Притча о рабах египетских

Глава 1

ЧАСТЬ 1.

Начиналась эта история далеко от Египта, в тропических лесах Эфиопии.

- Мама, я хочу котлету! - часто говорил тогда молодой Бокеле своей маме во время обеда.

- Какую ты хочешь котлету? - отвечала мама, - есть котлеты из бобов, котлеты из рыбы, котлеты из хлеба, котлеты из грибов… Какую из них ты хочешь?

- Мама, я хочу котлету из мяса! Почему я не могу есть котлеты из мяса?!

- Сынок, ты уже утром съел котлету из мяса… Поешь бананов: есть бананы обыкновенные, есть бананы пареные, есть бананы сушёные, есть блинчики из бананов… Какие именно бананы ты хочешь?

- Мама, я сын вождя! Почему я каждый день за обедом не могу есть котлету из мяса?!

- Сынок, антилоп на всех не хватает! Людей стало много, а мяса стало поэтому мало!

- Но ведь есть страны, где мяса много?

- Да, такие страны есть… Например, далеко на севере есть такая страна — Египет! Там у них мяса много — у них целые стада мясных животных, которые живут у них в загонах и на которых не надо охотиться!

- Вот же повезло людям Египта! Они каждый день едят мясо… Когда я стану большим и сильным — я завоюю Египет и мы тоже три раза в день будем есть котлеты из мяса!

- Да, сынок — когда ты вырастешь и станешь сильным, мы будем три раза в день есть котлеты из мяса… Ты только расти быстрее! Вот, хочешь банан?

Когда Бокеле подрос и сам уже стал молодым охотником, случилось так, что резко усилились международные связи его родной Эфиопии. Целых два человека прибыло в Эфиопию издалека — посол из далекого северного Египта и посол из совсем уж запредельно далёкого, находящегося где-то за краем Африки, Вавилона. Посол из Египта не понравился молодому человеку — он говорил о каких-то там торговых операциях, из чего Бокеле понял только одно: эфиопы должны будут отдавать Египту большое количество своих бананов. В ответ Египтяне обещали привозить мясо, но Бокеле был разочарован: ему хотелось получать мясо бесплатно; бананы были нужны самой Эфиопии...

Посол из Вавилона понравился Бокеле больше. Он рассказывал, что на самом деле первыми людьми на Земле были древние Эфы и именно от них пошли все остальные человеческие племена. Он рассказал, что именно древние эфы прорыли тот канал, ведущий к северному морю, который теперь египтяне называют рекой Нил, и именно древние Эфы позволили египтянам поселиться на берегах этого канала, прорытого ими и вести сам своё хозяйство. За это египтяне должны платить дань Эфиопии, но они этого не делают, так как весь стыд потеряли и забыли, чем они эфиопам обязаны! И их надо за это наказать! И неужели в Эфиопии не найдется смелого вождя, который сможет это сделать?!

Глубоко запали в душу Бокеле слова Вавилонского посла! Он и сам так думал, только в словах не мог свою мысль ясно выразить! Мир принадлежит сильным! Надо быть сильным и смелым — и тогда у тебя всё будет; а если ты слабый и трусливый — то тогда у тебя и не будет ничего! Как всё логично. как правильно всё сказано! Будь сильным — и будешь жить хорошо!

И решил Бокеле быть сильным. Он собрал таких-же молодых людей, как он, которые тоже слушали слова вавилонского посла и смеялись над египетским послом, который был недоволен послом вавилонским, но даже прямо сказать об этом ему не мог! Недоволен — скажи прямо, или даже вызови на дуэль! А если ты не можешь этого сделать — значит, ты человек слабый; и не надо прикрывать свою трусость смешным и глупым выражением «вежливая дипломатия»!

И вот так, разобравшись в обстановке и собрав команду молодых охотников, Бокеле отправился в поход. Пройдя половину своей страны, молодые охотники дошли до египетских деревень, и там, около одной из деревень, действительно был загон со скотом! Большой загон со скотом! А египтяне — в страхе разбежались перед молодыми эфиопами, потомками древних эфов! Слабые, трусливые люди! И молодые охотники открыли загон, и угнали всё стадо домой, в родную Эфиопию.

И дома, уже в Эфиопии, молодые герои, участники похода, ели мясо! А тех животных, которых не съели сразу, загнали в загон, который здесь же недалеко и построили. И потом весело смеялись над египетским послом, который приходил ругаться, весь кипел от гнева, хотел сказать эфиопам плохие слова — и не мог им их сказать! Одним словом, слабый человек! И вся его, так называемая дипломатия — это просто отговорки слабого и трусливого человека!

Посол же Вавилона очень хвалил Бокеле и восхищался его смелым и мужественным поступком. «Это — поступок будущего вождя, вождя возрожденной «Большой Эфии»!» - говорил посол Вавилона, и Бокеле — был с ним согласен! А вот египетского посла — Бокеле совсем перестал уважать!

Прошло несколько дней, и к загону со скотом повадился ходить лев. Льва хотели подстеречь и убить, но лев попался хитрый, и в засады не попадался. И облаву на льва устраивать было бесполезно — лес большой, ищи его там! И здесь Бокеле в голову пришла счастливая мысль — привязать к дереву человека, которого не жалко, и тем самым льва выманить. Охотники будут сидеть тихо и терпеливо ждать; может быть, лев их не почует.

Сказано — сделано. Привязать надо было человека, который эфиопам был не нужен, и такой человек — нашёлся! Таким ненужным человеком — оказался посол Египта! Вот смешно-то было, как он кричал, и как грозился, когда его к дереву привязывали! И слова нехорошие, наконец, вспомнил — но было уже поздно! Долго потом молодые охотники, сидя в засаде, давились от смеха, пока, наконец, не успокоились...

И затея удалась! Лев сначала долго не хотел к послу Египта подходить, осторожно из леса выглядывал. Но потом подошёл, стал посла египетского когтями драть — здесь-то его и убили! Вот только шкуру львиную было очень жаль — охотники молодые были, шкуру попортили, пока льва убивали… Посол Вавилона похвалил Бокеле за оригинальную выдумку, и Бокеле его похвале был очень рад. А потом посол Вавилона уехал по своим делам, а Бокеле стал готовиться к новому рейду за скотом в Египет; а посол ему сказал, что если вторая экспедиция тоже пройдёт удачно, то тогда посол, когда обратно в Эфиопию вернется, Бокеле ещё про одну потрясающую вещь про смелых и сильных людей расскажет; и называется эта потрясающая правда - «Демократия»!

А вот на подходе к египетской деревне смелых эфиопских парней неожиданно встретила египетская армия. Трусливые египтяне все стояли в одну линию и прикрывались щитами. Было ясно, что египтяне надеются лишь на своего соседа и не искусны в индивидуальном бою. И поняв это эфиопские парни решительно пошли в атаку — и зря; многие из них для начала были остановлены копьями, опустившимися вниз, а потом… Потом просто линия щитов оказалась неприступной...

Так Бокеле, получивший чем-то тяжёлым сильный удар по голове, и те его товарищи, которые не были сразу убиты в первой же лихой атаке, попали в плен.

То есть — попали в рабство.

И уже очнувшись в плену, Бокеле понял — воевать египтяне, как оно оказалось, очень хорошо умели...

ЧАСТЬ 2.

Первое время настроение у Бокеле было очень плохое. Не буду даже описывать это — одна его мысль была чернее другой, и все они были предельно депрессивные и беспросветные. Немного помогало только отношение других эфиопов, тоже попавших в рабство — они продолжали видеть в нём сына вождя, символ собственной государственности и морально поддерживали его.

Бокеле и ещё нескольких сыновей высокопоставленных эфиопов оставили работать во дворце фараона, а остальных военнопленных распределили кого куда. Бокеле потом узнал от других рабов, что ему относительно повезло: его могли направить на тяжёлые строительные работы или в рудники, или в сельское хозяйство, на поля, под палящее с утра до вечера солнце, что тоже было бы убийственным даже для молодого, здорового парня. Фараон, видимо, решил молодых высокопоставленных эфиопов использовать как заложников или обменять их когда-нибудь на большое количество бананов.

Во дворце работы тоже, конечно. было много, но здесь она, всё-таки, не была такой напряженной и выматывающей, как на руднике или в чистом поле.

Работая во дворце, Бокеле пару раз даже видел издалека известного уже посла Вавилона, но видел только издалека и поэтому по поводу этого ничего умного подумать больше не мог.

Через пару месяцев размеренная жизнь во дворце Фараона нарушилась и Фараон со своей армией ушёл на войну — в далекую Сирию. Управлять дворцовым хозяйством осталась фараонова жена и несколько её верных чиновников. Говорили, что Сирия разорвала налаженные связи и стала беззастенчиво грабить египетских купцов, самих их убивая. Говорили, будто Сирия выдвинула претензии к Египту на половину его территории и что сирийские войска, вооружившись медным оружием, поклялись перебить всех египтян, которых только на своем пути встретят. Медное оружие в большом количестве сирийцам продали вавилоняне, и теперь сирийцы чувствовали себя непобедимыми.

Именно поэтому Фараон взял в поход свои лучшие полки и также повёл с собой самых верных своих чиновников, чтобы организовать на местах, после победы над Сирией, верную лично себе оккупационную администрацию.

Время в древнем мире текло медленнее, чем в нашем, 21м веке. Фараон воевал в далекой Сирии, а Бокеле работал в его дворце. Со временем выяснилось, что жене Фараона лестно, что ей прислуживает сын эфиопского вождя и она приблизила его к себе. Теперь Бокеле был лично её слугой, и в итоге всё закончилось постелью. О чём думала жена Фараона, я не знаю, но вот Бокеле был в таком возрасте, что отказаться от эротических предложений своей хозяйки не имел никакой возможности, хотя. может быть. и понимал. что Фараон, вернувшись — будет, скажем так, очень недоволен...

Несколько раз Бокеле видел во дворце и посла Вавилона, но поговорить с ним не имел никакой возможности.

Ладно хоть, что тяжелой работой Бокеле теперь не нагружали, и он жил одним днем, о будущем особо не задумываясь.

Фараон воевал в Сирии, а посол Вавилона, с молчаливого попустительства жены Фараона, развил бурную деятельность. В результате страна узнала, что такое демократия! Демократия — это когда каждый человек имеет право высказать своё собственное мнение!

Чиновники стали воровать, кто что может.

Крестьяне стали уклоняться от уплаты налогов зерном — как раз пришло время сборки урожая.

Работники трудовых отрядов стали заявлять, что им задают слишком много работы.

Войска, которые оставались в стране, закрылись в своих лагерях и сказали, что во внутренних разборках участвовать не будут...

В итоге хлеба, в конце концов, стало не хватать и рабов кормить вообще перестали.

Рабы терпели, сколько могли, а потом подняли восстание. Бокеле восстание возглавил. Он возглавил восстание не потому, что ему этого хотелось, но раз уж восстание началось, то многие вспомнили, что Бокеле — сын вождя. Восстание пришлось возглавить, а потом Бокеле это понравилось!

Теперь Бокеле сам лежал на мягких подушках на месте фараона, ел самую лучшую пищу (и котлеты из мяса!) и всем приказывал. Это — было здорово! Ему в голову не приходило, что надо как-то организовать ремонт ирригационной системы в стране; он считал, что всё должно делаться само собой. Он считал, что сам стал Фараоном, и наслаждался жизнью во дворце. Крестьяне тем временем осознали, что следующим летом без ремонта ирригации хорошего урожая не будет, а новая власть совсем не хочет этим заниматься. Крестьяне начали создавать отряды самообороны, и когда отряды бывших рабов приходили к ним за хлебом, то крестьяне стали давать им отпор. Армия, выйдя из лагерей, встала на сторону крестьян — рабам, которые решили, что вообще теперь могут не работать, у армии помогать никакого желания не было.

А вскоре из похода вернулся с победой настоящий Фараон и почти вся страна мгновенно встала на его сторону — кроме некоторых проворовавшихся чиновников и рабов, которые так ничего и не поняли.

А тела Бокеле и посла Вавилона ещё долго болтались на виселице на центральной площади Столицы.