Новый год за бортом

Глава 1

- Глянь, совсем мамашки со своими инстаграммами озверели – ребенку линзы нацепила! Видимо, чтобы лучше на фотках с котом смотрелись. И как только такую зверюгу на борт пустили?! – полыхала праведным гневом тетенька в смешной широкой шляпе и ярком парео. Обращалась она к колобкообразному спутнику в яркой гавайской рубашке и шортах.

- Зина, да отстань от ребенка, пойдем лучше коктейлей выпьем, - спутник попытался оттащить даму в сторону, но ту было не остановить. Подобно катеру, рассекающему тугие волны моря, она направилась к Женечке.

- Девочка, где твои родители? – елейным тоном, не предвещающим, впрочем, ничего хорошего спросила тетенька. Она склонилась над Женечкой так, что ее шляпа закрыла собою солнце.

- Я здесь, а вы что-то хотели от моего ребенка? – мама вернулась очень вовремя. – Детка, вот твое мороженое.

- Ничего-ничего, - затараторила обладательница огромной шляпы. – Девочка одна, без присмотра. Решила, что потерялась.

- Она не одна, а с Василием. – Огромный рыжий котяра породы мейн-кун, сидящий рядом с Женечкой, лениво повернул голову и подтвердил басовито «Мяу».

- Понятно… - протянула явно ничего не понимающая тетка. Ну, не объяснять же ей, что Васька поумней дрессированной собаки будет.

- Глаза у вашей девочки красивые, - не выдержала тетка.

- Это не линзы, - устало ответила мама.

Глупый разговор начал ей надоедать, поэтому она поспешила увести дочь:

- Детка, там на палубе елку ставят, пойдем посмотрим?

Девочка послушно кивнула и взяла маму за руку. Очень хотелось показать тетке язык, но Женечка знала, что так будет невежливо.

- Василий! – привычно позвала мама, и кот послушно потрусил рядом, словно выдрессированный. И поводка не нужно.

- Пора купить тебе футболку с крупными буквами «ЭТО МОИ НАСТОЯЩИЕ ГЛАЗА». Единственное хорошее, что осталось тебе от отца, - вздохнула мама Лида.

О папе она говорила редко. Женечка знала, что он был доктором, который уехал в далекую страну лечить людей и там остался, ведь он там очень нужен. Женечке хоть и было всего шесть лет (через полтора месяца - семь), но она уже кое-что понимала. Например, что папа маму скорее всего бросил и сбежал, когда узнал о рождении дочери. Во всяком случае, именно так говорила МарьВанна ОльПетровне в детском саду, когда думала, что их никто не слышит.

Мама Лида очень много работала, чтобы у нее с Женечкой все было. Иногда она задерживалась на работе или даже работала в выходные, и тогда с дочкой сидела соседка Оля – веселая студентка, которая очень любила малышей. Чем пользовались все мамочки подъезда.

С Олей было весело и нескучно, но с мамой все равно лучше.

Этот Новый год Лидия Михайловна решила отпраздновать подальше от дома. Главным образом потому, что не хотела внеочередных вызовов на работу.

Женечка предпочла бы дома наряжать елку, лепить снеговика и играть в снежки, но раз мама так сказала, значит, так правильно. Мама никогда не ошибается!

Вот и сейчас Женечка во все глаза смотрела на новогоднюю красавицу и даже совсем забыла про мороженое. Елочка была на загляденье! Феи в фирменной одежде лайнера легко порхали по приставным лестницам и развешивали огромные шары, снежинки и бусы.

- Вот, ведь, шельмы, красоту какую городят! - Иннокентий Вениаминович прогревал свои немолодые косточки на южном солнышке и тихонько вздыхал об утраченных возможностях.

Столько лет проработал на заводе – сначала слесарем, потом начальником отдела, заместителем директора и, наконец, директором. А для чего?! Ночами не спал – переживал за каждую мелочь! С женой развелся, потому как дома почти не появлялся, да и мужем был, честно говоря, так себе.

А теперь что? Продали родимый завод. Чтобы снести его и построить очередной торговый центр. Ладно бы что путное, а тут… Тьфу, дармоеды! Только барыжить могут!

Отступные заплатили, конечно, хорошие. Иннокентий Вениаминович в одночастье миллионером стал. Да и своих накоплений он почти не тратил – много ли холостяку надо?! Кушал всегда в заводской столовой бесплатно, ездил на рабочем транспорте. Деньги копились на счету. Копились-копились, да накопились. На старость безбедную хватит!

Да и на детей бы хватило. Только нету их. Никого нету, даже кота. Например, такого красивого, огненно-рыжего с белой манишкой, который важно выступал по палубе рядом со смешной девочкой. Женщина, державшая девочку за руку, была милой и какой-то домашней, можно даже сказать уютной. Легко было представить ее в нарядом платье, встречающей дома гостей.

Иннокентий Вениаминович вздохнул про себя. Эх, был бы лет на двадцать моложе!.. Только дальше додумать не успел. Он и по молодости не особо находил общий язык с женщинами. А уж с красивыми и подавно. Вот, на заводском собрании выступить, пожалуйста – тут у него не заржавеет, а с девушкой поговорить - сразу все красноречие куда-то пропадало. А сейчас он, старик, вообще никому не нужен.

- Красивая… - завороженно произнесла Женечка, глядя во все глаза на елку.

- Я рада, что тебе нравится, - улыбнулась, наконец, мама. – Знаешь, а здесь еще каток есть, пойдем его поищем. Хочешь покататься на коньках? Я тебя научу.

Девочка весело кивнула, а Иннокентию Вениаминовичу тоже отчего-то захотелось на каток. Он же по молодости еще как по льду рассекал. И ласточку умел, и ходом назад.

Ночью на море случился шторм. Пока пол в каюте ходил ходуном, мама Лида рассказывала Женечке, что это морской царь чем-то недоволен, оттого и разбушевался. Умная девочка подумала, что если бы у нее над головой звучала такая громкая музыка, как по ночам на корабле, она бы, наверное, тоже разбушевалась. Вот, мама всегда ругается, когда соседи сверху не дают спать по ночам.

Утром объявили, что во время шторма никто не пострадал. Только елку смыло за борт. Но к вечеру обещали поставить новую.

- Морскому царю тоже захотелось праздника, - подмигнула мама Лида Женечке, услышав новость.

Тем временем елка почти невредимой опустилась на дно морское рядом с домиком-ракушкой моллюски Птерии, чем произвела настоящий переполох.

Не прошло и часа, как к секретарю морского царя Мудрому Осьминогу нагрянула целая стая трески.

- Жемчужины! – трещала треска. – Гигантские жемчужины! Огромные! Просто невероятного размера! У Птерии истерия. Она такую жемчужины никогда не высидит, а там их десять. Нет, двадцать! Двадцать пять! Шесть! Нет, пять!

- А ну, угомонились! – прикрикнул на рыб Осьминог. – Давайте по порядку. Что за жемчужины? Откуда? И что там с Птерией?

- С коралла! Сверху! Плачет она, что уволит ее морской царь, раз она не может такие же большие и красивые жемчужины делать!

- Понятно, что ничего не понятно, - вздохнул Мудрый. – А ну, отведите-ка меня к Птерии.

- Отведем! С радостью! За мной! Нет, за мной! – рыбный косяк подхватил осьминога и закружил его среди блестящих спинок.

- М-да… - протянул секретарь морского царя, оглядывая невиданное чудо. Коралл был странный, но весь усыпанный жемчужинами разного размера. Некоторые и впрямь были огромные и просто невероятных цветов.

- Надо морскому царю показать, - наконец вынес вердикт осьминог. За свое более чем тысячелетнее существование он такого на глубинах еще не видел.

- Не надо царю! – запричитала Птерия.

- Надо! – сурово отрезал осьминог. – Он должен нам сказать, что это. А за жемчуг не переживай. Твой он ценит особенно.

- М-да… - почесал в затылке Царь всех морей Тритон.

Он взял в руки одну из самых крупных «жемчужин» и повертел:

- Хороша. Но что-то легкие они и хрупкие, - Тритон указал трезубцем на один разбитый шарик, которому не довелось пережить падение.

- А откуда это чудо, я не знаю, – честно признался морской царь.

- А мы знаем! Знаем! Мы плавали! Мы видели! Все видели! – затараторил косяк трески.

- И что же вы видели?

- Наверху-наверху! На корабле это было! А сейчас там такое же, но другое! – рыбины говорили все разом, торопились, перебивали друг друга и мельтешили перед глазами.

- На корабле, говорите… Ну, это кое-что проясняет, но не все, - Тритон задумался. – А вызовем-ка мы кого-нибудь с верхнего мира, чтобы рассказал нам, что к чему.

- Да! Да! Вызовем! Вызовем! Что к чему! – рыбы заволновались, предвкушая волшебство.

- Надо выбрать кого помудрее и постарше, - решил Тритон, стремительно поднимаясь наверх – только блеснул русалочий хвост.

Иннокентию Вениаминовичу не спалось. Все не шла из головы приятная миловидная блондинка. И дочка у нее забавная, и кот этот большой смешной.

Вот же, дурень старый, замечтался так, что даже давление поднялось. Вышел проветриться, а на палубе душнее, чем в каюте.

Женечке тоже не спалось, а еще жуть как хотелось посмотреть на большие звезды. Мама говорила, что за городом их видно лучше. А на лайнере – это уж точно за городом. Вон как далеко от дома.

Маму Женечка решила не будить – пусть отдохнет, а она быстренько сбегает на палубу. Глянет одним глазком и вернется.

Только подумал Иннокентий вернуться восвояси, глядь, а сегодняшняя непоседа со своим котом тоже здесь.

Непорядок! Дети после девяти вечера спать должны!

- Девочка, а где твоя мама? Ты знаешь, что маленьким деткам одним так поздно лучше не ходить? – мужчина подошел к крохе.

- Я не одна, а с Василием, - Женечка посмотрела на пенсионера своими невероятными зелеными глазами. – И мама не разрешает мне разговаривать с незнакомыми.

- Так мы с тобой немного знакомы. Я – дядя Кеша. Мы на катке рядом катались, помнишь?

Женечка кивнула. Она запомнила, как дедушка делал ласточку на льду и здорово катался. Даже мальчишки так не могли!

- Давай, я отведу тебя к маме, пока она не начала беспокоиться, - предложил пенсионер-миллионер. И подал девочке руку.

Женечка подумала немного и взялась за протянутую ладонь. В этот момент их и накрыло морской волной. Да так тихо, что никто даже не заметил.

Морской царь долго выбирал, кого бы ему призвать. Влюбленные парочки, в избытке гуляющие по палубе, его не интересовали, шатающиеся как от качки люди доверия не вызывали. Наконец, он приглядел достойного мужчину и взмахнул трезубцем – море всколыхнулось и пред светлыми очами Тритона предстал Иннокентий Вениаминович с Женечкой и котом Василием, вцепившимся ему в штанину.

- Неудобно вышло… - пробормотал Мудрый Осьминог.

Женечка пришла в себя первой. Она с любопытством осмотрелась вокруг и сказала вежливо:

- Здравствуйте!

Следом за ней и Иннокентий вспомнил, что не зря он раньше был директором:

- Товарищи, это возмутительно! Кто вы такие, и где мы находимся? Верните нас немедленно на лайнер. Вы знаете, что вам грозит за киднеппинг?

- Извините! – Осьминог как секретарь морского царя решил принять удар на себя. – Мы займем немного вашего времени. Нам хотелось узнать, что это за коралл, и что на нем за диковинные жемчужины.

- Что здесь происходит? – Иннокентий Ваниаминович ошалело озирался по сторонам, не веря собственным глазам.

- Они хотят знать про елку, - сказала Женечка, которая поняла, что только она услышала осьминога. Вечно с этими взрослыми так – они слышат не то, что надо, и не слышат, чего не хотят.

Морской царь быстро сообразил, что к чему, и направил на пенсионера магический трезубец.

- Вы на меня свое оружие не наставляйте! Я служил, между прочим. И не такого насмотрелся! – пенсионер инстинктивно закрыл Женечку спиной.

- Добро пожаловать в мои владения! Будьте нашими дорогими гостями, – Тритон радушно обвел рукой вокруг.

- Ой, - крякнул Иннокентий. Такого он явно не ожидал.

- Позвольте узнать, что это за чудный коралл и что на нем за жемчужины, - повторил свой вопрос Осьминог.

- Так это – елка новогодняя с шарами. Ну, елка новогодняя! С шарами! – Еще более выразительно повторил мужчина, видя недоумение на лице морского царя.

- Дядя Кеша, - Женечка дернула Иннокентия за рукав. – Кажется, они не знают, что такое Новый год и елка.

- Как не знают? Надо им рассказать.

- Лучше не рассказать, а показать, - предложила девочка. – Но сначала надо елку поднять и правильно поставить. Ой, Васенька, не надо кушать рыбку, мы же все-таки в гостях.

- Не больно-то и хотелось, - кот, который мгновение назад высматривал себе добычу в косяке, лениво отвернулся и сел возле ног хозяйки. – Они же – не премиум корм с подливкой.

- Вася, так ты и разговаривать умеешь! – Обрадовалась Женечка.

- Умею-умею, - промурлыкал кот. – Только маме Лиде не говори. Она и так со мной все вечера болтает, хоть я ей и не отвечаю.

- Ну, вот, все готово! – Иннокентий помог установить и закрепить елку. – Что дальше-то?

Пенсионер уже давно не бывал на новогодних празднованиях, а детство его было так далеко, что уже все подзабылось.

- Теперь нужно песни петь и хоровод водить, - подсказала Женечка. – А потом позвать Снегурочку и деда Мороза. Мы будем рассказывать стишки, и дед Мороз нам за это раздаст подарки, а когда все дружно скажут «елочка гори», должны загореться огоньки.

- Понятно, - протянул дядя Кеша, почесывая затылок. – Сейчас все будет! Нам тут кое-что обмозговать нужно, есть ли у них под водой вообще электричество и реквизит.

Бывший директор сразу же принялся руководить. Совсем скоро все уже было готово.

Женечка учила морских жителей новогодним стихам и песням, водить хоровод вокруг елки и танцу Маленьких утят. Дедов Морозов было целых два. Иннокентий Вениаминович не доверил такое важное дело морскому царю и подстраховывал, когда тот терялся. Из мешка с подарками вместо конфет раздавали цветные ракушки. Снегурочкой была русалка такой красоты, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Елочка зажглась как положено – Тритон попросил глубоководных жителей после «волшебных слов» включить свои фонарики, и новогоднее дерево засияло огоньками.

Песни пели все вместе. Особенно старалась треска. Хоть и пели рыбины кто в лес, кто по дрова, зато задорно! Мудрый Осьминог отплясывал во все восемь ног.

Никогда еще ни у Женечки, ни у подводных жителей, ни у пенсионера Иннокентия не было такого веселого праздника.

Пока все танцевали, дядя Кеша взял девочку на руки и не заметил, как она задремала на его плече. Зато умный кот Василий все подмечал.

- Кажется, нам пора возвращаться, - промурлыкал он, не побоявшись обратиться к самому Тритону.

- Раз пора, значит, надо, – согласился морской царь.

- Ну, тогда бывай! – Иннокентий Вениаминович по-свойски пожал руку морскому царю.

- Повеселили вы нас сегодня знатно, - улыбнулся Тритон. – Проси, что хочешь, награжу по-новогоднему.

- А ты прямо все-все можешь? – прищурился Иннокентий.

- Ну, не все, но многое.

- А скинуть мне пару десятков лет, сможешь?

- Попробуем, - усмехнулся Тритон.

Утром девочка Женя гуляла с мамой по палубе и взахлеб рассказывала ей, как она справляла новый год с морскими жителями.

- Какой тебе хороший сон приснился, - Лида с улыбкой потрепала дочь по волосам.

- Но, мама, это было взаправду! У Василия спроси!

- Обязательно спрошу, - серьезно кивнула мама. К чему расстраивать дочку, если у нее просто богатая фантазия.

Кот Василий, гордо вышагивающий рядом, лишь закатил глаза – ох уж эти взрослые, ничему хорошему не верят.

Иннокентий Вениаминович с прошлого вечера заметно помолодевший и посвежевший, улыбаясь наблюдал за разговором матери и дочери. Он нервно пригладил рукой растрепавшиеся от морского бриза волосы и завернул в ближайший магазинчик:

- Даме - цветы, дитю – мороженое! Главное – не перепутать.

Что ж, Тритон свое дело совершил, пришел черед и самому научиться творить чудеса.