Рог, щит и скафандр

Глава 1

Обычные родители летом везут детей в тёплые края. Но только не родители Егора, которые ежегодно вывозили его в сибирскую деревню. Он понимал это так – какой смысл ехать на юг тому, кто и без того живёт на юге?

Там наступала полная свобода. Помочь полить-прополоть-воды принести, это само собой, но родственников всегда наезжало так много, что продолжительной работы никому не доставалось. Одна беда – ровесников в этом изобилии работников было негусто. Двоюродный брат Никита да соседская девчонка Юлька. Точнее, не соседская, такой же городской житель. Правильнее будет – внучка соседской бабушки.

Излучина за деревней была самым любимым местом. Каждый долгий, тянущийся как резина, учебный год (всего только третий прошёл, а сколько их ещё впереди – жуть!) они мечтали о встрече не только с любимыми бабулями, но и с «их» берегом. Когда наступало лето, и Егор добирался наконец до заветного населённого пункта, там уже ждали друзья, успевавшие доехать куда быстрее: путешествие Никиты и Юльки занимало какую-то жалкую сотню километров: их родители жили в здешнем областном центре.

Юлька, хоть и не относилась к родственникам, зато относилась к «своим», участвуя в играх наравне с мальчишками, поэтому и песчаный берег, усыпанный речными окатышами, и возвышавшиеся над ним обрывы, и коса, куда запросто можно было доплыть, и сосны на холме принадлежали ей в такой же равной степени.

День был замечательный, как и все предыдущие дни. Солнце к концу каникул палило не так сильно, но вода ничуть не остыла. До комариного вечернего времени было далеко, и они успели выкупаться добрый десяток раз. Немного даже подустали и уселись на тёплый песок, передохнуть всерьёз. Жуя бабушкины пирожки, решили заодно обдумать дальнейшие действия. Явно требовалась перемена занятия.

– Предлагаю сыграть в древних воинов. Или в рыцарей, – предложил Егор и, не договорив, хлопнул себя по ноге: – Вот же вампир кусачий!

Обиженный овод снялся с ранки и стал кружить над троицей.

– Будешь воином-победителем древнего насекомого зла! – засмеялась Юлька. – А Никита комариным королём!

– Я серьёзно! – Егор вскочил, подобрал сухую ветку и стал делать выпады в воображаемого противника. – Устроим с Никитосом турнир. На песке, как гладиаторы. – А королевой мы тебя сделаем, будешь вон на том обрыве сидеть и за нас болеть.

Юлька скорчила рожицу и смешно проныла:

– Не хочу быть царицей, хочу владычицей морскою!

– В рыцарей неинтересно, – поддакнул Никита.

Большинство игр брата сводились к маханию палками и тыканию ими друг в друга. И без турнира все в синяках с ног до головы. Егору хорошо, загорел как негр, на нём и незаметно. А он, Никита – как приехал белым, так, похоже, белым и уедет, не прилипает загар, хоть ты что с ним делай.

– Давайте лучше исследовать чужую планету, – предложил он. – Представим, что это не Земля, и мы такой мир впервые видим. Может здорово получиться.

– Воины, космонавты, – загрустила Юлька. – Увешаетесь опять скучными железками. Я хотела про что-нибудь волшебное…

– Можем жребий кинуть, во что играть, – сказал Егор. – Или нет! Камень-ножницы-бумага!

Юлька тоже поднялась. Стала отряхиваться, обсыпая сидящего Никиту песком.

– Я интереснее придумала. Сейчас мы разойдёмся в разные стороны, и минут через пятнадцать сюда вернёмся. Кто что успеет интересное найти, ну, взаправду всем интересное, в то и будем сегодня играть.

***

– Ребята, вы не поверите! – кричал Егор на бегу, приближаясь к уже ожидавшим друзьям. – Со мной такое сейчас произошло!

– Я первым пришёл, – заспорил Никита, – давай, сперва я расскажу!

– На самом деле я первая, – поправила Юля, чему-то загадочно улыбаясь. – Но я отдаю свою очередь Егору. А то он сейчас от натуги лопнет!

– Бегу я, значит, по берегу, никого не трогаю, – начал тараторить Егор, – и вдруг как споткнусь о каменюку! Острую ещё такую, твёрдую. Так и полетел кувырком в траву.

А там не просто трава, а колодец заросший, полузасыпанный. Воды нет, один песок.

Вылезаю – батюшки! Ни берега, ни речки. Колодец в старинной крепости стоит, а крепость на скале, и флаг сверху с зелёным грифоном. Вокруг крепости сражение идёт. Стрелы огненные летят, крыши поджигают. У врагов тоже грифон на флаге, жёлтый. Воины меня увидели, удивились, конечно, но особо некогда им было удивляться. Хорошо, за шпиона не приняли. Отправили стрелы из крыш выдёргивать и в бочку с водой кидать. Все руки там обжёг.

Егор протянул вперёд руку, почему-то только одну. Правую он держал за спиной. На левой ладони и правда виднелись красноватые пятна.

– Враньё, крапива! – сказал Никита.

– Тихо! – прикрикнула Юлька. – Договаривались не перебивать. Дойдёт и до тебя черёд.

Егор, покосившись на брата, продолжил рассказ:

– Я не один тушил, со мной ещё пацан местный был, оруженосец. Мы разговорились, и он рассказал, что эта война длится триста лет. С перерывами, конечно. Надо же им когда-то есть и спать.

Началось всё с того, что жили-были два мирных народа, населяющих ущелье между скалами. И был у них символ власти над этими скалами – священный Серый Камень. Камень на самом деле не целый, а из двух частей. Половинка у народа одной скалы, половинка у другого. Если приходили враги, то половинки складывали вместе и отдавали выбранному на время битвы вождю, а после победы возвращали.

Всё было хорошо, пока один из камней, то есть одну половинку, не потеряли. Ведь теперь власть над скалами стала принадлежать только одному из народов, причём неизвестно, какому из двух. Каждый считал, что камень проворонили соседи, а их собственная половинка всегда была на месте.

Вот и стали воевать почём зря.

– И тут я вспоминаю, обо что споткнулся, когда падал в колодец! – победно выкрикнул Егор. – Об ту самую половинку! Я быстро падал, но успел рассмотреть. Камень полукруглый такой, как будто распилили его.

Прыгаю в колодец, и вот я у нас на берегу. Хватаю камень и лезу обратно в крепость.

Такое тут началось! Армии побросали копья, все обнимаются! После стольких лет одних битв! Оруженосца на радостях в воины посвятили, а меня назначили Хранителем Символа Мира. Склеили половинки камня и вручили хранить. Вот, гляньте.

В ладони Егора красовался довольно увесистый голыш.

– Видите склейку? Эта, белая, ровно поперёк. Лучшие ювелиры работали, камень теперь одно целое!

– Что ж воина своего не привёл? – ехидно спросил Никита. – Познакомил бы.

– Что ты! – Егор махнул свободной рукой. – Ему не до того. Он сейчас раненых помогает перевязывать, потом они ещё будут праздновать, крепость общую строить. В общем, некогда. Обещал потом заглянуть.

***

Никита вздохнул. Здорово Егор завернул, не ожидал от него такой фантазии! Его собственная история казалась сейчас не такой захватывающей. Но что делать, надо рассказывать.

– Я сначала на холм поднялся, – сказал он, – а потом тоже вдоль берега пошёл, в другую от тебя сторону. В той стороне деревья намного старше других. Мне бабушка говорила, там допотопный лес растёт.

– До всемирного потопа, значит, посадили, – хмыкнул Егор, – понятненько!

– Не до всемирного, – поправил Никита. – До всесибирского. И то не совсем. Кусочек леса ведь остался, значит, не всё затопило. Здесь даже пещеры древних людей на обрывах сохранились. Они там прятались от диких зверей.

Ладно, рассказываю дальше. Иду я так, иду, и вдруг пень.

– Тоже идёт. Навстречу, – тихо пробормотал добрый братец.

Выручила Юлька, несильно щёлкнув того по лбу.

– Молчи. Тебя-то не перебивали!

– Никуда не идёт. Стоит, высокий такой, замшелый. Решил я на него влезть, рассмотреть окрестности.

Только залез, как из-под ног у меня какой-то синий туман пошёл, я аж решил, что шаровая молния в пень влетела. Туман всё сильнее, уже и не видно ничего, и бац, рассеялся. Пня никакого нет, а стою я в телепортационной кабине на космическом корабле. Ну, что на корабле, это я потом понял. А что телепорт, это и ежу понятно. Там повсюду рычаги какие-то, экранчики. Я ничего нажимать не стал, мало ли куда занесёт!

Запомнил место и пошёл исследовать. Корабль огромный, как тысячеэтажный дом, и заброшенный, приземлился давным-давно. В иллюминаторе планета какая-то, точно не наша, я два солнца насчитал. Но выглядит неплохо, небо синее, трава зелёная. Думаю, надо выход искать, вступать в контакт с инопланетянами.

А там переходы запутанные, ужас. Хорошо, что я свой пирожок не доел, крошками путь стал отмечать, а то наверняка заблудился бы. Сквозь окна, которые не наружу, а в отсеки, увидел, что космонавты никуда не выходили: как прилетели на планету, так и лежат в каких-то прозрачных капсулах, замороженные.

Хожу-брожу, и вот вижу, робот сломанный лежит, ржавой рукой куда-то тянется. Пошёл я в том направлении. А там другой робот, такой же проржавевший. Лежит, лампочками в глазах мигает, а сказать ничего не может. Я азбуку Морзе не знаю, ничего в этом мигании не разобрал.

Просто пошёл по следу из роботов. Как раз, кстати, и пирожок закончился. Но из роботов след оказался не хуже. Каждый робот одинаково лежит, руку вперёд тянет. Я только в конце понял, куда. Там главный пульт и большая кнопка с надписью «Пробуждение». Последний робот до неё один сантиметр не дотянулся.

Нажимаю кнопку, и все люди начинают просыпаться. Оказывается, это был корабль поколений, путешествовал несколько столетий, пока не застрял. Такие корабли летят по галактике, высаживаются на планетах, оставляют часть экипажа её заселять, потом устанавливают телепорт и летят дальше. Сразу, значит, и планету обживают, и систему транспорта монтируют, чтобы в следующий раз не так долго лететь.

Роботы по дороге где-то компьютерный вирус подхватили из межгалактической сети, вот и сломались. А потом со временем и заржавели.

– Под пень, значит, телепорт оформили? – фыркнул Егор. – Оригинальненько. Космонавты спасибо хоть сказали?

– Не то слово! Объявили величайшим спасителем, мне аж неловко стало. Я ведь только кнопочку нажал. Вот, подарили на память лазерную отвёртку. Сказали, что заглянут к нам, когда на той планете обустроятся.

Никита выудил из кармана шорт, которые успел именно для этого натянуть поверх почти высохших плавок, старую выцветшую рукоять от спиннинга.

– Это тоже маскировка, как и с пнём, – предвосхищая вопросы, заявил он.

***

Юля терпеливо дождалась своей очереди.

– Я не стала далеко уходить. Знала, что не нужно искать чудес, они найдут тебя сами. Особенно в этих древних загадочных местах. Знаете, что если долго о чём-то думать, то мысли материзовываются?

– Материализовываются, – поправил Никита. – Сказки это всё.

– Никакие не сказки. Менделеев вот думал-думал про таблицу, и она ему приснилась, так в энциклопедии написано. Я думаю, ему её специально приснили.

– Нет такого слова, приснили!

– Капитан Зануда, извольте заткнуться, – вмешался Егор, – дама пытается поведать нам нечто важное!

– Это вон тот холм, – показала Юля, когда мальчишки закончили обмен полушутливыми угрожающими жестами. – Только вы ушли, как он разошёлся, и в лучах волшебного света появился розовый единорог. Говорит, ждал, пока эти двое уйдут. Не переносит мальчишек, у единорогов на них аллергия. Он повёл меня за собой в подземную цветочную страну. Там есть своё подземное солнце и подземная луна, не такие яркие, конечно, как наши. А живут там феи, гномы, эльфы и другие таинственные существа.

Жители подземной страны рассказали мне, что они который уже год пытаются устроить весёлый праздник, как в старину. Но их волшебный народ живёт под землёй столько сотен лет, что они забыли, как надо веселиться.

Видели бы вы это печальное зрелище. Жгут костры, водят хороводы, и всё с такими кислыми рожами. Как в нашей школе, на репетициях праздников.

Мальчишки прыснули. Видимо, тоже вспомнили нечто подобное.

– Я быстро догадалась, где искать их радость. Объяснила, что нельзя запереть себя под землёй и при этом радоваться. Просто предложила выйти на поверхность и жить наверху, в лесах! Они же всё равно волшебники и умеют делаться невидимыми.

Они как давай ворчать: предки так не жили, и мы не должны! А я такая…

Юлька сделала торжественную мину, и направив палец ввысь, провозгласила низко-низко, почти басом:

– Времена меняются! К тому же, у предков ваших предков были свои предки, которые когда-то жили наверху!

И расхохоталась, уже обычным голосом:

– Убедила, в итоге.

Потом добавила:

– Смотрите, мне эльфы подарили волшебную облепиховую палочку. Она в точности как обычная веточка, но на самом деле волшебная. Умеет находить сокровища и подземные источники. А я теперь эльфийская почётная принцесса.

– И холм умеет открывать? – спросил Никита. – Покажете, Ваше высочество?

– Нет, холм открывать умеет только единорог. А он мальчишек на дух не переносит, вот и пришлось ему временно закрыть волшебный проход. Но обещал, что найдёт средство. Есть, говорит, одна пахучая травка, перебивает любой дух, а не только мальчишеский.

***

Пещера в обрыве над берегом, невидимая снизу, была совсем неглубокой. Если там и жили когда-то пещерные люди, то они явно не были избалованы квадратными метрами. Но для защиты от диких зверей она вполне подходила.

Материализовавшимся (действительно, чересчур длинное слово!) в её полутьме волшебному существу с привязанной к витому рогу охапкой пахучей травы, капитану звёздного корабля в серебристом скафандре высшей защиты и молодому воину с зелёным грифоном на щите пришлось согнуться в три погибели, подслушивая, как дети обсуждают истории друг друга.

Каждый, конечно, болел за своего рассказчика. Но ещё сильней переживал, что ребята могут не успеть погостить во всех придуманных ими мирах. Лето, как и детство, оно такое короткое!