РЫЖИК

Глава 1

- Ну чего ты ревешь, глупая? Кто тебя обидел? Опять тётка достаёт?

Рыжая веснушчатая девчушка лет шести подняла заплаканное личико и кивнула.

- Она ска-сказала… сказала, что я рябая и меня замуж никто не возьмёт! И им меня, дармоедку, до смерти корми-и-и-ить! – малышка снова уткнулась в ладошки и заревела.

Мальчишка, такой же рыжий, веснушчатый и курносый, погладил сестру по голове.

- Ну-у, Рыжик, не плачь! Ты вырастешь и будешь самая-самая красивая! И тебя увидит какой-нибудь князь и сделает своей женой!

Рыжик подняла голову и посмотрела на брата.

- А если совсем невмоготу станет, мы и убежать можем! – твёрдо сказал мальчик.

- Нет, нет! Чего ты! Тётушка добрая, кормит нас!

- Кормит она… объедками! Точно убежим! И кур всех выпустим, пусть ловит по всей улице!

У брата было такое суровое лицо, что Рыжик рассмеялась. С тех пор, как умерли родители, братик Арн остался единственным родным человеком на свете. Он защищал её от взрослых мальчишек, так и норовящих пнуть сиротку; защищал от строгой тётки – папиной сестры, взявшей их на воспитание; и даже однажды от страшного чёрного козла с большими изогнутыми рогами. Козёл был очень бодучий и напал на Рыжика, но добрый братик храбро отогнал чудище хворостиной.

- Ну, повеселела? Тогда побежали, покажу кое-что!

Арн схватил Рыжика за руку, и они побежали в лес. Здесь брат с сестрой всегда чувствовали себя привольно. Лес напоминал мать: и гостинцем – вкусной ягодкой – угостит, и под сосновой веткой мягкую постель из хвои постелет. Но сегодня Арн не останавливался, бежал вперед. За ручей, за бор, за дальние малинники, через бурелом, краем ельника.

- А куда мы бежим? – спрашивала запыхавшаяся сестра, но мальчик отвечал каждый раз:

- Увидишь, Рыжик, увидишь!

Ельник сменился редкими высокими соснами, но и они вскоре кончились. Рыжик остановилась и округлила глазёнки – перед ней раскинулся розовый от цветов вересковый ковёр. Он простирался вдаль насколько хватало взгляда, и лишь на самом горизонте чернел лес. Над вереском радостно жужжали шмели и пчелы, собирая нектар с крошечных колокольчиков. Край вересковой пустоши обрамлял прекрасный белый мох. Из белой опушки то тут, то там выглядывали шляпки крепеньких боровиков – каждая словно из коричневого бархата.

- Ух ты! Красота какая! И сколько грибов! А мы и корзины не взяли… В подол собирать придется…

Брат с сестрой долго бродили по пустоши, пока солнце не закатилось за лес и его последние лучи не украсили небеса закатом. Величественные наковальни-облака окрасились розовым, золотым и пурпурным, а край неба над чёрными деревьями заалел.

- Как же красиво, братик! Спасибо, что показал мне все это! – Рыжик улыбалась, задрав голову и восторженно открыв рот, а Арн с гордостью оглядывал всё это великолепие, словно он сам раскрасил небо закатом и устелил землю вересковым ковром.

***

- Ну, Рыжик, не реви! Глупышка моя! Я вернусь, обещаю тебе! А из похода привезу золота и каменьев. Оденем тебя, как королевну, приданое справим! И самого лучшего жениха найдём, обещаю! – статный и могучий рыжеволосый Арн прижал к себе сестрёнку, гладя по медным волосам, заплетенным в две толстые косы.

- Не нужно мне приданое, братик! И жених не нужен! Главное, чтобы ты вернулся, живым и здоровым! – топнула ногой Рыжик.

- Конечно вернусь, Рыжик! – заверил её брат, - Не могу же я бросить свою маленькую сестрёнку…

Конь с могучим всадником исчез за поворотом дороги, а рыжик ещё долго стояла и смотрела вослед. Неспокойно было девичьему сердечку.

Не зря сердце беду почуяло - братик так и не вернулся. Год сестрица брата ждала, два ждала, три ждала. А как четвертый минул, сама ушла вслед за братом, но тоже не вернулась – может и сгинула где, то никому не ведомо…

***

- Ась, ну иди сюда! Давай с нами! Тебе не интересно что ли? – Светка уговаривала подругу присоединиться к однокурсникам, столпившимся вокруг Юльки, притащившей какую-то пыльную статуэтку и доску для общения с духами. Юлька-ведьма была знаменита на всю общагу и даже Стас, Асин парень, вместе с остальными толпился у стола, на котором Юлька разложила свою шаманскую дребедень.

- Ну Ась, не ломайся! – пробасил Стас. – Чего отбиваешься от коллектива.

Ася по-птичьи наклонила голову и недоверчиво улыбнулась.

- Ну ты же знаешь, что всё это ерунда…

Юлька недовольно фыркнула:

- Отстаньте от неё! Тоже мне, фома неверующая нашлась!

Стас бочком выскользнул из толпы и, сцапав в объятия Асю вернулся на место. Девушка только плечами пожала, мол если вам так угодно – поучаствую.

- Раз наша фома удостоила нас визитом, с неё и начнём! – провозгласила Юлька-ведьма сунула Асе в руку старую пыльную статуэтку.

Девушка недоверчиво взглянула на вырезанную из дерева фигурку девушки, на Юльку… вдруг перед глазами потемнело.

…Она, Ася, стояла посреди вересковой пустоши и плакала, а широкоплечий юноша, похожий на неё так, как могут походить только близнецы, обнимал её за плечи и обещал вернуться…

Когда Ася открыла глаза, она сидела на полу, а вокруг столпилась вся группа. Светка трясла подругу за плечо.

- Ну! Вдела что-нибудь? Расскажи? – неслось со всех сторон.

Ася встала, отряхнула юбку.

- Ничего я не видела! Мне от духоты плохо стало. Пропустите, мне на воздух надо!

Стас даже не проводил её.

Ася и не думала рассказывать кому-либо о том, что видела. Поначалу она сама списала странное видение на недостаток кислорода, но потом ей каждую ночь стали сниться странный сны. В них была она в тех же странных древних одеждах и с длинными волосами, а рядом постоянно находился рыжеволосый юноша со странным именем Арн. Ася знала, что это её брат, которого она очень любит.

- Я вернусь, глупая, ты главное дождись меня! А когда грустно станет – сюда приходи! – говорил Арн в каждом видении, прижимал Асю, которую называл Рыжиком, к себе и гладил по голове.

После таких снов девушка просыпалась счастливая, по пол дня с её лица не сходила улыбка. Однокурсники перешёптывались за её спиной, а Стас изводил ревностью, но Ася не могла ничего с собой поделать. Она поняла, что больше всего на свете хочет увидеть этого могучего рыжего парня и прижаться к его могучей груди. Как тогда…

***

Электричка была набита битком. Ася с велосипедом стояла в тамбуре, прижатая к стене воняющей кошачьей мочой, грузной одышливой теткой.

- Ишь поперлась! – проворчала какая-то бабка, зацепившись за руль. – Ещё бы мотоцикл с собой потащила. Или “Жигули”!

Ася вышла на маленькой станции, с трудом вытащив тяжёлый велосипед (ни один из толпившихся в тамбуре мужиков не помог) и вздохнула с облегчение. Электричка уехала, увозя с собой ругающихся дачников, и оставила девушку наедине с неистово щебечущими птицами и запахом пропитанного солнцем леса. Ася стащила обшарпанный, взятый “на денёк покататься” у подруги велосипед с платформы и неторопливо покатила по узкой тропинке. Вокруг не было ни души, слева тянулся непролазный темный ельник, а справа за соснами оскалилось сухими деревьями растянувшееся на многие километры болото. Девушке было немного страшно, но она все равно ехала по ухабистой тропинке, каким-то шестым чувством узнавая дорогу. Ей казалось, что она уже бывала здесь когда-то. Ельник кончился, потянулась вырубка, заросшая молодыми березками и папоротником. Тропинка влилась в наезженную песчаную дорогу, уплотнившуюся после недавнего дождя. Ехать по такой дороге – настоящее удовольствие! Она словно шелковая: стелется под колесом, как ластится. Вырубка сменилась симпатичным борком, тот опять ельником, потом вдалеке показалась деревнька, вот из-за поворота вывернул маленький шустрый ручеёк, через которой был перекинут шаткий мостик.

Ася пару раз останавливалась попить воды. Хотелось поесть, но время поджимало – То Место находилось очень далеко от станции, а вернуться нужно было к последней электричке…

И вот над дорогой слева нависли ветки малины, украшенные налитыми красными ягодами. Ася улыбнулась малиннику как старому другу, сорвала парочку ягод и поехала дальше, чуть не дрожа от нетерпения. Вот-вот её глазам откроется волшебное зрелище…

Ася резко остановилась, улыбка спала с лица: холм, некогда поросший белым мхом, пересекал уродливый шрам просеки. Из исполосованной следами колёс земли торчали столбы линий электропередач, развороченный холм желтел песчаными ранами. Ася чуть не заплакала – нет, только не их место встречи! Как же она теперь найдет своего братика?!

Она вскочила на велосипед и встала на педалях, разгоняясь. Велосипед подпрыгивал на кочках, желая скинуть наездницу, однако Ася крепко вцепилась в руль. Вперед! Быстрее узнать, что же там, на Их месте. “Шрам” змеёй вился в ту же сторону, куда направлялась девушка.

“Только не пустошь!”

Но просека вильнула куда-то влево, напоследок хищно ощерившись бетонными столбами, и Ася вздохнула. Слева и справа потянулся тёмный ельник. Тропинка кончилась, упершись в небольшую поляну, вдоль всего края заросшую огромными папоротниками. Ася слезла с велосипеда, оставив его на поляне, и пошла пешком.

На поляну на том конце ельника девушка вышла исцарапанная и усталая, но тут же забыла обо всем, восторженно распахнув глаза: за редким, почти без подлеска сосновым борком раскинулась вересковая пустошь.

“Я не ошиблась! Я нашла её! Брат скорее всего ждёт меня там!”…

Ася шла по вереску, с каждым шагом осознавая глупость своей затеи. Пусть в какой-то момент ей и показалось, что где-то там мелькнула медноволосая макушка, это была всего лишь галлюцинация, порожденная живым воображением девушки. По земле что-то прошуршало, и девушка шарахнулась, опасаясь, что это была змея. Но на проплешинку выползла погреться ящерица. Она мельком взглянула на Асю и побежала дальше, искать место потише. Девушка села на землю и разрыдалась, осознавая тщетность своих надежд и глупость поступка. Два часа на электричке, двадцать пять километров на велосипеде – и всё ради какой-то глупой поляны… Нет здесь никого, и быть не может! А глупые сны – это она сама придумала: с детства о брате мечтала, а теперь мечтает о нормальном парне. Не глупом борове, как Стасик-матрасик!

На густом кусте вереска что-то сверкнуло, отразив солнечный луч. Ася моргнула и посмотрела внимательней: на веточке, усыпанной розовыми колокольчиками, висела подвеска – две конские головы, обращённые в разные стороны. Возможно, кто-то потерял… Повинуясь внезапному порыву, девушка спрятала её себе в карман.

Вдруг все стихло – перестали щебетать птицы и жужжать шмели, ветер больше не трепал кустки вереска. Солнце стало нестерпимо яркое, а воздух душным, стоячим. Ася подняла голову и увидела, как из-за ельника надвигалась огромная, чернобокая туча.

Раскат грома вывел землю из оцепенения – сорвавшийся с цепи ветер швырнул в лицо первые капли, плети вереска заметались по поляне, деревья раскачивались, словно испуганные кумушки…Ася бросилась под большую ель, чтобы переждать дождь, но она не спасала от хлестких струй. Через полчаса стало понятно, что небо затянуло сплошной пеленой туч, весёлый ливень сменился по-осеннему промозглым дождём. Девушка села на велосипед и поехала, разбитая и усталая, а капли летели в лицо, словно плевки насмешников. Когда Ася добралась до станции, её зубы стучали от холода, а одежда промокла насквозь.

***

- Аська, я тебе говорила – иди к врачу! А ты что? “Само пройдёт!” Ну вот и прошло…

Ася откинулась на пропахшую больницей подушку и прикрыла глаза.

“Мама, ну помолчи ты!”

Да, запущенная по глупости простуда! Да, воспаление лёгких! Да, опасно! Но временами Асе казалось, что она скорее умрет от маминых нравоучений, чем от болезни.

- И чего ты поперлась такую даль с велосипедом? В парке плохо каталось? Дура ты, Аська!

Вот именно, дура. Соблазнившись самолично придуманной сказкой об утерянном в прошлой жизни брате, она поехала чёрт-те куда, попала под дождь и теперь лежит в больнице с пневмонией, рискуя завалить летнюю сессию. Это ж не просто дура, это к психиатру пора!

Дождавшись, пока мама уйдет, Ася тихонько выскользнула в коридор, а оттуда на лифте на первый этаж, в холл. В холле все так же пахло больницей, но посещающие больных люди приносили с собой запах улицы, живой и настоящий… Девушка устало присела на скамейку и замерла – неподалеку от нее стоял огненно-рыжий парень, её ровесник и в вглядывался вдаль.

- Привет… - робко сказала ему Ася.

Через полчаса они уже знал друг о друге всё, что нужно было знать. Паренька звали Вадимом, и он любил ту же музыку, книги и фильмы, которые любила Ася. Но несмотря на то, что Вадим искренне и открыто улыбался девушке, в глубине его глаз таилось что-то…

- Мне операцию завтра должны делать… сложную… - признался Вадим перед расставанием. – Я боюсь.

Ася тут же вспомнила про медный амулетик, найденный на пустоши, сбегала в палату за ним и отдала Вадиму. Девушка наплела кучу ерунды про чудодейственные свойства этой вещи – так ей хотелось подбодрить нового знакомого. Но Вадим только недоверчиво пожал плечами и спрятал медную подвеску в карман.

С тех пор Ася каждый день спускалась в холл, выискивая знакомую рыжую макушку. Она почти сразу узнала в Вадиме Арна. Того самого Арна, которого потеряла много жизней назад – теперь Ася-рыжик была уверена в правдивости этой истории!

Но, как на беду, Вадим так ни разу и не появился. Девушка не знала, куда деться – ему должны были делать сложную операцию… А вдруг…

Ася прятала лицо в ладони и мотала головой, изгоняя из неё гадкие и злые мысли….

***

Ася собрала свои вещи в спортивную сумку – её выписывали. Вадим не спускался в холл полторы недели… Девушке было до слез жалко этой непрочной мимолётной связи между ними. Арн… Значит и не в этой жизни тоже? Как же так…

Ася натянула пальто и в последний раз оглядела холл. Двери лифта открылись и из него, тяжело переваливаясь и семеня вышел бледный паренёк в пижаме. Почти рука судорожно вцепились в капельницу. Это был Вадим. Он подошёл к Асе и синеватыми сухими губами прошелестел:

- Спасибо за амулет.

Паренёк улыбнулся девушке, что-то положил ей на ладошку и снова засеменил к лифту. Она посмотрела на руку – там лежал кулон и свернутый листок бумаги. Когда Ася вернулась домой и развернула записку. Там было всего лишь три слова. И номер телефона.

Девушка уткнулась лицом в подушку и разревелась. От счастья.

На белой развернутой бумажке синело: Я ТЕБЯ ВСПОМНИЛ.

***

- Мааам! Ну скоро? Ну скоро?! Ну мы уже три часа едем? А что там?!

- Там красиво.

- Просто красиво?

- Да, просто красиво.

- Ну маам, ну расскажии?! Папа сказал, что вы там с ним познакомились! Это правда?

- Не совсем…

- А ты расскажешь?

- Расскажу. Когда-нибудь потом. Только ты всё равно не поверишь… Кстати, ты дождевик взяла?

- Ну взяла. Только зачем – на небе же не облачка!

- Мало ли что может быть…