Рассвет

Глава 1

...Было холодное ноябрьское утро. Дул ветер. С деревьев на землю, словно усталые птицы, слетали последние листья. Утренний морозец неприятно колол замерзшие руки и пробирался за воротник.

Низкие тучи, казалось, сейчас улягутся на крыши домов, закрывая последний тусклый свет.

Внезапно ветер стих, и в полумраке холодного утра на землю опустились первые снежинки.

Снег шел неспешно, крупные хлопья его как будто все раздумывали, стоит ли падать на грязный асфальт или лучше растаять в воздухе. И все же постепенно безрадостная картина слякотного ноября сменялась чистым покрывалом утренней снежной радости. В этом холодном и проснувшемся настоящем маленькая фигурка одинокой девушки брела куда-то прямиком по утреннему снегу… И ее маленькие следы неумолимо удалялись, оставляя за собой черные проталины, словно ожоги воспоминаний, подсвеченные памятью.

***

Она слепо шла по холодной улице с немыми окнами, гулкими проводами и машинами-одиночками, слегка припорошенными первым снегом, совершенно не понимая, куда идти. Чужой город, наполненный людьми, с враждебными, казалось ей, лицами, с грязными дворами, немытыми стёклами, освещенными тусклым утренним светом, представлялся ей другой планетой. Инородной цивилизацией. В ней не было ничего близкого, знакомого и родного. Даже то, что ещё вчера казалось понятным и простым - стало чуждым. Она пыталась узнать, где она находится, но сколько не спрашивала, не могла понять, что ей отвечают. Вот человек останавливался, что-то произносил и даже улыбался, но ни одно слово не было доступно её пониманию. Словно гулкое эхо в голове стучал набат пульса, мешая услышать, понять и осознать то, что до сих пор звучало в ее ушах и отзывалось дикой болью в сердце…

Постепенно туман перед глазами стал приобретать очертания каких-то домов, стоящих по обочинам автомобилей, и Мира поняла, что она заблудилась. Глухая пульсирующая боль не давала полностью осознать, где она находится. Город был чужой, незнакомый, он по-прежнему жил по своим законам, только она была вне его ритма и вне его понимания. Девушка шарахалась от случайных прохожих и прятала лицо под капюшоном...

Как же случилось, что ей некуда идти, как произошло, что единственный человек во всем мире, который значил для нее все, и даже больше, чем все, вмиг стал чужим и незнакомым.

Погрузившись в размышления, Мира продолжала автоматически брести вперёд.

Внезапно прямо перед глазами измученной девушки возникла яркая вывеска «Бар Забвение».

А вокруг было много лиц. Лица, лица, лица - они словно громадные гранитные маски плавали в табачном дыме полутемного помещения. А ещё, казалось, они все смотрят прямо на неё, и от их назойливых и липких взглядов хотелось закрыть глаза, зажать руками уши и бежать оттуда без оглядки. Но бежать было некуда, совершенно некуда.

Отставив инстинкт самосохранения и ежеминутно посылая куда-то туда же собственный страх, она продвигалась к стойке бара. Для этого пришлось пересечь ещё и танцпол какими-то зомбированными силуэтами, извивающихся вне закона притяжения и вне музыки, отдающихся их собственному ритму.

Дым стал еще плотнее, неоновый свет внезапно высвечивал разрозненные куски реальности, никак не связанные друг с другом, кружа и мельтеша перед глазами и без того дезориентированной девушки.

Стойка появилась так же внезапно, как и всё в этом странном баре. Она как-будто просто возникла из ниоткуда и выглядела при этом не совсем так, как привыкла может выглядеть обычная барная стойка. Узкая и изогнутая, из светлого стекла, с большим количеством поперечных металлических перекладин, с такими же эфемерно-тонкими стульями и безликим барменом.

Ни один стул не пустовал. Там снова были лица, и они уже поворачивались к ней, как ей казалось с необъяснимой угрозой. От этого становилось всё страшнее и страшнее и Мира пошла вдоль стойки, лишь бы только не остаться под перекрестьем этих угрожающих взглядов. В самом углу ей все же удалось обнаружить свободное местечко. Взобравшись на него, она медленно выдохнула. Оказалось, что всё это время Мира не дышала и кралась по бару, затаив дыхание и сцепив зубы. Здесь, за стойкой ей уже не было так страшно и можно было хоть немного осмотреться.

Первое что она увидела, это были ряды бутылок. Без полок. Они просто висели в воздухе, каждая на своем месте. Много разнообразных и совершенно свободно висящих бутылок в неоновом свете отраженном от плоских бездушных лиц, впрочем, ее здесь уже почти ничего не удивляло.

В тихом углу, где она нашла местечко, где почти не было праздного народа и так мешавший ей сигаретный дым был не таким удушающие-едким, все казалось не таким уж и странным. Необычная обыденность. Неправильная постоянность. Рядом с ней на соседнем стуле сидел молодой человек и крутил в ладонях стакан с прозрачной жидкостью. Его лицо почти закрывали очень светлые волосы, он сидел слегка сгорбив плечи и отбивал ногой в такт музыке. У него был тонкий, слегка длинноватый нос, капризно изогнутые губы, впалые щёки и длинная челка. Девушка обратила внимание на тонкие пальцы, высокий лоб и бледные небритые скулы, когда он внезапно откинул с лица волосы и поднял на нее глаза. Таких красивых голубых глаз ей никогда не встречалась в жизни. Спокойных, даже отрешенных, невидящих, но всё замечающих, пронзительных и проницательных. Молча и очень пристально он разглядывал её, и ни тени улыбки не мелькнуло на его бледном лице. Также молча и сосредоточенно разглядывала его Мира, пока он не смутил ее вопросом:

—Надеюсь, тебе понравилось то, что ты увидела?

— Что? — ошеломленно спросила она.

— Ты меня рассматриваешь. Тебе нравится то, что ты видишь?

Она смутилась еще сильнее:

— Простите, я не хотела вам мешать.

— А ты не мешаешь. Мне кажется, ты не ответила на мой вопрос...

Она ещё раз внимательно посмотрела на него. И ей захотелось тоже перейти с ним на «ты». Впервые после минуты разговора.

— Ты хочешь услышать, нравишься ли ты мне? Да, ты очень красивый.

Он усмехнулся:

— Неужели ты не знаешь, что внешность обманчива.

Она опустила глаза и вздохнула

— Кажется, что среди окружающих меня масок, твое — единственное человеческое лицо.

Он оглянулся по сторонам:

— Правда? Тогда с тобой ещё не всё потеряно.

Мира снова удивленно уставилась на него:

— Что значит, «не всё потеряно»?

Незнакомец отстранено взглянул куда-то за её плечо, приподнял свой стакан.

— Скоро поймёшь, — и допил всё, что там было. — Бармен, повторить, — окликнул он безликое существо за стойкой, и девушка обнаружила возле себя стакан с коктейлем. Она только удивленно приподняла брови, но видя, что её собеседник отвернулся, решила поблагодарить его позже.

— Что такое счастье? — внезапно повернувшись, спросил парень, щурясь на вспышки неоновых ламп, — ты можешь ответить на этот вопрос?

Она покачала головой:

— Я сейчас не склонна вести философские беседы.

— Почему? Мне кажется, сейчас самое время. Я вижу, что ты несчастлива, ведь так?

— Да, думаю, да.

— Хорошо, тогда что такое несчастье?

— Это… — она замерла, — так же как и счастье, это понятие для всех разное.

— Но я же как-то догадался, что ты несчастна, значит не такое уж и разное.

— А ведь и правда. — Она сделала вид, что поправила на переносице очки. — Ну, так слушай, несчастье — это негативное состояние души...

— Неправда твоя, - перебил он её. — Мне кажется, несчастье — это когда есть к чему стремиться. Ведь в счастье — наоборот, все уже достигнуто. И точка, тупик — человек счастлив. А вот в несчастье человек движется вперед и ищет счастье, постепенно начиная понимать, что его стремления — все, а то, чего он достиг — ничто.

— Непонятно, — нахмурилась она. — Получается, что сейчас, лишившись всего, я счастлива?

— Да, — радостно кивнул он, — у тебя начинается новая жизнь, и в твоих силах сделать её лучше. Ты все найдешь и осознаешь заново.

— Послушай, но ты же сказал, что счастье — это плохо.

Сверкнула и пропала улыбка, зацепив его выразительные глаза и оставшись в них.

— Ты уже все поняла. Новые дни и приключения, разве это не счастье? Новые впечатления, закаты, рассветы, сумеречный туман и ночная гроза - это всегда ново и всегда — что?

— Счастье, — она улыбнулась.

— Вот ты уже и улыбаешься, — он протянул руку и погладил её по щеке. — А новые встречи…

— Как наша в баре, — внезапно проговорила девушка и посмотрела прямо ему в глаза.

— Настоящие знаковые встречи, — она потянулась к нему, видя, как с улыбкой и

пониманием он смотрит на неё, прикоснулась к руке, погладила, поправила упавшую на глаза прядь и сама поцеловала его.

Его губы были твердыми и холодными. Она отстранилась, смутившись.

— Детка, — прошептал он, наклоняясь и глядя прямо в глаза. — Ты ещё успеешь найти новые впечатления, и счастье в новых встречах… обещаю… Но не сегодня и не со мной.

Она опустила голову.

— Вот видишь. Это снова повторяется.

— Что повторяется? — он дернул ее за растрепанную косичку. — Несчастье или все же просто поиск нового счастья?

Она взглянула на него. Он был очень красив, его глаза смотрели спокойно и прямо в них она видела те самые новые рассветы и новые впечатления, успехи, разочарования и победы, видела себя счастливой.

— Кто ты, как тебя зовут? — наконец осмелилась спросить Мира.

— Сегодня я — твой друг. И все.

— Нет, не все. Ты — ответ на мои вопросы. Но почему… — она хотела продолжить и все-таки сказать ему, насколько он понравился ей.

— Стоп. Я согласен быть ответом. — Теперь его глаза смеялись и не давали ей огорчиться.

— Но как же…

— Никогда не жалей об упущенных возможностях, впереди ждет только лучшее. — он махнул рукой, — самое прекрасное и самое невообразимое, верь мне!

Он поднялся из-за стойки и весело поглядел на нее:

— Веришь?

Мира кивнула. Сейчас она готова была верить в свое необыкновенное счастье. Ее новый знакомый подмигнул и легонько тронул ее за локоть.

— Прости, вынужден тебя покинуть.

— Но постой, мне ещё столько всего нужно у тебя узнать!

— Всему свое время, поверь, мы ещё свидимся!

Он наклонился к самому её уху и шепнул:

— Помни о рассветах…

***

Он уходил, его скрывали гранитные лица и табачный дым, музыка плыла по одурманенному помещению, и она не выдержала, решив его догнать.

Она очень спешила, но каждый посетитель и каждый танцующий как будто считали своим долгом её задержать, она выскочила из бара и успела увидеть удаляющийся силуэт. Парня с волнистыми волосами и голубыми глазами.

Он шёл по абсолютно пустой дороге и предутренняя дымка клубилась у его ног.

— Стой, — закричала она.

Но он не обернулся.

Внезапно из-за поворота показалась машина и на большой скорости помчалась по дороге. Мира не сумела закрыть глаза, она не могла закричать, ноги налились свинцовой тяжестью, руки непроизвольно сжались в кулаки. В окружающем мире все сжалось до маленького круга, в котором шагал ее прекрасный незнакомец.

Автомобиль поравнялся с парнем за парнем, он остановился на самой кромке горизонта - темный силуэт на светлеющем небе - и, казалось, махнул ей рукой, а через минуту они растворились, скрылись за горизонтом, словно их и не было.

А над дорогой, в том месте, где он только что исчез, разливалось розовое свечение нового счастливого рассвета.