Сказ про комариху Зудиловну

Глава 1

Во деревне то было Незнамовке,

Что стоит близ реки Неизвестенки.

Жил там мирной работой крестьянскою

Мужичок Тимофей Емельянович

Со своею семьёй многочисленной

В не просторной избе у околицы.

Хоть не нажил ни денег, ни важности,

Но любили его деревенские

За терпение и сострадание,

Да за вечное добродушие,

За весёлый пляс…

Да не о том сказ.

А в болотце вблизи от Незнамовки

Комариха жила меж осокою

Да питалась горячею кровушкой

Местных стад, что паслись здесь близёхонько.

И при этом по каждому поводу

Разводила она многословие:

То начнёт потихонечку плакаться,

То внезапно вскипит лютой злобою,

То смешает вдруг жалобность с завистью.

Потому прозывалась «Зудиловна».

А прозвище - не грязь:

Не стряхнёшь враз.

Как-то выдалось лето без дождика.

Обмелела река Неизвестенка.

Пересохли озёра с болотцами.

Ручейков по долам поубавилось.

Увядать стали рощи и пастбища.

И грибов во бору не замечено.

И уж ягоды сохнут неспелые.

И уж просто напиться водицею

Стало трудно лесным обитателям:

И медведю, и малой пичужечке.

Нет сил резвиться,

Коль нет водицы.

В тихий вечер, когда красно солнышко

Закатилось за степи широкие,

И уже опадать принималася

Духота иссушённого воздуха,

Возвращалась скотина в Незнамовку

Вовсе уж без кнута понукания.

На одной из коров до околицы

Прибыла комариха Зудиловна

И к ближайшей избе Тимофеевой

Подлетела сквозь пыль придорожную.

Встречай хозяин

Коль дверь раззявил.

И пищит комариха Зудиловна:

Будь здоров, Тимофей Емельянович!

Знают все о твоём добродушии.

Окажи ты и мне милость малую.

Отсидеться дозволь в твоём погребе

В эту засуху, будь она проклята.

Не стесним и не будем нахлебничать:

Жаркий день будем сиживать в погребе,

Вылетать только тёмною ноченькой,

Чтоб глаза не мозолить хозяевам.

Окажи милость –

Приюти сирость.

Пожалел Тимофей горемычную.

Видел сам, что наделала засуха.

Приютил во дворе обездоленных.

Перебралась семья комариная

В тёмный угол прохладного погреба.

Покидали его только потемну

Отыскать крови малую капельку

У лошадки, собаки ль, коровушки.

Всё согласно тому обещанию,

Что с них взял благодетель с хозяюшкой.

Получил одолженье –

Прояви уваженье.

Вот проходит недолгое времечко.

Тимофею жена стала сетовать,

Дескать, меньше даёт их коровушка

Молока для семьи против прежнего.

Тот, конечно, с вопросом к Бурёнушке:

Отчего молока поубавилось?

Ну а та отвечает бесхитростно:

Не даёт мне уснуть ночь за ночкою

Комариха, зудя прямо на ухо.

Оттого уж и клевер не радостен.

В тягость забота,

Коль спать охота.

Поскребя озадаченно темечко

Подошёл Тимофей прямо к погребу

Объясниться с семьёй комариною.

- Ты прости меня, гостья незваная,

Коль тебя потревожил не вовремя,

Но хочу прояснить неувязочку,

Что меж нами теперь намечается.

Понаслушавшись зуда всенощного

Не даёт уж корова-кормилица

Молока вдосталь нам против прежнего.

Постарайся впредь

По ночам не петь.

Комариха на то гневно взвилася.

- Это что ж, Тимофей, получается?

Пред людьми напоказ милость выказал,

А теперь выживаешь попрёками?!!

Уж и голос подать возбраняется,

Не услышав за то нарекания!

Прадед твой нас уже недолюбливал,

По щекам беспощадно прихлопывал!

Видно все вы, людишки, без совести!

Но терпеть это я не намерена!

Берегись, Тимошка!

Закрывай окошко!

От таких обвинений надуманных

Онемел Тимофей Емельянович.

И по утру побрёл он задумчиво

Запасать сено милой коровушке,

Размышляя, когда ж превратился он

Из весёлого и терпеливого

В озлоблённого, ненавистного.

Ну а сердце его жгло сомнение:

Виноват или всё ж оговоренный?

И не спорилось дело хозяйское.

Уж не в радость труд,

Коль на сердце пуд.

Ну а ночью, как только лампадочку

Погасил Тимофей пред иконою,

Комариха, проникшая с вечера,

В тишине зазудела с издёвкою.

Домочадцев во сне растревожила,

Пропищав всем на ухо проклятия.

А потом и кусаться наладилась.

И чесал дед Макар нос укушенный.

И плечо растирала хозяюшка.

И заплакал младенец Иванушка.

А спросонок, да влёт

Кто ж её убьёт!

В час, когда из предутренних сумерек

Первый луч возвестил пробуждение,

Не доспавший, уставший, покусанный,

Выходил Тимофей за околицу.

Глянул он на красоты рассветные

И подумал: как ранние пташечки

Не закроют нам солнце всходящее,

Так и та кровопийцалетучая

Нам не застит семейные радости,

Клеветой не навяжет смирение.

Много терпел,

Да, видать, предел!

Он вернулся к родимой калиточке.

И сказал, распахнув крышку погреба:

- Вылетай-ка, семья комариная!

По добру, а иначе вас выкурю!

Я сочувствовал вашему горюшку,

Но за счастье семьи я ответственен.

Коль не знаете вы уважения

К тем, кто вас приютили из жалости,

Лишь кусаете нас да клевещите -

Вылетайте-ка все до единого.

И усвоил впрок

Доброту и долг.