Ромка и бурундук по имени Лев

Глава 1

Календарь показывал конец июля. В Екатеринбурге стояла такая адская жара, что, казалось, даже асфальт под ногами плавился. Солнце, по всей вероятности, решило оторваться за все дождливые дни и сияло так ярко, что даже солнечные очки мечтали о какой-нибудь противосолнечной шторке.

В квартире, которая находилась на тридцатом этаже, было ещё тяжелее, чем на улице. Здесь с жарой не справлялся даже кондиционер, хотя и очень честно пытался.

— Всё, я устала, — сказала мама, вытирая со лба солёные капли пота. — Я так больше не могу. Предлагаю поехать с ночёвкой на водохранилище.

— Отличное предложение! — радостно захлопал в ладоши папа, на минутку оторвавшись от телефона, в котором до этого что-то с умным видом рассматривал. — Решено! Я пойду в гараж за палаткой и спальниками, а вы быстрее собирайтесь. Жду вас внизу.

И, снова взяв в руки телефон, он стремительно вышел из квартиры.

— Мам, а водохранилище — это как море? — спросил Ромка.

За свою пятилетнюю жизнь на море он уже успел побывать, а вот на водохранилище или никогда не был, или просто не помнил этого, потому что в последний раз ездил туда совсем маленьким.

— Нет, оно меньше моря, но тоже большое, — устало проговорила мама, складывая в рюкзак свой купальник и Ромкины шорты.

— Мама, положи ещё мою футболку и зонтик. А вдруг пойдёт дождь? — задумчиво произнёс мальчик.

— Вот ещё! Зачем нам лишние вещи тащить? Если пойдёт дождь, спрячемся в палатке.

— А если он будет такой сильный, что промочит палатку? — мечтательно спросил Ромка.

— В таком случае зонтик нам тоже не поможет, — улыбнулась мама и протянула Ромке его рюкзачок, из которого весело выглядывал красно-синим боком резиновый мяч. — Пошли быстрее, папа нас уже заждался.

Папа сидел за рулём заведённой машины и что-то привычно писал в телефоне.

— Папа, ты палатку взял? — на всякий случай уточнил Ромка.

— А? Да-да, обязательно, — ответил папа, не отрываясь от телефона.

— Большую взял? — спросила мама.

— Ну а какую же ещё? Вы готовы? Тогда поехали!

— Поехали! — радостно крикнул Ромка.

Машина плавно тронулась с места и, постепенно набирая скорость, поехала туда, куда её вели навигатор и руль в папиных руках.

Ехали минут сорок. На трассе почти не было машин.

— Наверное, весь народ от жары спрятался: кто в лесу, кто на озере, — задумчиво сказала мама. — Хоть бы у берега свободное место нашлось.

— Куда оно денется? Найдётся, конечно. Там места много, — уверенно произнёс папа, одной рукой держа руль, а другой снова потянувшись к телефону.

— Вася, — строго сказала мама, — положи телефон. Ты не один едешь — ты нас везёшь.

— Да-да, сейчас, — рассеянно кивнул папа, убирая телефон, и тут же радостно добавил: — А мы уже приехали!

Ромка выглянул в окно.

— О-о-о! Это почти как море! — радостно крикнул он.

Весь берег водохранилища был буквально усыпан отдыхающими. Они лежали, сидели и даже стояли везде, где только было можно.

— Ого! — растерянно произнесла мама. — И где же мы будем ставить палатку?

— Сейчас что-нибудь придумаем, — бодро ответил папа и принялся внимательно изучать берег.

— М-да… — пробормотал он. — Людей здесь больше, чем в лесу грибов.

— Грибов? А что, в лесу много грибов? — заинтересованно спросил Ромка. — Я ни разу не собирал грибы.

— Какие грибы в такую жару? — сказала мама. — Ни один гриб в засухе не вырастет. Они тоже не любят, когда солнца слишком много.

— А я люблю, когда много солнца! — радостно сказал Ромка. — Смотри, как хорошо: тепло-тепло, и даже мухи не летают. Наверное, им тоже жарко.

— Ладно, хватит болтать, — сказала мама. — Давайте лучше искать место для палатки.

— Давайте, — согласился папа. — Только где?

— Ты у меня спрашиваешь? — удивилась мама.

— Ну а у кого ещё? Не у Ромки же, — отозвался папа.

— А я знаю, знаю где! — заторопился Ромка. — Спросите у меня, спросите!

— Ром, не тяни. Если знаешь — говори, — устало сказала мама.

— Смотрите, вон там лес. Видите ёлочку? Под ней есть место — как раз для нашей палатки. Там много места! Поехали туда быстрее, пока никто не занял!

— И правда, — сказал папа. — Такое удобное место, и никто его не занял… Даже как-то странно.

Папа быстренько подъехал к найденному месту и заглушил машину.

— Ну, давайте разгружаться. Я уже устал рулить.

— Какое хорошее место! Правда, далековато от воды… Зато никого рядом нет. И всё-таки это как-то странно, — сказала мама.

— Папа, доставай палатку! Надо быстро её установить — и купаться! — воскликнул Ромка, бросая свой рюкзачок прямо на траву.

— Сейчас всё сделаем, — бодро ответил папа, открыл багажник и вытащил из него большой мешок.

— Что это? — тихим шёпотом, от которого всё вокруг сразу захотело спрятаться, спросила мама.

— Как что? Палатка, — растерянно ответил папа.

— Какая это палатка? Это зимние одеяла, которые я убрала на лето в гараж. Ты их зачем взял?

— Так у них мешок такой же, как у палатки. И лежал он на том же месте, где обычно лежит палатка, — начал оправдываться папа, уже понимая, что дело пахнет керосином.

— Надо же… Вот и езжай теперь обратно за палаткой, а мы с Ромкой пойдём купаться.

— Я, конечно, поеду. Но если вы уйдёте купаться, это место тут же займут, а другого мы уже не найдём, — логично возразил папа.

— И что ты предлагаешь?

— А давайте я пока немного отдохну здесь, на одеяле под ёлочкой, а вы покупаетесь. Потом вернётесь — и я поеду за палаткой.

— Хорошо, — устала злиться мама. — Ром, пошли купаться.

— Пошли! — весело согласился мальчик, которому это приключение уже начинало нравиться.

Вдоволь поплескавшись в воде недалеко от берега, Ромка решил пойти отдохнуть к папе на одеяло.

Подбежав к ёлочке, он увидел, что папа крепко спит, зажав в руке телефон, а рядом сидит и осторожно водит носом, словно к чему-то принюхиваясь, небольшой зверёк с полосками на спине и длинным хвостом.

— Ой, а ты кто? — спросил мальчик, с любопытством глядя на зверька.

— Кто-кто, — неожиданно ответил зверёк недовольным голосом. — Не видишь, что ли? Бурундук я!

— А ты умеешь разговаривать? — изумился Ромка.

— Если бы не умел, то и не разговаривал бы, — слегка раздражённо ответил бурундучок.

— Но мне всегда казалось, что животные… Ой, то есть звери, не умеют разговаривать.

— Конечно, не умеют. Если только не находятся под волшебной ёлкой.

— А что, эта ёлка волшебная?

— Пока да. Но у меня есть подозрение, что уже ненадолго.

— Ненадолго? Но почему?

— Почему-почему… Потому что дождь с волшебной живой водой куда-то пропал и не возвращается. А без него ёлочка погибает. Не видишь, что ли, как ей плохо?

Ромка внимательно посмотрел на ёлку, под которой, тихонько похрапывая, спал папа.

— Не вижу. Ёлка как ёлка… Вон, папу тенью укрыла, а сама стоит крепкая, зелёная. Может быть, ты что-то не так понял?

— Это не я так понял. Это я точно знаю. Меня белка, у которой тут неподалёку дупло, на помощь позвала. А просто так она паниковать не станет. Не тот зверь, понимаешь ли.

— И что теперь делать? — растерянно спросил Ромка.

— Что-что… Надо идти дождь искать. Ты со мной?

— А что, можно? — обрадовался Ромка.

— Не можно, а нужно, — недовольно пробурчал бурундучок и махнул лапкой налево. — Я думаю, нам туда.

— Ты думаешь или ты знаешь? — на всякий случай уточнил Ромка.

— А какая разница — думаю или знаю? Надо идти туда.

— Хорошо. Но мне нужно предупредить папу и маму, а то они станут меня искать.

— Не станут, — важно ответил бурундучок. — Они ничего не заметят.

— Мама всегда всё замечает, даже если и говорит обратное, — растерялся Ромка.

— У меня есть волшебные часы, — важно сказал бурундук. — Пока мы с тобой будем искать дождь, для твоих мамы и папы время остановится. Для нас оно будет идти как обычно, а они ничего не заметят.

— Ух ты! — восхитился Ромка. — А мне такие можно?

— Нет, нельзя. Они одни такие и используются только в исключительных случаях, — важно ответил бурундук. — Ну что, мы идём или продолжим стоять на месте?

— Идём! — решительно сказал Ромка.

— Тогда подожди.

Бурундук достал из-за пазухи крошечные часы на тонкой цепочке. Часы были круглыми, золотистыми и такими маленькими, что легко поместились бы в Ромкиной ладони.

— Только торопиться всё-таки придётся, — предупредил он. — Часы волшебные, но даже волшебство не любит, когда им пользуются слишком долго.

Он повернул крошечную стрелку.

В тот же миг папино похрапывание оборвалось на середине. Лист, падавший с ветки, застыл в воздухе, а над водой неподвижно замерла чайка.

— Получилось? — шёпотом спросил Ромка.

— Разумеется, — ответил бурундук и спрятал часы. — Пошли.

Он повернулся и важно зашагал в сторону леса, высоко подняв полосатый хвост.

— Подожди! — окликнул его Ромка. — А как тебя зовут?

Бурундук остановился и медленно обернулся.

— Лев.

— Какой же ты лев? — удивился мальчик. — Ты же бурундук.

— Пока бурундук, — слегка обидевшись, ответил зверёк. — Но имя у меня Лев.

— А почему?

— Потому что я хочу быть таким же храбрым, как настоящий лев. И вообще, имя должно помогать становиться тем, кем ты хочешь быть.

Ромка задумался.

— А если я назову себя Суперменом, я тоже стану Суперменом?

— Нет, — сразу ответил Лев. — Для этого ещё плащ нужен.

Ромка уважительно посмотрел на бурундука. Похоже, в таких делах тот действительно разбирался.

Лес начинался сразу за ёлочкой. Сначала между деревьями было светло, и солнечные лучи ложились на землю длинными золотыми полосами. Но чем дальше они уходили, тем гуще становились кусты и тем прохладнее делался воздух.

— А далеко нам идти? — спросил Ромка.

— Не знаю.

— Ты же говорил, что нам сюда.

— Сюда — это направление, — важно объяснил Лев. — А далеко или близко — это уже расстояние.

— И какое у нас расстояние?

— Не мешай мне думать.

Некоторое время они шли молча. Вернее, молчал Ромка. Лев всё время что-то бормотал себе под нос, останавливался, принюхивался и снова шёл вперёд.

Вдруг сверху послышался громкий треск веток, а затем прямо перед Ромкой на землю спрыгнула рыжая белка.

— Нашли? Нашли? Ну что вы так долго? Я уже думала, вы заблудились! Хотя заблудиться здесь совершенно негде, если, конечно, не идти налево у старой сосны. Там все почему-то теряются. А вы мимо старой сосны проходили? Нет? Вот и хорошо. Хотя можно было и пройти — там малина растёт. Правда, ягоды ещё зелёные. Я одну попробовала. Кислая ужасно. До сих пор во рту всё сводит.

Она говорила так быстро, что Ромка едва успевал понимать отдельные слова.

— Это Болтушка, — устало объяснил Лев.

— Я не Болтушка, — возмутилась белка. — Меня так просто называют, потому что я умею понятно и подробно объяснять. А другие почему-то считают, что подробно — это долго. Хотя я никогда долго не говорю. Я всегда говорю только самое необходимое.

— Мы уже поняли, — сказал Лев.

— А это кто? — Белка обежала вокруг Ромки и внимательно его осмотрела. — Человек? Маленький? Настоящий? А почему он с тобой? А он умеет лазить по деревьям? А орехи ест? А хвост у него где?

— Хвоста у меня нет, — ответил Ромка.

— Совсем?

— Совсем.

Белка сочувственно покачала головой.

— Как же вы, люди, без хвостов живёте? Даже представить трудно.

— Болтушка, — строго сказал Лев, — ты нас на помощь звала или хвосты обсуждать?

— На помощь, конечно. Ёлочке совсем плохо. Я сегодня утром видела: одна иголочка пожелтела.

— Всего одна? — удивился Ромка.

— Сегодня одна, завтра две, а послезавтра что будет? — всплеснула лапками белка. — Нет, так оставлять нельзя!

— Ты знаешь, куда ушёл дождь? — спросил Лев.

— Нет. Но я видела мокрые следы.

— Какие ещё мокрые следы?

— Обычные. Капли на листьях. Они тянулись вон туда.

Белка махнула хвостом в сторону густого кустарника.

— Почему же ты сразу не сказала? — недовольно спросил Лев.

— Так вы не спрашивали.

Лев глубоко вздохнул, но спорить не стал.

Они втроём отправились по следам. Болтушка бежала впереди, перескакивала с ветки на ветку и не переставала разговаривать.

— Здесь осторожно, корень. А тут муравейник. На муравейник лучше не наступать. Муравьи маленькие, но очень сердитые. Один раз я случайно уронила туда шишку, так они потом целый день возмущались. Хотя шишку я забрала. Правда, не сразу. Сначала забыла. Потом вспомнила. А потом снова забыла…

— Стойте! — вдруг крикнул Ромка.

Прямо у тропинки в траве лежала длинная гладкая палка.

— Что ещё? — спросил Лев.

— Смотрите, какая хорошая палка!

— Нам некогда собирать палки.

— А вдруг пригодится?

— Для чего?

— Пока не знаю.

Ромка поднял палку. Она оказалась лёгкой и удобно легла в руку.

— Вот видишь, — сказал он. — Хорошая.

— Все люди такие? — тихо спросил Лев у Болтушки.

— Не знаю, — так же тихо ответила белка. — Я раньше близко только грибников видела. Они тоже всё поднимают, но в основном грибы.

Они пошли дальше.

Тропинка становилась всё уже. По обеим сторонам росли высокие кусты, цеплявшиеся за одежду Ромки и за хвост Болтушки.

— Мне кажется, мы идём не туда, — сказал мальчик.

— Почему?

— Следов больше нет.

Все остановились.

Лев внимательно осмотрел траву.

— И правда нет.

— А я предупреждала, что у старой сосны все теряются, — сказала Болтушка.

— Но мы не проходили мимо старой сосны!

— Значит, теперь теряются и здесь. Надо будет запомнить.

Лев уже хотел что-то ответить, но земля под его лапами неожиданно осыпалась.

— Ой, — только и успел произнести он.

В следующую секунду бурундук исчез.

— Лев! — крикнул Ромка и шагнул вперёд.

Земля провалилась и под ним. Ромка съехал вниз по крутому склону, зацепился футболкой за корень, перевернулся и мягко приземлился на что-то большое и лохматое.

— Ай! — пискнула Болтушка, упавшая следом прямо ему на голову.

Несколько секунд никто не двигался.

— Все живы? — осторожно спросил Ромка.

— Я жив, — отозвался откуда-то снизу Лев. — Но кто-то сидит на моём хвосте.

Ромка быстро поднялся.

Вокруг было темно и пахло сухой травой, землёй и чем-то очень звериным.

— Где мы? — шёпотом спросил он.

Лев принюхался.

— В берлоге.

— В какой ещё берлоге?

— В медвежьей.

Болтушка громко ойкнула и тут же зажала рот лапками.

— А медведь где? — ещё тише спросил Ромка.

Все замерли.

Из дальнего угла берлоги не доносилось ни звука.

— Кажется, его нет, — сказал Лев.

— А если он вернётся? — спросила Болтушка. — Медведи ведь обычно возвращаются. Это же их берлоги. Они не бросают их просто так. Хотя, может, этот бросил. Может, ему не понравилось. Может, здесь было сыро. Или соседи шумные. Или муравьи…

— Болтушка! — прошипел Лев.

— Молчу я, молчу.

Ромка посмотрел наверх. Отверстие, через которое они провалились, находилось высоко над головой.

— Как же мы выберемся?

— Я могу вскарабкаться, — сказала Болтушка.

Она ловко взбежала по стене, но земля под лапками осыпалась, и белка снова съехала вниз.

— Не получается.

Лев тоже попробовал подняться, но вернулся весь в пыли и с травинкой на голове.

— Стены слишком рыхлые.

Ромка оглядел берлогу. В углу лежали старые ветки и сухая трава, а на одной из них блестела крупная капля воды.

— Смотрите! — воскликнул он. — Дождик был здесь!

Лев подошёл ближе и осторожно понюхал каплю.

— Точно. Это живая вода. Значит, мы всё-таки идём правильно.

— Только пока непонятно, как отсюда выйти, — заметила Болтушка.

Из земли торчали несколько толстых корней.

— А если сделать лестницу? — предложил Ромка.

— Из чего? — спросил Лев.

Ромка поднял свою палку.

— Из неё.

— Я же говорил, что палки только мешают, — пробормотал бурундук.

— Нет, ты говорил, что она нам не нужна.

— Это почти одно и то же.

Они вместе прислонили палку к стене. Она не доставала до самого верха, но позволяла подняться достаточно высоко, чтобы ухватиться за корень.

Первой выбралась Болтушка. Она крепко вцепилась в корень и, пыхтя, поднялась наверх. Потом белка свесила вниз длинную ветку.

Следом полез Лев. Он добрался почти до края, но вдруг замер.

— Что случилось? — спросил Ромка.

— Ничего.

— Почему ты не лезешь?

— Я отдыхаю.

— Ты боишься?

— Я не боюсь. Я договариваюсь с храбростью.

Через несколько секунд Лев всё-таки выбрался наверх.

Ромка остался один.

Он поставил ногу на палку, ухватился за ветку и начал подниматься. Земля осыпалась ему за воротник, руки скользили, а снизу берлога казалась всё глубже.

— Давай! — кричала Болтушка. — Ещё чуть-чуть! Только вниз не смотри! Хотя уже поздно, ты посмотрел. Ничего, главное — теперь не думай, что там глубоко!

— Очень полезный совет, — буркнул Лев.

Наконец Ромка ухватился за траву, растущую на краю берлоги, и звери вытащили его наружу.

Все трое некоторое время лежали на траве и тяжело дышали.

— Медведя всё-таки не было, — сказал Ромка.

— Это нам повезло, — ответил Лев.

— А может, он купаться ушёл, — предположила Болтушка. — В такую жару я бы тоже ушла. Хотя я плавать не умею. Но могла бы сидеть на берегу. Или на ветке над водой. Или…

— Пошли, — перебил её Лев.

Мокрые следы снова появились чуть дальше. Теперь капли были крупнее и блестели на листьях, словно маленькие стеклянные бусинки.

— Мы идём правильно! — обрадовался Ромка.

— Разумеется, — сказал Лев, будто ни на секунду в этом не сомневался.

Вдруг из-за пазухи Льва донеслось тихое тиканье.

Бурундук насторожился и достал часы. Крошечная стрелка едва заметно дрогнула.

— Что это значит? — спросил Ромка.

— Значит, нам лучше поторопиться, — ответил Лев, поспешно пряча часы. — Волшебство начинает уставать.

Они прошли ещё немного и оказались между двумя старыми деревьями. Вдруг мальчик почувствовал, что к его лицу прилипла тонкая ниточка.

Он попытался её снять, но запутался ещё сильнее.

— Здесь паутина! — крикнул Ромка.

Болтушка дёрнулась в сторону и тут же повисла между ветками, обмотанная серебристыми нитями.

— Не двигайся! — крикнул Лев.

— Я и не двигаюсь! Это паутина двигается вместе со мной!

Бурундук бросился ей на помощь, но через секунду сам оказался связанным по лапам и хвосту.

— Отлично, — сердито сказал он. — Просто замечательно.

Чем больше они пытались освободиться, тем сильнее запутывались.

Паутина была плотной, липкой и тянулась во все стороны. Она опутала кусты, ветки и даже траву под ногами.

Вдруг сверху послышался тяжёлый шорох.

По толстой серебряной нити медленно спускался огромный паук. Он был размером почти с Ромкину ладонь, а его длинные ноги осторожно перебирали нити.

— Кто это тут ломает мою паутину? — недовольно спросил он.

— Мы её не ломаем, — ответил Ромка. — Мы в ней застряли.

— Это ещё хуже. Я её всё утро плёл.

— Выпусти нас, пожалуйста, — попросила Болтушка. — Мы ищем дождь. Он пропал, а без него погибнет волшебная ёлочка. А если ёлочка погибнет, звери под ней перестанут разговаривать. Хотя я и без неё разговариваю. Наверное. Я ещё не проверяла. Но если вдруг не смогу…

— Болтушка, помолчи хоть минуту, — попросил Лев.

Паук подполз ближе.

— Ничего не знаю. Кто попался в паутину, тот должен ждать, пока я решу, что с ним делать.

Ромка дёрнул рукой, но нитки только сильнее стянули запястье.

И тут палка, которую он всё это время держал, неожиданно засветилась мягким зелёным светом.

— Ой, — сказал Ромка.

— Что это? — спросил Лев.

— Моя палка.

Свет становился всё ярче. По дереву пробежали тонкие золотые узоры, словно кто-то нарисовал на нём листья, звёзды и маленькие капли дождя.

Ромка тихонько пошевелил палкой.

Паутина задрожала и сама собой начала распутываться. Нити одна за другой отпускали руки Ромки, лапки Болтушки и хвост Льва.

Через несколько секунд все трое уже стояли на земле.

Большой паук от удивления даже приподнялся на задних лапах.

— Это не палка, — сказал он. — Это волшебный посох.

— Вот видишь! — обрадовался Ромка и посмотрел на Льва. — Я же говорил, что он хороший.

— Ты говорил, что это палка.

— Я не знал, что она посох.

— А зачем ты тогда её взял?

— Потому что она хорошая.

Лев хотел возразить, но передумал.

Паук спустился ниже и внимательно посмотрел на посох.

— Такие вещи просто так на дороге не валяются.

— Эта лежала, — сказал Ромка.

— Значит, она ждала именно тебя. Не каждого посох станет слушаться.

— А почему меня стал?

— Наверное, потому что ты подобрал его не ради волшебства. Ты даже не знал, что оно в нём есть.

Ромка с уважением посмотрел на посох.

Большой паук задумчиво пошевелил лапками.

— Пожалуй, тот, кого выбрала такая вещь, действительно идёт по важному делу. Я видел ваш дождь утром. Он направлялся к Поляне Счастливых Фей.

— Точно? — спросил Лев.

— Я восемью глазами видел. Думаю, этого достаточно.

— А где эта поляна? — спросила Болтушка.

Паук указал длинной лапой вперёд.

— Идите прямо. Когда услышите смех и музыку, значит, пришли.

— Спасибо! — сказал Ромка.

— И больше не рвите мою паутину.

— Мы не будем, — пообещал мальчик.

— А можно я потом приду посмотреть, как ты её плетёшь? — спросила Болтушка. — Мне всегда было интересно, как вы делаете такие ровные круги. Я однажды пыталась сплести корзинку, но она получилась похожа на шапку. Хотя если перевернуть…

Лев схватил её за лапку и потащил за собой.

Вскоре лес стал светлее. Между деревьями замелькали яркие огоньки, а впереди послышались музыка и весёлый смех.

Друзья вышли на большую поляну.

Там среди цветов кружились маленькие феи в лёгких разноцветных платьях. Одни танцевали, другие пели, третьи катались на лепестках, как на лодочках. Над поляной летали бабочки, а в воздухе пахло мёдом и земляникой.

Феи всегда были счастливы. Они радовались солнцу, ветру, цветам, утренней росе и даже маленьким тучкам, случайно появлявшимся над поляной.

В самом центре сидел маленький серый дождик.

Он был похож на пушистое облачко с грустными глазами. Из его края иногда падала одинокая капля, но тут же высыхала на тёплой траве.

Вокруг него танцевали феи.

— Как хорошо, что ты пришёл! — говорили они. — С тобой так прохладно!

— Какая чудесная капелька!

— Как приятно после жары!

Дождик немного улыбался, но глаза у него всё равно оставались грустными.

— Вот он! — прошептала Болтушка. — Нашёлся!

Лев важно вышел вперёд.

— Дождь! Ты должен немедленно вернуться!

Дождик вздрогнул.

— Куда?

— К волшебной ёлочке. Она без тебя погибает.

Дождик опустил глаза.

— Не хочу.

— Почему? — спросил Ромка.

— Потому что я всем надоел.

— Кому всем?

— Всем вокруг. Каждый день я слышал: «Опять дождь!», «Когда же будет солнце?», «Как надоела эта сырость!», «Невозможно гулять!», «Всё промокло!». Вот я и решил уйти куда глаза глядят.

— И глаза привели тебя сюда? — спросила Болтушка.

— Да. Здесь мне рады. Здесь никто не говорит, что я лишний.

Феи окружили дождик и согласно закивали.

— Мы всегда всем рады!

— Мы любим и солнце, и дождь!

— И ветер!

— И даже туман!

— Особенно если он красивый!

Ромка сел рядом с дождиком.

— Знаешь, я тоже сегодня говорил, что люблю, когда много солнца.

Дождик вздохнул.

— Вот видишь.

— Но это не значит, что дождь не нужен. Просто когда долго идёт дождь, хочется солнца. А когда долго светит солнце, становится жарко и всем снова нужен дождь.

— Правда?

— Конечно. У нас дома даже кондиционер устал от жары. А ещё без тебя грибы не растут.

— Какие грибы? — спросил дождик.

— Не знаю. Я их ни разу не собирал. Но мама сказала, что в такую жару они не растут.

Лев подошёл ближе.

— И волшебная ёлочка без тебя погибает.

— Совсем погибает? — испугался дождик.

— Пока ещё выглядит крепкой, — честно ответил Ромка. — Но Болтушка видела одну жёлтую иголочку.

— Сегодня одну, завтра две! — тут же подхватила белка. — А потом веточки начнут сохнуть, шишки перестанут расти, дупло станет слишком солнечным, а мы все перестанем разговаривать. Хотя я, возможно, всё равно смогу, но проверять не хотелось бы.

Из-за пазухи Льва снова донеслось тиканье, на этот раз громче.

— Нам правда нужно торопиться, — тихо сказал он. — И ёлочке плохо, и часы долго не продержатся.

Дождик поднялся над травой.

— Я не знал, что всё так серьёзно.

— Иногда люди говорят, что им что-то надоело, — сказал Ромка, — но это не значит, что оно совсем не нужно.

— А если они снова начнут ворчать?

— Пусть ворчат, — ответил Лев. — Настоящий дождь не должен бояться ворчания.

Дождик внимательно посмотрел на него.

— Ты лев?

— Почти, — гордо сказал бурундук.

Феи загрустили.

— Значит, ты уйдёшь?

— Мне надо, — ответил дождик. — Но я ещё вернусь к вам.

— Обязательно возвращайся! — закричали феи. — Мы будем ждать!

Одна из них подлетела к Ромке и коснулась его посоха.

— Этот посох помог вам, когда одной силы было недостаточно. Но теперь его волшебство закончилось.

Зелёный свет погас, золотые узоры исчезли, и в руках мальчика снова оказалась обычная палка.

— Жалко, — сказал он.

— Не жалей, — улыбнулась фея. — Настоящее волшебство не всегда остаётся в вещах. Иногда оно остаётся в том, кто не прошёл мимо.

Дождик поднялся выше.

— Держитесь ближе ко мне. Я отнесу вас обратно.

Он расправился над поляной, стал большим пушистым облаком, и тут же вокруг зашумел тёплый летний дождь.

Капли подхватили Ромку, Льва и Болтушку и понесли над лесом.

Внизу промелькнули деревья, медвежья берлога, паутина Большого паука и знакомая тропинка.

Через несколько секунд они снова оказались у волшебной ёлочки.

Дождь весело забарабанил по веткам, зашуршал в траве и напоил сухую землю.

Ёлочка будто сразу стала ярче. Её иголочки заблестели, а одна жёлтая иголка упала на землю и тут же превратилась в маленькую золотую звёздочку.

— Получилось! — закричала Болтушка.

— Разумеется, — важно сказал Лев. — Я с самого начала знал, что получится.

— Ты же даже не знал, куда идти, — напомнил Ромка.

— Это были рабочие сомнения.

Дождик опустился пониже.

— Спасибо вам.

— Ты больше не уйдёшь? — спросил Ромка.

— Уйду, когда придёт время. Дождь не может всё время идти в одном месте. Но теперь я буду помнить: если кто-то ворчит, это ещё не значит, что меня не любят и что я никому не нужен.

Лев достал волшебные часы. Их стрелка дрожала и почти добралась до маленькой золотой звёздочки, нарисованной на циферблате.

— Ещё немного — и они пошли бы сами, — признался он. — Хорошо, что мы успели.

Он повернул стрелку обратно.

— Всё. Время снова пошло.

В ту же секунду лист, застывший в воздухе, мягко опустился на землю. Чайка над водой взмахнула крыльями, а папа под ёлочкой громко храпнул, перевернулся на другой бок и выронил телефон из руки.

Со стороны воды появилась мама.

— Ромка! Ты уже вернулся? Я даже не заметила, как ты убежал к папе.

Ромка посмотрел на Льва.

Бурундук довольно улыбнулся.

— Я же говорил.

Мама подняла голову к небу.

— Надо же, дождь начинается! А ведь утром ни облачка не было.

Папа проснулся и сел на одеяле.

— Какой ещё дождь?

Крупная капля упала ему прямо на нос.

— Вот такой, — сказала мама. — Палатки у нас нет, зато есть два зимних одеяла. Очень полезная вещь под дождём.

— Я сейчас быстро съезжу за палаткой, — предложил папа.

— Уже не надо, — вздохнула мама. — Собираемся домой.

— А как же ночёвка? — расстроился Ромка.

— В другой раз. Когда папа научится отличать палатку от одеял.

— Они были в одинаковых мешках, — пробормотал папа.

Ромка посмотрел на Льва и Болтушку. Они сидели под нижней веткой ёлочки.

— Я ещё приду! — тихо сказал мальчик.

— Приходи, — ответил Лев. — Только в следующий раз принеси орехов.

— И расскажи, как вы живёте без хвостов! — добавила Болтушка. — Я всю дорогу об этом думаю. Это же ужасно неудобно. Например, если надо сохранить равновесие или укрыться, или показать настроение…

Мама взяла Ромку за руку.

— Ты с кем разговариваешь?

Мальчик обернулся.

Под ёлочкой уже никого не было. Только две маленькие дорожки следов уходили в мокрую траву.

— Ни с кем, — улыбнулся Ромка. — Просто думаю, что дождь — это тоже хорошо.

— Конечно, хорошо, — согласилась с ним мама. — Особенно когда мы уже собираемся домой.

Чтобы не промокнуть, они быстро сели в машину.

Папа завёл двигатель, мама ещё раз проверила, всё ли они собрали, а Ромка прижал к себе обычную палку, которая совсем недавно была волшебным посохом.

— Зачем ты тащишь её домой? — спросила мама.

— Она хорошая. Вдруг ещё пригодится.

Мама хотела возразить, но посмотрела на серьёзное лицо сына и только улыбнулась.

А дождь всё шёл и шёл, весело исполняя летний марш по крыше машины. И, кажется, впервые за долгое время никто не говорил, что он всем надоел.