Пелять и простипома

Часть 1 Неоцигреус тигрикус

1

– Бог и все ангелы!

– Дьявол и преисподняя!

– Пелять и простипома!

От последней фразы, Митрича передернуло и он приоткрыл левый глаз. Фраза явно  выпадала из знакомого литературно-семантического ряда. Ему как программисту, специализирующийся на математической лингвистике и любителю романов Дюма, это было ясно сразу.    Раздававшийся с улицы звукоряд был настолько нехарактерен для родного Ухрюпинска, что Митрича даже слегка заинтересовало: кто же это буянит за окном? Мысленно перебрав всю знакомую дворовую шелупонь, он так и не пришел к каким-либо выводам. Тогда почесав бороду, он сполз с дивана и зябко ежась двинулся к окну, потирая сразу озябшие ноги друг о друга. Почесав зад, Митрич обнаружил, что трусов на нем не было! Митрич стоял голый на полпути к окну растеряно оглядываясь.    Следов женского присутствия, объясняющего неглиже, нигде не было видно.    Кругом простирался    обычный холостяцкий бардак без малейших признаков существования противоположного пола. Но    шум за окном все усиливался и решив временно плюнуть на непонятности, Митрич двинулся дальше.

За стеклом буянили мушкетеры. Митрич прильнул к окну и нервно сглотнул слюну.    Его поразил даже не столько факт буянивших мушкетеров на улицах родного городка, сколько мысль о том, что    бушевали они как-то совершенно обыденно и привычно. Так сказать — каждодневно. И    бушевали мушкетеры    не на галантно-французском, а на привычном языке родимых осин. Это успокоило Митрича и ему    подумалось, что это актеры местного драматического театра устроили очередную инсталляцию пополам с перформансом для сбора средств с населения на опохмелку.

Найдя для себя объяснение, Митрич с любопытством стал вникать в происходящее. Собственно дело не стоило и выеденного яйца. Приткнувшись к обочине, стояла пассажирская газель, передними колесами въехавшая    прямо в лужу грязи. Один из мушкетеров, красивый блондин, задумчиво рассматривал свои ногти. Высокий крепыш размахивал бутылкой темного стекла и богохульствовал на всю улицу. Первые фразы, разбудившие Митрича, по видимому, принадлежали ему. Последний из мушкетёров,    крепкий, высокий человек со спокойным и равнодушным выражением    лица,  железной хваткой держал за горло водителя-гастарбайтера, явно родом из далекого Таджикистана. Причем держал настолько крепко, что представитель солнечного Востока с посиневшим лицом увлеченно сучил ногами, хрипя что то неразборчивое. В общем то речь шла всего лишь о пятнышке грязи на ботфорте, в    наличии которого обвинялся неосторожный    водитель.     И тут Митрича торкнуло - за окном стояла самая настоящая осень. А ведь только вчера, он готов был в этом поклясться, стоял зеленый, жаркий и пыльный август. Промозглая сырость и серость   маячила за окном.

А тем временем события на улице развивались своим собственным образом.    Высокий мушкетер отпустил водителя и тот упал на землю натужно хрипя и держась обеими руками за шею. Но Митрич уже не обращал на это внимания. Упав голой задницей на случившейся рядом пыльный стул он тупо хлопал глазами, пытаясь понять в чем прикол.    Не далее чем вчера, вместе со своим старым знакомцем Венькой Коган-Кощеевым    устроили вечеринку в позднесоветском стиле.    Основной изюминкой вечеринки был стеклоочиститель Блик-2, популярнейший напиток в    СССР    времена так называемой "Перестройки" и антиалкогольной компании.    Где Вениамин    Абрамыч    надыбал ящик этого древнего    пойла, так    и осталось для Митрича загадкой.

Схватив валявшийся на подоконнике смартфон Митрич попытался дозвониться до кореша, но тут обнаружил, что телефон полностью разряжен. С досады запулив его на диван, Митрич смачно выругался и    остолбенел. "Пелять и простипома" - вдруг откуда то возникла необъяснимая уверенность, что именно эта фраза, разбудившая его и должна объяснить произошедшее. Голос, который еe произнес явно отличался от голоса крепыша-мушкетeра. Он был тонок, и как бы даже не мужской, а детский или девичий. Митрич вскочил, распахнул окно и навалившись на подоконник и стал судорожно высматривать, кто бы мог сказать эту фразу, не обращая даже внимания на то, что демонстрирует    местной публике свою волосатую тушку по самое не хочу. К чести собравшихся, никто и не заинтересовался чуть не вываливающимся из окна голым мужиком, так как в действо вступил новый персонаж.

Это был гаишник, который    стоял, распластавшись по борту газели, а в горло ему упиралась шпага холителя ногтей. На земле валялся полосатый жезл, по-видимому проигравший свой бой шпаге.    B инспекторе легко было узнать дорожного крысятника Льва Лукича Анчуткина. На смом деле он был не лев, а гиена, прозванный    Бес с палочкой и попившего немало крови Митричу и его престарелой ауди.    В толпе, обступивший место действия, раздавались женские взвизги и одобрительно мужское ржание. Мушкетер небрежно выговаривал Анчуткину о неподобающем поведении полицейской крысы по отношению к потомственным дворянам и королевским мушкетерам, и легонько покалывал шпагой инспектора. Народ с одобрительным энтузиазмом лицезрел редкое зрелище. Анчуткина здесь не любили.

Внезапно, в конце улицы раздался рeв моторов. В трех открытых джипах сидели и стояли держась за верхние дуги, кричали и размахивали автоматами Калашникова смуглые чернобородые люди в камуфляже и зелeных повязках на голове. Толпа, увидев такое, сначала остолбенела, а затем с воплями стала быстро    разбегаться.

– Господа! Гвардейцы кардинала.    Уходим, – спокойно произнес равнодушный.

Он и здоровяк быстрым шагом нырнули в переулок. Красавчик блондин, отвесив насмешливый полупоклон Анчуткину, взяв шпагу подмышку юркнул за ними.    С шумом и грохотом, с трудом обогнув стоящую газель,    в переулок свернули джипы.    Причем два шедших впереди столкнулись, создав затор на несколько минут, что позволило их    пассажирам захламить воздух отборным русским матом с горным акцентом.   

Все это время Митрич шарил глазами по разбегавшейся толпе пытаясь найти не зная кого. Затем он решительно захлопнул окно и развернувшись внимательно осмотрел комнату. Привычный бардак из брошенной одежды, засохшей еды покрывал ровный слой пыли. Возникло впечатление, что в комнате никто не бывал пару месяцев. И это все странно сочеталось с поздней осенью за окном.    Выматерившись, Митрич схватил висевшие на стуле    джинсы с майкой, открыл ящик шкафа в поисках белья и лихорадочно оделся. Снова    схватив телефон, он    воткнул в него зарядку и попытался позвонить Веньке.    Тот не отвечал.        Плюнув,    Митрич быстрым шагом вышел в прихожую и достал из шкафа осеннюю куртку и ботинки. Задумчиво рассмотрев их, Митрич озадачено хмыкнул, натянул на себя куртку и обулся.    Похоже с весны куртку и ботинки не доставали. Похлопав себя    по карманам, Митрич ничего в    них не обнаружил и направился в комнату. Бумажника нигде не было, и это был явно результат вечеринки. Вздохнув, Митрич, полез в стол за заначкой. Рядом с тощей стопкой купюр валялся открытый пакетик семечек.    Неожиданно для себя, Митрич схватил пакетик и закинув семечки в рот начал их с упоением жевать, как какой-нибудь заправский хомяк.    Никогда такой гастрономической страсти к жареным семечкам он за собой не обнаруживал. Сунув пакетик с недоеденными семечками в карман и схватив запасные ключи он выскочил за дверь,    направляясь к дому Вениамина.

2

Студия Когана-Кащеева располагалась в подвале древнего дома сталинской постройки. Привычно толкнув тяжелую дверь, Митрич вошел в длинный, извилистый темный коридор. Издалека раздавались женские взвизги.    Венька    похоже был занят.    Но только вот чем был занят этот любимец женщин бальзаковского возраста, а так же модный фотограф провинциального розлива было пока непонятно.

Завернув по коридору в последний раз Митрич    ногой въехал по небольшой металлической    клетке с открытой дверцей. Клетка с грохотом влетела    в большой зал с низким потолком. Вообще то, здесь когда то было бомбоубежище, а теперь по шуткам венькиных знакомых - первое сексоубежище Ухрюпинска.    Как ни странно, Венька действительно работал, возясь со студийной камерой. На подиуме сидела незнакомая Митричу модель, а взвизги доносились из телевизора с какой-то порнушкой. Похоже    Коган-Кощеев опять "ваял" свой    любимый образ "Вечной Шлюхи".

Вениамин недовольно повернулся на шум. Это был высокий мужчина, тощеватого, но атлетического сложения, с бритым черепом и слегка оттопыренными ушами. Глаза желтоватого, совиного цвета и крючковатый семитский нос дополняли его    лицо.    Одет Венька был в его любимую черную хламиду, нечто среднее между кимоно и рясой. Коган перевел взгляд с клетки на вошедшего и уставился на    то, что    было у Митрича за спиной. Митрич резко обернулся. На вешалке висел мушкетерский плащ с крестом.

– Пелять и простипома! – Растеряно брякнул    Митрич и снова взглянул на Веньку.

Теперь тот изумленно уставился на Митрича. Так он смотрел несколько мгновений, затем    взгляд    Когана-Кощеева изменился и стал жестким и враждебным.

– Ну ты чего припeрся?    Не видишь, у меня модель!    Я же тебя предупреждал! – И угрожающе надвинулся он на Митрича, загораживая девушку.

Из-за спины Когана-Кощеева лыбилась крашеная блондинка с личиком напоминающем хищную мордочкой крысы. Митрич вывернув шею, опять взглянул на вешалку. Мушкетерского плаща не было, вместо него висело модное женское голубое пальто. Вениамин стал наступать на Митрича, грудью выталкивая того за дверь.

– Подожди, Венька, вопрос есть, прояснить надо бы..., – начал было говорить Митрич, но Коган напоследок подмигнул ему жeлтым глазом и захлопывая входную дверь сказал:

– Приходи вечером. Всe будет.

Митрич потоптался перед    захлопнувшейся перед носом дверью и раздосадовано пнул еe. Но странное поведение Веньки недолго занимало Митрича,    так как ему внезапно постучали    в спину.    Резко обернувшись, он увидел согбeнную бабку с крючковатым носом, одной рукой опиравшейся на метлу, а сухоньким    кулачком второй, собирающаяся еще раз постучать по Митричу.

– Чего тебе, бабка? – Удивился Митрич.

Та, без лишних слов сунула ему в руку старый, замызганный мобильник и сказала:

– Ты чагой,    добрый молодец, свой дома то оставил? Вот тебе клубочек волшебный, он тебя доведет куда надо.

Затем бабка, схватившись под подбородок, пробурчала себе под нос:

– Что то спала я с лица, холодца б из молодца.

– Чего? – Ошарашено переспросил Митрич.

Бабка коротко взглянула на него:

– Это не тебе, хрен моржовый. Из тебя холодец, как из меня огурец.    Для оного холодца ножки поросячьи потребны, – пояснила она и отвернувшись от Митрича быстро заковыляла за гражданином поросячьей наружности в розовом комбинезоне.

Митрич озадачено перевел взгляд на подаренный телефон. В нем уже была запущена программа навигатора, которая сообщила, что связь со спутниками ГЛОНАСС установлена, координаты определены. Митрич озадачено присвистнул,    последний спутник ГЛОНАСС свалился с орбиты еще пару лет назад. Но тем не менее, точка текущего положения дружелюбно Мигала зеленым, а маршрут был уже проложен. Пожав плечами, Митрич пошел вниз по улице. Прошел он недалеко, до делового центра города. Перед самым большим ухрюпинским небоскребом телефон пронзительно заверещал и сдох. Митрич    сдавленно выругался прилипшими словечками:

–  Пелять и простипома!

Митрич покрутил головой, на зная куда идти дальше. На площади пред входом "небоскреба" бугрились    иномарки. Жлобы с дружелюбными оскалами, то ли водители, то ли охраники кучковались у крыльца.

Внезапно дверь в здание открылась и на крыльцо вывалилась тройка уже знакомых мушкетеров, сжимающих в руках шпаги и древние пистолеты. Не успели они сбежать вниз, как за ними выкатилась толпа абреков в камуфляже и криками:

– Аллах акбар! Да здравствует Ришелье!

К входу в здание подлетели открытые джипы, которые Митрич видел утром. Разбушевавшаяся    толпа абреков смела кучковавшихся охранников и налетела на Митрича. Телефон из руки улетел куда то на газон.      Митрич приложился головой о борт остановившегося рядом джипа и упал.    Чьи то руки подхватили его и забросили в кузов. Наступила темнота.

3

Очнулся Митрич от холода, и от того что чей-то шершавый язык лизнул его нос.    Со стоном открыв глаза, он увидел что нос в нос ему уткнулась кошачья морда. Какой то кошак стоял на груди    Митрича и внимательно смотрел ему в глаза.

–    Все-все,    спасибо,    – произнес Митрич с кряхтеньем садясь. Зверeк шустро спрыгнул на землю. Это был довольно крупный экземпляр, пушистик сибирской породы, дымчато-белого окраса и с разноцветными глазами. Один глаз был ярко-зеленый, а второй голубой. Митрич огляделся. Он сидел на бетном полу пустого то ли склада, то ли    гаража. По кирпичным стенам проходили    толстые кабели, где то капала вода, было сумрачно и сыро. Под потолком горела пыльная лампочка. Оконный проем был заложен кирпичом, выход перекрывала железная дверь.

– Где я? – Держась за разламывающуюся голову простонал Митрич.

– На складе, – кротко ответила кошатина.

– Я вижу, что на складе!

– А раз видишь, зачем спрашиваешь? – Тут до Митрича дошло, что это не глюки и он разговаривает с котом, после чего ошарашено спросил:

– Ты что, говорящий?

– Как и ты, – резонно заметил зверeк, – и это, кстати, тебя не удивляет!

– Но коты не разговаривают!

Кот высокомерно проигнорировал это замечание.

– А-а-а, – осененный мыслью протянул Митрич, – ты наверное кот ученый, который это... налево... сказку...

Кот вдруг выгнулся и возмущено зашипел:

– Не смей меня сравнивать с этим черномазым стрекулистом!   

Митрич потрясено смотрел на возмущенного кота, открывая рот и пытаясь что-то выдавить типа:

– А, э -э -э...

Кот тем временем продолжал:

– Если уж на то пошло, то я! Я кот ученый! А не эта мелкоблохастая черномазая сволочь! Песнь он там заводит, сказки говорит! Да сказки это всe! Может этот типус когда то и был приличным филологом, но он продал всё за кусок стерляди и златую цепь во всё пузо! Сказки! Еврейские побасенки от Жванецкого он рассказывает, а не сказки. А песенки? Это же голимая попса! Киса-киса, принеси кумыса. – Гнусавым голосом передразнил он кого-то. – Коты не пьют кумыса, они не казахи! – С победным видом припечатал зверь. Затем протянул Митричу лапу и застенчиво представился:

– Вася.

Митрич осторожно пожал еe и осведомился:

– А как это я тут оказался?

Кот нервно дернул хвостом:

–    Как, как? Принесли да бросили. Вот как.

– А ты?

– Что я?

– Ты тут что делаешь?

– То же, что и ты — мрачно ответил кот, – cижу...

Несколько минут продолжалось неловкое молчание.    Митрич попытался сформулировать хоть какой то соответствующий моменту вопрос, но у него внезапно вырвалось:

–      А ты правда говорящая кошка? Может инопланетянин? А?

Кошак сумрачно взглянул на него.

– Ты слепой? Иди глухой? Или тупой?    – Ядовито осведомить зверeк.

Митрич смущенно пробормотал:

– Извини.    Это я туплю наверное от того, что я по голове получил.

Кот равнодушно зевнул и со скукой посмотрел на человека.    Митричу показалось, что наконец то    удалось набрести на вопрос по теме своих злоключений:

–    А ты не знаешь, что происходит?

Кот равнодушно процедил:

– Тебе лучше знать, – и снова зевнул.

Митрич пошатываясь встал и начал проверять карманы. Ключ от дома был на месте, а денег не было.

– Да, пелять и... все остальное, – выругался Митрич,    последние бабки – козлы сперли!

Кошак вдруг вздоргнул и с интересом уставился на Митрича:

– А поподробнее?

Митрич коротко взглянув на зверька и поколебавшись ответил:

– Шел по площади, никого не трогал, вывалилась из офисов какая то компания из мушкетеров и кавказцев. Я получил по затылку и очнулся здесь.

– А чего ты на площади то делал? – Продолжил спрашивать кошак.

Митрич подошел к заложенному окну, и задумчиво ощупал кирпич.

– Да бабка одна дала старый телефон. Сказала что это волшебный клубочек приведет куда надо, вот он и привел…

За спиной полышалось удивленное мявканье. Митрич обернулся. Кот стоял    и возбужденно лупил себя хвостом по бокам:

– Какая бабка?

– Ну, старая, с метлой и нос крючком…

– Ах она и здесь встряла. – Пробурчал себе под нос пушистик.

Митрич не слушая кошака продолжил задумчивым голосом:

– И что странно, она появилась сразу, как только я вышел от Веньки Когана и сунула мне этот телефон с ГЛОНАССом, будто ждала меня. Нет, что удивительно, – оживился Митрич, – мобила показывает позиционирование со спутниками ГЛОНАСС, хотя последний из них упал еще два года назад! Не, что за фигня? Не знаешь?

Кот слушал Митрича с расширившимися от удивления зрачками и проигнорировав последний вопрос, спросил:   

– Так ты знаешь и Когана-Кощеева?!

– Ну да, приятель мой — подтвердил Митрич. Да фигня все это, как отсюда выбраться то?

– Никак. – Ответил зверек

– Почему? – Удивлся Митрич.

– Нет, ну ты точно ударенный! – Взвился кошак. Думаешь я здесь по доброй воле сижу? Щас...

– Да, пелять и простипома! - разозлился Митрич и кулаком ударил по кирпичу. Вдруг с    другой стороны стены, что то с грохотом ударило по ней.    Кирпичная стенка пошла трещинами и крипичи оконного проема посыпалась вниз. Митрич едва успел отскочить. Подвал наполнили клубы пыли, сквозь которые блеснул свет и    раздались крики и маты людей.

4

Митрич с кошаком сидели на бордюре    в чужом дворе и беседовали. Где то далеко,    на грани слышимости разносились крики и маты людей, скачущих вокруг въехавшей в стену склада грузовую машину. Причем въехавшую так удачно, что освободила    двух невольных узников. Недалеко от места расположения парочки благоухали мусорные контейнеры. Проходящие мимо люди косились на пропыленного человека, принимая его за бомжа, и на не менее чумазого кота, сидящего рядом с ним.

– … и когда я сегодня утром проснулся, то обнаружил, что ни фига не помню. Помню только, что когда завалился к корешу на вечеринку, был август, а сейчас уже    осень. Ну я и пошел к Веньке Когану, разбираться. Но он был занят, выгнал меня и сказал чтобы я приходил вечером. Вышел я от него, а тут эта бабка.

– И ты ничего не помнишь, что случилось на вечеринке? - уточнил Вася.

Митрич    задумался и сказал:

–    Помню только как налили этого стеклоочистителя и Венька сказал тост. Я выпил и всё, ничего не помню...

Кот    почесал лапой за ухом и задумчиво спросил:

– А что тебя так насторожило этим    утром?

– Шум за окном, актеры переодетые мушкетeрами буянили. И у меня какое-то ощущение, что разбудила фраза: пелядь и еще ... какая то рыба! Тьфу ты! Опять из головы вылетело!

– Простипома?

Митрич молча кивнул.

– Забавно, – тихо мурлыкнул кот, – что сначала было: курица или яйцо? Ну так вот ты спросил про спутники, которых нет? – И дождавшись утвердительного кивка Митрича, продолжил: Наша реальность как матрешка, находиться в другой реальности, более широкой чем    обычная, и в ней эти спутник- некоторым образом продолжают существовать.

– Каким такм образом?    – Непонимающе    спросил Митрич.

– Этаким! А попросту говоря магическим, а реальность эта –    магическая! И ты в нее попал. А вот как попал, зачем попал и на что попал, – это уже другой вопрос!

– Ну попал я пока на бабки, — заржал Митрич.

Кошак укоризненно взглянул на него:

– Я вот не знаю на что ты попал, а за что знаю точно!

– За что? – Заинтересовано    переспросил Митрич.

– За глупость! – Рявкнул кот. – И перестань дурака валять, все очень и очень серьезно! И пожалуйста, не трепи больше эту фразу «пелять и простипома». Воздержись ...

– Почему? - удивился Митрич.

– Ты попал в магическую реальность, и эта в твоем исполнении «пелять и простипома» создает возмущения этой реальности с не предсказуемыми последствиями. Короче говоря, если не хочешь чтобы очередной "грузовик"    не упал тебе на голову – воздержись!

– А ты откуда это знаешь? Ты вообще кто и откуда и за что тебя в подвале заперли? – Взъелся Митрич.

Кот примирительно взмахнул лапой:

– Да здешний, я здешний! Подъедаюсь тут недалеко в адвокатской конторе Флейшман, Штейнберг    и Ришелье.

– Ришелье? Слушай, Васька, – кота от такого обращения передернуло, но он ничего не сказал, - вот эти абреки с зелеными повязками как раз и орали: "Да здравствует Ришелье"!

При этих словах кот сгорбился и с отсутствующим видом шмыгнул за угол мусорного бака. Из-за бака донеслось:

– Не вздумай ходить к Когану, не надо. Съедят. А мне надо кое-что проверить...

Митрич ошарашено посмотрел на угол контейнера и не говори ни слова поднялся с бордюра отряхиваясь.

5

Выйдя со двора на улицу, Митрич обнаружил, что находиться недалеко от центра.    В этот момент в животе предательски заурчало, и он вспомнил, что сегодня еще не ел. Недалеко зазывно помаргивал буквой «М» Макдональдс.    Критически оглядев себя, Митрич пришел к выводу, что в таком виде его туда и на порог не пустят.      Митрич еще раз проверил карманы, деньги там не появились. Тяжело вздохнув, он повернулся к кафе спиной и двинулся вниз по улице. Митрич любил подумать на ходу и теперь он пытался осмыслить рассказ Васи. Через какое то время Митрич обнаружил, что находиться напротив студии Когана-Кащеева.

– Значит к Веньке мне ходить запрещают? Съедят, да? А вот фигушки! – Вслух произнес Митрич и быстрым шагом двинулся к входной двери.

Входная дверь была не заперта и в студии    было пусто и тихо. Только в дальней комнате, называемой Вениамином будуаром кто-то что-то тихо напевал. Митрич прислушался. Два женских голоса напевали незатейливый текст:

– Если в доме есть еда, алкогольная вода, секс-игрушки и подружки, нам не скучно никогда. Митрич толкнул закрытую дверь. На старом кожаном диване рядышком сидели две крысы, одна белая, а вторая серая. По дивану были разбросаны игрушки из    секс-шопа. Крысы выжидательно смотрели на Митрича. Митрича передернуло от внезапного отвращения. Схватив первый подвернувшийся под руку предмет со стоящей рядом тумбочки, Митрич метнул его в сторону дивана. Предмет, оказавшийся декоративным фаллоимитатором из стекла, который скользнув по белой крысе, и отскочив от спинки дивана упал на бетонный пол, разлетаясь на мелкие осколки. Крысы с возмущенным писком прыскнули в разные стороны.

Митрич    схватил с тумбочки второй предмет, чтобы кинуть в крыс, но им показалось тощая стопка купюр перетянутая резинкой. Митрич несколько секунд постоял с задумчиво рассматривая деньги, затем пробормотав себе под нос:

– Говоришь вечером все будет? Пойдёт в счёт всего. – Развернулся и засунув деньги в карман пошел домой.

Дома Митрич долго сидел в темноте, уставившись в одну точку, пытаясь собрать вместе события этого длинного и суматошного дня. И в итоге пришел к выводу, что всe завязано на фразе "пелять и простипома". Но что было трансцендентного    в произнесении вслух фразы из названия двух рыб было все равно непонятно. Тогда решив проигнорировать предупреждение кота Васьки, Митрич решил провести эксперимент. Немножко подумав он решил не рисковать собственным жилищем, а перенести испытательный полигон на улицу. Сунув ноги в ботинки и накинув куртку Митрич вышел из подъезда. Во дворе было темно и тихо. Светящиеся окна    и недалекий фонарь нехотя разгоняли темноту в пустом дворе.    Митрич набрал в грудь воздуха и заорал:

– Пелять и прости…

И тут ему на затылок обрушился сильный удар.

6

В этот раз Митрич очнулся от густого мясного запаха. Голова раскалывалась. Застонав, он с трудом открыл глаза и обнаружил, что лежит на топчане в помещении с низким потолком. Еще раз застонав он сел. Прямо перед    ним у другой стены, на шатком кухонном столе, стояла плитка    с кипящей кастрюлей. Тяжелый мясной дух плыл по всей каморке. Рядом со столом, под    мойкой валялся розовый комбинезон. У Митрича возникло ощущение, что он    где-то его уже видел. Тут хлопнула входная дверь и комнату вошла та самая бабка, что дала утром Митричу клубочек-телефон.

– А, очухался болезный! Чего ж ты друг любезный фулюганишь? Орешь во дворе по ночам всякое непотребное, про прости господи — простипому?

– Чего? - Изумленно просипел Митрич.

– Чего-чего, – передразнила бабка, – зачем к своему Веньке ходил и с простипомой баловался? Вот и заработал себе по черепушке!

Митрич промычал что то нечленораздельное. Бабка тем временем продолжала:

– Куды клубочек дел, лишенец? Таких больше не делают, раритетная вещь, антиквариат! – И насуплено воззрилась на Митрича.

– Да я, это, потерял его возле "небоскреба". – Чувствуя неудобство промямлил Митрич.

– Дурак, он и есть дурак, не твоя же вещь! Дали попользоваться – верни. Тяжело вздохнув, бабка достала древний сотовый телефон, бурча себе под нос:

– Траться вот теперь из-за всяких иванов-дураков...

Митричу эти слова почему то показались особенно обидными и он пробурчал:

– Меня Митричом все зовут, а ваш телефон сдох.    Рухлядь он был. И вообще я его случайно потерял, когда мне по голове дали.

Бабка услышав это взбеленилась:

– Сам ты рухлядь, ему то всего то двадцать годков! – Потом под нос пробормотала, –    или не двадцать? – После чего с удвоенной энергией продолжила, – ну куммулятор правда слабоват стал, но кто тебе позволил распоряжаться чужой вещью? Охламон ты лохматый!

В этот момент в дверь постучались. Бабка, что-то бурча себе под нос проковыляла к двери. За дверью раздался невнятный шум и цокот копыт о цементный пол коридора. Глухой голос что-то пробубнил. Дверь захлопнулась и бабка вернулась держа потерянный Митричем телефон в руке.

– Вот снова тебе его даю, зарядишь сам и не вздумай опять выкинуть! А то ..., – бабка грозно цыкнула зубом, – а теперь вали отсюда, охламон, у меня дела!

Бабка покосившись на кипящую на плитке кастрюлю, добавила:

– И слушай Василису! Она плохого не посоветует...

После этих слов бабка схватила Митрича за шиворот и в два приема вытолкала взашей    за дверь, выказав железную хватку и недюжинную силу. Сжимая в руке телефон, он прислонился к стене, ноги его не держали, а голова жутко болела. Митрич притронулся к голове, там пухла большая шишка. От двери наверх вела короткая лестница. Митрич поднялся по ней оказался в своeм дворе. Вышел он, оказывается из полуподвальной дворницкой. Едва волоча ноги Митрич направился через двор к себе домой.

7

Всю ночь Митричу снились кошмары. Собственно кошмар был один: на четырех маленьких лапках он убегал от чего то очень страшного, безуспешно искал безопасное место, где можно было бы спрятаться и передохнуть. По причине кошмара Митрич встал совершенно разбитый. Умывшись и налив растворимого кофе, Митрич долго сидел на кухне, бессмысленно пялясь в окно. Наконец, тряхнув головой он вернулся в реальной мир. За прошедшие сутки накопишь вопросы на которых не было ответа. Во-первых и главных, было непонятно как выпали из памяти два месяца, и что в эти два месяца происходило. Во-вторых, все несообразности связаны с фазой "пелять и простипома" и "магической реальностью".    В третьих, непонятное поведение Веньки и запрет кота Васи и бабки туда ходить.

Вот с Васьки я и начну!    Возьму за шкирку и вытрясу все его смутные намeки, – решил Митрич, и – а потом зайду к бабке в дворницкую, пусть и она объяснит свои фокусы. И надо зайти в магазин и купить чего-нибудь коту для угощения. План, хоть и примитивный привел Митрича в оживлeнное состояние духа и поэтому быстро выхлебав остывший кофе, он направился на поиски кота, который по его словам "подъедался" где то недалеко от их места заточения в адвокатской конторе каких то там евреев и Ришелье.

Митрич стоял в знакомом дворе, возле развороченого склада. Кота нигде не было видно.    Обойдя дом Митрич стал внимательно изучать все вывески на фасаде. Довольно скоро он обнаружил небольшую табличку:    «Флейшман, Штейнберг и Ришелье».    Митрич решительно толкнул дверь и вошел в небольшое фойе. В нем находился охранник, сидящий за столом и пялящейся в монитор, и несколько дверей. Охранник отвлекся от мониторов и выжидательно уставился на него. Митрич, как можно более уверенно попытался, произнести:   

– Мне в адвокатскую контору.

Охранник щелкнул селектором:

– К вам посетитель.

Селектор тонко просипел:

– Кто такой?

– Бородатый мужик с пакетом.

– Пустите.

Охранник    кивнул на ближайшую дверь:

– Пройдите.

Митрич толкнул дверь и оказался в просторной    прихожей, в которой отирались два бородача в знакомом камуфляже и с зелеными повязками на голове. В руках одного из них был автомат. В помещении неуловимо пахло чем то сладковато-отвратительным. Две пары карих глаз внимательно уставились на него. Один из бородачей махнул стволом автомата и с акцентом произнес:

– Рукы подымы!

Второй подошел и охлопал Митрича.

– Чист, – после процедуры охлопывания процедил сквозь зубы второй и кивнул на проход.

Митрич оторопело подчинился и вступил в типичную приемную с блондинистой секретаршей. Вася сидел на подоконнике и пялился в окно, не обращая внимание на происходящее. Секретарша раздраженно взглянула на Митрича и повелительным голоском сказала:

– Давайте!

– Чего? – Удивленно спросил Митрич.

Вася резко обернулся на звук голоса Митрича и глаза его стали как плошки.

– Пакет... – раздраженно продолжила секретарша.

– Этот? – Удивился Митрич и повертев в руках полиэтиленовый пакет с грудастой красоткой и протянул его блондинистой секс-диве.

Блондинка озадачено взяла пакет и заглянула в него. В пакете болталась банк шпрот, кусочек колбасы и пакетик кошачьей еды. Блондинка зло прищурясь    спросила у Митрича:

– Это что, шутка?

Митрич удивленно пожал плечами:

– В смысле?

– Мужчина, вы кто? – Визгливо спросила секретарша, нажимая у себя на столе кнопку.

В приемную с грохотом ввалились два абрека из прихожей. В выражение морды Васи явственно проступил ужас. Митрич, озадачено оглядываясь на валившихся охранников произнес:

– Я, это,... посетитель!

Секретарша, посмотрела на абреков и зло их спросила:

– Вы кого пустили, идиоты?

– Вах, Наташья зачем шумишь? Ты пустыл, мы смотрел, все в порядке. –    Ответил тот что пониже.

Секретарша, со слащавой    улыбкой первоклассной стервы, поинтересовалось у них:

– Вы, милые мои кой-чего опять захотели?

– Нэт, нэт! Что ты! Мы виноваты! - Испуганно загалдели абреки.

Секретарша опять обратилась к Митричу:

– Вам чего?

– Мне к адвокату. Дело у меня.

– Вы из какой организации?

– Нет, я от себя.

– Наша контора не занимается делами частный клиентов. Аслан, Джамиль — проводите посетителя!

Абреки взяв Митрича за шкирку и вытолкали его за дверь, пнув напоследок. Вася шмыгнул    за ним в открытую дверь.

8

Взмокший    Митрич вывалился на улицу. Кот требовательно мявкнул и задрав хвост    шмыгнул за угол. Митрич устремился за ним. Возле уже знакомой помойки, кот развернулся и рассерженно зашипел:

– Ты чего сюда приперся, недоумок! Жить надоело?

– Тебя искал.

– Мы что уже на ты? - Ядовито осведомился кот.

– А что нет?! У меня дело серьёзное! -    Возмутился Митрич.

– Да уж, серьeзней некуда, –    согласился Вася, – но это еще не повод соваться тебе в    эту контору.

– А мне что, на помойке было    караулить Ваше Высочество? – Со всевозможной язвительностью поинтересовался    Митрич.

– Лучше на помойке, – согласился Вася, – а то    твоя тушка уже    примелькалась.

– Ладно, хватит ля-ля,    – возмутился Митрич, – ты явно что то знаешь и только мне голову морочишь.

Вася, не обращая внимание на его    тыкание, задушевно спросил:

– Ну и что тебя интересует, детинушка?

– Ну это, почему ты про Вениамина говорил "не ходи", и что там за хрень твориться, почему я два месяца своей жизни не помню, и что это за фигня с пелятью и прости... Ай!    - Закричал Митрич, когда Вася, всеми лапами вцепился ему в ногу.

Вася сразу же отскочил от Митрича и зло прошипел:

– Тебя ж предупреждали!    Ты, что язык придержать можешь? Не говори эти слова! Так тебя интересует куда три месяца пропали? И почему к Когану тебя не пускают? А ты вспомни! – завопил кот и требовательно уставился своими    глазами в глаза Митричу, гипнотизируя его.

И тут Митрич с ужасом вспомнил свой страх, четыре короткие лапки, темные улицы, погоню дворовых кошек,    и как он пробирался домой.    Кот удовлетворенно кивнул головой,

– Что хомячeк, вспомнил? А как ты думаешь, кто тебе поспособствовал в твоем хомячестве? Не твой ли это лепший кореш Венька Коган?

Митрич    только ошарашено произнeс:

– А как это  он смог то?

Кот злорадно ухмыльнулся на слова Митрича:

– А так! Он не    просто Коган, а Вениамин Абрамович Коган-Кащеев, прямой потомок небезызвестного Кащея Бессмертного!

Так это он меня, в хомяка?    –    потеряным тоном спросил Митрич.

– Он,    он. – Кивнул Вася.

– А как я обратно?

– А ты, что сам помнишь про вчерашнее утро?

– Ну я проснулся в своей постели, от того что за окном шумели и кто то крикнул... ну, эту фразу. Ты понял, короче.

– Вот это тебя и расколдовало, – заключил Вася,    – а вдобавок непонятно почему позволило пользоваться этой фразой, но криво и косо.

И тут бес подозрительности заставил Митрича поинтересоваться:

– А ты то сам откуда это знаешь? Зверек в ответ лишь тоскливо усмехнулся, и выглядело это настолько натурально, насколько    было возможным на кошачьей мордочке.    И тут Митрич, пораженный какой то мыслью схватил Василия за шкирку, перевернул пузом кверху и заглянул ему под хвост. Под хвостом яиц не было! Кошатина так же молча вцепилась в лицо Митричу всеми четырьмя лапами. Митрич взвыл и попытался оторвать кошку от себя. Кошка напоследок рванула Митрича всеми лапами отпрыгнула в сторону и возмущено зашипела:

– Ну ты хам! Кто тебе позволил так со мной обращаться!

В ответ Митрич заорал:

– Ну ты, кошка драная! Чего царапаешься!

– Это ты хомяк драный,    – в ответ заорала кошка, – не умеешь с дамами обращаться, не берись!

– Это ты дама? Ты кошка, и зовут тебя Василиса, а не Вася! И это про тебя мне дворничиха говорила!

– Баба Яга? Это  xрычeвка старая? И ты ее слушал? – Взвыла Василиса.

– Я тебя пришeл слушать. – Мрачно ответил Митрич, рукой вытирая кровь из многочисленных царапин.

– Платком вытри или если хочешь могу вылизать. – Предложила кошка.

– Нет уж, спасибо, – отказался Митрич, – я уж как-нибудь сам.

– Как хочешь, но здесь помойка, занесeшь заразу и капец тебе. – Безразлично протянула Василиса.

– Ничё, зараз к заразе не липнет. –    Рассеяно проговорил Митрич, промакивая кровь платком не первой свежести.

Держа платок на особенно глубокой ссадине Митрич спросил кошку:

– A ты чего сама то сказала, что тебя Васей зовут.

– Дундук ты не образованный! Так Вася сокращенно и от Василисы, и от Василия. Откуда я знала, что ты меня за кота примешь?

– А за кого мне тебя принимать было?    – Искренне удивился Митрич. – Всех котов испокон веков Васьками зовут.

–    Я не кот и не кошка, – тяжело вздохнув ответила Василиса. – Я Василиса Премудрая.

– Оба-на! Не фига себе! Царевна-лягушка!

– Не лягушка, кошка!

– А почему кошка?

– Потому... это только Василисы Прекрасные в лягушек оборачиваются. –    Сказала отвернувшись Василиса, а глаза еe подозрительно заблестели. – A вот почему ты хомяком был, гораздо интереснее.

– Ладно, Василиса, давай мир. И поговорим о серьезном. Что же всe таки происходит? – Серьезно произнес Митрич, присев на корточки и протягивая кошке руку.

Василиса вздохнула и ударила лапкой по руке и произнесла:

– Кое-что я знаю и о кое-чeм    догадываюсь. Тебя в хомячка превратил твой "дружок" Веня Коган. Зачем ему это было надо, мне неизвестно, я вышла на него когда возникли некоторые странности с крысами, но то что твой побег из студии не был запланирован, это точно.    В силу моего нынешнего положения я следила за шашнями месье Ришелье с господином Коганом и как то раз помелькнула информация о превращении одного когановского знакомого в хомячка.

– А откуда ты узнала, что этот хомячок я?

–Да как тебе объяснить. Выглядел ты как человек, но пах то как хомяк!

– Допустим. А тогда что означает эта фраза, которую ты мне запретила произносить?

– Такое заклятие кодируется на ключ и твоим ключом была фраза "пелять и простипома". Но кто ее произнес и почему она так сработала, что такая бестолочь как ты получил возможность творить чудеса этой фразой, не понятно.

– Почему бестолочь, – обиделся Митрич, – да и эти чудеса в основном по моему затылку лупят.

Кошка уставилась на Митрича немигающим пронзительным взглядом разноцветных глаз и холодным тоном произнесла:

– В магическом смысле – бестолочь, а вот кто тебя по затылку лупит, действительно интересно.

– Слушай, Василиса может пойдем отсюда, где поговорить можно спокойно, да и пожевать чего-нибудь, пакетик то мой тю-тю, в твоей конторе остался, а туда я больше не ходок.

– Ты что, меня приглашаешь? И куда? В ресторан? – С издевкой поинтересовалась Василиса. –Так вынуждена тебя разочаровать, с кошками в ресторан не пускают.

– Ну почему обязательна в ресторан? Пошли по мне, а по дороге в магазин зайдем, купим чего пожевать.

– А с чего ты взял, что я пойду домой к малознакомому мужчине.

Митрич охренело уставился на кошку и увидел, что ее усы тряслись от    смеха.

– Кончай прикалываться! Пойдешь?

Василиса грациозным движением запрыгнула Митричу на руки и от туда перебралась ему на плечи.

– Ты подруга чего, кстати, будешь? Тут недалеко магазинчик есть, где    против дискриминации животных...

9

Вечер явно задался. Банка из под шпрот была пуста. От жареной рыбки остались только скелетики. Водка плескалась в бутылке на самом донышке, а в блюдце осталось чуть-чуть валерьянки.    И после обсуждения животрепещущих проблем – трeп ни о чем.

Оба участника затянувшегося пиршества c задумчивым видом смотрели в разные стороны. Митрич    в тeмное окно, а Василиса, сидя на кухонном столе в    темный коридор. Хотя был ли он для неe темный? У Митрича в этом были сомнения. Сытно икнув он    задал вопрос который давно его мучил:

– Василиса так скажи все таки, почему ты кошка, а не лягушка? Почему привилегия быть лягушкой только для Василис Прекрасных?

Василиса осоловело взглянула на него:

– Чего?

– Ну это, – заволновался Митрич,    – в сказках Иван-царевич выпускает стрелу попадает в Царевну-лягушку. А ты кошка!

– Почему-почему... Думаешь лучше быть Царевной-лягушкой и ждать Ивана-царевича на болоте? Кто сейчас по болотам ходит? Лучше быть царевной-кошкой на помойке, всяко кругом народу больше. Даже Иваны-царевичи мусор иногда выбрасывают.

– Иваны-царевичи? – В голосе Митрича послышалось сомнение, – зачем Ивану-царевичу мусор выбрасывать? У него наверное слуги для этого есть.

– Ну и что?

Аргумент кошки оказался непробиваем.

– Да так, ничего … А я? – Поинтересовался Митрич.

– А что ты? Ты Митрич, а не Иван-царевич. И вообще, наказание мне такое, за то что влюбилась как кошка, – и Василиса тихо зарыдала.

Митрич остолбенело смотрел на кошку издающие столь нехарактерные звуки. Потом подумал, что для женщины звуки как раз очень характерны и протянув руку погладил Василису. Всхлипы усилились, но скоро перешли в тихое урчание.

Ранним утром Митрич проснутся от холодного прикосновения влажного кошачьего носа. Открыв глаза он столкнулся c пристальным взглядом    Василисы.

– Кончай дрыхнуть, бездельник. Расслабуха кончилась. Пора завтракать!

Митрич нехотя встал, потянулся и поплeлся в ванную. В ванной, пока умывался    чистил зубы, прокрутил в голове вчерашний разговор с Василисой.

Василиса не простая кошка, а превращенная девица Василиса Премудрая. Премудрая, потому как училась в Сорбоне, а в кошку она была превращена по некоей причине личного свойства, а так же, как она сама выразилась "чрезвычайной тяги к познанию".    Когда это было и кто еe сделал кошкой она почему то не уточнила. В настоящий момент Василиса, по еe словам, была агентом под прикрытием и работала в адвокатской конторе. Но вот чьим агентом, опять же не уточнила. Контора была посреднической и обеспечивала законность сомнительных операций. Кроме того, в последне время всплыли несколько фактов превращений людей в животных и наооборот, и с этим был связан    его старый знакомцем Венька Коган. Митричу предлагалось поучаствовать в расследовании и разобраться с Вениамином.

Митрич с мокрой бородой    вышел на кухню. Василиса сидела на подоконнике у стола и выжидательно смотрела на стол.

– Доброе утро, подруга! Молоко будешь? – Спросил    он.

Кошка молча кивнула. Достав их холодильника пакет молока, а с полки блюдце сомнительной чистоты, он поставил его перед Василисой.    Василиса задумчиво уставилась на блюдце.

– Ну чего делать дальше будем? – Поинтересовался Митрич.

– Не знаю, ты решай, ты же же мужчина! – Ответила, переведя на него взгляд, кошка.

– Знаешь Василиса, когда я считал тебя    котом, ты мне больше нравилась!

– Котом? – Уточнила Василиса, – Митрич, а ты случайно не голубок? Хотя нет, ты у нас - неоцигреус тигрикус!

– Издеваешься?    А я думаю, что ты никакая не Василиса Премудрая, а обычная писикуха. –    Холодно парировал Митрич.

Кошка удивленно посмотрела на Митрича:

–Ты что, румынский знаешь?

– Я программист! – Высокомерно ответил Митрич и отвернулся.

Кошка озадачено помолчала, потом спросила:

– А это тут при чeм?

Митрич не говоря ни слова пожал плечами. На несколько минут воцарилась неловкое молчание.

– Ты, Митрич, больше так меня не называй, а то морду расцарапаю. — После минутного молчания продолжила Василиса.

– Почему? – Теперь удивился Митрич — ты же кошка!

– Расцарапаю!!! – Зло зашипела кошка.

– Я хочу в дворницкую зайти. — Переменил тему Митрич.

– Зачем?

Митрич задумался:

– Я не знаю, но бабка то, что то    знает! Иначе зачем мне этот свой клубочек впихивала?

– Я к ней не пойду, – надулась Василиса, – один иди.

– Хорошо, – кротко согласился Митрич и дальнейший завтрак прошел в полном молчании.

10

Выйдя во двор, Митрич с Василисой продефилировали к дворницкой. Митрич вопросительно посмотрел на кошку и спросил:

– Ну что, не передумала подруга?

Василиса недовольно фыркнула, отвернулась и с показательным интересом уставилась на чирикавшего неподалеку воробья. Митрич ухмыльнулся в бороду и спустился по лестнице в подвал. Постучав для приличия в дверь, Митрич толкнул ее и застыл на пороге. Напротив бабки за кухонным столом сидел боров в розовом комбинезончике и самозабвенно хрюкая рассматривал карты, что были зажаты в его копытцах. На столе стояла тарелка холодца, початая бутылка водки и две гранeнные стограммовые стопки. Партия в подкидного, похоже, была в самом разгаре.    Бабка обернулась на скрипнувшую дверь и уставилась на Митрича пристальным взглядом близко посаженных глаз.

– А явился, детинушка! А я думала, что тебя уже того … доели, – ухмыльнулась Баба-Яга.

Митрич с трудом переведя глаза с борова на бабку и произнес:

– Здорово, старая. А чего это меня доесть должны?

– А потому как ты неслух. Не слушаешь чегой тебе старые люди советуют. Или думаешь, что ты гой еси добрый молодец?

Митрич неприветливо буркнул:

– Ничего я такого не думаю. – И кивнул на борова спросил: а это кто?

Бабка взглянула на борова и снова повернулась к Митричу:

– А это и есть добрый молодец. Хочешь на его место? – И с любопытством уставилась на парня.    Того передернуло.

– Вижу не хочешь, – удовлетворенно кивнула Баба-Яга, – тады чего припeрся?

– Узнать хотел, – сказал Митрич, – кто ты такая и почему мне помогаешь?

– Кто я такая ты сам знаешь. Правильно меня назвал. А помогаю, потому как корысть малую имею.

– Поэтому и этот клубочек-телефон мне дала дали? – Спросил Митрич показывая его.

– Вижу-вижу, что не потерял. Нужон он тебе будет, потому и дала.

Митрич задумался, потом спросил:

– Это вы меня во дворе со спины огрела?

– Я милок, я. Потому как язык у тебя длинный и старших ты не слушаешь. И уважение в тебе к возрасту не имеется. Тыкаешь мне. За что и огреб. Прости уж меня Господи!

Митрич почесал затылок и исправившись поинтересовался:

– Вы знали, что Василиса — кошка?

– Где она, кстати, – живо заинтересовалась бабка.

– Да на улице, возле дверей. Не хочет сюда идти.

– Всe ещe дуется, значит, дура хвостатая. – Грустно пробормотала бабка. – Скажи ей, зря она это. Ну ладно. Не видишь разве, занята я! Иди себе куда шeл.

– А куда я шeл? – Тут же перебил её Митрич.

– Клубочек у тебя, вот и иди... туда, – махнула рукой    бабка, поворачиваясь к хряку.

Митрич посмотрел на хряка, победно покрывшего пиковую даму козырной шестeркой, повернулся и вышел из дворницкой. На улицу Митрич вышел как раза вовремя. Василису держал за шкирку рыжий и ражий котяра, из уважаемого сословия помойных котов, пытаясь утащить еe под лавочку. Кошка извивалась, пытаясь вырваться, оглашая окрестности диким ором, в основном состоящим из отборных матов.    Митрич с разбега пнул рыжего и тот описав дугу, с недовольным мявом рухнул в кусты.

– Ну ты даешь, подруга! – Восхищенно произнес Митрич. – Теперь я знаю, что такое материться как боцман! Где научилась то?

– Жизнь долгая и опыт разнообразный, – пробурчала кошка, – а этому рыжему паскуднику я еще яйца оторву, вместе с хвостом!

– А ты Василиса в своем кошачестве, своe то девичество сохранила? – Продолжил веселиться Митрич.

Кошка собралась в пушистую пружину, выгнулась и зашипела:

– А сначала я тебе яйца оторву, чтоб не издевался!

Митрич повернувшись к кошке боком, чтобы спрятать причинное место и выставив ладонь скороговоркой примирительно произнес:

– Всe-всe, извини Василиса, погорячился, больше не буду!

Василиса медленно распрямилась, села и глядя в землю произнесла:

– Ладно, проехали. Что там тебе Яга наплела?

– Да привет тебе предает и говорит чтобы не дулась.    И клубочек, говорит, у тебя, вот и иди, иди, иди...

– Ну и пойдем. – И отвернувшись от Митрича, кошка пошла прочь.

Митрич догнал кошку и подхватив еe под грудку посадил себе на левое плечо. Потом он достал из кармана куртки бабкин телефон и они с Василисой стали внимательно разглядывать его экран. Телефон довольно пискнул, сообщив что связь со спутником установлена, но от зеленой точки в центре экрана никакого маршрута проложено не было. Митрич с Василисой посмотрели друг на друга.

– Темнить чего то старая. – Задумчиво произнесла Василиса. – Пойдука я все таки с ней поздороваюсь. – Последняя фраза прозвучало у неe как то угрожающе.

Кошка спрыгнула с плеча Митрича и мягко двинулась к дворницкой, как будто подкрадывалась к добыче. Митрич было пошeл за ней, но кошка на ходу повернув голову, сказал:

– А ты здесь побудь, не твоe это дело.

Митрич пожал плечами и уселся на лавку, а в кустах враждебно сверкали зеленые глаза рыжего котяры. Мистрич шикнул на него:

– А ну брысь!

Кот высокомерно проигнорировал его. Некоторое время ничего не происходило, потом внизу раздались крики и звон    падающей посуды. Внезапно из подвала выскочила Василиса, держа что то в зубах. Пробегая мимо Митрича она сдавлено промявкала:   

– Бежим!

За кошкой тут же рванул из кустов рыжий насильник. Митричу ничего не оставалось как побежать за этой парочкой. В этой время из подвала вылетела Баба-Яга верхом на метле, сзади в метлу вцепился зубами    боров в розовом комбинезончике. Метла волокла его по земле и не могла подняться в воздух.

– Караул, ограбили, держи воровку! – Неслись бабкины вопили с метлы.

Из-за свинячего довеска метла вильнула и вся    компания, со всего размаху, врезалась в стоящий рядом автомобиль. Раздался треск древка метлы, глухой удар двух тел и автомобиль пронзительно заверещал противоугонкой. В это время рыжий бродяга в неимоверном прыжке достиг Василису и упал сверху на еe загривок.    Митрич набежал на визжащий рыже-серый клубок и обеими руками разодрал его на две шипящие части.    Метнув рыжего в сторону он посмотрел на Василису, та щипяще выдохнула:

– Клубок, ищи клубок!    Олух!

Недалеко от места схватки валялся ничем не примечательный клубок из серой шерсти. Схватив его Митрич услышал от кошки:

– А теперь ходу отсюда! – И не выпуская Василису он рванул со двора...

Через квартал Митрич рухнул на скамейку в сквере. Пахло прелой листвой, с пруда дул пронизывающий ветерок.    Было пусто и никто не обращал внимания на мужчину, прогуливавшего свою кошку. Митрич поeжился и спросил Василису:

– Вася, ну и что это было? Весь шум из-за клубка?

Кошка кивнула:

– Это он и есть, волшебный клубочек.

Митрич вытащил бабкин телефон из кармана:

– А это тогда что?

– В общем, то же волшебный клубочек. – Пояснила Василиса.

Митрич удивленно взглянул на неe и произнeс:

– Не понял.

Кошка задумчиво почесала за ухом задней лапой:

– Понимаешь, клубочек — это как бы антенна для телефона. Ведь, что делает клубочек? Он знает куда тебе идти,    но сказать не может, только проводить! А телефон, зато может показать, на экране. Привяжи клубочек к телефону и ты увидишь точный маршрут. А иначе ошибка в магогеопозиционировании может тебя опять привести в небоскреб.

– Стоп, Василиса! Тогда почему Яга мне сразу не дала мне телефон с клубочком?

Та помрачнела:

– Жадная она и себе на уме. Никогда не знаешь, то ли она тебе помогает, то ли подставляет.    И учти клубочек то один остался, а таких мобил много.

– Поэтому она так за тобой и рванула?

Василиса злорадно ухмыльнулась:

– Ну да, я еe опять на слабо взяла. – И довольно зажмурилась, вспоминая что то для себя приятное,    а затем скомандовала:

– Ладно, давай привязывай!

Митрич привязал нитку клубочка к креплению под ремешок и включил телефон. Две головы, человека и кошки склонились над экраном. На этот раз от зеленой точки была протянут маршрут, уходящий за пределы экрана. Митрич поменял масштаб и увидел, что он проходит мимо небоскреба, на окраину города в лесопарковую зону, ранее любимое место отдыха горожан. Кошка и человек переглянулись, наконец Митрич озвучил витавший в воздух вопрос:

– Ну и кого мы там будем искать.

Василиса задумчиво проговорила:

– Поехали, узнаем...

11

Дорога заняла часа полтора. В связи с окончанием дачно-купального сезона автобус бы практически пустой. Выйдя на остановке «Лесопарк», человек и кошка огляделись.    Под серым небом мокли желтые колки, а на другой стороне стоял сплошной стеной стоял смешанный лес. Митрич достал телефон и посмотрел маршрут:

– Нам туда. – И махнул рукой в сторону леса.

Недалеко от остановки в лес уходил сверток. Дорога по угрюмому, мокрому лесу оказалось недолгой и скоро уперлась в КПП на котором зелеными буквами было написано садоводческое товарищество    "Лукоморье".    Шлагбаум и забор из колючей проволоки отгораживали на той стороне точно такой же лес с уходящий в даль дорогой.

– Оба на, - сказала кошка сидящая на плечах Митрича, - чем дальше, тем интереснее.

– Ну и как мы туда пройдем? - Высказал более насущную мысль Митрич.

На крыльцо вышел пузатый охранник и грубо спросил:

– Вы куда?

– Туда.    –    В тон брякнул Митрич.

– К кому?

В воздухе повисло напряженное молчание. Василиса, с независимым видом спрыгнула с плеча Митрича и шмыгнула в двери КПП между ног    охранника. В помещение немедленно раздался собачий лай, кошачье шипение и шум драки. Охранник рванул обратно в КПП, Митрич за ним. Овчарка, получив по носу когтями, о чeм свидетельствовала капающая кровь, прижала уши и рыча готовилась к атаке. Кошка залетела на стол с системой видеонаблюдения,    за которым сидел второй охранник. Собака кинулась наверх, переворачивая мониторы, кошка отпрыгнула и скандалящая парочка вывалилась из двери по ту сторону забора. Оба охранника    кинулись за ними. Митрич рванул за охранниками, но в другую сторону, через дорог в кусты. Остановившись и прислушавшись к удаляющемуся шуму он вытащил телефон и сверил направление. Идти предстояло на юго-запад, к излучине реки Неналевайки.    Митрич прошел шагов тридцать и продравшись через кусты оказался на не большой полянке. Усевшись на случившейся там поваленный ствол, он некоторое время ещё прислушивался к затухающим звука собаче-кошачего междусобойчика.    Наконец всe стихло.      Еще минут через десять на полянке показалось кошка с донельзя довольной мордочкой.

– Как я их, а?! А этой твари овчаристой вообще всю морду исполосовала!

– Ну и зачем было устраивать эту демонстрацию силы? – Устало поинтересовался Митрич.

– Как зачем? – Удивилась кошка — А как бы ты сюда попал?

– Там объявление на стене висело, – пояснил Митрич, – к Ученому Коту    билет    две пятьсот. Заплатили бы и прошли.

– Ах к учeному …, – сладким голоском протянула Василиса, – надо будет обязательно заглянуть.

– Экстремистка, ты Василиса, а ещe Премудрая! – Укоризненно заключил Митрич. – Мне лично уже надоело по затылку получать.

Но этот демарш Василиса высокомерно проигнорировала.

– Кстати, Вася, ты не находишь, что этот посeлок    какой-то странный? Ни домов, ни дорог, колючая проволока    и    два лопуха охраны с драной собакой. На садоводческое товарищество    непохоже, да и на элитный посёлок тоже.

–Не знаю, но надо быть поосторожнее, пока не поймем что это такое. – Рассудительно заметила Василиса. – Хотя объявление про учёного кота наводит на некоторые подозрения.

Митрич поглядел на кошку и расхохотался:

– Да, Василиса, после этих своих кульбитов ты стала очень рассудительная. Ладно пойдем, тут судя по навигатору не очень далеко. И они пошли...

12

Долго ли - коротко, человек с кошкой вышли к забору. Нет не так – к ЗАБОРУ!    Только так, в превосходных выражениях, можно было назвать это шедевр фортификационного искусства. Василиса озадачено осмотрела это сооружение и протянула:

– Да, это какой-то противокошачий забор, на него совершенно невозможно забраться!

Митрич пожал плечами и сказал:

– Ну можно что-нибудь подставить. В конец-концов пять-шесть метров это не настолько много.

– А чего подставить то? – Поинтересовалась кошка и парочка    оглянулась вокруг.

Вокруг ничего подходящего не было, а деревья были вырублены на пару десятков метров от забора.     

– Жалко, – сказал Митрич, – судя по навигатору нам осталось метров сто    по прямой.

– По прямой не получиться, – вздохнула Василиса, – надо искать вход. Только вот в какую сторону идти?

Митрич задумчиво посмотрел на кошку:

– Вася, а как ты думаешь, если я тебя подкину, сможешь зацепиться за край забора?

– Ты чего, с дуба рухнул? Или чемпион по бросанию кошек? – Ошарашено переспросила Василиса.

– Ну чемпион, не чемпион, а подбросить кошку на три-четыре метра вверх, думаю смогу, – уверенно парировал Митрич, – а дальше ты коготочками.

– А бросать ты будешь раскрутив за хвост? – ядовито осведомилась Василиса.

Митрич победно ухмыльнулся в бороду:

– Вот видишь Вася, ты уже и согласна.

– Ладно, давай попробуем. Только если что, лови меня! – Сказала он Василиса и озорно блеснула глазами.

Митрич поудобнее перехватил легонькое тельце и что было силы бросил    его вверх. Кошка чуть-чуть не дотянулась до края забора и камнем свалилась на голову Митрича, выпустив когти. Митрич схватился на голову и от неожиданности выругался:

– Пелять и простипома!

Всe вокруг замерло, у человек и кошки перехватило дыхание и … ничего более не произошло.

– Б..., Митрич! – Выругалась кошка. – Ты что, охренел? Тебя же предупреждали!

– Да я случайно, от неожиданности! – Оправдывался Митрич.

– Чего случайно?! Клоун косорукий! – Завопила кошка. – Сколько в русском языке хороших, сочных, жизнерадостных матерков, а ты прицепился к этой простипоме! Прости, Господи! – И перекрестилась лапкой.

– Вася,    так вроде как ничего же не случилась. – Засмеялся Митрич.

Василиса настороженно огляделась вокруг. Казалось ничего не поменялось после еe неудачного вознесения, не считая царапин на на лбу Митрича, но что то было не так.

– Ну это ещe неизвестно. Задумчиво    произнесла кошка. – Ладно, нам налево.

– Почему? – Удивился Митрич.

– Потому,    пока летела – видела. – Отрезала Василиса. – Пошли, нечего время    терять.

И они пошли налево.

13

Идти по просеке вдоль забора было удобно и Митрич с Василисой увлечено обсуждали, как же сработала знаменитая фраза. Они так увлеклись, что вначале не обратили внимания на шум впереди. И тут раздался выстрел. Человек с кошкой присели от неожиданности и оба метнулись в кусты. Оглядевшись, они ползком двинулись дальше. Митрич взмок от пластунских упражнений, пока не подобрался у воротам. Василиса была уже там, заняв удобную позицию в придорожных кустах.    У ворот стояли два открытых    уазика с уже знакомыми абреками. Один из них одной рукой держал за шкирку здоровенного чeрного кота, прижавшего уши и поджавшего хвост, а другой грозил ему из пистолета. Речь шла о пушистых кяфирах, которые не оправдывают    надежд кардинала и с которых надо бы содрать живьем шкуру, но которым дается последний шанс.

– Найды и скажи где нам!    – Напоследок бросил главный джигит и    после этих слов кот был с размаху впечатан в забор и тихо сполз на землю. Абреки запрыгнули в машины и быстро уехали.    Чeрный    кот встал и пошатываясь уполз за забор. Никто не заметил, как рыжый хвост мелькнул на обочине.

Кошка повернула довольную морду к Митричу:

– Хоть я и не люблю эту нежить,    но как они этого    пушистого Иуду отделали!

– Ты про этого черного кота? -    уточнил Митрич.

– Про него родимого! Кстати, рекомендую, так называемый Кот Ученый, который успевает и направо и налево и себе в карман! – Пояснила Василиса.

– Да ты что! Неужели тот самый, что у Пушкина? – Удивился Митрич.

– Тот самый, можешь не сомневаться! – Засмеялась кошка.

– А почему ты этих, "гвардейцев кардинала" нежитью называешь?    – Помолчав спросил Митрич. – Да и    не любишь их. Я заметил.

Василиса явственно помрачнела:

– Да потому как они и есть нежить — живые мертвецы, упыри. Кошачьим они особенно неприятны.

– То есть? - удивился Митрич.

Василиса вздохнула:

– Это    духи,    –    повстречавшись не понимающим взглядом Митрича Василиса уточнила: ну душманы, моджахеды, террористы, убийцы мирных жителей погибшие при терактах. И по своим верованиям они попали в магометанский рай с гуриями.

– А что они тогда тут делают? –    Удивился Митрич.

– Что-что! Ты знаешь кто такие гурии? - Задала вопрос Василиса.

– Ну девки такие, вечно девственные. – Блеснул эрудицией Митрич.

– Во-во, только не девки – суккубы. Демоны женского пола, которые и затрахивают этих доблестных "войнов ислама" в их раю.    Причем до такой степени, что многие из них готовы на всe, чтобы свалить из этого рая. Вот некоторым это и удалось. К тому же это и не рай вовсе, а специальный филиал ада. С какой радости убийцы мирных людей будут в рай попадать? Зверя надо убить в себе, а не тешить его убийствами других людей, – мрачно закончила кошка.

– А как им удалось сбежать? - Спросил Митрич.

– Как, как!    Чeрная магия. Ты же    приходил в контору. Неужели запаха не почувствовал? - Спросила Василиса.

– Чего? Черной магии? Знаешь, Василиса, это мне как-то не по профилю. – Смущенно пробормотал Митрич.

– Да нет! – Досадливо прошипела кошка.

Митрич задумался вспоминая, потом неуверенно произнес:

– Пахло чем то, но запах очень тонкий я не понял что это.

– Тленом это пахло. Гниют ребятки, и чего бы им не гнить, если они мeртвые?

– А    почему они этой секретарши так бояться? – Спросил Митрич.

– Наташи что ли? Так она и есть суккуб, и по совместительству капитан ихней гвардии. Еще бы они ее не боялись! Их новым бренным существованием распоряжается она. Чуть что не по ней и всe, отпуск кончился! – Пояснила Василиса.

– А кто тогда мушкетeры? – Заинтересовался Митрич.

– А вот это, мил друг, тебя надо спросить! – Засмеялась Василиса.    – Ладно, пойдем что ли...

Перед Митричем с Василисой расстилалось поле, в центре которого стоял большой, старый дуб. Недалеко от него располагался    ветхая избушка на куриных ногах. Под дубом наблюдалась какая-то суета. А возле забора валялась пара добрых молодцев, декорированных в стрелецкие кафтаны. Похоже их здоров приложили абреки, причем приложили их же собственными бердышами. Митрич с Василисой      переглянулись и не сговариваясь двинулись к месту кипишения. Внезапно Василиса остановилась и повернулась к Митричу, смотря снизу вверх:

– Слушай, Митрич, а чего мы такие храбрые? Ты не находишь, что это похоже на мышеловку?

Митрич озадачено покосился на кошку, почесал бороду и произнес:

– А, пожалуй!    И чего предлагаешь? Нас похоже уже заметили.

Василиса фыркнула:

– Ты мужчина, ты и решай.

Вздохнув, Митрич достал телефон и внимательно изучил навигатор.

– Похоже, конец пути – это дуб.    Так что пошли, – и решительно двинулся по направлению к поддубной компании. Кошка задрав хвост засеменила следом.

Под дубом, на шезлонге в прострации лежал уже знакомый    чeрный котище. На голове у него красовалась белая повязка, а вокруг суетилась тройка ангорских    кошек. Приближаясь    Митрич заметил, что кот внимательно наблюдает за ними сквозь прищуренные глаза. Когда человек с кошкой подошли, кот застонал с натугой открыл глаза и пафосно просипел:

– И кто беспокоит меня в минуту телесной и душевной невзгоды? Ясно же сказано: КОТ не работает! Идите отсюда, милые, – и слабо махнул лапой.

Василиса мрачно ответила:

– Хватит ваньку валять, Васька! Уж меня то ты точно узнал.

Васька    уставился на Василису, потом перевел взгляд на Митрича и слащаво осведомился:

– Ах это ты, Василиса? Прости, не узнал. Я в некотором смятении. А кто этот приятный юноша?

Митрич буркнул в бороду:

– Митрич я.

– Очень приятно, очень! – Продолжил кот. – Василиса Вам уже рассказала свою сказку, что она Василиса Премудрая превращенная в кошку, по причине несчастной любви?

Митрич промычал что то нечленораздельное.

– По глазам вижу, что да! – Продолжил наглый котяра уже    переставший притворяться больным. – Так молодой человек, вынужден Вас разочаровать. Выдумка-с, обыкновенная выдумка! Я сам еe помню вот таким котeнком. – И Василий показал лапой над землeй, что то очень маленькое.

– Ну и сука, ты Вася. – Скучно сказала кошка. – Врешь и не краснеешь. Не мог ты меня котeнком видеть, сам знаешь.

– Василиса, прелесть моя, зачем так грубо? Как я, кот, могу быть сукой? – И обращаясь уже к Митричу продолжил: Сука, молодой человек, это самка собаки. А я как-никак выдающийся представитель    фелис сильвестрис катус! К тому же самец!

Почему же грубо? – Парировала Василиса. – Сукин кот Васька – это как раз про тебя!

У Митрича возникло ощущение, что эта перепалка был элементом некоего ритуала, уже давно наскучившим обоим. Кот проигнорировал последний выпад в его сторону и опять обратился к Митричу:

– Ну-с, молодой человек, какая надобность привела Вас в мою скромную обитель?

Снизу от кошки раздался смешок:

– Вася, кончай прибедняться. Ты лучше скажи куда с дуба цепь подевал?

Василий тут же взъерошился:

– Я милочка, хоть и популярный бизнес-консультант, но ты даже не представляешь сколько стоит содержать это имение, охрану! А ведь еще надо кормить и этих бедных крошек! – И кивнул на трех сидящих рядышком ангорок.

Василиса оглядела ухоженных гламурных блондинок и скептически вымолвила:

– Непохожи они на бедных.

Услышав это, Василий взбеленился:

– Это сиротки подобранные мною из жалости! Они помогают мне в моих многотрудных делах. А ты, Василиса, тунеядка! Я же предлагал тебе в Соловце заняться вместе со мной сохранением, столь милой русскому сердцу объектов    старины! – И кот кивнул на дуб и избушку на курногах.

Василиса лениво продолжила:

– Так цепь то все таки где?

Кот коротко буркнул:

– Заложить пришлось.

Василиса обратилась к Митричу:

– Митрич, вот этот паразит, рейдерским захватом прихватизировал дуб с златою цепью, избушку на курьих ножках и неизвестным образом исчез из Соловца вместе со всем добром. И вот здесь он теперь и выплыл.

И обращаясь теперь к Василию, поинтересовалась:

– Яга то знает, что еe изба здесь?

На что кот сорвав повязку с голову и потрясая ею, эпически произнес:

– Яга, это пройденный этап! После победы в мире общечеловеческих ценностей    стоит подумать и об общекошачьих. И все силы и    средства должны быть вложены в эту святую борьбу! Вся власть мурзикам и барсикам! В широком смысле "мурзикам", разумеется. – Пояснил Василий.

Митрич ошарашено посмотрел на этого пушистого наполеона, с Наполеоном настоящим коего роднил малый рост, общая упитанность и беспримерное нахальство.

– Итак, молодой человек, – продолжил кот, – зачем вы сюда явились в компании с этой разноглазой    стервочкой?

– Клубочек привел. – Кратко ответил Митрич.

– Ка-а-а-кой такой клубочек? – Заинтересовался Василий.

– Да вот этот. – С этими словами Митрич вытащил из кармана куртки телефон с привязанным к нему шерстяным клубочком.

Василий с ужасом уставился на клубочек. Митрич готов был поклясться, что    кот побелел от страха, если это можно было бы отнести к его пушистой черной шкурке. Потом он медленно перевел взгляд на Митрича и завопил:

– Охрана! Хватайте этих шпионов Яги!

Василиса усмехнулась в усы:

– Да, да Вася! Яга добралась до Ухрюпинска. А твоя охрана отдыхает    после знакомства с гвардейцами Кардинала. Думаешь мы не видели как они тебя за шкирку то трясли? Интересно за что? Не за цепь ли?

– Ну что вам всем надо от старого бедного кота, – опять захныкал Василий, – кручусь как могу, мне ведь надо кормить своих милых крошек...

– Вася, может хватить изображать из себя старого бедного еврея? – Внезапно прервал его Митрич, – ты мужик или как?

Василий внезапно успокоившись деловым тоном предложил:

– Ну хорошо Василиса, я отвечаю на некоторые ваши вопросы, а вы    забываете, что я здесь. По лапам?

–    Хорошо, – Согласилась Василиса. – Ты имеешь какое-нибудь    отношение к    конторе Флейшман, Штейнберг    и Ришелье?

Я там специальный бизнес-консультант, милочка. – Снисходительно ответил Василий.

– И чего ты там такое консультируешь, что тебя за шкирку трясут. – Иронично поинтересовалась кошка.

– Фи, Василиса, ну это неумно и чисто по женски! Это мои ЛИЧНЫЕ дела по продаже некоего товара!

– Цепи, что ли? – Невино хлопая глазами поинтересовалась Василиса.

Кот недовольно фыркнул и отвернулся.

– А …, – открыл рот Митрич и тут по    голове учeного кота Васи, больно щелкнуло желудем, упавшим сверху. Кот подскочили и завопил. Тут же на него обрушился второй и третий желудь. Василий соскочил с лежака и попытался залезть под него. Василиса молнией взлетела по стволу дуба, тройка ангорских кошки устремились за ней. Наверху раздался кошачий ор, шипение и шум драки.    Ломая сучья сверху свалился бело-серо-рыжий комок из кошачих голов, лап и хвостов. На земле клубок распался и в центре круга оказался старый знакомый – рыжий кот-насильника с бандитской рожей. Инстинктивно Митрич выполнил с ним уже знакомое упражнение. С диким воплем, от его пинка, кот описал параболу и рухнул в кусты. Белый ангорки рванули туда. Василиса укоризненно посмотрела на него и произнесла:

– Ну зачем же так. Этого паразита надо было допросить, как он здесь оказался.

Потом повернулась к черному коту, который снова залез на свою лежанку.

– А твои крошки то ничего, умеют драться!

Василий самодовольно усмехнулся:

– А ты как думала? Девочки то из спецподразделения ГРУ. Подобрал их когда все в стране разваливаться начало.

Василиса внимательно прислушалась к удаляющемуся шуму погони и что то пробурчала себе под нос.    Митрич почесал затылок и задумчиво сказал:

– Если рыжий еще и говорящий, то число говорящих кошек    превысило все мыслимые пределы на квадратный километр. И куда я попал?

– В сказку, – нежным голоском мурлыкнула Василиса.

Тут вмешался кот и сухим деловым тоном произнес:

– Судя по всему, рыжий – шпион кардинала. – Тут его глаза широко открылись и он прошептал, – я же проговорился про цепь. Они всё узнают!

Кот рухнул обратно на шезлонг и безжизненным голосом произнёс:

– Абреки ещё интересовались тобой Василиса. Им известно, что мы    с тобой знакомы и поэтому НАСТОЯТЕЛЬНО просили сообщить если ты появишься. А еще интересовалась бородатым молодым человеком. Говорили, что тот откуда то сбежал и с ним видели дымчатую кошку. Так что извините, учитывая сложившуюся ситуацию, прошу покинуть    мою территорию. Тем более скоро начнет темнеть и вам    будет проблематично отсюда    выбраться.

Затем кот демонстративно задрал заднюю лапу и стал еe вылизывать, игнорирую гостей.

Митрич с Василисой удивленно переглянулись и хором сказали:

– Как вечер?

При этих словах часы    кукушкой, висевших прямо на дубе прокуковали пять часов. Они посмотрели на часы,    затем Митрич    быстро взглянул на свой браслет. На часах было час дня, они стояли.

– Так вот как оно сработало … твою пелять!

Василиса ошарашено промолчала.

– Ладно мы пойдем, скоро последний автобус. – Сказал Митрич и посадил кошку себе на плечо. – Счастливо оставаться и привет крошкам!    – И человек с кошкой побрели по дороге к воротам.

14

Старый раздолбанный автобус уныло трясся по разбитому шоссе. За стеклом уже практически стемнело. Митрич с кошкой на руках забился на заднее сиденье. В дребезжащем салоне автобуса практически никого не было. Только на впереди сидела пара пассажиров. Учитывая ситуацию был открыт импровизированный военный совет.

– Вася, зачем тебя Ришелье ищет? – Начал Митрич. – Ты же в его конторе постоянно отираешься?

Василиса захихикала    и муркнула:

– Так я же агент под прикрытием! Они не знают что я это Василиса.

– Теперь знают. – Констатировал Митрич.

Василиса вцепилась когтями в джинсы Митрича.

– Точно, рыжий нас заложит, – кивнула она, – а вот зачем им ты?

– Что я? – Вздрогул от боли Митрич. – Эти искали бородатого человека с кошкой твоего окраса. В сарае мы сидели вместе, а поискать и запереть меня их мог попросить Коган.

Василиса хмыкнула:

– А ты молоток, соображаешь.

– Так дык! – Польщено почесал бороду Митрич. – Я ж всe таки программист. А программист без логики, что кот без яиц!

Василиса покачав головой    укоризненно произнесла:

– Митрич, я ж всe таки дама, можно без этих вот асcоциаций?

– Василиса, а почему этот толстопузый Вася сказал, что ты все выдумала про Василису Премудрую? – Невпопад поинтересовался Митрич.

Сидящая у него на коленях кошка подняла голову и внимательно посмотрела в глаза Митричу:

– Потому что козeл он, как и все мужики! Домогался он меня, а я ему не дала, вот и беситься с тех пор.

Причисленный вместе со всеми мужиками к козлам Митрич, отвел глаза и смущенно закашлял. Прокашлявшись он попытался перевести тему разговора:

– Какие у нас дальше планы? Куда пойдем: к Яге, Ришелье или к Когану?

– Пойдем, – согласилась кошка, – но ты понял, что    тоже рискуешь оказаться козлом, хомячок?

– Да понял, понял. Извини. – Забормотал Митрич.

Наступило неловкое молчание. Все кончается. Кончилась и дорога на раздолбанном автобусе. Человек с кошкой походили к своему дому. Прямо напротив митричевого подъезда стоялая Баба-Яга опираясь на метлу. Парочка под суровым ягишным взглядом подошла к подъезду.

– Давай. – Коротко сказал Яга и протянула руку.

– Чего давай? –    Ошарашено переспросил Митрич.

– Клубочек давайте, разбойники! – Повысила голос Яга.

Митрич безропотно отдал телефон с привязанным к нему клубочком.    Бабка не глядя сунула    их в карман фартука.

– Оба за мной. – Кратко произнесла Яга и повернувшись пошла к своему подвалу.

Митрич с Василисой уныло поплелись следом. В дворницкой усевшись рядом на продавленный топчан, оба преданно уставились на Бабу-Ягу. Та, усевшись у стола, не торопясь достала телефон из кармана и уставилась в него.

– Так, – удовлетворенно произнесла старуха, – избушку вы мне нашли. Молодцы!

Василис с Митричем удивленно переглянулись и Митрич спросил:

– А что, мы разве еe искали?

Бабка пожала плечами:

– Это кто же еще бедной старушке то поможет еe собственность найтить? – И тут же рявкнула. – Ну вы, оба! Смотреть мне в глаза! Ваську мово видели?

Митрич с Василислй вытаращившись на Бабу-Ягу дружно ответили:

– Нет!

– На нет и суда нет, – неожиданно миролюбиво продолжила бабка, – попадется еще мне касатик мой ласковый, ужо я его тогда…!    – Вздохнула бабка, затем повернулась к кошке. – А ты девонька, еще чего у меня сопрешь, сорву розгу и выпорю!

Митрич помявшись спросил:

– Бабушка, так почему вы мне то свой этот телефон-клубочек сунули при первой нашей встрече?

– Ишь, ты! Бабушка… – Задумчиво протянула Яга. – Вежливый! Таки ладно, не знаю каким ветром занесло вдруг меня к мастерской нынешнего Кащея Поганыча. Я ведь на базар за свиными ножками собралась и нате какое недоразумение! Стою я и вижу выскакивает из подвала    добрый молодец и двоится. Гляжу одним глазом –    человек, гляжу другим –    хомяк. Присмотрелась ещё. И точно! Аура обращенного да еще и остаточной волшебностью!    Я и подумал, чем чeрт не шутит, может найдет мою избушку. Ведь что энтот паразит    пушистый сделал? Как то заблокировал мою избушку в астральном слое и чего только я не делала, не могу найти и всe! А тут такая оказия… А ведь получилось же! – С воодушевлением закончила старуха.

– А почему меня тогда в небоскреб первый раз понесло а не в посeлок Лукоморье? – Помолчав поинтересовался Митрич.

– А энто милок, значит тебе надобность туда была зайти. Твоя остаточная магичность и управилась с телефоном то так,    мой заговор заблокировался и батарейка от этого быстро и разрядилась.

– То есть вы бабушка мне помочь ничем не можете? – Продолжил Митрич пытаясь подняться.

– А ну сядь неслух! – Рявкнула бабка. – Вы мне помогли и я вам помогу. Расскажу чего знаю а дальше вы уж сами...

Баба-Яга вздохнула и начала:

– Я ведь этого    Когана-Кащеева    давненько знаю. Он прямой потомок того самого Кащея Бессмертного. Думаете этот сатир старый одних только Василис похищал? Ему девок дарили всякие цари, да короли, да султаны. А как то тогдашний еврейский кагал подарил ему красавицу, в надежде заполучить потомство от древней кащеевой крови, что им и удалось. Но все эти потомки кащеевы не были бессмертными. Ведь бессмертие Кащея — суть продукт магический, волшебный, и вот очередной кащеев потомок и решил добиться бессмертия своего прапрапрадедушки. Этот потомок и есть твой, так называемый дружок, Венька Коган. В городке то здешнем он осел он лет пять назад. По причине мне неизвестной, но явно веской. Известно мне, что он здесь с крысами экспериментировал, у него теперь похоже целое крысиное войско есть. Я мышке-норушке сальца посулила, та и донесла, что Коган через адвокатскую контору Ришелье    какую то книжку ждет. И что вроде как после этого у него все на мази и будет.

Бабка помолчала, пошмакала ртом и произнесла:

– Ну ладно идите покудаво...

Митрич с Василисой поднялись из дворницкой и уселись на лавочке.    Василис задумчиво посмотрела на Митрича и мурлыкнула:

– Сделай мне кошачью приятность, почеши шейку.

От неожиданности Митрич только и смог произнести:

– Чего?

– Чего-чего! – Рассердилась кошка. – Шейку мне почеши, сил больше нет терпеть, а задней лапой знаешь как неудобно?

Митрич посадил кошку на колени и указательным пальцем стал честь ей шейку под челюстью. Та зажмурилась от удовольствия и заурчала. Где-то через минуту этого занятия Митрич спросил:

– Василиса, так куда думаешь стоит ли зайти в небоскреб? Мне интересно какая такая надобность меня туда привела? Только вот-вот эти твои конторские что нас ищут… в твою контору соваться опасно.

Кошка резко перестала урчать и спрыгнула на скамейку.

– Опасно, – согласилась кошка, – но надо узнать зачем они ищут Василису. Ведь за всё время, что я у них провела никто про это и не заикался. – Потом подумав продолжила, – вот ты Митрич, если бы искал потерявшуюся кошку, что    бы сделал?

– Дал бы объявление, пообещал бы награду.

Во! – Проcияла Василиса и спрыгнула на землю. – Пойдем к тебе, посмотрим объявления на сайтах.

Василиса оказалась права. На всех сайтах города в разделах "объявление" была вывешены еe фотографии с обещанием вознаграждения за поимку или сообщения сведений о местоположении.    Причем сумма оказалась не маленькая

– Слушай, Вася, а ведь тебя утащат, как только увидят какие    бабосы можно получить. – Задумчиво заметил Митрич и продолжил. – Я лично даже удивлен, что у моей двери еще не выстроилась очередь желающих тебя забрать, или что ко мне абреки Ришелье еще не заявились, после звонка "доброжелателя". Я думаю многие нас с тобой за эти два дня видели, а городок у нас не большой.

Кошка задумчиво почесала задней лапой за ухом и    спросила:

– Думаешь нам пора отсюда валить?

– Думаю, что да, – подтвердил Митрич, – сажаю тебя в сумку и уходим отсюда.

– У тебя есть знакомые которые не сдадут?

– От моих знакомых лучше сейчас держаться подальше. Если выйдут на меня, то пройдутся и по знакомым. – Продолжил Митрич доставая из шкафа большую спортивную сумку. – Снимем левую хату на пару дней, так безопаснее. Запрыгивай Василиса.

Через пять минут, после того как Митрич со    спортивной сумкой вышел из подъезда, возле его двери появился большой рыжий котяра.

15

Хату нашли легко. Во избежании проблем Василиса тихо просидела в сумке всю процедуру переговоров и вселения в квартиру. Митрич поставил сумку на диван и с треском расстегнул молнию:

– Всё подруга, вылазь! Хозяйка ушла.

Кошка помаргивая от яркого света вылезла из сумки и деловито спросила:

– Есть хочу. Ты собираешься кормить девушку?

Митрич мрачно посмотрел на кошку:

– Да я бы и сам не против, но с баблом туговато. У тебя случайно, в загашнике скатерки-самобранки нет?

– Нет, – холодно произнесла Василиcа,    – а ну марш в магазин, надеюсь на пакет молока и пакетик кошачьего корма у тебя хватит?

– А ты что, кошачий корм ешь? – Глупо заулыбался Митрич.

– Не ем, но с таким кавалером как ты, точно придется, – сухо продолжила кошка,    – и купи одну сосиску!

Рано утром Митрич с Василисой выдвинулись к адвокатской конторе, где Митрич должен был изображать лоха, нашедшего кошку и принесшего еe по объявлению.    Так как Митрича конторе уже видели, то ему пришлось по совету Василисы сбрить бороду. Сложнее было с Василисой, так как ей соваться в контору вместе с Митричем было смерти подобно. Но Василиса заявила, что эту проблему она решит, если Митрич не забыл взять сосиску.

Человек с кошкой расположились в небольшом скверике напротив адвокатской конторы. Сидя на скамейке Митрич недовольно ежился, ветерок был холодный и дело явно шло к первому снежку. Василисе было проще, она сидела в сумке, высовывая сквозь приоткрытую молнию только свой нос. Осмотревшись она выпрыгнула из сумки и скрылась за углом дома, наказав Митричу ждать. Вскоре Василиса появилась в сопровождении другой кошки похожего окраса. Они подбежали к Митричу и требовательно уставились на него.

– Сосиску покажи. – Сказала Василиса.

Митрич достал из кармана свёрток и развернув его показал кошкам сосиску. Вторая кошка посмотрела на неё и кивнула. Василиса снова обратилась к Митричу:

– Бросай сосиску в сумку.

Митрич повиновался. Вторая кошка запрыгнула в сумку вслед за сосиской.

– Так, Митрич, повтори еще раз свою легенду,    – начала кошка.

– Вася, да всe я помню! Ну что ты опять! – Взвыл Митрич.

– Нет ты повтори!

– Ну хорошо, – сломался Митрич и стал заучено бубнить,    –    увидел в сети объявление, обратил внимание на кошку в своем дворе, поймал, принес по адресу, хочу получить вознаграждение.

– А если в конторе тебя узнают вспомнят, что ты у них уже был? – Требовательно спросила кошка.

Митрич фыркнул:

–    Без бороды то? Да фиг узнают! Накрайняк уйду в несознанку.

– Что ты там должен сделать?

– Любым способом отвлечь внимание секретарши. А вот что ты будешь делать?

– А у меня есть свой чёрный ход в контору. Но чтобы пробраться в кабинет Ришелье, мне надо прошмыгнуть сверху по трубе вентиляции. Секретарша смотрит на стену где проходит эта труба. Ты её от отвлекаешь. А пока они с тобой разбираются мне надо кое-что посмотреть и если получится кое-что    забрать.

В этот момент двери адвокатской конторы с грохотом раскрылись и оттуда вылетел человек. За ним с мявом вылетела кошка.

– Блин. – Мрачно сказал Митрич. – Похоже это ждёт и меня.

– Не боись, прорвемся! – Сказала кошка. – Пошли!

– Пошли, – резко выдохнул Митрич.

Митрич подошел к дверям и позвонил. Василиса тем временем юркнула в окошко подвала. Едва Митрич заикнулся про кошку, его тут же пустили внутрь. В знакомой прихожей его гостеприимно встретили два направленных ствола автоматов чернобородых абреков.

– Сумка покажи. – Гортанно потребовал один из них.

Митрич безропотно открыл сумку. Абрек заглянул в нее. Кошка затравлено прижалась ко дну сумки. Абрек оскалился и махнул рукой Митрич. В приeмнуой уже знакомая секретарша сидела за столом и обрабатывала свои ногти пилочкой. Лениво взглянув на Митрича она произнесла:

– Показывайте кого приволокли, а то несут невесть что...

Митрич с размаху вытряхнул перед ней на стол дымчато-белую кошку. Секретарша взвизгнула от неожиданности и откинулась на стуле. Абреки в прихожей заржали:

– Натаща, нэ бойся, это кошка. Ми провэрили.

– Молчать там! Разболтались! – Рявкнула секретарша.

Затем внимательно посмотрела на кошку, затем на Митрича и произнесла:

– Подождите минуточку.

Затем встала, взяла кошку и быстро зашла в дверь кабинета.    Обратно появилась она минут через пять    и сухо кивнув Митричу сказала:

– Проходите.

Оставив сумку в приемной Митрич вступил в кабинет. Комната оказалось большой, заставленной антикварного вида шкафами в которых блестели золотым позументом толстые тома книг. Письменный стол ужасал своими размерами и массивностью. Митрич живо представил толпы секретарш непринужденно разместившихся на его поверхности в фривольных позах. Мотнув от наваждения головой, Митрич заметил невысокого, полного человечка, с хохолком на голове и эспаньолкой, одетого в полосатый костюм американского гангстера 20-х годов ХХ века. Увидев Митрича, человечек вскочил и ринулся к нему:

– Очень рад и очень, очень благодарен. Ришелье теперь ваш должник. – Затараторил человечек, потрясая руку Митрича.

– Вы нашли мою кошечку, она такая проказница, взяла и убежала... хотя я закрыл ее в очень прочном помещении. Где вы, кстати еe нашли?

По заранее заученной легенде, Митрич лихо отбарабанил:

– У себя во дворе, увидел беспризорную красивую кошку, пожалел и взял к себе. А тут ваше объявление.

Человечек смахнул рукой слезу:

– Очень благородно с вашей стороны, очень! А где вы живете?

– Недалеко, на Костромской...

– Дом 29? – Уточнил человечек.

– Да, – автоматически подтвердил Митрич, - а где Васи..., –    и поперхнулся делано кашляя.

Но человечек его казалось бы не слышал, он увлеченно ковырялся в своем бумажнике.

– Вот. – Сказал он протянув несколько крупных купюр. – Возьмите от всего сердца... Кстати, про кого вы спросили?

– Про вашу кошку, ее же сюда занесли? – Ответил Митрич, машинально взяв деньги.

– Но вы как то её странно назвали. Мою кошку зовут Жозефина.

– Ну это... я ее звал Вася, она же не могла мне сказать как ее зовут. –    Удачно, как ему казалось, выкрутился Митрич.

– Ха-ха-х! – Раскатисто рассмеялся человечек. – Конечно-конечно, откуда вам было знать как зовут мою крошку, –    и направился в угол.

Ранее почему то не замеченной Митричем столике, стояла клетка покрытая черной тканью. Человечек подошел к ней и жестом фокусника сдернул ткань. В клетке, прижавшись к полу, мелко дрожа лежала Василиса, а не подменыш.    Митрич от неожиданного зрелища попятился к двери.

– А ну стоять! – Рявкнул человечек, разительно меняясь на глазах.

От былой слащавости не осталось и следа. В глазах загорелся хищный огонь, черты лица стали жесткими и неприятными. Этого человека уже можно было назвать кардиналом, если уж и не Решилье, то Мазарини точно.

– Асмодей, прошу Вас…, – повелительным голосом произнес кардинал Решилье.

На стол грациозно    запрыгнул уже знакомый рыжий котяра.

– Это он? – Кивнул Кардинал на Митрича.

Кот кивнул в ответ. Кардинал толкнул Митрича в грудь и тот с треском врезался в шкаф, больно ударившись затылком. Не посмотрев на упавшего, Ришелье открыв дверь    и высунулся в приемную:

– Наташенька, позвоните пожалуйста    Когану и скажите, что мы нашли его хомячка. И пусть заберет свой заказ. Да, и скажите, что для него есть неожиданный сюрприз и пусть ко мне зайдут Махмуд и Ахмед.

Митрич слушал это потирая ушибленный затылок и в голове билась одна мысль: это капец. И тут он услышал истошный вопль Василисы:

– Митрич! Спасайся!

Этот вопль подстегнул его, он перевернулся на четвереньки и ринулся на Кардинала, завопив:

– Пелять и простипома!

Со всего размаха Митрич головой врезался прямо в самое интересное место поворачивающегося на крик Кардинала.    От толчка тот отлетел к стенке и    с перекосившимся лицом, схватившись за пах и замер в скрюченной позе, тихо подвывая. Потрясая головой Митрич встал на ноги и шатаясь двинулся к столу. Рыжий кот зашипев кинулся на него, норовя вцепиться в лицо всеми четырьмя лапами. Митрич не глядя выкинул вперед правую руку и котяра, наткнувшись на неe, с воем улетел куда то за стол. В это время в приемной раздались выстрелы и звон шпаг. Не обращая на это внимания, Митрич добрался до клетки и стал вытаскивать оттуда Василису.    С испуганными глазами, мелко дрожа она затихла на его руках. Дверь с треском распахнулась и в неe влетел уже знакомый равнодушный мушкетер со шпагой в правой руке и дымящимся пистолем в левой. Безразлично мазнув взглядом по скулящему кардиналу он сунув пистоль за пояс, снял шляпу и поклонившись обратился к Василисе:

– Сударыня, мы счастливы, что нам удалось спасти Вас. Ваш слуга вовремя позвал нас. Прошу Вас покинуть это место, пока сюда не набежали остальные гвардейцы Кардинала. Митрич было шагнул к двери, но кошка на руках встрепенулась и боднула головой его предплечье. Митрич взглянул на неe и увидел, что Василиса кивает головой в сторону. Посмотрев туда, Митрич увидел на изящном секретере    лежащий    пакет.

– Чего тебе?

– Забери пакет, - тихо мявкнула Василиса.

Митрич обошел стол и наступил на хвост рыжего кота. Тот с диким мявом ринулся из приемной, а Митрич выругавшись    от неожиданности схватил свободной рукой пакет. Затем повернулся и быстро выбежал в приемную. Мушкетер почтительно проследовал следом.

В приемной царил полный разгром. Абреки валялись на полу в живописных позах, а над ними стоял, поигрывая ножкой от кресла, самый здоровый мушкетер. Красавчик, в это время, придерживал у стены острием шпаги шипящую Наташу. Теперь секретарша напоминала рептилоидную тварь, а сходство добавлял раздвоенный язык вырывающийся из губ. Несмотря на своe занятие, красавчик    изобразил изящный полупоклон в сторону проносимой Митричем Василисы.

На улице стояла карета. Митрич с удивлением рассматривал раззолоченную карету с запряженными цугом четверкой белых лошадей. На облучке сидел кучер, а на    задней лошади форейтор. На запятках, как положено, двое лакеев в шикарных ливреях с вышитыми неизвестными гербами.

Равнодушный мушкетер открыл дверцу кареты и сделал приглашающий жест. Кошка с рук Митрича спрыгнула вовнутрь и он забрался следом. Карета оказалась не пуста.

– Что, голуби мои, опять вляпались? – Поприветствовала их Баба-Яга, сидевшая в обнимку со своей метлой на роскошном сиденье.

"Голуби" пристыжено потупили глаза и    промолчали. Потом Митрич собравшись с духом спросил:

– А вы, бабушка, откуда здесь?

– Откуда, откуда. Добрые люди подвезти согласились бабушку, а тут вы опять! На рынок не даeте сходить!

Потом внимательно посмотрев на пакет под мышкой Митрича и    протянув руку повелительно сказала:

– Давай его сюда.

– Чего?

– Пакет.

– С какой это радости. – Возмутился    Митрич. – Василиса, почему она всe время командует?

Кошка отвернувшись в угол пробубнила себе под нос:

– Она такая...

Баба-Яга тут же ощерилась:

– Какая такая! Вот ты, Василиска, всe таки дурная девка! Всe норовишь поперек сделать, не так как тебе старые да мудрые люди советуют.    С хвостом ходишь, а всe выкаблучиваешься!

Василиса повернулась к бабке, потом посмотрела на Митрича, в глазах у неe стояли слезы:

– Отдай ей, пусть подавиться!

Митрич пожал плечами и предал пакет бабке. Та сразу же пришла в хорошее настроение:

– Ай молодцы, уважили бабушку! – И стала быстро разворачивать пакет.

В пакете оказалась древнего вида книга, с переплетом из порыжевшей кожи и медными застежками. Все с интересом уставились на неe. Вдруг Баба-Яга задергала носом и начала внимательно еe обнюхивать. Потом вдруг сунула еe под нос Василисы:

– Ну ка, Василисушка, чем пахнет, али мне кажется?

Кошка осторожно стала принюхиваться к переплету:

– Это кошачья мята! И... что?

– Это что то мне напоминает. – Протянула Яга и решительно расстегнула застежки.

Страницы книги были густо проложены листиками кошачьей мяты. Бабка стряхнула мяту с одной страницы. Чернила в тех местах где лежали листики были совершенно размыты и    практически не читаемы.

– Знавала я одного любителя такого гербария, наркомана пушистого... Ну ка, колитесь, где вы мово Васю видели?

Митрич с кошкой быстро переглянулись и Василиса ему кивнула.

– В лесопарке, на излучине реки, в поселке Лукоморье. – Быстро настучал Митрич.

Бабка удовлетворенно    кивнула головой и дернула за свисающий сверху шнур.

– Тогда поехали.

Карета вдруг дернулась с места и поехала, набирая скорость под азартные крики кучера и форейтора, перемежаемых щелканьем бича.

– Бабушка,так что это за книга? – Спросил Митрич и при чем тут ваш кот?

Баба-Яга молча открыла титульный лист книги, где еще читалось название на латыни и показала его Василисе. Та прищурясь прочитала.

– Пятый элемент, – и посмотрела на Ягу.

– Поняла, милочка? – Произнесла    Яга продолжая пристально смотреть на Василису.

– Ему понадобился философский камень. – Выдохнула Василиса.

Митрич растеряно переводил взгляд с одной на другую и наконец не выдержал:

– Девочки! Объясните, что происходит?

Баба-Яга хрюкнула от смеха:

– Девочки…, –    и задрав голову захохотала.

Василиса, подвернув под себя хвост, села на сиденье и повернув голову к Митричу объяснила:

– Пятый элемент необходим для создания философского камня, который, как известно, способен не только    к трансмутации элементов, но и может даровать бессмертие. Но что такое пятый элемент никто не знает, но по легенде есть книга, которая описывает получение    пятого элемента и судя по всему это и есть та самая книга.

– Из которой мой Васенька устроил сушилку для своей травки. –    Пояснила Баба-Яга, закончив смеяться и утирая слeзы кончиком платка.

– Ну и что из этого? – Непонимающе протянул Митрич.

– А то, что этим и занят твой дружок Кащей-Коган. – Закончила Яга.

– Чем?! – Требовательно переспросил Митрич.

– Хочет стать бессмертным. Настоящим Кощеем Бессмертным. – Бесстрастно уронила Василиса.

– А-а-а...    вспомнил. – Протянул Митрич и закрыл рот.

В карете воцарилось молчание. Жителей города, казалось, совершено не волновало, что по улицам колесит старинная карета, запряженная цугом лошадей. Митрич несколько минут раздумывал над этой несообразностью, потом повернулся к    кошке и спросил:

– Василис, а почему мушкетеры там в конторе обратились именно к тебе? Они тебя знают?

И тут ему показалась, что кошка будто покраснела и отведя глаза ответила, тщательно подбирая слова:

– Понимаешь, Митрич, я была довольно легкомысленной девушкой тогда давно, когда училась в Сорбоне.

На противоположном сиденье сдавлено хмыкнули. Кошка сердито посмотрела на противоположное сиденье, но то же промолчала.

16

А под дубом учeный кот Василий принимал солнечную ванну под скупыми лучами осеннего солнца. Он удобно развалился на оттоманке как турецкий паша, а одна из его ангорских блондинок вылизывала его шею, две другие лежали рядом, сладко жмурясь на солнышко. В это время в распахнутые ворота с шумом, гиканьем и ударами бича ворвалась карета, запряженная четвeркой лошадей. Василий, заинтересованным тоном произнeс:

– О! Карета! Девочки, это наверное приехала моя принцесса. –    И ощерился, довольный своей шуткой.

Карета остановилась, один из лакеев соскочил с запяток, открыл дверцу, опустил ступеньку и почтительно склонился у двери. И тут из кареты появилась сначала метла, а затем нога в старой колоше. Глаза у кота удивленно расширились и стали совсем круглые. Баба-Яга выбралась из кареты и с большим интересом оглядела всю кошачью компанию. Потом с удовлетворением взглянула на избушку на куриных ногах и сказала:

– Ну здравствуй, мил дружок! Обокрал значит бабушку?

– Я-я-я, – начал заикаться кот, –    неправда! Это неудачный эксперимент! –    Наконец то фальцетом выкрикнул кот.

– Какой эксперимент? – Удивилась Баба-Яга. – По воровству? Так ты на моих крынках со сливками этот этот эксперимент регулярно ставил.

– Неееет! Это просто неудачный опыт по перемещению пространственных континуумов.    – Быстро затараторил кот.

– Ах ты филолог хвостатый, – возмутилась бабка, – с каких это пор ты экспериментальной физикой занялся? – И в ловко схватив кота за ухо поволокла его к избушке, на ходу подняв с земли прутик и приговаривая:

– Паразит ты усатый! Избы меня лишил, я по подвалам мыкаюсь, порося себе завела вместо котейки ласкового, мурлыки пушистого! Вот я сейчас тебя розгой то по филейным частям! Или тапок мне взять?

Кот орал что то нечленораздельное, но явно обвинительное на тему прав хвостатых меньшинств, но не делая при этом ни малейшей попытки вырваться. Вся остальная компания, остолбенев смотрела на феерической зрелище. С шумом, воплями и взаимными обвинениями парочка скрылась в избушке на курьих ножках. Все с напряженным вниманием смотрели на дверь избушки. Как ни странно из неe не доносилось ни звука. Наконец дверь скрипнула и на пороге появилась Баба-Яга, за ней шeл, потирая лапой отдавленное ухо кот Василий.

– Бардак! – Веско заявила Баба-Яга. – Полный бардак! Энтот паразит развел грязь в избе, порядку никакого!

– Ну я же объяснял! – Зашкнил кот. – Ну сколько же можно!

– Ладно пока. А ну брысь прошмандовки. – Шуганула ангорских ГРУшниц Баба-Яга с оттоманки. – Бабушке сесть надо!

Кошки явно нехотя убрались с насиженных мест. Баба-Яга весело    обвела всех взглядом:

– Вот мы с Васенькой переговорили и он мне рассказал кое-что интересное.

Кот фыркнул что то нечленораздельно-кошачье, всем своим видом показывая, где он видел все эти разговоры, при этом непроизвольно потирая лапой ухо.

– Во времена старинные, ныне почти былинные, энтот пушистый филолог решил эмигрировать на Мальдивы и спер в институте экспериментальный образец трансмутатора континуума. Но не разобрался толком как он работает и переместил себя с избой и дубом сюда.

– А чего они его не довели? – Наябедничал кот. – Откуда я знал, что у него селективность не отрегулирована!

– Цыц, певун ушастый, не разводи свои сказки, – цыкнула на Василия бабка, – а дуб, который он прихватил с собой, не простой дуб. Именно на нем висел тот хрустальный ларец, в котором Кащей Бессмертный свою смерть хранил. И когда Васенька, решил на житие своё продать цепь златую, он нашел шкатулку в которой хранилась книга о пятом элементе. Но не найдя в ней ничего для себя интересного использовал ее как сушилку. Как уж бандиты голову Васеньке с этой цепью    не открутили уж не знаю. Не расскажешь, Васенька?

Василий надулся и гордо уставился в сторону.

– А Вениамин Абрамович Коган-Кащеев, – продолжила бабка, – появился в этом городке из-за этого дуба. Похоже он знал о ещe одном спрятанном    ларце. Вася, Кащей здесь не появлялся?

– Нет, буркнул кот. Не видел такого.

– А откуда Ришелье про книгу узнал?    – Спросила Василиса.

– Я через него цепь толкал, – пояснил кот, – а потом он меня своим консультантам взял, по особым вопросам.

И тут же получил подзатыльник от Бабы-Яги:

– Я еще потом разберусь, что это за особые вопросы!

Кот, потирая затылок огрызнулся на Бабу-Ягу:

– Еще неизвестно хозяйка, как ты здесь оказалась.

Бабка шумно засопела, покраснела и потянулась за метлой:

– Васенька, ты паразит хвостатый, все таки трепки хочешь.

Тут внезапно вмешался Митрич:

– Да перестаньте собачиться. Как книжка у Кардинала оказалась.

Кот помялся, но ответил:

– Отобрали его гвардейцы у меня.

Потом вздохнул и добавил:

–Даже гады, мою травку не дали забрать. Хозяйка верни травку, книжка же у тебя.

– Я те верну, –погрозила коту пальцем Яга, – думаю, Ришелье узнал о книжке от Кащея. Василий, Ришелье раньше книжку видел?

Кот насупился, потом неохотно признался:

– Видел, когда цепь снимали. Собственно тогда шкатулку и нашли. Но она его тогда не заинтересовала.

Баба-Яга удовлетворeнно кивнула:

– Ну вот всe и срослось.

Тут опять вступил Митрич:

– Ну чего Венька Коган задумал мне понятно. Но вот кто мне скажет, зачем он меня в хомяка превратил? Да и почему когда я к нему вернулся он меня просто выгнал?

Под дубом воцарилась молчание. Затем Василиса    взглянула на Бабу-Ягу, та пожала плечами и задумчиво произнесла:

– А вот это нам неизвестно.

– Ну хорошо, – продолжил Митрич, – мы можем хоть что то прочитать в этой книжке?

Баба-Яга взяла книжку за корешок и потрясла. Их неe начался листопад. Василий с напряжением уставился    на упавшие листья. Три ангорки стали осторожно принюхиваться, лишь Василиса внимательно смотрела на книгу. Баба-Яга перелистнула страницы:

– Почти все испорчено. Если что-то и можно восстановить, то это потребует много времени.

Митрич подумал, и продолжил:

– То что книжка у нас известно Ришелье, значит будет знать и Коган. И соответственно от нас не отстанут.    Поэтому надо встречаться с Коганом на наших условиях. Давайте думать.

И они стали думать.

17

Разведку на местности    проводили ангорские ГРУшницы. Белоснежные шубки были вымазаны в пыли и приобрели грязно-серый цвет. Три быстрые тени нырнули в    открытую дверь соседнего подвала, откуда кошки рассчитывали попасть в студию Когана. Услуги своих любимец любезно предоставил кот Василия, опасливо косясь на сдвинувшие брови Бабу-Ягу. Как они расскажут, что видели Митрич не представлял. Но Василий заверил, с что это не проблема, а Василиса была с ним согласна. Кошка с человеком сидели в старенькой ауди Митрича и терпеливо ждали результатов разведки. Кот Василий заявил, что не бросит своих мурлышек и сидел в засаде на ближайшем дереве. Учитывая его размер и отсутствие листвы, он регулярно привлекал взгляды прохожих.

Очень долго ничего не происходило. Наконец одна из кошек вынырнула из подвального окна и с независимым видом потрусила к припаркованной машине. Митрич открыл дверь и кошка юркнула внутрь салона. Василий тут же спрыгнул с дерева и встав на задние лапы требовательно постучал в стекло. Митрич извернулся и открыл заднюю дверь. Василий забрался в салон, стряхивая с ушей капли начинающегося дождя, произнес:

– Кошмар! Эти люди ходят и пялятся на меня, будто никогда котов не видели!

– Таких нет. –    Съехидничала Василиса.

– Цыц оба, – сказал Митрич, достал из бардачка зеркальце, которое дала Баба-Яга, и как можно ровнее установил его на торпеде. Потом три раза стукнул пальцем по стеклу пальцем. В зеркальце немедленно отразилась старуха.

– Ну давайте, докладайте! – Произнесла она.

Все уставились на ангорку. Хотя Митрич и считал, что он хорошо знает семейство кошачьих, но такого каскада мяучих, мурчащих и шипящих звуков с многообразием мимики и смены поз он никогда не видел. Василий с Василисой во все глаза смотрели на это действо, иногда добавляя горловые, утробные звуки. Продолжалось это не долго, наконец ангорка успокоилась и стала сосредоточено вылизываться. Из зеркала донеслось:

– Василий, что она говорит?

Василий откашлялся, как полагается солидному докладчику, и    начал:

– В студию ведут два хода из соседних подвалов. Сейчас там пусто, но очень сильно пахнет крысами, они где то недалеко. В студии никого нет, но в большом зале что то готовиться, какая то церемония. Дверь закрыта, но пройти туда можно через соседний подвал. Подружки у входа и готовы провести туда человека.

– А что за церемония? – Донеслось из зеркала.

– Она не знает, никогда такого не видела, – подала голос Василиса, – надо самим идти.

– Что ж, – заключил Митрич, – предварительную разведку на местности можно считать завершённой, переходим ко второму этапу – проникновение в объект. Идем я и Василиса. Василий ты с нами? – Обратился он к коту.

Тот нервно дернул ухом, и мрачно сказал:

– Я на шухере постою, со своими крошками.

– А вы бабушка когда подключитесь? – Продолжил Митрич обращаясь к зеркалу.

Из него донеслось:

– Я тут еще помаркую и подтянусь.

Митрич, посмотрел на кота Василия, тот кивнул и обращаясь к ангорке сказал:

– Киса, проводи нас пожалуйста!

Митрич вылез из машины и открыл заднюю дверь. Странный квартет двинулся к соседнему дому. Впереди вприпрыжку бежала ангорская кошка, затем шел человек с большой дымчатой кошкой на руках, а замыкал процессию большой черный котище тянущийся ленивой трусцой. Подойдя к дому, ангорка юркнула в подвальное окно забранное решеткой. Митрич остановился и озадаченно уставился на него. Он в это окошко явно не пролезал, Василий по-видимому подумал про то же и скорчил кислую физиономию. Но в это время заскрежетала и проткрылась подвальная дверь. На пороге стояла ангорка. Та же или другая, Митрич не понял, и как она открыла с виду тяжелую дверь он не понял то же. Удивленно он оглянулся на Василия, тот перехватил взглянул Митрича и самодовольно ухмыльнулся в усы.

– Пусти меня. – Требовательно сказала Василиса и спрыгнула на землю.

Митрич с усилием приоткрыл дверь шире и Василиса шустро юркнула внутрь. Митрич немного помедлил и последовал следом. Подвал был как подвал, ничего особенного Митрич не заметил. Помещение тускло освещалась пыльной лампочкой. Василиса стояла внизу и дергала носом, принюхиваясь.    Митрич шумно втянул воздух, но ничего не почувствовал кроме обычных запахов канализации, пыли и ржавых труб, – типичных подвальных запахов. Пожав плечами он направился за ГРУшницей. Та с Василисой быстро свернули    боковой проход. Митрич последовал за ними, а кот Василий маялся следом за человеком. Спустившись на несколько ступенек вниз, Митрич протиснулся сквозь полусорванную дверь, болтающуюся на одной петле. За ней было темно и тянуло сыростью. Мысленно поздравив себя с захваченным    фонариком, Митрич включил его. Мертвенно-белый светодиодный луч осветил обшарпанные стены с капающими трубами. Проход совершено не напоминал туннель ведущий к логову сказочного злодея. И тут обе кошки исчезли в провале в полу. Митрич остановился и посветил фонариком. Обе кошки сидели внизу и Василиса позвала:

– Митрич, прыгай! Не бойся! Правда здесь тебе только на четвереньках можно будет пройти, но это недалеко.

Митрич вздохнул и спрыгнул вниз. Это были самые неприятные десятки метров – на четвереньках в пыли, с фонарем зажатым в зубах. Ругаясь и отряхиваясь он наконец то вылез из очередного пролома. Налицо были все три ангорки и Василиса. Сзади раздалось шебуршание и в проломе показалась голова Василия:

– Ради всего святого, помогите мне выбраться! – Произнесла голова.

Митрич молча нагнулся и за шкирку втянул Василия. Тот фыркнул и побурчал:

– Мерси.

– Что Вася, осетринка то ворованная не впрок? – Съехидничала    Василиса. – Ожирел!

Кот возмущенно фыркнул и разинул было пасть.

– Тихо! – Шуганул их Митрич. – Вы ничего не слышите?

В яме раздалось подозрительно шебуршание.

– Крысы. – С отвращение выдохнула Василиса.

– Мы где? –    Обратился Митрич к ангоркам.

Две кошки передним лапами толкнули не замеченную Митричем небольшую дверцу. Она со скрипом приоткрылась. Митрич толкнул ее сильнее, пригнулся и вышел в коридор. Коридор был знакомый, а дверь вела в кладовку в Венькином подвале.    Одна из ангорок шустро побежала в направлении студии. Митрич с Василисой двинулись следом, а кот Василий с задумчивым видом, подергивая хвостом кропил косяк двери.    Последняя ангорка настороженно прислушивалась к    шебуршанию из провала.

Войдя в студию Митрич огляделся. Исчез кожаный диван, который казалось навечно врос в пол. Исчез Когановский рабочий станок, вдоль двух стены появились шторы из красного бархата, а две торцовые оказались затянуты черной тканью. Посредине студии стоял громадный стол, грубо вырубленный их гранитного монолита. Как он здесь оказался, Митрич даже представить не мог, уж очень стол был габаритен. К нему, от установленного в угле силового шкафа, шел толстый кабель, который заходил в хрустальную сферу.    По углам помещения стояли черные свечи, как говорится пудового размера в тяжелых подсвечниках из черной бронзы. При это у торца стола    на    стойке был присобачен планшетный компьютер. А в свободном торце стояло кресло, внушительного размера. Налицо была явная эклектика стиля.

– Мда, – сказал Митрич, – трудно понять что тут делать собрались, но явно что-то нехорошее.

Василис запрыгнула на стол и    стала обнюхивать его поверхность. Потом повернула голову к Митричу и заявила:

– Слабый запах кошачей мяты. Никогда не слышала, чтобы кошачью мяту в колдовских ритуалах использовали.

Митрич молчапожал плечами и ткнул кнопку пуска на компьютере. Раздался тонкий свист запускаемого вентилятора и компьютер начал грузиться.

– Ты чего делаешь, придурок! – Взвилась Василиса.

– Раз ничего не понятно, надо включить и посмотреть, –    Рассудительно ответил на это Митрич, проигнорировав "придурка".

– Ну ты и…, – только и смогла сказать Василиса, зашипев рассерженной    кошкой.

В этот момент красные шторы побежали по карнизу и закрыли обе стены. Над карнизом откинулись    расположенные вверху    лепнины, образовав своеобразный балкончик. За лепнинами обнаружились темные отверстия, из которых тут же полезли крысы и стали рядком располагаться по длине всего балкончика. Митрич с Василисой ошарашено закрутили головами. Путающаяся под ногами    ангорка со всей прыти дунула под занавеску во всe еще    открытую дверь. Только она успела проскочить, как дверь со    стуком захлопнулась.

– Капец. Попали. – Горестно мявкнула Василиса.

В это время компьютер наконец то закончил загружаться, хрустальная сфера озарилась желтым сиянием и от нее к крысам протянулись тонкие лучики. Крысы замерли и сфера вдруг погасла. В наступившей тишине крысы стали поворачиваться    к парочке. По рядам грызунов вдруг пробежался негромкий писк и они все скопом прыгнули на Митрича с Василисой. Митрич схватили подвернувшийся кстати    огромный    фолиант и отоварил первую порцию прыгунов, но со спины на него набросилось не меньше десятка зверьков. На столе же, где сидела Василиса, образовался пестрый клубок из которого раздавался    кошачий утробный вой и шипение вперемешку с крысиным писком.    Вдруг входная дверь с треском распахнулась, срывая с карниза часть красной шторы. Верхом на бабкином борове в комнату ворвался кот Василий, за ним вприпрыжку неслись три ангорки. Вся пятерка с ходу вступили в бой. Причем боров с разбегу сбил Митрича с ног и тот с ним в обнимку въехал под стол. Кот Василий влетел на стол и размаху разбил крысино-кошачий клубок, причем так удачно, что Василиса уехала в сторону хрустальной сферы, о которую и приложилась головой, а    крысы посыпались со стола. Ангорки тут же приняли их внизу и стали душить.

В это время дверь еще раз хлопнула и негромкий голос монотонно произнес:

– Так-так. Стоит таки ненадолго уйти из дома, как тут же пожаловали незваные гости, устроили погром, обидели моих милых домашних зверюшек. Митрич! Уж от кого, но от тебя я такого не ожидал. Вот что значит связаться с плохой компанией!

Возле двери стоял Венька Коган, он же Кащей пока не Бессмертный. В синих джинсах, зимних кроссовках и серой осеней куртке.    С последней встречи с Миртичем,    Венька побрил голову и голый череп добавлял массы и крючковатому носу и лопухастым ушам.

– Еще раз привет, Митрич. Что это за странная компания с тобой?

Митрич завозился и спихнув с себя борова и вылез из под стола. Отряхивая коленки, он разогнулся и внимательно посмотрев на старого приятеля и сказал:

– Привет, Венька! Или лучше тебя называть Кащеем? Зачем ты превратил меня в хомяка?

На лице Кащея отразилась    гримаса неподдельного изумления:

– Митрич, ты чего? С дуба рухнул? Ты же был в коме, после нашей августовской вечеринки, когда траванулся стеклоочистителем! Тебя скорая увезла    в больницу, а потом ты сюда пришел. Извини, я был в тот момент немножечко занят и не знал, что ты свалил с больнички. Кстати, по слухам ты свалил от туда в чeм мать родила. Наши общие знакомые видели, можешь у них спросить.

Митрич с подозрением посмотрел на Кащея, потом вкрадчиво произнес:

– Что то ты сегодня очень многословен Венечка, наверное опять врешь?

Тут подала голос очухавшаяся Василиса, которая сидела возле хрустального шар, держа одну лапу на затылке:

– Правильно, не верь ему Митрич, врет он всe!

– О-о-о! Тебя то я и ищу! – Ненатурально удивился Кащей. – есть у меня к тебе много вопросов, но первый где книжка, что была у Ришелье?    Я так понимаю вы там бандитствовала напару?

И повернувшись к Митричу продолжил:

– Ну зачем ты связался с этой прошмандовкой? На ней же пробы ставить негде.

– Кто это прошмандовка? – Зло зашипела Василиса и прыгнула к краю стола, намереваясь вцепиться в морду Кащею. – Ну ты и козел, Кеша,    всегда им был, им же и остался.

Кащей ловко схватил кошку за шкирку и держа еe на вытянутой руке сладко поинтересовался:

– Василисушка! Лапушка! Так где же моя книжечка, которую ты увела у Ришелье вместе с этим поцом?

Тут из-за стола появилась большая черная голова кота Василия:

– Я конечно извиняюсь, но речь зашла о МОЕЙ книге!    Еe у меня Ришелье отобрал совершенно незаконно!

Брови Кащея удивленно вздыбились:

– Надо же, и кот ученый здесь! –    С сарказмом произнес Кащей. – А у меня, Васенька,    друг ты мой любезный, другая информация! Продал ты ее Ришелье, как есть продал — за крынку сметаны, – и довольно захохотал.

Тут Митрич скучным голосом произнес:

– Отпусти Василису...

Кащей внимательно посмотрел на Митрича и кивнул:

– Отпущу, но сначала скажите где книга.

Тут от двери раздался скрипучий бабкин голос:

– Да здесь твоя книга, здесь. Кому эта макулатура кроме тебя нужна.

В дверях стояла Баба-Яга и помахивала толстым томом. Потом она подошла к столу и бросила на него книгу. Кащей довольно осклабился, схватил еe одной рукой и стал отступать к стене продолжая держать Василису за шкирку.

–Отпусти кошку, – Митрич угрожающе качнулся в сторону Кащея.

Тот зло ощерился и продолжал отступать к шкафу с рубильником. Дойдя до него он    отшвырнул от себя Василису и схватился за рубильник:

– Ну все судари мо..., начал было Кащей и вдруг замолчал. Переведя изумленный взгляд вниз он увидел ангорскую кошку, которая висела, когтями вцепляясь в его промежность, достав ими по-видимому самое его дорогое. Две другие кошки крутились рядом, планируя присоединиться к экзекуции.

– Отпусти рубильник, Кащей. А то без яиц останешься, чего будешь тогда в хрустальный ларец класть? – Ласково попросила Баба-Яга.

Кащей побагровел, но рубильник отпустил и держа руки на весу, повернув ладони к компании. Кот Василий наконец то запрыгнул на стол и довольно    уставился на открывшееся зрелище.

– Всe-всe, бабка! Я пошутил! Скажи этим чтобы отцепились.

– Кащеюшка, ты отойди ка осторожненько в другой угол, не дай Бог кошечку потревожишь, –    елейным тоном протянула Баб-Яга.

Кащей не подымая от пола кроссовки переполз в другой угол. Митрич, подошел к сфере и не торопясь вырвал идущий к ней кабель.

– Да, Венька, опять на соплях всe сделал! – Укоризненно сказал Митрич и посмотрел в сторону Кащея.

Тот задумчиво пожал плечами и ответил:

– Выметайтесь    все отсюда, это частные владения.

Баба-Яга посмотрела на Василия и кивнула. Тот негромко мявкнул и кошка отцепилась от кащеевых джинсов. Вся честная компания гуськом потянулась на выход, три ангорских кошки прикрывали отход. Едва за ними захлопнулась входная дверь из подвала раздался утробный рев, от которого в округе задребезжали все стекла. Компания понимающе переглянулась и шустро двинула в сторону митричевой ауди. Митрич нырнул за руль, все кошки разместились на переднем сиденье, а кот Василий с Бабой-Ягой на заднем.    Борова, Баба-Яга успела запихнуть в багажник.    Митрич лихо рванул с места. Тут бабка с досадой хлопнула себя по лбу:

– Батюшки! Метлу то забыла!

И высунувшись из окна машины богатырски свистнула. Через десяток секунд к ауди в кильватер пристроила метла.

– Куда едем то? - задал вопрос Митрич.

–    Ко мне. – Буркнул Василий.

Митрич пожал плечами и выехал на знакомую дорогу.

18

Свернув на гравийку, Митрич подъехал к КПП.    Ворота    была распахнуты, дверь в караулку открыта, У распахнутых дверей лежал труп той самой овчарки, а охранников нигде не было видно. Митрич тяжело вылез из-за руля и сгорбившись подошел к караулке.    Овчарка была застрелена.

– Без кардинала здесь не обошлось. – Раздался сзади голос Бабы-Яги.

Митрич не думая кивнул и вошел в караулку. Там было пусто, но на окошке сидел рыжий котяра и равнодушно смотрел на вошедших.

– Ах ты тварь! – Возмутился Митрич и схватив случившуюся рядом табуретку    запустил ею в кота. Рыжий мгновенно исчез в приоткрытом окне, а следом прилетела табуретка. Раздался звон оконного стекла и табуретка застряла в окной раме.

– Нас там ждать могут. – Негромко продолжила Яга, игнорирую возникшую суматоху.

– Да чего уж там поехали, – мотнул в ответ головой Митрич.

Возле дуба никого не было, но на его стволе большими буквами было вырезано "Здесь был Вася!" Все вылезли из машины и встали, рассматривая свежевырезанную надпись.

– Ох уж попадется мне этот «Вася»! – Мрачно заметила Баба-Яга.

– Среди нас есть один Вася. – Многозначительно мурлыкнула Василиса.

– Попрошу без гнусный намеков, – возмутился кот Василий, – к Вам, барышня, это так же можно отнести.

Раздался фыркающий звук со стороны Митрича, который усиленно подавлял приступ смеха. Василиса оглянулась на него и оскорбленно отвернулась. Тут из багажника автомобиля раздались хрюкающие звуки и машина закачалась.

– Господи! Боровка то забыл, – запричитала Баба-Яга и шустро открыла багажник. Подергивая пятачком и радостно похрюкивая боров двинулся к дубу.

– Пошел желуди искать, – со знанием дела отметил кот Василий.

Свин зашел за дуб и вдруг оттуда раздался резкий поросячий визг. Из-за дуба выскочили гвардеец Кардинала с обнаженным кинжалом и замаранными свинячьим навозом кроссовках.

– Проклятый свынья всe испортыл!    Шайтан ему в задница!

Абрека всего перекорежило, и он стал распадаться на куски омерзительно воняющей плоти. Через несколько секунд от него осталось только небольшая черная кучка. Довольно похрюкивая из-за дерева вывалился боров и гордо оглядел всю честную компанию.

– И что это было? – Нарушил изумленную тишину Митрич.

Василиса рванула за дуб, за ней тут же увязался ученый кот. С полминуты от туда раздавалась кошачья перебранка, потом кошачья парочка появились из-за дерева.

– Это он вырезал надпись на дубе, – возбужденно заговорила Василиса, – а боров на него наткнулся и этот    ткнул его кинжалом, а боров с перепуга его обгадил. А этот же    мусульманин, хоть и мертвый, и все свинское ему просто противопоказано.

– А надпись    на    халдейском, – важно добавил Василий, – заклинание защиты.

– А зачем тогда вот это? – Кивнул Митрич на "Здесь был Вася!".

– Ну наверное проба пера? – Неуверенно произнес Василий.

– Чегой то тут нечисто. – Задумчиво произнесла бабка.

19

Ночь прошла на удивления спокойно. Компания разместилась в избе, а ангорки всю ночь охраняли территорию. После позднего рассвета они вернулись в избу и устроились на русской печке, с которой только что задом сполз кот Василий.

– Ну девочки, теперь моя очередь охранять ваш покой, – важно заявил он.

С печки    раздалось    сдержанное хихиканье. И тут в дверь осторожно постучали.   

– Кто там еще? – Неприветливо отозвалась    Баба-Яга.

Дверь медленно отворилась и на пороге оказался крупный крыс, в чем то неуловимо смахивающим на Кардинала. В лапке крыс держал свиток. Пошевелив усами и напряженно косясь на кошек шустро просеменил к Митричу и протянул ему свиток. Митрич наклонился и взял его. Крыс развернулся и уже на четырех лапках ринулся из избы. Ангорки пулей слетели с печки и ринулись за ним. От сквозняка входная дверь со скрипом стала закрываться. Крыс рванул и успел проскочить в щель закрывающейся двери, прямо перед носом ангорок. Те недовольно остановились, взмякивая перед закрытой дверью.    Не обращая внимания на кошачью суматоху, Митрич развернул свиток и стал вслух читать: "Дорогой друг Митрич! Не пойми меня превратно, но все было не так как тебе показалось. Эта компания, с которой ты связался, мягко говоря чрезвычайно странна. Кошка Василиса... Митрич, я эту вертихвостку знаю довольно давно и всегда поражался ее легкомысленности и вертихвостости, за что она, кстати, и обзавелась настоящим хвостом..."

Тут раздалось    возмущенное шипение со стороны Василисы. Баба-Яга повернулась к ней и цыкнула:

– Тихо девонька, правду говорит засранец, через это ты и пострадала!

Василиса обижено умолкла, а Митрич подождав немного    продолжил: "Она всегда влипал в неприятности и всегда тянула туда всех окружающих. Спроси меня, многие после этого выжили? Отвечу — никто! А кот Вася? Этот тунеядец, сластолюбец и сибарит! Если он когда то что то знал, то давно забыл..."

Тут раздался оскорбленный голос Василия:

– Но позвольте! Я профессор филологии! Академик Парижской академии наук, почетный член...

Внезапно на полуслове Василий заткнулся,    получив подзатыльник от Бабы-Яги, а Василиса хихикнула:

– Во-во, именно последнее слово.

Кот Василий обиженно надулся, а Митрич подождал наступления тишины    и продолжил:

"А Баба-Яга? Это же людоедка! Сколько душ она загубила из-за своей идеи фикс    о диетических свойств человечины!"

Баба-Яга удивленно промолвила:

– И чего этот гаденышь несет? Какие диетические свойства?

"И они убедили тебя, что я превратил тебя в хомяка! Что за чушь? И что теперь, произнеся слова "пелять и простипома"..."

Только Митрич произнес это, как за окном молния ударила в дуб, отразилась от надписи на нем и через окно избушки попала в Митрича. Раздался сильный грохот и Митрич исчез. На полу валялся так и не дочитанный свиток.

– Вот сукин кот! – С восхищением произнесла Баба-Яга. При этих словах Василий поморщился прижал уши и покосился на стоящую в углу метлу. – Как он нас сделал то?!

А... что произошло? – Растеряно произнесла Василиса.

– Сперли, сперли твоего Митрича! – Сказала Баба-Яга и решительно двинулась из избы.

Помешкав мгновение, все кинулись за ней. Баба-Яга стояла у дуба и внимательно рассматривала обугленную надпись "Здесь был Вася". Не поворачивая головы она сказал кошкам:

– Так вот зачем с той стороны халдейское заклинание защиты. Это не молния, это портал. Украл Кащей нашего Митрича.

Потом повернулась к Василисе и произнесла:

– Что, девонька, пойдешь искать своего Ивана Царевича?

– Но Митрич же не Иван Царевич! – Запротестовала    Василиса.

Баба-Яга усмехнулась:

– Так я ж милая не зря дворником работала. Митрич — это отчество, а звать его полностью Иван Дмитриевич Царевич.    Ну, как – пойдёшь?

– Пойду! – Обреченно выдохнула Василиса и понурила голову.

Часть 2 Писикуха

1

– И вот, мои дорогие крошки! Эта история случилась с моим старым, ныне увы покойным другом, котом Булькой.

Услышав имя, ангорки начали переглядываться и хихикать.

– И не вижу ничего смешного, несмотря на не истинно кошачье имя, Булька был котом высшей пробы, в чем вы сейчас и убедитесь! – Повысив голос продолжил учeный кот.

– Дело было в том, что кот Булька боялся высоты. Нет-нет девочки, не надо этих высокомерных взглядов. Мой глубокоуважаемый друг два раза падал с седьмого этажа и у него были отбиты задние лапы. Он почти совсем не мог прыгать.

При этих словах из глаза Василия скатилась скупая мужская слеза. Незаметно смахнув еe лапой, кот продолжил:

– И однажды на соседнем балконе он увидел прекрасную сиамку и влюбился в нее с первого взгляда. Надо сказать, что барышня ответила ему полной взаимностью. Она сама приходила к нему, перепрыгивая с балкона на балкон. Их любовь была долга и романтична. У них даже появились котята! И мать приносила их отцу держа за шкирку и прыгая по перилам, чтобы еe любимый мог поводиться ними... Ах, каким он был заботливым отцом!

При этих словах из другого глаза Василия скатилась еще одна слезинка.

– Что то я сегодня не в меру сентиментален. – Пробормотал Василий, глядя на ангорок.

Те сидели тесно прижавшись друг к другу и не сводили глаз с рассказчика.

– Но однажды их разлучили. Хозяева сиамки выкинул еe как ненужную рухлядь. – Грустно продолжил кот.

Глаза ангорок потемнели и усы нервно задергались.

– Но мой друг не знал этого и продолжал еe ждать. Из года в год он выходил на балкон, с трудом забирался на подоконник и смотрел в сторону, где жила его единственная любовь. Он ждал еe, а она всe не приходила.

В глазах ангорок начали скапливаться слeзы.

– И однажды он не выдержал, он пошeл еe искать! Переборов свой страх и боль в отбитых лапах он прыгал и шeл с балкона на балкон и искал свою любовь. Но конечно не нашел свою сиамку, еe уже не было в живых. После этого Булька прожил недолго, он умер вспоминая свою любовь.

Голос Василия дрожал, а из глаз ангорок текли слeзы.

– Так, Василий! Опять своим девкам баки забиваешь? – Голос Бабы-Яги был сух и деловит.

Василий возмущенно вскинулся и открыл было рот, но бабка его перебила:

– В то время как бабушка, пытается починить эту чертову развалюху, – Баба-Яга кивнула на ауди с открытым капотом, внутрь которого с задумчивым видом заглядывал боров, – ты тут байки травишь и кошек охмуряешь!

– Но позвольте, – возмутился Василий, – я не автомеханик, а профессор филологии и почетный член Парижской Академии Наук!

– Рожа ты бесстыжая! – Устало возразила Баба-Яга. – Не видишь разве? Девка переживает, ей помочь надобно! – И кивнула на сидевшую под дубом Василису.

Та с отсутствующим видом выводила и стирала лапой по земле только одно слово: "Митрич".

– Ну ладно, ладно, – примирительно пробормотал кот Василий, – помогу чем смогу и поплелся к ауди. Ангорки переглянулись и кинулись к машине обогнав ученого кота. Одна заскочила в открытый капот и свин испуганно шарахнулся от нее. Вторая и третья запрыгнули в кабину. Кот Василий дошел до капота и задумчиво ковыряя в ухе лапой стал наблюдать за действиями первой ангорки. Через небольшое время ауди чихнула и завелась. Баба-Яга восхищенно произнесла:

– Ну девки дают!

Кот Василий гордо подбоченился и самодовольно произнес:

– Спецназ ГРУ "Мяу-мурр"! Девочки профессионалки!

И тут же схлопотал подзатыльник от Бабы-Яги:

– Ты тут не пошли, сукин ты кот! А девкам по миски сметаны от меня! Василий потирая лапой затылок, с вызовом спросил:

– А мне?

– А ты своe уже получил. – Равнодушно пояснила бабка и с грохотом захлопнула капот.

Затем Баба-Яга повернулась к Василисе и ласковым голосом произнесла:

– Василисушка, всe готово, можно ехать.

Василиса встрепенулась и о всех лап бросилась к машине.

2

Баба-Яга ругалась всю дорогу как портовый грузчик, проявляя солидные знания в технологии погрузочно-разгрузочных работ, а уж озвученным методам пересылки позавидовал бы не только любой современный логист, но даже опытный докер. Вдруг мотор заглох, что-то заскрежетало и машина встала как вкопанная. Всю компанию бросило вперед, раздалось недовольное мявканье и шипение, а Баба-Яга в сердцах стукнула по рулю и сказала:

– И как люди могут на таких таратайках ездить?! Вот взять мою ступу. Никогда не глохнет! Куды хочешь, туды и летит!

Дальнейшему сравнению технических средств передвижения вся пушистая компания внимала в благоговейном молчании. Вдруг сзади раздалось тревожное хрюканье. Боров, возбужденно хрюкая бился пятачком об стекло задней двери. Справа, скалясь желтыми зубами стояло штук двадцать гвардейцев Кардинала.

– Мама..., – слабым голосом произнес кот Василий и тихо стек с сиденья на пол машины.

Василиса распушила хвост и зашипела:

– Опять они!

Баба-Яга тяжело вздохнула, перегнулась через сиденье и открыв заднюю дверцу и произнесла:

– Давай Хрюня!

Хрюня радостно хрюкнув, все массой вынес дверь и попeр на абреков свиньей, как небезызвестные псы-рыцари на Чудском озере. Такая атака оказалась совершено неожидана для господ гвардейцев. Гордые сыны гор переменились в лице и попятились. Свин радостно взвизгнул и прибавил ходу. Боров ворвался в расстроенный строй абреков как бомба, повалив сразу нескольких штук. И тут эта куча мала вдруг стала распадаться черным прахом. Увидев судьбу своих товарищей, оставшиеся гвардейцы кинулись наутек. Вылезший из под сиденья кот Василий, восхищенно протянул:

– Да-а-а! Свинья это страшная сила!

Свин громко хрюкнул гордо потрусил обратно к машине. Вся разномастная компания тем временем выбралась из машины и стояла, озираясь по сторонам. Боров неторопливо подошел к Бабе-Яге и пятачком ткнулся ей в колено. Та нагнулась и почесала ему за ухом. Хрюня радостно взвизгнул, развернулся и почапал вниз по улице.

– Куда это он? – Удивленно спросила Баба-Яга. – А ну ребятки, за ним.

И все двинулись за боровом, кроме Василисы, которая засмотрелась на проходящую мимо девушку с распущенными волосами, в мини-юбке, новенькой короткой шубке и сапогах на высоких каблуках. Василиса проводила еe взглядом и тяжело вздохнула: как ей надоела эта кошачья шкура! А тем временем веселая компания, следуя за свином свернула в переулок. Оглядевшись, Василиса увидела как вниз по улице у поворота мелькнул белый хвост ангорки. Кошка кинулась догонять её вниз по улице, оставляя переулок слева.

3

Пробежав полквартала Василиса остановилась. Спутников нигде не было видно и ангорка тоже куда то запропастилось. Досадливо мявкнув, Василиса села и задумалась. Возвращаться назад и искать куда свернула свино-кошачья шайка во главе с Бабой-Ягой не хотелось. С другой стороны они все направлялись к логову Кащея, и в любом случае там с ними можно встретится. Решив так, Василиса встала и решительно свернула в старый городской парк.

В парке было тихо и пустынно, почти вся листва с деревьев уже опала и листья устилали землю толстым желтым ковром. Василиса углубилась парк, нервно оглядываясь. Еe беспокоило непонятно шуршание со всех сторон, будто полчища мышей или крыс устроили прогулку под листьями. Василиса побежала скачками к старым липам, но шуршание не исчезло, а только усилилось.

– Загоняют, – пронеслась у нее в голове паническая мысль.

Тем не менее она добежала до деревьев и только собралась запрыгнуть вверх, как вдруг что рыжее тяжело упало на неe. Василиса ударилась о выступающий наружу корень головой, но ее меркнувшее сознание опознало голос Кащея:

– Молодец Асмодей! Из тебя выйдет образцовая крыса! Рыжий котяра довольно осклабился над беспомощным телом лежащей кошки.

Василиса с трудом открыла глаза и попыталась сфокусироваться на ближайшем предмете. Получалось плохо. Приподняв голову, она с трудом встала на лапы. Было тесно. Это оказалась переноска для кошек.

– Что часто стала я попадать в клетку, – пронеслась в голове философская мысль, – пора на пенсию. И тут Василиса наконец то сфокусировала глаза на то, что находилось перед дверцей. Это оказалась еще одна клетка в которой сидел хомячёк, который не отрываясь смотрел на кошку. Увидев, что Василиса очнулась и смотрит на него, хомячёк пришел в страшное возбуждение и заметался по своей клетке вереща что то однотонно-последовательное.

– Митрич?! – Озадачено вскрикнула Василиса.

Услышав это, хомяк остановился и закивал ей головой.

– Митрич..., – упавшим голосом протянула Василиса, – как же ты так. Тут еe клетку тряхануло и повернуло в сторону от хомяка. В огромном кресле, у стены сидел Кащей, и с брезгливым интересом рассматривал кошку в переноске.

– Ну вот, я вижу вы друг друга и узнали, – довольно осклабясь сказал Кащей, – хотя конечно, это непорядок. Жених не должен видеть невесту до свадьбы!

– Какой жених? – Удивленно переспросила Василиса.

– Твой, Василисушка, твой! Тебе же суждено выйти за Ивана Царевича? Вот теперь и выйдешь! – Сказал Кащей и демонически, как ему казалось, захохотал.

Её глаза зло прищурились и скучным голосом, Василиса произнесла:

– Ты, Котя, как был дешевым выпендрeжником, так и остался.

Услышав это Кащей поперхнулся и откашлявшись ответил:

– Знаешь, Василиса, хоть ты теперь и кошка, но мне до сих пор хочется называть тебя сукой!

– А что, Котя, тебе мешает это сделать? – Невинным голоском поинтересовалась Василиса. – Твое воспитание или разрыв шаблона? А знаю. Тебе мамочка запрещала в детстве говорить такие плохие слова. Кащей недовольно засопел, потом рявкнул:

– Оставь мою маму в покое! Давай лучше поговорим о делах наших скорбных. Что ты делала у моего друга Кардинала?

– У этого симпатичного крыса? – Деланно удивилась Василиса. – Я там просто жила!

– Васька! Не придуривайся. – Начал кипятится Кащей. – Я знаю твою "любовь" к упырям да вурдалакам. Просто так ты бы их не терпела.

– Котя! Кушать хочется каждый день. А там очень неплохо кормили. А семга была там просто ве-ли-ко-леп-на! – Мечтательно, закатив глаза протянула по слогам Василиса. – Или ты думаешь что мне, благородной девице, пристало питаться мышами? – Обидчиво закончила она. Кащей задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику кресла:

– Мышами, говоришь? А как насчет хомяков? – И кивнул кому то в стороне.

Перед дверцей Василисиной клетки, появилась громадная крыса, держащая в зубах верещащего хомяка.

– Не желает ли барышня откушать? – Издевательски поинтересовался Кащей.

– Только попробуй его тронь! Глаза выцарапаю, поганцу! – Взвилась Василиса.

Кащей удовлетворенно кивнул:

– Значит правда. Он тебе дорог. Ну тогда совет и любовь вам, дети мои. – Сказал Кащей и зло ощерился.

– Зачем ты опять превратил его в хомяка, скотина?! – Завопила Василиса.

– Исключительно из соображений общественной безопасности. – Глумливо осклабился Кащей.

Затем его физиономия мгновенно снова стало злой и Кащей отрывисто заявил:

– У тебя Василиса большое событие в жизни..., – и сделал театральную паузу дожидаясь ответа кошки. Ответ не последовало, подождав еще пару секунд он продолжил:

– Ты выходишь замуж!

Василиса исподлобья смотрела на Кащей и била хвостом себя по бокам.

– Откройте. – Повелительно бросил Кащей.

Большая крыса подошла к дверце и лапкой осторожно открыла щеколду. Дверца распахнулась. Василиса вышла из клетки и томно потянулась, внимательно оглядываясь вокруг. Это было помещение бывшего бомбоубежища, но не того где располагалась мастерская Когана. Перед Василисой в здоровенном кресле развалился сам Кащей, на столике рядом стоял какой-то громоздкий ящик. Василиса оглянулась. Сзади, плотной толпой стояли крысы и смотрели на своего повелителя.

– Так куда я выхожу? – Мурлыкающим голоском переспросила Василиса.

– Замуж. За этого хомяка. – Равнодушо повторил Кащей и для убедительности ткнул пальцем в сторону крысы, все ещё держащую Митрича.

Василиса перевела взгляд с Кащея на хомяка, потом опять на Кащея и кротко спросила:

– А зачем? Кащей довольно усмехнулся:

– Причны две. Во первых милая, за меня ты пойти отказалась. Хоть и давно это было, но я помню. Мне не нравиться когда мне отказывают, и поэтому пришлось надеть на тебя эту кошачью шкурку.

– Ты!!! – Зашипела Василиса.

– Так ты всe еще думаешь, что это был твой дружок Николя? – расхохотался Кащей. – А с чего ты думаешь он вдруг разбогател? С философского камня?

Тут Василиса с места прыгнула на Кащея, норовя вцепиться ему в глаза. Кащей хладнокровно отмахнулся бейсбольной битой, до этого стоящей возле кресла, и кошачье тельце тяжело шмякнулось на пол.

4

Было больно и темно. Василиса открыла глаза и попыталась сфокусировать взгляд. В тусклом свет мелькали крысиные тени, сумрак был наполнен суетой и писком.

– Что то часто меня бьют, – пронеслась в её голове, – сколько то от моих кошачьих жизней осталось? Две? Три? Или это последняя? Перед глазами опять возникла мерзкая харя, с сатанинским хохотом повторяющая: "Теперь ты сдохнешь кошшшкой! Блохастой писикухой!"

– За что же мне это, Господи! – Мысленно взвыла Василиса, огласив тусклые стены громким мявом.

– О-о-о! Очухалась, подруга! – Раздался громкий голос Кащея. – Слуги, готовьте пару к церемонии, – и повернулся к ней спиной. Цепкие лапки подхватили кошку и стали что то на нее напяливать. Тело не слушалась Василису, сказывались последствия удара. Наконец то ей удалось удержать равновесие и сфокусировать глаза. И тут она обнаружила, что сидит на красной ковровой дорожке. На голове, прижимая уши, болтается белая фата, а лапы не могу сдвинуться с места. Кощей с ироней наблюдал за этим действом. У его ног стояла старинная фотокамера с магниевой вспышкой, направленная на кошку. Василиса попыталась вырываться из цепких лапок и сказала обращаясь к Кощею:

– Подожди Котя.

– Чего ещё тебе? – Чуть повернув голову спросил Кащей.

– Ты не сказал, что во вторых. Кащей развернул и с усмешкой сказал:

– А во-вторых... благодари своего приятеля ученого кота, точнее его гербарий, – и махнув рукой велел крысам продолжать.

Одна из крыс бросила перед кошкой свадебный букет и они отступили от неё. Поведя головой по сторонам, Василиса слева от себя обнаружила сидящего столбиком хомячка в белой манишке, галстуке бабочкой и фраке. Хомяк пытался насвистывать что то очень печальное. Но на марш Мендельсона как и Шопена это никак не смахивало. Слева сидел Митрич.

– Митрич! Ты меня понимаешь? – Тихо спросила кошка, наклоняя голову к хомячку.

Тот поднял голову и посмотрел на Василису грустными глазами и кивнул.

– А говорить можешь? Хомяк покачал головой, вздохнул, отвернулся и опять начал что то насвистывать.

– Да перестань ты свистеть! – Зашипела Василиса. Хомяк поднял на кошку полные тоски глаза и отрицательно покачал головой.

Сверху раздался кащеев голос:

– Дети мои! Мы собрались здесь чтобы соединит узами брака этого …, – тут голос запнулся, но и чере секундную заминку продолжил, – человека Митрича в образе хомяка и девицу Василису, в образе кошки.

Василиса подняла глаз на Кащея. Тот смотрел поверх них на толпу крыс сгрудившихся за их спинами и вещал:

– Дети мои, соединение этих двух полуживотных-полулюдей, отринувших крысиную благодать, позволит нам добиться моей цели. Вы те главные существа, что возвысились над быдлом! Вы те, кто идеально приспособились к среде, потребляя и размножаясь — вы крысы это мира и вы приняли свой истинный облик. Вашей наградой будет мир крыс. Отныне и навек пребудет ваше царство и ваш мир, а царем этого мира буду я! Вечным и бессменным! А вы за послушание и покорность мне – своему Владыке, получите сегодня власть над этим городком и всеми его жителями. А затем и над всем миром! Они, – тут палец Кащея ткнул сидящую перед ним парочку, — есть сакральная жертва создания Великого Ухрюпинского Царства Кащея...

Тут Василиса елейным голоском перебила Кащея:

– Котя! Ну зачем тебе вечность? Ты разве не знаешь, что нос и уши растут всю жизнь? Через пару тысяч лет у тебя вырастут два лопуха и хобот как у слоненка! И все тебя будут называть не Кащей, а Джамбо! Оно тебе надо?

За спиной Василисы прокатился смешливый писк. Кащей побагровел и рявкнул:

– А ну там тихо! Я слова никому не давал! Потом откашлялся и продолжил:

– Так, на чем это я остановился?

– Что нам всем надо добиться твоей цели и будет тебе счастье, – незамедлительно встряла Василиса, – кстати, а что это за цель? Мировое господство это так банально! Или ты всё-таки более оригинален? Кащей раздраженно покосился на кошку, но продолжил вещать на серую паству:

– Вот эта, – он сделал драматическую паузу и пальцем указал на Василису, – писикуха, когда то была девушкой! Она хочет ей стать снова и для этого ей нужно обвенчаться с царевичем. И мы поможем ей исполнить эту мечту, но с маленькой поправочкой. Вот перед вами мой бывший друг и предатель – хомячок Митрич, по паспорту Иван Дмитриевич Царевич. Сейчас я соединю узами брака эти два любящих сердца и они навсегда останутся в своем образе! – И тут Кащей демонически захохотал задрав голову к потолку.

– Фу, Котя, какой же ты все таки злопамятный! И это из-за того, что…, – Василиса подняла глаза к потолку что-то подсчитывая в уме, – много-много лет назад я не дала такому сморчку как ты? Кстати, а как ты протянул то эти годы? Или у Николя Фламеля что то действительно получилось? Кащей пренебрежительно ухмыльнулся.

– Нужна ты мне, писикуха! А у твоего дружка Николя кое-что действительно получилось, но не до конца. Он был туповат, и думал не той головой, как тебе известно! А вот у меня теперь — получится. Я доработал рецепт Фламеля! И вы поможете мне достичь бессмертия! Итак приступим. Кащей встал с кресла и торжественно заговорил. – Девица Василиса в образе кошки, желаешь ли ты взять этого хомяка законные мужья?

Тут стоящая рядом крыса ткнула кошку в бок и та от неожиданности мявкнула. Кащей кивнул головой и продолжу:

– Человек Митрич в образе хомяка, желаешь ли ты взять эту кошку законные жены?

Со стороны Митрича раздался писк и он упал на ковёр от крысиной оплеухи. Кащей довольно ощерился и взял со стоящего рядом столика уже знакомый том-хранилище кошачьей мяты и потрясая книгой продолжил:

– Правом обладание этой книгой, во имя меня и серых поданных моих, в Царствии Моем объявляю вас мужем и женой. А теперь свадебная фотография! Скажите чиииз...

Сверкнула вспышка и в этот момент хомяк своим писком-свистом очень отчетливо выдал музыкальную фразу:

– Пелять и простипома!

Лицо Кащея от гнева перекосилось, он хотел что-то выкрикнуть, но тут за спиной раздался скрип дверей, и в открывшийся проем ввалилась какая-то серая масса, которая тут же рассыпалась на колючие шарики. Это оказались ежи. Самый большой еж развернулся и заявил:

– Братие! Что это за гнусные захватчики захватили наш дом? Все вон! Здесь ежики гуляют!

И колючий вал понесся на Кащея и крыс. Василиса, почуяв свободу лап, схватила хомяка зубами за воротник фрака и рванула к двери прямо по крысиным головам. За дверями слышался крысиный писк, вопли боли Кащея и пыхтение ежиков.

5

Кошка неслась по улице со всех лап, держа зубами за шкирку одетого во фрак хомяка. Серым промозглым утром почти никого на улицах не было, лишь немногочисленные автомобили брезгливо объезжали глубокие лужи. Погони было не видно, но Василиса продолжала петлять, проскакивать дворы и протискиваться через заборы. Наконец она выбежала в очередную кривоватую улочку и вдруг остановилась как вкопанная.

Снизу раздался недовольный голосок:

– Василиса, да отпусти ты меня наконец! Кошка не обратила на это никакого внимания, продолжая что то рассматривать перед собой.

– Вася, ты меня слышишь! Это я — Митрич! – Заверещал хомяк.

Кошка разжала зубы и хомяк шлeпнулся на мокрый асфальт.

– Не может быть. – Прошептала Василиса.

– Почему не может быть? – Обиженно возразил хомяк и взглянул вверх.

Кошка не глядела на него, она смотрела прямо перед собой. Митрич неловко развернулся на маленьких лапках и увидел, что взгляд Василисы направлен на старинный двухэтажный особнячок, над входом в который кривовато висела выцветшая вывеска "Фотографъ", с дореволюционным твердым знаком на конце.

– Василиса! Чего не может быть? – Спросил хомяк и потеребил кошкину шерсть на лапе.

Кошка посмотрела вниз и Митрич увидел свое хомячье отражение в кошачьих глазах, глазах голодного хищника. Хомяк отшатнулся и сел на задние лапы. Кошка несколько секунд смотрела на него и вдруг спросила:

– Митрич! Гад такой! Так ты все таки можешь говорить?

Хомяк обиженно засопел:

– Теперь могу. Раньше не мог... Так что не может быть?

Кошка подняла голову и кивнула на особнячок:

– Его. Он сгорел, очень давно.

– И что? – Недоуменно спросил хомячок.

– А теперь он стоит здесь. – Просто ответила кошка. – И там "Фотографъ".

Хомяк напряженно засопел, потом воскликнул:

– Василиса, перестань говорить загадками! Василиса наклонила голову и внимательно оглядела хомяка, потом холодно произнесла:

– По видимому объем головного мозга все таки влияет на качество мышления.

После чего схватила хомякам за воротник все еще одетого на него фрака и неспешной походкой потрусила к особняку.

Вдруг из приямка окна цокольного этажа выпрыгнули две кошачьи фигурки: рыжая и белая. Кошки приникли к земле, сузив глаза и ударя себя хвостами по бокам. Василиса остановилась уронила хомяка на землю и прошептала:

– Нет, не может быть.

Митрич поднял голову посмотрел на кошку и спросил:

– Что опять не может быть?

– Нас предали. – Глухо произнесла Василиса.

Рыже-белая парочка поднялась и стала медленно приближаться к Василисе с Митричем. Глаза рыжего кота не отрываясь смотрели на хомяка. Митрич невольно попятился и прижался к лапам стоящей кошки.

– Ты это ... забыл уже? Как щас пну! – Забормотал Митрич.

– Митрич, понимаешь? Они не пускают нас туда. Значит нам надо туда!

– Проговорила Василиса и снова схватила хомяка за шкирку.

Рыже-белая парочка медленно продолжала наступать. Василиса попятилась назад, кося глазом вправо. Поравнявшись со стоящим на обочине автомобилем Василиса прыгнула на капот, а оттуда на его крышу. Рыжий Асмодей и белая грушница рванулись за ней. Спрыгнув сзади машины Василиса молния прошмыгнула под машиной и со всех лап ринулась к двери. Дверь в фотоателье была приоткрыта. Под жалобный скрип повешенного над входом большого фанерного фотоаппарата, кошка с хомяком в зубах нырнула в дверь. В помещении было тихо, сумрачно, пыльно и пустынно. Только справа стояла большая дубовая конторка с придвинутым к ней венским стулом, а прямо в торце комнаты перед белым фоном растопырилась большая студийная камера и табурет. Больше в комнате ничего не было. Справа, за бамбуковой занавеской прятался темный дверной проем. Василиса метнулась туда, но ударившись об ножку стула выпустила хомяка из зубов. Митрич шлепнулся на пол и недовольно пробурчал:

– Ты, это, Василиса – поосторожнее! Василиса развернулась и уставилась на дверной проем. В щель проема влетели два кошачьих силуэта и распластавшись в прыжке растаяли в тени комнаты. Василиса потрясла головой и сказала:

– Сейчас не поняла.

– Что не поняла? – Переспросил Митрич.

– Куда эти двое исчезли? – Пояснила Василиса.

– Ну исчезли и исчезли. – Легкомысленно отмахнулся Митрич, затем огляделся, внимательно осмотрел стоявшую на треноге камеру и протянул:

– Какое то странное фотоателье! Ты не находишь, Вася?

Кошка моргнула и только было собралась ответить, как звякнул дверной колокольчик. Две звериных фигурки прижались к полу.

В дверь вошли мужчина и женщина. Мужчина в старинном вицмундире и фуражке поддерживал под локоток женщину в длинном платье с турнюром и большой шляпкой на голове. С сухим треском бамбуковой занавески, из темного проемы вышел чернявый молодой человек в пенсне и кургузом костюмчике.

– Господина исправник! Мадам! Как я рад вас снова видеть у себя в ателье! – С поклоном произнес молодой человек. Головы вошедших синхронно кивнули в ответ. Исправник сняв фуражку произнес:

– Вот что, голубчик! Нам нужен моментальный снимок на фоне Ниццы.

– Конечно, кончено – все что угодно-с! Прошу сюда-с. – Поклонился чернявый фотограф и указал на фон города и стоящий перед ним мраморный столбик в виде колоны.

Митрич ошарашено потряс головой и попытался протереть глаза короткими лапками. Фигуры вошедших с улицы людей ему казались какими то неплотными, ненастоящими, как и внезапно возникшие декорации. Когда это не помогло он ткнулся в бок Василисы:

– Вась! Это что, призраки?

– Помолчи. – Прошипела кошка сквозь зубы.

Вспыхнул магний и когда дым расселся перед камерой все так же белел грязный фон и больше никого не было. Митрич требовательно посмотрел на кошку снизу вверх и тихо спросил:

– Что это было, Василиса? Ты знаешь? Василиса не успела ответить, как вновь звякнул входной колокольчик. На этот раз ввалилась компания веселых молодых людей в новенькой красноармейской форме с "разговорами". Прямо с порога они закричали:

– Где этот фотограф! Хватит якшаться только с буржуями, сделай фотографическую карточку командиров Красной Армии!

Прошелестел бамбуковый занавес и в зал вышел возмужавший молодой человек:

– Прошу товарищи краскомы! Вы хотите сфотографироваться вместе или по отдельности?

Самый младший из краскомов серьезно произнес:

– Товарищ фотограф, мы хотим сделать совместный снимок...

Вспышка магния … и вновь все исчезло.. В пустом помещении под стулом остались только кошка и хомяк. Василиса задумчиво произнесла:

– Господи! Как же еще и есть то хочется. Хомячек вздрогнул, посмотрел на кошку и застенчиво улыбаясь предложил:

– У меня тут в защечных мешочках пара зернышек есть, будешь? Василиса озверело посмотрела на хомяка. Тот вздрогнул, но героически продолжил:

– Не хочешь, так и скажи!

И тут снова звякнул колокольчик... Людей или теней людей было много. Десятки и десятки лет жизни страны. Они приходили и приходили, в четвером и в троем, в одиночку и парами. Время шло, а они всё приходили и приходили.

За окном стемнело и уже с полчаса не раздавался звон входного колокольчика. Снова послышался сухой треск бамбуковой занавески и шаркая подошвами, сгорбившись в студию вошел очень старый фотограф.

Он остановился и посмотрел на стул, скрывавший кошку с хомяком и сказал скрипучим голосом:

– Молодые люди, вы так и будете там целый день прятаться? Или все таки будем фотографироваться?

Василиса нерешительно вышла из под стула, Митрич, семеня последовал за ней, прикрываясь ее хвостом.

– Проходите, проходите. – Кивнул старик и указал рукой на табурет, стоящий перед камерой.

Василиса решительно подхватила хомяка в зубы и легко запрыгнув на табурет повернулась к объективу, опустив хомяка рядом.

– Сейчас, сейчас. Никак не привыкну к этой камере. Старую, представте, на днях украли!

Фотограф скрылся под черной накидкой большой павильонной камеры, потом вылез, вставил кассету, поднял вспышку и снимая объектив произнес:

– Внимание, сейчас вылетит птичка! Магний зашипел с яркой вспышкой, поднялись клубы дыма, а фотограф спокойно вытащил кассету и ушел за занавеску, кивнув на прощание:

– Подождите немного. Василиса с Митричем остались сидеть на табурете. Примерно через полчаса старик вышел со снимком и молча развернул его перед парочкой. На снимке в белоснежном платье и диадемой на голове стояла красивая девушка, положив руку на плечо бородатого человека в костюме-тройке.

– Поздравляю молодые люди с законным браком! – Тихо произнес фотограф и в его глазах блеснули слезы.

Тут здание качнуло, поднялись клубы пыли и кошка с хомяком упали на пол. Когда пыль осела, рядом валялись обломки табурета, пол был грязен и покрыт пылью, окна в студии выбиты, а проход внутрь здания чернел пустым провалом. Перед кошкой и хомяком, лежала припорошенная пылью старая пожелтевшая фотография, с оторванным уголком, на которой в объектив улыбались Василиса и Митрич.

6

Василиса взглянула на Митрича, тот смешно чихал от пыли, сидя столбиком. Кошка встала, подошла к фотографии. Сквозь слой пыли ей улыбались два счастливых человека. Василиса вздохнула и осторожно зубами взяла карточку. Чтобы нести ее кошке пришлось задрать голову и она потрусила к выходу. Продолжая чихать за ней поспешил хомяк. Парочка выбралась на улицу. Там было темно. Митрич что то бурчал себе под нос. Прислушавшись Василиса узнала известный мотив, на который Митрич тихонько пел:

А я иду, кусаю все вокруг

И я сожрать еще могу,

Соленый сыр и сервелат,

Грудинку и треску.

Прижав к земле лапой карточку как мышь, Василиса спросила Митрича:

– Что муженек, куда пойдем?

– Есть хочется. – Мгновенно откликнулся Митрич, не обращая внимания на "муженька".

Василиса согласно вздохнула:

– Мне тоже. Здесь помниться рядом магазинчик был, пойдём, может что и обломится.

Действительно магазинчик из серии "всё у дома" оказался недалеко, и он был открыт. Сидя под крыльцом магазина Василиса инструктировала Митрича:

– Ждём пока не откроется дверь. Я подхватываю тебя и забегаю внутрь и опускаю на пол. Ты тут же убегаешь под любой стеллаж. Я тоже прячусь. Ждём пока закроется магазин. Потом ужинаем.

Сказав это Василиса осторожно уложила карточку к стене и надвинула на неё камешек. Затем взяла хомяка за шкирку и по лестнице подбежала к двери. Почти сразу дверь открылась и из магазина вышел покупатель. Кошка шустро нырнула в магазин и согласно плану парочка постаралась найти подходящую нычку. Митрич устроился под холодильником с напитками, стоящий у входной двери, а Василисе удалось спрятаться за открытой дверью в подсобку.

Через некоторое время погас свет, замок щелкнул и воцарилась тишина.

– Митрич, ты как? – Раздался голос Василисы.

В ответ донеслось чихание.

– Ну и пыли тут. – Сказал Митрич, вылезая из под холодильника.

Кошка запрыгнула на прилавок и пошуршав там, что то уронила на пол.

– Я семечки нашла.

– Где они? – Заинтресовался Митрич и побежал на звук.

– На полу лежит пакетик. – Ответила Василиса. В темноте раздался звук разрываемой обертки. Затем скрипнула дверь и послышался голос Василисы:

– О сосиски!

Несколько минут продолжалось жадное и торопливое насыщение. Закончив набивать защечные мешки семечками Митрич сказал:

– Уф, хорошо!

– Угум. – Согласилась Василиса доедая очередную сосиску.

Затем раздался благодушный голос Митрича:

– Слушай, Василиса, а чего ты так вцепилась в эту карточку?

Жадное урчание в темноте смолкло, кошка подошла и села перед хомяком, обвив хвостом лапы. Она долго смотрела на хомяка, о чем то думая, потом сказала:

– Понимаешь Митрич, я тогда в картире не все тебе рассказала. Ну как я стала кошкой...

История превращения Василисы, рассказанная в темноте обворованного магазина

Я тогда училась в Сорбонне, учеба давалась мне легко, чего нельзя было сказать об отношениях с преподователями и студентами. Спасало то, что я считалась знатной иностранкой, но это и ограничивало круг общения. A я была тогда довольно легкомысленной девушкой и меня это не устраивало. Однажды я познакомилась с двумя приятелями, местными шалопаями. Один из них был начинающий алхимик Николя Фламель, а вторым наш общий знакомый, который тогда носил имя Беньямина Коэна. Кащей предпочитал, чтобы его называли Беня, но я называла его Котя исключительно из духа противоречия. Николя мне понравился сразу, но он этого не замечал, погруженный в свою науку. Он был талантливым алхимиком, одержимым идеей трансмутации металлов. Я так понимаю Кащей тоже был одержим этой идеей, но исключительно с утилитарной точки зрения. Его интересовало золото и бессмертие. Котя сразу положил на меня глаз регулярно меня домогался. Причём делал это так, чтобы Николя ничего не заметил. Я же не воспринимала Кащей даже как гипотезу и рекомендовала этому "сыну правой руки" продолжать такую же увлекательную традицию. И это его чрезвычайно бесило. Так мы весело общались какое-то время. Я успешно крутила хвостом перед обоими, но тот кто меня интересовал этого не замечал, а тот кто замечал не интересовал меня.

Я не знаю точно откуда Кащей узнал что я могу превращаться в кошку и что я иногда это делала. Я никому никогда про свои возможности не говорила. В известной сказке Василиса Прекрасная превращена в лягушку волею и колдовством Кащея Бессмертного. Того самого первого, настоящего. Но есть один нюанс – корона царевны-лягушки. В сказке она воспринимается как некий символ статуса Василисы Прекрасной. На самом деле это не просто символ, это предмет с помощью которого производится превращение. Вероятно информация об этом передавалась в семье Коти из поколения в поколение. А у меня была подобная диадема превращений и я была настолько неосторожна, что Кащей однажды её не только увидел, но и распознал. А распознав, подсунул Николя какой-то древний халдейский трактат.

Я не знаю, что Кащей наговорил Фламелю, но тот обратил на меня внимание и стал ухаживать за мной и очень быстро я совсем потеряла голову. Я заметила, что у него появились деньги. Когда я спросила откуда, он поинтересовался, что я знаю об артефактах превращения? И я как последняя дура рассказала ему как я превращаюсь в кошку. После моего рассказа Николя очень сильно разволновался и стал рассказывать, что нашелся меценат, готовый и дальше оплачивать его эксперименты, но ему требуется показать хоть какой то результат. В халдейском трактате, попавший ему в руки, сказано, что артефакты превращения способны оказывать влияние на трансмутацию металлов, и он попросил разрешения попользоваться моей диадемой для своих экспериментов. И я как последняя дура согласилась.

То что произошло дальше я вспоминаю как кошмарный сон. Я отдала ему диадему, но её использование в эксперименте не помогло. Тогда Николя попросил обратиться меня кошкой, а ему отдать на время корону, что появлялась при моём превращении. Я попросила подождать его в лаборатории, а сама вышла в соседнюю комнату, где перекинулось кошкой. Но он не стал ждать и пошел за мной. Сняв с меня корону он быстрым шагом вышел из комнаты захлопнул за собой дверь. Я сорвала себе все когти пытаюсь открыть эту дверь, билась о неё, вопила и мяукала в истерике. Но дверь оставалась закрытой.

Обесилев я сидела возле двери не сводя с неё глаз. Вдруг дверь медленно со скрипом приоткрылась. Я вскочила и юркнула в образовавшуюся щель. Перед каменным лабораторным столом стояла фигура одетая в черную сутану с накинутым капюшоном. В руках человека была моя корона и молоток. Человек замахнулся молотком, я закричала: "Николя нет! Не надо!"

Но молоток опустился на корону она хрустнула и человек повернул ко мне голову. На его лице была карнавальная маска. Человек захохотал и голосом Николя произнес: "Теперь ты сдохнешь кошшшкой! Блохастой писикухой!". Потом в меня полетел молоток. Я оцепенела и не успела увернуться, потеряла сознание, а очнулась в мешке. А мешок принадлежал одному мерзкому человеку чрезвычайно любившего французскую ярмарочную забаву "сожги кота"...

– А дальше? – спросил Митрич.

– А дальше началась моя жизнь кошки. – Сумрачно ответила Василиса.

Хомяк задумчиво сел на задние лапки и сложил лапки на брюшке, потом со вздохом сказал:

– Да уж история. А почему Кащей сказал что это был он, а не Фламель? Василиса с пустым отрешённым взглядом произнесла:

– Не знаю. Может быть это был и Кащей, а не Николя. На нём была маска. А голос и подделать можно, тем более что они у них были похожи. Ладно, это дела давно минувших дней. Что сейчас то делать будем?

– К Яге нам надо, в дворницкую! Я так понимаю тут недалеко, — и Митрич помолчав добавил, – для человека конечно.

Василис озадачено взглянула на хомяка:

– Я понесу фотографию, так что тебе придется самому. Дойдёшь?

– Дойду! – Храбро заявил хомяк.

Тут из подсобки раздался шорох и на пороге появились крысы. Кошка вскочила на лапы, пригнулась, распушилась и зашипела. Крыс всё прибывало и прибывало. Серая, пищащая стая крыс мелкими шажками приближалась к парочке, но почему-то не нападали. Василиса попятилась, тесня задом хомяка.

– Не устоять, – пробормотало Василиса, – и чего теряем? Матрич! Давай пелять и простипому!

Хомяк озадачено посмотрел на кошку:

– Ну-у-у-у, давай, – и продолжил зажмурившись, – пелять и писикуха!

Со стороны крыс прокатился писк похожий на хихиканье. Василиса оторопело посмотрела на Митрича и лапой отвесила хомяку подзатыльник:

– Издеваешься, муженек? Другого времени не нашел? От удара лапой хомяка перевернуло в воздухе и шмякнувшись на пол, Митрич завопил:

– Василиса, ну ты чего дерешься! Это я случайно... Кошка внимательно посмотрела на хомяка и зрачки ее сузились, хвост нервно задергался и она затем бархатным голоском произнесла:

– А ты, Митрич, не ошибайся. Нас же сейчас есть будут! Митрич обижено засопел и стал с мрачным видом отряхиваться короткими лапками, затем набрал в грудь воздуха и завопил:

– Пелять и простипома!

Казалось все вокруг замерло, ожидая что случиться. Но это длилось лишь мгновение. Стая крыс рванулась вперёд. Вдруг раздался звон разбиваемого стекла и в помещении магазина влетела бабкина метла. Мгновение помедлив она ринулась выметать крыс из магазина. Крысы с писком ринулись в разные стороны. Буквально за несколько мгновений магазин опустел. Кошка взяла хомяка за шкирку и выпрыгнула в разбитое окно. Внизу двое замерли, насторожено прислушиваясь. Тишина. Парочка подошла к крыльца магазина и вдруг сверху шмякнулась метла, прутьями накрыв хомяка. Кошка испуганно отскочила, а из под метлы донеслось испуганный писк. Василиса кинулась на метлу, пытаясь столкнуть ее с Митрича. От удара, метла, покачнулась и упала на землю, затем привстала под углом над землей и задрожала от нетерпения. Испуганный хомяк часто дыша, живой и здоровый сидел рядом с метлой.

– Да-а-а..., – протянула Василиса, – сработала твоя простипома, вот нам и защита, и транспорт. Только вот как мы на ней поедем? Хомяк опустив лапку от сердца просипел:

– Ну как-как? А как на метле ездят? Василиса покачала головой:

– Митрич, ты что Гарри Поттера насмотрелся? Это ведь наша метла, а не английская. И ни седла на ней нет, ни багажника. Ну и как кошка с хомяком на ней смогут удержаться?

Митрич задумался, потом неуверенно произнес:

– Ну на ручке мы конечно не удержимся, а вот на самой метле?Василиса скептически осмотрела метлу, взяла в зубы фотографию и запрыгнула на прутья. Митрич торопливо залез по прутьям и устроился рядом. Метла резко дернулась и оба слетели на землю. Василиса встала, вздохнула и произнесла:

– Ладно, Митрич, пошли пешком.

И они пошли. Впереди кошка с фотографией в зубах, за ней торопливо семенил хомяк, а за ними тащилася метла. Когда троица поравнялась с входом в фотоателье Василиса выронила карточку и повернув голову к Митричу и хотела что то сказать. Но тут из проема двери материализовалась в прыжке рыжая и белая тень. Тени перечеркнули хомяка и лежащую на земле фотографию. В последний момент Василиса заметила как хомяк зубами вцепился в карточку, затем сверкнула вспышка и на пустой улице остались только Василиса и метла. Митрич и фотокарточка исчезли.

Суматошные поиски Митрича ничего не дали. Впустую оббежав весь квартал, Василиса уныло побрела к дворницкой. Метла тащилась следом, время от времени отгоняя от кошки бездомных собак. Дорога заняла всю оставшуюся ночь. Когда Василиса добралась до дворницкой от голода и усталости у неё дрожали лапы. Кошка спустилась вниз по лестнице, дверь была полуоткрыта. Василиса протиснулась в щель. В комнате никого не было. В изнеможении кошка легла на пол, метла тихо просочилась и устроилась в углу дворницкой.

– Ну что ж, будем ждать, – обессилено произнесла Василиса закрывая глаза.

7

Василиса проснулась от тяжелых шагов Бабы-Яги, спускающейся по лестнице, за ней тянулась кошачья компания и свин. Увидев кошку бабка протянула:

– А вот и наша потеряшка нашлась. Василиса почувствовала комок в горле, на глазах на налились слёзы и она глухо сказала:

– Митриа украли и карточку.

Баба-Яга внимательно посмотрела на кошку, тяжело вздохнула и сказала:

– Рассказывай.

Повествование затянулось надолго. На месте рассказа о предательстве ангорки, две её товарки переглянулись, зашипели и стали нервно бить себя хвостами по бокам. Кот Василий услышав о свадьбе воскликнул:

– Ну так честным пирком да за свадебку! За что тут же схлопотал от Бабы-Яги подзатыльник:

– Вот дурень, жениха то нет! На что тот обидчиво ответил:

– А зачем нам жених? Жених нам не нужен, нам отметить нужно! Баба же Яга по бабьи утирала слезы концами платка и гладила Василису со словами:

– Не плачь девонька, всё образуется. Один свин никак не реагировал на рассказ, с аппетитом что-то поедая из корытца и одним глазом косясь на бутылку, в которой осталось ещё грамм сто водки.

Василиса закончила рассказывать и в каморке воцарилась тишина. Затем кот Василий откашлялся и чопорно произнес:

– Уважаемое собрание разрешит мне резюмировать своё мнение по ранее изложенному?

Все молча смотрели на кота.

– Итак, что мы имеем? А имеем мы кражу. Подручными Кащея был украден хомяк по имени Митрич и фотокарточку отображающую вышеупомянутого хомяка и присутствующую здесь кошку Василису в их человеческом обличьи.

– Васька! Не занудствуй! Давно веником не получал? – Не выдержала Баба-Яга.

Кот опасливо покосясь на стоящую в углу метлу тем не менее продолжил:

– Главным вопросом является, куда исчезли вышеупомянутые хомяк Митрич и фотокарточка? Исходя из филологического анализа подобных случаев, следует предположить, что они отправились в Кащеево царство, где в настоящий момент и находяться. - Кот довольно фыркнул и раскланялся на молчавшую публику.

– Ну и где? – Поинтересовалась Яга.

– Что где? – Опешил кот.

– Царство где? Кащеево... – Продолжила бабка.

Кот снисходительно усмехнулся:

– Разумеется там где Кащей. То есть здесь.

– Великое ухрюпинское царство. – Подала голос Василиса. Кот снисходительно кивнул и подняв лапу оттопырив один коготь, показал им на Василису:

– Правильно говоришь девочка! Но вот где здесь? – Вопрошающе завопил кот и оглядел соратников из под невесть откуда взявшихся профессорских очков. – Места на самом деле два. Это либо здание городской администрации, естественное место обитания всех городских кащеев во все времена, либо в денежной башне. Я бы лично поставил на денежную башню. – Василий задумался о чем-то своём, хищно ухмыльнулся в усы и продолжил. – Там моя цепь лежит с дуба, а из авторитетных источников известно, что кащеи всегда чахнут над златом! Василиса с Бабой-Ягой недоуменно преглянулись и хором переспросили:

– Денежная башня?

Василий снисходительно пояснил:

– Я как профессор филологии образно назвал так ухрюпинский псевдонебоскреб, где располагается местное отделение госбанка. Баба-Яга в сердцах сплюнула:

– Тьфу на тебя Васька, вот не можешь ты без этой своей филологичности!

Не обращая внимания на этот выпад Василий благожелательно кивнул ангоркам и попросил:

– Девочки, принесите пожалуйста нам карту.

Кошки немедленно сорвались и выбежали из дворницкой. Через некоторое время они притащили туристическую карту Ухрюпинска. Развернув буклет на столе, Баба-Яга вгляделась в схему города и произнесла:

– И что тут у нас? Центральная площадь, здание городской администрации и наш недонебоскрёб. В центре площади памятник Неупокоеному. – Она недоумении пожала плечами. – Это и так было известно, а вот где нам Митрича искать? – Потом потерла пальцами подбородок, задумчиво почесала нос и не уверенно произнесла. – А ведь Митрича первый раз клубочек привел именно к небоскребу. Так что очень-очень может быть, что это знак. Денежная башня...

Пока бабка с Василисой рассматривали карту, сбоку от стола раздавалось звяканье стекла. Баба-Яга и Василиса повернувшись обнаружили, что на полу у стола свин и кот Василий чокались один бутылкой с недопитой водкой, а другой пузырьком с валерианкой.

– За успех нашего безнадежного предприятия! – Провозгласил кот и присосался к пузырьку.

– Васька гад! Ты чего опять валерьянку жрёшь? Ещё и свина спаиваешь! - Возмущенно воскликнула бабка!

– О мур шер, вы ко мне так несправедливы! Ваш свин сам кого угодно споит. Это во первых. – Ответствовал кот, занюхивая выпитое хвостом. – Во вторых, мы вот с этим боевым свином разрабатываем диспозицию нашего успешного и победоносного наступления!

Свин согласно хрюкнул и двинулся к выходу, за ним слегка покачиваясь отправился Василий. За котом пристроились обе ангорки. Когда в проеме двери прощально мелькнули белые хвосты кошек, Баба-Яга тяжело вздохнула, поднялась и сказала:

– Что ж Василисушка, пьяных да влюбленных Бог бережет. Пойдем и мы. На месте виднее будет.

8

Митрич очнулся лежащим на полу и в зубах его почему то была зажата фотокарточка. Он вытащил изо рта фотографию и держа её в руке с кряхтением сел и огляделся. Это явно было присутственное место немаленького начальника. Наличествовал большой стол, за столом на стене висел портрет гаранта, у стены стоял государственный флаг. Наличествовали шкафы и большой ковёр покрывающий почти весь пол. Сидя Митрич покрутил заскрипевшей шеей.

– Так где же это я? – Подумал он закончив крутить головой и оглядел себя. – Я не хомяк - это уже хорошо, но вот я опять голый. – Возникла досадливая мысль.

Ситуация очень напоминала стыдный сон, в котором ты оказываешься голым в общественном месте. Митрич потряс головой, ущипнул себя свободной рукой, но сон не прошел.

– Не паниковать! Ну голый и голый, не в первый раз же! Все мы приходим в этот мир голыми. – Философски подумал он, после чего встал и ещё раз огляделся.

Ничего похожего на одежду в кабинете не было. Стол был пуст, на нём ничего не было, за исключением массивного антикварного письменного прибора.

– Та-а-ак, – протянул Митрич, – теперь главное соориентироваться на местности и найти какую-нибудь одежду.

Подойдя к окну он осторожно выглянул из-за шторы. За окном внизу маячила пустая площадь с гранитным памятником посредине. Митрич сразу узнал центральную площадь Ухрюпинска:

– Это что я, в мэрии что-ли? – Возникла паническая мысль. – Но как! И если меня здесь застукают голым...

От этой мысли Митрича передернуло и он быстро вернулся к столу. Посмотрев на все ещё зажатую в руке карточку, он вздохнул и бросил её на стол. Вдруг пол понесся ему навстречу и через мгновение он столял на четырех лапках, а стол возвышался перед ним как гора. Митрич опять стал хомяком.

Хомяк испугано запищал, заметался и остановился от внезапной мысли:

– Пока я держал фотокарточку, я был человеком, а когда бросил – превратился обратно в хомяка. Надо обязательно достать её. Митрич про себя хмыкнул и подумал:

– Проще сказать, чем сделать, – и закрутил головой пытаясь прикинуть маршрут своего альпинистского восхождения. В этот момент за приоткрытой дверью послышался шум и голос Веньки произнес:

– Идите работайте, а ты со мной. Хомяк прижался к ножке стола, стараясь быть как можно более незаметным. Дверь открылась и в кабинет вошел Кащей в сопровождении угодливо согнутого человечка в костюме с галстуком.

– Вот, Вениамин Абрамович! Именно этот кабинет я имел в виду в качестве Вашей временной резиденции. Кащей скептические оглядел кабинет, остановив взгляд на портрете гаранта и кортко бросил:

– Портрет убрать, флаг пока оставить.

– Чего желаете повесить вместо портрета, Вениамин Абрамович? – Поинтересовался человечек.

– Меня. То есть мой портрет. Маслом. – Вальяжно бросил Кащей. – Но-о-о... – потянул человечек

– Фонды изыщите, а художника обяжите.

– Так ревизия...

Кащей лязгнул голосом:

– Зарубите себе на носу, милейший, и повторять больше не буду. Я вам теперь и царь и бог, и ревизия и суд, а также и расстрельная команда, – потом на мгновение остановился и с ухмылкой продолжил, – хотя последним займуться мои серые слуги. Крошкам же надо что-то кушать.

Человечек услышав последнее испугано побледнел и судорожно сглотнул. Кащей заметил это и откровенно заржал:

– Вижу ты меня понял, а теперь вон! А этим скажите – Кащей думать будет.

Никто не заметил спрятавшегося под столом хомяка. Митрич осторожно осторожно высунулся, но никого не увидел. В это время заскрипела кресло под усевшись на него Кащеем и раздался его раздраженный голос:

– Это что ещё за мусор?

Раздался щелчок и со стола спикировала на пол фотокарточка. Митрич молнией рвался к ней, схватил лапкой и попытался утащить её под стол, но неведомая сила снова развернула хомяка в человеческий облик. Перед ошарашенным Кащеем стоял голый Митрич, прикрывая причинное место фотокарточкой.

– Вот это сюрприз! – Раздался удивлённый голос Кащея. – Тебя везде ищут, а ты оказывается здесь!

Затем он перевёл взгляд на фотографию который прикрывал Митрич, в его взгляде возникла узнавание и он захохотал:

– А ты чего Митрич знакомишь свою жену со своим аппаратом? Так она и не такие видала!

Взбешенный Митрич схватил стоящее на столе антикварное пресс-папье и со всего размаха приложил им Кащея по голове. Тут удивленно икнул и осел в кресле уставившись в одну точку.

– Эй, Венька. – Сказал Митрич, щелкнув пальцами перед носом бывшего приятеля.

Тот никак не прореагировал. Тогда Митрич прошел к стене и удерживая фотографию подбородком, с треском содрал с древка знамя и обернул материю вокруг себя на манер туники. Затем задумчиво оглядел кабинет, снова подошел к столу и начал копаться в ящике стола. Через короткое время раздался радостный возглас. Найденный зажим для бейджика с тесемкой позволил закрепить фотографию. Накинув тесемку на шею, Митрич спрятал фотографию под свою импровизированную тунику.

Быстрым шагом подойди к двери Митрич осторожно приоткрыл створку. В приемной ничего не было слышно. Тогда он нажал на дверь посильнее и внимательно осмотрел приемную в образовавшуюся щель. Похоже там никого не было. Митрич приоткрыл дверь и осторожно скользнул в помещение. Там было пусто, только на секретаршином столе сидел белая крыса и пялилась в монитор. Митрич зло шуганул её и вышел в коридор.

По коридору сновали крысы. Их нескончаемый поток, причем с соблюдением правил дорожного движения, двигался в обе стороны по коридору. Митрича передёрнуло от отвращения и он оставаясь в дверях внимательно огляделся. Середина коридора оставалась свободной. Митрич перепрыгнул на неё и пошел по вдоль коридора, ища лестницу Крысы не обращали на него внимания иногда, только некоторые вставали столбиком и провожали его взглядом. Добравшись до конца коридора Митрич с удовлетворением увидел лестницу. Крыс на ней было мало и Митрич осторожно стал спускаться, но последний лестничный пролет оказался забит животными, которые казалось стояли в какой-то бесконечной очереди. А невдалеке у проходной торчали абреки. Пройти к выходу не было ни никакой возможности.

Митрич торопливо поднялся на площадку, чтобы со вход его не было видно.

– Та-а-ак! – Протянул Митрич. – И как же мне выйти? – И задумался. – В человеческом обличьи я не пройду, в хомячьем пройду, но не хочу бросать карточку. Допустим карточку я поволоку за ленту бейджика ... нет, ерунда, именно так и заметят. Воспользоваться "простипомой"? Нет, не предсказуемо – это крайний случай.

Тут взгляд Митрича сфокусировался на стене. Там висел план эвакуации при пожаре с выходами из здания. С интересом рассмотрев план, Митрич обнаружил, что под лестницей находился аварийный выход.

– Не факт, что там открыто. Вот держу пари, что замок! – Тихо пробормотал Митрич. – Значит мне нужен пожарный щит.

Опять спустившись к крысиной очереди на лестнице и насторожно косясь на абреков у входа, Митрич перегнувшись через перила попытался рассмотреть, что находиться под лестницей. Кончик красного пожарного щита был в виден на стенке. Бросив быстрый взгляд на охрану входа, Митрич шустро перекинул ноги через перила и вытянувшись на руках тяжело спрыгнул на пол, на мгновение застыл и прислушался. Сверху раздавался только шуршание крысиных тел и писк, прерываемый гоготом абреков у входа. Митрич подошел к щиту и сняв топор торопливо двинулся к аварийному выходу. Как он и предполагал там висел хлипкий замок. Тщательно примерившись Митрич одним ударом снес его и отодвинув задвижку торопливо распахнул дверь. В лицо ударил холодный, влажный воздух поздней осени. Ёжась и зябко переступая голыми ступнями по холодной земле, Митрич закинув топор на плечо двинулся вдоль здания.

Когда он подошел к углу, из двери черного хода выскочили нескольких абреков и что то заорали, указывая на Митрича пальцами. Им ответила другая группа джигитов, у соседнего здания. Миртич завернул за угол и рванул через площадь, к памятнику. Чертова туника из флага мешала бежать и Митрич сколько возможно задрал подол и придерживая его одной рукой рванул вперед ещё сильнее. Толпа абреков рванула за ним. Добежав до постамента памятника Митрич огляделся. Абреки бежали к нему с трех сторон, зажимая его в кольцо. Тут его взгляд остановился на здании городской админстрации, в одном из освещенных

окон прильнула к переплету черная фигурка и как показалось Митричу смотрела прямо на него которого. С непонятным для себя бешенством, Митрич потрясая топором заорал обращаясь к зловещей фигурке:

– Пелять и простипома!

Тут что тяжелое рухнуло на Митрича и наступила темнота.

9

Спасатели гуртом вышли к центральной площади.

– Пусто кругом. – Задумчиво сказала Баба-Яга. – Что то мне на сердце давит – не пускает дальше, а нам ведь на ту сторону надо.

Все остановились и посмотрели на противоположный край площади.

– А памятник где? – Удивлённо спросила Василиса.

В центре площади виднелся только пустой постамент. Ни памятника, ни его осколков нигде не было видно.

– Батюшки! Неупокоенного снесли! Энто завсегда так, когда новая власть приходит. – Авторитетно заявила Баба-Яга. – Помнится в первый раз такое видела, когда пресветлый князюшка капища древние громил и истуканов сбрасывал. Васька, а чего твои девки волнуются, али чего сказать хотят?

Василий задумчиво посмотрел на ангорок, тихо муркнул и принюхался:

- Они говорят, что там на углу дома что-то лежит и пахнет Митричем. Василиса ойкнула и галопом помчалась в указанном направлении. Возле стены валялся красный топор, какая то двухцветная тряпка и ...:

– Наша карточка, – дико взвизгнула Василиса вытаскивая помятую фотографию, подвешенную на длинной тесёмке, – он здесь был!

Баба-Яга подошла к кошке, нагнулась и подняла фотокарточку и внимательно всмотрелась в неё:

– Надож, и в правду наши молодожены. А то у меня сомнения были, не напутала ли чего Василиса?

– Я конечно дико извиняюсь, – произнёс Василий капризным голосом, косясь при этом на карточку, – но сюда кто-то идет, и этот кто-то не человек. – И развернувшись ткнул лапкой в направлении сквера. Баба-Яга с Василисой уставились на кота, а потом взглянули в указаном направлении. Из тени сквера выдвигалась темная массивная фигура примерно в два человеческих роста. Земля слегка подрагивала от тяжелой поступи чужака. Когда он вышел на свет стала видно, что это большая статуя, почему то с красным тряпичным шарфом на шее.

Баба-Яга удивленно ахнула, прижала ладонь ко рту и обернулась на пустой постамент в центре площади. Затем опять посмотрела на движущуюся скульптуру.

– Господи! Так это же Неупокоенный! Тяжелыми шагами памятник подошёл к ним, внимательно оглядев всю компанию и наклонив голову спросил рокочущим голосом:

– Кто скажет мне, кто я?

Баба-Яга переглянулась с Василисой, ангорки мягким шагами шмыгнули за спину статуи, а свин попятился назад. Кот Василий откашлялся и произнес:

– Разрешите пожалуйста мне.

Неупокоенный первёл взгляд на кота и кивнул.

Кот выпрямился и набрав полную грудь воздуха и выпалил:

– Вы самый человечный человек!

Памятник откинул голову и громыхающи захохотал, затем кивнул коту и сказал:

– Молодец!

Затем он повернулась и увидев пожарный топор, валяющийся на земле удивленно проскрежетал:

– Так вот он где, а я его везде ищу, – и нагнувшись поднял топор и покачав им в руке скептически произнес, – маловато будет.

Затем Неупокоенный повернулся и не обращая более внимания на собеседников двинулася в обход площади, помахивая топором. Василиса ошарашено проводила оживший памятник взглядом и двинулась следом. Остальные потянулись за ней.

Некоторое время все шли молча. Ангорки выдвинулись впереди группы, шевеля ушами и внимательно прислушиваясь к тяжелым шагам статуи. Первой молчания нарушила Василиса:

– Васька, а почему ты сказал ему что он самый человечный человек? Черный кот сердито насупился и ответил:

– Ты мне тут не васькай! Имей уважание к моему ученому званию! Василиса казалось проглотила что то язвительное и миролюбиво произнесла:

– Так всё таки Василий, почему? Кот снисходительного усмехнулся, остановился и пригладив лапой усы ответил:

– Девочка, но а кто же он ещё?

– Памятник Неупокоенному.

– Правильно – Неупокоенному. Но только это не памятник, а неизвестная ожившая сущность. Так почему бы мне этой сущности не сказать что-нибудь приятное? На всякий случай, чтобы не раздавила? Василиса хмыкнула:

– Логично, а вот…

В этот момент издалека грохнул голос:

– Кто скажет мне, кто я?

В ответ раздался вопль ужаса и крики:

– Шайтан, шайтан!

Впереди послышался стук, топот, вопли, воздух прорезали автоматные очереди и гулкие удары. Вся компания вздрогнула и присела. Василий припал к земле и прижимая подергивающиеся от звуков выстрелов уши к голове и прерывающимся голосом сказал:

– Вот видишь Василиса, я прав. Вежливость полезна и практична и впереди случилось наглядное доказательство этого.

Шум впереди быстро прекратился и большая черная фигура с красным шарфом на шее двинулась к центру площади. Подойдя к постаменту она уселась на землю и опустив голову на сложенные руки замерла, задав перед этим свой сакраментальный вопрос:

– Кто я?

Баба-Яга с кряхтение поднялась с земли и сказала:

– О-хо-хонюшки, не в моем возрасте уже этакую гимнастику делать! Давайти уж прямо к башне, пока энтот всех нелюдей разогнал.

Как только группа спасения Митрича во главе с Бабой-Ягой подошла к ухрюпинскому небоскребу из дверей на крыльцо вышел абрек и поклонившись произнес:

– Уважаемая, Вас и Ваших друзей ожидают.

– Это засада! – Тихо мявкнула Василиса.

А Баба-Яга хмыкнула и спросила:

– И кто это нас ожидает? Джигит закатил глаза под лоб, что то подсчитал на пльцах и ткнул одним пальцем вверх произнеся лишь два слова:

– Великий Каган!

Василиса в ответ хмыкнула:

– И кто же у нас теперь каган?

Вопрос повис в воздухе. В этот момент ангорки поднявшись на крыльцо и пошмыгнув мимо посланца заглянули в дверной проем. Затем резко обернувшись покачали головами. Василий, что то тихо прошептал Бабе-Яге и та распрямившись сказала посланцу:

– Никуда мы не пойдем. Если вашему кагану надо, пусть сам сюда выходит. И пусть захватит с собой похищенного хомяка Митрича. Иначе пусть пеняет на себя!

Посланец молча поклонился, развернулся и вошел в здание. На площади воцарилась тишина, которую нарушила Василиса:

– И что дальше?

– А дальше нам так и так не пройти. Так что пойдем "свиньей". – Ответила Баба-Яга и по её знаку свин встал перед группой.

Тут откуда то раздался гнусавый звук труб и на крыльцо хлынули абреки. Они выстроились с двух сторон в виде почетного караула, а ещё двое раскатали на крыльце белую ковровую дорожку. В дверях появился уже знакомый посланец и возвестил:

– Великий Каган!

Снова завыли трубы и из дверей вышел старый знакомый. Это был Ришелье. Стоящая у крыльца компания недоуменно выдохнула, а Василиса со смешком прыснула:

– Так это ж Кардинал! А Каган это повышение или разжалование?

Первым захихикал кот Василий, затем к нему с хохотом присоединилась вся компания. Ришелье нервно дернул щекой и подняв руку щелкнул пальцами. Стоящие абреки дружно грянули:

– Каган Акбар!

Но все благолепие разрушил одинокий выкрик за спиной Ришелье:

– Да здравствует Кардинал!

В толпе абреков раздался шум свалки и несколько смачных ударов по мягкому. Затем толпа раступилась и под ноги Ришелье бросили связанного абрека с окровавленым лицом, дико выпученными глазами и кляпом забитым в рот. Ришелье гордо поставив ногу на голову абрека и выпятив грудь заявил:

– Согласно воле своих подданных, я принял древний титул своего древнего народа и теперь являюсь Великим Каганом Ухрюпинского каганата.

После этого заявления толпа абреков снова завопила своё родное про каган акбар.

– Ухрюпинского каганата? А где тогда Кащей? – недоумённо спросила Баба-Яга.

Новоявленный каган недобро ощерился и произнес:

– Хватит ненужных разговоров и пустых вопросов. Приказываю вам выдать мне эту хвостатую девку, – Ришелье пальцем ткнул на Василису, – и тогда может быть я вас всех помилую.

– Ты кого это девкой назвал? – Зашипела Василиса и прижав в уши двинулась вперёд.

Ангоки зашипев, присоединились к Василисе и троица мягко двинулась в сторону новоявленного кагана. Баба-Яга наклонилась и почесав за ухом у борова несильно толкнула его вперед. Свин радостно взвизгнул и опережая кошек кинулся вверх по ступенькам, врезавшись в строй абреков. Несколько из них как кегли повалились на крыльцо, но с проклятиями тут же вскочили обратно. Свин недоуменно хрюкнул и попятился назад. Ришелье внимательно проследив за атакой и дождавшись окончания инцидента, кивнул сам себе и со злорадной усмешкой повернувшись к стоящей перед крыльцом Бабе-Яге с ехидцей осведомился:

– Что старая, не вышло? – Затем повелительно махнул рукой и указывая на своих собеседников скомандовал абрекам. – Взять их!

10

Первым сориентировался кот Василий, истошно завопив:

– Отступаем!

После чего лихо рванул к центру площади. Ангорки ощерясь и шипя на абреков попятились за ним. В этот момент Ришелье бросил своим подчиненным:

– Схватить Василису. Поймавшему от меня награда, – затем указав на свина добавил, – а этого взять живым и отправить на кухню. Я позднее сам им займусь, – и плотоядно посмотрел на борова.

Часть абреков кинулись за Василисой, а остальные набросились на боровка. Свин завизжав от ужаса сначала заметался, но случайно или просчитав свой единственный шанс, как торпеда ринулся на абреков. Баба-Яга перекинула Василисе карточку и крикнула:

– Беги девка, беги. – В то же время что-то судорожно искала у себя в одежде.

Василиса схватила карточку за тесемку и вприпрыжку побежала к памятнику, догоняя Василия.

В это время на крыльце творилось что-то невообразимое. Свину грозно завизжавшему на совершенно дикой ноте, каким-то чудом удалось расшвырять кинувшихся к нему абреков. От оглушительного визга они на мгновение остановились и свин воспользовавшись моментом свалил с крыльца по боковой лестнице. Часть очухавшихся абреков кинулись за ним. Этот свинячий манёвр дал несколько секунд Бабе-Яге, которая наконец то выудила откуда из под одежды старый мобильник. Сосредоточено хмурясь она нажала кнопку и отрывисто бросила в телефон:

– Помогайте ребята. Зачем Баба-Яга перехватив поудобнее метлу и стала отмахиваться от слишком настырных абреков, отступая от крыльца и бубня себе под нос:

– Обижают старую бабушку. И заступиться то некому.

На границе площади вдруг появились собаки и кошки. Разношерстная стая домашних животных становясь всё больше и больше приближалась к постаменту. Вперед вырвались три здоровенных пса и вдруг в какой то момент их силуэты размазались, подернулись дымкой. Впереди стаи шли три мушкетера, сжимавшие в руках шпаги. Баба-Яга оглянулась и радостно сказала:

– Ну наконец-то, … продержались.

Бежавшие за Василисой абреки почти настигли её, но тут им под ноги с мявом бросился кот Василий, вместе с ангорками описавший по площади полукруг. Возникла куча мала, к которой успели мушкетёры преграждая путь абрекам. А Василий миновав возникшее препятствие со всех лап кинулся к бабке.

Тяжело дыша Василиса запрыгнула на сидящую скульптуру. Картонка ударила по руке Неупокоенного. Он инстинктивно перехватил фотокарточку и удивленно уставился на неё:

– Пелять и Простипома?

Василиса окаменела от изумления, а затем осторожно мявкнула дрожащим голоском:

– Митрич?

Неупокоенный перевел взгляд на кошку, потом грустно улыбнулся и покачав головой сказал:

– Ты ошиблась, сестрёнка.

Затем он осторожно ссадил с себя кошку и медленно двинулся в сторону крыльца размахивая топором в одной руке и фотокарточкой в другой, вопрошая при этом:

– Кто мне скажет, кто я? Василиса вприпыжку двинулась за скульптурой, подпрыгивая и жалобно вопрошая:

– Дяденька отдайте фотографию. В этот момент в бой вступила неожиданная сила. Сбежавший боров вернулся во главе целого стада свиней, которое с тыла прошлось по неприятелю. Опрокинутые в буквальном смысле этого слова абреки стеная и проклиная всех и вся кинулись к крыльцу. Началась свалка, в которой наступающие животные рвали, топтали, кусали, царапали бывших гвардейцев Кардинала, загоняя их на крыльцо и дальше к входу в здание. Все крыльцо, и особенно белая дорожка оказалась заляпана свиным навозом. Ришелье, до этого неподвижно стоявший на ней и наблюдавший за сражением, куда то исчез. Мушкетеры и отряд свиней не давали абрекам выйти из дверей.

Никто и не заметил, как сзади на площадь хлынула стая серых крыс.

– Что? Справились с маленькими. – Раздался укоризненый голос Кащея.

Баба-Яга и кот Василий с ангорками резко обернулись назад. Кащей стоял в нескольких шагах от них, у его ног сидели белая кошка и рыжий кот, а сзади шевелилось серое море крыс.

Увидев белую предательницу, ангорки зашипели и двинулись к ней. Кащей иронично взглянул на эту парочку и спокойно заметил:

– С моей кошкой я думаю вы справитесь, а вот кто хочет помериться силой со мной?

– Я хочу. – Раздался гулкий голос за его спиной. Кащей медленно обернулся и картино приподнял одну бровь. До этого медленно двигающийся Неупокоенный ускорился и с непреклонность бульдозера двинулся к Кащею. Крысы прыскали из под его ног во все стороны, но периодически раздавались чавкающиеся звуки и брызги крови разлетались по сторонам. Кащей оскалился и смерил взглядом приближающуюся к нему фигуру:

– Так-так и кого это несёт? – Тут его взгляд сфокусировался на фотокарточки с тесемкой, которую памятник до сих пор сжимал в левой руке. – Какая знакомая вещица! Не передадите ли вы мне её, уважаемый? Неупокоенный проигнорировал заданный вопрос и остановившись сам обратился к Кащею:

– Скажим мне, кто я?

– Истукан ты каменный. – Равнодушно бросил Кащей. – И твоё место вон там! – продолжил он пальцем указывает на постамент. Затем Кащей неожиданно свистнул и продолжил:

– А ну слуги мои верные, слуги мои серые. Принесите ка мне карточку от истукана каменного.

Крысы как волна захлестнули скульптуру. Они карабкались друг на друга, пищали, толкались и падали, но очень быстро волна захлестнула руки памятника и какая то шустрая крыса перегрызла тесемку, которую сжимала рука Неупокоенного. Крысы отхлынули от скульптуры и карточка оказалась у Кащея. Неупокоенный вдруг качнулся вперед и нанес сильнейший удар. Но Кашей легко увернулся, продолжая рассматривать фотографию. В этот момент ангорки атаковали предательницу и её спутника – рыжего кота. Визжащий рыже-белый клубок подкатился и ударил сзади под коленки Кащея. Кащей пошатнулся и упал, это спасло его от второго удара Неупокоенного. Памятник шагнул вперед и его нога начала опускаться на лежащего Кащея.

В этот момент кот Василий, переживая за своих подружек, завопил:

– Бей их!

Стая домашних животных, до этого стоящая неподвижно и только шипя и рыча на крыс, кинулась вперед. Крысы не дрогнули и ринулись им на встречу. Началась всеобщая свалка.

Видя опускающуюся на него ногу Кащей дико завизжал:

– Нееет! – И рванул фотокарточку наискосок.

Внезапно Неупокоенный остановился и застыл. Мушкетеры вдруг исчезли, превратившись в больших собак, свиньи завизжали и испуганно заметались и только домашние кошки и собаки, во главе с Василисой продолжали сражаться с крысами. Из дверей небоскреба опять полезли абреки, а Ришелье степенно вышел на изгаженную дорожку и остановился, наблюдая за Кощеем.

Кащей вскочил на ноги и удовлетворённо произнёс:

– Ну вот и конец Пеляти с Простипомой. – Затем бросил крысам. - Добивайте этих домашних – они ваши, а Василису ко мне – живьём!

Кащей призывно махнул рукой Ришелье, приглашая его подойти и повернувшись к Бабе-Яге сказал:

– Убирайся из моего города старуха, пока я добрый и можешь забрать своего никчемного кота.

Баба-Яга фальшиво оскалилась и спросила:

– Ведь ты Кащейюшка пока ещё не бессмертный? Иначе зачем тебе Василиса?

А кот Василий получивший по морде и вывалившийся из боя, отирался у ног бабки услышав последние слова и обиделся:

– Это почему это я никчёмный? Я очень даже к чёмный! И верните мою цепь, жулики! Девочки идите сюда!

Последний посыл остался без ответа. Ангорки шипя отступали к Бабе-Яге от бело-рыжей парочки, поддерживаемые не менее чем десятком крыс. Крысы откуда то пригнали борова и тот повизгивая прижался к ногам бабки. Кольцо окружение замкнулось.

– Ну вот и славненько, – потёр ладошки Кащей, – сейчас приведут эту драную кошку Василису и мы окончательно и решим этот вопрос бессмертный я или нет.

В этот момент сверху раздался тоненький, едва различимый писк:

– Пелять и простипома!

Сверху, используя медицинскую маску как пароплан, на Кащея пикировал хомяк Митрич.

11

Тонкий писк хомяка никто не услышал, только Василиса, которая нервно вздёрнула голову и уставилась вверх.

– Нет Митрич, нет! – Прошептала она. – Улетай, спасайся!

Но Митрич её не слышал и продолжал пикировать на Кащея. Момент, когда Василиса отвлеклась от боя, дорого ей обошелся. Крысы сумели оттеснить её от основного ядра всё ещё сражающегося отряда и потащили к Кащею.

К такому необычному появлению хомяка привел ряд событий. После событий у памятника, очнулся Митрич от равномерного покачивания. Кто-то тащил его за загривок, больно придавив шкурку. Стараясь не показать, что он очнулся, хомяк сколько возможно скосил глаза, принюхался и убедился, что этот некто был рыжим, причем рыжим котом. Естественно было предположить, что этот рыжий кот старый знакомый Асмодей, прихвостень для особых поручений Кардинала и Кащея. А учитывая, что кот задолжал Митричу как минимум пару пинков ногой, Митрич предпочел и дальше изображать из себя бессознательную тушку. Путешествие долго не протянулось. Вскоре кот проскользнул в приоткрытую дверь и зайдя в кабинет запрыгнул на стол, небрежно бросив тельце хомяка перед сидящим человеком.

– Так-так, – раздался удовлетворенный голос Кардинала, – ты его всё-таки нашел. Очень хорошо! Теперь Асмодей слушай внимательно.

Ришелье встал и подошел к окну, уставившись на площадь. Кот, вслед за человеком, перебрался со стола на подоконик и тоже уставился в окно. Немного помолчав Кардинал продолжил:

– Нам нужна кровь Кащея. Хотя бы самую малость. Тебе надо будет до крови укусить или оцарапать его, это понятно? Можешь привлечь свою подружку. – Ришелье искоса взглянул на кота. Тот поднял голову и взглянув в глаза человека – кивнул. Кардинал замолчав опять уставился в окно. Хомяк осторожно пошевелился и посмотрел на собеседников. На фоне окна виднелись два силуэта. Надо валить, пока не съели, мелькнула в голове у Митрича сумасшедшая, но такая правильная мысль, и он осторожно двинулся к краю столу, намереваясь десантироваться сначала на кресло, а потом на пол. Но на краю стола Митрич остановился, так как речь зашла об очень интересных вещах.

– Кровь рода Кащея, – задумчиво продолжил Ришелье, – этот глупец не знает какую мощь она имеет. Он заигрался с превращениями и даже не подозревает, что скажем, этот хомяк, – Кардинал качнул головой в сторону стола, – может вернуть свой истинный облик всего лишь попробовав её. Но нам с тобой надо несколько иное Асмодей. – Ришелье снова взглянув на кота и потрепал его рукой по голове.

Кот тихо мяукнул и лизнул руку Кардинала. Митрич понял, что они сейчас вернуться к столу и спрыгнул на кресло, а оттуда на пол. Увидев чернеющее отверстие между плинтусами в углу он метнулся к нему и скрылся в дырке. Митрич еще услышал удивленный возглас Кардинала: "а где хомяк?", но уже не видел как оба собеседника ухмыльнулись и переглянулись друг с другом.

Сколько времени Митрич блуждал по переходам, обходя крыс и пугаясь собственной тени он так и не вспомнил. Но наконец то ему удалось выйти к какому то балкону и посмотреть вниз. На площаде шла большая драка с участием его друзей. Митрич растеряно огляделся и увидел старую медицинскую маску, валяющуюся на полу. Гениальная мысль зародилась в его голове. Он зацепился за тесемки маски и с воплем "пелять и простипома" ринулся вниз.

Кащей повторно ещё раз повелительно махнул рукой Ришелье. Тот ускорился и рысью подбежал к нему.

– Где хомяк? Крысы видели, что Асмодей нёс его к тебе. И что это за глупость с Великим Каганом?

Кардинал недоумённо пожал плечами:

– Почему глупость? Моим слугам это обращение привычнее, вот и всё. А хомяк сбежал, выглядел полудохлым, а только я отвернулся – он и сбежал. Такая вот незадача, – развёл руками Ришелье, нервно поглядывая в небо.

Кащей раздражённо дернул щекой, но тут крысы приволокли и бросили к его ногам Василису. Израненная кошка лежала и шипела, с ненавистью глядя на Кащея.

– Вот и прекрасно! – Кащей придя в превосходное состояние духа довольно ощерился глядя на Василису. – С тобой я потом поговорю, – кинул он Кардиналу, – А сейчас продолжим! – И достал из кармана фотокарточку.

Дальше события понеслись вскачь. Ришелье бросив внимательный взгляд вверх подмигнул рыжему коту. Тот кивнул и переглянувшись со своей белой подружкой вцепились в руки Кащея обдирая их в кровь когтями и зубами. Кащей завопил и принялся отдирать от себя взбесившихся кошек, уронив карточку. Кот Василий кинулася к ней, но Кардинал стоял ближе и успел схватить фотографию. Терзавшие руки Кащея звери отцепились от него и зашипели. Кащей попытался взмахнуть руками и что то сказать, но руку перехватил Ришелье и вытащив платок стал вытирать кровь, приговаривая:

– О мон шер! Что приключилось с этими неблагодарными зверями? Они будут наказаны! - И отступил, оставив платок и карточку при себе. Кащей, не обращая внимания на Ришелье, бешеное вращая глазами завопил:

– Да я сейчас этих тварей… В этот момент Митрич завершил свой затяжной прыжок, приземлившись на плечо Кащея. Тот непроизвольно дернулся, но хомяк кинулся к обнаженной шее и укусил её до крови и завопил:

– Пелять и простипома!

Окружающая их толпа с удивлением увидела как маленький хомяк превращается в человека, а грозный Кащей в маленького хомяка. Через несколько секунд на земле лежал голый Митрич, а на нем сидел хомяк. Василиса с диким мявом прыгнула на грудь Митрича и перекусила хребет грызуну. Митрич сел и прижал к себе кошку, которая держала в пасти безжизненное тельце хомяка.

Ришелье со странной улыбкой пятился к крыльцу под защиту своих абреков, держа в руках окровавленный платок и фотокарточку. К его ногам жались рыжий кот и белая кошка. Баба-Яга решительно двинулась к Кардиналу.

– А ну отдавай карточку, колдун! – Воскликнула она, грозно потрясая метлой.

Боров захрюкав двинулся к абрекам не сводя с них пристального взгляда, в котором плескалась первородная ненависть. Абреки слегка попятились назад, оставляя Кардинала впереди себя.

Ришелье вежливо улыбнулся и продолжая пятиться, произнес:

– Увы мадам, это никоим образом невозможно.

Затем он перехватив карточку, расправил платок и начал оборачивать фотографию. Абреки двинулись было вперед, но Баба-Яга пронзительно свистнула, хряк рванулся к ним и те опять попятились. Баба-Яга сильно наклонившись ударила Кардинала метлой по рукам. Ришелье выронил карточку с платком и к ним молча бросился кот Василий с ангорками. Рыжий Асмодей с белой предательницей ринулись им навстречу. Ангорки оттеснили бело-рыжую парочку, а Василий сумел схватить платок с фотографией и отступил к Баба-Яге под защиту метлы. Старуха с кряхтением нагнулась и забрала у кота добычу. Развернув фотокарточку она внимательно посмотрела на неё, осторожно стерла краем одежды пятнышко крови на карточке и рванула её посредине, отрывая кошку Василису от хомяка Митрича.

Вдруг сзади раздался пронзительный девичий визг. На коленях у Митрича сидела обнаженная девица и дико визжала глядя на гигантскую крысу. Убитый Василисой хомяк ожил и превратился в гигантского крыса, который с ненависть глянув на Митрича с Василисой, развернулся и кинулась вдогонку за Кардиналом. Ришелье увидев это бросился бежать. Баба-Яга что то судорожно искала по карманам, но ничего не найдя крикнула:

– Васька, тащи зажигалку.

Кот не понимающий уставился на Бабу-Ягу. Та потрясла платком и сказала:

– Это надо сжечь.

Кот понимающий кивнул и что-то мяукнул своей ангоркам. Те бросив ненавидящий взгляд на свою бывшую товарку и разбежались в разные стороны. Кот же Василий зашипев, выгнулся и боком двинулся к противникам. В это время большой крыс настиг Ришелье и прыгнул к нему на плечи. Кардинал завопил и упал. Крыс терзал человека, время от времени отрываясь и роняя окроваленные слюни на Ришелье. Свин гонял абреков, а те при прикосновении осыпались чёрным прахом, уцелевшие же стали разбегаться в разные стороны. Крыс наконец то бросил тело человека и развернувшись внимательно уставился на Митрича с Василисой. Парочка ничего не замечала. Василиса что-то горячо говорила Митричу, время от времени прерывая свою речь слезами и поцелуями. Баба-Яга судорожно вздохнула и размахивая метлой двинулась на крыса. Откуда-то со стороны выскочила одна из ангорок держа в пасти газовый зажигалку. Баба-Яга обрадовалась и со словами:

– Умница ты моя, – поднесла огонек к платку.

Мокрый от крови платок загораться не хотел. Но как только первые языки пламени лизнули платок, крыса перекорежило и он дернувшись кинулся к Бабе-Яге. Платок загорелся сильнее, но крыс был уже рядом. Сбив с ног старуху он перехватил пастью горящий платок. Громадный крыс дернулся, на мгновенье показалась призрачная фигура высокого тощего человек, а затем гигантский крыс превратился в маленькую крысу, которая недоуменно что-то пискнула и убежала. Её никто не преследовал.

В это время кот Василий, проигрывал сражение рыже-белый парочке. Баба-Яга в сердцах ругнулась:

– Да чтоб вас! – И кинула в них метлу. Метла извернувшись со всего маху упала на рыжего кота, потом тут же подскочила и ударила белую кошку, и с чувством выполненного долга вернулась к Бабе-Яге. На месте рыжего кота и ангорки сидели крысы — рыжая и белая, очумело крутящие головам, в окружении серых товарок.

***

На этом месте Митрич проснулся. Прижавшись к нему тихо сопела жена Василиса. Он осторожно встал, стараясь не потревожить любимую, и подошел к окну прижавшись лбом к холодному переплету. Перед домом сидели три крысы. Одна покрупнее - серая, вторая белая, а третья рыжая.

– Пелять и простипома, – только и смог вымолвить Митрич.