Щенок Тошка

Глава 1

На самой окраине большого города, где старые деревянные домики прятались в густых зарослях сирени, жил-был маленький щенок. Звали его Тошка. Шерстка у него была белая, как парное молоко, а на спине рыжие пятнышки, похожие на капли апельсинового варенья. Уши у Тошки были длинные-длинные, бархатные, и когда он бежал, они хлопали его по щекам: "Шлёп-шлёп!". А еще у Тошки был хвост. Это был не просто хвост, а настоящий пропеллер! Он крутился так быстро, что казалось, будто к щенку привязали маленький вентилятор.

У Тошки было два самых любимых занятия на всем белом свете. Первое - это играть мячиком. Мяч у него был особенный - ярко-синий с одной красной полоской посередине. Когда Тошка толкал его носом, мяч прыгал высоко-высоко, до самой крыши сарая. Второе любимое занятие называлось "Охота за собственным хвостом".

Каждое утро начиналось одинаково. Тошка выбегал на зеленую лужайку перед домом, ложился на мягкую траву, прищуривал один глаз... И делал молниеносный бросок! - Цап! - щелкали белые зубки. Но зубы всегда хватали только воздух. Хвостик оказывался проворнее. Он уворачивался, подлетал вверх, описывал замысловатую петлю и снова оказывался сзади. Тогда Тошка вставал на задние лапки и начинал кружиться волчком. Земля сливалась в зеленый туман, уши летели в разные стороны, мордочка становилась сосредоточенной и смешной. Кружился-кружился, пока голова не закружится, лапы не запутаются, и он не плюхнется прямо в одуванчики, радостно высунув язык.

Однажды выдался особенно теплый денек. Солнышко грело спинку, пчелы гудели свои песни, а синий мяч так заманчиво блестел в траве. Тошка решил устроить большие прыжки. Сначала он подбросил мяч носом. Бух! Мяч подпрыгнул ровно три раза. Неплохо, - подумал Тошка. Потом Тошка разбежался и ударил по нему лбом. Бух! Мяч улетел далеко-далеко, перелетел через куст крапивы и приземлился возле старой деревянной бочки, в которой папа девочки Маши собирал дождевую воду.

- Какой отличный удар! - похвалил сам себя Тошка. - Я лучший футболист во всем нашем дворе! Он гордо задрал черный влажный нос к небу, совершенно забыв о своем главном противнике - хвосте. И хитрый хвост тут как тут! Он тихонько подобрался сбоку, изогнулся вопросительным знаком и легонько шлепнул Тошку прямо по носу.

- Апчхи! - чихнул щенок от неожиданности. От этого громкого "Апчхи!" земля дрогнула, а синий мяч, который мирно лежал у бочки, испугался, подпрыгнул от страха, закатился в узкую щель между старыми досками забора и… исчез.

Тошка замер. Он посмотрел направо, посмотрел налево, заглянул под крыльцо, обнюхал клумбу с розами. Даже вежливо спросил у важного майского жука, деловито ползущего мимо: "Простите за беспокойство, вы не видели мой синий полосатый мяч?" Жук лишь сердито прожужжал что-то неразборчивое и скрылся в листве.

Мяча нигде не было. Тошка подошел к забору. Щель была темной, глубокой и пахла сырой землей и паутиной. Соваться туда носом было страшно - мало ли кто там живет? Может быть, злой гвоздь или колючий репейник. Тошка сел перед дыркой и глубоко вздохнул, его веселый день сразу стал скучным. В животе стало пусто и холодно, совсем не так, как бывает после вкусного обеда. Ему даже гоняться за хвостом расхотелось. Зачем бегать за своим хвостом, если самый лучший друг, синий мяч, потерялся навсегда?

Вдруг сверху раздалось звонкое: "Чирик-чирик! Фьють-фьють! Какая замечательная грустная морда! Можно я на ней посижу?"

Тошка поднял голову. На самом верху забора сидел крошечный воробей. Перышки у него были взъерошенные, одно крыло чуть темнее другого, а глаза-бусинки смотрели очень внимательно и умно. Это был воробей Чик. Он был самым любопытным и быстрым почтальоном во всем дворе.

- Не надо сидеть на моей грусти, она колючая, - тихо сказал Тошка. - Мой мяч провалился в эту страшную черную дыру. Он такой круглый, такой упругий… Мы с ним играли в футбол. А теперь мы никогда больше не будем играть. Чик перепорхнул с забора прямо на макушку Тошки. От его маленьких коготков защекотало.

- Футбол - это серьезно, - важно прочирикал воробей. - Я видел твою игру. Ты отлично прыгаешь. Но зачем ты пытался съесть свой собственный хвост? Он же невкусный, я пробовал перышки, знаю.

- Я не хотел его есть, я хотел его поймать! - возмутился Тошка. - Но дело не в этом. Мяч застрял. Я слишком большой, моя голова не пролезет в щель. А тебя, Чик, может проглотить темнота.

Воробей Чик ничуть не испугался. Он слетел вниз, походил вокруг щели, заглянул внутрь одним глазом, потом другим. Потом почистил клюв о край доски. - Темнота меня не глотает и я ее не боюсь, - заявил он. - Я быстрее света. Закрой глаза, футболист, и не дыши на меня мокрым носом, я сейчас буду совершать подвиг!

И прежде чем Тошка успел сказать "Будьте осторожнее", Чик сложил свои маленькие крылышки и нырнул в темноту. Снаружи осталась торчать только его пестрая спинка и кончик дергающегося хвоста. Из-под забора доносилось сопение, царапанье и возмущенное: - Ой! Кто здесь поставил старый башмак? Чирик! Ай! Паутина на ушах! Куда катится этот мир?

Тошка сидел ни жив ни мертв. Он зажмурился так сильно, что его пятнистая мордашка стала похожа на печеное яблочко. Он слышал, как воробей борется с темнотой. Казалось, прошла целая вечность. Наконец, в щели показался сначала острый клюв воробья, потом растрепанный хохолок, а затем… Затем Чик вылетел наружу, тяжело дыша. В клюве, крепко-накрепко зажатая маленькими, но отважными челюстями, висел старый шнурок.

- Получайте ваш спортивный снаряд! - прохрипел Чик, выплевывая добычу прямо на траву. - Там темно, пыльно и живет очень недовольный жук. Еле ноги унес. То есть крылья.

Тошка потянул за шнурок и мячик выкатился в траву. Бум-м! Мячик звякнул об камень. Живой. Целый. Родной. Тошка подскочил к нему, осторожно взял пастью и нежно лизнул синий мячик. - Спасибо тебе, Чик, - прошепелявил он сквозь мячик. - Ты самый смелый воробей на свете. И самый лучший друг на свете !

Чик выпятил грудь колесом, чтобы все видели, какой он герой, но тут же скромно поклонился: - Пустяки, друг. Главное в нашем деле - это помощь. Если бы твой хвост не отвлекал тебя, ты бы заметил, что мяч укатился раньше, и ему не пришлось бы сидеть в компании пауков.

Тошка смутился. Действительно, виноват был его собственный вертлявый хвост. Щенок подошел к воробью, аккуратно опустился на живот, положил голову на передние лапы и помахал хвостом-пропеллером очень медленно и плавно, выражая глубочайшее уважение. - Я обещаю, - торжественно сказал Тошка. - Что сегодня весь день буду ловить только мяч. А хвост пусть отдохнет. За твои труды, Чик, я приглашаю тебя на обед. Мама девочки Маши насыпала мне полную миску отличных хрустящих косточек. Тебе должно понравиться.

Глаза воробья загорелись ярче солнца.

- Косточки? Настоящие куриные? С зазубринками? - переспросил он.

- Самые лучшие, - кивнул Тошка.

В тот день они больше не расставались. Тошка учился подкидывать носом мяч - раз, два, три!

А Чик сидел на ветке яблони, командовал процессом, - "Выше бей, мазила!", и зорко следил, чтобы синяя игрушка никуда не закатилась. Время от времени Тошка поглядывал на свой хвост. Тот обиженно качался из стороны в сторону, чувствуя себя лишним на этом веселье.

- Не дуйся, - говорил хвосту Тошка. - Вечером, когда стемнеет и Чик полетит спать к себе под крышу, мы с тобой устроим такие гонки по лужайке, что у всех соседских котов шерсть дыбом встанет. Договорились? Хвост весело вильнул. Договорились.

А мама Маши смотрела на них из окна, улыбалась и думала, что иметь таких друзей - это самое большое счастье на свете. Ведь настоящая дружба способна достать любой мячик даже из-под самого дальнего забора.