Помощница

Глава 1

Основано на реальных событиях.

Утро на ранчо начиналось нежно. Солнце вставало мягко, ветер молчал, и даже ослица Дженни, казалось, ещё спала.

Проснувшись, Тетушка Энн поняла, что ей просто необходим выходной, последние дни выдались очень напряжёнными, а короткий сон не придавал сил. Выходя на хозяйство она мечтала об отдыхе — о чае и книге. Это был её план...

Рябина плана не знала.

Она стояла в загоне и думала: «Тётушка Энн устаёт. Она всё делает одна. А я уже большая. Я могу помочь».

Она покосилась на щеколду.

Она смотрела на неё уже неделю. Не просто смотрела — изучала. Как она поворачивается. Как отходит. Как звенит, когда падает.Она поддела щеколду носом. Раз. Другой. Третий. На четвёртый раз что-то хрустнуло, звякнуло, бумкнуло— и дверь открылась.

Затем Рябина пошла открывать другие двери. Не из вредности. Не из желания убежать. А из любви. Из любви к тётушке Энн

Козам она сказала: «Гулять! Тётушка Энн велела». Козы, которые никогда не отказываются от прогулки, вышли немедленно.

Свиньи сомневались. Но Рябина сказала: «Это для вашего здоровья, друзья». И свиньи, уважая заботу о здоровье, вышли тоже.

Курам она просто открыла дверь. Куры не спрашивают. Куры выходят.

«Какая же я молодец, — думала Рябина. — Тётушка Энн будет так довольна. Она придёт, а все уже на свежем воздухе. Ей даже делать ничего не придётся!»

И всё было хорошо. Ровно одну минуту.

А потом одна коза, самая маленькая, не успела отойти. Рябина разворачивалась — и не увидела её. Просто не увидела. Потому что она большая. Потому что она лошадь. Потому что в сарае было темно и тесно.

Коза закричала. Рябина замерла.

Другая коза, испугавшись шума, метнулась и...... застряла в заборе.

Рябина заплакала...

Во дворе тем временем кипела жизнь. Козы доедали остатки цветов и моркови. Свиньи перевернули корыто и разрыли грядки со свеклой. Куры устроили совет на крыльце, и одна из них решила, что именно сегодня — идеальный день, чтобы снести яйцо в сапог.

А в это время на дальнем поле Злата и Карамелька, две взрослые культурные коровы, наблюдали за суетой у сарая. Они видели, как Рябина открыла двери. Видели, как вышли козы, свиньи, куры. Видели, как одна коза захромала, а другая застряла.

— Рябина опять что-то затеяла, — сказала Карамелька.

— Это её путь, — ответила Злата. — А мы пойдём своим.

И они, не ломая электропастух, а тихо и интеллигентно проползли под нижней нитью. Как гимнастки. Как опытные, мудрые женщины, которые не идут напролом.

— Мы не сбегаем, — сказала Злата. — Мы просто не хотим ждать, пока Рябина и до нас доберётся.

Когда Тётушка Энн подошла к сараю, она увидела всё сразу. Двор, похожий на поле битвы.Съеденные цветы. Разбросанное сено. Перевёрнутое корыто. Козу, которая хромала. Другую козу, застрявшую в заборе. Рябину, которая стояла, опустив голову. А на горизонте — два знакомых пятнистых силуэта.

Она поставила ведро. Медленно выдохнула. И её выходной закончился, так и не успев начаться.

Она погладила Рябину, высвободила козу. Осмотрела хромоножку и унесла домой. Потом сходила за Златой и Карамелькой. Они вернулись без сопротивления — как будто знали, что прогулка окончена.

Потом она убирала цветы. Собирала сено. Переворачивала корыто. Заравнивала грядки. Кормила, поила, чистила, лечила.

День, который должен был быть тихим, превратился в марафон.

И только к вечеру, когда солнце уже садилось, она смогла остановиться. И посмотреть на Рябину.

Рябина не фыркала. Не сияла. Она стояла, уткнувшись носом в забор.

— Ты хотела помочь, — тихо сказала Тётушка Энн, перебирая гриву пальцами. — Я знаю.

Рябина молчала.

— Я сама виновата, — сказала Тётушка Энн. — Я должна была сделать загон крепче. И проволоку опустить пониже. Я знала, что ты уже большая. И что Злата с Карамелькой — гимнастки. Я просто надеялась, что они не догадаются.

Дженни, которая единственная никуда не вышла, потому что считала всё это «детским садом», прокомментировала ситуацию из своего загона:

— И-а. Тётушка Энн, кажется, твой выходной — тоже кому-то помог. Просто мы пока не поняли кому.

Вечером Тётушка Энн наконец села на лавочку. Стянула сапог — и поняла, что носок то хлюпает. Весь день. Весь этот сумасшедший день она ходила с яйцом в сапоге.

— Яичный носок, — сказала она вслух. — Отличное завершение такого прекрасного выходного дня.

И Тётушка Энн рассмеялась. Руки болели. Спина ныла. Но всё равно это был чудесный день, не похожий ни на один другой!! Чай был с перчинкой. Звёзды были яркими. Козы спали. Рябина стояла в своём загоне. Злата и Карамелька обсуждали, можно ли считать проползание под проволокой утренней гимнастикой.

А Тётушка Энн думала о завтрашнем дне, о ветеринаре и щеколде, а еще о том, что никогда больше не будет загадывать себе выходной.