Пончик

Глава 1

Когда Майклу было пять лет, он в канун Рождества нашел в старом клене письмо. Милое послание, написанное детским почерком. В нем ребенок просил Санту подарить ему собаку. Мама зачитала Майклу это письмо, и они вместе решили положить в дупло старого дуба маленькую плюшевую собачку. Вокруг ее шеи они повязали ленточку с бумажной косточкой, на которой было написано «Пончик». После Рождества собачка из дупла исчезла, а Майклу так понравилась эта история, что всё детство он хотел, когда вырастет, стать почтальоном, чтобы приносить людям хорошие новости и подарки.

Через двадцать пять лет он стал художником, но уже год не рисовал, потому что считал, что его иллюстрации, кроме него и его родителей, никому не нравятся. Вернувшись в свой родной город, он устроился работать почтальоном. Так волею обстоятельств он исполнил свою детскую мечту, хотя уже давно мечтал о другом.

Но работа ему нравилась: Майкл разносил письма, и чаще люди радовались им, особенно под Рождество, когда они ждали поздравлений от своих родных и любимых, хотя бывали и исключения. Уже второе Рождество, замотавшись в шарф и натянув капюшон на свою огромную разноцветную вязаную шапку, Майкл проводил за работой: не спеша бродил по улицам от дома к дому и кидал письма в почтовые ящики или отдавал в руки вышедшим на крыльцо людям. Многих он знал еще с детства и частенько перекидывался парой слов то с одним, то с другим знакомым. Единственное, куда он не любил ходить, — это к дому номер двадцать шесть, в котором обитала сварливая старая дева.

Мисс Эйр считала, что почта должна приходить в определенное время, секунда в секунду, и, как правило, встречала Майкла на крыльце с наручными часами в руках, язвительно высказывала ему всё, что у нее накипело за время ожидания, и, взяв письма, удалялась к себе, громко хлопнув дверью.

К сожалению, родственники ей писали часто, и Майкл раз в две недели выслушивал всё, что не хотел о себе знать.

В этом году канун Рождества начался очень странно.

Взяв сумку с письмами, Майкл сперва направился к Харрисонам, потому что это был ближайший к почте дом, потом к Ридам и Джефферсонам, и затем нужно было еще пройти через парк и доставить остальные письма. Насвистывая и напевая себе под нос рождественскую песенку, которая несколько дней назад привязалась к нему, Майкл шел по тропинке мимо старых деревьев. Вдруг он услышал жалобное тявканье. Оглядевшись, Майкл не заметил никого рядом, но увидел старую картонную коробку на поляне за старым кленом. Он свернул с дорожки и прошел к дереву.

Заглянув в коробку, Майкл обнаружил в ней щенка. Малыш скулил и пытался выбраться наружу.

— Бедный, кто же тебя тут оставил! Совсем один.

Майкл еще раз огляделся: никого, даже следов на снегу не было, видимо, коробку поставили еще до начала снегопада.

— Так, так, так. И что же делать?

Майкл немного постоял в нерешительности и, сказав протяжно: «Эххх», — взял щенка из коробки и, расстегнув куртку, засунул его за пазуху так, что только мордочка любопытно выглядывала из-под шарфа.

— В конце концов, не бросать же тебя здесь? Надеюсь, ты ничем не болеешь, и я ничем не заболею. Вот отнесем два последних письма и пойдем с тобой к ветеринару. А потом – домой. Купим вкусняшек и будем праздновать Рождество.

Так, разговаривая со щенком, Майкл дошел до дома Смитов, бросил письмо в почтовый ящик и отправился к дому номер двадцать шесть, где мисс Эйр уже стояла на пороге, прямая как столб.

Завидев Майкла еще издали, мисс Эйр с решительным видом двинулась в его сторону, возмущенно крича на всю улицу.

— Мистер Хоуп, вам известно, который час? Вам что, нужно выдавать компас, чтобы вы не терялись во время легкого снегопада? Я напишу жалобу!

Майкл шел ей навстречу. Их разделяло еще несколько метров, а от ее голоса у него уже звенело в голове.

— Доброе утро, мисс Эйр.

— Утро! Утро было полчаса назад! В это время порядочные люди уже давно работают. В отличие от вас!

Майкл привычным движением полез в свою сумку, чтобы достать письмо, в то время как мисс Эйр всё ворчала на него и ворчала. Щенок, испугавшись ее звонкого голоса, вдруг громко тявкнул. От неожиданности мисс Эйр отступила на шаг назад: она, поглощенная подбором обидных эпитетов, не заметила собачку, голова которой торчала из-под куртки. В тот день на улице было очень скользко: ветер и холод сделали своё дело. И мисс Эйр поскользнулась, взвизгнула и без намека на грацию упала на асфальт. Ее полный боли крик разнесся по окрестностям.

Через двадцать минут мисс Эйр увезла машина скорой помощи, предположительно, с переломом ноги. Майкл, пребывавший в состоянии шока, бросил письмо в почтовый ящик и побрел к ветеринару.

Уже вечером, вернувшись домой, он рассказал о своих приключениях матери.

— Бедная мисс Эйр, — сказала Маргарет, поглаживая щенка, который уснул у нее на коленях.

— Возможно, перелом ноги спас ее от сердечного приступа или инсульта.

— Не будь жестоким. Нужно будет, когда ее выпишут, отнести ей теплого супа, ведь если она действительно сломала ногу, ей придется очень нелегко какое-то время. Кстати, ты придумал имя для щенка?

— Да когда? Я же как нашел его у клена в парке, так через двадцать минут уже скорую вызывал.

Маргарет задумалась.

— А помнишь то письмо, которое ты нашел в детстве? И плюшевого песика, что мы положили в дупло? Это не тот ли клен?

— Тот, он один так и растет на поляне.

— Дай-ка вспомнить… Как мы назвали ту игрушку? Пирожок?

— Пончик, это был пончик.

— Точно! Ты ведь так все свои мягкие игрушки называл.

— По. Пончик. А что, по-моему, звучит, как думаешь?

Мама кивнула, посмотрев на белого пса с бежевыми пятнами на мордочке.

— А какая это порода? Что сказал ветеринар?

— Я забыл. Спрошу еще раз, когда пойдем на прививку. Хотя какая разница? Пончикам не нужна порода.

Маргарет улыбнулась, наблюдая, как ласково смотрит на щенка ее сын.

Как только мисс Эйр выписали из больницы, Маргарет приготовила вкусный суп-пюре. Проигнорировав умоляющий взгляд Майкла, она вручила сыну большую банку этого супа и отправила их с Пончиком прогуляться до дома номер двадцать шесть: отнести суп и пожелать мисс Эйр скорейшего выздоровления.

Пончик радовался каждой снежинке. Маргарет сшила ему из старого рукава модный свитер, и теперь он с наслаждением гулял, хотя все же частенько забирался к хозяину на руки.

Дойдя до дома мисс Эйр, Майкл тихонько нажал на кнопку звонка в надежде, что ему никто не откроет.

Но на удивление дверь быстро распахнулась. На пороге стояла молодая женщина лет тридцати. Она в недоумении подняла одну бровь и хотела что-то спросить, но, увидев Пончика, тут же улыбнулась и, опустившись на колени, погладила щенка.

— Кажется, я знаю кто вы, — сказала она.

— Я почтальон.

— О, это вы так думаете. Моя тетя же уверена, что вы оба – злодеи и преступники.

— Дейзи! Дейзи, детка, кто там? — раздался откуда-то из глубины дома на удивление нежный голос мисс Эйр.

— Принесли газеты, тетушка. Не волнуйся. Я схожу куплю хлеб и приду – будем обедать.

Дейзи прикрыла дверь, но через минуту вышла, на ходу надевая шапку и заматывая шарф вокруг шеи.

— Я суп принес, — сказал Майкл, смущенно протянув пакет с банкой.

— Спасибо. — Дейзи поставила пакет в коридор и закрыла дверь.

На улице была приятная солнечная погода, Пончик нетерпеливо бегал вокруг Майкла, всем своим видом упрашивая его сдвинуться с места.

— Пойдемте в парк? Если, конечно, у вас есть свободное время. Я бы хотела навестить там одно место перед отъездом.

— Да, конечно.

— Вы не обижайтесь на тетушку, — говорила Дейзи, идя рядом с Майклом. — Дело не в вас, просто у нее такой характер. Но она хороший человек, по крайней мере, для тех, кого любит.

— Жаль, что я не вхожу в их число.

— А вам бы хотелось?

— Что? Чтобы она меня любила? — Майкл улыбнулся. — Думаю, моя жизнь стала бы проще.

— Я поговорю с тетей и попрошу, чтобы она не ругалась на вас и на… Как зовут вашего пёсика?

— По.

— А вас как зовут?

— Майкл Хоуп. А вас Дейзи?

— Верно, Дейзи Эйр.

Они дошли до той самой поляны, где стоял старый клен.

— Подождите меня здесь, а то наберете полные ботинки снега, — сказала Дейзи и пошла через сугробы прямо к старому клену.

Пончик попрыгал было за ней, но быстро устал и попросился на руки к хозяину.

— Вот и всё, — сказала Дейзи, вернувшись.

— А зачем вы туда ходили? — спросил Майкл.

— Оу, это традиция – еще с детства. Однажды мы с тетей написали письмо для Санты. Я тогда мечтала о собаке, но у моих родителей аллергия на животных. И вот в письме я попросила Санту подарить мне собаку. Я не стала класть письмо в почтовый ящик, потому что подумала: раз Санта ездит на санях, то и письмо ему будет удобнее забрать из леса. Да и представьте Санту, роющегося в почтовых ящиках! Вы так на меня смотрите, думаете, я смешная?

— Нет, нет, я просто внимательно слушаю.

— Я тогда была совсем маленькой. Мне, наверное, лет шесть было или семь. Мы с тетей пошли в лес и нашли дупло в этом старом клене. Я положила туда свое письмо, и – знаете что? Через два дня я нашла в дупле маленького плющевого песика! Невероятно, да? Конечно, вы думаете, что его туда положила тетя.

— Зная вашу тетю, я так не думаю, — опять улыбнулся Майкл.

— Да, это была точно не она. Чудо. — Дейзи смотрела на Пончика, и ее глаза искрились радостью. — Этот плюшевый песик до сих пор со мной, я всегда ношу его в сумке. Он – мой талисман и герой всех моих детских книг.

— Вы писательница?

Дейзи кивнула.

— Пишу для журналов, а сказки – это как мечта, я их пока еще никому не показывала. Только тете.

— Неужели она любит сказки? — пошутил Майкл.

— Нет, она любит меня.

Они еще немного погуляли, и Майкл проводил Дейзи до дома.

Они попрощались. Пончик звонко тявкнул.

— Была рада познакомиться! — крикнула Дейзи, когда Майкл был уже далеко.

— Мы с По тоже! — донеслось до нее.

Майкл пошел домой через парк. Он выгреб из дупла клена двадцать три маленьких письма, аккуратно сложил их в карман и, взяв Пончика на руки, побежал домой.

— Мам! Мам! Ты же не выкинула ту записку, которую мы с тобой нашли в клене? — прямо с порога спросил Майкл.

Маргарет выглянула из кухни.

— Нет, в папке лежит среди твоих старых рисунков, а что?

— Ничего! А где мои краски?

— В шкафу, в нижнем ящике. Да что случилось?

— Все хорошо!

Весь вечер Майкл рисовал По и перечитывал трогательные письма к Санте, в которых рассказывалось о всяких милых мелочах и о плюшевом песике по имени Пончик.

Сперва рисунки выходили неказистыми: неточные линии, неудачные ракурсы. Но с каждым наброском возвращалась былая уверенность. Он снова хотел рисовать.

На следующий день, собрав все свои наброски, сделанные за ночь, Майкл поспешил к мисс Эйр. Но Дейзи уже уехала, ему открыла дверь сиделка.

— Могу я тогда поговорить с хозяйкой дома? — спросил он.

— Я уточню. Как вас зовут?

— Майкл Хоуп, почтальон.

Сиделка даже не успела прикрыть дверь, как вдруг Пончик дернулся, протиснулся в дверной проем и исчез в доме. В руках у Майкла остался только поводок с расстегнутым ошейником.

В доме раздался шум и крики.

— Чья это собака?! Чья это собака?! — вопила мисс Эйр.

Майкл вбежал в дом. Пончик носился по гостиной, испуганный криками.

— Опять вы! И ваш пес!

— Я прошу прощения, он случайно вырвался, сейчас я его поймаю. Пончик! Пончик! А ну вылезай!

Щенок забился под кресло, и Майклу пришлось вытаскивать его оттуда.

— Что вам нужно? Вы же и так принесли суп! Можно уже оставить меня в покое! — ворчала мисс Эйр.

— Я пришел к Дейзи. Хотел передать ей вот это.

Майкл протянул папку.

— Что это?

— Мои рисунки. Она сказала, что пишет книгу. Детскую, про собаку.

— И?

— И я решил нарисовать для нее рисунки.

Мисс Эйр, глядя на Майкла, сощурилась, отчего ее лицо приняло змеиное выражение.

— Можно взглянуть? — пересиливая себя, спросила она.

— Да.

Мисс Эйр открыла папку и стала медленно перелистывать рисунки один за другим, рассматривая их очень тщательно, периодически отодвигая дальше от глаз и щурясь.

— Очень даже… Так вы художник. Подайте, пожалуйста, очки. Они лежат на столике. Благодарю.

Нацепив на нос огромные очки в тяжелой оправе, она вернулась к первому рисунку и начала сначала, периодически улыбаясь или довольно хмыкая.

— Присядьте, — сказала мисс Эйр небрежно.

Дойдя до последнего рисунка, она вынула из папки старую записку – листочек, сложенный в четверо, и спросила:

— А это что?

— Это я нашел в старом клене, когда был маленький.

Мисс Эйр развернула бумажку и, узнав детский почерк своей любимой племянницы, удивленно взглянула на Майкла.

— Так это вы положили ту собачку в дупло?

— Я.

Мисс Эйр отложила рисунки и с интересом посмотрела на Майкла.

— Мэри, милая, завари нам всем чай. Кажется, к нам пришли долгожданные гости.