Несгораемые чудеса

Глава 1

– Вот и как ты вообще это сейчас представляешь? Возвращайся, давай, – раздражённо сказала Пехтра. – В конце концов, у каждого есть свои обязанности.

Яга закатила глаза, вздохнула и выключила телефон. Прошло уже столько лет, а сестра с какой-то нездоровой настырностью продолжала увещевать её. Так происходило из раза в раз, превратившись в своеобразный ритуал. Иногда старушка даже подумывала, какова будет реакция, если однажды она согласится. Хотя нет, пустое. Конечно же Яга не собиралась возвращаться. Покачав головой, она опустила руку на голову чёрной гончей, статуей застывшей рядом с креслом, и почесала собаку за ухом.

Жили-были три сестры – старшая Яга, средняя Пехтра и младшая Руга. Ещё с малых лет девушки были очень разными, однако что-то всегда соединяло их вместе, будто бы они незримо дополняли друг друга. Яга была домовитой и вдумчивой: то в огороде пропадала, то в лесу, собирая ягоды и всякие травы. Соседи не чурались обращаться к девушке за помощью – все знали, что она умна не по годам, и что-нибудь, да придумает, коли беда случится. Пехтра с первого взгляда была легкомысленной. Красавица-кокетка, она любила носить на голове венки из жёлтых цветов, и к ней приходили, когда нужно было обсудить дела сердечные. Руга была любимицей всех зверей по соседству, даром, что любила ходить с отцом на охоту, всегда принося богатую добычу.

Слухи о трёх сёстрах разносились по всем землям, и когда они выросли, то часто путешествовали, помогая, верша справедливость, а порой и карая. Продолжалось так бесконечно долго, дольше, чем может продлиться простая человеческая жизнь. Минуло не одно столетие, и Яга заскучала. Нет, к ней всё также ходили за советами, а почтенная теперь старушка редко отказывала, когда видела, что человек действительно чист душою. За её привередливость многие обозлились, называя её старой каргой, старухой. Люди постепенно забывали всё хорошее, что она сделала раньше.

Однажды Яга просто собрала вещи и уехала. Конечно же, она предупредила Пехтру и Ругу, но сёстры не смогли удержать её, да и не в силах были сделать это. Они обе знали, что если твёрдая характером старшая что-то для себя решила, значит, это окончательно.

– У нас у всех есть свои обязательства, – на прощание проговорила средняя сестра, укоризненно качая головой. – Неужели после всего, что мы смогли сделать, ты просто всё возьмёшь, да и бросишь?

Яга уже давно для себя поняла, что хранившееся на сердце проще держать при себе, пусть даже ради заботы о близких, и решила не переубеждать сестёр, лишь улыбнувшись на прощание, да садясь в автобус.

Впереди Ягу ждал большой город, который она помнила ещё маленьким и неказистым. Теперь это был многомиллионный мегаполис, и поначалу она даже обомлела. Сотни запахов, от женского парфюма до бензина из выхлопных труб автомобилей, ударили в нос, но внезапно всё вокруг так позабавило старушку, что она улыбнулась, взялась за ручку чемодана и бодро пошла вперёд. Яга никогда не была из тех, кто боялся трудностей.

Она обосновалась в небольшой квартирке на окраине. Поначалу стены бетонной коробки ещё давили с непривычки, но вскоре Яга прониклась этим неуловимым очарованием большого города вокруг. Ещё никогда старушка так надолго не задерживалась в таких местах, предпочитая деревянные сельские дома, но сейчас она совершенно точно ощущала, что находится там, где должна быть. Своему чутью Яга привыкла доверять.

Когда наступало лето, хоть и недолгое, но пронзительное и жаркое, она уезжала загород. Там, на небольшом клочке земли, Яга смогла создать огород, приносивший богатый урожай. Порой, как и в далёкие годы своей юности, она уходила в леса, собирая ягоды и травы, запасая всё, что только можно на зиму. Нет, в городе можно было найти магазины, где продавалось что-то подобное, но, присматриваясь к товарам на прилавках, старушка морщила нос – всё было неправильным, будто не настоящим, а если какой-то налёт ведовства и был, то настолько мимолётный, что оставалось только сделать всё самой – как и всегда. Это удручало Ягу – признавать, что люди со временем теряли ту волшебную искру, которую они с сёстрами закладывали и так долго проращивали, было горько.

С наступлением холодов она возвращалась в свою квартирку, раскладывая каждый мешочек и вещичку по своим местам. Яга любила порядок. В какой-то момент, правда, он был безобразно нарушен, когда она взяла себе чёрного, как смоль, щенка гончей. Старушка назвала его Авдей, и теперь он неизменно преследовал её по пятам, куда бы она не пошла, говорливый и певучий. Жить стало веселее и спокойнее.

Иногда она порой не выдерживала и колдовала. В мире, где магия потихоньку уходила и забывалась, Ягу приняли бы за безумную старуху, так что однажды она просто купила себе колоду Таро, простенькую, без изысков, и порой гадала на ней прохожим. Зоркие глаза видели, кому действительно нужна помощь, но, что главное – кто готов выслушать, а за шелестом карт никто не мог углядеть настоящего волшебства. Яга считала это скорее забавой, чем волшбой, а в конце обязательно давала просителю маленький мешочек с травами, собранными летом – на удачу.

В толпе старушка сливалась с окружением. Сухонькая, аккуратная, одетая неброско, но модно – она признавала, что город наносит свои отпечатки и на неё. Однажды, поджав губы, она взяла и связала себе шерстяную синюю ушанку, и теперь то тут, то там она мелькала среди безликих чёрных шапок прохожих, привлекая к себе внимание и даже улыбки. Яга лишь кивала в ответ – на такую реакцию она и рассчитывала, будто заставляя людей отвлечься от носов собственных ботинок и оглянуться на мир вокруг.

Сёстры раз в год, как по расписанию, продолжали названивать старшей. Голос Пехтры с каждым разом звучал всё серее и серее, казалось, она уже это делает скорее для галочки, чем ради серьёзной попытки попытки вернуть её. Руга даже и этого не пыталась, просто спрашивая, всё ли у сестры в порядке.

– Ягусь, ну может хоть погостить приедешь? – в последнем разговоре взмолилась младшая. – Уж сколько лет не виделись! Ну Ягусь, – Руга вздохнула. – Ну хоть на пару деньков. Вон и весна уже началась, а у нас помнишь, как хорошо?

Яга думала около недели. Сначала она выбросила этот разговор из головы, но мысли неизменно возвращались к предложению младшей сестры, и наконец она подумала, что, возможно, это не такая плохая идея. Она скучала по своим сёстрам, и хоть и не думала возвращаться к прежней жизни, однако тонкий голос чутья сейчас скомандовал – надо!

Из автобуса, уже приехав, Яга выходила почти помпезно – с чемоданом гостинцев и Авдеем рядом, который не отходил от хозяйки ни на шаг. Увидев собаку, Руга даже рассмеялась – она то помнила, как старшая сестра раньше и шагу не могла ступить без своих гончих, так что это казалось ей хорошим знаком. Яга выглядела гораздо живее, чем когда они виделись в последний раз, и это радовало.

Пехтра покривила губы со скепсисом, делая обиженный вид, однако не выдержала и крепко обняла сестру. Как бы ей не нравилось всё то, что происходило с ними тремя в последние годы, сейчас хотелось просто забыть обо всём, как о странном сне. Пехтра знала, что всё всегда идёт своим чередом, и если Яга тогда решила, что их пути должны разойтись – значит, так оно и нужно. Старшая всегда знала будущее лучше остальных.

Яга переступила порог дома, где они выросли сотни лет назад. Он казался точно таким же, каким она его помнила ещё с детства, по крайней мере, они всегда старались, чтобы это было так. В последнее тысячелетие возвращались сюда редко, но это стало такой отдушиной, своеобразной семейной традицией, так что сейчас она просто прошла внутрь, сняла кроссовки – для старых ног такая обувь оказалось необычайно удобной – и села у окна, молча смотря на улицу.

Весна чувствовалась везде. Она каким-то наэлектризованным порывом пронзала мир вокруг, и Яге хотелось дышать. Она распустила волосы, встала и, войдя в свою комнату, достала из шкафа платье. Простое, расшитое красными нитями, оно скользнуло прохладой на плечи, вмиг стирая странности городской жизни. О нет, Яга никогда не забывала, кто она есть на самом деле, но сейчас это чувство будто вспыхнуло в ней с новой силой, выпрямляя сгорбленную спину старушки.

– Посмотри, – Пехтра неслышно подошла сзади и рукой указала старшей сестре на улицу.

Весенняя ночь наступала быстро, и на холме впереди разгорались костры. Там собирались люди, распевая песни, водя хороводы. Как и сотни лет назад, они гнали

свой скот между кострами, прося защиты и благословления.

Время шло своим чередом, всё же оставляя возможность кому-то верить в чудеса.