Приключения консервной банки
Глава 1
Май – особенный месяц. Я бы даже сказал, волшебный. В апреле еще тает снег, черная земля выглядит печально и уныло, а деревья только собираются распускать свои листочки, и потому стоят серыми невзрачными корягами. А вот май – это совсем другое дело. Лужайки зеленеют бархатной травой, дубы и клены, березы и тополя, жадно впитывая лучи теплого солнца, распускают пышные кроны. Природа просыпается, расцветает, поет. И какое бы у вас ни было настроение, при взгляде на этот танец жизни вы непременно улыбнетесь.
Улыбался в этот теплый майский день и шестилетний Дима, который с мамой гулял по парку. В одной руке он нес сладкую вату, а потому его нос, как и полагается, был сейчас измазан сахаром и блестел. В другой же руке у него ничего не было, а это, как известно, непорядок. Именно поэтому, когда они дошли до одного из прилавков у выхода из парка, Дима быстро подбежал к нему и начал разглядывать все, что там было.
- Мам! Мам, иди скорее сюда! – крикнул он маме, которая далеко не всегда успевала за прытким сынишкой. А если уж быть до конца откровенным, то она вообще никогда за ним не поспевала.
- Иду, - ответила мама. – Что там опять уже присмотрел?
Дима был уже совсем взрослым, ведь ему недавно исполнилось целых шесть лет, а потому он прекрасно понимал, что просить какую-то безделушку у мамы сейчас бесполезно – она же ему только вчера купила динозавра и, разумеется, теперь сошлется на эту игрушку, объясняя, почему она сейчас не будет за что-то подобное отдавать деньги. А потому Дима должен попросить ее купить что-то такое, о чем она не сможет сказать, что это «очередная ерунда».
А что все мамы постоянно говорят? «Тебе нужно больше читать!» В этом и был план Димы – мама не сможет отказать ему в покупке книжки, хотя, если честно, на самом деле он не очень-то ее хотел, но выбора не было. И уж точно выбрал самую интересную – с роботом на обложке.
- Ну, - сказала мама, наконец-то подойдя к прилавку, - что тут такое?
- Мам, - сказал Дима, - я хочу книжку.
У мамы округлились глаза.
- Ты кто такой и куда дел моего сына? – она усмехнулась. – Наверное, снег пойдет. С каких пор тебя книги заинтересовали?
Дима улыбался: план сработал!
- Вон ту, с роботом.
- А, ясно, - мама пригляделась, - не совсем, конечно, книга, но уже что-то. Дайте, пожалуйста, вот эту глянуть, - обратилась она к продавщице, - с роботом…
- Я поняла, – буркнула женщина за прилавком и, прокряхтев, тяжело приподнялась со стула. Она медленно, словно вокруг был не воздух, а вязкая патока, взяла тоненькую книжку с роботом и протянула маме Димы.
- Самоделки, – сказала мама, листая книжку.
- Я буду делать. Да, мама, да, да.
- Ну, ладно. Давайте ее.
- Угу, - промычала продавщица, забирая деньги.
Дима светился от счастья. Пусть книжка, но теперь у него нет свободных рук, а это прекрасно. Он откусил еще сладкой ваты, снова испачкав и без того чумазый нос.
- Спасибо, мама!
- Да пожалуйста, - ответила она. – Только я тебя знаю, ты, наверно, через час ее забросишь, и будет она валяться где-нибудь под столом.
- Нет, честно, мам, я сделаю все.
- Прямо все?
- Да!
- Посмотрю, как ты сделаешь.
- Я сегодня робота хочу сделать, этого, - Дима продемонстрировал маме картинку с роботом. – Вот этого!
Мама скептически улыбнулась.
- Ну-ка, дай, - она взяла книжку и рассмотрела страницу с роботом. Ничего сложного – проволока, шайбочки, баночки, да глаза, нарисованные фломастером. Вот и весь робот. – Ну, ладно. Как раз сегодня хотела консервы открыть, отдам тебе банки. А у отца тогда попроси проволоку и шурупчики.
- Хорошо!
Дима уже представлял, как этот робот будет стоять у него на столе! Настоящий металлический робот. Вот он сейчас как придет, как сделает его – это будет самый крутой робот во всем мире, а, может, даже и во всей Вселенной.
Фантазия у Димы не на шутку разыгралась, он уже представлял, как будет играть с роботом, но мама была очень медленной, поэтому пришлось ее буквально тащить до трамвайной остановки.
К тому моменту, когда они подъехали к дому, вата уже закончилась, но теперь это не имело значения – через пару минут он будет мастерить робота!
Глава 2
- Папа, папа, - закричал Дима, как только перешагнул через порог. – Смотри, что мы сейчас будем делать!
Папа Димы, который был по меркам шестилетнего ребенка уже в почтенном возрасте, охнул и, лениво потянувшись, встал с дивана.
- Мы? Ты уверен, что не можешь сам это сделать? – спросил он с улыбкой.
- Могу, конечно, - чуть ли не с обидой выпалил Дима, - но мне тут кое-какие детальки нужны.
- А, ну, тогда другой разговор, - папа, надев тапки, зашаркал словно старый дед из гостиной в коридор и взял книжонку у сына. – Робот из консервных банок? – задумчиво произнес он. – Мощно. Можно было бы все так делать из консервный банок. Дом, например, или машину.
- Но у нас же есть дом и машина, - сказал Дима.
- Ну, это я так, мечтаю. Ну что? Руки мой и пошли мастерить.
- Ура!
Дима, скинув уличную одежду, побежал в ванну, помыл руки и через минуту уже сидел за своим столом, ожидая папу, который, вооружившись книжкой, искал подходящие детали в кладовке, и маму, которая на кухне опустошала консервные банки.
Робот получился не сразу, и, если говорить прямо, виноват в этом был, конечно же, папа. Сначала он шилом уколол себе руку, потом несколько раз уронил мелкие детали, неловко крутя их в больших ладонях, и, наконец, – это вообще нонсенс! – приклеил вместо ноги робота к консервной банке свой палец. Но, как говорится, «терпенье и труд все перетрут», поэтому спустя некоторое время (большая часть которого ушла на отклеивание папы от банки), робот – почти как настоящий! – красовался на столе перед Димой.
Одна консервная банка была туловищем, вторая – головой. Ноги и руки были сделаны из четырех кусков толстой проволоки, на концах которых были «ладони» из шайб и «ступни» из втулок.
- Вот это да!
- Да, неплохо у меня… то есть, у нас получилось, – сказал папа, скромничая, как всегда. – Тебе нравится?
- Да, он очень крутой! Спасибо, пап.
Папа приобнял сынишку и, снова кряхтя, встал со стула.
- Ладно, играй.
Дима еще немного покрутил робота в руках, потом вскочил и побежал на кухню к маме, которая в это время готовила ужин.
- Мам, смотри, какой.
- Ух ты, - сказала мама, - прям настоящий робот. Он не двигается? Ну, сам.
Дима засмеялся.
- Нет, ма, он же из консервных банок.
- Странно, - мама улыбнулась, - а кажется прямо настоящим. Вот сейчас сцапает твой нос своей рукой.
Дима немного напрягся, глянув на робота, но тут же расслабился.
- Не, он же из банок.
Робот получился отличный, и Дима, крутя и вертя железного человечка, весь вечер провел, играя в него. После ужина робот встал на почетное место на столе, а Дима, набегавшись в парке, наигравшись дома и налопавшись каши, заснул, уткнувшись носом в мягкую и теплую подушку.
Ему снилось, что робот и правда ожил, стал больше, и они стали лучшими друзьями.
А утром произошло событие, которое заставило Диму поверить в то, что сон оказался частично вещим: робот исчез.
Глава 3
Однако робот не ушел своими ногами, нет.
Утром мама открыла окно в комнате Димы, чтобы проветрить квартиру, а робот из консервных банок стоял на столе, который был придвинут вплотную к подоконнику. А когда папа (опять он виноват!) уходил на работу и открыл входную дверь, образовался сквозняк, который и «высосал» робота в окно, ведь тот хоть и был сделан из металла, но был легким, а широкие банки сыграли роль паруса.
Так робот и отправился на лужайку под окнами, а чуть позже – еще дальше, подгоняемый ветром, пока не укатился на соседний участок травы, где найти его было почти уже невозможно.
Когда Дима проснулся, он тут же вспомнил про робота и уже было схватил того со стола, как вдруг обнаружил, что хватать-то и нечего: робот исчез!
- Мама! – крикнул в отчаянии Дима, - мама, где мой робот?
Мама тут же пришла и посмотрела на стол.
- Тут стоял, когда я…
И она сразу поняла, что робота сдуло в окно. Мама выглянула на улицу, но не увидела ничего похожего на конструкцию из консервных банок.
- Наверное, он упал.
- Нет, мама…
- Пойдем искать, - сказала мама, накидывая легкую куртку.
Дима тут же быстро натянул штаны и легкий свитер и, подгоняемый диким желанием скорее спасти своего робота, пулей слетел по лестнице на первый этаж.
Однако, как мы уже знаем, робота унесло ветром далеко, поэтому все поиски были тщетны.
Расстроенный потерей, Дима вернулся домой. Мама села рядом с ним на кровать.
- Ну, еще одного сделаем. Извини, я виновата.
Дима чувствовал, как слезы наворачиваются на глаза, но он знал, что мужчины не плачут, и поэтому лишь очень сильно огорчился, утерев нос.
- Не, он такой один был.
Мама погладила сына по голове.
- Прости, я нечаянно.
Дима промолчал.
Он еще долго сидел вот так на кровати, обняв свои колени, с грустью вспоминая милого робота, которого он только вчера смастерил, а сегодня уже умудрился потерять. Да, мама открыла окно, и робот как-то упал туда, но винить маму в этой ситуации неправильно. Ему было ясно, что виноват он сам, ведь поставил робота слишком близко к окну, чего не стоило делать. Да и к чему вообще думать об этом? Робот пропал, его больше нет, и он никогда теперь его не найдет.
Осознав это, Дима все-таки пустил слезу, стараясь, однако, не разреветься. Через некоторое время он собрался, встал с кровати и пошел завтракать.
Меланхолично отправляя куски яичницы в рот, Дима посмотрел серьезно на маму.
- Мам.
- Что, дорогой?
- А как ты думаешь, мог робот по-настоящему ожить и убежать?
- Ожить?
- Ну да. Ну, он же упал из окна, а куда потом делся?
- Думаешь, сам ушел?
- Ну да. Сам.
Мама улыбнулась. И как же у детей работает фантазия? Робот, сделанный из консервных банок, ожил, встал на свои проволочные ноги и ушел, куда глаза глядят. Ну, прям колобок в пересказе Айзека Азимова. Но по двум причинам мама не хотела разрушать фантазию приземленным реализмом, присущим всем скучным взрослым. Во-первых, детское воображение – то, из чего вырастает творчество взрослых людей, которые в шумной обыденности и сером быту не утрачивают эту искру детскости. А, во-вторых, по причине того, что в ее груди билось большое сердце любящей матери.
- Думаю, да.
- Да? – глаза Димы увеличились, а мама поняла (очередной раз), что перед ней – самое дорогое в ее жизни.
- Да, - повторила мама Димы. – Точно так и было. Ушел. А как иначе объяснить то, что он исчез? Никак.
Дима улыбнулся и тяжело вздохнул, словно говоря «эх, мама, обманываешь ты меня, но спасибо тебе». Но, тем не менее, сказал другое:
- И где он сейчас? Один, маленький. Хоть бы он вернулся.
И, хотя мама и Дима все-таки понимали, что ожить робот не мог, произошло именно это.
Да-да, я-то точно врать не буду.
Глава 4
Оставим пока маму и Диму и перенесемся на ту лужайку, где скрученные проволоками банки и шайбы, оформленные в некое подобие железного человечка, или, как называл его Дима, робота, лежали себе в тени одного из деревьев, сокрытые высокой зеленой травой.
И лежали бы они еще долго, если бы этой ночью не произошло одно странное и необъяснимое с точки зрения современной науки событие, а именно: пролетавший мимо земли метеорит столкнулся с другим и раскололся, и часть его влетела в атмосферу земли. Кусочек этот был приличных размеров, однако, как известно, при падении тел из космоса они испытывают сильное трение, из-за чего начинают, разогревшись до высоких температур, гореть и чаще всего сгорают полностью, не долетев до поверхности Земли. Но тут кусочек метеорита сгорел не совсем, став, правда, крошечным шариком диаметром не более нескольких миллиметров.
И этот шарик упал точнехонько рядом с роботом, отскочил от земли и приземлился в банку, которая служила человечку головой. И тут произошло нечто волшебное: робот моргнул нарисованными глазами, потянулся и сел.
- Где я? – спросил он, ни к кому не обращаясь, и ответом ему был лишь шелест высокой травы, которая была выше него ростом. – И где Дима, почему его нет?
Оказалось, что робот каким-то чудесным образом помнил мальчика Диму, который его собрал.
Он встал, отряхнулся и посмотрел на свои руки. Потом топнул ногами, покрутил головой и пошел. Вот так просто – встал и пошел, пробираясь сквозь сорняки.
И отправился он, конечно, искать своего друга Диму.
Людям трава на лужайке, неровная поверхность земли, ветки и различный мелкий мусор никак не мешают ходить. Однако то же нельзя сказать про человечка ростом двадцать сантиметров: каждый метр пути давался ему с трудом, но робот был упорным и вышел-таки к бордюру, который шел вдоль тротуара.
- Наконец-то, - устало прошептал он, вытирая несуществующий пот со лба. – Тут будет полегче.
Он осмотрелся.
Взрослого человека довольно трудно чем-то удивить. Многие видели столько всего необычного и, казалось бы, удивительного, что вид города не вызовет ничего кроме полного равнодушия. А вот маленьким детишкам даже дома кажутся этакими разноцветными гигантами, подпирающими небо. Что уж говорить про робота из консервных банок, который буквально оцепенел от вида кирпичных и бетонных глыб, громоздившихся тут и там, которые, невозмутимо глядя вокруг себя тысячами стеклянных глаз, бросали повсюду бесконечно длинные тени.
- Вот это да, - только и сказал робот.
Но помимо этого было и множество всего другого: снующие туда-сюда люди, яркие и шумные автомобили, спешащие куда-то по черным лентам дорог, кричащих цветов детские горки и качели, различные вывески кафе и магазинов, столбы с навешанными на них паутинами проводов – в общем, все атрибуты обычного города, на которые среди скучных взрослых людей никто не обращает внимание.
Выйдя из оцепенения, робот вздрогнул, потряс головой и решил пойти вдоль дороги туда, где, как ему казалось, он сможет найти мальчика Диму, который был его единственным другом.
Но не успел робот сделать и несколько маленьких шажков по тротуару, как один проходивший мимо господин, кричащий в телефон гортанным голосом какие-то непонятные слова, поддал ногой робота, и тот улетел обратно в кусты. Хорошо, что робот был сделан на славу - спасибо Диме и его папе - и потому он не развалился, а лишь чуть помялась та банка, которая служила ему туловищем. Боли, конечно, он тоже не чувствовал, поэтому единственной неприятностью для него стало именно то, что ему пришлось снова продираться сквозь сорную траву, чтобы выйти на твердую и свободную от преград поверхность. Правда, робот теперь понял, что ему стоит быть аккуратнее и идти по краю дорожки рядом с травой, дабы такие бестолковые люди, как тот господин, снова не поддали его носом лакированной туфли.
- Где же он? – сказал робот, спрашивая самого себя. – Я же помню, что он был где-то рядом. Но где именно?
Благодаря новой тактике, робота больше никто не пинал, но уже через минуту он узнал о новой опасности. Чуть поодаль проходила мама с ребенком, толстым мальчиком лет восьми, голова которого была увенчана огненно-рыжей шевелюрой. И тут робот услышал истошный фальцет паренька, который глядел на него бледными серо-голубыми глазами, и указывал на него коротким красным пальцем.
- Мама, мама! Смотри, там живая консервная банка! Она идет!
Мама его, наверное, нередко слышала подобные заявления и крики своего отпрыска, а потому не придала никакого значения его словам и промолчала. Тем более, что она тоже была занята: смотрела что-то на экране своего мобильного телефона.
- Мама, ты чего? – рыжий начал судорожно дергать мать за руку, пытаясь все-таки привлечь ее внимание к удивительному зрелищу.
- Да что ты меня дергаешь?
- Да там банка консервная идет!
Мать пристально посмотрела на сыночка.
- Банка идет?
- Вон же, сама посмотри, - не унимался рыжий ребенок.
Мать, однако, даже и головой в сторону не повела.
- Банка идет? Боже мой, - сказала она, отворачиваясь, - у тебя совсем с головой бо-бо. – Она дернула его за руку и буквально потащила вперед. – Я же говорила тебе, что надо больше овощей и фруктов есть, а не сладости одни. Ешь только мучное, вот у тебя и совсем мозги атрофировались. Банка идет! Совсем ку-ку. Все, никаких сладостей.
- Но мам!
- Все, я сказала. Уже и банки ему ходячие мерещатся. Завтра к доктору запишу, пойдем покажем твою голову.
- Нет, мам!
- Все! Надо будет – и укол сделаем!
- Неееет!
Мальчик с мамой удалились, диагнозы, озвучиваемые женщиной, стали тише, и через минуту семейка скрылась за поворотом. Робот же, проводив их взглядом, понял, что тротуар – хорошо, но идти лучше все равно в траве, пусть по краю, где она реже, но все же не по самой дороге, иначе привлекаешь много внимания. Это хорошо тут мама подумала, что ребенок головой двинулся, а если б не подумала? Схватили бы его, утащили бы в свой дом, а этот толстячок посадил бы его в клетку и показывал друзьям как неведомую зверушку. Нет, такое точно не нужно, подумал робот и нырнул в траву. Лучше спотыкаться, но только бы не попасть в плен к такому типу.
Шел он до тех пор, пока не заметил, что людей на улицах стало меньше, машины почти исчезли с дорог, а окна серых домов одно за другим вспыхивали желтыми огоньками. Тьма, густо ложась на город, окутывала все вокруг.
Пришла ночь.
Сейчас роботу стало страшно: он один, маленький, а вокруг лишь непроглядная тьма, холодный ветер да странные звуки – шорох, скрип, треск - за спиной.
- Дима, где же ты?
Глава 5
Робот медленно двигался по тротуару вдоль высокой травы. Да, он сейчас снова вышел на дорожку, потому что людей не было ни сзади, ни спереди, а редкие автомобили пролетали на такой скорости, что заметить маленького железного человечка на обочине не могли в принципе.
Но люди и автомобили сейчас были последним, что беспокоило робота. Сам не понимая того, откуда в нем вообще появились эти чувства, робот испытывал страх и тревогу.
Тьма, опустившаяся на город, не сулила ничего хорошего. В кромешном мраке лишь редкие желтые фонари выхватывали куски потрескавшегося асфальта да небольшие участки травы. И все казалось каким-то враждебным и незнакомым, опасным и пугающим. Еще несколько часов назад тут была зеленая веселая трава, которая так и просила, чтобы по ней побегали, а сейчас – это словно черные острые ножи, которые, шурша, зовут тебя в свое темное логово.
И так со всем – черные дома, похожие на гигантских монстров с желтыми глазами, скрипящие качели на детской площадке, на которых никого нет, но которые все же качаются, чей-то крик вдали, отражающийся эхом от многочисленных стен и заборов.
Роботу стало не по себе. Он поспешил вперед, правда, сам не зная, куда именно. Сбежать на улице от самой улицы? Нет, это было невозможно. Остановившись, он задумался. Куда можно пойти сейчас? Наверное, надо где-то спрятаться до того момента, пока опять не станет светло.
- Мяу! – раздалось где-то рядом, а робот со страху подскочил.
- Нет, надо скрыться от этого ужаса.
Он перебежал через дорогу, предварительно убедившись, что ни машин, ни людей тут нет, и поспешил к ближайшему дому.
В фундаменте дома, почти у самой земли, было отверстие, этакое окошко, за которым, по правде говоря, тьма была еще более густая, нежели на улице, но роботу казалось, что в помещении должно быть безопаснее. Он аккуратно забрался на небольшой уступ и нырнул внутрь.
Робот думал, что пол тут будет на уровне земли, поэтому просто спрыгнул с уступа. Однако его ожидания не оправдались, и он полетел в черную бездну подвала. Пролетев два метра, он упал на что-то мягкое, которое, в свою очередь, вскрикнуло, вскочило и отбросило робота в сторону. В темноте было невозможно ничего разглядеть, поэтому он поспешил спрятаться, но реализовать ему это было проблематично, поэтому он просто шел, водя перед собой руками, чтобы не врезаться в стену. Наконец, он нащупал некое подобие ниши в стене, залез туда и притих.
В подвале повисла тишина. После того, как кто-то вскрикнул, послышалось шуршание, но оно вскоре прекратилось, и сейчас не было слышно ничего.
Через секунду звук появился – приглушенные тяжелые шаги и скрип двери. Зажегся свет. Робот прищурился, потому что после ночной темноты ему показалось, что зажглась не одна лампочка, а все сто.
Он осмотрелся. Залез он, как теперь стало ясно, в выбоину в стене, где почему-то отсутствовала пара кирпичей. Перед ним тянулась толстая труба, которая мешала вошедшему человеку заметить робота. А в том углу, где робот упал из окошка в подвал, лежала кошка, которая сейчас встала и выгнула спину. За ней можно было разглядеть несколько маленьких котят, которые барахтались в кусках рваного утеплителя.
- Ах ты, зараза, опять тут? – крикнул вошедший человек. – Ты уже замотала орать каждый день. Сейчас я тебя…
Сказав это, человек быстрым шагом направился к кошке. Времени на раздумья не было, поэтому маленький робот схватил кусочек кирпича, который валялся рядом, и кинул его точно в лампочку, а сам в этот же момент бросился под ноги здоровяку. Лампочка разбилась прямо над головой негодяя, который хотел вышвырнуть кошку из подвала. Крикнув от испуга, он наступил на консервную банку, и, потеряв равновесие, полетел своим бестолковым лбом прямо в сторону водопроводных труб. Удар получился на славу (наверное, все в доме услышали его), и человек, потеряв сознание, рухнул навзничь, а трубы, дрожа, еще очень долго звенели.
Роботу, конечно, тоже досталось. Уже мятая банка, которая выполняла роль туловища, пострадала теперь еще сильнее, что, впрочем, никак не влияло на робота. Вот только ему надо найти Диму, тогда тот выправит его, и он будет как новенький.
Кошки – очень умные животные. И мама с котятами, которых защитил робот от акта насилия, конечно, поняла, кто и как ее спас. Разумеется, она решила, что оставаться в подвале для нее и котят небезопасно, поэтому начала по одному котенку вытаскивать на улицу – брала его за шкирку и выпрыгивала в окошко. Робот, снова оказавшийся в кромешной тьме, различал только темный силуэт кошки с котенком в чуть более светлом квадратном проеме. Но после того, как все котята были эвакуированы из подвала, кошка подошла к роботу – он этого почти не видел, но почувствовал. Так же, как и котят, она схватила робота (правда, получилось у нее ухватиться только за тонкую руку-проволоку) и выпрыгнула с ним на улицу.
- Спасибо, - сказал железный человечек и погладил кошку.
Да, с подвалом он, конечно, ошибся. Оказалось, что в данный конкретный момент там было еще хуже, чем на страшной улице.
Кошка в это время снова переносила котят. Робот проследил за ней и увидел, что она таскает их в картонную коробку, которая стояла недалеко, за углом дома, рядом с мусорными контейнерами. Забрав последнего котенка и вернувшись, кошка словно спросила его взглядом: «Ну а ты? Пойдешь?».
Робот решил, что это будет самый правильный и надежный вариант – он спрячется с кошкой, а утром, когда свет вернет тепло и добро в город, он продолжит поиски.
Так и поступил.
Через десять минут он уже был в коробке вместе с кошкой и котятами. И хоть он и был сделан из двух консервных банок и нескольких проволок, сейчас он чувствовал тепло мягоньких комочков, которые сладко спали, уткнувшись розовыми носами в мамин живот.
Робот так и просидел с ними до утра, когда, встретив яркий рассвет, снова отправился искать Диму. Тогда он еще не знал, что опасность его будет ждать и днем – причем, похуже шуршащей травы и отдаленных шагов за спиной.
Глава 6
Так что же ждало нашего робота? Чтобы узнать, перенесемся немного назад во времени.
Как раз в тот момент, когда робот, встретивший ночь на улице, решал, что ему дальше делать, в недалеко расположенном доме на большой мягкой кровати, утопая в белоснежных простынях, ворочался рыжий мальчик. Он то смотрел в окно, лежа на одном боку, то поворачивался на другой, и лежал, рассматривая рисунок на ковре. А спать ему не давала только одна мысль: ходячая консервная банка. Он же точно видел, что она была живой, с ногами и руками! Как же ему ее получить? Вот мама его подставила, еще и назвала дурачком, но он же видел своими глазами, что банка ходила.
- Как же тебя найти?
Так он и лежал, не находя покоя и крутясь на одеяле, пока, наконец, завернувшись во все тряпки, какие были на кровати, и став похожим на кокон, не уснул.
Спал он, правда, беспокойно. И сон ему приснился нехороший: консервная банка сама нашла его. Пришла к нему в дом, открыла дверь его комнаты и бесшумно подобралась к кровати, где, мирно посапывая, спал толстячок. Но с банкой начали происходить метаморфозы: она раздулась, открылась и начала засасывать в себя несчастного мальчонку, который проснулся и понял, что сам превратится в консервы. Он кричал, цеплялся пухлыми пальчиками за кровать, одеяло, матрас – но все тщетно. Банка всосала его внутрь, крышка запечаталась, и мальчик остался во тьме. Внутри было тесно, он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. А запах! Какой же тут был отвратительный запах. Такая вонь всегда стоит на помойках. Но это было еще не все. Внезапно банка начала уменьшаться в размерах, сдавливая несчастного мальчика. Он заплакал и…
И тут он по-настоящему проснулся, весь в слезах, а через секунду понял, что он кричит.
Прибежала мама.
- Паша, что такое?
Мальчик посмотрел на маму.
- Мне приснился страшный сон, – тут он виновато потупил глаза. – И, кажется, я описался.
- Боже мой, - мама закатила глаза. – Опять? Ты же уже целый месяц не писался.
Мальчик посмотрел в окно.
Нет, ты меня не найдешь, проклятая банка, я сам первый тебя разыщу. И посмотрим, кто кого!
Через некоторое время мальчик снова спал, но на этот раз снов не было, а позже, когда он проснулся, скушал первое, второе и третье, а потом тортик на десерт, он уже знал, что будет делать, потому что во время долгого пережевывания пищи он разработал план поимки дурацкой банки.
Встав из-за стола, он направился к себе в комнату.
- А что надо сказать? – крикнула вдогонку ему мама.
- Спасибо, - буркнул толстячок.
- Сто раз одно и то же, - процедила мама.
Мальчику, впрочем, сейчас было все равно на маму. В этот момент он был занят важным делом. Надо было собрать рюкзак с необходимыми вещами. Порывшись в тоннах игрушек, он выудил пистолет с шариками и рогатку. В кладовке, куда он обычно боялся заходить, он нашел небольшую клетку, в которой пару лет назад жил их попугай, который исчез при необъяснимых обстоятельствах (злые языки поговаривали, что мальчик сам съел попугая, проголодавшись, когда мама вовремя на подала обед).
Также в рюкзак отправились веревка и швейцарский нож. Мальчик не знал, пригодятся ли ему все эти вещи, но он предполагал, что ходячая банка может не сдаться просто так, а придется за ней погоняться, и, при необходимости, перерезать те штуки, которые служили банке ногами и руками.
- Ох, ты у меня получишь, - сказал себе под нос толстячок.
Когда сборы были закончены, мальчик незаметно открыл входную дверь и выставил рюкзак за дверь (мама запрещала брать ему игрушки на улицу).
- Мам! – крикнул писклявым голосом мальчик. – Мне Федя звонил, я гулять пойду.
- Хорошо. Зубы чистил?
Мальчик, конечно же, почти никогда не чистил зубы, ведь он считал, что это дурацкое и бесполезное занятие, но чтобы мама не заставила его реально этим заниматься, соврал:
- Да, мамочка, конечно.
Мама, которая с самого утра была погружена в бездонные глубины Интернета в своем телефоне, уже ушла в себя и потеряла связь с реальностью. Такое бывает со взрослыми.
И, в отличие от многих других ситуаций, когда рыжий паренек явно желал маминого внимания, – например, в магазине, когда надо было что-то купить, или ночью после кошмара, когда надо было менять простыни, - сейчас он был только рад, что она не стала вдаваться в подробности его прогулки.
Мальчик выскочил за дверь, схватил рюкзак и через минуту уже быстро шел по дороге, которая вела к тому месту, где он вчера видел эту дурацкую консервную банку с ногами.
Через некоторое время он уже стоял на том месте, где вчера ему встретилась консервная банка с ногами. И как только мама смогла утащить его вчера отсюда? Наверное, он просто был в растерянности от увиденного, причем, настолько, что не смог адекватно отреагировать и вырваться из маминой хватки.
- Ну, спасибо, мама. Вот поймаю его, потом расскажешь, кто из нас дурачок.
Думая нехорошее о своей маме, толстячок начал рассматривать траву в том месте, где была консервная банка. Сначала он думал, что маленький человечек будет тут, потому что… а куда он может уйти? Это же маленькое, сделанное из консервной банки нечто. Но, тем не менее, его ожидания не оправдались, и в траве было что угодно, только не та жестянка с ногами.
Почесав рыжий затылок, мальчик задумался. Что бы я стал делать и куда бы я пошел, будь я маленьким железным человечком? Но сколько паренек не напрягал свой уже в таком возрасте не особо хорошо работающий мозг, ничего на ум не приходило. Тогда он напряг другую часть мозга, отвечающую за память. В какую сторону он шел? Так, они с мамой шли домой, сюда. А он шел навстречу, - мальчик повернулся, - туда.
Недолго думая, он направился в том направлении, куда, как ему казалось, пошел вчера маленький робот. Он шел медленно, изучая травинки у дороги, сам асфальт, заглядывая в ближайшие кусты (вдруг он там прилег поспать). И, тем не менее, никаких следов пребывания тут некого железного человечка не присутствовало.
- Блин, - мальчик снова почесал затылок. – Может, у меня правда от сладостей уже крыша поехала. Ну, блин, я же видел. Что за глюки?
Он прошел вперед еще несколько десятков метров, пока, наконец, не добрел до перекрестка.
День был ясный, ярко светило солнышко и, отражаясь от крыш и стекол проезжавших мимо автомобилей, пускало солнечных зайчиков по всей округе. Один из таких зайчиков попал мальчику в глаз, и тот резко отвернулся, прищурившись. Когда спустя секунду он их открыл, он увидел, как некий мужчина на другой стороне улицы подошел к женщине и начал громко говорить:
- Видела? – он показывал на свой лоб, приподняв кепку. – Видела?
- Видела, - пробурчала женщина. Она говорила тихо, поэтому паренек перебежал через дорогу и встал недалеко от разговаривавших людей. Сам не зная почему, мальчик решил, что надо подслушать разговор этого нервного мужика. Не просто же так он тут разорался…
- Видела, - передразнил мужчина. – А все из-за этой проклятой кошки.
- Какой кошки?
- Такой! В подвале сидит и орет. А я на первом этаже живу, - он махнул в сторону ближайшего дома. – И что ты думаешь? Пошел я в подвал.
- Зачем?
- На балалайке сыграть! Господи, Зин, ну, как ты думаешь? Конечно, прогнать эту кошку. Ну, ты даешь.
- И че? Не дошел, что ли, упал?
- Дошел!
- А шишка-то на голове откуда? В дверь врезался?
- Ой, слушай, не хочешь слушать, не буду тебе….
- Да уж рассказывай, раз начал.
- Короче. – мужчина сплюнул и вытер рот рукавом. – Захожу в подвал, включаю свет. Смотрю – вот она. Да еще и с кучей котят. И орут все как резаные. Кажется, меня увидели, назло стали орать еще громче.
- Ну, конечно.
- Ой, да слушай уже!
- Молчу.
- Пошел я, значит, прогнать эту свору, так на полпути над головой лопается лампочка. Ба-бах! – он так сильно проорал, что подскочили все проходившие мимо люди, а с ними и рыжий мальчик. – Прикинь?
- И ты в темноте не мог найти дверь и решил пробить лбом проход в стене?
- Зин!
- Ну, говори. Хватит уже драматические паузы делать.
- Короче. Свет погас, меня обсыпало раскаленными осколками, все горело, боль адская…
- А ожоги-то где?
- Не перебивай! Осколками, говорю, осыпало. И тут я наступаю на что-то круглое, как на банку какую! – рыжий мальчик тут же напрягся. Вот оно! Банку. Не зря он стал слушать этот, казалось бы, бестолковый разговор.
- На банку?
- Именно. Как консервная, от тушенки, например. И я поехал! Ну, то есть нога поехала, а я с ней.
- Ну, куда уж ты без нее, раз она поехала.
- Ну и я о том же. И все.
- Все?
- Да. Все, больше ничего не помню. Очнулся под утро на полу подвала – голова раскалывается, на лбу шишка. Вот так вот.
- Занимательная история. Ты своей жене что-нибудь поправдоподобней расскажи, не поверит.
- Да я клянусь, правда! – мужик скинул кепку.
- Ну, хорошо-хорошо, - женщина развернулась и пошла в сторону дома.
- Да правда, Зин, - мужик рванул за ней, продолжая убеждать ее в правдивости истории.
Но рыжий мальчик уже не следил за мужчиной и женщиной, а смотрел на тот дом, который упоминался в рассказе. Подвал? Значит, банка с ногами либо там, либо где-то рядом. Раз уж ночь он провел внутри, по-любому не мог далеко удрать, с его-то крошечными ногами. То ли дело его ноги. Длинные, красивые!
Рыжий мальчик, подумав это с улыбкой, посмотрел на ноги – не очень длинные и красивые - и улыбка сошла с его лица.
Не важно. Зато теперь он знает, куда идти.
Пройдя по тротуару до дома, мальчик осмотрел маленькие окошки, ведущие в подвал. Пройдя несколько таких, он наткнулся на место, где в одном из кирпичей, служившим частью стенки окошка, была трещина, а в ней застряли несколько светлых кошачьих волосков.
Нашел. Значит, тут они и сидели. Рядом был и вход в подвал.
Рыжий мальчик знал, что обычно такие входы, равно как и двери на чердак, закрыты, и ключ ему просто так не раздобыть. Но то, что тот мужик, валявшийся в беспамятстве в подвале, утром выходил отсюда, давало надежду, что он не озаботился безопасностью подвального помещения.
Мальчик спустился по лестнице и увидел дверь, которая была захлопнута. Плохо. Он подошел и дернул за ручку. Закрыто. Вот подстава. Ну и как ему, скажите, туда попадать? Взламывать замки он, конечно же, не умел, и оставался только один путь: окошко.
Вернувшись к нему, мальчик оценил размер, а потом, посмотрев на себя, оценил размер своего живота. И несмотря на то, что он считал себя очень красивым пареньком, все же он признал, что пара лишних килограммов у него есть, которые, однако, в этой ситуации не должны сыграть роли, поэтому он скинул рюкзак, несколько раз резко вдохнул и выдохнул и полез внутрь.
Голова прошла со свистом. Однако, пролезая дальше, мальчик почувствовал, что легкость движений исчезает, и он понял, что может застрять. Но, несмотря на понимание ситуации, сделать он уже ничего не мог, потому что центр тяжести находился уже внутри подвала, а его ноги просто болтались снаружи, словно две толстые змеи.
И тут, пытаясь пошевелиться и продвинуться дальше, он понял, что ничего не меняется, и запаниковал.
- Мамочки, - сказал он. – Застрял. О нет! Застрял! – он уже перешел на крик. – Мама, помоги!
Наверное, от крика и напряжения, у мальчика вышел весь воздух из легких, а от страха, возможно, он скинул несколько сот грамм, но так или иначе, он сразу же проскочил дальше и упал на пол подвала, больно ударившись затылком о пол.
- Черт, шишка будет, - сказал он и вспомнил мужчину, который тут тоже пострадал. – Проклятый подвал.
Тем не менее, ушиб был не сильный, и рыжий паренек встал, отряхнулся и посмотрел по сторонам.
***
Пока Паша изучал подвал, робот решил, что пора идти. Кошки в коробке не было, но котята все были тут. Странно, подумал робот. Может, она снова пошла зачем-то в подвал? А вдруг там опять этот человек?
Робот ловко выпрыгнул из коробки, убедившись, что котята спят, и ничто им не угрожает, и, стараясь идти незаметно в тени дома, в траве у самого фундамента, - направился к тому окошку в подвал, где он встретил кошку. Правда, когда он спрыгнул на землю, то случайно наступил в черную лужицу моторного масла, чего даже не заметил.
И он пошел туда, где сейчас был рыжий мальчик, который искал робота, сделанного из двух консервных банок и нескольких проволок.
Глава 7
Робот подошел к окошку и заглянул внутрь. Света в подвале не было, поэтому можно было разглядеть только небольшой участок пола, на который падали лучи солнца через отверстие в стене. Робот посмотрел налево, направо – ничего не было видно. Ничего не было и слышно. А что, если он не успел? Что, если кошке нужна помощь, а она там, внутри?
***
Рыжий мальчик, крутившийся в подвале, рассмотрел все, что можно было рассмотреть. Никаких следов присутствия робота не было, кошки тоже не было, да и вообще, здесь были только стены, трубы, электрощитки да дверь.
Решив, что делать тут больше нечего, мальчик повернулся к окошку и хотел уже было выбираться, но вдруг увидел движение черного силуэта на фоне яркого пятна окна.
- Блин! – мальчик узнал робота: это же он стоял и смотрел в подвал. Две банки, тонкие проволоки рук и ног. – А ну, стой! – завизжал, обезумевший от увиденного, мальчик. – Стой!
Робот, конечно же, узнал этого рыжего мальчика. Истошный крик, который издавал этот толстячок, не предвещал ничего хорошего, поэтому робот, испугавшись, понял, что лучше сейчас бежать.
Мальчик же, заметив, что робот отходит от окна, с разбега прыгнул на стену, но не смог дотянуться до края окошка.
- Вот, блин блинский.
До него вдруг дошло, что бегающий робот у дома – сейчас не главное. Он застрял в этом подвале. На него нахлынула паника, как несколько минут назад, когда он думал, что застрял в проеме в стене. Снова вспомнив про маму, толстячок начал плакать и отчаянно прыгать на стену, что, впрочем, не имело никаких результатов. Он посмотрел на дверь – точно! Тут же есть дверь! Однако, она была заперта на замок, и сколько он ни дергал ручку, никакого эффекта не было.
- Мамочка, - запричитал мальчик, - ну, пожалуйста! Что же делать?
Тогда он снова пошел к окошку в стене.
Он все прыгал и прыгал, пока неловко не упал на бетонный пол, сильно повредив колено. Тут он разревелся и, красный как помидор, сидел еще несколько минут, заливаясь слезами.
Робот же в это время добежал до того места, где оставил котят, забрался туда и увидел, что кошка вновь вернулась. Наверное, ходила за едой.
- Хорошо, что ты тут, - сказал робот и погладил кошку. – А то мне пора бежать. Спасибо, что вчера помогла выбраться из подвала.
Кошка же ласково потерлась о робота, говоря, что и она ему благодарна, ведь тот помог ей спастись от дюже нервного мужика, который хотел навредить ей и ее котятам.
Так они и распрощались, и робот пошел дальше.
***
Мальчик в подвале смотрел на окошко в стене, пытаясь понять, как ему отсюда выбраться. Он уже кричал как только мог, но, наверное, никто на улице его не мог услышать, потому что до тротуара было далеко, а вдоль стены дома никто не проходил. Квартира, расположенная над подвалом, похоже, сейчас пустовала.
Повернувшись к трубам и электрощиткам, мальчик задумался.
Если я сейчас все выключу, наверное, люди поднимут шум, и кто-то придет сюда. Должно сработать!
Он подошел к трубам и попытался перекрыть вентиль, однако, тот и не думал вращаться. Мальчик напрягался изо всех сил, у него аж все вены вздулись на толстой шее, но так ничего и не вышло. Пот заливал лицо, а футболка стала такая, словно он в ней в бассейне искупался.
- Вот черт! – слезы снова навернулись на его глазах. – Да что ж такое-то?
Тогда он подошел к электрощитку. Да, дверца была на замке, но тот был сломан. Он открыл щиток и посмотрел внутрь. Мотки проводов всевозможных цветов лианами свисали и тянулись во все стороны. Где-то они были завязаны узлами, состоявшими, казалось, из нескольких десятков нитей, и напоминали клубки змей. А еще там все гудело. Мальчику стало страшно. Да, он может туда залезть, но что, если его убьет током? Мама всегда говорила ему, что в розетки лезть нельзя.
Но мальчик сейчас был в панике, а потому, заметив среди паутины проводов рубильник, он осторожно протянул к нему руку и дернул.
Ба-бах!
В щитке что-то сильно хлопнуло, от чего мальчик со страху отскочил на пару метров назад. Провода внутри заискрились, и из щитка повалил дым.
- Мамочка, что же я наделал…
Благодаря квалификации местного электрика, а также безответственному поведению рыжего мальчика, отрубился свет во всем доме.
Как и во всех домах, в этом были люди, которые при первых же проявлениях сбоев в работе систем звонят во все службы города, а также, на всякий случай, мэру и губернатору («пусть знают!»). Поэтому не прошло и пяти минут, как в двери входа в подвал загремел ключ, а через секунду та открылась и вошло несколько человек из аварийной службы.
- Так, - сказал один, пока двое пошли к щитку, - а ты что тут делаешь?
- Я случайно провалился, - ответил мальчик, указывая на окошко.
- Случайно? А сюда ты полез тоже случайно? – спросил мужчина, махнув рукой в сторону дымящегося щитка.
- Нет, он сам.
- Сам, значит, да?
- Сам, говорю же.
- А как твоя фамилия и твой адрес, давай-ка мы все-таки поговорим с твоими родителями.
Тут мальчик напрягся, но вспомнил, что папа говорил по поводу действия в таких ситуациях. И, почти на автомате, мальчик выпалил.
- Моя фамилия Толстозадов, а мой папа работает заместителем главы района. И, если вы хотите с ним говорить, говорите, но можете попрощаться с работой.
Мужчина удивленно смотрел на мальчика. Повернулись к нему и двое рабочих, колдовавших у щитка (и весьма успешно, надо сказать, потому что дым идти перестал).
- Ты серьезно? – спросил мужчина.
- Можете проверить и позвонить ему на работу, - нагло сказал мальчик. – Я заодно скажу, что вы меня обижали.
Рабочие переглянулись.
- Ладно, иди, никто тебя не держит.
- Спасибо, - кривляясь, сказал толстый мальчик и выбежал на улицу.
- Вот засранец мелкий, - сказал мужчина, работавший у щитка.
Но мальчик уже не слышал, потому что, схватив рюкзак, уже шел в сторону того края дома, куда вели маленькие черные следы робота.
Глава 8
Дима, который два дня назад сделал робота из консервных банок, стал грустным и ничто его теперь не радовало. Да, он смирился с потерей игрушки и больше не плакал, но это не означало, что ему было все равно. И его мама, которая, конечно же, это видела, сильно переживала по этому поводу. Как и у любой другой любящей матери, ее сердце было не на месте из-за такой ситуации. Но что она могла сейчас сделать? Они же ходили и искали у дома робота. Наверное, его либо пинками загнали какие-нибудь ребята (или даже разломали), либо кто-то его подобрал и унес домой.
Но это же была всего лишь простецкая поделка, можно было сделать еще одну такую же, но Дима не хотел.
А этого как искать? В розыск объявить?
И тут ее глаза округлились – точно, розыск!
Она пришла в комнату Димы, который несмотря на хорошую погоду отказался идти гулять и сидел с какой-то книжкой, разглядывая в ней картинки.
- Димка, - сказала мама, присев рядом. – А давай попробуем еще раз найти твоего робота.
Мальчик поднял грустные глаза и посмотрел на маму.
- Мам, мы же уже искали везде, не нашли же…
- Да, но мы сделаем по-другому, – она встала и подошла к стеллажу с книгами, на котором лежала пачка бумаги. Она взяла несколько листов и положила на стол Димы, а рядом поставила банку с карандашами.
Мальчик непонимающе смотрел на маму.
- Вот что мы сделаем, - сказала мама, взяв в руки один из карандашей. – Нарисуем картинку с твоим роботом. – Она набросала серым карандашом две консервные банки, пририсовала глаза и рот, ручки и ножки, – а снизу напишем адрес. – Она написала большими буквами «Это робот Димы. Кто найдет, просьба принести в квартиру 27, дом 3 по улице Садовой». – Вот! – она показала Диме рисунок.
- Мы сделаем объявления, - мальчик засветился от счастья. – И расклеим по всему городу! Мама, спасибо! – он вскочил и, подбежав к маме, обнял ее.
- Давай, рисуй объявления, – мама поцеловала сынишку в щеку. – А потом пойдем и расклеим.
- Мама, я тебя люблю.
- И я тебя, солнце.
***
Робот, вернувшийся к коробке, где сидели кошка с котятами, задумался, куда ему вообще стоит идти, где искать Диму, как искать? Он до этого бродил по улице, вглядывался в лица проходивших мимо мальчиков, пытаясь найти своего друга. Но теперь он, наткнувшись на ряд препятствий, понял, что этот путь не будет простым. Ночью ему было передвигаться страшно, потому что было темно и никого не было, днем – опасно, потому что слишком много людей, и многие из них почему-то не демонстрируют хорошие качества.
За углом послышались шаги. Робот повернулся и увидел круглую тень, выползшую из-за стены дома. Еще не увидев рыжего мальчика, робот понял, что это он. А секунду спустя появилось и блестящее раскрасневшееся лицо.
- Попался! – завизжал мальчик, прыгнув на мусорную кучу, на которой сидел робот.
Разумеется, робот не стал дожидаться, пока большое рыхлое тело накроет его, а коротенькие дряблые руки вонзят в него свои толстые пальчики. Молниеносно среагировав, робот прыгнул в сторону, увернувшись от нежеланных объятий. Рыжий мальчик в приступе ярости даже и не заметил, что просто летит в кучу мусора. Спустя мгновение, он по самый пояс погрузился в отбросы всевозможного вида – тут были и протухшие овощи с фруктами, и гнилая рыба, и почерневшие от разложения рваные вещи. Схватив что-то в процессе погружения в кучу мусора, мальчик теперь сжимал этот предмет крепко в руке.
- Есть, - кричал он, выбираясь из зловонной горы, - есть!
Смахнув с лица слой грязи и зеленой слизи, он открыл глаза и посмотрел на то, что сжимал в руке. Да, это тоже была консервная банка, но совсем не та, что он ожидал увидеть – в этой была зеленовато-черная масса, в которой копошились толстые белые черви.
Крикнув от ужаса, мальчик выбросил банку, и, забыв про робота, рванул скорее домой мыться. Ему казалось, что по всему его телу ползают опарыши.
***
Мама с Димой приклеили последнее объявление на столбе как раз недалеко от того дома, у которого сейчас в тени прятался робот. Тут мимо них пробежал с криком рыжий мальчик.
- Боже мой, - сказала мама Димы, - ну и запах. Надеюсь, он бежит мыться.
Дима улыбнулся.
- Ну, - разгладив на столбе рисунок Димы, сказала мама, – все готово. Мы расклеили с тобой целых тридцать объявлений.
- Да! Теперь он точно найдется.
И тут мама задумалась. Дима теперь уверен, что робот найдется. А что если нет? Он же совсем разочаруется, и будет, наверное, еще хуже, чем было. А какие у нее были варианты? Ладно, решила она, если вдруг робот найдется, – а у нее все-таки были надежды, что робота действительно им принесут, - то она сама сделает другого, а скажет, что тот нашелся. Да, наверное, Дима поймет, что это другой робот, но что делать…
Она обняла сынишку, и они пошли домой.
- Боже, от того мальчугана вонь до сих пор стоит.
Дима засмеялся.
- Ага.
Раздался гром. Дима и мама обернулись и увидели, что с западной стороны на город движется черная туча.
- Пошли быстрее домой, - сказала мама. – Похоже, сейчас будет ливень.
- Пойдем.
И они поспешили в сторону своего дома.
А в каких-то ста метрах от них в траве у ящика с песком сидел маленький робот и смотрел на чернеющее небо, не зная, чего ожидать.
Глава 9
Рыжий мальчик, прибежав домой, тут же направился в ванную.
- Паша, боже, что случилось? – его мама отложила телефон и направилась в коридор. – Пашечка, - и тут ей в нос ударил гнилостный запах разложения, присущий помойкам. – Паша! Ты где был?
- Мам, я в мусор упал, - сказал рыжик мальчик из ванной.
- Да, можно топор вешать! Ну и вонь, Господи. Ты в нем плавал, что ли?
- Нет, мам, упал просто. С ребятам играли, случайно.
Мама Паши ушла на кухню и шире открыла окно, потому что в квартире нечем было дышать.
- Кошмар, - сказала она, усаживаясь за стол и возвращаясь к своему телефону, - нет бы дома сидел, как мама, путным чем-нибудь занимался. Эх…
Паша тер себя мочалкой очень старательно, но это все равно не помогало. Прошло десять, двадцать, тридцать минут, но рыжий мальчик понимал, что отмыться от этой помойки ему можно будет еще не скоро. Скорее, надо будет просто ждать, когда она со временем сама выветрится. В итоге он, конечно, отмылся, но только визуально, потому что на самом деле от него пахло все еще очень сильно. И будет так пахнуть еще очень долго.
Но не будем об этом.
Мальчик, выйдя из ванной, подхватил листок, который лежал в коридоре, и направился в свою комнату. Листок этот он сорвал на одном из столбов около своего дома, а написано на нем было буквально следующее: «Это робот Димы. Кто найдет, просьба принести в квартиру 27, дом 3 по улице Садовой».
Паша не верил своим глазам. Некий Дима потерял этого мерзкого маленького человечка, а теперь пытается его найти. Мало того, он развесил по всему району объявления, надеясь, что робота ему принесут те, кто его обнаружат. Но рыжий мальчик лишь зловеще улыбался. Его не обманешь! Этот хитрющий Дима не мог написать «Робот, возвращайся по такому-то адресу», потому что его, Диму, сразу заберут врачи в дурдом и там будут лечить уколами, потому что все знают, что маленьких гуляющих самих по себе роботов не существует. Но рыжий мальчик понимал, что именно это Дима и имел в виду: он расклеил эти объявления для робота!
И что же в таком случае обычно приходит на ум подобным ребятам? Конечно же, засада.
И надо было устроить ее, как можно скорее.
***
Черное небо расколола молния. Серые тучи, в один миг превратившие день в ночь, пролили на горячий город холодный дождь, разгоняя зазевавшихся пешеходов, зверят и птиц по углам, где их не мог настигнуть ливень.
В одном из таких углов сидел и маленький робот. Он забрался под контейнер с мусором, который стоял у дороги. Когда начался дождь, робот хотел перейти на другую сторону, потому что вдруг резко исчезли люди и машины, но не успел: серая водяная стена стояла перед ним, и он спрятался, опасаясь, что его смоет в одну из этих дыр в дороге, которые, похоже, и были предназначены для того, чтобы туда сливалась вода.
Тут он заметил странное существо, которое оказалось в беде. Маленький черный паучок цеплялся ножками за край бордюра, но струи дождя, попадая по нему, каждый раз сбивали его все ниже и ниже, затаскивая в поток, ведущий в темное подземелье.
- Держись, - сказал робот, понимая, что тот вряд ли его услышит в таком шуме, - я тебе помогу.
Выкатившись из-под контейнера, робот подполз к бордюру и вытащил паучка, усадив на свою железную ладонь. Он вернулся к контейнеру и спустил мохнатое создание на землю.
- Ты в порядке?
Паук не ответил, но, как показалось роботу, кивнул ему, глядя на него большими глазами.
- Ну, хорошо. Сейчас дождь кончится, и сможешь убежать домой.
Паук, однако, никак не отреагировал, а все так же продолжал смотреть на говорящую консервную банку большими испуганными глазами. Или грустными, подумал робот.
- Тебе некуда идти? – снова спросил он.
Паук вроде бы кивнул.
- Ну, давай тогда вместе искать моего друга. Его зовут Дима, он хороший. Он меня собрал из банок и проволоки.
Паучок не отреагировал.
- И дома у него, я думаю, ты найдешь какой-нибудь темный уголок, где сможешь сплести небольшую паутину и жить в безопасности. И в сухости, конечно.
Паучок подбежал к роботу, забрался на банку-туловище и сел на плече.
- Будешь тут сидеть? Хорошо. Давай ждать, когда закончится дождь.
А тот и правда становился все слабее и слабее. Робот уже не полез под контейнер, а просто сел рядом. Он подобрал большой листочек и держал его как зонтик, чтобы вода не попадала ни на него, ни на маленького паучка.
Что-то пролетело мимо контейнера и приземлилось недалеко от робота. Это был лист бумаги, на котором размещались детский рисунок и подпись. Робот, случайно посмотрев на него, узнал в нем себя.
- Что это?
Он подошел и посмотрел на лист.
- Это робот Димы. Кто найдет, просьба принести в квартиру 27, дом 3 по улице Садовой, - прочитал он вслух. Глаза его округлились. – Ура! Мы скоро будем дома! Мы нашли Диму! Слышишь, паучок, скоро мы будем дома!
Но мы помним про рыжего мальчика и его коварный план.
Глава 10
Паша, продолжавший ощущать запах помойки повсюду, торопился к зданию на Садовой улице. Это было недалеко от его дома, поэтому идти ему пришлось недолго, но он все равно спешил, потому что какие-то секунды могли сыграть решающую роль в поимке ненавистного робота, а этого он точно не хотел.
Дойдя до нужного здания, рыжий мальчик прочитал номера на подъездах и остановился у того, где были написаны квартиры с двадцать первой по сороковую.
«Вот этот подъезд, - подумал Паша, - только бы я успел, и эта консервная банка не пробралась уже внутрь».
У входа в подъезд располагалась лужайка, на которой росло несколько деревьев, очень много зеленой травы и несколько кустов. Кусты – это именно то, что нужно было Паше для того, чтобы спрятаться. За ними он и присел, выбрав такое расположение, чтобы было видно и вход в подъезд, и три ступеньки, ведущие к нему.
«Не уйдет, - гаденько улыбаясь, подумал рыжий хулиган. – Точно не уйдет!»
Паша был уверен, что перехватит робота. Да, после дождя сидеть в мокрой траве, собирать головой и шеей капли, падающие с деревьев и кустов, - занятие не из приятных, но скорая победа придавала ему сил и приглушала все негативные моменты засады.
Но прошло время, и Паша начал думать, что все-таки разминулся с ходячей банкой. Несколько человек зашли в подъезд, но ни один из них не был ростом в двадцать сантиметров и не был сделан из жестянки. Маленькое холодное сердце в груди рыжего мальчика начало полниться злобой еще сильнее. Не может быть! Как же так получилось?
А пока он думал о своем, с ним произошло еще одно, в целом, безобидное, но все же неприятное событие.
Помимо того, что лужайка, на которой сидел в засаде рыжий мальчик, прилегала к подъезду, она еще и находилась под окнами нескольких квартир на пяти этажах этого дома. Ближайшая, конечно же, располагалась на первом этаже, и мальчик сидел прямо под окнами этой квартиры.
И тут раздался характерный треск и скрип деревянных рам. Мальчик аж вскрикнул от испуга. В окне показалась старушка с доброжелательным лицом и, покачав головой, прокричала, как показалось Паше, на всю улицу:
- Паренек, ты чего ж тут-то сидишь?
Наверное, старушка, которой было по меньшей мере лет восемьдесят, была тугой на ухо.
Паша, конечно же, ничего не ответил, лихорадочно решая, что ему делать: продолжать тут сидеть как ни в чем не бывало, либо бежать так, словно за ним бешеная собака гонится.
- Чего ж присел? Живот разболелся? Проходи ко мне, - продолжала кричать старушка, - или тебе горшок выкинуть? Чего ж ты газон портишь. Нет, удобрения – это хорошо, но то, что ты делаешь…
Мальчик решил не бежать, ведь он тогда легко может пропустить возвращение робота «домой», но бабка кричала так, что его засада в принципе не могла сработать, ведь она обнаруживала для всех его местоположение, и если Паша что и понял про робота, так это то, что он вовсе не глуп.
И тут Паша, собравшись, сказал:
- Бабуль, - он постарался говорить громко, но не так, чтобы орать на всю улицу, а еще при этом исказил свое и без того неприятное лицо в омерзительной попытке выглядеть добреньким парнишкой, - мы в прятки играем.
- Пятки? А что пятки? Устали? Так говорю – давай горшок дам. Конечно, так сидеть…
- Да не пятки! Прятки! В прятки играем, и я сейчас из-за вас проиграю! – крикнул Паша.
- А, поняла, - старушка улыбнулась, - ну, давайте, играйте. А я-то думала, совсем плохо – раз уж под окнами уселся.
- Да, да.
Старушка еще что-то продолжала говорить, когда закрывала окно.
«Слава Богу, - подумал Паша. – Разоралась тут. Чуть все не испортила».
***
Робот, убедившись, что дождь закончился, решил скорее отправиться домой.
- Паучок, - сказал он, - ты готов идти?
Паук, сидевший у него на плече, лишь моргнул глазами, но робот понял, что это означает «да».
- Ну, тогда идем скорее. Я так сильно скучаю по Диме, а он, наверное, по мне тоже.
Робот, пригнувшись, пошел в траву и при этом хотел выбросить листок, который он использовал как зонтик, но вдруг остановился.
- Слушай, - сказал он, - а ведь ты прав, это же можно использовать как маскировку!
Тогда робот нарвал еще много листиков и подоткнул их в обе банки. Да, получилось, конечно, смешно, но со стороны качающаяся и движущаяся трава не должна привлекать столько внимания, как ходячая банка. Разумеется, маскировка подходила исключительно для передвижения по зеленым газонам, но насколько робот изучил ближайшую местность, подобных лужаек тут была тьма – и вдоль дорог, и вдоль тротуаров, и, самое главное, – вокруг домов и у подъездов.
Так они с паучком и пошли.
Робот не мог уйти далеко от того места, где он вывалился из окна, ведь у него были очень маленькие ножки, поэтому нет ничего удивительного, что на ближайшем доме он прочитал «Садовая улица, дом 1».
- Паучок, видишь, - сказал он, - мы на нужной улице. Получается, наш дом – следующий. Идем скорее.
Робот поспешил по газону, пробираясь сквозь высокую траву.
***
Рыжий мальчик вытер под носом и плюнул под ноги.
«Господи, где же эта консервная банка?» - подумал он.
Ноги его затекли, спина ныла. Сколько он уже сидит вот так в кустах? Час, два? Пот лился с его головы ручьями, попадая в глаза, хотя нельзя было сказать, что стояла жара. От напряжения и нервов лицо его стало совершенно красным. Решив чуть размяться, Паша встал и начал судорожно двигать ногами, которые в одно мгновение словно пронзили тысячи игл. Он застонал, но размяться было необходимо: он не мог в таком состоянии поймать эту банку.
И тут краем глаза он заметил движение и замер. Не поворачивая головы, он посмотрел в кусты, где, как ему показалось, что-то зашевелилось. Действительно, трава двигалась. И не так, как обычно, влево-вправо, а именно перемещалась под кустами по направлению к подъезду, у которого ждал Паша. Спустя некоторое время он заметил, что помимо травы виднеется и банка из-под консервов.
Попался!
Но Паша решил не торопиться. Он просто стоял, не двигаясь, ожидая того момента, когда жестянка выйдет из кустов, ведь тогда поймать ее не составит труда.
Но ждать пришлось недолго. Спустя минуту консервная банка, обвешанная листьями и травой, вылезла из кустов и поднялась – медленно, аккуратно, стараясь не привлекать внимание, - на бетонный уступ, который служил ступенькой у подъезда.
- Паучок, - сказал робот, - вот и все, мы почти дома. – Но… - тут паучок стал топтаться и кружиться на плече робота, размахивая своими лапками. – Что такое? Ты что-то хочешь мне…
Паша одним движением накрыл робота клеткой и также быстро запер дверцу, не оставив тому ни единого шанса.
- Есть! – по-поросячьи завизжал Паша. – Вот он! Ну, теперь ты у меня попляшешь!
Робот, только что осознавший, что произошло, вцепился в прутья клетки, тщетно пытаясь разжать их.
- Нет, - кричал он, оглядываясь на дверь подъезда, - нет, Дима. Помоги, где же ты? Нет.
Но голос робота был слишком тихим, и Дима не смог бы его услышать, даже если бы железный человечек кричал в пять раз громче. Да и расстояние между ними увеличивалось с каждой секундой: рыжий мальчик во весь опор бежал к своему дому, туда, где робота не ждало ничего хорошего.
Глава 11
Робот держался за прутья клетки, глядя, как дом, в котором он должен был быть, становится все меньше и меньше.
Что же ему делать? Дима не сможет ему помочь, он попросту не знает, где искать его. А что может он сам? Прутья клетки слишком жесткие, маленькому роботу их не разжать. А паучок слишком мал…
Робот встрепенулся.
- Паучок!
Маленькое существо посмотрело на робота.
- Слушай. В этой банке, - робот ткнул себя ручкой в лоб, - есть камешек. Без него я стану обычным железным человечком из банок и проволоки, понимаешь?
Паучок кивнул.
- Ну, то есть я… я как бы умру.
Паучок подпрыгнул и затряс маленькой мохнатой головой.
- Не переживай! Как только камешек снова окажется в моей голове, я оживу. Понял? И чтобы этот плохой мальчик его не украл или не потерял, надо его сохранить.
Паучок смотрел на робота.
- Я тебе точно говорю, не переживай. Смотри, что мы сделаем, - сказал робот и объяснил паучку свой план.
***
Спустя несколько минут потный и источающий зловоние рыжий мальчик влетел в свою комнату.
- Ах ты гад, - сказал он, ставя клетку на стол, - теперь ты у меня…
Мальчик смотрел на железного человечка с нарисованными маркером глазами, который лежал на дне клетки совершенно без движения.
Рыжий засмеялся.
- А, я понял. Ты прикидываешься обычной банкой с проволоками, но я-то все знаю, я-то все видел!
Робот не шевелился.
- Вставай, я тебя раскусил.
Робот продолжал лежать.
- Не зли меня, – крикнул мальчик, - или ты сейчас встаешь, или я возьму молоток и разомну тебя в кучку металла.
Робот, конечно же, ничего не слышал, потому что камешек, превративший консервные банки в маленького живого человечка, был спрятан паучком под кроватью рыжего мальчика. Там рядом, собственно, спрятался и сам паучок: он выпрыгнул из клетки за несколько секунд до того, как рыжий мальчик поставил ее на стол.
- Ну, все, - и без того краснолицый мальчик окончательно заалел, словно раскаленный гвоздь. Казалось, еще чуть-чуть и от его раздутых щек начнет подниматься пар. – Тебе крышка.
Резко развернувшись, мальчик бросился в коридор, однако, не успел он сделать и шага, как врезался в родителей, стоявших у него за спиной.
- Паша, - сказала мама рыжего мальчика, - что тут происходит.
- Я, - мальчик указал на клетку, - поймал этого робота. Он живой! Он бегал, я вам докажу, смотрите.
Родители молча смотрели на мальчика, потом перевели взгляд на клетку, внутри которой валялись пара консервных банок, потом снова посмотрели на раскрасневшегося мальчика.
- Не верите? – завизжал мальчик. – Я правду говорю! Хватит на меня так смотреть, я не выдумываю. Он живой!
Отец рыжего мальчика тяжело вздохнул.
- Ты где сегодня был?
- Он живой… что?
- Ты где был?
- Я… я с этим дурацким Федей…
- Так! – рявкнул отец. – Во-первых, следи за языком, иначе отхватишь у меня. Во-вторых, ты пил?
- Что?
- Ты пил?
- Нет, о чем вы? Я ловил сегодня…
- Я тебе говорила, что ты ему не уделяешь достаточно времени, – ввернула мама рыжего.
Отец мальчика покачал головой.
- Ты куришь?
- Что?
- Отвечай. Чего мы еще не знаем?
- Я не курю! Мама! Ну вы что говорите, он живой, я видел…
- Может, это что-то еще похуже? – у матери рыжего на глазах выступили слезы. – Надо проверить признаки в Интернете, - сказала она и достала телефон.
- Итак. Во-первых, ты сейчас выкинешь этот хлам, – сказал отец, указывая на банки в клетке, - во-вторых, ты наказан, никаких тебе гулять, никаких игр, никаких телевизоров. В-третьих, если я еще раз увижу, что ты пьян, ты вылетишь из квартиры и живи, где хочешь.
- Но пап…
- Цыц! Тебе ясно?
- Но…
- Тебе ясно?
- Да.
- Все. Выкинь это, верни клетку на место, и чтоб я больше ничего подобного не видел и не слышал.
Родители вышли из комнаты.
Мальчик стоял под дверью. Он еще долго будет слышать за дверью приглушенные голоса родителей, произносящих слова «дурка», «ку-ку» и «он весь в твоего отца, у того тоже вечно белая горячка была». Но рыжий уже не обращал внимания на них, он повернулся к клетке и посмотрел на консервные банки.
- Не выйдет у тебя ничего, - сказал рыжий, вытаскивая робота из клетки. – Их ты обманул, но не меня.
Глава 12
Прежде чем вернуть клетку в кладовку, рыжий мальчик перемотал нитками руки и ноги робота и положил его в ящик стола.
- Полежи пока, - сказал он, вышел и убрал клетку.
- Банки выбросил? – спросила его мать.
- Да.
- Куда?
Мальчик задумался.
- В окно.
- Что? Сколько раз говорили тебе не кидать мусор в окно?
- Извини.
- Ладно, хоть выбросил. И чтоб такого…
- Да-да, - сказал мальчик, уходя в комнату.
Он открыл ящик стола и посмотрел на робота.
- И все-таки ты по-другому выглядишь, что-то изменилось, – он повертел банки в руках. – Блин, как будто и правда банка. Но я же видел!
Раздался звонок в дверь, мальчик бросил робота в ящик и задвинул его.
- Да, проходите, - услышал он голос матери. – Идемте на кухню, сейчас я его позову. Дверь в комнату открылась, и заглянула мама. – Паш, приди на кухню, надо поговорить.
- Кто там?
- Это доктор.
- Доктор? Я не болен, пусть…
- А ну быстро на кухню, - выпалил подошедший отец. – И без нареканий.
Паша встал и поплелся на кухню.
Доктором оказался высокий мужчина в очках и с уже порядком поседевшими волосами. На вид ему было лет сорок пять, но Паше он казался стариком.
- Павел, правильно?
- Угу.
- Меня зовут Виктор Алексеевич Пантелеев, я доктор. Знаешь, почему твои родители попросили меня поговорить с тобой?
- Нет.
- Не лукавь, - сказал доктор, криво ухмыльнувшись, - я думаю, ты достаточно взрослый, чтобы понимать, какие ошибки ты совершаешь.
Паша молча смотрел на доктора, и ему не нравилось все, что сейчас происходило. Очень не нравилось.
***
Пока рыжий мальчик общался с доктором, маленький робот лежал в ящике с завязанными руками и ногами. Но, как они договорились с паучком, все это (пусть и с некоторыми разногласиями) было частью их плана. Паучок уже тащил маленький камешек, который, пробравшись в ящик через щель, ловко закатил в банку-голову робота, чем снова вселил в того жизнь.
- Ох, - простонал робот, - странные ощущения. Спасибо, - сказал он паучку, - ты меня спас. – Паучок лишь потряс своей черной мохнатой головой. – Не могу пошевелиться.
Хоть внутри ящика и было темно, он все же увидел, что его ноги и руки перевязаны нитками. Робот немного напряг свои металлические мышцы, и послышался треск. Еще усилие – и нитки лопнули.
- Ура, - сказал робот, - теперь надо удрать отсюда.
Оттолкнувшись от верхней части стола, робот смог немного выдвинуть ящик, и через образовавшийся проем они с паучком выбрались наружу.
Сначала они хотели выпрыгнуть в окно, что было логичным, ведь им не пришлось бы выходить из комнаты и встречаться с опасностью снова быть пойманными. Однако тут им не повезло, окно было наглухо закрыто, а ручка с него снята. Наверное, по какой-то причине родители не хотели, чтобы их сыночек открывал-закрывал окно сам.
Почему?
Впрочем, робота мало волновал этот вопрос, хотя некоторое время он еще крутился у него в голове.
Что ж. Теперь, наверное, только дверь.
Она располагалась как раз напротив входа в кухню и чуть сбоку от входа в комнату Паши, где сейчас и были робот с паучком. Ручка у двери была, тут ее никто снять не смог бы. Но были другие трудности. Во-первых, она может быть закрыта на ключ, а, во-вторых, сама дверь гораздо тяжелее окна, и хватит ли им сил ее открыть?
Но выбора не было, надо пробовать и рисковать.
- Паучок, - сказал робот, разглядывая дверь, - проберись в замочную скважину и скажи мне, заперт ли замок, хорошо? – паучок кивнул.
Через несколько секунд паучок уже лез по двери и вскоре скрылся в замочной скважине. Некоторое время спустя он снова выполз и добрался до робота.
- Ну?
Паучок отрицательно покачал головой.
- Отлично! Теперь надо придумать, как открыть дверь. – Робот оглянулся. – Забраться туда просто так, как ты, я не смогу, а ты не сможешь повернуть ручку. – Робот осматривал предметы в комнате. – Что-то же должно быть.
Он прошелся по комнате и нашел в углу пыльную коробку со старыми игрушками. Немного покопавшись, робот с улыбкой извлек небольшую пластмассовую удочку.
- То что надо! – Сказал он, показывая находку паучку.
***
Паша с хмурым видом слушал разглагольствования доктора, который, кажется, немного забылся и ушел в пространные рассуждения о работе человеческого мозга.
-…таким образом, подводя итог, можно сказать, что данное явление может быть проявлением нескольких факторов, влияющих на сознание человека как с внешней стороны, так и...
Отец мальчика почти спал, а мама снова ушла в виртуальное пространство. Собственно, и сам Паша-то не слушал этого доктора, которого не поймешь зачем сюда пригласили. Мальчик думал, что скоро он возьмет отвертку и расковыряет робота, разберет его на части. Ну и заодно посмотрит, заговорит ли тот, наконец, перед лицом неминуемой гибели.
И тут краем глаза он заметил некое движение. Паша поднял глаза и посмотрел в сторону входной двери. Маленький робот, держа удочку, пытался закинуть крючок на ручку двери.
- Ах ты…
-…следующие работы психиатров… что? Что ты говоришь? – встрепенулся вышедший из транса доктор.
- Вон он! Робот! Он убегает! – Паша попытался встать, но тут же был усажен обратно тяжелой рукой отца.
- Посиди-ка.
Они все вместе посмотрели на дверь, которая была закрыта, и, конечно, около нее не было никого и ничего.
- Господи, вот об этом мы и говорили, - сказала мать Паши. – Что с ним творится, доктор?
- Да я правда…
- Помолчи, - резко сказал отец.
Доктор снисходительно улыбнулся.
- Скорее всего, он выдумывает все, потому что ему не хватает внимания.
- Я не выдумываю…
- Цыц!
- Либо это клинический бред, вызванный более сложными процессами в больном мозгу, но чтобы точно выяснить…
Пока все снова были увлечены занятным монологом доктора, робот, выглянув из-за угла и убедившись, что все смотрят в другую сторону, снова закинул удочку, и на этот раз крючок удачно перекинулся через ручку и зацепился за ниточку.
- Есть!
Робот еще раз заглянул на кухню. Все спокойно. Он со всей силы потянул удочку, ручка начала поворачиваться. Еще секунда, язычок вышел из косяка, и дверь приоткрылась.
- Ура!
Паша аж подпрыгнул.
- Смотрите! Дверь открылась. Это тоже галлюцинации? Там робот, он убегает! Ловите его.
Отец встал, подошел к двери и, выглянув на лестничную площадку, захлопнул дверь.
- Сквозняк.
- Сквозняк? Боже, моего сына надо отдавать в дурку, - глядя на рыжего паренька сказала его мать.
***
До того, как отец Паши захлопнул дверь, робот и паучок успели выскользнуть на улицу.
На этот раз робот не стал маскироваться листочками, но все равно старался как можно больше двигаться в траве и тени домов или деревьев. Разумеется, рыжий мальчик сейчас был не в состоянии его преследовать, но мало ли еще таких же любопытных мальчиков живет в этом городе?
Не прошло и пяти минут, как робот увидел то здание, к которому он шел так долго. Вот оно, перед ним. Вот этот подъезд, у которого его схватил рыжий сорванец, когда он почти добрался до квартиры своего друга Димы.
- Наконец-то, - прошептал робот.
Он снова начал взбираться на ступеньки подъезда, но тут весь мир перед глазами начал кружиться, он почувствовал удар и понял, что лежит на спине. Паучок слетел с его плеча в сторону дома.
Что случилось?
Робот огляделся и увидел большую сороку, которая сидела неподалеку и с интересом разглядывала его.
- Только не это, - жалобно сказал себе под нос робот. – Слушай, - сказал он громче, обращаясь к большой птице. – Давай я пройду. У меня нет для тебя ничего интересного. Я просто жестянка с проволокой, просто металлическая банка. Зачем тебе я? Меня нельзя съесть, невозможно, - робот развел руками. – Дашь пройти?
Птица, сидевшая напротив, смотрела своими черными глазами-бусинками на удивительного маленького человечка. Наверное, она что-то понимала, но, в первую очередь, ей было интересно само это явление – маленькая блестящая штучка, которая шевелится, издает звуки, бегает, двигает маленькими ручками и ножками.
- Пожалуйста, - сказал робот.
Однако, вместо того, чтобы дать пройти роботу, сорока снова атаковала его, быстро взмахнув крыльями и ударив того клювом. Робот снова отлетел на полметра и упал в траву. Он не чувствовал боли, но понял, что чего-то не хватает. Подняв голову, он увидел, что его левая рука – небольшой кусочек проволоки – оторвался и лежит сейчас в траве.
- Как же так, - робот попытался подняться. – Надо ее найти.
Но не успел он встать, как птица снова набросилась, на этот раз схватив его лапами и шмякнув о стену дома. Робот ничего не почувствовал, но в этот раз камешек, который лежал в банке-голове робота, выскочил. Блестящий, красивый, он тут же бросился в глаза сороке, которая, не долго думая, схватила его и, взмахнув крыльями, взлетела.
Тут открылась дверь подъезда, и на улицу вышел Дима с мамой.
- Вдруг мы пропустили, - сказал Дима. – Ну кому он нужен?
- Да, согласна, – сказала мама Димы. – Просто мы с тобой уже смотрели, расклеили везде…
- Мама! – крикнул Дима. – Смотри! Вот он! Вот же он!
Дима подбежал и схватил робота. Он обнял его и простоял так под окнами дома, наверное, с минуту.
- Ой, - он заметил, что у робота оторвана рука, а сам он помят, - ладно, не переживай, мы тебя починим.
- Ну вот! Чудно, конечно, но хорошо, что нашелся. Как мы его пропустили?
- Главное, что нашелся!
Дима вернулся домой и сразу принялся чинить своего робота. Вскоре, банка была выправлена, новая рука надежно прикреплена, глаза и рот, потершиеся во время приключений робота, заново нарисованы черным маркером – четко и ярко.
- Ну, вот. Готово, – сказал Дима. – Знаешь, а мне снилось, что ты ожил. – Он почесал затылок. – Наверное, глупо. Ты же из консервных банок, но я и правда верил, что ты ожил, смог разговаривать и… сам ушел от меня. Ты не говоришь? – Дима внимательно смотрел на робота, пытаясь определить на его нарисованном лице признаки жизни. – Нет, конечно. Ладно, я все равно тебя люблю. Не теряйся больше никогда, - он обнял робота – чистого, восстановленного, починенного – и, так и продолжая обнимать его, лег на кровать и заснул.
А завтра он поставит его на полку шкафа, который придвинут к противоположной от окна стене. На всякий случай.
***
Когда Дима вышел из подъезда и нашел своего робота, сорока, схватившая камешек, взмахивая крыльями, хотела улететь – далеко и навсегда. Но этому было не суждено произойти. Кошка, спасенная недавно роботом, увидела издалека, как сорока напала на него, и тут же поспешила на помощь. Она помнила, как робот помог ей и котятам, и не могла остаться в стороне. Когда она прибежала к месту сражения, сорока уже взлетала. Подпрыгнув, кошка ударила лапой по черно-белому крылу, отчего та рухнула на землю, выронив волшебный камешек из клюва. Решив не искушать судьбу, сорока тут же встрепенулась, вскочила и спустя секунду ее и след простыл.
Паучок, который все это время находился рядом в траве, подхватил камешек и полез по стене дома. Увидев в одном из окон мальчика, который сидел за столом, ремонтируя своего робота, он пролез в открытую форточку и попал в квартиру. Спустя некоторое время, когда мальчик лег спать, он закатил камешек в отремонтированную банку-голову робота.
Робот вздрогнул. Он вспомнил нападение сороки, потерю камешка, и ему стало не по себе, но тут он огляделся и понял, что находится в комнате Димы, в объятиях своего друга.
Паучок, сидевший рядом, посмотрел на них, кивнул и убежал в темный уголок под потолком.
Робот сильнее прижался к мальчику, и хотя ему не надо было спать, он так и лежал с ним до самого утра.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге