От чего плачут драконы

Глава 1

Дети первыми обнаружили драконов. Вернее, не самих ящеров, а кладку их яиц.

Король Долины ранней весной гостил с сыновьями и маленькой дочерью Зи́ей у Короля Горных Пастухов. Взрослые пили кислое овечье молоко, разбавленное водой из горных источников, ели лепешки с вяленым курдючным жиром и рассуждали, как славно живет мир, даром что некогда великая империя распалась на множество королевств; как хорошо, что никто ни с кем не воюет, если споры возникают, то решаются мирно на ежегодных Советах; как радуется душа, что никто не голодает, а если в одном королевстве случается неурожай, то остальные приходят на помощь. Во всем белом свете тишь, гладь, благодать. Слава Богу за все!

Взрослые вели разговоры, а дети наелись загустевшего кислого молока, заскучали и отправились на поиски приключений. Пастуший принц Ша́ста, всего семи лет от роду, но смекалистый и юркий, предложил показать тут поблизости место, где сошла лавина и обнажила пещеру.

Пока остальные дети исследовали расщелину, принцесса Зия засмотрелась на заваленный снегом каменный козырек над входом. И померещилось ей, что там, внутри белого кома, что-то темнеет. Она тут же решительно вскарабкалась наверх. Внизу топтался Шаста: на год старше принцессы, он был на голову ниже нее и не мог подтянуться на валун. Зия протянула ему руку. И вскоре они дружно раскапывали снег подручными палками.

Темное пятно оказалось громадным гнездом, а в нем лежали диковинные разноцветные яйца.

— Какие большие! — удивилась Зия. И вдруг догадалась: — Не иначе драконьи!

Как всякой начитанной, пусть и маленькой еще, принцессе, ей очень хотелось встретить настоящего живого дракона. А они куда-то подевались. Уже лет триста, а может даже пятьсот, о них не было слышно. Исчезли драконы из этого мира.

— Холодные. Замерзли, — огорчился Шаста, взял одно яйцо и, недолго думая, сунул за пазуху.

Принцесса последовала его примеру.

Осторожно, стараясь не раздавить добычу, они спустились. Вынули находки, чтобы рассмотреть, — а яйца в их ладонях… стали трескаться!

— Вон там, — показал рукой Шаста подбежавшим детям, — драконьи яйца!

Конечно же, все захотели себе такую диковинку.

В то время как остальные яйца только покрывались трещинками, из тех, что согрели Шаста с Зией, уже вылупились крошечные, слепые, беспомощные, смешные дракончики с мягкой чешуей и небольшими крылышками.

Радостно вопя, дети помчались показывать находки взрослым.

— Даже драконами благословен наш век! — восхитился Король Долины и разрешил дочке забрать своего ящера домой, предупредив, что заботиться о питомце она будет сама.

Однако оказалось, что ни убирать за драконом, ни кормить его не надо. Мало того: непонятно, что он ест, а растет не по дням, а по часам. На третий день открылись глазки, через неделю окрепли крылышки, а через месяц ящер достиг размера теленка и со свистом рассекал воздух над дворцом перепончатыми крыльями и даже пускал небольшое пламя.

Огня взрослые испугались, но дети заверили, что справятся. Так что единственное, что нужно было делать Зие, — учить дракона, когда и где можно извергать пламя. Ящер оказался умным и легко усвоил, что на дома дуть огнем нельзя, на поля — нельзя, на людей — нельзя, разрешено только вверх, в небо. Хотя Зие казалось, что на самом деле дракон шалит и сам учит Зию вовремя командовать: «Нельзя!» Если Зия запрещала пускать пламя, морда у дракона становилась очень довольной, и принцесса покатывалась со смеху. Улыбался и ящер. По крайней мере Зия уверяла, что беззубый оскал похож на улыбку.

Со временем и у принцессы, и у других детей драконы настолько подросли, что им потребовался простор. И они, к облегчению родителей, улетели в горы. Дети скучали.

Но вскоре ящеры вернулись и закружили над озером. На первом сидел Шаста: он додумался оседлать дракона! Началось новое развлечение — когда ящеры прилетали, дети катались на них. Сначала низко над водной гладью, потом, освоившись и осмелев, — выше и выше, быстрее и быстрее.

Спустя некоторое время дети придумали устраивать состязания, кто первым пролетит до дальнего берега озера и обратно. Вся ребятня из королевств бывшей империи после вылазок в горы обзавелась драконами, и соревнования переросли в большой общий праздник королевств. Жаль только, что драконы улетали в горы на всю зиму и не появлялись до теплых деньков. Дети скучали и с нетерпением ждали весны, а с ней — возвращения крылатых любимцев.

***

На свое десятилетие принцесса Зия получила великое множество подарков. Но самый долгожданный — от отца с братьями: легкие, из специальной шершавой кожи, сапожки. Очень удобные для полетов на драконе. Они не скользили по серебристой гладкой чешуе.

Хотя драконы ни разу не причинили детям вреда и не уронили ни одного ребенка, беспокойные взрослые все придумывали и придумывали снаряжение для безопасности и удобства маленьких наездников.

А мастера всех королевств трудились над изготовлением этих замечательных вещичек, отложив игрушки, которые уже успели потерять у детей популярность. Шершавые сапожки — последняя новинка.

Принцесса так радовалась подарку, что Король, глядя на довольную дочку, чуть не забыл вручить ей еще кое-что.

— Только что передали сверток. От Короля Горных Пастухов и его сына Шасты.

— Уздечка?! От горных мастеров? Ах, папочка, я теперь самая счастливая на свете! — Зия опоясалась уздечкой, обернув затейливую веревку вокруг себя несколько раз, и закружилась на месте.

Уздечки эти не были в новинку. Для беззубых драконьих десен никакой сложной упряжи не требовалось. Годилась обычная веревка. Дети в отсутствие драконов носили уздечки как пояса, чтобы все видели: идет юный наездник! Поэтому их без конца совершенствовали — делали прочнее и красивее. А лучшая упряжь производилась в горных королевствах.

— Шаста на своем Орлике самый быстрый, но сегодня мы с Джиной обязательно их перегоним! — заявила принцесса и спросила: — Ты знаешь, чем отличаются мальчики от девочек?

— Э-э-э… — Король слегка смутился и оглянулся в поисках жены (пусть она отвечает на такие вопросы).

— А я догадалась! — заважничала Зия. — Я наблюдательная! У мальчиков гребень растет от хвоста через все тело чуть ли не до носа и топорщится на макушке. А у девочек — заканчивается на шее и вовсе не растет на голове.

— О! — удивился Король и не нашел что сказать.

— Есть и еще отличия, но это — самое главное! Я перелистала все книги о драконах в библиотеке, и ни в одной из них о гребнях не говорится. Когда я вырасту, обязательно напишу об этом. Может даже, я к тому времени пойму, что едят драконы!

Хотя Короля тревожили последние новости (относящиеся, собственно, к драконам) и ему было не до смеха, ушел он на заседание улыбаясь.

***

Еще четыре года назад Совет постановил: несмотря на то что обледеневшие гнезда с драконьими яйцами обнаруживаются только в Королевстве Горных Пастухов, следует разрешить всем детям бывшей империи искать гнезда и отогревать найденные в них яйца. Пусть помогают вылупляться дракончикам.

Находкой заинтересовались заморские королевства и начали просить продать им яйца или ящеров. Пришлось постановить: за пределы бывшей империи ни яиц, ни драконов не отдавать во избежание нанесения ящерам вреда. А то первый вопрос заморских дельцов всегда звучал так: «Получается ли добыть бесценный камень «Слеза дракона»?

«Раз драконы появились у нас, — решил Совет, — мы отвечаем за их безопасность. Если им самим вздумается улететь в другие страны, пусть летят. А сейчас кто захочет — приезжайте, смотрите, катайте своих детей, но и только. Драконы не предмет продажи!»

Впрочем, как добывать бесценный камень, никто даже не знал: в книгах не было написано ничего кроме того, что слеза плачущего ящера затвердевала и что оценить ее никто не смог.

Только зачем заставлять живое существо плакать? Никакой камень этого не стоит! Так и записали на Совете. Так и отвечали на предложения.

Всего лишь один заморский король прислал своего сына, четырнадцатилетнего принца Хантерю́ка, изучать драконов на месте, что Совет ему с радостью и позволил. Остальные королевства неожиданно стали разрывать торговые договоры, завышать цены на свои товары, всячески пытаясь принудить народы стран Совета роптать на постановление о драконах.

Вот и сегодня Король Взморья заявил, что «из-за этих дурацких ящеров» у его купцов не взяли на обмен яблоки, — значит, купцы не смогли получить мандарины. А какое Рождество без запаха мандаринов?! Это же вовсе не Рождество!

Король Долины вздохнул про себя, что суть праздника совсем не в мандаринах, — без них как раз можно обойтись. Умеют же люди подменить суть мандаринами!

— Вообще-то все гнезда обнаруживаются в Королевстве Горных Пастухов, ему бы и решать, — заметил с досадой (как бы не от того, что не в его стране обитают драконы) Король Очень Дальних Гор. — А мы все были бы с мандаринами для детей на Рождество.

«За рыбу гроши, — совсем не по-королевски подумал Король Долины. — Ящеры радуют детей (стало быть, и родителей) куда больше тех мандаринов».

Хорошо, что тут же отозвался Король Горных Пастухов, тоже совсем не по-королевски:

— Баста! Мы решили все еще четыре года тому назад. Драконы не продаются!

Но на этом распустить Совет не удалось, хотя многие короли поглядывали в окно: дети, разминаясь перед соревнованиями, уже вовсю носились в небе на своих драконах. Король Взморья передал на рассмотрение бумагу:

— Поступил анонимный донос: принц Хантерюк не является сыном заморского короля! То есть он не имеет права здесь находиться.

— Он незаконный сын или вообще не сын? — заинтересовался Король Очень Дальних Гор.

— А такой приятный молодой человек! — огорчился Король Заозерья.

Совет зашумел, обсуждая письмо.

Глава 2

***

Соревнования тем временем начались.

— Спасибо за уздечку! Я тебе тоже придумаю замечательный подарок на день рождения! — пробежала мимо Шасты с Орликом Зия. Ей не терпелось вскочить в седло.

Она не расслышала, что крикнул ей Шаста.

Джина летела стрелой. Зия забыла обо всем на свете, так здорово было нестись над водной гладью, подставляя лицо ветру. Под ними тянулась цепь скалистых островков на озере — значит, пролетели треть пути.

— Хрусть! — раздался звук рвущейся материи.

Или принцессе он только почудился? Но внезапно ослабла узда. Еще миг — и в руках оказались обрывки веревки, Зию откинуло назад. Джина, почувствовав неладное, взмахнула хвостом, не давая принцессе слететь со своей спины. От такого движения дракона Зию бросило вперед. Теперь Джина подняла голову, не давая наезднице упасть с этой стороны, и одновременно притормаживала. Принцесса попыталась схватиться за шею дракона. Обрывки уздечки полетели вниз, на скалы островка. Хорошо, что шершавые сапожки не давали Зие соскользнуть туда же. Вдруг принцессу с драконом накрыла тень. Орлик?!

— Держи! — перекричал ветер Шаста.

У Зии перед носом качнулся маятником конец веревки. Принцесса вцепилась в нее, Орлик стал делать круг, Шаста держал второй конец. Догадливая Джина открыла пасть, поймала веревку и сжала ее челюстями. Тогда Шаста кинул принцессе второй конец уздечки.

Зия даже испугаться не успела, так быстро все произошло. Джина изо всех сил махала крыльями, догоняя остальных участников, и даже опередила некоторых.

Когда они с Джиной долетели до финиша, Шасты там не оказалось. Но он и раньше не любил ждать окончания состязаний, всех этих подсчетов баллов и времени, потом чествований, когда каждому достается подарок или медаль…

Ничего, Шаста наверняка уже во дворцовой библиотеке — роется в книгах о драконах. Зия успеет его поблагодарить. И происшествие вылетело у нее из головы.

***

Тем временем на Совете Король Долины, нетерпеливо поглядывая в окно, уточнял:

— А какое нам, собственно, дело до того, чей сын принц Хантерюк? Согласно закону, любой заморский житель может остановиться в Королевстве Горных Пастухов и изучать драконов.

Король Горных Пастухов, которого происходящее за окном занимало не меньше, закивал.

— Кстати, я вспомнил! Год назад принц Хантерюк предоставлял верительную грамоту, где он был назван королевским сыном, — хлопнул себя по лбу Король Долины. — Все, спорить не о чем!

— Ну уж нет, давайте проверим! — воскликнул Король Взморья.

Его поддержало несколько других королей: надо и грамоту найти, и послать запрос за море. На том и порешили.

— Нужно ли принять по отношению к принцу какие-либо меры? — уточнил Король Долины.

На него замахали руками, мол, зачем? Король пожал плечами. Разве такие вопросы они решали на Советах в прошлом? Но слава Богу за все.

На выходе из зала совещаний он поблагодарил Короля Горных Пастухов за подарок.

— Какой подарок? Мы хотели вручить его принцессе вечером. Неужели Шаста отдал без меня, забыл, о чем договорились? Нас так замучили с ящерами, поневоле все забудешь! То просили, теперь угрожают.

Сперва хотели купить, а теперь заявляют, что драконы принадлежат всему миру. Я иногда начинаю верить, что у нас нет прав на ящеров, и сомневаюсь, что поступаю правильно, не разрешая увозить яйца.

— Ну смотри: их мандарины нам не принадлежат, — усмехнулся Король Долины.

— Но они затратили труд, выращивая плоды, могут продавать или менять. А нам драконы достались даром, — повторил доводы иноземцев горец.

— Кому-то даром достались целебные воды. С нами не делятся. А тут — живые существа! Доверчивые! Беззащитные!

— Вот-вот. Между прочим, ни один заморский торговец или путешественник, кроме славного принца Хантерюка, не спросил, чем драконы питаются. Всех интересует только камень «Слеза дракона». А Шаста убежден: если бы драконы хотели, они улетели бы за море. Значит, не хотят!

Они оба повеселели и, смеясь над тем, что благодаря ящерам ребятишкам теперь ничего не надо, кроме уздечек и сапожек, быстрым шагом прошли в королевскую ложу, надеясь застать хотя бы часть соревнований, а затем поздравить героев дня — детей.

***

После церемонии Зия не отправилась сразу во дворец, а решила немного побыть с Джиной. Совсем скоро дракон улетит зимовать в горы на долгих два месяца. Они, ящер и принцесса, устроились на жухлой осенней травке за линией финиша.

— Скажи, почему я тебя так люблю? — дурачилась Зия. — Ты даже не пушистая, и тебя не потискаешь!

Джина покосилась на нее змеиным глазом, потом придвинула морду поближе. Из ноздрей шел теплый пар. Зия ласково погладила ее по носу:

— Как жалко, что ты не умеешь разговаривать! Ты бы мне рассказала, что едят драконы.

Джина подняла морду и дунула пламенем вверх, только в небо, чтобы никого не обжечь, как строго учила ее в детстве Зия (или это она учила принцессу?). В сторону солнца. Из пасти тут же закапала слюна. Зия вытерла морду любимицы пучком травы и прижалась к драконьей щеке:

— А это я уже знаю. Вычитала в книжке, почему ты такая слюнявая, — чтобы огонь тебя не обжигал внутри. Эх, Джина, Джина. Повезло же Шасте…

— Почему повезло Шасте? — раздался голос.

Над ней, заложив пальцы за лацкан, стоял и мило улыбался принц Хантерюк.

Выглядел он нескладно, как любой подросток, у которого то руки растут быстрее остального, то плечи неожиданно раздаются вширь. Но Зия не находила его смешным, она даже позавидовала таким длинным рукам: с ними и узды не надо, вполне можно обхватить молоденького ящера за шею.

Принцесса подскочила, за ее спиной любопытная Джина подняла голову и повернула ее по-птичьи боком, чтобы лучше видеть Хантерюка.

— Потому что Шаста катается на драконах круглый год. А от нас они скоро улетят в горы, — ответила Зия.

— Ах, ну да, — посмотрел на нее в упор принц. — Они улетают на зиму, как перелетные птицы.

— Они и на ночь улетают в горы, там больше места, — доверчиво пояснила Зия.

Почему бы не пояснить, Хантерюк тоже помешан на драконах, он участвовал в прошлом году в соревнованиях, чем завоевал ее расположение.

Принцесса вдруг застыла от неожиданной мысли:

— Странно!

— Что?! — вздрогнул от испуга Хантерюк.

— Перелетные птицы улетают в теплые края, а драконы в — горы! Почему? Там же зимой холоднее, чем у нас!

— Гм, и почему? — поднял бровь принц.

— Я не знаю… Может, потому, что там живут самые добродушные люди в мире?

— Тоже мне причина! И не факт, что люди там самые добродушные. Скудная жизнь среди камней и овец совсем не предполагает доброты. О, какой у тебя замечательный пояс-узда! Откуда? — принц впился взглядом в пояс.

Зия зарделась от похвалы и смущенно прошептала, что это Шаста подарил на день рождения. Вспомнила, при каких странных обстоятельствах она получила этот пояс, — в полете, когда предыдущий порвался, но рассказывать ничего не стала. Слишком много надо объяснять, а она сама еще не разобралась, что произошло.

— А, день рождения, сочувствую, — принц действительно смотрел с сожалением. — Взрослеешь, бедняжка.

— Да что тут плохого?! Я хочу повзрослеть! — Зия даже ногой притопнула, чего принцессе делать никак не полагалось.

— И больше никогда не оседлать дракона? — печально-бархатным голосом поинтересовался Хантерюк. — Ты разве не заметила, что взрослые никогда не катаются верхом на драконах? Не задумывалась, почему?

— Почему? — опять перешла на шепот принцесса.

И правда, почему взрослые не катаются на драконах?

Принц серьезно смотрел на собеседницу. Вздохнул:

— Потому что взрослые — другие! Они ведут себя иначе, чем дети! Они женятся или выходят замуж, им охота каких-то странных вещей, они не умеют радоваться. Им нельзя делать то, что хочется! Вот драконы и не желают с ними связываться.

Ошеломленная Зия обернулась посмотреть на Джину, а принц исчез так же внезапно, как и появился.

«Я не буду взрослеть! Я ни за что не буду взрослеть!» — Зия обняла драконью морду и поцеловала.

Ой! Сегодня же ужин в честь дня рождения! Всего лишь для родственников и друзей родителей, но опаздывать неприлично. С испорченным настроением принцесса поспешила во дворец.

На пороге ей встретились братья в компании вездесущего принца Хантерюка. Он воскликнул:

— Дорогие принцы, приглашаю вас на вечернюю рыбалку! Я накопал великолепных червей и покажу вам замечательное местечко!

— Поехали… Э… Нет! — оборвал речь один брат. — Мы бы с удовольствием, но не можем. Нужно быть на званом ужине.

Зия догадалась, на каком, и благодушно разрешила:

— Поезжайте, если хотите. Я не обижусь.

Принц улыбнулся. Братья засмеялись и загалдели:

— Ах какой ты еще славный ребенок! Мы же взрослые, мы не можем делать то, что хочется.

Вот оно что! Как раз это и имел в виду принц Хантерюк! Они — взрослые и не могут делать то, что им хочется, и радоваться. А она? Если она пойдет на ужин, то будет ли это значить, что она уже не ребенок? И она не сможет больше летать на драконе? Но она хочет пойти! Именно чтобы порадоваться. Там будут бабушка и дедушка, тетя с дядей, она давно их всех не видела, не обнимала…

Тем временем один из братьев спросил у Хантерюка, знает ли тот, что на Совете обсуждали анонимное послание.

Принц, скорчив несчастную гримасу, отмахнулся. Мол, уже привык, что люди придумывают про них с отцом глупые несуразицы, да еще и без всякого повода. Что с них взять? Завистники. Жаль только бедного отца, он огорчается, ему приходится все это опровергать. Ну и осадок остается — кругом злопыхатели и портят жизнь семье. Принц скорбно поджал губы. Братья посочувствовали. А расстроенная принцесса стояла на крыльце и размышляла, не лишится ли она возможности летать на драконе, если пойдет на званый ужин.

Как хорошо, что есть на свете мамы! Обеспокоенная Королева выглянула и без разговоров, как маленькую, повела дочку переодеваться. Обычно Зию это злило, но теперь обрадовало. Она точно еще не взрослая!

На ужине Зия развеселилась и опять забыла все происшествия дня. Огорчало ее разве что отсутствие Шасты. Отец его сидел за столом, даже принц Хантерюк не отправился на свою рыбалку, а вот ее приятеля не было. Зато Король Горных Пастухов подарил ей крупный горный хрусталь, похожий на розу с десятью лепестками.

Но когда Королева-мать пришла поцеловать дочку на ночь, Зия вспомнила, что ей рассказал Хантерюк, и заявила маме, что не собирается вырастать, выходить замуж и делать прочие странные взрослые вещи. Никогда! Мама только головой покачала и пообещала, что Зия еще передумает. Любой возраст хорош по-своему, в любом есть свои прелести.

Глава 3

***

На следующий день Зия, наигравшись с Джиной, вспомнила разговоры вчерашнего дня и отправилась в библиотеку полистать книги. В окне коридора она увидела летящего со стороны гор дракона. Орлик! Зия осталась в коридоре. Шаста не заставил себя ждать.

— О! Как хорошо, что ты здесь! — воскликнул принц Горных Пастухов.

Глаза у него горели, вид был измученный, как после бессонной ночи. Сбивчиво и торопливо он начал рассказывать:

— Понимаешь, я собирался подарить тебе пояс-узду на день рождения. Я заказал их три: два себе и один тебе. Все одинаковые. И вдруг твоя уздечка, специально отложенная, исчезла. Мы с отцом решили, что она затерялась, что мы ее еще найдем, но увы. Отец быстро придумал, что можно подарить на день рождения, — у него был редкий камень, похожий на цветок…

— Спасибо, очень красивый, — кивнула Зия.

— …И когда ты крикнула про подарок, я на всякий случай решил не гнать Орлика, а держаться за тобой. Какой такой подарок? Ты же его еще не получила! Потом твоя узда порвалась, я отдал тебе свою вторую.

— Спасибо, — уже недоумевая, пробормотала Зия. — То есть узда была не от тебя?

Шаста мотнул головой.

— Мы с Орликом спустились на островок и подобрали обрывки твоей. Узда выглядела точь-в-точь как те, которые я заказывал. Я тут же полетел обратно в горы к мастеру, выяснить, кто еще у него купил именно такие.

— И кто же? — распахнула глаза Зия.

— Никто! С таким рисунком он сделал всего три, — устало проговорил Шаста. — Все для меня.

Они замолчали. Зия обдумывала услышанное.

— А почему ты на соревнования взял с собой две? — поинтересовалась она.

— Потому что однажды моя уздечка тоже порвалась, совсем как твоя. Над пропастью. Я чудом не разбился, спасибо Орлику, подхватил меня когтями за одежду. Мастер клялся и божился, что уздечки лопнуть не могут, их специально проверяют. У меня не было обрывков моей, чтобы разобраться, почему она порвалась. Я просто стал на всякий случай брать вторую, обматывая вокруг пояса, решил, что мастер лукавит, не такие уж они прочные. Ни разу, впрочем, не пригодилась дополнительная, кроме вчерашних соревнований. Зато на кусках твоей мастер нашел следы повреждений!

— Ничего не понимаю, зачем кому-то портить мне узду, — сказала Зия. — Я же могла упасть!

— Да! И разбиться о скалы или о воду! Это каким же злодеем надо быть?! И хороший вопрос: кто из нас двоих — настоящая цель? Все осведомлены, что я хотел подарить тебе пояс-узду. И кроме отца никто не знает, что мы решили преподнести каменную розу. Все подумали бы, что это я тебе дал испорченный пояс.

Они посмотрели друг на друга. Шаста снизу вверх. Он так и не обогнал принцессу в росте, остался ниже на полголовы. И потому выглядел куда бо́льшим ребенком, чем она, несмотря на то что был старше.

«Вот он не взрослеет», — подумала Зия и поделилась еще одним переживанием:

— Я не хочу взрослеть!

В то, что кто-то подрезал узду, ей не верилось. Не хотелось верить. Совпадение. Просто совпадение.

— Почему не хочешь? — удивился Шаста.

Зия призналась, что из-за полетов на драконах. Ей принц Хантерюк объяснил.

— Он мне тоже подобное говорил. Ходят же такие глупые слухи! Взросление подразумевает всего лишь ответственность. Но люди всегда, если чего-нибудь не понимают, объясняют мистикой. Да еще выдумали позаковыристее, мол, все взрослые чем-то плохим от детей отличаются. А причина всегда простая. Я тоже было испугался, но поразмышлял и проверил одну догадку, — Шаста улыбнулся.

— Какую?

— Я подумал, что, скорее всего, драконы не могут поднимать большой груз. Все дело не в том, ребенок ты или нет, а в том, сколько ты весишь. Я предложил одному щупленькому старичку покататься на драконе. Он с радостью согласился. И…

— И? — поторопила заинтригованная Зия.

— Он теперь время от времени катается на них — так ему понравилось рассматривать мир с высоты драконьего полета, — рассмеялся Шаста. — А Хантерюк слишком раздался в плечах и потяжелел, его поднимает только мой Орлик, и то с трудом. Ну, может, еще твоя Джина осилит. Они же самые старшие из драконов. Сильнее остальных. И мудрее. Странно, зачем принц тебе такие глупости передал? Мы же с ним все обговорили. Он очень интересуется драконами.

— Да! Очень! И ты представляешь, какая мысль нас осенила? Странно, что драконы улетают на зиму в горы, где холоднее, чем в долине!

— Действительно интересно. А чем еще горы отличаются от долины? — и Шаста предложил пойти посмотреть в библиотеке.

— У вас есть книги или статьи ученых с такими таблицами, чтобы сравнить климатические особенности королевств? — взволнованно спросил он у сухой дамы в очках (типичной библиотекарши, по мнению Зии).

Она проворчала, что бывают же такие невоспитанные принцы, ни тебе здравствуйте, ни пожалуйста, то ли дело милый заморский принц Хантерюк! Он даже догадался подарить ей бледно-голубые чернила, о которых она мечтала. Все настоящие архивариусы делают записи именно такими чернилами. Она же не просто библиотекарь!

Дама достала с полок нужные книги и положила на стол.

Зия и Шаста уставились в таблицы, в которых сравнивались осадки, средняя температура по сезонам и количество солнечных дней в году в разных королевствах.

Страна Горных Пастухов не отличалась теплым климатом ни зимой, ни летом. Зато по количеству солнечных дней она заметно опережала остальные. Особенно зимой!

У Зии перед глазами возникла картинка: расправив крылья, Джина носится по полю в солнечный день. От ее чешуи отражается свет, и слепят глаза солнечные зайчики. Вот оно что!

— Я, кажется, поняла, чем питаются драконы, — прошептала принцесса.

— Солнечным светом? — тоже догадался Шаста.

Они посмотрели друг на друга с радостью и удивлением. Это же надо, какое чудо драконы!

А рядом библиотекарша недовольно бурчала, что у Шасты грязные руки и что если бы она знала, то ни за что не дала бы ему книгу! То ли дело…

— …Принц Хантерюк, который подарил бледно-голубые чернила, — улыбаясь, продолжил Шаста. — А какая разница, какими чернилами делать записи?

— Ну как же! — оживилась дама-сухарь. — Длинные архивные записи, над которыми работаешь днями напролет, лучше вести бледными, они не раздражают глаза. Важные или срочные новости надо записывать красными. Тогда Король быстрее обратит внимание и отблагодарит за проделанную работу. Обычные — синими. А вот для сведений о драконах я использую черные, чтобы отличались и не затерялись. Принц меня попросил отбирать для него любые мало-мальски значимые упоминания о драконах, даже из сказок. Вот как раз сегодня я выписала историю, как наездник упал с дракона в глубокое ущелье, безутешный дракон долго кружил над местом, но не проронил и слезинки, а потом сложил крылья и разбился сам. Или недавно, например, я нашла и перевела старинную, позабытую уже поговорку народа Королевства Очень Дальних Гор: «Плачевны, как два дерущихся не на жизнь, а на смерть дракона».

— Глупость какая-то. Драконы никогда не дерутся друг с другом! — заметила Зия, читая запись, сделанную черными чернилами.

— Конечно, глупость! — горячо поддержал ее Шаста. — Драконы добрые! И друг к другу, и к людям относятся благожелательно.

Дама-сухарь хмыкнула, забрала бумагу и спрятала в черную папку.

Зия с Шастой не расстроились. Открытие, которое они только что сделали, грело им душу]. Драконы едят свет! Может, именно поэтому они умеют изрыгать пламя? Ах, как интересно устроены ящеры! Но всем рассказывать об этом необязательно. Зия и Шаста договорились пока умолчать об интересной особенности драконов. Принц Горных Пастухов улетел домой на Орлике, взяв с Зии слово, что на всякий случай она будет летать с запасным поясом, — для этого он отдал ей свой второй. Себе он закажет еще один.

А Зия поспешила к Джине. И когда она сообщила дракону, что знает, чем они питаются, Джина подняла голову, дунула огнем в небо, в сторону солнца, и глянула на принцессу, смеясь. Если, конечно, беззубый драконий оскал можно назвать смехом. Счастливая Зия обняла Джину, из ноздрей которой шел теплый пар.

Взрослеть принцессе почему-то вдруг стало совсем не страшно — по крайней мере это случится еще не скоро. У них с Джиной впереди много приключений.

***

Пролетел год.

Король Очень Дальних Гор на очередной Совет не явился, прислал министра иностранных дел, который с подчеркнуто обиженным лицом подал петицию. Народы Очень Дальних Гор просили Совет рассмотреть их претензии к Горным Пастухам и обязать выплатить компенсацию за то, что те триста лет назад использовали их пастбища.

Король Долины воскликнул:

— Но ведь триста лет назад мы все жили в одной империи! Действовали совсем другие законы. Все было общее!

— Это не давало право одним народам брать себе невосполняемые природные богатства других, мы посоветовались с юристами, мы имеем право на компенсацию, — плаксивым голосом произнес министр.

— А ничего, что нет никаких доказательств использования ваших пастбищ? — вспылил Король Горных Пастухов. — Где документальное свидетельство, что у вас когда-то кто-то пас отары? Кстати, у вас вообще нет пастбищ! Да и не существовало их никогда.

— У нас они исчезли из-за вас. Об этом остались воспоминания старожилов, — невозмутимо ответил министр.

— Трехсотлетних?! Ваши люди живут по триста лет? — поиронизировал Король Горных Пастухов. — Документов-то нет.

— Внуки устно пересказали откровения дедов, — сказал министр, не поднимая, впрочем, глаз на соперника. — А уже следующие потомки записали. Не так давно.

— Разберемся! — поднял руку Король Долины, надеясь закончить на этом Совет и наконец пойти вручить дочке подарок на день рождения.

Не тут-то было. Король Взморья передал на рассмотрение бумагу:

— Поступил анонимный донос: принц Хантерюк ест червей.

— Что за чушь? Да он для рыбалки их копает! — вмешался старший брат Зии.

— Какое нам дело до того, ест ли принц Хантерюк червей? Даже если он ими питается — может, у него в королевстве это деликатес! Заозерцы вон улиток едят, ну и что тут особенного, — застонал Король Долины.

Но собрание зашумело, заинтересовалось, и ему пришлось пообещать еще и с этой глупостью разбираться.

Наконец все разошлись. Задержался Король Горных Пастухов:

— Держи, поздравь от нас с Шастой принцессу, — Король Горных Пастухов протянул ему сверток. — Хрусталь в виде розы с одиннадцатью лепестками. Повезло найти диковинку во второй раз. Больше девяти лепестков у каменных роз ведь не бывает в природе.

Он вздохнул:

— Я не приду на ужин, уж прости. Не могу оставить надолго королевство. Ты же видишь, что происходит. Люди вдруг начали вспоминать обиды трехсотлетней давности! Даже если что-то и правда случилось — все давно в прошлом! Нужно жить настоящим. Но нет. Кайся за странные дела, которые не ты совершал, чувствуй себя виноватым. А за грехи, за которые действительно надо каяться, — за нарушение заповедей «не убивай, не прелюбодействуй, не кради» — нынче каяться стало не модно, это как бы и не грехи, этим даже гордиться начали. Что происходит? Что за чума расползается по нашим странам?

Король Долины развел руками. Ох как прав его друг, как верно он все подметил! Но что же именно происходит?

— Одна радость — драконы, — подытожил Король Горных Пастухов. — Люди в их присутствии забывают все обиды и становятся добрее. Вот как так ящеры воздействуют? А Шаста представляешь что придумал? Если где-то начинаются волнения и столкновения — прилетать туда на драконах.

Король Долины поднял большой палец: какое хорошее решение всех проблем!

И они разошлись, оба опечаленные, один сильнее, второй не очень — все-таки у дочки день рождения, и Король Долины приготовил ей очередные шершавые сапожки (детки быстро растут, только успевай покупать одежду и обувь). Он надеялся, что его друг просто сгущает краски.

***

Соревнования перенесли из-за дождя. Драконы очень привередливы в отношении погоды, им подавай солнце.

Шаста нашел принцессу Зию, чтобы сказать, что он, пожалуй, улетит на Орлике домой, не хочет оставлять отца. Странные вещи творятся.

— И у нас, и у вас! — заключил он и огорченно посмотрел на принцессу.

— А что такого случилось у нас? — удивилась принцесса.

— Ты прислушайся. Подрастающие дети начали обижаться на родителей.

— Не может быть, родители нас любят и балуют!

— Ну всегда же можно найти причину, — грустно заметил Шаста. — Родители заставляют чистить зубы, убирать игрушки, учиться. Возбраняют есть сладкого столько, сколько хочется. Сплошные запреты делать что хочешь. Дети, даже подрастая, считают, что они несчастны. И виноваты в этом родители.

— А! — беспечно махнула рукой принцесса. — У меня братья тоже пытались что-то подобное сказать отцу, а мама всех успокоила. Мол, птенцы, которые хотят вылететь из гнезда, убеждают себя, что с родителями им хуже, чтобы легче было покидать дом. И родителям таких легче отпускать. Но потом все образуется, они вернутся уже самостоятельными. Ответственными. Пусть жалуются — это они взрослеют. Братья смущались, отец смеялся.

— Может быть, Королева права, — вздохнул Шаста и сообщил: — А я нашел в горах новые пещеры! Необычные. Очень черные!

— Как это — очень черные? — удивилась Зия.

— Они внутри такие… такие… хоть глаз выколи. Ну как бархат на камзоле принца Хантерюка, — смог он описать. — Факелы там ничего не освещают и очень быстро гаснут. Лучи света снаружи не проникают. Сложно исследовать. Вход в них возле Черного камня в ущелье за Черным лесом.

— О! Как бы я хотела изучить их вместе с тобой! Вечно у вас что-нибудь интересное попадается, — завистливо протянула Зия. — Яйца драконов, например. И случилась нам от них…

— …Радость, — закончил за нее с улыбкой Шаста. — При ящерах забываешь все обиды. Как они так устроены? Ну прощай, я полетел!

***

Принцесса запрыгала от восторга, как маленькая, получив новые шершавые сапожки от отца, розу из горного хрусталя с одиннадцатью лепестками от Короля Горных Пастухов и серебряного заводного дракончика от принца Хантерюка. Если повернуть ключик, дракончик раскрывал пасть, и внутри виднелся рубиновый язычок. Глаза были сделаны из желтого бриллианта. Не очень-то и похоже на ящера, но забавно. «Игрушка коллекционная», — важно отметил заморский принц на ужине. Уж ему-то можно было верить: он собирал необычные вещи. Одно кольцо принца чего стоило! Хантерюк хвастал, что, поскольку секрет сплава трех металлов утерян, у него на пальце диковинка, которой ни у кого больше нет. Да еще и уникальной резьбы колечко!

Зия вежливо рассмотрела кольцо в очередной раз и пожалела про себя, что ни Шасты, ни его отца на торжестве нет. С ними веселее!

Глава 4

***

Незаметно прошел еще один год.

Принцесса нежилась с Джиной на солнышке и радовалась: ей сегодня 12 лет, а она все еще может оседлать дракона. Интересно, а Шаста может? В прошлом году он был почти с нее ростом. Зия размышляла, как сильно она сама изменилась за прошедший год. Соревнования уже не доставляют ей былого удовольствия, зато она нашла новое интересное занятие — учит маленьких детей правильно обращаться с драконами. Вот бы рассказать Шасте! Джина приподняла голову и нежно коснулась щечки принцессы. Ласково потерлась, осторожно двигая большую голову вверх и вниз. От счастья сердце Зии забилось быстрее.

— Ах, Джина, ты читаешь мои мысли, правда?

Джина дунула теплым паром из ноздрей.

***

Соревнования начались. А Шасты все не было. Зия вспомнила, что Шасте уже тринадцать, ему можно присутствовать на Совете. Вдруг он там? Она побежала во дворец. Остановилась перед входом в зал заседаний, не решаясь повернуть ручку и войти.

Король Очень Дальних Гор на Совет опаздывал. Он вихрем промчался мимо принцессы, ворвался в зал, не затворив за собой дверь, и набросился с кулаками на Короля Горных Пастухов. Их разняли.

— Вы! Вы натравливаете на нас ваших драконов! Они жгут дома, поля, люди гибнут в их пламени! — кричал Король Очень Дальних Гор.

— Дети прилетают на драконах туда, где вы собираетесь нападать! И наступает мир, все радуются! — возмутился Король Горных Пастухов.

— Это днем! А ночью вы вероломно науськиваете драконов жечь наши земли!

— Драконы ночью не летают! — воскликнула стоявшая в дверях принцесса, но ее никто не услышал.

— Защитите нас от драконов! — обратился к Совету Король Очень Дальних Гор. — И от вероломных Пастухов!

Собрание пошумело и решило направить войско миротворцев из Долины на границу королевств.

— А к нам поступило анонимное письмо! — помахал документом Король Взморья. — Принц Хантерюк через Заозерье провозит контрабанду.

Король Долины взялся бы руками за голову, да корона мешала.

— Ну сколько можно подавать на Совет эти липовые жалобы на принца Хантерюка?! Мы впустую тратим время и силы, чтобы доказать, что анонимки не стоят выеденного яйца! — попытался он перекричать зашумевшее собрание.

«Похоже, опять придется выяснять правду», — вздохнул он про себя, так как Совет не унимался.

— Кстати, о яйцах! Пусть Пастухи выплатят нам ущерб драконьими яйцами, — заявил Король Очень Дальних Гор.

— Да, кстати о яйцах! Уже полгода никто не находит никаких гнезд! — сказал Король Горных Пастухов.

Совет изумленно замолчал. Поэтому шаги принца Хантерюка гулким эхом отразились от стен. Зия посторонилась, пропуская и его в зал заседаний. Короли зашумели, объясняя ему, что творится в мире. Широкоплечий коренастый принц в черном стал во главе стола. Лицо с квадратным подбородком выражало озабоченность. Как ни переживала Зия по поводу всего услышанного, она отметила, что Хантерюк возмужал и уже не похож на нескладного подростка с длинными руками. Словом, неплохо смотрится на фоне старинных гобеленов с изображениями баталий.

— Дорогие мои короли, — начал он речь. — Все течет, все изменяется. Драконы тоже. Были добрые, стали злые. Это жизнь. И люди меняются. И тоже, бывает, не в лучшую сторону. Особенно когда они завидуют чужому уму, богатству, красоте.

Он обвел всех взглядом и остановил его на принце Горных Пастухов.

— Шаста? — удивленно поднял бровь Хантерюк. — А ты что тут делаешь? У тебя же Орлик пропал! Уже нашел его, не иначе?

Принц горцев стоял понурившись. Какой разительный контраст представляли собой сейчас Хантерюк и Шаста! Мускулистый, крепкий как скала, уверенный в себе заморский принц — и невзрачный как былинка, растерянный горец.

Нет, удрученно отвечал Шаста, не нашел он своего дракона, прилетел на другом, чтобы на Совете обсудить, какие странные вещи происходят в королевствах.

— Вроде у Черного леса лежат останки какого-то ящера, — с небрежной усмешкой заметил Хантерюк.

— Останки дракона?! — зашумело собрание.

Шаста вскрикнул и выбежал, даже не заметив Зию. Скоро в окне показался молодой дракон, летящий в сторону гор. Конечно, он был далеко не Орлик, тяжело махал крыльями, но очень старался.

— Ну и куда же он? — проводил взглядом ящера Хантерюк. — У нас к Шасте много вопросов, правда, дорогие короли? Почему от него улетел дракон? А не сделал ли Шаста ему зла? Куда делись яйца? Что значат ночные вылазки драконов? Не возомнил ли Шаста себя повелителем драконов и не задумал ли чего… э-э-э… недоброго по отношению к нам? Не его ли это рук дело — все эти неприятности?

— Шаста не мог замышлять ничего плохого! — воскликнула принцесса.

Но ее слова потонули в шуме. Короли посовещались и постановили вызвать и допросить Шасту. Принц Хантерюк этого уже не слышал: закончив обличительную речь, он покинул собрание.

Короли спешно и не очень дружелюбно раскланялись друг с другом — соревнования заканчивались, надо было идти чествовать детей.

Король Горных Пастухов вручил Зие подарок, заметив, как он счастлив, что горы продолжают радовать его каменными цветами-диковинками для принцессы. Но радостным он не выглядел. Распрощался и не остался на ужин.

***

На следующий день Зия с родителями провожала братьев. Старший с войском миротворцев направлялся в горы. По завету предков он надел красный плащ. Чтобы, если его ранят, скрыть кровь и не пугать подданых.

Испуганная принцесса смотрела на брата в ярком плаще, а он обнял ее, прошептал на ухо весело: «Принцам не полагается отчаиваться ни при каких обстоятельствах! Принцессам тоже!» — и поцеловал на прощание.

Отец велел младшему тоже накинуть красный плащ. Тот с группой товарищей направлялся во Взморье.

— Разве не в Заозерье? — уточнила Королева.

— С заозерской контрабандой пускай Совет разбирается. Чувствую, что это опять фальшивка, но не могу понять, кому надо порочить славного принца Хантерюка. А вот Король Взморья на прошлое Рождество баловал детей мандаринами. Откуда он их взял?

И повернулся к дочке:

— Слава Богу за все! Зачем-то нам посланы эти испытания.

***

Зия поджидала братьев и время от времени любовалась подарками: третья пара сапожек — быстро же у нее растет нога! Третья роза — у каждой на один лепесток больше: и где только Король Горных Пастухов находит такие диковинки! Два заводных дракончика…

«Гм, а почему дракончиков два?» — вдруг обратила внимание Зия. Хотя принц Хантерюк лично присутствовал на ужине в честь десятилетия, он ей ничего не подарил. Это не обязательно должен был быть дракончик. Но принц обычно вежлив, внимателен, соблюдает правила и церемонии. Он знал, что у нее день рождения, напугал ее глупостью про взросление, но вообще ничего не подарил. Странно.

Зия вспомнила еще, что в тот день она чуть не свалилась с Джины, и поэтому носит две уздечки вместо пояса. Впрочем, вторая с тех пор ни разу не понадобилась.

Зия направилась к отцу, хотя и не очень понимала, что именно она хочет ему рассказать.

— Принц Хантерюк…

— О нет! Только не новые поклепы на несчастного принца! Как же мне надоело снова и снова расследовать глупые вымыслы! О принце я больше слышать не хочу. И ничему не поверю.

Тем не менее принцесса попросила показать ей анонимки. Рассмотрела под лупой. Ничего примечательного.

Написаны красными чернилами. «Важные новости надо записывать красными. Тогда король быстрее обратит внимание и отблагодарит за проделанную работу». Кто же ей эту фразу сказал?

Принцесса вихрем понеслась в библиотеку.

— Давно ли вы видели принца Хантерюка? — издалека начала расспрашивать Зия даму-сухаря.

— Похоже, он нашел что искал, и больше не заходит ко мне. И чернила перестал дарить, — горестно вздохнула библиотекарь. — Я его почти год не видела. Он как забрал черную папку, так больше не появлялся.

— А зачем вы пишете на него ложные доносы? — показала анонимку принцесса.

— Я? Доносы?! — библиотекарь взяла бумагу дрожащими пальцами. — Да это же он сам написал! Его почерк: сильный наклон, характерные завитушки.

— Зачем? — воскликнули они одновременно и посмотрели друг на друга.

***

Король Долины опять замотал головой, когда Зия пыталась доложить ему о своем расследовании:

— Только не принц Хантерюк! У нас и так хватает забот! Серьезных!

Оказывается, только что вернулся старший брат.

— Все правда, — взволнованно рассказывал принц сестре. — Я видел собственными глазами: ночью прилетают драконы и выжигают поля, дома, сады. И не щадят людей.

— Нет! — вскрикнула Зия.

Брат молча откинул плащ и показал ей ожоги на руке.

Зия ахнула.

— Кхе-кхе, — отвлекла их от беседы запыхавшаяся от быстрой ходьбы дама-сухарь. — Я вспомнила, что не только отдала папку, но и показала принцу Хантерюку книгу, которую вы рассматривали с горцем, как его там. Вдруг это важно.

Брат отмахнулся, а Зия пробормотала: «Спасибо».

— Эх, — вздохнул брат, — умели бы драконы говорить! Может, твой объяснил бы тогда, что происходит…

Драконы, конечно, не разговаривают, но Зия повела брата к Джине. Пусть она просто дохнет теплым паром, потрется чешуйчатой щекой, и ему станет ясно, что драконы на всем свете добрые. Но откуда взялись злые?

— Смотри. Кто это сделал? — Зия осторожно откинула красный плащ и обнажила обожженную руку брата.

Джина попятилась, закинула голову вверх, дунула пламенем и вновь приблизилась. Слюна капнула на рану, затягивая ее.

— Ах ты мое солнышко! — обрадовалась Зия такому простому лечению. — Но кто мог это сделать? Ты знаешь?

Джина только таращила свои змеиные глаза.

Эх, какая жалость, что драконы не умеют разговаривать!

— А Шаста нашел Орлика? — спросила Зия у обрадованного тем, что рука здорова, брата.

— Ходят разные слухи, — осторожно ответил брат. — Я Шасту не встретил, а то пришлось бы его брать под стражу и вести на Совет. Уж очень подозрительны эти ночные прилеты ящеров — как бы не он был замешан. У Совета к Шасте накопились вопросы.

***

Из Заозерья пришло ожидаемое подтверждение, что принц Хантерюк действовал честно. А вот младший брат с такого пустякового задания, как проверка доставки мандаринов во Взморье, все не возвращался.

Зия ходила мрачнее тучи и терялась в догадках: «Драконы по ночам не летают — факт. Какие-то летают — факт. Драконы добрые — факт. Какие-то злые — тоже факт. Что из этого следует? Да то, что это, без сомнения, разные драконы! Но откуда бы им взяться? Дракона в карман не спрячешь — если бы чужие ящеры прилетели из-за границы бывшей империи, их кто-нибудь бы да заметил. Ну не прошмыгнет такой крупный зверь тайно! Почему про ночных ящеров не написано в книгах? Впрочем, ничего в книгах не написано и о том, от чего драконы плачут и что едят. Мы с Шастой сами догадались, что ящеры питаются солнечным светом. А ведь умный принц Хантерюк посмотрел книгу, которую показала ему услужливая дама-сухарь, и тоже мог сообразить, почему драконы проводят зиму в горах. Но что ему это даст? Как этим воспользоваться? Разве что уморить дракона голодом. А зачем? И кто решится на такое злодеяние? Точно не милый принц Хантерюк. А так ли уж он мил, как пытается выглядеть? Он писал сам на себя анонимки и притворялся огорченным… Хорошие люди ведут себя по-другому!»

Ноги сами понесли Зию в библиотеку: вдруг дама-сухарь вспомнит что-нибудь еще или найдет новую книгу о драконах!

Из ниши в стене кто-то легонечко свистнул. Зия остановилась. Небольшая фигура выступила вперед, и принцесса, узнав Шасту, поневоле отшатнулась.

Мысли вихрем пронеслись в голове: «А что, если Шаста изменился? Больше не добрый. Что-то он темнил с этими поясами, вдруг он все и подстроил? Запросто мог, а сделал вид, что не понимает, что случилось. Только он же меня и спас! Но что случилось с Орликом и почему Шаста прячется, как злодей? Люди меняются. Бывает, не в лучшую сторону».

Принц Горных Пастухов горько усмехнулся, уловив ее недоверие.

«Стоп, — подумала Зия, — а кто это сказал? Хантерюк! Который, как оказалось, умеет притворяться. Взять даже эти анонимки… Судят по делам!»

И Зия смело шагнула вперед, к Шасте. Он помедлил. Наконец решился:

— Рассказывай первая! А то моя история будет долгой и невеселой.

Лицо его скривилось, как от боли.

Зия выложила все, включая свои мысли по поводу разных драконов. И даже о странном отсутствии подарка от Хантерюка три года назад упомянула.

— Да, — кивал Шаста, — именно так.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— Даже не знаю, с чего начать. Главное: принц Хантерюк искал способ добыть «Слезу дракона». Он оттаивал яйца, выращивал дракончиков и пытался заставить их плакать. Чего только он не вытворял! Не хочу рассказывать, какие страшные вещи я обнаружил. Ящеры явно страдали, но не плакали, — Шаста сам всхлипнул. — Хантерюк, я думаю, подрезал мою уздечку, чтобы Орлик проронил слезу, если я разобьюсь. Не вышло. Он подрезал и твою, как я подозреваю. Решил, что теперь уж его план сработает наверняка, поэтому и не приготовил подарка. Зачем, если тебя не будет в живых? Опять не вышло. И тут библиотекарь выписала для него историю о том, что драконы не плачут, потеряв наездника. Мало того, он получил от нее еще два важных сведения. Первое: драконы питаются солнечным светом. И второе: «Плачевны, как два дерущихся не на жизнь, а на смерть дракона».

Зия хлопала глазами, не понимая.

— Я проверил, как звучала эта фраза в старину. Хантерюк, видимо, сделал то же самое. На древнем языке народа Очень Дальних Гор дословно звучало так: «Плачут, как два бьющихся насмерть дракона». Позже это выражение стало обозначать печаль: так говорили, когда случалось что-то непоправимое. Затем фраза слегка изменилась, а постепенно и вовсе забылась. Нужно заставить драконов драться друг с другом, и тогда они, наверное, заплачут, — у Шасты охрип голос.

— Драконы не будут драться! — горячо воскликнула Зия. Она никак не могла поверить во всю эту историю.

— Точно. Даже если их воспитывает такой бесчувственный мерзавец. Хантерюк пытался, ничего не вышло. И он придумал очередной план. Он собрал все до единого яйца (больше я не нашел гнезд). Забирал их ночью. И хранил в очень черных пещерах. Помнишь, я тебе рассказывал? Вылупились драконы, которые совершенно не выносят солнечного света. Потому что единственное, чем они питались, по его замыслу, — светом лунным.

Зия ахнула.

— Я их видел. Они получились слабыми по сравнению с нашими. Они не могут поднять подростка. Разве что самый старший ящер чуть сильнее других. Поэтому Хантерюк выискивает и подкупает глупых малорослых мальчишек, чтобы кто-то из них управлял драконом во главе стаи, натравленной на поселения и поля. Эти ящеры уже принесли много бед, — горестно рассказывал Шаста. — Они очень странные. Они… — Шаста запнулся, подбирая слово, — они не самостоятельны, у них нет своего мнения, своих желаний, они не понимают, что хорошо, что плохо, они очень зависят от Хантерюка. Но даже такие не стали драться между собой. Зато он неплохо использует стаю, чтобы рассорить народы гор. Он вообще сеет смуту по всей бывшей империи, наговаривает, настраивает друг против друга, сталкивает лбами всех, до кого дотянется.

— Ничего не понимаю. Зачем Хантерюк это делает?

Шаста молча пожал плечами.

— А что случилось с Орликом?

У Шасты из груди вырвался крик. Принц отвернулся и глухо выдавливал из себя по слову:

— Я же ничего не подозревал и разрешал Хантерюку брать Орлика. И Орлик ничего не подозревал. Хантерюк улетел на нем за Черный лес к Черным пещерам и, как я понимаю, привязал и попытался заставить драться с лунным драконом. Надеялся, что они невзлюбят друг друга и подерутся? Но, похоже, ничего не вышло. Я нашел израненного умирающего Орлика, перемотанного цепями. Снял оковы, нанял телегу и перевез в укромное место, позвал молодого дракона в надежде, что он поможет исцелить. Орлик выздоравливает, раны затягиваются, но он… Он теперь боится людей. Даже меня.

Зия была ошеломлена. Это звучало так жестоко, что верить не хотелось. Этого просто не могло случиться, пока светит солнце.

— Вдруг ты ошибаешься? Вдруг это можно объяснить? — забормотала принцесса.

— И отец мне не верит… Не до конца верит, — криво усмехнулся Шаста. — Кое-что я видел собственными глазами: черные пещеры, драконов. А хитрый Хантерюк еще и меня пытается впутать, как будто это я совершал все злодеяния. Я даже не могу рассказать на Совете! Сразу скажут, что бедного принца Хантерюка опять оговорили. Он же ловко подложил липовые анонимки. Я прилетел, чтобы хотя бы ты знала правду, если со мной что-нибудь случится. Я попытаюсь добыть доказательства. Если получится. Эх!

Он растер слезы по щекам:

— Не уберег я Орлика от страданий…

Зия потянулась его обнять и утешить. Вдруг раздались голоса:

— Вот он, держи его!

И Шасту схватили стражники.

— Стойте! — закричала принцесса. — Отпустите его!

Глава 5

Шаста воспользовался замешательством, вырвался из рук вооруженных людей, выпрыгнул в окно. Принц горцев, похоже, и с молодым драконом крепко подружился: тот подхватил его в падении и понес к стране Пастухов.

Зие не поверили ни Король Долины, ни старший брат. Сказали, что надо созывать Совет, разбираться, допрашивать все стороны. Да, страны бурлят, предъявляют друг другу претензии, но это не обязательно потому, что кто-то подливает масла в огонь, — от сытой спокойной жизни, как ни странно, такое тоже случается. Никто толком не понимает, что происходит. Но никого из детей драконы еще не бросали, а Орлик от Шасты улетел. И вообще: люди меняются. На последнем Совете принц Хантерюк выглядел уверенным, а вот Шаста — совсем нет. Словом, все не так просто.

Принцесса огорчилась, что взрослые так долго не могут подступиться к вопросам, которые надо бы решить побыстрее. С замиранием сердца Зия поджидала вестей от принца Горных Пастухов. Удалось ли ему что-нибудь разведать?

И когда ей передали письмо от Шасты, она ни секунды не раздумывая побежала к Джине. Потому что принц красными чернилами написал просьбу немедленно прилететь к Черному камню, который сразу за Черным лесом в ущелье, — надо поделиться секретом. И даже нарисовал карту (можно подумать, она не знала, где этот камень!). Письмо заканчивалось тревожными словами: «Прилетай на драконе так быстро, как только сможешь. Это срочно! Никому не рассказывай!»

Смеркалось. Джина в темноте лететь отказалась. Категорически. Фыркала, недовольно жмурилась и даже била хвостом.

Пришлось ждать до утра. До солнышка. Дракон уснул, Зия устроилась под боком.

Ох, каждая минута дорога!

— Джина, просыпайся, летим! — постучала Зия по боку дракона.

Джина неохотно поднялась на лапы, потопталась и улеглась. С самым недовольным выражением на драконьей физиономии.

Зия и сама задремала.

— Ах вот ты где! — разбудил ее голос старшего брата. — А мы обыскались, начали волноваться…

Принцесса не слушала его, добежала до Джины, которая уже расправляла крылья на солнышке, обвила уздой, вскочила на спину, и они плавно взмыли вверх. Уж так драконы устроены: приземляются с грохотом, а взлетают — почти бесшумно.

Снизу ей вслед что-то прокричал брат.

***

Пастбища с овцами, Черный лес, ущелье, а вот в нем и Черный камень. Джина спускалась.

Горы нависали над ущельем так могуче, что перед Черным камнем солнце освещало лишь небольшую поляну. Туда Джина и приземлилась.

Из громадной расщелины дохнуло холодком. Зия поежилась. Не потому, что замерзла, а потому, что пролом между скалами выглядел зловеще — таким непроницаемо черным он был. В темноте вдруг вспыхнул круглый желтый глаз. Существо сделало шаг вперед. По смутным очертаниям Зия поняла, что это чужой дракон смотрит на нее боком и недобро скалит пасть. Джина высунула голову вперед принцессы и дружелюбно улыбнулась. Чужой дракон злобно фыркнул.

— Ну что вы так таращите глаза, дорогие мои? — из-за незнакомого ящера показался принц Хантерюк. Он выпихнул вперед связанного по рукам и ногам Шасту.

— Нет! Зия! — вскрикнул принц Горных Пастухов. — Летите обратно! Быстрее!

— Наша дорогая принцесса не оставит в беде своего лучшего друга! И обменяет его жизнь на одну небольшую услугу, не правда ли? А то глупый Шаста прогнал своего молодого дракона и не может сам мне помочь, — делано грустно развел руками принц Хантерюк, как будто речь шла о пустяке, а все присутствующие были его приятелями и горели желанием посодействовать воплощению его замыслов. — Твоя Джина дерется с моим Номером Первым, а я отпускаю Шасту.

— Нет! — закричал принц Горных Пастухов. — Зия, улетай, прошу тебя!

Принцесса с ужасом осознала, что попала в ловушку. Что письмо писал не Шаста. Ее заманили сюда обманом.

— Улетай, — согласился принц Хантерюк, — и мучайся всю жизнь, что могла бы спасти друга, но проявила малодушие.

Зия оглянулась на Джину. Ей пришла в голову мысль, что если ящер улетит, то планы Хантерюка расстроятся. Заморский принц как будто прочитал ее мысли:

— А если и ты прогонишь своего дракона, то я такое устрою Шасте, что зрелище тебе не понравится, обещаю.

— Не слушай его! — возопил Шаста. — Спасайтесь!

Хантерюк на несколько шагов оттащил его от зловещего черного входа. Зие почудилось какое-то движение внутри пещеры. Начали вспыхивать глаза. Похоже, в темноте за первым ящером топтались другие драконы.

Зия разозлилась на себя. Как глупо она поступила! Надо было сверить почерк, понять, что письмо написал не Шаста, рассказать отцу. Вот только поверил бы ей Король Долины? Ладно, что сделано, то сделано. Надо искать выход из сложившейся ситуации.

Но того, что предпримет заморский принц, Зия не ожидала.

— Номер Один, давай! — вернулся к пещере Хантерюк. — Туда!

Из расщелины высунулась голова и изрыгнула пламя в сторону Шасты. Трава перед ним превратилась в пепел. Связанный Шаста отпрыгнул и не удержался на ногах, свалился. Голова чужого дракона повернулась и неожиданно полила огнем Зие под ноги. Джина прикрыла принцессу крылом, но Зия успела почувствовать жар.

— Ты что вытворяешь?! — закричала она. — Хантерюк! Ты же человек! Мы — люди! Зачем нам причинять друг другу и братьям меньшим зло?! Ты не можешь просто так взять и сделать плохое!

— Милая, наивная принцесса! Я очень даже могу! — заявил принц Хантерюк. — Тем более что для меня это вовсе не плохое. Короче: или я получаю то, что хочу, или Шаста отправляется к праотцам!

Принцесса замерла в нерешительности, абсолютно не представляя, что ей делать. Она чуть было не отчаялась, но вовремя вспомнила слова старшего брата о том, что принцам и принцессам этого не полагается. И отец говорил, что слава Богу за все.

Зия оглянулась в надежде найти выход. Дракон, высовывающийся из темной пещеры, неправильно истолковал ее движение и полыхнул огнем в ее сторону даже без команды Хантерюка. Джина тут же дунула своим пламенем в яркую струю противника. Не остановила, но отклонила. Совместный столб взметнулся вверх совсем рядом с Черным камнем. Тот раскололся. Дракон вошел во вкус и полил огнем землю рядом с Шастой. Джина вмешалась, опять отклонив струю.

— Уже лучше! — одобрил заморский принц.

— Послушай, Хантерюк. Разве ты не рискуешь своим положением в кругу монархов, поднимая руку на наследного принца? — решила зайти с этой стороны Зия.

Хантерюк засмеялся, подошел к Шасте и пнул его ногой.

— Наследный принц? Страны кислого молока? Да это же недоразумение на карте, а не королевство! И ничегошеньки у них нет, кроме баранов. И сами они бараны. Нашли яйца драконов и не смогли воспользоваться. И никто за них не вступится. Принц? Ха-ха. То ли дело сильное королевство и его правители! — Хантерюк приосанился. — Или Долина. Жалко, что ваше королевство лишится своей принцессы из-за вероломства зарвавшегося горца, который, конечно, тут же поплатится за это. Именно так объяснят, что произошло, когда вас найдут. Вернее то, что от вас останется. Скажут: мерзкие ящеры отомстили, каждый за своего хозяина. Не пожалели детей.

Шаста ухитрился подняться на ноги и что-то сказал, принц Хантерюк перевел на него глаза, Зия быстро подняла с земли небольшой, но острый плоский осколок Черного камня, который присмотрела за время речей заморского злодея.

— Мы тебе на слово не верим! — громко повторил Шаста. — Чем ты сможешь подтвердить, что отпустишь хотя бы Зию? Вот видишь, нет смысла выполнять твои условия.

Джина оставалась в пятне света. А Зия с зажатым в ладони камнем приблизилась к принцам — ей надо было освободить Шасту.

— Э… — растерялся Хантерюк.

— Дай принцессе в залог что-нибудь ценное, — предложил Шаста. — Такое, что ты бы ни за что не хотел потерять.

Зия тем временем зашла принцу Горных Пастухов за спину.

Пока Хантерюк морщил лоб, соображая, оглядывался на пещеру и даже шарил по карманам, принцесса украдкой перерезала веревку, связывающую запястья Шасты, и сунула осколок ему в руку. Освободить еще и ноги не вышло — Хантерюк бы заметил.

— Улетай, — прошептал принцессе Шаста, — я теперь сбегу.

— У меня ничего нет! — тем временем признал Хантерюк.

Похоже, он даже слегка огорчился, что такое простое препятствие стоит между ним и его затеей.

— Кольцо? — вспомнила, что есть ценного у Хантерюка, Зия. — Ты ведь сдержишь слово, чтобы вернуть коллекционную вещицу?

Про себя принцесса решила, что, когда удастся сбежать, она ему просто швырнет кольцо обратно — ей чужого не надо. А с нее слова никто не брал, чтобы выполнять обещание. Но как же противно лукавить!

Хантерюк с превеликим сожалением снял украшение, сплавленное утерянным способом из трех металлов и украшенное резьбой. Видимо, ему очень хотелось заставить драконов драться, раз уж решился на такой шаг. Он взвесил кольцо на ладони.

— Бери! — предложил Зие.

Она протянула руку, но принц Хантерюк сжал пальцы, не отдавая кольцо. Зия удивленно посмотрела ему в глаза — он усмехался.

— О! У меня есть идея получше! — Хантерюк резво схватил принцессу за руку и потащил к пещере.

Джина затопала лапами и выгнула шею. Хантерюк только громко рассмеялся.

— Какой же я был дурак, договариваясь с людьми! Толку от вас никакого. Жалкие тряпки. Ну-ка, разозлим твоего дракона! — он отпустил Зию и быстро ретировался в пещеру с криком: — Давай, Номер Один!

Лунный дракон начал поливать принцессу огнем. Зия закричала от боли и страха.

Она уворачивалась, отскакивала, приблизиться к Джине не получалось. Уж очень ловко пресекал ей путь Номер Один. Джина начала сбивать его пламя, чтобы оно не попадало на Зию.

Лунный дракон продолжал гонять принцессу — Джина ему мешала.

— Ну же, деритесь! — заорал в нетерпении принц.

И Номер Один вышел из пещеры. Избегая солнечной стороны, он полыхнул в сторону Джины. Та попятилась и не ответила.

Хантерюк от злости стукнул себя ладонью по ноге и скомандовал:

— Взлетай!

Номер Один поднялся в воздух и, держась в тени гор, стал поливать огнем и Зию, и Шасту. Джина перебивала его пламя.

Шаста, все еще в веревках, перекатывался, одновременно пытаясь освободиться от пут. Ноги ему Хантерюк связал крепко.

А Зия ухитрилась добежать до Джины. Номер Один обезумел от того, что одна жертва ускользнула, и полностью сосредоточился на принце Горных Пастухов. Зия могла бы теперь улететь, но она даже не стала забираться в седло — Шаста был в опасности, только Джина помогала ему оставаться в живых.

Хантерюк взвыл от досады.

Вдруг две крылатые тени показались над ущельем. Два дракона — большой и поменьше — кружили в небе, всматриваясь в происходящее.

— Орлик? — удивленно поднял глаза вверх Шаста и чуть не поплатился за промедление, получив струю огня от лунного ящера.

— Орлик? — ахнула Зия.

Неужели молодой дракон, которого прогнал Шаста, чтобы не подвергать опасности, догадался позвать Орлика? Это же он сопровождает дракона принца Горных Пастухов!

Но как Орлик, поняв, что Шаста в беде, поборол свой страх перед людьми и прилетел на выручку? Вот какова сила любви! Принцесса заплакала.

В том, что дракон прилетел на выручку, у Зии не возникло и тени сомнения.

— Орлик? Жив? — в тревожном недоумении замер принц Хантерюк.

Но тут же повеселел от того, какой выгодный оборот приобретает теперь его затея, и подбодрил своего дракона:

— Замечательно! Давай, Номер Один! Жги! Жги! Жги!

Хорошо, что Шаста ухитрился освободиться от последних веревок, пока все глядели наверх. Лунный ящер с еще большим усердием начал гонять его пламенем. Без пут Шаста уворачивался быстрее.

Орлик не выдержал и облил дракона пламенем, когда тот снова обратил огнедышащую пасть в сторону принца Горных Пастухов.

И получил столб пламени в ответ от лунного.

Началась странная битва.

Глава 6

Орлик находился в невыгодном положении: его мягкое брюхо было открыто, тогда как лунный дракон, летающий ниже, подставлял только крепкую спину. Но у лунного было вдвое больше задач — он целился то в Шасту, то в Орлика.

Зия подумала, что, когда наступят сумерки, солнечному Орлику придется туго. Луна даст силы его противнику.

Хантерюк время от времени высовывал голову из пещеры, смотрел в небо и восклицал:

— Нет, вы только посмотрите, дерутся! Я заставил их драться!

Потом он начал переживать:

— Где слеза? Почему никто не плачет?

Орлик тоже понял, что времени у него остается мало, солнце заходит. Скоро у соперника будет преимущество — ночь. Он ринулся вниз, столкнулся тушей с лунным, тот опешил и начал беспомощно махать крыльями, пытаясь восстановить равновесие. Орлик направил мощную струю огня ему в грудь. Лунный рухнул на землю. Ударился с размаху и замер.

Хантерюк побежал к нему:

— Где же камень?

Присмотрелся и пнул тушу:

— Сдох!

Повернулся к расщелине:

— Номер Два!

Из пещеры высунулся дракон поменьше предыдущего и изрыгнул вверх не очень большую струю пламени. Джина своим огнем загнала его обратно.

Орлик спустился. Ткнулся мордой в морду лунного. Тот не отвечал. Орлик лег рядом, прижался и закрыл глаза. Он дрожал, из горла вырвался жалобный рык.

Шаста побежал к нему. Джина и Зия тоже. Шаста обнял морду, поцеловал. Джина неловко топталась рядом и вздыхала. Орлик лежал, вздрагивая. От пещеры на происходящее недоуменно пялился принц Хантерюк.

Орлик приоткрыл глаз, закрыл, по чешуйчатой щеке медленно покатилась громадная слеза, сверкая в лучах заходящего солнца.

Принц Хантерюк обрадованно вскрикнул, подбежал, нагнулся, подхватил. И заорал. Горячая слеза выпекла ладони, он затряс руками, пытаясь ее сбросить.

Она упала, коснулась земли и медленно затвердела. Но Хантерюку было не до камня, он вопил и дул на ожоги. Сорвал и выкинул расплавившееся кольцо-диковинку. Номер Два высунулся еще раз. Испуганно оглядел происходящее. Джина дунула огнем, и дракон исчез.

Первым опомнился Шаста: он сбил Хантерюка с ног и ловко связал его двумя своими поясами-уздечками.

Зие показалось, что на горной дороге над ущельем мелькнули красные плащи. Кто-то к ним спускался — Зия понадеялась, что друзья, а не враги.

Принц Хантерюк извивался, пытаясь освободиться, рычал проклятия и стонал от боли. Шаста уже не обращал на него никакого внимания. Опять обнял Орлика, тот глаз больше не открывал.

Джина подобралась ближе, капала слюной, вылечивая раны у Зии, Шасты и Орлика. Выглядела она слегка растерянно, если так можно описать беззубый драконий оскал.

Орлик лежал и вздрагивал. Зия вдруг поняла, что ящер подавляет рыдания.

А вот Шаста ревел в голос. Он целовал драконью морду:

— Орлик! Не покидай меня! Останься со мной! Прошу тебя.

— Он не умирает! — озарило Зию.

— А почему он плакал? — не поверил Шаста.

— Он уронил слезу потому, что ему пришлось… убить брата. Пусть плохого, дурно воспитанного… — грустно отозвалась Зия.

— Так вот от чего плачут драконы… — прошептал Шаста и погладил Орлика, прижавшегося к лунному брату.

А Джина пошла к вопящему, проклинающему все на свете Хантерюку. Он испуганно отшатнулся, а она исхитрилась и попала целебной слюной на его раны.

Хантерюк в изумлении замолчал.

«Эх, — подумала Зия, — вот бы эта слюна излечивала души! Но может, это первая капля на пути исцеления?»

Что было дальше, она не помнила. Она, оказывается, так устала, что сознание погрузилось в туман.

***

Очнулась – слабо пахло цветами.

Братья — а это они с отрядом рыцарей спускались в ущелье в своих красных плащах — устлали мягкой травой гор телегу. И повезли измученную битвой драконов Зию домой. По пути они рассказывали, рассказывали без передышки – так много всего произошло, что пропустила Зия.

Младший брат вернулся как раз перед тем, как Зия улетела. Он обнаружил, как много неправедных дел совершили взморцы. А втянул их принц Хантерюк — в том числе и в контрабанду.

Королю Долины поступали донесения, что заморский принц мутил воду, подливал масла в огонь, оговаривал, распространял ложные слухи по всей бывшей империи. Как король ни отмахивался от подозрений, тут уж ему пришлось задуматься. Так что младший брат вовремя подоспел со своими расследованиями из Взморья.

Братья подобрали брошенное Зией письмо про встречу у Черного камня, сверили с анонимками. Поняли, что это ловушка, правда, не подозревали, какая страшная. Старший побежал к Джине, крича, чтобы Зия вернулась и обсудила с ними все эти открытия, а она не послушала и улетела.

Они поспешили вслед за Зией, уповая на лучшее. Как же вовремя прилетел Орлик и прекратил это безобразие!

— Что с ним? — спросила Зия.

Орлик остался лежать рядом с лунным. Страдает. Джина пытается утешить. Вылизывает его, как кошка котенка.

А Шаста разрывается между Орликом и другими драконами. Он ломает голову, как привести в чувство странных злых ящеров, которые нашлись в пещерах. Когда брали под стражу Хантерюка, он даже не оглянулся на них, хотя драконы выглядывали и смотрели ему вслед. А теперь они одновременно и беспомощны, и ожесточены.

Зие, несмотря ни на что, стало жалко несчастных.

«Можно ли научить, что такое хорошо и что такое плохо, драконов, для которых эти понятия подменили, пока выращивали в ненависти? Хантерюк посылал их на смерть безжалостно, как Номера Первого, а лунные драконы все равно к нему привязаны, как же так? — думала Зия. — Но раз они умеют любить, то их искалеченные души можно исцелить? Хотя Шасте придется несладко на этом поприще».

— Там же нашли мальчишек, — вздохнул младший брат, — Они скрывались в темноте пещер за драконами. Хантерюк их использовал за ничтожное вознаграждение. Он успел внушить им мысли об их исключительности и высоком предназначении. Потеряны не меньше тех драконов, но пыжатся.

— О! С людьми проще. Добро вытеснит зло. Мальчишкам надо больше общаться с солнечными добрыми драконами и читать хорошие добрые книги, — воскликнула Зия.

— Точно, Шаста тоже предложил отправить их в библиотеку переписывать сказки! Заодно и книг станет больше, и дама-сухарь будет счастлива.

Зия улыбнулась, услышав прозвище. Но тут же подумала о виновнике всех бед:

— А что будет с Хантерюком?

— Шаста пошутил и предложил обменять его на ящик мандаринов. Можно даже не коллекционных. Видела бы ты обескураженную физиономию заморского принца при этих словах! — хохотнул старший брат.

«Да уж, — мысленно представила Зия, — такой цены за себя заморский принц не ожидал».

— И молва об этом несуществующем ящике бежит впереди нас. Встречный народ смеется при виде заморского принца, когда мы проезжаем селения, спрашивает про мандарины. Для Хантерюка это оказалось жестоким наказанием. Но я бы наказал его сильнее, — сделался серьезным брат.

— Он уже наказан, — махнул рукой туда, где везли пленника, младший брат. — Его, похоже, терзает боль, которую он причинил и драконам, и людям. Она пронзает его сердце. Но он еще не понял, что получит избавление только тогда, когда раскается. Будем надеяться.

— А «Слеза дракона»? Что с ней? — вспомнила Зия о предмете вожделения Хантерюка.

— Везу за пазухой, выберем Хранителя на Совете, — отозвался младший. — Но как же жалко, что больше не будет новых драконов в этом мире!

— А тебе мало наших? — старший брат опять смеялся. — На самом деле в пещерах нашли припрятанные Хантерюком в холодке яйца. Дети помогут вылупиться солнечным драконам.

И наклонился к Зие с веселыми словами:

— Слава Богу за все, сестричка! Мир наш возвращается на круги своя.