Прилетела крыльями звеня...

Глава 1

Максим Ветров проснулся от того, что рядом кто-то очень громко жаловался на жизнь. Он приоткрыл один глаз, в студии мерцал только монитор компьютера. В клетке на подоконнике кенар Кеша, маленький жёлтый комок с несносным характером смотрел на него с укором.

- Чего тебе? — хриплым со сна голосом спросил Макс.

Кеша отвернулся и демонстративно несколько раз клюнул пустую кормушку и выдал возмущенную трель.

- Ну извини, вчера не до тебя было. - пробурчал он без тени раскаяния.

Всю последнюю неделю он работал в ночном клубе "Феникс", не то чтобы Макс любил клубы, наоборот — он их ненавидел. Громкая музыка, пьяные люди, запах перегара, табака и шмали, но подработка есть подработка, платили там хорошо и, что самое главное, официально.

Он встал, натянул старый свитер и насыпал Кеше корм. Кенар тут же принялся за еду, игнорируя его существование. Максим вздохнул, иногда ему казалось, что в прошлой жизни Кеша был котом, который был свято убежден, что кожаные существуют лишь ради того, чтобы его кормить, чистить лоток и чесать за ухом. После перерождения в теле канарейки, убеждения его не изменились, единственное что теперь ему было недоступно, это почесать за ухом.

Макс выглянул в окно, студия, которую он снимал на Петроградке, была маленькой, и по его меркам, уютной если считать уютом провода, микрофоны и звукоизоляционные панели на стенах. Он здесь жил и работал, диван, стол с компьютером микрофоном и наушниками за раздвижной ширмой оббитой войлоком, и клетка с Кешей на подоконнике, вот весь быт.

Телефон беззвучно завибрировал на окне, на экране высветилось сообщение от администратора клуба: "Сегодня смена, Игорь заболел". Макс поморщился, он собирался сегодня закончить сведение подкаста для одного блогера, и отказываться от смены было нельзя, аренда сама себя не оплатит.

Вечером клуб «Феникс» встретил его привычным хаосом, басы отдавались ударами во всем теле, свет мигал, толпа хаотично двигалась в такт чему-то. Он сидел за пультом и наблюдал за залом, как биолог за муравейником. К двум часам ночи народ начал расходиться и расползаться, администраторы следили, чтобы компании забирали с собой своих приятелей, от усталости и алкоголя пришедших в состояние недвижимости. Максим уже тоже собирал вещи, когда к нему подошёл человек.

- Вы Максим? Мне посоветовали обратиться к вам.

Мужчина был странный, не похожий на посетителей клуба, лет пятидесяти, в блестящем пиджаке, который явно знавал лучшие времена.

- Допустим, - ответил он.

- Мне сказали, вы умеете работать с... нестандартными носителями.

- Какими?

Мужчина оглянулся, как будто проверял, не подслушивает ли кто.

- Восковые цилиндры, очень старые. - он помялся и продолжил, будто извиняясь, - Семейный архив, хочу оцифровать, пока совсем не рассыпались.

Максим нахмурился. Восковые цилиндры он видел только в музеях.

- Их много?

- Двенадцать. - Мужчина протянул ему визитку, на ней было только имя, Аркадий и номер телефона. - Я хорошо заплачу.

Он назвал сумму, Максим моргнул, за такие деньги можно было не работать месяц, или два, если экономить. И согласился. Мужчина обрадованно сообщил, что привезет цилиндры завтра к нему в студию, и растворился в толпе. "Странный тип", - подумал Максим и сунул визитку в карман.

Дома он прошёл в студию, включил компьютер и начал монтировать подкаст, но работа не шла, в голове вертелся Аркадий с его восковыми цилиндрами. Он отложил монтаж и лёг на диван, сон не шёл, Макс смотрел в потолок и слушал как постепенно затихают в шах басы ночного клуба, и медленно провалился в сон.

Стук в дверь разбудил его в десять утра, он посмотрел на часы и выругался, ему довелось поспать всего четыре часа. На пороге стоял Аркадий с большой коробкой в руках.

- Доброе утро, - сказал он бодро. - Вот, двенадцать цилиндров, только осторожно, они хрупкие.

Максим взял коробку, она была тяжёлая, пахла воском и пылью.

- Просто оцифруйте и скиньте на флешку.- Аркадий просительно улыбнулся. - И еще одна просьба, работайте с ними ночью, для сохранности, уж очень старые они. Вот это задаток.

Макс взял протянутый конверт, заглянул внутрь и пожал плечами.

- Ладно.

Он, поставил коробку на стол и заглянул внутрь, на мягкой ткани, лежали двенадцать восковых цилиндров, потемневшие от времени, они выглядели как что то таинственное и слегка волшебное. Куша чирикнул из своей клетки и вопросительно уставился на коробку.

Максим, как и просили, начал работу поздно вечером, подключил старый проигрыватель, который чудом нашёл в шкафу и установил первый цилиндр. В динамиках послышался сухой треск. Макс долго настраивал фильтры, убирая шум и тогда услышал голос.

Голос был и не человеческий и не птичий, слов не было слышно, но между тем в звуки складывались в обещание света, радости и много чего, во что хотелось бы верить. Максим слушал, не дыша, запись внезапно оборвалась. Он посмотрел на Кешу, кенар сидел в клетке, нахохлившись, и смотрел на проигрыватель.

- Что это было? - прошептал Максим.

Кеша не ответил, он поставил второй цилиндр, голос снова запел. Максим записывал, сохранял, монтировал, он работал всю ночь и в пять утра, убрав цилиндры обратно в коробку, лег спать.

Проснулся он от грохота, как будто кто-то разбил окно, потом что-то тяжелое упало на пол. Максим вскочил, из-за плотных штор в комнате царил полумрак, на полу он разглядел разломанную Кешину клетку, она выглядела так, будто кто-то большой разгибал прутья изнутри. Он отдернул шторы и замер, посреди студии, между микрофонами и проводами, сидела птица. Огромная, он таких никогда раньше не видел, с женским очень недовольным лицом, перья у нее радужно переливались розовым, золотым и оранжевым и светились в полумраке, Макс открыл рот.

- Ты кто? - выдавил он.

Птица раздраженно посмотрела на него.

- Я есть хочу.

- Ты... что?

- Есть хочу. - повторила птица, подняла одно крыло и указала на стол. - Это еда?

На столе лежал недоеденный бутерброд с колбасой.

- Это бутерброд.

- Его едят?

Максим, не совсем понимая, что делает, взял бутерброд и протянул птице. Она схватила его клювом, аккуратно, почти изящно и проглотила целиком.

- Ещё, - потребовала она.

Максим смотрел на разломанную клетку, на пустой подоконник, на огромную птицу посреди своей студии. В голове было пусто.

- А где Кеша?

- Кто?

- Птичка, маленькая, желтая, в клетке жила. Ты ее съела?

Гостья склонила голову набок и объяснила.

- Это была я, точнее, она была мной. Теперь я - это я. Понял?

- Нет. А ты кто?

- Алконост, птица счастья. - она вздохнула и спросила жалобно. - А у тебя еще есть еда?