредить тебя еще раз должен, что это брошь не простая. Если не любите друг друга, то много испытаний придется пройти, но все равно не поможет тебе эта брошь. А если чувства ваши друг к другу будут настоящими, то и любовь у вас будет до самой старости.

- Да давай уже сюда, - разозлилась Марьяна, выхватывая из его руки сверток, не вслушиваясь в слова коробейника, который с очень пытливым взглядом смотрел на девушку.

Она стала быстро развязывать тугой узелок платочка, в который была завернута брошь, торопилась.

- Ты о цене не хочешь спросить? - раздался немного насмешливый голос коробейника. - Каждая вещь цену свою имеет.

- Да-да, хочу, - продолжая воевать с узелком, проговорила Марьяна. - Назови цену свою. Я на все согласна.

- Слово твое сказано, богами услышано. Цена принимается, - загадочно проговорил коробейник. - А цена такая будет. Если ваши чувства будут взаимными да истинными, то брошь эта навсегда с тобой останется. А если нет, то не выйдешь ты замуж никогда, ни за Василия своего, ни за другого молодца, а брошь ко мне вернется.

- Да леший тебя побери, - Марьяна даже не слышала слов коробейника, пытаясь зубами развязать узел, который после его слов вдруг поддался и развязался.

На ладони девушки оказалась брошь красоты неведанной с камнем прозрачным, засияла она, ослепляя всех находящихся в комнате радугой цветов, что пришлось им крепко зажмуриться. Марьяна только крепко сжала ладонь, чтобы счастье свое не упустить. А когда открыла глаза, увидела себя в другом месте. Всё исчезло и все. Только перед ней стоял такой красивый мужчина, что она даже снова зажмурилась.

Глава 5

Глава 5.

Не хотел ехать Василий на смотрины эти и жениться тоже не хотел. В свои двадцать пять считал себя слишком молодым для этого. Но родители убедили, что невеста красива и приданое к ней слишком богатое, чтобы упустить такой шанс. Когда ему показали портрет с лицом этой Марьяны, он долго всматривался, потом решил, что может и следует съездить, на месте все посмотреть.

Вечером перед выездом он призвал к себе в комнату девку дворовую Яську, которая последний месяц грела ему постель и утешала ночью. Когда засыпал под утро, подумал, что возможно и согласится он жениться, только вот Яська пусть останется при нем. Знал он этих дочерей царских да княжеских. Слишком капризны и требовательны в постели они были. Никакого удовольствия с ними у него не получалось. А вот обычная дворовая девка такое в постели вытворяла, что засыпал он без сил.

***

Когда они подъехали ко дворцу царя Заозерного государства, он всматривался в его убранство, двор, видел толпы суетящихся слуг, которые с любопытством рассматривали их посольство. Сам Василий ехал на своем любимом коне, а родители в карете. Краем глаза на третьем этаже дворца в окне заметил девицу, которая тайком рассматривала их посольство. Он понял, что это невеста его возможная, приосанился, чтобы показать себя с наилучшей стороны. А потом сделал то, что никогда не делал — открыл дверцу кареты и под удивленно-ошеломленные взгляды родителей, помог им спуститься на землю.

Царь Заозерный встретил их радостным поклоном, провел во дворец свой. Выделенные им комнаты понравились Василию. Все говорило о богатстве и достатке и постепенно он уговорил себя, что ради богатого приданого может и потерпеть будущую жену.

Когда в большую трапезную, где проходил пир в честь дорогих гостей, вошла Марьяна, Василий критически осмотрел ее. Ничего так, лицом приятна, одеждой богата. В глазах скромность и любопытство, явно, что с мужчиной никогда ранее не была, и даже ухмыльнулся довольно мыслям своим. Краем глаза он весь пир наблюдал за ней. Ничего так, ведет себя скромно, голову опустила низко, на щеках яркий румянец.

Когда после обеда царь Заозерный предложил ему и дочери прогуляться в саду, Василий согласился. Марьяна шла рядом с щеками, которые горели ярче макового цвета. Он порасспрашивал девушку, чему ее учили, что умеет, чего желает от жизни семейной. Ничего нового не услышал. Писать, читать умеет, наукам не обучена. Ничего своими руками делать не умеет, все прислужницы делают да старая нянька. А о семейной жизни только какие-то розовые мечты. Он даже спросил, как она видит отношения между мужчиной и женщиной в том самом плане, так она вспыхнула и даже ускорила шаг, чтобы не видел ее лица смущенного. Он поспешил сменить тему. В целом Василий пришел к выводу, что ради приданого (а это, на минуточку, полцарства), согласен на брак с Марьяной. Для домашних дел у них слуги будут, для постельных утех у него Яська задорная есть.

Когда вечером родители стали пытать его, согласен ли он жениться на Марьяне, он просто кивнул головой, чем вызвал их счастливые улыбки. Не рассказывали ему родители, что этим браком они хотели поправить свое состояние, изрядно так пошатнувшееся за последнее время. Еще год-другой и не станет казны, государство их враги на части раздерут. А брак Василия с Марьяной укрепит их позиции, позволит всем врагам по шапке надавать.

Еще два дня он был внимателен к Марьяне, видел, как она глаз с него не спускает, ловит каждое его слово, как опускает скромно глазки, когда он пристально на нее смотрит. И это даже понравилось Василию. Да и сама девица была мила, такую жену и не стыдно иметь, в смысле, людям показывать, пусть даже и старовата немного для невесты. Может у них потом и слюбится. Главное, чтобы приданое за ней дали, потом детей нарожают, чтобы наследники были. А если не слюбится, то и разойтись можно, а по словам отца, приданое жены останется ему. Тогда он себя царем назначит на землях своих и заживет в свое удовольствие. С Яськой.

***

Утро четвертого дня во дворце разбудило его криками со двора. С недовольным лицом он выглянул во двор и увидел, как девицы окружили разухабистого коробейника, который торговал платками да лентами, какой-то еще мелочью, какую обычно девицы любят. Они на перебой покупали у него товар, заигрывали, шутили. Василий недовольно поморщился и вернулся в кровать. Но сон больше не шел к нему, хотя шум за окном затих.

Через час к нему пришел дядька, который с малых его лет был приставлен к Василию, помог привести себя в порядок, одеться. К утренней трапезе спускался немного недовольным. Родители уже были в трапезной, о чем-то разговаривали с царем Заозерным. Все ждали, когда к столу спустится Марьяна. Однако вместо нее в трапезной появилась взволнованная старуха, которая со слезами на глазах запричитала и стала что-то говорить царю. Василий пошел к своему месту за столом, не желая вмешиваться в чужие дела. Но вдруг по лицам царя и родителей своих понял, что произошло что-то ужасное и оно касается его лично. Он нахмурил брови и подошел к ним.

- Василий, - кинулась к нему мать, - случилось страшное!

- Да-да, случилось, - поддакнул отец, который всегда имел мнение, такое же, как у жены.

- Марьяна пропала, - расстроенно пояснил царь Заозерный. - Вон, нянюшка такое говорит, что и поверить невозможно. Расскажи жениху нашему сама.

- Да что тут рассказывать, - всплеснула руками старушка. - Привела я коробейника в комнаты Марьяны, как она приказала мне. Потом она сама пришла к нему, чтобы брошь заговоренную купить. Только взяла ее в руки, так и пропала вместе с коробейником, словно и не бывало их.

- И куда же она делась? - спросил ошарашенный такой новостью Василий. Он уже настроился жениться на приданом, то есть на Марьяне, а тут такая новость.

- Да не знаю я, - старушка снова всплеснула руками и прижала их к своей немалой груди.

Наступило молчание, прерываемое тяжелым сопением царя Заозерного. По всему было видно, что он о чем-то сосредоточено размышляет. Потом он махнул рукой.

- Эх, не хотел к ней обращаться, но, видимо, другого выхода нет, - проговорил он наконец-то после долгих и тяжелых раздумий. - Эй, нянька, сходи-ка за… сама знаешь за кем.

Нянька с испугом взглянула на царя, словно предлагая одуматься, но тот только сдвинул брови и кивком головы подтвердил своей приказ. Старушка опустила плечи и поплелась из трапезной.

- Пока она ходит, предлагаю поесть.

Царь показал на накрытый стол. Родители Василия и он сам прошли на свои места. Няня не появлялась довольно долго. Они уже успели поесть и перейти в комнату царя, где он занимался своими делами, расселись на стульях резных. Только через час раздался стук и в комнату вошли няня и старая-престарая женщина, скрюченная в три погибели, с лицом, похожим на сухофрукт.

- Что надо? - недовольно первой заговора женщина. - Опять что-то у тебя случилось? Без старой Наины никуда?

- Никуда, - согласно кивнул царь. - Беда у нас случилась, только ты одна можешь сказать, куда дочь моя делась и что делать нам.

Василию показалось, что он слышит кудахтанье, но увидел, что это тело старухи сотрясается в смехе.

- Чего смешного? - разозлился царь. - Прошу, скажи, что делать.

- Ладно, последний раз помогаю тебе. На этом все, мой долг перед тобой выполнен, - проворчала старуха. - Лучше покажите, откуда она пропала.

Няня поспешила отвести ее в комнату, где все произошло. Царь, Василий, его родители поспешили следом. Старуха долго обходила комнату, выслушала няню, что-то нюхала, сожгла несколько пучков зловонных трав от которых все расчихались, затем села на стул и задумалась. В комнате царила тишина, что даже было слышно, как в стекло окна бьется муха.

- Так, - вдруг проговорила Наина, поднимаясь со своего стула. - Забрал ее Кощей в замок свой.

- Ах, - послышался почти слитный выдох.

- И что нам теперь делать? - уже с ужасом спросил царь-батюшка.

- Да ничего такого, - Наина пожала плечами. - Если хотите вернуть Марьянку свою, пусть этот, - она ткнула корявым пальцем в сторону Василия, - спасать ее едет. Если любит, так все тягости преодолеет, девку домой вернет, замуж возьмет.

Родители Василия невольно загородили его своими телами, а на лицах читалось решительное «никуда своего дитятку не пустим».

- Дорогие мои гости, умоляю! - царь Заозерный неожиданно сложил руки в умоляющем жесте, готовый бухнуться на колени перед ними. - Прошу, пусть Василий поедет спасать мою доченьку. Отдам за нее все, что пожелаете, Василий царем станет, как только домой вернет звездочку мою. Все королевство ему отдам. Только умоляю, пусть он спасет доченьку мою единственную.

Родители переглянулись, что-то глазами поговорили, потом мать выставила Василия перед собой.

- Он согласен. Сегодня же и отправится на поиски Марьяны. Прикажите армию снарядить в помощь ему.

- А вот тут хочу сказать, - раздался скрипучий голос Наины. - Никакой армии, никаких помощников. Он сам единолично должен найти ее, справиться со всеми трудностями, что на пути его возникнут. Только тогда сможет Марьяну найти и домой привести.

В груди Василия поселился страх и желание отказаться, но злой взгляд матери и сильный тычок от отца в спину не дали этого сделать.

- Он согласен, - раздался твердый голос матери. - Раз один должен идти, значит так и будет. Только помогите в дорогу собраться.

- Да-да, конечно, - закивал счастливый царь Заозерный. - Сейчас дам указания слугам.

- Мы пока к себе пройдем, - сказала мать и увела за собой мужа и сына, шагая с гордо поднятой головой, словно каравелла по волнам.

А когда они вышли, старая Наина рассмеялась им вслед, качая головой.

- Ты чего, старая? - заметил это царь.

- Да так, ничего. Не дослушали они меня, что делать надо. Ну значит так и надо. Дольше путь выйдет.

- А для Марьянушки моей это не опасно? - с тревогой спросил царь.

- Да нет. Жить она будет в замке Кощея под его присмотром. Ничего он ей не сделает, не переживай.

А в комнате родителей Василия шел довольно неприятный для парня разговор.

- Значит так, сын. Ты должен пойти и найти эту Марьяну. Ты сам слышал, что когда вернешь ее, царь тебе все царство отдаст, царем сделает.

- Матушка, я все понял. Царство — это хорошо, даже жену свою потерплю ради этого.

- Вот и молодец. Как только царем тебя огласят, ты указ издашь, что меня своим советником назначишь. Я помогу тебе с государством управляться. Мал ты еще в делах таких.

***

До обеда шли сборы Василия в дорогу. Старая Наина только передала ему в руки вылепленный ею самолично и выпеченный в дворцовой кухне колобок из пресного теста.

- Держи. Этот колобок путь тебе укажет.

Василий принял из ее рук этот колобок размером с его два кулака, покрутил перед лицом, не понимая, как этот кусок выпечки поможет ему, но ничего говорить не стал.

После сытного обеда собрались все провожающие на красном крыльце. Конь Василия нервно топтался, предчувствуя дальнюю дорогу. Его успели навьючить двумя большими седельными сумками.

- Смотри, Василий, - проговорила Наина. - Берешь в левую руку колобок и говоришь ему: «Катись, колобок, румяный бок, покажи мне дорогу к невесте моей», и бросаешь на дорогу. Только поторопись за ним, слишком шустрый он, можешь и не догнать.

- А как остановить его? - задал вопрос царь, который снова понял, что Наина не договорила все.

- Да очень просто. Протянуть к нему руку правую и сказать: «Остановись, колобок, на часок». Он сам и в руку прыгнет.

Василий положил колобок в седло перед собой, решив, что бросит его на дорогу, когда из города выедет, попрощался с родителями, махнул царю Заозерному и отправился в путь.

Глава 6

Глава 6.

Дорога из города была одна и стремилась к лесу зеленому, который виднелся вдалеке за полями. Других дорог не было и Василий направил коня своего верного вперед, ругаясь в полголоса на эту Марьяну, на приданое ее, из-за которого он вынужден теперь трястись в седле и ехать неизвестно куда. А как было бы хорошо, сегодня за вечерней трапезой решили бы они о дне свадьбы, потерпел бы он еще пару дней, а потом получили бы приданое. Вот вечно эти девки попадают в какие-то неприятности. И было бы из-за чего, так ведь из-за какого-то коробейника.

Долго ехал Василий, ругаясь в полголоса. Солнце палило нещадно, припекало голову. Конь, который сначала скакал бодрой рысью, стал чаще спотыкаться, пошел медленным шагом. Василий снова глянул на лесок, куда вела дорога и удивился — он ближе так и не стал. Но и еще его удивило. Если сначала встречал путников, которые торопились в город или возвращались по домам, то сейчас он был один на дороге. Постепенно накатывала усталость и злость. Еще через час пути лес словно издевался над Василием, манил своей зеленью, но ни на шаг не приблизился. А солнце словно приколотили к небу, даже и не думало сдвигаться со своего места, палило все вокруг, не жалея сил. Вода из баклажки вся уже давно была выпита, жажда давала о себе знать все больше.

Когда Василию казалось, что он сейчас просто рухнет на дорогу под копыта уставшего коня, неожиданно перед собой увидел развилку и большой столб, на котором было приколочено три указателя. Он остановился, соскочил с коня и подошел к столбу.

«Направо пойдешь — жену найдешь», - начал читать Василий надписи на указателях. - «Налево пойдешь — от жены огребешь», - тут он хмыкнул и перевел взгляд на третий указатель. - «Прямо пойдешь — в трактир придешь».

А под третьим указателем висела черная табличка, на которой было белым мелом написано: «Меню. Сегодня у нас уха по-царски — 5 медных монет, окуньки жареные в сметане — 5 медных монет, расстегаи с рыбой — по полмедяшки, компот из сухофруктов заморских — по полмедяшки».

- Интересно, а чего это только одна рыба? - удивился Василий вслух.

- Так это, сегодня же четверг — рыбный день. Забыл разве? - раздался позади Василия какой-то мурчащий голос, от чего он даже подпрыгнул на месте, оглянулся и замер с открытым от удивления ртом.

Василий был готов поклясться чем угодно, что еще пару мгновений назад никого тут не было. А сейчас перед ним на большом камне (который тоже появился ниоткуда), полусидел или полулежал здоровенный черный кот, на задних лапах которых были надеты красные сапоги, а на голове странная четырехугольная шапка со свисающей с нее кисточкой. При этом кот держал в лапе рюмочку с чем-то темным и воняющим валерьяной.

- Ты кто? - это все, что сейчас мог произнести ошарашенный Василий, никак не приходящий в себя от неожиданности.

- Как это кто? - даже обиделся кот и замахнул содержимое рюмки себе в рот. - Я — Кот ученый. Можно и Баюном назвать! Все это обо мне.

Это он произнес с таким видом, словно говорил — я Царь-кот Василий Первый, которого все обязаны знать и почитать. Надменность животного немного привела Василия в себя.

- Это как - ученый? - снова задал он вопрос, чтобы хоть как-то начать понимать, что происходит.

- А как ты себе представляешь ученых? Ты их многих видел? - он нахмурил свою довольную морду, потом хлопнул себя рукой, из которой куда-то девалась рюмка, по лбу, словно из воздуха достал какие-то круглые стекляшки и водрузил себе на нос. - А так похож?

Василий помотал головой, стараясь отогнать от себя это странное видение. Мало ли, голову ему солнцем напекло, вот и кажется все, что угодно.

- Ты головой не мотай. Не привиделся я тебе. Я — Кот ученый. Кстати, ты решил, куда едешь? Если что, до трактира я с тобой.

Говорил кот тоном, не терпящим возражения.

- Какого трактира? - снова не понял Василий.

- Как какого? Где сегодня рыбный день. Ты знаешь, как я рыбку люблю! - кот задумчиво зажмурился и даже облизался. - Так что? Решай быстрее.

Василий еще раз глянул на столб, который ненавязчиво приглашал его к выбору, задумался. Ехал долго, есть и пить хочется, отдохнуть не мешало бы, запас воды пополнить, баклажка пустая. А вокруг ни колодца, ни речушки.

- В трактир еду, - проговорил он, подходя к своему коню и садясь в седло.

- Вот и чудненько, - ответил кот, хлопнув лапами, и тут же прыгнул на круп лошади, позади Василия.

Конь, не ожидая такого седока, который в добавок ко всему вцепился в спину животины своими железными когтями, рванул вперед, от чего Василия бросило назад, и он впечатался спиной в кота. А тот уже что-то орал, стараясь подбодрить резвого скакуна, который старался сбросить со своей спины этого наглого котяру и хозяина заодно.

- Эй-эй, потише, - заорал Василий, стараясь утихомирить коня, который теперь несся вскачь с запредельной скоростью, от чего окружающее слилось сплошной стеной.

Однако его верный конь не обращал на его крики внимания, продолжая выстукивать копытами по пыльной дороге, хрипя, приближая путников к трактиру. Каких-то десять минут, и они наконец-то достигли опушки леса, возле которой притулился трактир. Василий даже не заметил, как они добрались до него, он только помнит дикий свист и крики позади себя, что-то напоминающее: «Эге-гей, гони скорей, подбавь скорости, инвалид ты лошадиный», а еще было обидное: «Не бзди, Васька, держись крепче, а то не буду тебя с земли отскребать. Да и слезь ты уже с меня, а то навалился своей тушей».

Когда Василий сполз с коня, его ноги тряслись крупной дрожью. А довольный кот спрыгнул на землю сначала на четыре лапы, а потом поднялся на две задние и выпрямился, доставая своим лбом Василию куда-то до солнечного сплетения.

- Ну что, пошли? - спросил кот у бледного с перепуга Василия. - Ты мальчонке медяк кинь, он твоего скакуна накормит, напоит. А еще медяк добавишь, так и за вещами твоими присмотрит.

Василий подумал, что кот в чем-то прав и достал из кармана пару медяков, которые кинул крутящемуся возле них пацаненку лет десяти. Получив деньги, тот ощерился, показывая отсутствие переднего зуба и потянул дрожащего коня куда-то в сторону.

Они еще не успели сделать и шага, как распахнулась дверь и на пороге трактира появился здоровенный детина в каком-то шутовском наряде — желтой шелковой рубахе, полосатых красно-зеленых штанах, а на необъятном пузе завязан кокетливый белоснежный с оборками передник, а на голове красовался такой же белоснежный поварской колпак.

- Здравы будьте, гости дорогие, - широко улыбнулся детина. - Ждем вас в нашем трактире. Заходите, у нас все свеженькое, горячее.

От его слов у Василия чуть ли не слюна изо рта побежала, и он только смог кивнуть этому «зазывале». На удивление, зал трактира был чист, столы призывно звали своими начищенными деревянными поверхностями, ажурные занавески на окнах придавали какой-то немыслимый уют в этом месте. Сидящие за некоторыми столами посетители ели тихо, аккуратно. Из кухни доносились такие аппетитные запахи, что слюна у Василия, которая только-только перестала капать после слов «зазывалы», вновь забила с новой силой.

Они расположились за столом слева от входа. К ним сразу подбежала бойкая девица с румяными щеками, задорными глазами. Приняв от гостей заказ, она тут же убралась на кухню, задорно махнув юбками. Через пару мгновений она вернулась и принесла им холодный квас в большом кувшине и две глиняных кружки, наполнила одну из них и придвинула коту.

- Приятного аппетита! - улыбнулась она им. - Через пару минут принесу остальное. Жарко сегодня, охладитесь пока кваском нашим.

Немного опешивший от такого напора девицы Василий только кивнул ей в ответ, а кот, который успел вальяжно развалиться на своей скамье напротив царевича, что-то одобрительно муркнул.

- Ну и куда путь держишь? - спросил кот, когда утолил жажду.

- Не твое дело, - довольно резко ответил Василий, косясь на этого кота ученого, столь подозрительно выглядевшего.

- Хм, грубый ты, - неодобрительно покачал головой кот. - А я помочь тебе хотел.

Василию даже показалось, что кот пожал плечами, так и захотелось протереть глаза.

- А чем ты сможешь помочь мне? - решил все-таки спросить парень, понимая, что вдвоем будет не так страшно путь держать.

- Да многим. Дорогу, например, указать смогу, если цель свою укажешь. Вещи посторожить, если пойдешь куда, - заметив косой взгляд Василия, кот улыбнулся. - Да не нужны мне твои пожитки, не переживай ты так. Просто давно я решил в путешествие податься, вот и выбирал куда и с кем. А тут ты подвернулся. Если что, я многое знаю, подсказать и научить смогу. Языками разными владею, сказок много знаю. Но только учти — у меня лапки, многое не смогу.

Василий усмехнулся, наблюдая, как кот умело расправляется с ухой, черпая ее большой ложкой, которую довольно ловко держал в своей «лапке». Когда им принесли карасей в сметане, кот ловко расправлялся с ними, разделывая рыбу своими металлическими когтями, вызывая нервный спазм у Василия.

- Ну так что, надумал меня с собой взять? - откинулся на стену за своей спиной сытый и довольный кот, когда юркая девица унесла от них пустую посуду.

- Хм, - Василий еще раз оценивающе осмотрел наглого котяру. - Поехали.

- И куда путь держишь? - как-то лениво спросил кот.

- К Кощею.

- И зачем? - также лениво спросил кот.

- Невесту он мою украл, - ответил Василий, продолжая рассматривать кота.

- М-м-м, невесту, - понятливо покачал тот головой. - Давно украл?

- Да утром сегодня.

- А ты где был?

- В комнате своей, - Василий удивлялся, почему он так легко открывается перед каким-то незнакомым котом, пусть даже и ученым. Кстати, шапки с кисточкой на нем уже не было, но красные сапоги до сих пор украшали его задние лапы.

- И как невесту твою зовут?

- Мария. Э-э-э, Марьяна, - поспешил исправиться Василий.

На это кот как-то ехидно усмехнулся и покачал головой.

- И что, прямо такая любовь у вас? Не боишься к Кощею-то идти? Это же прямиком в Навь. Да и не отдаст Кощей добычу свою просто так. Биться за невесту свою придется. И только настоящая любовь поможет преодолеть все препятствия и победить этого Кощея. А еще могу точно сказать, что вход в его замок сторожит Змей Горыныч. А он не мало людишек пожег огнем своим.

Василий нахмурился. Не говорить же этому наглому котяре, что идет он за царством, к которому в придачу эта Марьяна. И не говорить же, что биться за девицу ему и впрямь не очень-то хочется, а если быть честным, то совсем не хочется. А после слов кота так вообще мысль повернуть назад стала занимать почти всю голову. Но показаться перед каким-то котом трусом ой как не хотелось.

- Не твое дело, - буркнул он в ответ. - Ты поел? Поехали дальше.

- А может здесь переждем? Ночь на дворе, а ночью в лесу опасно, - сказал кот, тыча когтем в окно.

- Да какая ночь! - Василий только успел сказать, как увидел, что за окнами и вправду темно. - Ладно, переночуем и дальше отправимся.

- Вот и здорово! Значит договорились. За каждый день ты мне серебряный платишь. Когда до Кощеева замка дойдем — пять золотых. Да и за ужин заплати. Это тоже в мой прейскурант входит, - хлопнул лапками кот.

- Чего? - возмутился Василий. - Какие серебряные, какие золотые? Какой прейскурант? Не согласен я, дальше сам пойду. Думаю и без тебя дорогу к Кощею найду.

- Ну как знаешь, - пристально посмотрел на него кот. - Думал помочь тебе, через с десяток деньков ты бы уже в ворота замка стучал. А сейчас как знаешь.

Кот еще раз посмотрел на Василия, который молчал, вспоминая, что у него еще колобок путеводный есть. Платить такие деньжищи какому-то коту ему ой как не хотелось. Кот цыкнул зубом, стряхнул со своего плеча несуществующую пылинку, повернулся, вышел из трактира и растворился в ночной темноте.

Глава 7

Глава 7.

Ночь Василий провел в трактире. Комната, которую ему выделили, была маленькой, но чистой, белье пахло свежестью, где-то под потолком висели сухие травы, от которых шел приятный умиротворяющий запах. Проваливаясь в сон царевич все думал, что завтра он поедет за приданым, вернее, за своей невестой, привезет ее и станет царем, заведет себе с десяток «Ясек», менять их будет каждую ночь. А Марьяна пусть своей очереди дожидается. Нет! С ней по субботам нежиться будет после бани, а в воскресенье обязательно выходной себе устроит, на охоту ездить будет. Обязательно заведет себе парадный выезд, чтобы карета золоченая в шестерку, нет, в восьмерку скакунов была запряжена, чтобы не стыдно было перед другими государствами, будет во дворце своем каждый день пиры знатные закатывать, куда заморских музыкантов приглашать, а то эти скоморохи да гусляры надоели совсем. А что до управления государствам, так это мать на себя возьмет. Недаром же она сказала ему издать такой указ. Вот пусть и ведет дела, а он радоваться и праздновать будет. Не дело это, чтобы он какие-то доклады бояр своих выслушивал, решал какие-то вопросы хозяйственные. Он сиять должен в белых одеждах да с золотой короной на голове. А чем Марьяна займется? Да какая ему разница, пусть делает что хочет, главное, чтобы ему править государством не мешала. В радужных мыслях он укатился в сон.

Утром Василий проснулся отдохнувшим и стал размышлять, что будет делать дальше. Но кроме как довериться колобку на ум больше ничего не приходило.

Он поднялся, умылся и сошел вниз, где юркая служанка принесла ему чашку горячего напитка, которого назвала странным словом «кофе заморский» и пироги. Он принюхался к напитку, но ничего так, запах будоражил. На вкус тоже пришелся Василию по душе и еще одна мысль в копилочку к его мечтам упала — вот станет он царем, будет по утрам на балконе дворца своего пить «кофей заморский». Он даже картинку такую яркую представил — он в длинном шелковом халате, привезенном из страны Восточной, где правит желтый Дракон (хм, это же надо было так государя назвать), сидит в удобном кресле с чашкой «кофея» и на всех сверху вниз смотрит. И так это ему понравилось, что он мечтательно улыбнулся.

Когда он съел завтрак свой, к нему подошел вчерашний «зазывала», но сегодня он был одет уже в обычную одежду — рубаху льняную, штаны темно-синие, сапоги. Никаких фартуков и колпаков тоже не было.

- Доброе утро, путник. Как отдыхалось? Нужно еще чего-нибудь?

- Доброе, - ответил Василий снисходительным тоном. - Воды бы мне набрать в дорогу, да пирогов ваших с десяток.

- И все? Может еще что пожелаете? - мужик в ожидании замер возле стола.

Василий задумался. Спросить ли у этого мужика о замке Кощея?

- Слышь…, - Василий замолчал, не зная, как обратиться к этому мужику, даже пальцами пощелкал, чтобы слово нужное найти.

- Зови меня просто — Хозяин, - понял его мужчина.

- Хм, Хозяин. Не подскажешь, как к замку Кощея добраться?

- А зачем тебе это? - удивленно посмотрел на него Хозяин.

- Не твоего ума дело, - довольно резко ответил Василий, задрав нос.

Тот покачал головой, разглядывая сидящего перед собой горделивого юнца. Он мог и подсказать ему самую простую дорогу, недаром он Хозяин лесной или попросту Леший, но вот такое поведение этого индюка ему не понравилось.

- Ну тогда слушай, - с какой-то затаенной улыбкой сказал Хозяин. - Надо тебе найти бабу Ягу. Она уже тебе путь укажет до Калинова моста через огненную речку Смородину. Только учти, не все живые смогут по мосту пройти. Кто с недобрыми или неискренними намерениями по нему идут, сгорают в пламени страшном. Ну а если пройти удастся, то за мостом ждут чудо-юдо трехглавое и испытания страшные, одно сложнее другого.

Хозяин с удовольствием смотрел, как от ужаса распахиваются глаза этого маменькиного сыночка и постарался нагнать еще больше жути.

- И дорога, хочу тебя предупредить, туда будет длинной и ой какой нелегкой. Много трудностей придется преодолеть, моря-океаны переплыть, горы перелезть, пустыни безводные пройти. И везде тебя будут поджидать страхи лютые и звери дикие. Готов ли ты к таким испытаниям? Стоит ли того поход твой за неизвестностью? Что ты хочешь получить в итоге? Слышал вчера разговор ваш с котом, что идешь невесту свою искать. А на сколько искренне чувства твои? Может и не стоит трудов таких да испытаний? Не все смогут их пройти.

Лицо Василия бледнело все больше. Пальцами он вцепился в край стола, того глядишь раздавит деревяшку в щепу. А в глазах так и читалось: «На кой леший мне все это надо???».

Василий поспешил расплатиться с Хозяином, получил наполненную водой баклажку, куль с пирогами и вышел из трактира. Яркое солнце ударило ему по глазам, от чего он даже зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что трактир пропал. Даже места на траве от него не осталось, только лес темный за спиной шумит, конь его стоит перепуганный, привязанный к какой-то ветке дерева, трясется всем корпусом. Василий посмотрел на баклажку, которую сжимал в руке, встряхнул ею. Она была полной. В другой руке держал куль, из которого исходил запах свежих пирогов. Василий еще раз зажмурил глаза, даже тряхнул головой. Но когда их открыл, трактира по-прежнему не увидел, только лес за спиной да бескрайнее поле впереди.

- Что за черт? - проговорил он, подошел к своему коню, похлопал по шее, стараясь успокоить. - Кот, трактир, Хозяин. Да что это за чертовщина?

Он огляделся. Одно хорошо, что находится на опушке леса, куда его вчера конь прискакал. К этому месту вела всего одна дорога, которая здесь же и заканчивалась. Лес стоял неприступной темной стеной, даже зайти в него было негде, все сплошь кустарником колючим заросло, как стеной неприступной. Да и страшно было Василию туда соваться. Из лесу рык страшного зверя слышен был да крики какие-то непонятные, от чего у него на загривке волосы дыбом встали. Василий решил вернуться к столбу с указателями и там бросить колобок, спросить у него дорогу. Сначала была мысль домой вернуться, плюнуть на все, жизнь важнее. Но потом вспомнился шелковый халат, чашка кофею, охота, пиры и решил, что все-таки к бабе Яге заедет, а там как пойдет.

Василий сел в седло и отправил коня обратно по дороге. Ехал он долго и все удивлялся, как это он вчера так быстро доскакал до трактира. Но ответа так и не находил. Через часа три быстрым галопом он добрался до столба и снова его ожидала неприятность. Теперь вместо вчерашних надписей красовались другие. «Первый путь», «второй путь», «депо». И словно в насмешку какой-то голос из пустоты проговорил:

- Внимание, внимание! Уважаемые пассажиры! Со второго пути отправляется поезд по маршруту Явь-Навь. Провожающих просят покинуть вагоны. Отбывающих просят занять свои места.

Василий с ужасом огляделся вокруг, но никого не увидел. Только на месте вчерашнего валуна, где восседал кот, крутился пылевой столб.

- Кто здесь? - закричал Василий, понимая, что никуда он дальше не поедет. Да и куда ехать, не знает, так как он сейчас находился в чистом поле и никаких дорог. Куда ни глянь — везде поле. Даже леса или города не видать.

- Как кто? - удивился невидимый голос. - Диспетчер я. Объявляю отправления поездов, - и снова послышалось. - Внимание, внимание! Уважаемые пассажиры, до отправления поезда осталось две минуты. Быстро все по вагонам, кому говорят!

- Ка-а-а-аких еще поездов? По каким вагонам? - заикаясь, спросил Василий, вдруг осознав, что голос идет от пылевого столба.

- Да обыкновенным. Так что, билеты брать будете? «Зайцем» в поезд не пущу. Осталось всего два билета в СВ, с вас пять золотых за комфорт и удобства. За коня двадцать золотых. Через минуту отправление.

- Никуда я не поеду! - Василий закричал, чуть не сорвав голос, который сейчас был похож на голос испуганной чайки.

- Ну как знаешь, - неведомый собеседник даже хмыкнул. - Тогда иди сам куда глаза глядят.

Послышался какой-то странный звук, словно что-то большое и железное тяжело уезжает в даль, раздался длинный гудок и вдруг все пропало, затихло. Пыль осела на землю, столба словно и не бывало. Конь от испугу даже присел на задние ноги, потом подскочил и запрыгал на месте, стараясь копытами ударить по Василию. С огромным трудом удалось ему успокоить своего скакуна. Потом опустился на землю, обдумывая происходящее. И снова по новой — кот, Хозяин, исчезающий трактир, загадочный столб, голос ниоткуда, какой-то неизвестный «поезд». Голова шла кругом, в душе поселился суеверный страх.

Сколько он так просидел, не помнит, но когда пришел в себя, снова обнаружил, что сидит в чистом поле, где нет ни дорог, ни указателя. Конь уже присмирел и щипал траву. Василий поднялся, достал из сумы колобок, задумался на минуту, потом взял его в левую руку и проговорил:

- Катись, колобок, румяный бок, покажи мне дорогу домой, - и бросил его на землю.

Колобок подпрыгнул на месте, закрутился, а потом как покатился, поскакал от Василия, да с такой скоростью, что еще немного и потерял бы его из виду. Царевич только успел заскочить на своего коня и погнал следом за колобком. А тот катится-поскакивает с такой скоростью, словно не замечая травы высокой, кочек и ям. Да как-то странно — зигзагами и кругами какими-то непонятными. Конь Василия несся за этом колобком на полной скорости и уже скоро начал уставать, а никакой дороги перед ними не показалось, вокруг, на сколько глазу видно, одно поле чистое. Еще час бешеной скачки выдержал Василий, потом вдруг вспомнил, как остановить можно этого путеводного колобка и закричал, протягивая в его сторону правую руку:

- Остановись, колобок, на часок.

Тот в полете замер и шлепнулся на землю. Василий сполз с коня, подошел к колобку, поднял его на руки. Этот хлебопродукт выглядел сейчас не лучшим образом, весь в пыли и потрескался, сменил форму свою с круглой на почти плоскую. А еще Василий заметил, что за ночь мыши выгрызли внутри колобка мякиш.

- Да катись ты куда угодно, - в сердцах выругался царевич, понимая теперь причуды траектории его движения, без тебя дорогу домой найду.

Он размахнулся и запустил этот ненужный уже комок грязного теста куда-то в даль. Успел только увидеть, как колобок приземлился и тут же поскакал куда-то подальше от него в сторону внезапно появившегося на горизонте леса, которого мгновение назад еще не было.

Василий покрутил головой, приметив дорогу, которой тоже пару мгновений назад не было, вскочил на ноги и побежал к ней. Конь удивился и поспешил за своим хозяином. Добежав до накатанной дороги, Василий упал на четвереньки, готовый целовать землю.

- Дорога, дороженька! - такой радости он не испытывал с самого детства, когда ему на шесть лет подарили набор деревянных солдатиков.

Он поднялся на ноги и снова осмотрелся. Снова открытое поле, лес с горизонта пропал, куда ехать не известно. Что-то прикинув в уме, Василий подозвал коня, который уже снова щипал траву, сел в седло и поехал по дороге. Солнце снова палило нещадно. Через час дороги у него снова закончилась вода в баклажке. От бессилия царевич зарычал и вдруг увидел перед собой столб, на котором снова было три указателя. Он рванул к нему, как к последней надежде. Когда доехал до столба, бросился читать надписи.

«Направо пойдешь — смерть свою найдешь. Медленную», - Василия передернуло от страха, но он продолжил читать. «Налево пойдешь — смерть свою найдешь. Быструю». Второе обещание тоже не добавило радости. Но вот третье порадовало. «Прямо пойдешь — домой ни с чем вернешься».

Не раздумывая, Василий вскочил на своего коня и помчался прямо со словами: «К лешему мне сдалась это Марьяна». Не нужна ему эта Маша, то есть Марьяна. Не нужно царство, лишь бы домой целым и невредимым добраться. Ну и пусть мать будет кричать на него, он даже позволит себя пару раз ударить, но он уже точно никуда больше не поедет.

Через час быстрой скачки на горизонте показались стены города, и он пришпорил своего коня, который и так уже хрипел под своим седоком. Уже наступил вечер, когда конь рухнул на землю прямо у ворот города, отказываясь подняться и продолжить путь. Василий сошел с коня и пешком отправился во дворец, где его ждала мамочка и отец, придумывая на ходу сказку, что он расскажет им, почему вернулся без невесты.

Глава 8

Глава 8.

Когда Марьяна открыла глаза, то увидела перед собой мужчину, да такого красивого, что даже зажмурилась. Потом осторожно открыла один глаз, затем другой. Мужчина никуда не исчез, а смотрел на нее вопросительным взглядом. Светлые волосы убраны в косу, красивое лицо, темно-синие с фиолетовыми искорками глаза, богатая одежда. Его взгляд взрослого мужчины будоражил ее душу. Воспоминания о случайном женихе сразу же покинули Марьяну. Вот кого бы она хотела видеть своим мужем. Она снова зажмурилась, но теперь представляя, как они будут смотреться вместе на троне, как этот красавец будет держать ее за руку и смотреть на нее влюбленным взглядом.

Открыть глаза ее заставил резкий истеричный женский голос, который раздался откуда-то со спины вместе с быстрым топотом ног.

- Ты кого в дом привел?

- Мара, успокойся, - ровным голосом ответил красавчик. - Ты же помнишь об уговоре.

- Ах, уговоре!

Шаги раздались ближе и перед Марьяной появилась женщина, на вид не старше тридцати, черноволосая да черноокая, лицо белое и очень красивое.

- Где я? - решила подать голос Марьяна. Как-никак, а она царская дочь и к ней должны относиться с уважением и отвечать на ее вопросы. - Кто вы?

- Я — Кощей, - представился мужчина и улыбнулся Марьяне.

Женщина, которая так и не назвала себя, увидев его улыбку, взбеленилась.

- Значит так! Куда хочешь уводи эту…, - она никак не могла подобрать слово, тыча в сторону Марьяны пальцем, - чтобы в моем замке ее духу не было.

- В моем замке, ты хочешь сказать? - выделил слово тот, кто назвался Кощеем. - Мара, ты прекрасно знаешь условия, поэтому прекрати кричать. Наша гостья напугана и имеет право знать, как и зачем она оказалась здесь.

Мужчина снова улыбнулся девушке доброй улыбкой, чтобы успокоить ее, чем еще больше разозлил ту, которую назвал Марой, но одновременно с этим вселяя в сердце Марьяны трепет и надежду.

- Да какая разница! В нашем замке, в твоем, моем, - взревела женщина. - Она еще не успела переступить порог нашего замка, а ты уже любезничаешь с ней! Я предупреждала отца твоего, что не потерплю этого.

- А придется, - отрезал мужчина довольно резко, от чего женщина вздрогнула, замолчала и опасно сузила глаза. - Ты прекрасно знаешь, что это не моя прихоть. Что мы должны принять девушку у себя в замке, пока ее жених не появится на пороге.

Марьяне, которой все это надоело, и она так и не понимала, что происходит, кто и кому должен, топнула ногой и почти закричала:

- Да замолчите вы оба! Я царская дочь, приказываю — отвечайте мне, кто вы, где я и почему здесь!

- Значит так, милочка! - резко заговорила женщина. - Ты здесь на время, пока твой разлюбезный женишок не придет за тобой. А пока ты здесь, будет выполнять все, что я тебе скажу.

- Значит так, дамочка! Ничего я выполнять не собираюсь, - встала в позу Марьяна. Она уже успела прийти в себя. Кричать на царскую дочь и что-то заставлять ее делать она не позволит никому. - Вы меня сюда притащили, постарайтесь вернуть обратно домой! Или обеспечьте мне условия житья, какие для царских особо положены.

- А вот домой пока тебя никто возвращать не будет, - сказал мужчина совершенно спокойным голосом. - Мы бы тоже не хотели удерживать тебя здесь, но это воля богов. Пока твой жених идет за тобой, ты побудешь здесь.

Марьяна снова окинула его взглядом. Ой, и хорош же этот Кощей. И вдруг до нее дошло — Кощей! Сколько же сказок о нем она наслышана. И в каждой он каким-то злодеем выставлен. А тут перед ней красавец, да такой, что сердцу больно, а голос его словно бальзам на душу, так и ласкает до мурашек и дрожи в коленках. А если эта Мара его жена? Ее затопило неведомое ранее чувство ревности, кулаки сжались и так захотелось этой чернявой в глаза вцепиться, еле-еле себя сдержала.

- Если вы не хотите неприятностей от отца моего, доставите меня домой или, если уж я должна жить в вашем замке, обеспечьте мне комнату и обслугу, достойную царской дочери.

Марьяна вздернула свой нос и надменно посмотрела на чернявую.

- Милочка, а ты не боишься, что я могу превратить тебя в жабу или улитку? Или прокляну? - Мара смотрела на эту вздорную девицу, словно убивала взглядом.

- Не боюсь! - снова надменно произнесла Марьяна и тут же квакнула.

Какое-то мгновение и перед Кощеем на полу сидела огромная жаба, которая с испугом стала оглядываться и рассматривать свои лапки.

- Ну что? - спросила у жабы Мара. - Будут еще пожелания?

- Ква-ква-ква, - жаба что-то рассержено квакала и наскакивала на женщину, а та стояла и хохотала.

- Мара, хватит, - сказал Кощей, махнул рукой, и жаба превратилась в Марьяну.

Девушка тут же стала ощупывать себя руками, схватилась за лицо.

- Ты что сделала? - закричала Марьяна и все-таки бросилась на Мару, но между ними встал Кощей.

- А ну прекратить! - закричал мужчина, оттесняя девицу от своей жены, которая тоже из-за его спины пыталась достать Марьяну, схватить ее за волосы.

Он щелкнул пальцами и женщины замерли, словно мухи в янтаре. Он тяжело выдохнул и покачал головой.

- Говорил же я отцу, что ничего из этого не получится. Мару он мою не знает, что ли?

Потом Кощей еще раз щелкнул пальцами и перед ним появились четыре существа, напоминающие мертвецов, одетые в одежду для слуг.

- Значит так. Эту, - он указал на Марьяну, - отнести в гостевую комнату, приготовьте ей купальню, обед, ну и что там еще надо девушке с дороги. Предупреждаю, что она дочь царская, поэтому капризов будет у нее много, но не спешите все их исполнять. Если что, сам с ней разберусь. Понятно?

Неживые слуги молча кивнули головами.

- Теперь с этой, - он кивнул на Мару и вздохнул. - Отнесите в ее опочивальню и закройте там накрепко, чтобы выйти не могла. Я сам потом подойду к ней, поговорю. Выполнять.

Слуги тут же, разобравшись по парам, взяли свои ноши и поспешили унести по комнатам, а Кощей устало опустился на кресло. Марьяна всего каких-то пару минут у него в замке, а проблем уже выше крыши. Ой и плохая эта идея держать невест в замке. Чует его сердце, что Мара никогда не смириться с этим.

Он посидел немного в комнате, куда перенес Марьяну из царского дворца, потом поднялся и пошел сначала к жене. Заботливые слуги положили ее на кровать. Кощей провел над ее лицом рукой, и она очнулась, подскочила и залепила ему пощечину.

- Вот тебе, гад!

- Успокойся, - он перехватил второй замах и встряхнул свою жену. - Ты прекрасно знаешь, что я не могу ослушаться отца, должен выполнить его поручение. Ты можешь злиться, но последний раз тебя предупреждаю, прекрати сходить с ума. Обеспечь девице какое-нибудь занятие, чтобы она не устраивала нам тут истерики.

- А-а-а-а! Я так и знала, что ты будешь защищать этих девиц, а на жену тебе наплевать?! - Мара отказывалась слышать своего мужа, ревность черными змеями вилась вокруг ее головы.

- Если не успокоишься, я просто усыплю тебя на все время, пока за этой Марьяной жених не приедет. Выбирай — или спишь долгим сном, или помогай мне. Истерик твоих я терпеть не буду, надоело.

- Прокляну! - снова из ее рта вырывалось злобное шипение.

- Можешь, - он согласно кивнул головой. - Но кому от этого лучше будет?

- Мне! Мне будет! - она продолжала вырывать свою руку из захвата мужчины, чтобы еще раз ударить его.

Кощей покачал головой, щелкнул пальцами и Мара упала на кровать в глубоком сне.

- Я же просил тебя — успокойся, предупреждал. Теперь поспи.

Кощей поднялся и пошел в комнаты, куда отнесли Марьяну. Он нашел ее лежащей на большой кровати, куда ее заботливо уложили слуги. Подходить близко не стал, остановился в нескольких шагах от нее и щелкнул пальцами. Девушка тут же открыла глаза, села на кровати.

- Где я? - она с испугом уже второй раз за короткое время оказывалась в совершенно незнакомом месте. И снова перед ней стоял этот красавец, которого она так захотела себе в мужья. Марьяна постаралась сделать свое лицо более привлекательным, даже улыбнулась. - А, это снова ты. Расскажешь, как я здесь оказалась и для чего?

- Оказалась очень просто. Я тебя перенес сюда. А для чего? Просто, прежде чем свадьбу играть, чувства ваши проверяем по воле богов. Если твой жених тебя любит, то скоро придет за тобой. А пока поживешь здесь, в моем замке.

Марьяна подумала, что это совсем не плохо — пожить рядом с таким красавцем. Она осмотрела богато обставленную комнату. Даже ее личная светелка была гораздо скромнее, чем эта, как он назвал, для гостей. Может и сможет она добиться взаимности у него?

- Ладно, я согласна пожить у тебя. Только убери от меня эту сумасшедшую.

- Она тебя не побеспокоит. А теперь скажи, ты есть хочешь?

- Очень! И еще мне не мешало бы переодеться. Негоже царской дочери в одном и том же платье весь день ходить.

Кощей усмехнулся, щелкнул пальцами, и мертвые служанки вкатили в комнату длинную вешалку, на котором висело с десяток платьев. Марьяна, увидев слуг, забилась в дальний край кровати, накрылась одеялом с головой и заверещала, как сирена.

- Успокойся, - сказал Кощей, снимая с ее головы одеяло. - Мертвых слуг что ли не видела? Живых надо бояться, а не мертвецов. Тем более эти совершенно спокойные, к порядку приучены, будут выполнять твои поручения. Но прошу запомнить. Это у себя там ты царская дочь, а здесь ты гостья моя. Поэтому не все твои капризы будут исполняться.

- Да как ты смеешь со мной так разговаривать? - снова Марьяну понесло куда-то не туда.

- Смею, - его резкий тон привел девушку в чувства. - Если Мара тебя в жабу превратила, то я тебя вообще могу в пар превратить, и никто больше тебя не найдет. Ну как? Еще покричишь?

- Нет, я поняла, - опасливо кивнула головой девушка.

- Вот и хорошо. Переодевайся, потом тебя служанка в трапезную проведет. Я буду там тебя ждать.

Кощей развернулся и вышел, а Марьяна стала рассматривать трех девиц, явно мертвых, которые выстроились у стены возле входа, ожидая ее распоряжений. Выглядели они, конечно, не очень. Но ничего плохого Марьяне не делали. Она осторожно поднялась с кровати, подошла к привезенным ей платьям, стала их рассматривать и даже замерла от восхищения. Одно платье краше другого, богатые, пошитые из легчайшей ткани, да такой красивой, что она никогда не видела. Марьяна выбрала одно, сняла с вешалки. К ней тут же подошли служанки, помогли переодеться. Потом одна из них, пониже ростом, молча кивнула, давая понять, чтобы девушка следовала за ней.

Они шли по коридорам замка, Марьяна с восхищением рассматривала богатую обстановку, молчаливых слуг, которые встречались по пути. Трапезная оказалась довольно большой комнатой, в которой стоял стол на двенадцать человек. Кощей стоял у окна, что-то рассматривая на улице. Когда Марьяна вошла, он повернулся к ней, улыбнулся до ямочек на щеках, от чего ее сердце сорвалось с места и помчалось галопом, в лицо ударила жаркая волна.

- Прошу, - мужчина рукой указал на стол, где стояли приборы на двух персон.

Марьяна заняла одно место, мужчина помог ей пододвинуть стул. От его близости сердце колотилось так громко, что его было слышно.

- Итак, хочу повторить еще раз. Ты будешь в моем замке до тех пор, пока за тобой не придет твой жених. Сегодня он отправится на твои поиски. Если поведет себя правильно, то совсем скоро будет здесь. А если нет, то твое ожидание затянется, но на сколько, сказать не могу...

Пока он говорил, Марьяна сжала руки в замок и твердила про себя: «Пусть подольше поищет». Уходить от этого красавца ей совершенно не хотелось.

- ...а пока твой жених, - Кощей не обращал внимание на ее душевные терзания, - спешит за тобой, ты займешься садом.

Слова «займешься садом» привели Марьяну в чувство, она капризно посмотрела на мужчину.

- Я ничем заниматься не буду! Я дочь царская!

Мужчина посмотрел на девицу как на дитя неразумное, даже головой покачал.

- Ты так ничего и не поняла. Это ты во дворце отца своего дочь царская, а здесь гостья. И не совсем желанная. А у меня не принято, чтобы гости без дела по замку шатались. Всем работу нахожу. Ты же не будешь на кухне работать, комнаты убирать, белье стирать? - увидев, как девушка отрицательно замотала головой, кивнул и продолжил. - Вот поэтому предлагаю тебе поработать в саду. Дам в помощь тебе слуг, вместе будете там порядок наводить, а то у меня все руки не доходят. Тебе понятно? Или я верну тебя домой и тогда останешься без мужа, и никто тебя замуж никогда не возьмет.

Лицо мужчина было настолько сурово, а взгляд грозен, что Марьяна только кивнула головой. Да и домой теперь возвращаться не хотелось, слишком уж красивым был этот Кощеюшка.

- Вот и хорошо. А теперь предлагаю поесть.

После обеда они поднялись из-за стола, Кощей призвал слугу.

- Покажи нашей гостье замок, а потом возьмете еще двоих и выйдете в сад, подумайте, что можно сделать, чтобы там порядок навести и красиво было.

Слуга молча склонил голову. Потом рукой подал знак Марьяне, что готов провожать ее по замку. Кощей повернулся и пошел куда-то. Марьяна молча смотрела с досадой на его спину, потом перевела взгляд на слугу. Он тоже был совсем неживым, но Марьяна стала к этому привыкать. Главное, что от него даже приятно пахло, словно лавандой с мятой, да и вел себя учтиво.

Замок был огромен. Марьяна до самого вечера бродила по нему, заглядывая в каждый уголок, не встречая запретов и препятствий. Когда ее слуга привел в огромный зал посреди которого был настоящий каменный колодец с десяток обхватов шириной, она осторожно подошла к нему и заглянула вниз. Где-то там глубоко клубился бело-голубой туман и слышался шепот множества голосов.

- Вот вы где, - раздался позади нее голос, когда она рассматривала туман.

Марьяна отпрянула от колодца, обернулась и увидела Кощея.

- А что это? - она ткнула пальцам вниз колодца.

- Это? Души, попавшие сюда после смерти. Ты хочешь об этом узнать больше?

- Нет-нет, не хочу.

Марьяна поспешила отойти от колодца и вышла из зала. Кощей шел следом.

- Не устала? Вечер уже, я искал тебя на ужин позвать.

От его слов «искал тебя» сердечко девицы снова забилось сильнее. Они прошли в трапезную, где для них был накрыт стол. После еды Кощей спросил:

- Не хотела бы ты узнать, чем сейчас твой жених занят?

- Ну можно посмотреть.

Вот прямо сейчас Марьяна даже и не думала о своем женихе. Она даже забыла, как зовут его, помнила только, что он царский сын. Кощей поставил перед ней на стол небольшое зеркало, размером как две сложенные вместе ладони, провел перед ним рукой и поверхность зеркала подернулась туманом. Когда туман рассеялся Марьяна увидела своего жениха, который сидел за столом в каком-то трактире и уплетал за обе щеки ужин. С ним за столом сидел огромный черный кот, который тоже не отставал от парня в еде. Потом он что-то спросил у царевича, но Марьяна не расслышала, зато услышала ответ Василия:

« - Невесту он мою украл.

- М-м-м, невесту. Давно украл?»

Кот качал головой. Марьяна сидела и не верила своим глазам — говорящий кот, да еще и ест, как человек.

«- Да утром сегодня.

- А ты где был?

- В комнате своей.

- И как невесту твою зовут?

- Мария. Э-э-э, Марьяна.

На это кот как-то ехидно усмехнулся и покачал головой.

- И что, прямо такая любовь у вас? Не боишься к Кощею-то идти? Это же прямиком в Навь. Да и не отдаст Кощей добычу свою просто так. Биться за невесту свою придется. И только настоящая любовь поможет преодолеть все препятствия и победить этого Кощея. А еще могу точно сказать, что вход в его замок сторожит Змей Горыныч. А он не мало людишек пожег огнем своим.

Василий нахмурился, но ответил через минуту:

- Не твое дело. Ты поел? Поехали дальше.

- А может здесь переждем? Ночь на дворе, а ночью в лесу опасно...».

На этом изображение в зеркале пропало, и девица увидела в нем свое отражение. Ее покоробило, что царевич забыл, как ее зовут, но потом покраснела, она и сама не помнит его имени.

- Ну что, увидела? - спросил Кощей с улыбкой наблюдая за расстроенным лицом девицы.

- Увидела, - она нахмурила бровки. - Вот видишь, ищет он меня.

- Ага, ищет, - кивнул Кощей. - Ладно, уже поздно, пора спать. Завтра займешься садом.

Он махнул рукой служанкам, которые словно по волшебству появились в трапезной.

- Проводите нашу гостью в ее опочивальню.

Слуги молча кивнули. Мужчина повернулся к Марьяне.

- Спокойной ночи. До завтра.

Потом он забрал со стола зеркало, поднялся и вышел. Марьяна неохотно тоже поднялась и побрела за слугами в свои комнаты.

Глава 9

Глава 9.

Почти всю ночь Марьяна крутилась, не могла заснуть. Мысль о том, что она не хочет уезжать от этого красавца не давала ей покоя. Как бы сделать так, чтобы этот царевич вообще ее никогда не нашел? И что-то надо придумать с этой Марой, которая ей точно жизни не даст или превратит снова в какую-нибудь жабу.

Утро встретило Марьяну серой мглой. Еще вчера она заметила, что весь день был какой-то сумеречный, ни лучика света, ни яркого солнышка, словно вечер осенний, только дождя не хватает. Как только она открыла глаза, в ее комнату вошли три служанки. Она уже привыкла их виду и даже не закричала от испуга. Они помогли ей умыться, переодеться, а потом молча вкатили в комнату стол, заставленный яствами.

- Это что? А почему не в трапезной? - спросила Марьяна у слуг. - И где Кощей?

- Хозяин приказал сегодня подать завтрак к вам в комнату, - раздался голос откуда-то из пустоты и через мгновение на этом месте появилось существо, напоминающее большую ветку дерева, которая поклонилась девице. - Кощей занят сегодня. Его не будет во дворце весь день.

- Кто ты? - спросила Марьяна.

- Я — правая рука хозяина, помощник Кощея. Меня зовут Головешка. Сегодня я буду помогать тебе.

Марьяна села за стол, съела почти все, что ей принесли.

- Готова, гостьюшка? - спросил Головешка. - Кощей указал мне отвести тебя в сад. Помощники уже ждут тебя.

Марьяна скривилась, но поднялась и проследовала за Головешкой. Служанки остались в комнате. Она шла по коридорам и снова рассматривала убранство замка, которое поражало ее все больше и больше своей изысканностью. Каждая вещь декора была подобрана с большим вкусом. И Марьяна мечтала, как она будет жить в этом замке вместе с красавцем Кощеем, как будет гулять по нему, а слуги будут исполнять любое ее желание. Как каждый день у нее будет красивое платье.

В таких мечтах она вышла в сад, который поразил ее своей красотой. Ей даже стало стыдно за тот сад, который рос за их дворцом. Здесь же куда ни глянь, везде глаз радуется. Однако здесь деревья, трава, цветы хрустальные. Легкий ветерок колышет листья, от чего по саду раздается перелив словно от колокольчиков. Марьяна шла по тропинке, усыпанной белоснежным песком, и не могла насмотреться. Вот она увидела яблоню, на которой висели хрустальные яблоки, протянула к одному их них руку. Яблоко тут же упало ей на ладонь и стало спелым, красным, словно приглашая откусить кусочек. Марьяна с осторожностью поднесла яблоко к лицу и уловила приятный сладкий запах плода, немного откусила. Вкуснейший сок заполнил ее рот, и она даже зажмурилась от удовольствия.

Они продвигались по саду, дошли до водопада небольшого, который своими прозрачными струями давал прохладу. Плавающие по воде в чаше перед водопадом хрустальные лилии словно ожидали, когда их сорвут. Марьяна протянула руку к цветку, и он сам оказался в ее ладони, тут же стал нежно белым, испускающим тончайший аромат, от которого у нее даже закружилась голова и она присела на большой камень.

- Скажи, Головешка, что я должна сделать в саду? - спросила Марьяна, не понимая, что еще можно сделать с этой красотой.

- Хозяин сказал, что не прочь что-нибудь изменить здесь. Вот и подумай, что можно сделать.

- Да здесь же красота неописуемая!

Головешка пожал своими «плечами», давая понять, что он совершенно не в курсе замыслов своего хозяина.

- Скажи, Головешка, а почему здесь так сумеречно? - решилась спросить девушка. Они гуляли по саду довольно долго, но солнце так и не вышло на небо.

- Так это же Навь. Здесь всегда так. А ты что, солнце хочешь увидеть?

- Ну да.

- К сожалению, это только в Яви. Вот вернешься домой и будешь на солнышко смотреть. Ну так что, решила, что изменила бы в саду?

Марьяна еще раз осмотрелась вокруг и поняла, что в саду не хватает беседок или скамеечек, где отдохнуть можно было бы. Она сказала об этом Головешке и четырем слугам, которые молча выслушивали ее пожелания.

- Вот здесь, здесь и здесь. И еще бы во-о-о-он там я бы поставила беседки, - Марьяна указывала пальчиком своим на небольшие возвышения, на которых ничего не росло. - А еще бы вот здесь мостики бы сделала, чтобы можно было ближе к водопаду подойти.

Слуги принялись трудиться, а Марьяна с удивлением наблюдала, как из ниоткуда возникали ажурные беседки с удобными скамеечками, мостик, по которому она тут же подошла к водопаду и подставила под его холодные струи свои ладошки. Она так увлеклась обустройством сада, что решила сделать еще несколько мест, где можно было бы отдохнуть, поставить еще парочку ажурных скамеек. Головешка ходил следом и довольно качал головой.

Они настолько увлеклись, что даже не заметили, как наступил вечер, стало темнеть, а когда совсем опустилась ночь, все деревья, трава, цветы стали испускать искристое голубоватое свечение, придавая саду сказочность. Даже созданные по ее проекту беседки и скамейки тоже засветились, но только теплым золотистым светом и так красиво выделялись на общем фоне, что все, кто был причастен к этому, залюбовались результатом своих трудов.

- Ого! Какая красота, - раздался за их спинами восторженный мужской голос.

Марьяна обернулась и увидела улыбающегося Кощея. Он сейчас в этом свете был так красив, его белоснежные волосы тоже сияли в темноте, глаза искрились. Она залюбовалась мужчиной и твердо для себя решила, что никакой царевич ей не нужен.

- Да! Это сделали мы, - она вздернула свой носик.

- За такую работу положен праздничный ужин, - улыбнулся ей мужчина. - Прошу.

Он рукой сделал жест, предлагая пройти в трапезную. Слуги куда-то тут же исчезли, словно никого и не было. Остался только один Головешка. Кощей и его помощник пошли вперед, о чем-то тихо переговариваясь. Марьяна спешила за ними, не в силах догнать их быструю походку. Поэтому, о чем они разговаривали так и не смогла подслушать.

В трапезной снова было накрыто на двух персон. Кощей помог девице занять место за столом.

- И где Вы были весь день? - капризно спросила Марьяна.

- Думаю, что без меня Вы не скучали, - не ответил на ее вопрос мужчина. - Вы хорошо справились с заданием.

Марьяна поджала губки, обижаясь на игнорирование ее вопроса, быстро управилась с ужином, так как к своему огромному удивлению она проголодалась, несмотря на тот легкий перекус, который им устроили слуги в саду в обед. Когда ужин был доеден, Кощей спросил:

- Ну что, хочешь сегодня посмотреть, как твой жених справлялся со своим заданием?

- Конечно хочу! - она постаралась придать своему голосу заинтересованность, хотя царевне было совершенно не интересно, где сейчас этот несчастный и что с ним.

Кощей снова поставил на стол зеркало, провел перед ним рукой и через пару мгновений Марьяна словно в ускоренном режиме увидела все, что было с ее женихом. Вот он покинул трактир, который тут же исчез, как он доехал до указательного столба и с кем-то невидимым разговаривает, а потом словно полоумный кидает на землю хлебный колобок и скачет за ним по полю бескрайнему, постоянно меняя свой путь, словно заяц, который пытается от лисы убежать. Вот он снова подъехал к указательному столбу, потом побежал куда-то, упал на дорогу, чуть ли не целовал ее. Затем вскочил на коня и поскакал в сторону города, который возник на горизонте. Марьяна даже успела услышать его слова: «К лешему мне сдалась это Марьяна» и в обиде поджала губы. Вот точно, не нужен ей такой муж.

Когда изображение пропало, Марьяна откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди.

- Ну что? Довольна увиденным? - спросил ее Кощей.

- Очень, - в ее голосе плескался гнев и злоба. - Теперь точно замуж за него не пойду. Не нужен мне такой муж, который первых же трудностей испугался. Я решила, что у вас останусь.

- Нет, Марьяна. У нас ты не останешься, а вернешься сейчас ко двору отца своего.

Не успела ничего она ответить, как перед ее глазами вспыхнуло белым светом, от которого она даже глаза закрыла. А когда открыла, то увидела, что сидит за столом в трапезной дворца своего отца за накрытым столом, за которым собрались отец ее, родители царевича, и сам ее жених, который с увлечением и блеском в глазах рассказывал, как он победил чудовище огромное, еле-еле сам смерти избежал, когда за ним дикие звери в темном лесу гнались. А когда подъехал к Калинову мосту, чтобы через речку Смородину перебраться, то оказался снова у ворот города. Но ничего, вот только он отдохнет немного, день-другой, месяц, год и снова поедет спасать невестушку свою любимую. Родители и царь-батюшка так были увлечены его рассказом, что даже не заметили появление за столом Марьяны.

- Не погиб, говоришь? - раздался ее голос, от которого все вздрогнули, больше всех царевич, который уставился на Марьяну безумным взглядом.

- Не по-по-погиб, - заикаясь, произнес он и для большей убедительности даже головой закивал.

- Ах, с чудом-юдом сражался, - голос девицы не предвещал ничего хорошего.

- Бился, - снова закивал Василий.

- Батюшка, да врет он все! - Марьяна поднялась из-за стола, уперлась о него руками, нависая над Василием. - Ты ночь сладко спал, потом словно заяц весь день по полям скакал, а вечером домой решил вернуться со словами «К лешему мне сдалась это Марьяна». Не так ли, жених?

Наступило молчание. Василий был готов залезть под стол от стыда. И откуда она все это знает?

- Батюшка, я отказываюсь выходить замуж за этого труса и лгуна.

В голосе девицы звенела сталь, что даже мать Василия, которая хотела встать на защиту своего сыночка, поняла, что ей тут ловить нечего. А так все было хорошо, она уже распределила казну, которая после свадьбы Васеньки попала бы к ней в руки. Так и быть, она отвела бы «молодым» небольшой домик, а сама поселилась бы в этом дворце. Мужа своего оставила бы под присмотром сестрицы своей старшей в своем царстве. Она бы уже точно не дала этому тюфяку спокойно жить. Царя Заозерного, так и быть, оставила бы при дворе, сидел бы он в своей комнатехе, какую бы она выделила ему, и выводила бы его только по праздникам великим чтобы народу показать. Эх, сынок-сынок, как же ты подвел мамочку свою. А она так надеялась на эту женитьбу.

- Ну что же, - царь Заозерный тоже поднялся со своего места. - Дочь отказывается выходить замуж за вашего сына, так тому и быть. Не пойду я поперек желания дочери своей. Сегодня прикажу слугам вещи ваши начать собирать, завтра после утренней трапезы и домой помогу отбыть. А сейчас прошу извинить меня, хочу с дочкой пообщаться.

Царь и Марьяна вышли из-за стола, а семейство Долинных осталось за столом. Что говорила мать сыну своему, об этом история умалчивает. А вот Марьяна рассказал отцу, где она была, что видела. А потом вернулась она в светелку свою, села у окна и долго смотрела в темноту ночи, вспоминая красавца Кощея.

Глава 10

Глава 10.

Отправив Марьяну домой, Кощей задумался — сейчас идти будить Мару или до утра потерпит. Не хотелось ему семейную ссору продолжать, уставать он от этого стал. Приняв решение, мужчина улыбнулся, щелкнул пальцами и перед ним на стуле появился черный кот.

- Ну привет, давно не виделись, - пробурчал тот недовольно. - Чего надо, и так на тебя весь день убил. Я уже спать собирался.

Кощей с утра, отправив Марьяну в сад делом заниматься, вместе с котом принялся наблюдать за царевичем. Ох и насмеялись они над ним, насылая обычные иллюзии, водя его по одному и тому же месту. Спасибо еще Хозяину лесному, помог им с трактиром.

- Да вот, решил пригласить тебя отметить начало нашего сотрудничества, выпить по заветной рюмочке. Знаешь, я тут подумал, что может и не плохо, что наши старшие придумали эту проверку. Первый раз, а сразу же такой результат. Жалко будет, если все остальные женихи такие будут. Да и Марьяна мне совершенно не понравилась, сразу же о женихе забыла.

- Хм, согласен. Знаешь, выпить - хорошее предложение. Наливай.

И перед ними на столе появились новые блюда, а также кувшины с винами и запотевший штоф с валерьяной. За рюмкой-другой рассказал Кощей другу своему закадычному о конфликте с Марой.

- Не знаю, что делать. Выполнять поручение отца все равно придется. А жена точно что-нибудь натворит. Боюсь, что не успею исправить потом.

- А сейчас где она?

- Спать ее уложил.

- Ну и правильно. За это надо выпить. Но ты прав, не гоже это ее каждый раз в сон отправлять. Но что делать, не могу тебе подсказать. Боюсь сам под ее руку попасть. Превратит она меня в шмеля какого-нибудь или муху навозную.

Они выпили, смакуя свои напитки.

- Слышь, Кощеюшка, ты завтра свободен?

- Пока не знаю, заданий новых не было. А что?

- Просьба у меня к тебе есть небольшая. Я тут перед этим женихом котом ученым назвался.

- Да знаю. Вот только хотел тебя об этом спросить, откуда ты это взял? Да еще сапоги нацепил.

- Хех, я так и знал, что тебе понравится, - морда кота растянулась в улыбке. - Начну по порядку. Я тут книжку со сказками нашел, там как раз стихи про кота ученого. Вот, послушай. И кот начал декламировать, дирижируя себе лапой:

У лукоморья дуб зелёный; Златая цепь на дубе том: И днём и ночью кот учёный Всё ходит по цепи кругом; Идёт направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит. Там чудеса: там леший бродит, Русалка на ветвях сидит…

- Там что-то еще было, но я дальше читать не стал. Это же прям про меня написано. Вот дуб, вот кот. Сам же знаешь, сколько я сказок рассказать могу. Только цепи мне не хватает, золотой, чтобы ходить по ней. Будет ко мне народ стекаться, чтобы сказки мои послушать, а то скучаю я там один.

- Там еще что-то про русалку было, - улыбнулся Кощей, глядя на своего друга, который уже в своих мыслях по золотой цепи ходит туда-сюда перед многочисленными слушателями.

- Ай, это мелочи. Главное что? - заметив вопросительный взгляд мужчины, поднял лапку. - Цепь!

- Ты что задумал? - Кощей понял, что снова этот пушистый сказочник заведет его в очередное приключение.

- Мы завтра за цепью пойдем.

Кощей расхохотался от души.

- Ты не отвлекайся. Про «кота ученого» лучше расскажи.

- Ах да, - кот хлопнул себя лапой по лбу. - Так вот. К ученому коту больше прислушаются. Вот и надел конфедератку и пенсне. А что, солидно получилось! Только этот жадиной отказался от моих услуг проводника. За что и получил.

- А сапоги зачем? И почему красные? - с улыбкой спросил Кощей.

- Так это. Тоже не солидно — кот ученый и босиком. Я у своего сына подсмотрел, который в таких вот сапогах красных людоеда победил. Горжусь сыном. Я тебе потом как-нибудь про него расскажу.

Кот выпятил грудь и замахнул в себя еще рюмку валерьянки.

- Ты не думай, завтра все равно за цепью пойдем, даже место присмотрел. Я у тебя переночую, чтобы ты не вздумал передумать и убежать куда-нибудь.

***

Утро для Кощея выдалось совсем не добрым. Мало что он все-таки вчера решил пробудить Мару и она устроила ему «воспитательно-истерическую» беседу на пол ночи. Долго кричала, сначала не поверила, что Марьяны нет в замке, сама лично пробежалась по нему, расспросила всех слуг, чтобы убедиться. Потом вернулась к Кощею, разбудила его и снова начала кричать, условия свои ставить, угрозами сыпать. Кричала до тех пор, пока он не пригрози ей снова усыпить. Недовольная Мара ушла с гордо поднятой головой в свои покои и громко хлопнула напоследок дверью, что весь замок вздрогнул, а с крыши взлетели мирно спавшие черные вороны и еще долго летали над ним, не в силах успокоиться, оглашая все окрестности своим карканьем.

Кощею показалось, что он только закрыл глаза, как его снова кто-то затряс за плечо:

- Вставай-вставай-вставай! Ты мне обещал! Вставай!

Кощей схватил подушку и запустил в этот «будильник» и, судя по всему, попал, так как раздался грохот от падения и громкий «мявк».

- Эй, ты чего делаешь? - возмутился «будильник». - Разве с друзьями так поступают?

Кощей с трудом разлепил веки и в туманном взоре увидел своего друга, который сидел на полу и потирал лапой голову.

- Ты чуть не убил меня, - пожаловался кот, поднимаясь с пола и потирая еще ушибленный зад.

- Чего хотел? - совсем «по-доброму» спросил Кощей. Сейчас у него было только одно настроение — убивать. А потом выпить кофе.

- Так это. Мы же с тобой за цепью собирались идти.

- Вот черт, - выругался Кощей. Вчерашний концерт по заявкам в исполнении дражайшей супруги выбил из памяти такие мелочи. - Ладно, сейчас встану.

- Я тебя в трапезной подожду, - с обидой в голосе сказал кот и пошел из спальни.

Кощей еще немного полежал в своей удобной кровати, потом протер ладонями лицо и поднялся. Если дал слово другу, что поможет, значит выполнит.

***

После утренней трапезы друзья вышли из замка, дружно посмотрели на небо. А там было все, как обычно — плотно затянутое серыми облаками небо. Они переглянулись.

- Ну и куда на этот раз? - с тоской в голосе спросил Кощей.

Сколько раз из-за этой пушистой задницы они встревали в различные неприятности. Хорошо, что Кощей мог перенести их мгновенно в другое место, даже пальцами щелкать не надо, достаточно подумать. А щелкать — это так, для антуража.

- В Земли Приморские. И выбери городок портовый. Помнишь, где мы пару десятков лет назад мышей в таверну запустили за то, что нас тухлым мясом пытались накормить?

***

Кощей прекрасно помнил, как тогда кот предложил устроить им небольшой отпуск, на солнышке погреться, на корабле покататься по морской глади. Ну и выбрали они наугад городишко. С виду он был маленьким, уютным. Всего одна таверна, но большая, добротная. Но вот не понравилось хозяину, что кто-то к нему в таверну с животным пришел и потребовал убраться. Пришлось коту свое право на обед отстаивать, хозяину недоброму целую научную лекцию прочитать о пользе домашних животных, тем более котов, которые хозяйство от грызунов спасают. Когда им подали еду, то обоих чуть не своротило с души, так тухлятиной пахнуло, что сбросили друзья тарелки на пол. Присутствующие в таверне моряки (что-то около пятнадцати человек) отставили свои кружки с вином, поднялись, чтобы бой устроить, проучить зажравшихся залетных. Ох, и разозлились тогда Кощей и кот, встали спина к спине и дали волю силушке своей. Когда любители проучить «зазнаек» увидели, как из лап кота появились длинные железные когти, хотели дать заднюю, но кот со словами: «Это вам за всех униженных и оскорбленных», замахнулся и располосовал морду самому буйному здоровяку, который уже подкидывал в своих руках здоровенную булаву. Хороший вышел бой, качественный и без капли магии. Кощей и кот остались довольными, а вот их соперники не очень. Смертей друзья не допустили, но любителей подраться за справедливость покалечили знатно. А напоследок, покидая таверну, Кощей щелкнул пальцами и помещение сразу же заполнилось армией мышей, да таких огромных, каких ранее никто не видел. Все запасы продуктов были сразу же съедены ими. Потом мыши взялись за столы и скамейки. Через полчаса все исчезло — и мебель, и мыши, словно никогда их и не было. Хозяин таверны с грустью созерцал печальную картину разрухи.

***

- Не боишься, что нас снова бить будут? - спросил Кощей с улыбкой.

- Да не, не боюсь. Прежний хозяин сразу же продал свою забегаловку и уехал. А с того времени там котов очень даже любят.

- Ну ладно, уговорил.

Мгновение и друзья очутились на берегу теплого моря. Был рассветный час, солнце только-только показалось из-за горизонта. Волны ласково накатывали на берег, словно потягивались после ночного сна. У причалов на воде качалось с десяток разных шхун. Были и простые лодчонки рыбаков, и богатый парусник местного богатея. Но пока на всех кораблях царила утренняя тишина.

- Слышь, Кощеюшка, а вот тот кораблик тебе ничего не напоминает? - спросил кот, показывая на самый богатый корабль.

Кощей посмотрел на него, и широкая зловещая улыбка появилась на его лице.

- Ты посмотри! Вот это нам везет сегодня.

- А я о чем! - радостно потер лапки кот. - Вот с него цепь мне и нужна.

***

После того, как друзья (в прошлый раз) покинули таверну, увидели у причала красивый парусный корабль, который готовился к отплытию. На палубе стоял напыщенный индюк, в смысле хозяин этой красотки. Да-да, она так и называлась «Красотка», о чем свидетельствовали буквы на ее борту.

- Уважаемый, - обратился к нему Кощей со всем уважением, даже немного поклонился в приветствии, когда индюк соизволил посмотреть в его сторону, - мы с другом желаем совершить путешествие на вашей ласточке. Не могли бы вы взять нас на борт? Мы готовы заплатить золотом.

Хозяин смерил их презрительным взглядом с головы до ног и обратно, поджал губы в презрительной гримасе.

- На моей «Красотке» нет места всякому сброду, - и отвернулся.

- Послушайте, - тут в разговор вступил кот, - Вы же нас не знаете, зачем Вы так?

- И знать не желаю, - через плечо ответил ему хозяин. Потом махнул рукой капитану, давая команду к отплытию.

- Мы же заплатим Вам золотом, - не унимался кот, - много.

- Мне ваше золото не нужно, у меня своего достаточно. А ну пошли отсюда, побирушки. И не попадайтесь мне на глаза, в следующий раз прикажу выпороть.

- Зря ты так, - сказал Кощей. - Не стоит мерить людей по своей мерке. Ты же потом пожалеть можешь.

- Ах ты, - тут хозяин не выдержал и закричал матросам: - Убить их!

Матросы на палубе забегали, откуда-то у них в руках появились пищали, которые они наставили на друзей и через пару мгновений послышались выстрелы. Пока происходила эта «война» местного масштаба, вахтовые выбрали якорь и корабль плавно отправился по волнам, расправляя свои белоснежные паруса.

***

Сегодня на «Красотке» паруса были подняты, друзья заметили на палубе только парочку вахтенных. Ни хозяина, ни капитана видно не было, все еще спали. Они переглянулись и подмигнул и друг другу.

- Чур, я сам, - сказал кот. - Магией ты мне потом поможешь.

Кощей не успел кивнуть в ответ, как кот подбежал ближе к тому месту, где в глубь моря уходила якорная цепь, и нырнул в воду. На него правило, что коты бояться воды, совершенно не распространялось. Он любил плавать и нырять. Прямо вот такой «морской котик».

Минут пять он не появлялся над водой, но Кощей оставался совершенно спокойным, сидя на берегу, пожевывая травинку. По тому, как обвисла цепь, Кощей понял, что коту удалось отцепить якорь. Потом он увидел, как по цепи лихо поднимается кот и через клюз проникает на палубу. Еще мгновение и черная молния лихо взобралась по одной мачте, прошлась по свернутым парусам, подрала их своими когтями. Потом кот перепрыгнул на другую мачту, проделал с парусами то же самое. И третью мачту не оставил без своего внимания. Потом он махнул с верхотуры Кощею лапой, давая знак, что тот может забирать цепь. Щелчок пальцами и цепь аккуратно свернулась в тенечке под деревом, словно большая стальная змея.

Корабль, оставшись без якоря, стал медленно отдаляться от причала. Но еще Кощей заметил, что «Красотка» медленно погружается в воду. Начался утренний отлив и корабль относило все дальше и дальше от берега. Кощей щелкнул пальцами и рядом с ним оказался довольный кот, который с улыбкой наблюдал за тем, как на палубе появляются матросы, начинается суета.

- Кощеюшка, может ветерка им подбавить? Я там пару лишних пробоин в днище сделал. Не хотелось бы, чтобы это корыто перекрыло доступ к причалу. Пусть где-нибудь на глубине затонет.

- Не вопрос, - улыбнулся Кощей, сложил губы трубочкой и подул в сторону отплывающего корабля.

Удивленные зеваки, которые появились на берегу, а также команды других кораблей с удивлением наблюдали, как в утреннем штиле на полной скорости куда-то вдаль уносится «Красотка» без парусов. По ее палубе бегает команда и перепуганный хозяин. И она еще постепенно погружается в воду. Корабль уплывал все дальше и дальше, команда спустила шлюпки и попрыгала в них. Примерно в миле от берега под водой сначала скрылся корпус, а потом мачты, на которых болтались разодранные в клочья паруса. А на месте, где еще пару минут красовалась «Красотка» кружились чайки и возбужденно кричали, не понимая, куда делась их добыча. На воде осталось только четыре лодки, полные матросов, которые усердно гребли к берегу. На одной из них сидел печальный хозяин.

- Ну что, теперь домой? - спросил Кощей.

- Можно и домой, - кивнул довольный кот. - Только сразу к моему дому. И ты мне поможешь ее повесить.

- Ты еще скажи, что я должен буду помогать ее красить, - недовольно буркнул Кощей.

- Ну нет! Это я тебе доверить не могу. Схалтурить можешь. А я чистым золотом ее покрою.

***

Когда они через мгновение оказались возле дуба на перекрестке, кот сразу же побежал по его веткам, размышляя, как бы поэффективнее тут все развесить. Да и ветки выбрать покрепче. Цепь-то не маленькая. А Кощей сидел на поваленном дубе-скамье и с улыбкой наблюдал за суетой своего друга.

Через час возни, кряхтения и ругани цепь была водружена на дерево. Кот расхаживал вокруг и с удовольствием рассматривал дело лап своих и магии Кощеевой. Потом запрыгнул за цепь, походил по ней туда-сюда с видом знатока, даже попрыгал, проверяя на прочность эту конструкцию.

- Все, можешь идти, - милостиво разрешил кот Кощею. - Дальше я сам.

- Да я больше ничего и не собирался делать, - ответил Кощей.

Он щелкнул пальцами и рядом с ним оказался его помощник Головешка.

- Ну что там в замке? - спросил Кощей.

- Пока стоит. Но пока вас не было, прибыла новая царевна.

Кощей закатил глаза, представляя, что сейчас устроит ему Мара.

- Не расстраивайтесь так, - понял своего хозяина Головешка. - Пока все спокойно. Женщины на кухне сидят, чай пьют.

Глава 11

Глава 11.

Новость, сообщенная Головешкой, повергла Кощея в ступор. Его Мара сидит и пьет чай с какой-то царевной? Поверить в это также невозможно, как и увидеть солнце в Нави.

Кощей поспешил к себе в замок и через мгновение он оказался в трапезной. Но женщин здесь не было. Он прошел на кухню, где увидел странную картину. Рабочий стол кухарки был заставлен пирогами, разными закусками, а за столом сидели Мара и незнакомая девушка, которая что-то увлеченно рассказывала его жене, а та слушала девушку с широко распахнутыми глазами. Кощей, чтобы убедиться в реальности происходящего даже ущипнул себя и даже ойкнул от боли. Тут женщины заметили его и улыбнулись.

- Привет, дорогой! - обрадованно сказала Мара. - А у нас гостья. Познакомься — Царевна-Несмеяна. Очень милая девушка.

Несмеяна поднялась со своего места, поклонилась.

- Добрый день. Прощу прощения, но я сама не знаю, как у вас оказалась. Спасибо Маре, она пояснила мне, зачем я здесь. Я постараюсь не мешать делам вашим. Могу помочь в чем-нибудь.

Кощей только и смог кивнуть головой, давая глазами знак Маре, чтобы она вышла с ним.

- Милочка, прощу прощения, - проговорила Мара, - мы с мужем выйдем ненадолго.

Когда они оказались в комнате Кощея, Мара первой начала разговор.

- Дорогой, не сердись. После того, как вы с котом куда-то подевались, прибыл Чернобог и мы с ним еще раз поговорили. Он смог меня убедить в необходимости испытаний чувств влюбленных. Он же и привел сам к нам эту Несмеяну. Понравилась она мне серьезностью своей, да влюбленностью в жениха своего. Но девчонка компанейская, много знает, интересно рассказывает. Свою историю любви поведала, жалко ее стало. Вот и решила, что помочь ей надо.

Кощей стоял и молчал. Вот как понять этих женщин? С прошлой царевной она истерики ему закатывала, а с этой — помощи просит.

- Дорогой, я сама займусь ею. Ты не переживай. А ты женихом ее займись. И очень прошу, постарайся не сильно его испытывать, ну чтобы живой остался.

- Хорошо, - вздохнул мужчина. - Пойду коту сообщу, что у нас новое испытание.

***

Несмеяна сама не поняла, как оказалась в замке Кощея. Только помнит, что ко двору ее батюшки-царя прибыл какой-то старец со странным посохом. Весь смуглый, в темных одеждах, но спина прямая, взгляд темных, как ночь глаз властный. Закрылся он с ее отцом в комнате. А когда вышли, отец сообщил, что ее судьба в руках божьих. Не успела она ничего ответить, как старец стукнул посохом об пол и оказалась Несмеяна в совершенно незнакомом месте, в замке каком-то, а перед ней женщина стоит. Черноволосая, черноглазая и недобро так на нее смотрит. Старец, который вместе с Несмеяной тоже тут оказался, взял женщину эту за руку, отвел в сторону и что-то тихо ей сказал. Она изменилась в лице и головой кивнула. Потом чернявый старец подошел к Несмеяне и сказал:

- Извини, что так поступаем. Но ты решила выйти замуж за мужика простого. Негоже царской дочери в такой брак вступать…

- Но я люблю его! - перебила старца Несмеяна. - С детства люблю и любить буду. Никто мне больше не нужен, кроме Ванечки моего.

- Ты дослушай сначала, - не обиделся старец, даже улыбнулся. - Мы с отцом твоим договорились, что если твой избранник все испытания выдержит, что суждены ему, любовь свою к тебе докажет, даст он согласие на свадьбу вашу. А пока твой Ваня испытания проходит, ты поживешь в замке Кощея.

- Я согласна! - воскликнула Несмеяна. Ради своей любви она согласна на все.

***

Впервые она увидела Ваню своего, когда девчонкой еще по двору царскому бегала, ее тогда Лизонькой звали, это она потом уже прозвище «Несмеяна» получила, когда разлучили ее с любимым. А он отцу своему помогал, конюху. То сено коням поднесет, до денники вычистит, то коней выгуляет. На пару лет старше был Ваня, но казался царевне таким взрослым и серьезным, что она засматривалась на него. Они взрослели и рос ее интерес к парню, который становился настоящим красавцем с золотыми кудрями, голубыми глазами, широкими плечами, доброй улыбкой. Она пробиралась на конюшню, подсматривала за ним. Сколько девок дворовых за ним бегали, да он никому обещаний не давал, вел себя словно и нет их для него.

Однажды он заметил царскую дочку, подошел к ней и поздоровался. Они разговорились, словно давно знакомы были. Ваня предложил ей на коне покататься, и она согласилась. Выехали в чисто поле, где парень учил ее на конях скакать. С того дня они каждый день уезжали в поле, разговаривали, прониклись душами, влюбились друг в друга. Душа Лизоньки пела, часто можно было услышать ее смех, похожий на звон серебряного колокольчика.

Прознал про это царь-батюшка, осерчал, сослал Ивана и его отца в самую дальнюю бедную деревню, которая за самым темным непроходимым заколдованным лесом находилась. С этого дня перестала Лизонька улыбаться. Что ни делали ее родители, не возвращалось к ней настроение веселое. Не видели больше на личике ее бледном радости или хотя бы улыбки.

Шли годы, девушка давно вышла из возраста невесты. Ни один жених ей не понравился, что приезжали к ним. Даже к столу на смотрины не выходила.

- Лизонька, почему ты замуж не хочешь? - спрашивала матушка. - Смотри, сколько женихов к нам приезжало. И красавцы есть, и богатые, и сильные, короли да цари заморские тоже были.

- Не любы они мне, матушка. Сердце мое давно занято. Никто мне кроме Ванечки моего мне не нужен.

- Одумайся, дочь, - мать сердито сдвинула брови. - Видимо ли, что дочь царская за мужика простого вышла.

- Да мне все равно, кто он, главное, что он человек хороший и люб он мне. Другого мужа не нужно мне. А если вы с батюшкой счастья мне не желаете, я сама уйду к жениху своему.

Закрыли тогда родители Лизоньку в тереме высоком, приставили к ней нянюшку да девок, которые следили за каждым ее шагом. Хотела она сбежать к Ване своему, да не пускали ее, ловили и возвращали в терем. И Ваня к ней не приезжал. Удалось ей подслушать разговор отца и матери, что не пускают его в город, строго-настрого приказано стражам гнать его от ворот городских.

Тогда сама Лизонька закрылась в тереме, никуда оттуда не выходила, только книжки все умные читала, да о Ванечке своем мечтала.

Однажды к ее окну прилетел голубь, постучал клювом своим. Она поспешила открыть окно, впустить птицу. А она принесла ей весточку от Ванечки ее. Писал он, что отослали их с отцом в дальнюю деревню, откуда дороги нет. Что он постоянно пытается вырваться из леса темного, которые на пути его стоит. Но каждый раз в деревне своей оказывается, словно лес завороженный. Но все равно, найдет он возможность приехать к ней и руки ее просить.

Лиза прижала письмо к своей груди и долго плакала счастливыми слезами. Значит любит ее, не бросил, ищет способы добраться до нее. С этим письмом пришла она к своему отцу.

- Батюшка, я отправляюсь к Ивану своему. Не хотите по-хорошему счастье мое устроить, сама решу этот вопрос. Не отпустите — жить не буду, не люба мне без Ванечки моего жизнь.

- Дочь, одумайся. Что тебе этот бедняк дать может? Ни денег, ни сокровищ за душой его. Только грязь ногами месит.

- Мне все равно, люблю я его и быть его женой хочу.

Повздыхали тогда родители и решили к богам обратиться. Долго спрашивали у них совета, пока не пришел к ним во дворец старец и не сказал царю, что он может помочь. Есть между Белобогом и Чернобогом договоренность об испытании истинности чувств влюбленных. И если любовь между Лизой и избранником ее подтвердиться в испытаниях тяжелых, не отступит от своего, докажет, что достоин дочери царской, то боги наградят Ивана, будет он богатым, побогаче некоторых государей.

Задумался тогда царь, хотел с женой посоветовался, но не выпустил его старец из комнаты, требовал принять решение без подсказок со стороны. Долго думал царь. С одной стороны — счастье дочери, которая жизни своей без своего конюха не видит, вон сколько лет тоскует о нем, с другой — обещание награды парню.

- Ну что? Решайся, - поторопил его старец. - Только я дочь твою заберу в замок Кощеев, где и найдет ее жених, если испытаний не побоится. И запомни, он один должен идти вызволять ее. Других не посылай. Если любит, то со всем справится.

Царь только головой кивнул. Когда вышли они из комнаты, дочь и старец исчезли. Закричала, запричитала царица, требуя дочь искать. Еле успокоил ее царь, рассказал о договоренности со старцем. С трудом смирилась царица, долго мужа своего ругала. Но ничего не оставалось делать, как послать в деревню дальнюю за Иваном.

Привезли его к вечеру следующего дня, привели в палаты царские.

- Иван, дочь мою похитил Кощей.

Ваня дернулся, чтобы тут же бежать искать ее, но царь остановил.

- Подожди, выслушай слово мое. Сейчас она в замке Кощея и будет там, пока ты не придешь за ней. Я приказал собрать тебе в дорогу одежку дорожную, сапоги яловые, лук и стрелы. Один ты должен идти за дочкой моей. Когда найдешь и вернешься с ней, дам свое согласие на союз ваш. Готов ли ты идти к Кощею за Лизонькой нашей?

- Готов, - гордо ответил Иван без раздумий. - Люба она мне, в сердце моем давно живет, все для нее сделаю, все испытания пройду, домой верну. Но если обмануть вы меня решили, то увезу ее в края далекие и никто нас найти не сможет.

- Не горячись, - поморщился от его слов царь. - Ты, главное, найди дочь мою. Слово свою даю, что женой она тебе станет.

Иван поклонился царю, увели его в комнату, дали одежду дорожную, сумы с припасами и сменной одеждой. Перед дорогой вымыли его в бане царской, накормили пирогами и отпустили со двора.

***

А в это время Несмеяна в зеркало волшебное смотрит, как ее любый с отцом разговаривает, как в дорогу собирается и улыбается увиденному. Ну что же, значит так тому и быть. Подождет она в этом замке мрачном, пока Иван идет за ней. Только занятие себе придумать надо, чтобы время быстрее пролетело. С Марой они нашли общий язык. По вечерам собирались они в комнате у Несмеяны, где царевна кружева плела и рассказывала Маре истории, которые в книжках разных прочитала.

Выделили ей аж три комнаты, но она заняла только одну большую, где была небольшая кровать, стол рабочий, за которым удобно рукоделием заниматься. А еще окна ее на дорогу к замку подъездную выходили, и могла она наблюдать через них, не едет ли любый ее.

Побаивалась сначала Несмеяна Кощея, слишком много о нем злых сказок написано было. Но увидела перед собой приятного мужчину, который зла никому не желает, делами своими занят. Красив он был, словно Месяц ясный, но кроме Ванечки ее никто Несмеяне не люб был.

Когда Кощей повел ее по замку, показывая комнаты и сад, увидела она зал с колодцем душ, узнала побольше о нем, посмотрела глубь, прислушалась к шепоту и задумалась. Сколько же мудрости здесь сосредоточено. Каждая душа, что жизнь свою праведно в Яви прожила, свою историю рассказать может, опытом своим поделиться. И все это пропадает.

- Разрешите обратиться? - спросила у Кощея Несмеяна, когда отошла от колодца.

- Рад услышать вопрос, - ответил тот с доброй улыбкой.

- Разрешите мне возле колодца побыть все это время и писчие принадлежности принести, - на вопросительный взгляд Кощея поспешила задумку свою сказать. - Хочу мудрость людскую записывать или сказы интересные, чтобы потом другие читали их и знаний набирались.

- Хм, знаешь, а это ты хорошо придумала. Сколько тысячелетий этому колодцу, сколько мудрости в нем накопилось. Будут тебе писчие принадлежности и стол. Могу еще помощников тебе дать, сколько скажешь.

Одна мысль пришла в голову Несмеяны и она нахмурилась.

- Чего опечалилась, душа-девица? - спросил Кощей с отеческой заботой.

- Боюсь, что не успею много сделать. Ваня меня быстро найдет. Времени у меня мало будет.

Кощей рассмеялся.

- Ну тут я тебе помочь могу. Его такие испытания ждут, что не скоро он сюда доберется.

Глава 12

Глава 12.

Вышел за городские ворота Иван, остановился и задумался. Перед ним много дорог, куда идти не известно. Знает он, что замок Кощея в Нави стоит. Но вот как найти дорогу к туда, не известно. Солнце уже за полдень перевалило, если он так и стоять будет, то до темноты никуда не придет. Решил он довериться Судьбе и пошел прямо по дороге, которая вела через поля к лесу темному. Слышал он, что живет там баба Яга, которая помочь путнику может.

Долго ли, коротко ли, шел и шел Иван по дороге к лесу темному и к вечеру дошел только до опушки его, где увидел трактир. Не успел он ближе подойти к нему, как на порог вышел здоровый детина, одетый как купец, в рубахе шелковой красной, штанах саржевых синих, сапогах яловых, да с картузом на голове.

- Добро пожаловать, путник, в трактир наш. Остановись на ночь, отдохни, повечёряй с нами.

- Спасибо, хозяин, только денег у меня мало, чтобы в трактирах ночевать. В лесу заночую, сделаю себе подстилку из веток еловых, да костер жаркий разведу. Вот ночью звери меня не побеспокоят и тепло будет.

- У нас ночлег бесплатный, а хорошим людям и еда тоже даром. Только расскажешь историю свою и куда путь держишь, вот и платой твоей будет.

- Спасибо, соглашусь, пожалуй, - после раздумий ответил Иван и направился в трактир. За последние дни устал он сильно. Когда за ним в деревню люди царские приехали, работал он в поле. Схватили его, в телегу кинули и без остановки прямо до самого города гнали. А в дороге трясло нещадно, даже заснуть не мог. И во дворце тоже ни минуты отдохнуть не дали.

Не успел он войти, как из кухни выбежала бойкая девица, которая улыбнулась и к столу подвела его.

- Чего, путник, желаешь?

- Ты ему супчику куриного налей, пирогов принеси да кваску поставь, - распорядился хозяин, а сам уселся напротив Ивана. - Поведаешь, куда путь держишь?

- Почему бы не поведать. Иду любовь свою из лап Кощея вызволять. Похитил он невесту мою, Лизоньку.

И рассказал Иван хозяину все, как есть, и о любви своей, и о любимой, и о том, как царь послал его одного, чтобы спасти ее из плена. Хозяин сидел, слушал, головой кивал.

- Ну что же, вижу, любишь ты свою Лизоньку. А на что ты готов ради любви своей? Не отступишь?

- Никогда не отступлю, давно люба она мне, жизни своей без нее не вижу.

- Ну что же, - снова кивнул Хозяин. - Могу помочь, подскажу, как к бабе Яге попасть. А она уже дальше дорогу подскажет.

- Спасибо на добром слове, - поблагодарил Иван хозяина.

Ночь прошла тревожно, Иван спал и снилась ему Лизонька, которая томилась у злого Кощея в высокой башне, руки к нему тянула, освободить просила. Проснулся Иван рано утром, подскочил на кровати своей, собрался и вышел в зал, где его снова встретила бойкая девица, которая кружку горячего кофе принесла. Иван понюхал напиток.

- Милая, принеси мне что-нибудь более привычное, чай травяной или квасу. Не привык я к этим кофеям заморским.

- Что еще желаете? - спросила она, забирая кружку.

- Пирогов еще можно.

Он уже успел поесть, но Хозяин так и не вышел к нему. Иван опечалился, обманул что ли? Обещал ведь помочь. Он уже собрался уходить, как девица снова подошла к нему, передала кусок бересты и убежала. Он развернул бересту, на которой было написано: «Извини, путник, пришлось срочно уйти по делу срочному, неотложному. Но обещание свою помню. Девица-лесовичка подскажет тебе, куда путь держать». Не успел он свернуть бересту, как возле стола снова оказалась бойкая девчонка.

- Хозяин приказал помочь тебе. Пойдем, путник. И возьми помощь нашу в дорогу. Хорошим людям мы всегда рады.

Она протянула узел, в котором были горячие пироги и баклажка с квасом.

- Спасибо вам, - склонил голову Иван в благодарности, руку к сердцу прижал.

- Ну что, идешь? А то солнце скоро высоко встанет, жарко будет.

Иван подхватил свои сумы переметные, закинул на плечо, пристроил к поясу узел с пирогами да баклажку с водой и вышел из трактира следом за бойкой девчонкой. И тут же исчез трактир, словно и не бывало его. Подивился Иван, но ничего спрашивать не стал, пошел следом за девицей, которая уже в лес вошла и по тропинке далеко вперед спешит, а лес перед ней словно расступается.

Лес просыпался, шумели птицы, проводили перекличку, встречали солнышко, которое все выше и выше поднималось над лесом. Но лес был такой густой, что с трудом лучи пробивались сквозь них. Иван шел, окутанный лесной прохладой и глубоко дышал свежим воздухом.

Долго они шли, пока не вышли на лесную поляну, на которой в три разные стороны разбегались дороги. Девица махнула на ту, которая шла прямо.

- По ней иди, никуда не сворачивай и ничего не бойся. Днем тебя никто не тронет. Хозяин приказал зверью дикому не трогать тебя.

- Спасибо. И передай низкий поклон хозяину, - сказал Иван, поклонился ей в пояс и отправился дальше, а девица словно в воздухе растворилась.

Шел он и шел, не оглядываясь. По сторонам слышался рык лесных зверей, но он шел, помня слова девицы, хоть иногда и страшно становилось, когда прямо за кустом возле тропинки зверь останавливался да к парню шумно принюхивался. Тропинка шла все время прямо и к вечеру привела на очередную лесную поляну. Солнце уже готовилось ко сну, еще немного и начнет за деревья уходить. В лучах заходящего солнца увидел Иван избушку, да какую-то странную. Вместо обычных куриных ног у нее было что-то странное, словно свая широкая, на которой и стояла избушка. При этом она совершенно бесшумно крутилась на своей «ноге», без скрипа и перекосов. Иван решил позже удивиться этой странной конструкции, сказал вслух:

- Избушка-избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом.

Избушка замерла на мгновение, потом тихо стала поворачиваться к нему. Когда перед ним оказалась дверь, к его ногам от крыльца откинулись какие-то странные ступеньки. Вот их не было, и вот они уже перед ним, удобные, широкие. Открылась дверь и на пороге показалась баба Яга, такая, как о ней в сказках рассказывают — спина горбом, нос крючком, из-под платка лохмы седые торчат.

- Опять русским духом запахло. Давненько никто ко мне из Яви не захаживал. Чего надо, зачем меня побеспокоил? - совсем недружелюбно скрипучим голосом спросила женщина.

Ну а кто будет доволен, когда ее в таком виде лицезрят. И вот леший ее дернул два года назад играть в кости с Кощеем на желание и проиграть ему вчистую. А загадал этот гад бессмертный, чтобы она три года в своем «старушечьем» обличье жила. Вот еще целый год терпеть эту страхолюдину в зеркале придется. А как все хорошо было — пригласила она тогда Кощея к себе на новоселье, когда Настя новую «ногу» для ее избушки сделала, похвастаться, как теперь избушка ее вращается красиво (см.сказку «Спи, красавица»). Выпили они тогда знатно и предложила она с дуру в кости сыграть. Теперь вот расплачивается.

- Добрый вечер, бабушка, - ответил ей незнакомец и поклонился в пояс.

- И тебе, - буркнула она в ответ. - Чего это Явьим жителям у меня надо?

- Извини, пришлось побеспокоить тебя, добрая женщина. Но мне хозяин трактира сказал, что можешь мне дорогу в замок Кощея подсказать.

Баба Яга засмеялась про себя ехидным смехом, чуть ладошки свои не потерла от предвкушения. Есть возможность отомстить этому красавчику, заставить понервничать. И уже давно жила в ее душе обида на Кощея, что выбрал не ее в жены свои, а эту змею подколодную, Мару злющую. А ведь когда-то была она первой красавицей Нави, даже сам Лель из Яви к ней подкатывал. Да вот только влюбилась она в красавца Кощея, никого больше к себе не подпускала.

- Ладно, заходи, переночуй у меня. Утром дорогу тебе укажу. И заодно расскажешь, зачем ты ищешь его.

Иван поклонился и быстро поднялся по ступеням в избу. За ужином, который словно по мановению появился на столе, Иван бесхитростно рассказал почему он оказался здесь и куда путь свой держит. Подивилась Яга, с чего это Кощей девиц воровать стал, Мара его ревнивая посторонних девиц просто загрызет, но ничего говорить не стала, спать путника уложила.

Когда ночь настала, вышла она из избушки своей, свистнула:

- Эй, Хозяин лесной, Лешак, явись, поговорить хочу с тобой.

Через пару мгновений перед ней стоял Хозяин.

- Чего звала? Ночь на дворе, самое время моим детям веселье устраивать, а ты отвлекаешь меня.

- Ты скажи мне лучше, чего это Кощей девиц воровать стал, а ты ко мне этого парня подослал?

- Так это, воля Богов…, - и он рассказал то, что ему было известно. - Вот и меня попросили поучаствовать немного.

Яга задумалась, почесала свою бороду, на которой росла огромная бородавка. Рассказанное немного меняло ее планы.

- Ладно, извини, что побеспокоила, иди себе с миром.

И Лешак исчез в темноте леса, откуда раздавалось уханье филина, вой волков. Яга вернулась в избушку, засветила лучину, стала раздумывать. Устроит она неприятности Кощею, так боги на нее осерчают, да если подскажет Ивану дорогу легкую, задумку их поломает. Не пройдет он испытания, не женится на своей Несмеяне, жалко этих глупых влюбленных стало. Уже за полночь легла она спать, придумав, какой дорогой пошлет его. Но все равно, нервишки Кощею пощекочет.

Глава 13

Глава 13.

Утро для Ивана было ранним, дорога предстояла далекой. Яга накормила его, на куске бересты план начертила, все объяснила, вывела на порог и в путь отправила, еще рукой ему в след помахала.

Снова шел он тропинкой лесной, долго шел, пока к берегу огромного озера не пришел. Противоположный берег с трудом виден. А вода в нем прохладная да прозрачная, дно золотистое далеко видно. Захотел Иван освежиться, скинул с себя одежду пыльную, вошел в воду, окунулся пару раз, насладился свежестью воды, на берег вышел. Только одеться успел, как услышал голос женский:

- Добрый день, незнакомец.

Он резко обернулся и увидел девицу красоты неписаной. Таких красавиц не встречал никогда. Кожа белая, волосы лунной дорожкой светятся, в косу заплетены, глаза голубым небом на него смотрят, коралловые губки ему улыбаются. А платье ее синевой переливается, словно живое. Она стояла возле берега, откуда она взялась здесь, Иван так и не понял. Следов ее на берегу не увидел.

- Добрый день, - поклонился ей молодец. - А ты откуда тут взялась?

- А я живу здесь, - она рукой показала на озеро. - Я дочь царя озерного. Давно к нам никто не приходил, вот я и решила посмотреть, кто наш покой нарушил.

- Извини, девица, не хотел я злого.

- Ой, да ладно. Не в обиде мы. А ты куда путь держишь? Может к нам в гости заглянешь?

- Да как же это? Я в воде дышать не умею.

Девушка рассмеялась.

- А я на что? Не бойся. Ну как? С отцом познакомлю, обедом царским накормлю.

- Да некогда мне, извини, красавица. Идти мне надо.

- И все-таки, куда спешишь так?

- За невестой своей иду, она в замке Кощея заперта.

Девица нахмурилась.

- Зайди к нам, может и помогу чем.

- Ну разве что на минутку, - кивнул головой Иван, не подозревая о ее коварстве.

Девица махнула рукой и оказались они на дне озерном, во дворце царя. Сидел тот на троне своем каменьями да жемчугом украшенном, с помощниками своими беседовал.

- Отец, познакомься, это Иван. Он идет свою невесту из неволи Кощея спасать.

Царь поднялся со своего трона, подошел к парню, обошел его, рассматривая.

- День добрый, - поклонился ему Иван, когда царь перед ним остановился. - Дочь Ваша сказала, что помочь мне можете.

Царь посмотрел на дочь свою, та головой кивнула и незаметно для Ивана подмигнула отцу.

- Ну что же. Раз дочь обещала, что поможем, то так тому и быть. А пока отобедай с нами.

Он махнул рукой и зале появился стол, накрытый всякими яствами.

- Прошу, - пригласил Ивана царь и рукой на стол указал.

Тут же к парню слуги поспешили, суму у него забрали. Сел он за стол, а ему уже полную тарелку поставили с яствами всякими, кубок вином наполнили.

- Выпьем за удачу твою, - сказал царь, поднимая свой кубок.

Иван взял свой, отпил глоток, отставил кубок на стол.

- Нет-нет, до дна! - потребовал царь. - Иначе не будет удачи.

Иван, не подозревая подвоха, допил вино свое и за угощения принялся. А через мгновение уже и не помнил, куда он шел. Вино не простое было, а заговоренное — вино забвения. Давно царь дочери своей мужа искал. Не нравились ей те, кто сватался. А вот увидела она Ивана, когда тот в озере купался, влюбилась, к отцу своему кинулась, умолять стала, чтобы оставил его с ней. Отец посмотрел на молодца — и красив, и статен, и умом не обделен. А что до знатного происхождения, то не главное это, а вот счастье дочери для него важно. И дал свое слово дочери, что согласен отдать ее в жены этому молодцу.

Долго пир длился, Иван сидел, наслаждался яствами, беседу неспешную с царем вел да на царевну все посматривал. А она глаз с него не сводила. Все нравилось парню, только вот что-то в душе свербело, покоя не давало, словно он что-то важное забыл, предает кого-то.

Когда пир закончился, отвели его слуги в выделенные ему комнаты, суму его в угол поставили. Красиво здесь было и кровать удобная с перинами пуховыми. По углам сундуки с богатствами разными стояли, все здесь было — и жемчуг, и золото, и ткани богатые. Только вот снова что-то в душе тревожное клубилось, так и говорило, чтобы он не смел в эту постель ложиться и карманы добром набивать. Он подошел к окну, выглянул наружу. А там вода прозрачная, в которой рыбы всякие плавают да русалки в окна заглядывают. Присел он на стул, который к окну пододвинул, чтобы от соблазна пухового подальше быть. Чуяло его сердце, что не надо пока к кровати подходить. И прав был, не простая та перина была. Забрала бы она все воспоминания Ивана, никогда бы больше о невесте своей не вспомнил.

Когда слуги ушли, в комнату к нему царевна вошла.

- Понравилось ли тебе у нас, Иванушка? - спросила она с доброй улыбкой, от которой сердце забилось быстрее.

- Понравилось, красиво у вас, - он поднялся со стула, но от окна не отошел.

Царевна подошла к нему близко-близко, что он даже каждый волосок, каждую ее ресничку видеть мог.

- Оставайся со мной, - тихо проговорила царевна и руку ему на грудь положила, а его сердце еще быстрее застучало, руки-ноги двигаться отказались. - Останься, будь мужем моим. Любить тебя буду.

- Красивая ты очень, но не готов я пока ответить тебе, - с трудом проговорил Иван, как сквозь туман. Что-то мешало принять предложение мужем ее стать. - Разреши ночь подумать. У нас говорят «утро вечера мудренее».

- Хорошо, - она кивнула ему и убрала с его груди руки. - Ты ложись в постель мягкую, отдохни с дороги. Утром я зайду к тебе за ответом. Только помни, что ты отсюда никуда больше не уйдешь.

И что-то такое хищное мелькнуло в ее глазах, что испугался Иван. Словно акула ему в глаза посмотрела.

Царевна развернулась и ушла. А за окном потемнело, словно кто-то резко свет выключил. Только на столе засветилась ракушка невиданная, погружая комнату в голубую мглу.

Иван снова сел на стул. За окном теперь ничего не было видно. Он оглядел комнату, тряхнул головой, вспоминая, зачем он в замок царя озерного пришел, но никак вспомнить не мог. Иван закрыл глаза и так долго сидел, что задремал. И сквозь сон увидел он лицо девушки, которая звала его, плакала и просила очнуться от грез наведенных.

«Лиза?» - во сне позвал Иван и проснулся. Наваждение оставило его. Как он мог забыть о любви своей?

Он быстро схватил суму свою, перекинул через плечо и осторожно вышел из комнаты. Во дворце уже все спали, даже сомы огромные, что ворота сторожили и те спали. Осторожно перешагнул Иван порог дворца и оказался в толще темной воды. Оттолкнулся он ногами и полетел вверх. Долго пришлось плыть, помогая себе руками и ногами, уже и воздух в легких закончился, а глубина все не заканчивалась. «Лиза, любимая, спаси», - только и подумал Иван, как сознание его отключилось.

Пришел он в себя на твердой земле, быстро поднялся, огляделся. Вокруг еще ночь стояла. Его сума рядом лежит, озеро под лунным светом переливается искрами. На его удивление, одежда и сума сухими оказались. Кто спас его, не ведает, рядом никого. Иван поднялся, поднял суму, поклонился в темноту:

- Спасибо тебе, неведомый, кто бы ты ни был, за спасение. А сейчас мне спешить надо за невестой своей.

После этого Иван увидел, как в ночной темноте загораются светляки, которые путь ему от озера указывают. Поспешил он по тропе убраться отсюда побыстрее. Шел до самого рассвета. А за ним по лесу шел Хозяин и улыбался. Хороший парень этот Иван, не позарился на богатства и красоту царевны озерной.

***

Перед самым рассветом остановился Иван, не в силах уже ноги переставлять. Нашел себе место в распадке корней большого дерева, прилег отдохнуть. Когда проснулся от щебета птичьего, солнце уже высоко стояло. Он быстро перекусил пирогами, которые еще оставались свежими, запил квасом и отправился в путь.

Снова долго шел он дорогой лесной, пока она не вывела его в поле чистое, за которым город большой виднелся. Поспешил к нему Иван, но по средине пути увидел столб указательный.

«Прямо пойдешь — богатство найдешь, налево пойдешь — царем станешь, направо пойдешь — к Кощею попадешь». А под третьим указателем еще дощечка прибита: «К Кощею попадешь, убитым будешь. Одумайся, путник».

Ни мгновения не раздумывал Иван, отправился направо, пусть и не к городу вела эта дорога. Снова шел он и шел, Лизоньку свою вспоминал. Дорога вела через поля и небольшие рощицы. К вечеру дошел до поля чистого, посреди которого шатер большой стоял, а возле него девица-красавица, красоты неописуемой. Волосы цвета воронова крыла, глаза темнее ночи, тонкий стан, укутанный в шелка дорогие. Увидела его девица, рукой приветливо махнула.

- Заходи, путник, в гости. Поешь с дороги, переночуй у меня, сказку свою расскажи. А утром в свой путь отправишься.

В распахнутом пологе шатра увидел Иван богато украшенные коврами стены, на коврах всякое оружие висит, сундуки большие стоят. Посредине стол стоит, накрытый яствами.

Иван подошел к девице, а она так смотрит на него глазами своими прекрасными, что аж дух захватывает. Никогда еще такой красавицы не видел. Девица все продолжает его приглашать в свой шатер, обещает любовь яркую, еду вкусную, отдых сладкий. Да так и журчит голос ее, что замутилось у него в голове, чуть шаг в ее шатер не сделал, как на память лицо Лизы пришло, которая с печальным укором на него смотрела. Он мотнул головой и прошло наваждение, которое словно его в спину подталкивало, слишком настойчиво приглашая в шатер зайти.

- Извини, красавица, но я в другом месте ночлег себе найду, - сказал Иван и поспешил обойти шатер.

Только он прошел мимо девицы, как злобное шипение услышал, оглянулся и вместо нее змею огромную увидел, которая на хвосте своем поднялась и вот-вот бросится на него. Бросил в ее сторону суму свою, прямо в пасть змеи попал, а потом подскочил к ней, схватил за то место, где шея должна быть и сжал руки. Долго они бились. Змея Ивана кольцами своими обвила и душить стала. Но он руки не отпустил, сжимал все крепче и крепче, пока в ее глазах свет не померк и не разжала она кольца свои. Какое-то время он еще сжимал ее, пока не убедился, что смерть змеиная наступила, потом разжал руки. Огромная змея лежала на земле. Хотел он уже уйти отсюда, да решил с собой оружие в дорогу взять, слишком много опасностей впереди поджидать могут. Зашел в шатер, осмотрелся, открыл пару сундуков. А в ним богатства несметные — золото да каменья драгоценные. Закрыл крышки, ничего не стал брать. Только снял со стены меч неприметный, без украшений, покрутил в руке. И тут же нашел ножны к нему простенькие. Собрался, взял только этот меч и вышел, поспешил убраться отсюда побыстрее. Не успел и двадцати шагов сделать, как исчез шатер вместе со змеей. Уже ничему не удивился Иван и поспешил к лесу, который темнел в сумерках. Ускорил шаг парень, чтобы место себе для ночлега найти.

***

А в это время в замке Кощея Лиза смотрела в волшебное зеркало и тайно утирала слезы. Не поддался ее Иванушка на красоту девиц коварных, не взял себе чужого злата, не позарился на оружие богатое. Верен он ей, чист душой, тем и люб.

Глава 14

Глава 14.

Нашел Иван себе место для ночлега в лесу, костер развел. И приснилась ему любимая его, которая смотрела на него с доброй улыбкой и говорила: «Я жду тебя, любимый мой. Ты только береги себя».

Утром проснулся Иван, пирогами да квасом перекусил и дальше в путь отправился. Шел он и шел, расспрашивая у встречных дорогу к замку Кощеева. Сторонились его путники, но направление показывали. Прошел он через селения малые и города большие, через горы и пустыни. Солнце нещадно палило его, ветер остановить пытался, с ног сбивал, дождь сплошной мочил до нитки, но не остановился Иван, не отступил ни на шаг. Только все сильнее зубы сжимал и шел вперед к своей цели.

Шел упорно вперед, пока перед ним не выросли высокие горы, которые небо собой закрывали и преодолеть их трудно будет. Сел он на камень и задумался, как дальше идти.

- Чего грустишь? - вдруг раздался за спиной голос.

Иван подскочил со своего места, оглянулся и увидел здоровенного черного кота.

- Я спрашиваю, чего грустишь? - снова спросил кот, заметив удивление Ивана. - Что, раньше котов говорящих не видел?

- Нет, - покачал головой Иван. - А ты откуда здесь появился?

- Да шел мимо, смотрю сидишь, низко голову повесив. Дай, думаю, подойду, путнику помогу.

- А ты сможешь? - все еще не веря своим глазам и ушам проговорил Иван.

- А чего тут мочь? Доброму человеку всегда помочь могу. Так что, спрашиваю, печалит тебя?

- Да мне через горы перебраться надо.

- А зачем тебе?

- Невесту свою ищу, унес ее Кощей в замок свой. Сказали, что дорога в Навь за ними лежит.

- А может откажешься? Горы высокие непреодолимые. Может и не стоит невеста твоя таких испытаний?

- Послушай, не твое дело. Но от своей любимой я отказываться не собираюсь. Вот найду способ и перейду через горы эти, пусть даже погибну, но от своей судьбы не откажусь.

- Ну что же, я услышал тебя. Вот тебе совет - кто хочет, тот добьется.

- И это вся помощь?

- Иногда доброе слово, сказанное вовремя, большую помощь окажет. Но не сердись. Вон там, - кот указал лапой куда-то верх, ближе к вершинам, - есть гнездо огромного орла. Он часто по ту сторону гор летает. Попроси его, может и тебя перенесет, если раньше не убьет.

- Где, говоришь, гнездо? - спросил Иван, прослеживая за тем, куда указала лапа кота.

- Да вон же! Видишь? Самый высокий пик, ну тот, который самый опасный, где больше всего снега.

- Вижу, - сцепив зубы, проговорил Иван. Слишком неприступным выглядело гнездо.

- Вот там и найдешь орла. Ну все, прощай, пора мне. Надеюсь, что помощь моя не напрасной была.

Не успел Иван ему ничего ответить, как исчез кот, словно никогда и не было его здесь. Парень помотал головой, но к такому он уже успел привыкнуть. Потом он еще раз взглянул на вершину. Далеко до нее добираться, не один день займет. Да и одежка у него не слишком пригодная для такого восхождения. Но нечего делать. Достал он последние лепешки из котомок своих, запил их квасом и смело направился к горам.

Как поднимался на те горы рассказывать не будем. Только на третий день обессилевший и голодный достиг Иван гнезда орла, а того на месте нет. Вокруг снег и ветер, который готов мясо с костей сорвать. Замерз Иван, свернулся клубочком прямо в гнезде и глаза свои закрыл. Казалось, что только-только закрыл, но тут шум крыльев и клекот орлиный раздался, который от гор отражается и от этого еще страшнее становится. С трудом поднялся Иван, чтобы с орлом встретиться. А тот сел на скалу рядом с гнездом, незваного гостя рассматривает.

- Извини, орел гордый, что побеспокоил тебя, - поклонился ему Иван, с трудом удерживая голос, чтобы не трясся от холода. - Если бы не нужда, не пришел бы. Но мне помощь твоя нужна.

И рассказал Иван орлу, почему он здесь оказался. А орел сидел и внимательно слушал его. Потом просто взмахнул крыльями своими, схватил Ивана когтями и в воздух поднялся, полетел на ту сторону гор. Во время полета Иван чуть не замерз до смерти, но вот орел перелетел через горы и спустился пониже, разжал свои когти и полетел Иван вниз. Но не разбился, а упал в горячий ключ, с головой в воду погрузился, до самого дна. Там ногами оттолкнулся и всплыл, отдышался, выполз на берег и упал без сил, но далеко от ключа не отполз, так хоть теплом его согревало. Сколько он проспал, не знает Иван, но когда поднял голову, увидел возле себя суму свою и меч, а в небе орел крыльями машет, к себе улетает.

- Спасибо! - крикнул изо всех сил Иван орлу и показалось ему, что тот головой кивнул.

Пока спал, одежда на нем просохла. Осмотрелся Иван, чтобы понять, куда дальше идти, увидел столб с единственным указателем «В Навь», поспешил по дороге туда, где его судьба дожидается. С каждым шагом становилось все темнее и темнее, словно сумерки холодные наступали. Дорога в лес темный привела, да не в такой, как я краях его родных. Все здесь черно было и темно, по кустам дикие звери прятались, так и слышался рык их злобный.

Привела его дорога к болоту, а на его краю на большом камне русалка сидит, волосы свои расчесывает. Увидела она путника, улыбнулась, руки к Ивану потянула.

- Давно жду тебя, Ванечка, извелась уже вся.

А голос ее словно ручеек журчит, на душу пеленой ложиться, так и манит подойти в объятия этой красотки болотной. Шаг, еще один и вот Иван уже возле камня стоит, а русалка к нему поднимается, поцеловать хочет. Но как только она дотронулась своей холодной рукой до его щеки, дернулся Иван, отступил, головой мотает, словно наваждение стряхивает, а в голове голос слышит: «Ванечка, любимый, не поддавайся. Я жду тебя, невеста твоя». Еще шаг назад сделал и поспешил убраться оттуда, по краю болото обошел, скоро из лесу вышел, в поле чистом оказался. А вдалеке на горе замок увидел. Сразу же понял, что пришел он туда, куда вела его любовь. Поспешил он к замку, но вот беда — сколько не шагал, замок ближе не становится, словно смеется над ним. А небо все темнее становится, еще немного и ночь его настигнет. Огляделся Иван, увидел холм небольшой справа от дороги, подошел к нему, нашел себе место для ночлега, устроился поудобнее, постарался заснуть, хотя живот урчал от голода так, что на многие шаги вокруг слышно было. Хотя и холодновато было, но Ивану показалось, что холм какой-то теплый, словно живой. И постепенно согрелся он, заснул. Спокойно спал ночь, даже показалось, что кто-то укрывал его от холода ночного.

Утром разбудило Ивана шевеление холма, возле которого ночевал. Подскочил он на ноги и застыл. Вовсе это не холм был, а дракон трехглавый, о которых он только в сказках слышал. Поднялась одна голова, посмотрела внимательно на Ивана.

- Чего тебе надо? - раздался громкий трубный голос, от которого по спине Ивана мурашки побежали, но не испугался, схватился за свой меч, приготовился голову рубить этому чудовищу.

- Не советую, - раздался совершенно спокойный голос у него за спиной. - Новые вырастут. И опять же, летные характеристики испортятся. И так с трудом летать научился, когда такой же, как ты ему одну голову отрубил и три новых выросли.

Иван увидел светловолосого мужчину, который спокойно сидел в кресле, скорее трон напоминающий. Еще мгновение назад ничего и никого тут не было.

- Ты кто такой? - спросил Иван и наставил уже на этого незнакомца свой меч.

- Ты бы игрушку свою убрал, а то порежешься ненароком, - усмехнулся этот «весельчак». - Да вряд ли пользоваться им умеешь. Ты же неправильно его держишь.

- Ничего, с тобой справлюсь, - ответил Иван, обхватывая рукоять меча двумя руками.

- Хм, ну это вряд ли.

Незнакомец щелкнул пальцами и меч из рук Ивана пропал, в тот же миг оказался у незнакомца. Тот покрутил его в своих руках, сделал пару взмахов, словно проверяя меч, потом одобрительно покачал головой.

- Хороший. Сразу видно, что мастера его делали. Только не для тебя он.

- Да кто ты такой? - закричал Иван, совершенно не понимая, что здесь происходит. Меч у него отобрали и не убивают. Чудище так и лежит себе спокойно и есть его не собирается. Только уже тремя своими головами на него с любопытством смотрит, словно на букашку какую-то и даже улыбается.

- Я? Кощей, - ответил мужчина и улыбнулся.

- Вот тебя то я и ищу, - Иван сделал шаг в его сторону. Он готов голыми руками с ним драться, лишь бы Лизу свою спасти.

- Эй-эй, потише, - усмехнулся Кощей, поднялся со своего кресла-трона и тот сразу же исчез. - А вот кто ты такой, что в нашем мире оказался? Ты же знаешь, кто в Навь попадает живым не уходит.

- Я Иван, пришел забрать у тебя невесту свою, Лизу. И не важно, Навь это или что-то другое. Мы уйдем с ней живыми.

- Лизу, - понятливо покачал головой Кощей. - А может она уже не ждет тебя, решила остаться в замке моем? Зачем ей сын конюха? Я ей все богатства мира к ногам брошу, когда она моей согласится стать.

- Ты не люб ей, - дерзко ответил Иван. - Лиза меня любит. За ней я пришел, чтобы в жены взять.

- А на что ты готов ради любви своей?

Кощей смотрел на юношу прищуренным взглядом, стараясь скрыть добрую улыбку. Видел, что сил у него совсем не осталось, голодный, еле на ногах держится, а ради любимой своей готов порвать его голыми руками.

- На все готов. Даже готов сражаться с тобой голыми руками.

Кощей довольно покачал головой.

- Ну ладно. Драться со мной не стоит, все равно сила на моей стороне. А вот что ты со своей стороны поставить можешь?

- Любовь мою и любовь Лизы моей. Она сильнее всего на свете.

- А ты уверен, что она по-прежнему любит тебя? Вдруг, пока ты по миру ходил, разлюбила она.

- Нет, - Иван уверенно покачал головой. - Никогда Лиза не разлюбит меня.

- И думаешь, что согласиться царская дочь с обычным конюхом жить?

Опустил голову Иван. Тут Кощей был прав. Что он может предложить Лизе своей? Сколько ни пытался он из деревни выбраться, чтобы денег заработать, дом новый построить, торговлей заняться и к Лизе прийти, замуж позвать. Но лес словно заколдованный, не выпускал его из деревни. А царские люди почти весь их с отцом заработок забирали. Не удалось скопить денег.

- Не знаю, - тяжело вздохнул Иван. - Но если будет у меня возможность, сделаю все, чтобы Лиза была счастлива со мной. Заработаю, дом построю, любить ее буду. Никто мне не нужен, кроме нее. И пусть она сама мне скажет, что не нужен я ей.

Улыбнулся Кощей мыслям своим.

- Ну что же. Давай у Лизы спросим, готова ли она судьбу с тобой связать.

Ничего не успел ответить Иван, как оказался в замке, в большой комнате и тут же услышал звук бегущих ног. Через пару мгновений в двери Лиза его показалась, бросилась она к Ивану, обхватила его руками своими, прижалась к нему.

- Пришел, нашел, любый ты мой. Я ждала тебя, верила, что придешь, - ее голос дрожал от радостных слов, слезы катились из глаз.

- Ну-ну, успокойся. Я же здесь, с тобой и теперь мне ничего не страшно. Я готов умереть за тебя. Только прошу, не плачь.

Он прижимал девушку к своей груди и не верил своему счастью. Сердце билось так, словно хотело из груди выскочить.

- Ванечка, - она еще сильнее заплакала, не отпуская из объятий своих.

А в это время Кощей с улыбкой наблюдал за ними. К нему тихо сзади подошла Мара и тоже наблюдала за счастьем.

***

Отмыли Ивана с дороги в бане, в новые одежды добротные одели, вышел он в трапезную красавцем. Снова Лиза залюбовалась женихом своим. Пир, хоть не большой, но прошел хорошо, радостно. Лиза и Иван насмотреться не могли друг на друга, так и сидели, взявшись за руки.

- Ну что, голубки? - поднялся из-за стола Кощей. - Готовы домой возвращаться?

- Готовы, - кивнули оба.

- Иван, ты помнишь, что говорил мне?

- Помню. Ради Лизоньки своей на все готов. До конца дней своих любить буду.

- А ты Лиза? Пойдешь замуж за конюха простого? - снова спросил Кощей.

- Пойду. Люблю его больше жизни, - в глазах ее светилась уверенность в своих чувствах и в избраннике своем. - Если отец союз наш не одобрит, уйду с Иваном, будем жить в глухой деревне. Мы молодые, руки-ноги есть. Ремеслу научусь, белоручкой сидеть не собираюсь. Проживем. И не важно, что конюх он простой. Главное, что он мой любый.

- Я рад за вас, - улыбнулся Кощей. - А за верность вашу Иван получит то, что и обещано было богами.

Не успели Иван и Лиза понять, о чем он говорит, как оказались во дворце отца Лизы. А там их уже встречали. Иван уже в одежды богатые одет, а в углу комнаты сундуки с обещанным стоят.

Глава 15

Глава 15.

- Ну как второй опыт? - спросил кот, развалившись в кресле у окна.

- Вот все бы так любили друг друга, - ответил Кощей, который стоял у окна в своем кабинете и смотрел на улицу. - Ты бы видел, как он на Горыныча с мечом чуть не набросился.

Кот засмеялся, представив эту картину.

- А Горыныч как отреагировал? - спросил он, просмеявшись.

- О! Ты бы видел его морды! - Кощей вспомнил ошеломленные глаза их друга и улыбнулся. - Представь, если бы мышь на гору в битву полезла? И как бы гора реагировать стала? А этот Иван еще ночь у его бока проспал, за холм принял. Горыныч еще его ночью крылом своим прикрыл.

- А если бы и этот герой отрубил бы голову Горынычу? Опять его летать заново учить?

***

Как-то сотню лет тому назад появился в Нави чудо крылатое, размером чуть больше собаки дворовой, тогда еще с одной головой, скорее на огромную ящерицу похож, только с крыльями. Изможденный весь, словно его год не кормили, кожа да кости, еле лапы передвигал. Первым его кот увидел, позвал Кощея. Долго они рассматривали это чудо, которое без сил свалилось.

Когда чудо в себя пришло, накормили его друзья, а когда тот говорить смог, стали расспрашивать.

- Да что говорить? - спросил с печальными глазами Змей Горыныч, как назвал себя. - Жили мы с мамой и папой в горах недоступных. Никого не трогали, охотились на овец да баранов. И кто-то пустил слух, что если убить нас, то великую силу получит. Не знаю как получилось, но не вернулись мои родители в гнездо. Долго я ждал их, звал. Летать я не умел еще, мал был. Потом возле гнезда люди появились, в сети меня поймали, унесли в сарай какой-то, где все это время держали. Сколько пробыл у них, не знаю, света белого я не видел, в темноте меня держали, палками постоянно били. Когда мне десять лет исполнилось, впервые крылья расправил. По ночам, пока все спали, учился ими управляться, благо в сарае том место было. Однажды решил я сбежать. Как-то заметил, что человек забыл закрыть сарай. Пьяным он слишком был, когда ко мне приходил, ведро помоев принес, которые они едой для меня называли. Пока ночь на дворе была, выбрался я из сарая тайком, из деревни выполз, до поля добрался, там взмахнул крыльями и улетел. Но слабый я еще, пролетел, сколько мог, падать стал и вот у вас очутился. Прошу, не отдавайте меня людям, злые они.

Смотрел он на друзей такими жалобными глазами, что они невольно сами слезу пустили.

- Да не вопрос, живи у нас, сколько хочешь. Можешь у меня в замке, а можешь сам себе место выбрать, - сказал Кощей, смахивая со щеки скупую мужскую слезу.

Еще лет десять жил Горыныч в замке у Кощея, с каждым днем сил прибавлял, в размерах увеличивался. Когда перестал в двери проходить, попросился на свободу. Облетел Навь, выбрал себе пещеру в горе недалеко от замка, устроил себе гнездо там. И был он души добрейшей, сдружился с Кощеем и котом, часто с друзья вместе собирались посидеть, за жизнь поговорить. Часто катал Горыныч Кощея и кота на себе, носились они по небу, песни с высоты кричали, жителей Нави пугали.

Когда он огнем дышать научился, долго друзья испытывали его возможности, радовались, что получается костер поджечь и не спалить ничего вокруг.

Так и жил себе Горыныч, беды не знал, пока не появился у его пещеры недобрый молодец, который подвиги себе искал. Уж больно перед девицей хотел удаль свою показать. Прослышал он, что в Нави чудо-юдо появилось, которое по небу летает и огнем дышит, а значит опасное для людей. Вот и похвастался, что одолеет он это чудище. Отправился молодец, меч свой огромный взял. Долго шел и нашел он эту пещеру, где спал ничего не ведающий Горыныч, ни одной злой мысли не замышляющий.

Разбудил его молодец громким криком, потребовал из пещеры на свет выйти. А Горыныч, добрая душа, разучился он не доверять людям, вот и выглянул из пещеры своей посмотреть, кто зовет его. Мало ли кому его помощь потребуется. Не успела его голова из пещеры показаться, как рубанул молодец мечом своим и отрубил ее. Покатилась голова по земле, торжествует молодец, меч свой поднял, радуется своей победе. Но пока он плясал от счастья, отросли вместо отрубленной целых три головы и с упреком так на него посмотрели. Не заметил этого молодец, слишком был увлечен победой своей, все кричал, победителем называл себя и не заметил, как все три головы дыхнули на него огнем. И через мгновение на землю прах осыпался да меч зазвенел, когда о камень ударился.

Горыныч замер от неожиданности. Во-первых, никого убивать он не хотел, так само получилось. Слишком сильно разозлился он, что его кто-то убил. Во-вторых, теперь у него три головы и с этим надо что-то делать, так как они все сразу начали думать и каждая о своем. Только отголоски какого-то разума заставили их затихнуть и прислушаться к тому, что с ним происходит. В-третьих, надо сообщить Кощею и коту, что на него напали. И, судя по всему, это не последний раз.

Он тяжело вздохнул, вышел полностью из пещеры, отошел чуть подальше, чтобы крыльями о гору не задеть, взмахнул ими, оторвался от земли и тут же кувыркнулся через головы.

- Ого, с утра зарядкой решил заняться? - раздался рядом ироничный голос. Когда Горыныч поднялся с земли, снова услышал: - Ничего себе! Это откуда же все взялось? И почему только один хвост?

Горыныч повернул свои головы и увидел Кощея, который стоял чуть в стороне и с удивлением осматривал Горыныча, горку пепла, валяющийся на земле меч рядом с отрубленной головой. И так захотелось ему заплакать, но мужчины не плачут (но когда никто не видит и очень хочется, то можно немного себе позволить).

- Так, ладно, в двух словах — что здесь произошло? - сказал Кощей уже серьезным голосом. Но потом добавил: - Минуту.

Он щелкнул пальцами и рядом с ними оказался недовольный кот, у которого в одной лапе была вилка, на которую был наколот кусочек колбасы, а во второй рюмка с валерьяной.

- Какого лешего? - возмутился кот, когда увидел, где оказался, а потом присвистнул: - Ну ничего себе!

Вилка и рюмка из его лап исчезли.

- Горынушка, что тут произошло? - с какой-то отеческой заботой проговорил кот.

А Горыныч уселся на землю своей отросшей за последнее время попой и заплакал всеми тремя головами.

- Он убить меня хотел, - ткнул лапой в горку пепла. - Голову мне мечом отрубил. - Второй тычок в голову и меч. - У меня сразу три головы отросло, а потом я случайно его сжег.

- Ну сжег и что из того, плакать что ли? - спросил удивленный кот. - Ты право имел. Он тебя, ты его. Ну а плачешь ты чего?

- Мы летать не могу-у-у-у-у, - почти завыли головы Горыныч.

Он поднял свою попу, сделал махи крыльями, взлетел немного и снова кубарем покатился по земле. Три головы явно тяжелее, чем одна, вот и притянули его к земле.

- Да, это уже проблема, - почесал в затылке Кощей. - Явно нарушены принципы аэродинамики. Придется что-то придумывать.

- А еще мы сразу думаем и каждая о своем. Никак договориться не можем, - еще сильнее заплакал Горыныч.

Долго друзья судили да рядили, что сделать можно. С мышлением определились почти сразу — среднюю, самую большую голову старшей назначили. Она будет окончательные решения принимать. А вот с полетами потрудиться пришлось, чертежи разные на земле чертили, спорили до хрипоты, палками в Горыныча тыкали. В конце концов решили, что Горыныч займется укреплением крыльев и научится летать в определенной позе, закинув две боковые головы назад, чтобы они зад не перевешивали. Заодно будут по сторонам оглядываться во время полета. Начать тренировки решили на следующий день. С горем пополам, через долгие месяцы тренировок смог взлететь Горыныч. Сколько же счастья у него было. А друзья ради этого случая даже пир закатили. Все было хорошо и весело, пока кот вопрос не задал:

- Слушайте, а если еще какой-нибудь придур… ой, богатырь или молодец найдется и решит снова Горыныча голов лишить? У него сколько новых вырастет?

Кот даже решил эксперимент поставить, одну из трех голов отрубить, но получил подзатыльник от Кощея и успокоился.

***

Не успокоились люди, прознали о гибели молодца, решили жестоко отомстить Горынычу, отряд добровольцев снарядили. Этот отряд первым встретил кота Баюна, который возлежал на ветках дуба своего и попивал валерьяну, лениво помахивая задней лапкой.

- Эй, ты, - довольно грубо крикнул один из воинов, - дорогу к Горынычу укажи. Пришли разделаться с ним за друга нашего, что сгинул здесь в бою неравном.

Ну кто же так дорогу спрашивает? Тем более у Кота Баюна, который о драках ой как соскучился, давненько когти свои железные не выпускал? Тот отставил рюмку, потом допьет, спрыгнул на землю, подошел к этому дураку, на задние лапы поднялся и в глаза его заглянул, грозно замурчал. И чем дольше мурчал, впадали эти люди в ступор, забывая, зачем они пришли сюда. А потом из лап кота появились железные когти, которым он стал рвать незваных «гостей», которые друга его убить собирались.

Когда через пару минут возле дуба появился Кощей, который неладное почувствовал, то уже все кончено было. Лежали молодцы рядком, когтями Баюна разодранные, а сам кот обтирал свое страшное оружие о платочек белый. Тут и сам Горыныч подлетел, увидел все, снова испугался. Слишком он какой-то пугливый стал после того, когда его первый раз убили.

- Горынушка, помощь твоя нужна, - погладил его по правой голове Кощей. - Ты в себя приди и сожги этих, чтобы следа не осталось. А душами их я сам займусь.

Тот только головами кивнул и через пару минут остались на земле горстки пепла, да мечи острые, которыми они убить Горыныча собирались.

***

После этого было еще несколько отрядов молодцев, которые хотели удаль свою показать, с Горынычем поквитаться, но встречали их когти Баюна, меч Кощеев и огонь Горыныча.

Когда третий отряд пропал в Нави, задумались лихие люди, а стоит ли идти Горыныча убивать и жизнями своими за это расплачиваться? А еще как-то пролетел этот Горыныч по границе Нави и Яви, прожег в поле полосу, шириной метров двадцать, словно предупреждение людям оставил. С того времени больше охотников расправиться с Горынычем не было.

Глава 16

Глава 16.

После Ивана и царевны Несмеяны был и другие испытания. И почему-то все провальными оказывались. Молодцы, которые жениться спешили на дочерях княжеских да боярских, в первый же день испытаний домой возвращались, отказываясь от намерений своих.

Так, один княжич, попав в темный лес, услышав вой волков, испугался до смерти, лук свой заговоренный бросил и повернул коня своего богатырского обратно, домой скакал, не разбирая дороги. Посекло его лицо красивое ветками, одежду богатую подрало сучьями. Выбрался из леса на пугало похожим. Даже к «невесте» своей заезжать передумал.

Другой боярский сын даже до леса не дошел, только прочитал указатели на столбе: «Прямо пойдешь — пропадешь, направо пойдешь — пропадешь, налево пойдешь — пропадешь». Почесал голову свою, а стоит ли пропадать из-за дочери купеческой, от которой он хотел только приданое богатое. Вот и вернулся домой, пока город за спиной виден был, да солнце еще на небе.

Третий купеческий сын дальше всех дошел — до болота лесного. Но здесь встретил русалку, с которой и вошел в темные воды, зачарованный ее красотой и голосом сладким. Так и сгинул, забыв о любви своей.

Много их было. Только один почти до цели своей дошел и да корысть у него была.

***

В купеческом доме жила девица Ольга, родителями своими избалованная, капризная. Как-то на воскресном торге встретила она молодца незнакомого, чернявого да настырного красавца, познакомились, Игнатом назвался. Оказалось, что он из шайки лихих людей, которые по дорогам на путников нападают, добро отбирают, иногда вместе с жизнями. Но не остановило Ольгу это, даже еще больше стал нравиться ей Игнат, дерзостью своей. Стали они встречаться тайком от родителей ее.

Они уже решали, что сбежит Ольга из дома своего к Игнату, поедет за ним в края далекие, где жить будут. Только вот денег надо найти где-то. Думали рядили, где денег взять, как до их города сказ дошел о Иване-конюхе, который ради любви своей испытание прошел, богатство за это получил несметное и женился на царской дочери. И еще один старец-гусляр на площади городской сказ поведал о том, как смерть Кощееву найти можно.

- Олька, у меня есть идея, как богатство получить…, - и рассказал он девице план свой коварный. - Ты, главное, голову Кощею заморочь, да так, чтобы он влюбился в тебя и богатства все свои тебе показал. А я тем временем ларец тот найду, где смерть Кощея. Вот все богатства его нам и достанутся.

- А как ты найдешь путь к замку его?

- Об этом не беспокойся. Есть у меня один амулет заговоренный, за большие деньги купленный. Все что хочешь найти может, - он достал из-под рубахи своей амулет из черного камня, поцеловал его и показал Ольге. - Надо ему только слова заветные сказать.

Сказано — сделано. Отправилась Ольга домой, заявила родителям, что хочет выйти замуж за парня бедного. Они, конечно же, воспротивились, пригрозили ей запереть в светелке, выдать замуж за боярина старого, но дочь и слушать их не желает, говорит, что только за своего Игната замуж выйдет, никто другой ей не нужен. Обратилась она к богам, чтобы они помогли им чувства их проверить. Услышал их Белобог и отправил Ольгу в замок Кощея, а Игнат в путь собрался.

Когда Ольга очутилась в замке, увидела перед собой красавца светловолосого с яркими синими глазами, влюбилась в него сразу же, даже об Игнате своем забыла и задумке их подлой.

А Мара опять бесится, готовая голову этой Ольге открутить. Только одно останавливало, что Кощею эта девица не нужна была, не видела его интерес. Нашла она занятие этой «гостье» - присматривать за дорогой подъездной к замку, посадила в высокую башню, чтобы она оттуда смотрела и была подальше от мужа ее. Да за стол обедать с ними садиться не звала. Изредка разрешала в саду погулять, но руками трогать там все запретила. Чувствовала она душу темную девицы этой, о чем мужу и рассказала.

Пока Ольга пыталась добиться любви Кощея, который под предлогом большой занятости, пропадал у Горыныча или Баюна и в замке почти не показывался, Игнат в дорогу собрался, вышел за ворога городские, достал свой амулет, сказал ему слова нужные и тот повел его через поля и леса, прямиком к заветному дубу, где ларец висит со смертью Кощеевой.

Долго идти пришлось, по дороге занятий своих разбойных не оставлял, отбирая деньги и пропитание у путников. Наконец подошел к границе Яви и Нави, увидел полосу выжженной земли, сел на камень, чтобы отдохнуть.

- Куда путь держишь? - раздался за спиной голос.

Игнат подскочил с камня, оглянулся и увидел здоровенного черного кота, который на соседнем с ним камне расселся, лапу на лапу закинул.

- Иду с Кощеем разобраться, невесту он мою украл, - вздернул нос Игнат, но своего удивления говорящему коту не показал.

- И как ты разобраться с ним решил? - снова спросил кот, у которого в лапе рюмка с чем-то пахучим оказалась.

- Я знаю, как смерть его найти. Потом заберу невесту свою и все богатства Кощея и домой вернемся.

- Понятно, - кивнул головой кот. - Хочешь, помогу?

- А ты можешь? - удивился Игнат.

- Конечно, я прекрасно знаю, где смерть Кощея находится. Давно сам хотел посмотреть, как это будет.

- Договор. Только что ты за него попросишь?

- Да ничего особенного. Если убить Кощея тебе не удастся, то заберу у тебя самое важное, - с какой-то ленцой ответил кот.

- И что это? - спросил Игнат, соображая, что же для него самое важное.

- Потом видно будет. Ну что, пошли? А то еще далеко идти.

- Согласен!

- Вот и хорошо, договор заключен, - сказал кот, выпил содержимое рюмки, которая тут же исчезла из его лап, поднялся с камня и пошел по дороге.

Игнат подобрал свои сумки и поспешил за странным котом, который так и продолжал идти на задних лапах. Идти пришлось долго, чем дальше шли они по Нави, тем темнее становилось. Настала ночь, а они только до леса темного успели дойти.

- Сколько еще? - спросил Игнат, у которого ноги гудели от быстрой ходьбы.

- Да вот переночуем, а утром в путь тронемся. К обеду дойдем.

Ничего не осталось Игнату, нашел он место для ночлега, костер разложил, спать лег. А кот словно растворился в темноте ночной.

Утром Игната разбудил солидный тычок в плечо. Он открыл глаза и увидел перед собой кота, на котором сейчас были надеты красные сапоги.

- Готов? Ну ты и дрыхнуть горазд, - проговорил кот. - Поднимайся, подвиги сами себя не совершат.

Игнат что-то пробурчал в ответ, но поднялся, отряхнул с себя иголки еловые, траву налипшую и пошел следом за котом. Как и обещал кот, к обеду пришли они к роще дубовой посреди которой стоит высокий дуб, а на самом его верху ларец прикован к ветвям. Висит, под ветром раскачивается.

- Ну вот, пришли! - кот показал лапой на ларец. - Теперь за тобой дело.

- А ты не мог бы забраться и скинуть его оттуда? - спросил Игнат, задрав голову, рассматривая, на какой верхотуре ларец этот.

- Не, мне нельзя. Только ты должен достать его. А я тут внизу подожду.

Делать нечего, Игнат снял с плеча сумку, бросил ее на землю, поплевал на ладони и полез по веткам дуба. Ему казалось, что дуб никогда не закончится, но вот показалась вершина, а там заветный ларец раскачивается, звеньями цепи скрипит на ветру.

Сделал передышку Игнат, потом дальше полез, наконец добрался до ларца. Чтобы снять с ветвей пришлось повозиться. Когда ларец в руках Игната оказался, не удержался он и полетел вниз, ударяясь о встречные ветки, все бока отбил, но живым на землю упал. Лежит на спине, к груди ларец прижимает, пошевелиться не может.

- Чего разлегся? - пнул его сапогом кот по больному боку. Игнат даже зашипел от боли.

- Эй ты, осторожнее! Больно мне, - сквозь сжатые зубы ответил Игнат.

- Не больнее, чем тем, кого ты на тот свет отправил, - прошипел себе под нос кот так, чтобы Игнат не услышал его.

Полежал Игнат на земле, пришел немного в себя, потом нашел в себе силы, сел, ларец перед собой поставил.

- Ты только смотри. Там сейчас заяц выскочит, а из него утка. Поймаешь? - спросил кот.

- Не переживай за меня, - ответил Игнат.

Он приоткрыл ларец, просунул туда руку, схватил зайца за уши, вытащил наружу. Заверещал заяц в его руках, забился. А Игнат держит, не дает вырваться. Потом вдруг изменился заяц и уже в руках его утка оказалась, которую он за шею держит.

- И что дальше? - спросил Игнат у кота.

- Да ничего. Жди, когда она яйцо снесет.

Не успел ответить, как выпало Игнату на руку заветное яйцо, в котором игла звенит. Отпустил он утку, улыбнулся зловещей улыбкой.

- Теперь показывай, где замок Кощея, - сказал Игнат коту, а тот только пожал плечами, махнул лапкой в направлении неприметной тропинки и пропал, словно его и не было.

Кряхтя, поднялся Игнат с земли, даже не стал сумки свои поднимать, поспешил по тропинке к замку Кощея. Еще немного и все богатства у них в руках будут. Совсем скоро вышел он из рощи и увидел темный замок, который на высокой горе стоял, поспешил к нему. Когда подходил к нему, заметил, как из высокой башни ему кто-то белым платочком машет и понял, что ждет его Ольга.

Хотя замок и близко казался, но пришлось идти больше часа. Наконец дошел до ворот кованых, которые при его приближении распахнулись. Усмехнулся Игнат такому, но путь свой продолжил. А когда подошел к высокому крыльцу, увидел на ней мужчину-красавца и Ольгу свою, которая пыталась прижаться к мужчине, словно показывая, что теперь они вместе.

- Привет, путник, - первым начал мужчина, отодвигая от себя Ольгу. - С какой целью ты у порога моего оказался?

- Я пришел за невестой своей, Ольгой, - ответил Игнат, задирая от гордости и распирающей радости свой нос.

- Забирай. Никто ее здесь насильно не держит, сама пришла ко мне, хмыкнул мужчина.

- Не верю! Она меня любит, - закричал Игнат, доставая из-за пазухи яйцо, которое светиться потусторонним светом начало.

- О! Ты смерть мою нашел? - мужчина удивился, но не испугался. Только брови домиком у него поднялись.

- Да! Ты сейчас умрешь и все твои богатства у нас останутся, - нехорошим смехом рассмеялся Игнат.

- Ну-ну, начинай, - махнул рукой мужчина и рядом с ним оказался трон резной.

Он сел на трон, подпер голову рукой, готовясь наблюдать за продолжением.

- Игнат, ты не посмеешь! - подала голос Ольга. - Я приказываю тебе не делать этого. Я полюбила его всем свои сердцем. Поэтому ты сейчас уйдешь отсюда и забудешь обо мне.

- Ч-ч-что? - заикаясь от гнева, спросил Ольгу, ту, которая какое-то время назад клялась ему в вечной любви и обещала стать женой ему.

От злобы он сжал кулак, в котором было яйцо, раздавил его и на ладони очутилась серебряная игла.

- Я говорю, пошел отсюда. Никуда я с тобой не пойду. Я буду с Кощеем в его замке жить. Не нужен мне тот, у кого и дома-то своего нет.

Почернел лицом Игнат, слушая речи Ольги.

- Значит изменила ты мне? - его голос звучал зловеще. - Тогда я сейчас любовника твоего прикончу, потом тебя. Измену прощать не собираюсь.

Он взял иглу и поднял над головой, собираясь переломить ее. Но заметив только заинтересованный взгляд того, который должен вот-вот умереть, замер.

- Ты не боишься?

- Нет, - улыбнулся Кощей, - сам давно хотел посмотреть, как это будет.

- Не делай этого, - одновременно с последним закричала Ольга, кидаясь на Игната, чтобы отобрать иглу.

- Оп-па! - проговорил Игнат и сломал в пальцах иглу с торжествующей улыбкой, показывая две ее половинки.

Позади раздались хлопки и улюлюканье.

- А ты говорил, что помрет! - радостный голос кота был словно гром среди ясного неба.

Игнат медленно оглянулся и остолбенел. На площади перед крыльцом стояли кот и … трехглавый дракон.

- Так это…, - замялся дракон, - переживал я за друга. Мало ли что.

А сам несостоявшийся покойник поднялся с трона своего, который тут же исчез. И серьезным голосом произнес:

- Представление окончено.

- Ты мне обещал отдать самое ценное за помощь мою, если твое задуманное не исполнится, - проговорил с хищной улыбкой кот. - Так вот, заберу у тебя самое ценное — жизнь твою, - и кинулся на Игната, выпуская свои железные когти.

Через мгновение все было закончено.

- Горынушка, подбавь огоньку, чтобы очистить тут от падали всякой, - попросил кот вытирая когти свои белым платочком, невесть откуда взявшимся.

Горыныч не стал спорить, минута и на месте, где лежал поверженный Игнат осталась только горка пепла.

- И правильно вы с ним так! - раздался голос Ольги. - Если бы вы знали, сколько душ загубленных за ним. Спасибо, что избавили меня от страшного человека. Теперь, Кощей, я навсегда с тобой останусь, никто мне больше не нужен. Женой тебе стану.

Она бросилась ему на грудь, стараясь обнять его покрепче. Но мужчина убрал от себя ее руки, отодвинул девицу подальше.

- Ты, девица корыстная, домой отправишься и до конца своих дней недолгих отрабатывать свою алчность будешь.

Не успела ничего Ольга сказал, как оказалась на дворе батюшки своего и громко хрюкнула. Ничего не понимая, она огляделась и увидела, что теперь все такое высокое ее окружает, а она почему-то на четырех ногах стоит. Подошла она к луже и посмотрела в нее. По всему двору раскатился горестный хрюк, полный боли и разочарования.

Глава 17

Глава 17.

Потекли дальше будни безмятежные, пока не появилась на пороге замка Кощея дочь княжеская Василиса, сестра двоюродная Марьяны, которая наслушалась от той о красоте Кощеевой да его богатстве, решила счастье свое испытать, женить его на себе. Марьяна так и не вышла замуж, все о Кощее страдала, даже пару раз пыталась снова добраться до его замка, но все время неведомым образом дома оказывалась. А Василиса, послушав ее рассказы, решила, что она точно доберется до него, чтобы посмотреть, что за Кощей такой, по которому ее сестра вот уже который год страдает, да других женихов прогоняет. Привыкла Василиса к тому, что любое ее желание родители спешат выполнять, никаких препятствий еще в своей жизни не видела. Вот и отправилась в Навь Кощея повидать и на себе женить, если он таким окажется, как сестра рассказывала. Долго она мужа себе искала, никто ей не нравился, прогоняла всех, кого родители в гости к ним звали да пиры им устраивали.

Добралась она до порога замка Кощеева (а как добиралась, тому не ведомо, свой секрет у нее был). На ее стук дверь открыл слуга-нежить, но не испугалась Василиса, знала уже от сестры своей о мертвых слугах, отодвинула его рукой и в замок прошла, как к себе в терем.

- Так, быстро позвали мне Кощея. Говорить с ним буду, - приказала она слугам, которые к двери поспешили и в немом вопросе застыли.

Но вместо Кощея, который снова с друзьями своими где-то пропадал, перед ней появилась разъяренная Мара, у которой сегодня день снова не заладился. С утра с Кощеем поругаться успела, потом без дела маялась, посуду била, пока занятие себе не нашла. Да и занятие, которое она нашла себе, тоже не получалось. А надо было всего-то из кубиков, на которых всего четыре буквы «п», «о», «ж», «а» слово «счастье» составить. Долго она крутила эти кубики и так, и эдак, но ничего у нее не получалось. А тут еще ее от занятия отвлекли, сообщили, что очередная девица на ее мужа претендует.

- Чего надо? - совсем недружелюбно спросила Мара у девицы, которая стояла перед ней, уперев руки в бока.

- Значит так! - начала девица. - Я пришла, чтобы женой Кощея стать. А ты убраться должна, чтобы счастью нашему не мешать.

Хотела Мара вцепиться ей ногтями в лицо, но передумала, махнула рукой и вот перед ней сидит жаба огромная.

- Женой она стать захотела, - злобно проговорила Мара. - Теперь женой того станешь, кто захочет на тебе такой красавице жениться.

Снова махнула рукой и в это же мгновение очутилась Василиса в болоте, жалобно квакнула, запрыгнула на кочку, стала осматриваться. Потом посмотрела на отражение свое в глади болотной и заплакала. А другие только жалобное кваканье услышали.

А Мара вернулась в свои комнаты, кипя от гнева. Сколько еще таких «царевен» явятся за Кощеем. И до того, пока он домой вечером вернулся, накрутила себя до того, что с порога кинулась на него с обвинениями.

- Значить так, муж мой, с этого дня ни одной девицы в нашем замке не будет. А если ослушаешься меня, то очень пожалеешь!

- Мара, ты хоть объясни, что происходит? - не понял мужчина. - И накорми меня сначала, потом претензии свои высказывай.

- Я не прислужница твоя, чтобы ужинами кормить! - она была уже заведена до предела и уже злость снова черными змеями крутилась возле ее головы.

- Ты жена мне, - сказал мужчина. - Если что-то не нравится, можешь уходить. Устал я уже от истерик твоих.

- Ах так?! А знаешь, ты прав. Надоело мне все это. Уйду. Давно собиралась. Только я тебя так не оставлю. Ты еще пожалеешь, что так поступил со мной!

- Успокойся, женщина, - рявкнул на нее Кощей, понимая, что унять свою жену уже не сможет. Остается только усыпить снова, правда потом она еще злее становится.

Но не успел он заклятие произнести, как она первой прокричала:

- Проклинаю тебя, Кощей! Ходить тебе страхолюдным, на труп гниющий похожим, чтобы ни одна девица в твою сторону посмотреть не смогла без неприязни.

И из красавца мужчина превратился Кощей в страшного лицом, струпья на серой коже появились, редкие волосы вместо красивых белокурых, нос крючком. Кожа на руках тоже струпьями покрылась. Мара рассмеялась, заметив творение заклятья своего.

- Вот и оставайся таким, пока тебя в таком обличии душа чистая не полюбит. А я ухожу от тебя!

Она развернулась, вернулась в свои покои, собрала вещи и в ночь убралась из замка. А Кощей сидел в своей комнате, глядя в темное окно. Вот как понять этих женщин? Сама всю жизнь истериками ему портила регулярно со знанием дела, что иногда придушить ее хотелось. Сколько она сама на вечеринки в Явь убегала, где с молодыми парнями хороводы водила, даже парочку королевичей с ума свела, а он ни разу ни на кого не посмотрел и даже в мыслях не было изменять жене. И вот сейчас он во всем виноватым оказался, да еще с такими последствиями для себя.

Ночь провел Кощей в раздумьях, а утром отправился к Баюну, о горе своем поведать.

- Ох ты ж, леший тебя подери! - была первой реакция друга. - Мара?

Кощей кивнул головой.

- За что?

- За то, в чем не виноват.

- Женщины, - покачал понятливо головой кот. - Ты пытался от ее проклятья избавиться?

- А то нет? - невесело ухмыльнулся Кощей. - Она на меня проклятье с условием наложила, что стану прежним, когда меня чистая душа в нынешнем обличии полюбит.

Кот промолчал, потом философски промолвил.

- Сколько я по Свету ходил, ни разу не видел, чтобы девицы в страшилищ влюблялись.

Кощей ничего не ответил, только вздохнул тяжело.

- Где она сама-то?

- Да кто ее знает? Вещи свои собрала и в ночь убралась.

- А давай к морю? Посидим, выпьем, мяса поедим?

- Давай, и Горыныча позовем.

Через пару минут сидели трое друзей на берегу теплого моря на белом песочке возле скатерти-самобранки, на которой красовались закуски всякие, бутыли с настойками разными, а на гриле рядом мясо шкворчало, даря божественные ароматы.

Долго сидели друзья коварство женщин обсуждая. Кот Баюн, как самый опытный, своими похождениями делился, рассказывая, сколько у него котят уже по Яви бегает.

- И знаете, хорошо, что не женился в молодости по дурости, сейчас бы не известно что моя жена бы устроила, - в конце совсем тихим голосом сказал Баюн. - Замучили меня эти кошечки, все женить на себе пытаются. А вы же знаете — ну какойиз меня семьянин? Мне бы погулять, валеньяночки бы выпить, с врагами подраться. И если на одной женюсь, другие обидятся. Нет, семейная жизнь это не для меня.

Под вечер, наговорившись и обсудив печаль-тоску Кощееву, домой собрались. Щелкнул пальцами Кощей и каждый у себя дома оказался.

Утром Кощея разбудил непонятный звук, который несся с его рабочего стола. Он разлепил веки, поднялся, подошел к столу. На нем, мигая голубым светом, чуть-ли не подпрыгивало волшебное зеркало. Кощей поднял его, провел над ним рукой и тут же появилось изображение взволнованного кота.

- Кощеюшка, родненький, приходи ко мне скорее, - его голос даже дрожал от нетерпения.

- Что случилось? Ты хоть нормально поясни, - спросонья Кощей ничего не понял.

- Ты приходи. Лучше самому увидеть.

- Ладно, - буркнул Кощей и махнул рукой, изображение исчезло.

Он привел себя в порядок, съел принесенный слугами бутерброд, хлебнул на бегу кофе и через мгновение оказался возле дуба. Кот, увидев его, бросился к нему:

- Кощенька, ты только посмотри, - кот тыкал куда-то в крону дуба.

- Ничего не вижу. Дуб как дуб. Только цепь золотая. Так это мы с тобой давно повесили. А так ничего необычного.

- Да ты подойди поближе.

Кот схватил его за руку и потянул ближе к дереву.

- Теперь смотри.

- Ох ты! - проговорил Кощей, когда разглядел среди листвы русалку, которая сидела на ветке и смотрела на них перепуганными глазами. - И откуда такая взялась? - спросил Кощей у Баюна.

- Да не знаю, - развел кот лапами. - Утром на пробежку по цепи вышел, а тут такое. Я у нее спрашиваю, кто такая, а она молчит.

- Ты у Хозяина лесного не спрашивал, может кто у них потерялся?

- Спрашивал, приходил он, посмотрел и говорит, что это не из наших краев.

Они замолчали, разглядывая незваную гостью, на местных русалок не похожую. Если Навьи русалки были с зеленоватым оттенком кожи и зелеными волосами, а эта сверкала на солнце волосами цвета золота и кожа у нее белая-белая, как снег. А она сидела на ветке, тряслась от страха.

- И что делать? - снова спросил кот. - Не могу же я ее здесь оставить? Да и зима скоро, замерзнет, жалко ее будет.

- Может у Яги спросить? - задумчиво проговорил Кощей.

- А это идея! - воскликнул кот. - Притащи ее сюда.

Кощей кивнул головой, щелкнул пальцами и вот рядом с ними Яга появилась. Теперь она в своем обычном обличии — молодая, вполне приятная женщина. В белом переднике, кружевной кокетливой косынке, в руках скалка, так как дома у себя тесто на пироги раскатывала.

- Какого лешего? - возмутилась она, увидела Кощея и рукой рот от ужаса зажала. - Кощик, кто это тебя так?

- Никто, - ответил тот и поморщился. - Помощь твоя нужна.

- Мара, точно, - словно не слышала его ответа Яга. - А я тебе тогда еще говорила, когда ты жениться на мне отказывался, что хлебнешь с ней горя.

- Яга, прекрати. Дела давние. Сейчас у нас другая беда.

Она наконец немного пришла в себя.

- Рассказывайте, зачем из дома вытащили, от дел оторвали.

- Ягулечка, - проворковал Баюн, стараясь задобрить Ягу. - Беда у нас.

Он показал лапой на русалку, которая чуть ли не теряла сознание от страха.

- Ох ты ж! - проговорила женщина. - И откуда ты такая? В Нави таких нет и не было никогда.

- Вот и я о чем. Спрашивал ее, не отвечает. Предлагал спуститься, а она все крепче за ветви держится.

- Ты дурень? - спросила Яга у кота. - Как она тебе спустится? У нее хвост, не видишь что ли?

- Точно, - хлопнул себя по лбу кот.

- Так, Кощей, организуй нам тут места для сиденья, чтобы мы поговорить могли.И спусти ее уже с дуба этого.

Через пару мгновений возле дуба раскинулся ковер с подушками. На одной из них оказалась русалка, которая еще больше задрожала телом.

- Успокойся, никто тебе зла не желает, - проговорила Яга, присаживаясь рядом с ней. - Ты меня понимаешь?

Русалка робко кивнула головой.

- Ты говорить не можешь? - продолжила расспрос Яга.

Русалка снова кивнула головой, показывая рукой на горло. Кощей и кот тоже заняли места на ковре.

- Тебя кто-то заколдовал? - Яга стала выдвигать версии случившегося.

Русалка кивнула согласно головой, немного приходя в себя, понимая, что пока с ней ничего плохого здесь не происходит.

- Давай так. Я буду задавать тебе вопросы, а ты или кивай, или отрицай.

Русалка согласно кивнула. Через час «расспросов» удалось узнать, что она и сама не знает, как здесь очутилась. А жила она с отцом своим царем Морским и сестрами в теплом море далеко за горами, в заграничном государстве, полюбила принца, но показаться ему не могла. Обратилась она тогда к морской колдунье, которая пообещала ей ноги вместо хвоста наколдовать в обмен на голос ее чудесный. Русалочка согласилась, вот только обманула ее колдунья, голос забрала, а ее саму закинула сюда, на дуб.

- Ну с голосом я тебе помогу, - задумчиво проговорила Яга. - Но вот с ногами вряд ли. И вряд ли тебя наши русалки в болото свое примут. Уж слишком отличаешься от них, красивая ты больно. Завистью изведут тебя.

- А если она у меня останется? - подал голос кот. - Кощик, помнишь, я стих тебе рассказывал, ну там где про меня написано. Еще там было «русалка на ветвях сидит». Так почему бы и взаправду такому не быть?

Все уставились на кота, женщины удивленно, а Кощей иронично.

- Что? Я дело предлагаю, - он развел лапами. - А если ей водоем нужен, ты же поможешь? Ну пруд какой-нибудь наколдуй, да такой, чтобы этим нашим русалкам злобным завидно стало, с белым песочком да камнями удобными, травой сочной по берегу. И сами потом сможет отдыхать на его берегу.

- Ну а что? Все может быть, - в раздумье Кощей почесал свою бороду и сморщился, зацепил один из струпьев на лице.

- Ну ты как, согласна? - спросила Яга у русалочки, которая уже совсем успокоилась, сознавая, что никто здесь зла ей не желает. Да и понравились ей эти новые знакомые. Кот такой большой, красивый, пушистый, так и сверкает глазищами своими зелеными. Мужчина, хоть с лица страшный, но в душе добрый и в глазах какая-то затаенная грусть. От женщины, которую все Ягой звали, тоже приятное впечатление, совсем на злую колдунью не похожа. И она кивнула головой. - Значит так тому и быть. Будет тебе голос. А с остальным ты с этим пушистым договаривайся.

Яга обошла по кругу дуб, собрала какие-то травки, приказал коту казанок принести, сварила какую-то настойку, дала выпить русалке. Ох, и горькая она была, но русалка выпила все до капли, закашлялась и почувствовала, как голос к ней вернулся.

- Спасибо, - проговорила она тихо. - Я согласна жить здесь, если не помешаю.

- Да куда там помешаешь, мне только весело будет. Буду тебе вечерами сказки всякие рассказывать, - обрадовался Баюн. - Недаром меня котом ученым называют. Я много знаю.

- И я много историй всяких знаю, - улыбнулась русалочка. - У моего отца во дворце подводном много книг было.

- А ты не хочешь к отцу вернуться? - спросила Яга.

- Нет, не могу я туда вернуться, - она печально покачала головой. - Выгнали меня родные, когда о любви моей к принцу узнали. Отец меня за своего воеводу выдать хотел, а я отказалась.

Кот взял русалку в лапы свои и понес в свой дом-дуб, новое место жительства показывать. А Яга посмотрела на Кощея.

- Мда, помочь тебе не смогу. Но попробую найти в книгах, как проклятье твое снять можно.

- Да Мара сказала, что оно само снимется, как меня чистая душа в таком облике полюбит, - вздохнул мужчина.

- И как долго ты ждать будешь? Сейчас девки такие пошли, им красавца подавай. Ладно, все равно поищу. Если что найду, скажу обязательно. Ну а теперь отправь меня домой, а то пироги сами себя не налепят. Если хочешь, заходи в гости.

- Спасибо, тебе. И за то, что заставил три года в «старушечьем» обличии ходить, прости меня.

- Да ладно, игра есть игра, сама продулась, нечего было с такой в кости играть, - она махнула рукой. - Домой меня отправь.

Яга отвернулась, чтобы он не увидел, как в ее глазах слезы жалости заблестели. Что-то расклеилась она за сегодня, слишком доброй она стала в последнее время.

***

А в это время где-то далеко за горами в теплом море гневом исходила злая колдунья, к которой снова вернулся ее хриплый голос, больше похожий на карканье вороны.

Глава 18

Глава 18.

Жила Любаша на купеческом дворе, где ее мама работала на кухне, был у них домик крохотный с одной комнаткой и кухонькой. Отец в лесу сгинул, когда девочке двенадцать исполнилось. Сейчас мама одна ее поднимала, с собой на работу в купеческий дом брала, чтобы мелкую работу помогала делать, за что иногда поесть получала. Подружилась в доме Любаша с Ульяной — дочерью ключницы, злобной и вечно всем недовольной тетки. Ульяна была старше Любы на два годочка, но такой взрослой себя чувствовала, вечно верховодила над сироткой да все нос свой задирала. Но Любаше и не в тягость поручения всякие Ульяны выполнять. Все равно, кроме них других детей при дворе не было. А на улицу выбегать, чтобы поиграть времени совсем не хватало. Так и росли они. Чем старше Любаша становилась, тем больше расцветала ее красота. Ей только-только пятнадцать годков исполнилось, а на нее уже все парни округи засматривались. Только вот она смеялась на ухаживания их, отказывалась от подарков да внимания излишнего. А Ульяна ногти по вечерам в своей светелке от злости и зависти грызла, не зная, как отомстить этой сиротке за то, что парни на нее, Ульяну, даже не смотрят.

Когда Любаше шестнадцать исполнилось, вернулся домой купеческий сын Илья. Четыре года назад уехал он в столицу учиться. Красив был он, много девиц о нем грезило и Любаша тоже думала о нем по ночам. Смотрела тогда Любаша на него и мечтала, как он вернется, заметит ее, приветит. А пока не замечал девчонку мелкую босоногую.

Когда вернулся Илья, еще краше стал, возмужал. Снова все девки в округе возле купеческого двора собираться стали.

Однажды вышел во двор Илья и увидел Любашу и Ульяну, которые присели на минуточку отдохнуть возле колодца. Оценил он красоту девичью — статная, златоволосая, синеглазая, не щеках румянец, губки к поцелуям зовут. А вторая тоже ничего так, но проигрывала подруге своей по всем статьям — и широка в бедрах, и волос серый, губы в недовольной гримасе поджаты.

Подошел к ним Илья, поздоровался. Вторая девица тут же поднялась, улыбаться ему стала призывно, Ульяной назвалась. А первая, которая Любашей назвалась, голову опустила, румянцем залилась. И так она понравилась Илье, что решил он познакомиться с ней поближе. Много красивых девиц в столице он видел, но такой красоты ни разу. И так захотелось, чтобы она женой ему стала, красой своей всех затмевала.

Узнал он у родителей своих, кто такая Любаша. Но даже то, что она из простых, дочь вдовицы, которая кухаркой у них на дворе работает, не остановило его желание мужем ей стать. А вот вторая, которая дочкой ключницы оказалась, слишком назойливой показалась ему, проходу ему не давала. Куда не пойдет Илья, все на пути своем ее встретит.

Чем дольше он общался с Любашей, тем больше понимал, что не найдет он никого краше и милее ее и объявил родителям, что жениться он собирается на ней. Ничего родители ему не ответили. А потом мать его вызвала к себе ключницу, дочь которой она давно в жены сыну своему присмотрела. Уж сильно они дружили с этой ключницей, и та уговорила, что лучше Ульянки ей невестки не найти.

А отец ушел в комнаты свои, он и сам неоднократно к матери Любаши присматривался, всем ему пригожа была эта вдовица. Свою жену злобную он уже на дух не переносил, сколько она ему кровушки выпила, но уйти от нее не мог. Всем своим состоянием родителям ее обязан. Они тогда выдали свою дочку единственную заторговца средней руки, когда она условие им поставила, что хочет его в мужья себе и другой ей не нужен. А он в свои молодые годы первым красавцем округи слыл, многие девицы на него заглядывались, как сейчас на сына его. Только вот сильно должным он оказался родителям своей будущей жены, поэтому и согласился взять ее в жены, чтобы долг огромный не платить. Так и жил он с женой нелюбимой. Когда сын родился, смирился с судьбой своей. Только стал чаще в поездки дальние отправляться за товарами разными. А жена уже лавками и домом занималась.

Упустил он воспитание сына, а тот рос мамой да тетками балованным. Когда ему шестнадцать лет исполнилось, отправил отец его в столицу учиться наукам разным. Через четыре года вернулся сын домой и почти сразу о женитьбе заговорил на дочери той, о ком отец ночами мечтал. А Любаша в мать свою пошла, такая же красавица, умница, хозяюшка. И никак он не мог понять, отчего такая девушка с этой Ульяной дружит. Ведь поганая она такая же, как мать ее, которая чуть ли не весь дом к своим рукам прибрала да жену его постоянно жизни поучала, на дела каверзные науськивала.

А Любаша поглядывала на Илью, влюблялась в этого молодца, высокого, красивого, который умел с девушками разговаривать, да краснеть своими словами заставлял. Через месяц они тайком по вечерам встречаться стали, а еще через месяц он ее замуж позвал. Любаша была самой счастливой. Но мама ее счастья не разделила.

- Доченька моя, не дадут тебе за него замуж выйти. Ты подумай, он сын купеческий, у них денег полные сундуки, а у нас только сменное белье, даже платьев нарядных и никаких богатств в помине нет.

- Мама, но я люблю его, и Илья любит меня. Мы решили, что через три недели в церковь сходим, батюшка обвенчает нас.

Мама смотрела на нее и головой качала. Мала еще дочь, глупа, в любовь светлую верит.

Когда Илья объявил родителям, что женится на Любаше, мать истерику закатила, но отец вдруг согласился, жену приструнил, сказал, что сын вправе сам решать, с кем ему счастье будет. Умчалась мать в комнату свою, ключницу позвала, стали думать рядить, как с этой Любкой расправиться. И придумали.

***

Когда до венчания неделя оставалась, отправила мать сына своего на торг в стольный град тканей закупить, а сама вызвала к себе Любашу. Когда девица зашла в комнату, а там ее еще ключница и Ульяна поджидают.

- Замуж за сына моего собралась? - прошипела змеей купчиха. - Не бывать этому, не позволю. Если и женится он, то только на Ульяне.

- Но мы любим друг друга, - попыталась возразить тихим голосом Любаша.

- Не тебя он любит, а красоту твою. А вот не будет у тебя красоты и любовь его пройдет.

- Неправда! - Любаша с трудом сдерживала слезы. - Он любит меня.

- А вот мы и посмотрим, - злобным смехом засмеялась купчиха. - И попробуй только кому рассказать, ты и твоя мать жизни лишитесь, и никто не узнает и не найдет вас.

Вдруг она поняла свою руку, сжатую в кулак, на уровень глаз Любаши, раскрыла ладонь и сдула с нее порошок прямо в глаза девушки. Любаша схватилась за лицо, пытаясь стереть порошок с лица и глаз, но ничего не получалось. На ощупь она вышла из комнаты и держась рукой за стены вышла из дома. Во дворе ее мать увидела, подбежала.

- Доченька, что с тобой?

Она обняла дочку, повела к колодцу, помогла ей умыться.

- Расскажи, что случилось? - просила мама.

- Ничего, просто глаза заболели, - тихо ответила Любаша. - Мама, я не вижу ничего.

Из ее глаз потекли слезы. Мама отвела ее домой, прижала к груди своей, понимая, что в этом купчиха и ее подруга во всем виноваты. Но как ни расспрашивала она у дочери своей, что по правде произошло, так и не созналась она, все плакала и просила никого не винить.

- Мама, я сама виновата, прошу ничего не надо делать. А глаза пройдут.

Но к вечеру глаза у Любаши так и не прошли. Теперь она дома сидела, привыкала на ощупь жить.

Когда с торга вернулся Илья, сразу же пришел к Любаше домой. Когда он увидел, что она слепой стала, отодвинулся от девушки, словно от больной проказой.

- Илюша, ты же не оставишь меня? - прошептала Любаша.

- Знаешь, Люба, давай пока с венчанием подождем. Как ты слепая в церковь пойдешь? Знаешь, я тут вспомнил, что мне срочно в дом надо, я еще маменьку не видел.

И он ушел, оставив Любашу одну. А через какое-то время в дом вошли слуги, взяли Любу за руки, вывели во двор.

- Не можем мы ослушаться, Илья приказал тебя болезную из дома подальше увезти, чтобы его глаза тебя не видели, - сказал один из конюхов купца.

Не поверила Любаша их словам, умоляла Илью позвать, чтобы он сам сказал, что отказывается от нее. Вывели девушку во двор, услышала она как к ней подошел кто-то.

- Чего ты от жениха моего хочешь? - раздался презрительный голос Ульяны.

- Узнать, за что он так со мной?

- А разве не понятно? - раздался голос Ильи. - Не нужна мне жена слепая.

- Но ты же любил меня? - голос Любаши дрожал от слез.

- Любил, но сейчас разлюбил. Вон за Ульяну вместо тебя выйду. Да и приданое за ней дают богатое, не то, что тебе. Да у тебя вообще ничего за душой нет.

- Да-да, убирайся со двора нашего, чтобы глаза мои тебя не видели.

Раздался смех когда-то ее подруги. Любаша стояла, словно ее в дерьме вывозили.

- Дайте с мамой хоть проститься, - попросила она.

- Нечего с ней прощаться, в кухне она занята, пир нам готовит.

Любашу снова взяли за руки, подвели к телеге, которая ее уже ожидала, посадили на нее. Долго тряслись на телеге, но дорогу Любаша не видела. Своими глазами она теперь могла только различить день на дворе или ночь. Когда на улице стемнело, ссадили ее с телеги. Любаша слышала, как она развернулась и поехала обратно. На ощупь она нашла камень и села на него. Куда дальше идти, она не представляла.

Вдруг рядом голос раздался:

- Чего, красавица плачешь?

Она повернула голову на голос.

- Привезли меня сюда люди злые. Ослепла я, куда дальше идти, не знаю.

Тут ее руки коснулось что-то мягкое и пушистое.

- Это лапа моя, не бойся, красавица. Меня кот Баюн зовут, но чаще котом ученым.

- А меня Любаша.

И она рассказала ему свою историю. Почесал кот у себя в затылке.

- Давай завтра подумаем, что с тобой делать, а пока на ночь в трактире у Хозяина остановимся.

- У меня денег нет, не пустят меня в трактир.

- Ничего, со мной пустят, накормят и спать уложат. Пошли, держись за меня.

Любаша взяла за лапу кота и осторожно последовала за ним. Как только они переступили порог, девушка услышала приятный мужской голос.

- Доброго вечера, путники. Рады видеть вас у нас в трактире. Сейчас на стол накроем. Баюн, помоги девице. А пока нам накрывают, расскажи свою историю.

Она опустила голову, чтобы не видели, как по ее щекам слезы стекают и снова поведала о любви своей, предательстве и как тот, кого она любила и замуж за него собиралась, вывез из дома своего. А подруга Ульяна теперь невеста ее жениха.

- Не переживай, отплатят они за все в свое время, - сказал Хозяин. - Ешь и спать ложись. Утро вечера мудренее. А завтра решим, что будем делать.

***

С этого дня на купеческом дворе постоянно что-то происходило, то товар сгорит, то подвал с припасами и зерном зальет. А еще крысы в доме появились, которые все припасы съели из-за чего пришлось свадьбу отложить, чтобы новые закупить.

А мать Любаши так ничего и не узнала, куда дочь ее делась. Никто не видел ее, никто не сознавался, что увезли ее в лес темный. Долго она по дочери своей горевала, но делать нечего, жить надо дальше.

Глава 19

Глава 19.

Утром Любашу разбудил голос кота.

- Вставай, лежебока, пора в путь.

- Подожди, а куда мы пойдем? - забеспокоилась девушка.

- В замке жить будешь. С хозяином я договорился. А там, может и беде твоей поможем, видеть будешь.

Любаша, как смогла, быстро привела себя в порядок, потом Хозяин накормил ее пирогами с чаем, пожелал добра. Кот вывел ее из трактира. Не успела Любаша и пару шагов сделать, как почувствовала, что оказалась в совершенно другом месте. Если прежнее хвоей и прохладой пахло, словно на лесной опушке, то сейчас камнем и полынью. И сумеречно было, словно день на пороге ночи остановился.

- Ну вот мы и пришли, - сказал кот, ведя девушку за руку. - Осторожнее, сейчас через два шага будут ступени.

- Где мы? - тихо спросила Любаша.

- Не волнуйся, мы в замке у моего друга. Он сейчас выйдет к нам. А вот и он, - сказал радостным голосом кот. - Привет, Кощеюшка, а мы к тебе.

***

И потекли дни чередой. Отвели Любаше комнату на первом этаже. В ее услужении были слуги, которые во всем ей помогали. Вскорости она и сама освоилась, полюбила к колодцу душ ходить, слушать, о чем говорят они.

А еще полюбила в саду гулять. Скоро она уже каждую дорожку знала, в беседки отдыхать заходила.

Часто к ним в гости кот Баюн со своей русалкой захаживали, собирались они тогда все вместе у камина, где сказки кота слушали. И русалка тоже много историй рассказывала. Иногда Яга появлялась, которой тоже девушку жалко стало. Но чаще всего друзья у дуба собирались, где место для Горыныча было, не мог он уже в замке бывать из-за габаритов своих.

Все нравилось Любаше, а особенно летать на Горыныче. Когда она впервые поднялась на нем в воздух, было страшно, но пришли невероятные ощущения ветра в лицо, высокого полета и надежной спины Кощея, который позади нее сидел и крепко прижимал к себе, не давая ей упасть.

Сколько времени прошло, тому не ведомо. Как-то собрались все друзья у дуба, снова поляну скатертью самобранкой накрыли, о делах своих беседы вели. И тут к ним прибежала запыхавшаяся Яга.

- Кощеюшка, я узнала! Нашла, как Любаше помочь можно. Узнала, что в горах высоких есть ключ волшебный, исцеляющий все болезни. Только слишком высоко он в горах находится. Если добраться туда, набрать воды, дать Любаше умыться, вся хворь пройдет, снова видеть будет.

- А я, кажется, знаю где этот ключ, - задумчиво проговорил Горыныч. - Наше гнездо рядом с ним находилось. Родители говорили, что их охранять этот ключ поставили. Только что теперь с ним, я не знаю, родителей моих нет уже, - он поник всеми тремя головами.

- Ты найти сможешь, где гнездо ваше было? - спросил Кощей.

- Давно это было, да и мал я был, когда из гнезда улетал. Но попробовать надо.

Они стали обдумывать план, потом решили, что Горыныч вместе с котом полетят искать источник с целебной водой, стали в дорогу собираться. В этот же день и вылетели.

Не было их целых пять дней, все извелись, ожидаючи. Но вот на небе показалась точка, которая все приближалась и приближалась. Еще несколько минут и рядом с дубом приземлился Горыныч, а с него спрыгнул уставший, но довольный Баюн, который прижимал к груди баклажку.

- Вот! - радостно прокричал он. - Привезли!

Все бросились обниматься, радуясь удаче.

- Подождите, - сказал кот, - мы не просто воды волшебной привезли, но и сам дух источника.

И рассказал кот историю. Оказывается, давным-давно отправили боги родителей Горыныча охранять волшебный источник, которые исцелял от всех болезней, годы жизни продлевал. И находился он в горах высоких, где непонятно каким образом источник этот бил. И за день всего две пригоршни воды набиралось. Прознал про него злой человек, решил себе источник присвоить, но вот родители Горыныча этому мешали. Тогда распустил он слух, что, если кто убьет чудищ, что в горах живут, самым сильным человеком станет. И устроили мужики на них охоту, поймали и убили. А маленького Горыныча злой человек к себе забрал, держал в плену своем. Возле источника стражей своих поставил, стал воду продавать — по глотку за два золотых. Быстро обогатился и жил припеваючи.

- Когда мы все это узнали, отомстить решили злому человеку, - сказал кот. - Его самого разорвали в клочья за то, что родителей нашего Горыныча сгубил. А дух источника сам решил с нами убраться из тех мест. Вот и привезли мы его.

Кот гордо показал баклажку, в которой весело плескалась вода.

- Он сказал отпустить его в любой водоем и станет вода в нем волшебной, целебной.

Думали-решали и придумали отпустить дух источника в водопад, что в саду Кощеева. Миг — и все возле него оказались. Кот торжественно открыл баклажку и вылил воду в водопад. А вместе с ней и дух туда отправился.

- Любаша, попробуешь водой умыться? - спросил кот.

Но вдруг они голос услышали, такой, словно колокольчики звенят:

- Подождите немного, я обживусь здесь. Пока место новое для меня и воды много. Я все узнать должен. Оставьте меня пока на сутки, завтра приходите.

Как не хотелось быстрее зрение вернуть, но согласилась Любаша подождать немного. И так вон сколько ждала. А на следующий день случилось чудо. Снова друзья возле водопада собрались, подошла к нему по мосткам поближе, набрала в руки воды и лицо свое умыла. Все замерли, ожидая результат и вдруг услышали голос ее радостный:

- Я вижу! Я вижу вас!

Все рады за нее были, только одно огорчило Кощея. Увидел он, как в глазах девушки страх мелькнул, когда она его увидела. Постарался он отойти подальше, чтобы на глаза ей не попадаться.

***

С того дня еще прошло время, теперь Кощей почти не появлялся в замке. Любаша проводила дни в одиночестве. Она полюбила сидеть возле колодца душ, слушая рассказы о жизнях, гулять по саду, вышивать скатерти. С хозяином встречалась очень редко. Каждый раз, глядя на его лица, вздрагивала от ужаса, слишком страшный он был, хотя она знала, что у него очень добрая душа.

В замке ее окружили заботой и вниманием. Слуги спешили выполнить любое еежелание. По вечерам она любила разговаривать с Головешкой, который рассказывал ей о хозяине и его друзьях. Любаше казалось, что знает она их уже сотню лет, так ей было уютно в их компании. А потом от Головешки узнала, что случилось с Кощеем, как прокляла его жена за то, что исполнял он волю богов. Жалко его стало, но вот смотреть на него было страшно.

***

Когда дух волшебного источника поселился у Кощея в саду, он попробовал умыться этой водой в тайне от друзей, пришел туда один глухой ночью. Набрал он в ладони воды, омыл лицо свое, но ничего не произошло, так и остался страшным. Сел на скамейку возле водопада в печали и не сразу заметил, что он не один.

- Кощей, - раздался голос рядом.

Мужчина вздрогнул от неожиданности, повернул на голос голову.

- Привет, отец. Зачем ты здесь?

- Пришел проведать сына своего, спросить, как дела. Давно мы не виделись.

- Как дела, - невесело усмехнулся Кощей. - Смотри, как дела.

- Ох ты ж, - прокомментировал Чернобог то, каким стало лицо его сына. - Кто?

- Догадайся, - глухим голосом ответил Кощей.

- Мара? - в ответ мужчина кивнул. - И где она?

- Ушла. Куда не знаю. Да и знать не хочу. Не пущу ее больше к себе.

Они помолчали.

- Ты сам пытался проклятье снять? - спросил Чернобог, незаметно для сына тоже пытаясь снять это проклятье, но ничего у него не получилось.

- Пытался. Вот и водой волшебной пришел умыться.

- Мда-а-а-а. Нет ничего страшнее проклятья рассерженной женщины. Может, условие какое поставила?

- Поставила. Чтобы меня чистая душа в нынешнем облике полюбила.

Они снова замолчали, наблюдая, как на ночном небе сиротливо светит одинокая звезда.

- А что девица, которая сейчас у тебя живет? Она же не на испытании?

- Нет. Обидели ее сильно, купчиха зрения ее лишила, а жених из дома выгнал. Баюн нашел ее, привел ко мне. Пусть живет, все равно деваться ей некуда.

Снова наступило неуютное молчание.

- Отец, прошу, поговори с братом своим. Устал я этих влюбленных испытывать. Сам же видишь, что произошло, чем все закончилось. Да и вообще.

Он махнул рукой, тяжело вздохнул.

- Ладно, я услышал тебя, поговорю с братом.

Потом Чернобог поднялся и исчез, словно и не было его здесь мгновение назад.

***

Через некоторое время где-то в небесных Чертогах.

- Привет, брат.

- Привет, рад видеть тебя.

- Поговорить пришел к тебе.

- О чем? Давно ты у меня не появлялся.

- Об испытаниях.

Наступило тягостное молчание. Потом Белобог первым начал разговор.

- Знаешь, мне кажется пора это заканчивать. Ничего хорошего из этого не получается.

Чернобог согласно покивал головой.

- Смотришь, - продолжал Белобог, - вроде и любовь между ними, а чуть что, малейшие трудности и расходятся. Но иногда и вмешательство все разрушить может. Мало ли что парень испытаний испугался, домой вернулся. Но чувства у него к девице какие-то есть? Неужели разлучать их?

- Знаешь, что из-за этих испытаний Кощей пострадал?

Белобог посмотрел вопросительно на брата.

- Разозлилась на него Мара, что в замке у них девицы посторонние, заколдовала его, проклятье наслала. Помнишь, каким красавцем он был? Так теперь страшнее нет никого.

- Ты разве не смог проклятье снять? - удивился Белобог.

- Нет, - печально покачал головой Чернобог. - Сильнейшее проклятье обиженной женщины с условием. Невыполнимым.

- Извини меня, брат. Ты, наверное, прав. Пора заканчивать эти испытания. Пусть сами люди решают, кто им по сердцу, кого под венец поведут, как семью устраивать будут. Просто с этого дня будут сами себя проклинать, ошибки свои, если не сложится у них. А так, знаешь сколько я проклятий наслушался? - потом Белобог посмотрел куда-то вверх. - Прошу свидетелей нашего договора подтвердить слова мои — мое желание братом выполнено и ничего он мне больше не должен.

Вспыхнул над ними белый огонек и погас, принимая слова Белобога.

- Спасибо, брат, - поблагодарил его Чернобог. - Пойду я.

- Извини, что так с сыном твоим получилось.

Глава 20

Глава 20.

Утром проснулся Кощей от какого-то предчувствия. Слуги помогли в порядок себя привести, а потом открылась дверь и вошел Головешка.

- Господин, Вам послание от отца.

Он протянул свернутую в трубку бумагу. Кощей взял ее, развернул, быстро прочитал и грустно улыбнулся. «...договор отменяется...». Это, конечно, хорошо, но что ему теперь делать? Навсегда он с таким лицом останется. Разве что морок на себя напускает, когда с котом в Явь гулять уходят.

Потом новая мысль зашла к нему в голову — что делать с Любашей. Не дело живой девушке в Нави жить. Надо будет поговорить с ней, хотя и пришлась она ему по сердцу. Хорошо ему было с ней, пока она лицо его не увидела, не испугалась. Такой доверчивой была, так радовалась их общению. Он помнил каждый миг, которые они вместе провели в беседах и прогулках. Особенно полеты на Горыныче были близки ему, когда он прижимал ее к груди своей и под рукой слышал, как бьется ее сердечко от радости полета. Открытая, добрая девушка. Несмотря на предательство, не потеряла она веру в людей, такой же доверчивой осталась.

Долго думал Кощей, как поступить с Любашей, с котом и Горынычем советовался. Не нашли они решения. Горыныч просил оставить ее, кот был согласен в Явь ее вернуть. Дать ей приданое, мать из купеческого двора забрать, где злобная купчиха готова со свету ее сжить, и поселить где-нибудь в другом городе, подальше от злых людей. Яга советов не давала, да и Русалка тоже молчала. Не было решения.

А сама Любаша тоже места себе не находила. Пока она лица Кощеева не видела, слепой была, люб он ей стал. Ценила она заботу его, доброе сердце. И друзья его нравились девице, только добро от них видела, пусть и называли их «нечистью». Да какие они нечисть, когда более честных и добрых существ она не встречала. Вон и Хозяин лесной был добр к ней, ни гроша не взял за постой и обед. Кот помог с открытой душой. Кощей в замке своем поселил, окружил заботой. А слуги его, хоть и нежити, но всегда внимательны к ней, обходительны. Но когда лицо Кощея увидела, испугалась она, слишком страшен он был. Не такого она мужчину рядом с собой представляла.

Шли дни, Кощей по-прежнему сторонился ее, но из замка не гнал. Каждый день она ходила к колодцу душ, слушала рассказы их. Однажды поднялась к ней легкая голубоватая дымка.

- Здравствуй, дочь, - послышался тихий знакомый голос.

- Папа? - она всматривалась в призрачный облик, который возник перед ней, находила черты отца своего. - Папочка.

Любаша заплакала.

- Не плачь доченька. Прости, что не с вами сейчас.

- Папочка, скажи, что случилось с тобой? Нам так ничего и не сказали, куда сгинул ты.

- Медведь сломал меня, а волки кости обглодали.

- Мы ждали тебя, искали, - слезы не унимались.

- Не надо плакать, девочка моя. Прошу, маме скажи, что я очень любил ее. Пусть не печалится, мужа себе надежного найдет. Не стоит одной жить. Плечо ей нужно надежное, чтобы защитник был рядом.

- Папочка, но как же…

- Не надо, дочка. Меня уже нет рядом. Поэтому жить надо дальше. Передай маме, что я буду рад, если она снова счастье свое найдет. И тебе счастья желаю. Я знаю, что с тобой произошло и как у Кощея оказалась. Поверь, он хороший, надежный. Если решишь у него остаться, правильно сделаешь. Не даст он тебя в обиду, будешь рядом с ним в безопасности, - тут его призрачный образ таять начал, время его истекло. Любаша только успела услышать его последние слова, - и в любви…

Долго сидела Любаша возле колодца, все слова отца вспоминала, в душу свою смотрела. И поняла, что слишком дорог стал ей Кощей, пусть он страшен сейчас, но душа у него прекрасна. С такими мыслями она вернулась в свою комнату, решив, что вечером обязательно поговорит с Кощеем. Только попросит отпустить ее на денек к маме, чтобы рассказать все, что с ней случилось и не переживала за нее, слова отца передаст. А потом вернется к Кощею и останется с ним до конца дней своих.

Дождалась Любаша ужина и поспешила в трапезную, где хотела Кощея застал. И угадала. Он сегодня дома был, уже сидел за столом. Она на мгновение глаза закрыла, чтобы смущение свое скрыть, потом села с ним за стол.

- Доброго вечера, приятного аппетита, - проговорила она.

- Добрый, спасибо, - глухо ответил ей Кощей, наклоняя ниже голову, чтобы лица его не было видно.

- Я хочу поговорить, - она с трудом держала свой голос, чтобы не дрожал от волнения. Хотелось казаться сильной. - Я давно уже живу здесь.

- Да, давно. Пора нам уже поговорить, - прервал ее Кощей. Он и сам собирался поговорить с девицей. - Ты можешь уходить, я отпущу тебя, дам с собой приданое богатое, поселю в любом городе, в котором ты захочешь. И маму твою туда же перенесу, чтобы вы жили и беды не знали. Если ты готова, то завтра и отпущу.

Она вздрогнула. Разве Кощей хочет избавиться от нее, надоела она, не ко двору пришлась, не люба ему?

- Но я бы хотела остаться с тобой, - решилась она на отчаянный шаг. - Некуда мне идти отсюда, здесь сердце мое. Только хочу маму повидать, сказать, чтобы не ждала меня и слова отца передать.

Кощей слушал и не верил, что девушка его выбирает. Не мог он в это поверить. Потом решил, что отпустит ее завтра к маме. Вернется обратно, хорошо, а нет, значит не судьба. На том и закончили ужин, разошлись по комнатам.

Утром собралась Любаша в дорогу, вышла в трапезную.

- Кощей, я обещаю, что вернусь. Просто маму надо проведать. Не знает она, что со мной случилось.

- Хорошо, я буду ждать тебя.

- Я буду скучать, - она робко посмотрела в его глаза. Сейчас она не видела его уродства, в его глазах был весь ее мир.

- Если твердо решишь вернуться, возьми этот амулет заговоренный. Он сразу сюда тебя перенесет.

***

Через мгновение Любаша оказалась в доме мамы. Она сама сидела в светелке, зашивала юбку свою. Исхудала мама, круги под глазами, сколько слез она пролила по дочери своей, о судьбе которой так и не могла узнать.

- Мамочка, - шагнула к ней Любаша. - Мамочка, дорогая моя.

Они бросились друг к другу, обнялись и долго не могли отпустить руки. Когда наконец немного успокоились, мама осмотрела дочку свою. А на ней платье богатое да украшения золотые с каменьями. Не девушка, а королевишна. А красавицей стала, что описать невозможно. Любаша сама себя не узнавала, ведь в замке на ней простой сарафан был. А еще она увидела в углу два сундука один большой, другой поменьше. Открыли они с мамой их. В одном одежда была, в другом злато да каменья.

- Ох, - мама закрыла рукой рот, чтобы не закричать от неожиданности. - Доченька, откуда это? Даже у купца нашего богатств меньше, чем здесь.

- Это гостинец тебе от Кощея.

И Любаша рассказала маме все, что с ней произошло, начиная с подлости купчихи, предательства любимого, как к Кощею попала, как сдружилась с Навьими жителями. А потом призналась, что любит она Кощея больше жизни и вернуться к нему хочет.

- Ой, доченька, ты же света белого больше не увидишь, - всплеснула руками мама.

- Не увижу. Но это не главное. Главное, что я буду с тем, кто люб мне, кто в сердце моем живет. И мне хорошо с ним и его друзьями.

Долго они говорили, до самого утра. Передала она маме слова отца. Долго мама плакала, глядя в темное окно, жизнь свою вспоминала с любимым своим.

- Ой, заговорила я тебя, мама, не отдохнула ты. Опять весь день на ногах будешь на кухне этой?

- А что делать?

- Так у тебя сейчас денег сколько хочешь. Можешь жизнь свою новую начать. Уедешь, дом купишь, дело свое откроешь. Может и мужа себе найдешь.

Печально усмехнулась мама.

- Может и уеду, ты права. Нечего мне здесь больше делать. А может ты со мной?

- Нет, вернуться я хочу к Кощею. Ждет он меня, сердцем чувствую. А может, ты со мной? С Хозяином лесным тебя познакомлю. Живет один, мужчина видный, добрый.

Мама рассмеялась, принимая слова дочери за шутку. Но вот сама Любаша задумалась, а почему бы нет?

- Ладно, пора на кухню мне, - поднялась мама из-за стола.

- Давай помогу тебе, быстрее справимся. И ты пока подумаешь над словами моими.

Выбрала Любаша себе платье попроще, чтобы на кухне управляться, да не такое уж и простое оно было, из ткани заморской, хоть и кроя простого. Повязала волосы платком шелковым и пошли из домишки своего на кухню, где служанки увидели Любашу, шум подняли, все разглядывать ее стали, какой красавицей она стала, в каком платье добром она пришла.

Не прошло и пяти минут, как на кухню нагрянули купчиха, сын ее Илья и Ульяна, жена его. Смотрят во все глаза на Любашу. Купчиха и Ульяна красными пятнами пошли, злость свою еле сдерживают. А Илья во все глаза девушку разглядывает, которую из дома выгнал своего. Сейчас перед ним стояла красавица писаная в платье красивом. Скосил он глаза на жену свою и губы поджал. Видел в ней сейчас только злобную да страшную девицу, лицо которое перекосило от зависти.

- Ах ты, гадина такая, - закричала купчиха, пытаясь схватить Любашу за косу, что через плечо перекинула была. - Как ты посмела сюда явиться?

- А ну отстань от нее, - неожиданно между Любашей и купчихой мужчина возник, высокий да видный, в добротной одежде, явно не бедной. - Не мало ли ты зла ей причинила, злая женщина?

Голос мужчины звучал на всю кухню раскатами.

- Давно ты на беду напрашиваешься, давно слежу за тобой, пора и отвечать закозни свои.

- Ты кто такой? - купчиха не успокоилась, подбоченилась и стала наступать на мужчину. - Я здесь хозяйка, а ты ворогом сюда пробрался. Отвечай, кто ты такой?

- Я — Хозяин лесной. Любаша и мама ее под защитой моей.

Что-то еще хотела прокричать купчиха, но Хозяин махнул рукой и замерла она, как муха в янтаре, стоит статуей со ртом открытым, рукой для замаха поднятой. Мужчина улыбнулся Любаше, которая спасителя своего по голосу узнала. В его трактире она ночь провела, улыбнулась ему. Он тоже улыбнулся ей. Мама прижалась к дочери, не понимая, что происходит.

- Теперь с вами, - продолжил Хозяин. - Ты, - он указал на Ульяну, - подругу свою предала, встала между ним и женихом ее, в подлости участие принимала. Ты, - он указал на Илью, который понял, что добром для него не кончится и старался улизнуть из кухни, - любимую свою предал, отказался, когда она слепой стала, деньги вместо любви выбрал, а еще кичащийся богатством родителей своих, не тобой заработанным. Отправляетесь на остров необитаемый, будете там жить вдвоем. Ничего и никого рядом с вами не будет. Сможете — выживите. А нет, нечего других винить.

И исчезли Илья и Ульяна в тот же миг, даже ничего сказать не успели. В это время в кухню вбежала ключница, которая с порога на Хозяина кинулась:

- Ты кто такой? Куда дочку мою дел? Я царю на тебя пожалуюсь, велит он казнить тебя страшной смертью.

- Замолчи, женщина, - он махнул рукой и застыла она, голоса лишенная. Только стоит и рот разевает, сказать ничего не может. - Ты виновата в корысти великой. Ради денег подговорила купчиху ослепить Любашу, свою Ульяну в жены Илье подсунула. И сколько ты денег наворовала? Сколько мешочков с золотом в подполе своем прячешь? Сколько ты жизнь Любаше и ее матери портила? Кто посоветовал купчихе ослепить девицу и добыл порошок? Виновата вокруг. За это ты и купчиха в вечное Пекло отправляетесь. И чтобы никогда оттуда не выбрались, лишаю вас способности видеть.

Он махнул рукой и исчезли купчиха и ключница, подруга ее закадычная. Потом он повернулся к Любаше и маме ее, улыбнулся доброй улыбкой.

- Ну что, девицы, готовы домой вернуться?

- Готова! - твердым голосом ответила Любаша, прижимая к себе маму, которая стояла и слова сказать не могла, не веря глазам своим.

- А ты, Настасьюшка? Согласна ли в дом мой войти хозяйкой желанной? - спросил Хозяин лесной у женщины, которая до сих пор в себя прийти не может. - Давно я за тобой наблюдаю, люба ты мне характером своим, хозяйственностью, улыбкой доброй. И виноват я перед тобой, что мужа твоего не уберег от зверья лесного. За то прошу стать женой моей любимой, хозяйкой моего сердца, никогда в обиду тебя не отдам.

Она во все глаза смотрела на этого высокого, сильного и красивого мужчину, вспоминая слова мужа, которые ей дочь передала: «Пусть мужа себе надежного найдет. Не стоит одной жить. Плечо ей нужно надежное, чтобы защитник был рядом». Недолго она думала и головой кивнула.

В тот же миг все изменилось. Любаша в замке Кощеевой оказалась, а Настасьюшка в хоромах Хозяина лесного.

Глава 21

ЭПИЛОГ

Кощей не заметил, как возле него Баюн оказался, только почувствовал толчок в бок.

- Чего это ты такой напряженный сидишь и в окно смотришь? Любашу свою ждешь?

- Жду, - кивнул Кощей головой.

- Не веришь, что вернется она?

- Не знаю. И верю, и боязно мне.

- Если любит — вернется. Верь.

***

Ночь в напряжении прошла, ни на мгновение не сомкнул глаза Кощей, все в комнате своей сидел и в окно глядел, ждал, когда Любаша на дороге появится. Вот и следующий день настал, а он все у окна сидит. Дело к обеду подходит, а Любаша все не возвращается. Застучало его сердце печально, опустил он голову.

- Не люб я ей, - тихо проговорил Кощей.

Но в это время в комнату вбежал Головешка.

- Хозяин! Хозяин! Любаша вернулась!

- Где? - подскочил с места Кощей.

- Там, в большой трапезной. И Баюн с ней.

Кощей сорвался и помчался по коридорам и лестнице к судьбе своей. Не успел он дверь открыть, как бросилась к нему Любаша, обхватила руками шею и в губы ему поцелуем впилась.

- Любый мой, - шептала она, глядя в глаза Кощея, ничего не замечая вокруг. Только сердце билось ее сильно-сильно, словно птичка в силки пойманная. - Никуда я от тебя не уйду. Не прогоняй, не смогу я без тебя. Ты жизнь моя, судьба.

- Любая моя, - шептал ей Кощей, - никуда не отпущу тебя. В сердце моем живешь, жизнью моей стала.

И не видела Любаша, что лицо его прежним стало, только еще красивее, так как любовь — лучшее украшение для всех. Запустила она пальчики свои в волосы цвета лунного серебра, перебирая их шелк. Но ничего она не видела, только глаза своего мужчины ярко синие с фиолетовыми искорками, которые светились счастьем, которого любила и который любил ее.

***

А что же другие наши герои?

Хозяин Лесной. Привел Хозяин Настасью в хоромы свои, прижал к груди своей, назвал женою любимой. И она не отпрянула от него, обняла за шею сильную, поцеловала его, потом доверчиво голову свою ему на грудь широкую положила, доверила ему жизнь свою.

И было у них счастье долгое и еще двое детишек. Но это уже потом. А пока они счастью радовались, узнавая друг друга и ни на мгновение не отпуская взгляды свои с любимых лиц.

***

Кот Баюн и Русалка. Хоть и не женился Баюн на Русалке своей, но никому отдавать ее не собирается. А она и не собирается уходить от него. Знает русалка о детишках его многочисленных, но только улыбается, знает, что больше не потянет его в марте в Явь новых кошечек искать.

***

Горыныч. Но вот тут сложнее. Не найти ему пока пару себе. Но он счастлив тем, что друзья его сердечные счастливы.

***

- Яга. Не суждено ей суженного найти. Судьбой написано одной жить. Но иногда захаживает к ней в избушку на странной ножке пирогов отведать Черт. О чем они говорят, тому нам не ведомо.

***

Илья и Ульяна. Отправил их Хозяин на Остров необитаемый, полный дичи и фруктов. Там всегда лето, урожаи можно каждые полгода снимать (ну если хозяйством заняться). Вот только переругались они между собой. Связал Илья плот и пытался уплыть от Ульяны, которая надоела ему своими упреками да придирками хуже горькой редьки. Но пропал он в водах глубоких. Может и спасли его сестры Русалки нашей, но об этом ничего автору не известно. Ульяна, не привыкшая к труду, не долго прожила, сгинула от голода.

***

Купчиха и подруга ее ключница. Оказались в самом Пекле. А оттуда, как известно, выхода нет. И души их сгинули, слишком много зла в них.

***

Мара. Вот тут сложнее. Узнала она, что проклятье ее с Кощея спало, явилась она в замок, чтобы увидеть ту, кто ее место занял. Пыталась она доказать Кощею, что любит его до сих пор, но услышала в ответ, что кто любит, тот зла любимому не желает, получила его прощение. Но вот возвращать жену обратно он отказался. Куда она дальше ушла, никто не знает. Ну и не надо.

***

Сказка — ложь. Но! Правды в ней больше.

***

Пы. Сы. А тем, кто переживает, что сундуки в доме Настасьи остались могу сказать — не стоит переживать. Хозяин лесной их с собой забрал, чтобы женщина его любимая самой красивой была и ни в чем нужды не знала.

********************