Нечисть без названия

Глава 1

Даша в прихожей смотрелась в зеркало. Что-то она себе не нравилась в последнее время. Не стоит верить тем, кто говорит, что полностью всегда себя принимает. Лукавство и желание казаться кем-то иным. Всегда внутри что-то найдется То нос не тот, то шрамы. Вот у соседки Кирки шрам на лбу, упала о детский снаряд для игр головой. Зашили, теперь взрослая женщина со шрамами. А ничего - и замужем была, и вся цветет, улыбается и хохочет. И красавицей все зовут. Да находятся те, кто лезет и шепчет :" Ах, шрам какой ужасный, милочка, сводить надо." А Кирка и не слушает. Еще и смеется:" у меня и на руке шрам есть, и еще на лице от ветрянки остались. Представляете? А я живу". И на другую соседку баб Шура кидается, что нельзя с такой фигурой джинсы узкие носить. А Наташка стройная и сидит хорошо на ней все хорошо. Всегда найдутся обсуждающие. Но тайно каждый имеет свой " недостаток". Даже красотка-соседка имеет свои комплексы, просто не у каждой есть смелость это признать. Это честность -" мне вот не нравится как я выгляжу относительно себя после болезни". И тогда она поняла. Люди делятся на две категории. Первая чуточку собой недовольна, что-то в себе нашла не то. Внешне или внутренне. Тут главное не доводить до абсурда. А " я страшила" прорывается у каждого хоть раз, даже у самых довольных собой. Вторая - врет, играет, изворачивается, изображает уверенность, чтобы подольститься к другим, носит маску, прирастающую к лицу. Или боится чуточку приподнять завесу и посмотреть что внутри. А Дашка. Дашка чуточку стеснялась своего носа. Нормальный нос, но чуть длинноват. Из зеркала на нее смотрела белокожая шатенка с шоколадными глазами. Маленького роста, худенькая и хрупкая. Сейчас ей казалось, что она особенно бледна. Нужно в отпуск - может вернется привычное чувство себя. Звонила сестра, рассказывала, что какое шаманство особое попробовала. И ее записала. Не верила Даша в мистику, эзотерику и прочее. Не до того ей было. На работе завал, очень усталость накапливается. Влад в последнее время срывается на нее, гадости говорит, чаще уходит в кабинет. Неужели разлюбил? Пять лет жили душа в душу. Или просто вот впервые за этот срок им понадобилось время отдохнуть друг от друга? Может она накрутила? Он ответил, что любит. Никаких других женщин и быть не может. Пришло сообщение от сестры, она переслала ей послание :" Уделите внимание близким. Они оценят, они нуждаются в вас и вашем внимании". А почему и нет? Может попробовать новое и прислушаться к посланию? Поедет к родителям, давно не приезжала к ним. Все работа и домашние дела. Вот прямо сейчас и поедет в старый двор своего детства и юности.

Дарья уже выходила из такси. Увиденное заставило ее замереть. Пухленькая блондинка Светка вешалась на ее мужа, визгливо хихикала и пьяно бормотала что-то. А Влад улыбался ласково. Так он улыбался и ей в самом начале их отношений - нежно, умиленно и тепло. Она бормотала тогда что-то смущенно. А он взял ее руки в свои и стал греть. Это интимнее любого поцелуя, ее тогда обожгло током. Даша села на скамейку и стала смотреть. Имя "Света" она ненавидела с юности, тогда одна такая же увела ее первую любовь. О. А эта Светлана даже повадки Дашины копирует, почти слово в слово повторяет ее. А Влад...Влад не прекращает, поощряет. " Светочка, ты такая ...искренняя". Дарья чуть не прыснула от хохота, несмотря на трагичность и мерзость происходящего. Она раздваивалась на части. Одна ее часть сидела на скамейке за кустом отцветающей сирени и смотрела на воркование предателей. Почти спокойно. С той жуткой улыбкой человека, у которого забрали сердце. Вторая вспоминала корпоратив. Влад -высокий красивый брюнет с ореховыми глазами на худощавом лице. Он обращал на себя внимание. Но Даша не ревновала, она знала, что ее муж умеет осадить настойчивых дам. Тогда одна из них особенно активно вешалась на него, не смущаясь присутствию жены. Это и была Светлана. Даша еще подумала :" Из декольте не выпрыгни от старания. Влад умнее, на такое рыночное не клюнет". Но сильнее попыток знакомиться с красавцем -коллегой она ненавидела манипуляции под стилем непонимающей невинности. " Ах, не слишком ли я к вам с моей теплой дружбой". Владислав тогда очертил рамки строго :" Я рад поговорить с коллегами в рамках рабочего общения, безмерно вас уважаю, Светочка". А сейчас они ворковали как люди, скованные тайной. Это не безобидный флирт в офисе, это связь. - Ах, Владик, тут такое. Я могу рассказать только в другой обстановке. Шепну на ушко. - Шепни, я только обрадуюсь.

Тут Даша не выдержала и вышла из-за куста сирени. Так и у них все начиналось. С шепота на ушко, когда тогда юная Дашуля рассказывала свои почти детские секреты чуть более взрослому Владу. И Светлана, жившая в этом дворе, все видела. А теперь неумело копирует ее, подражает, изображая оригинал. Не так давно она сидела на кухне и слушала излияния той, как ей плохо живется, как бросают мужчины и как ей не везет. Даша сочувственно слушала и поддерживала. Какая ирония, та, которую она считала до своего уровня прилично не дотягивающей, увела у нее мужа. - Ну как? Долго над мной смеялись? Над любящим и искренним человеком легко смеяться. Не так ли? Муженек-изменник и приятельница- подменыш. Недавно плакала на моем плече, а теперь в постель к моему мужу пробралась. Не мои ли техники тантрического массажа применяла? А ты? Разлюбил - так скажи. Имей смелость принять сахарницу, что летит в голову. Я бы ушла. Но игр за моей спиной я не прощу! Будьте вы оба прокляты!

По странному совпадению именно в этот момент раздался гром. Дарья захохотала. Лил дождь стеной, сверкали молнии. Она бежала и давилась слезами. В руке были зажаты ключи от квартиры. Душа требовала что-то сотворить. Выкинуть может? И кольцо. Иначе покоя не будет. Какой покой. Разве будет. Променять ее - Дашу - на какую-то гнилую курицу! Жить вместе пять лет, думать о детях и врать о любви. И изменять. И с кем еще! С той, что и мизинца ее не стоит." Я тебе на ушко шепну, Владик" - передразнила Даша визгливые интонации Светки, очень заметно подражая самоуверенной манере и менторству. - Да уж. А Светка то наверняка изображает, что такая вся глубокая и понимающая. Врушка мерзкая. Нагло вешалась всё это время. Даже неприлично смотреть было. А я идиотка, верила -" Кроме тебя никого нет". - Слушай. История занятная. Так ты плачешь, что любимый изменил или приятельница недоразвитая оказалась? - На нее смотрело странное существо, покрытое тиной. - Привет, а ты кто? - Даша даже не удивилась. Не было сил на страх или самосохранение. - Как то? Дух водяной. Ты тут под мостом сидишь. Обычно тут пьяницы в карты режутся или местные шайки собираются. А ты ревешь, что-то выкрикиваешь как психичка, потом смеешься, то себя проклинаешь, то их, то по себе кулаками колотишь. -Дарья я. -А меня не кличут никак. Зря имя сказала. Река тебя услышала. Забрать может. А ты может вернуться хочешь? - Не хочу я, возвращаться мне не куда. - Вдруг завыла Даша. Звериный рык вырвался из горла. Хотелось выть, кричать, уничтожить всё, включая себя. - Вот и поплачь, пореви, покричи. А вон и полегче станет. - Сочувственно погладил мокрой лапой дух воды. - Не могу. Болит так, братец сильф, что дышать не могу, что всё как в дыму вокруг. Не хочу жить. Слишком больно. - А ты спой, милая. Не думай о нотах. А я подхвачу. - Мельницу же можно?

Так и пели под мостом с водным духом. Особенно резало сердце " Только стоит ли мне вернуться, если вместо меня живет Дьявол". Тут Дарья плакала еще сильнее, ее искренность на фоне чужого черного коварства казалась ей такой нелепой. Пели они разные песни с духом на два голоса. То слова Гумилева всплывали в памяти, то и дух пел старинные романсы. Да и русского рока не чурался. А тут и свои стихи ей спел.

Коль душа твоя из граней. Коль душа твоя глубинна. Тебя им будет легче ранить. Сердце ж голема из глины.

Им плевать на кровь и раны. Они ведь телом лишь живут. Если сердце - им так странно. Они на космос наплюют.

Ты же големов не слушай. Птицей в небеса взымай. Запирай от тварей душу. Только чутким открывай.

Коль душа так многогранна. Коль душа рекой глубинна. Ты навеки будешь странной - Даже став водой в пустыне.

Так пропел ее новый приятель. Даша слушала, открыв рот. - А ты что думала? Раз водяной дух, то и душа не крылатая? - Здорово, ты молодец какой. - А ты давай -ка иди домой. Или к подружкам напросись. Завтра решишь куда идти податься. Не сиди здесь в ночи. - А как же река и имя? - А ты меня силой ветра наделила, назвав сильфом. Мне нравится. Кого из водных зовут Сильф? Я единственный в своем роде. Потому беги, Дашуля. Сердечко твое ранили коварством гнилым, предательством черным. Но ты хорошая, что тебе тут делать с нами. Справишься, хороших людей привлечешь. Вон и водяного духа как друга лучшего привечала, как брата названного. На это сердце чистое нужно. Уж поверь, я как нечисть разбираюсь. Скоро ночь сильная будет, для наших ты как лакомство, ты для злых сил как приманка светишься. - Посижу немного с тобой и пойду к родителям. Попрошу папу забрать вещи из квартиры и подам на развод. А потом уеду, давно в другой филиал предлагали перейти. И больше не подойду ни к одному мужчине. Не мое это. - Ой ли, - улыбался Сильф. - Живое к живому тянется. Погоди себя хоронить. Одному нечистивцу твое сердечко светлое недостойным показалось, на гнилушку променял, так сильный и умный человек повстречаться может. Кому ум и душа не пустой звук, кому глубина и широта души как драгоценность.

Так и сидели под мостом. Даша и водяной дух, пели песни и просто говорили о жизни. Только собралась она уходить, как девушка взошла на мост. Тут Сильф грустно посмотрел. - Это ее дух убитой сирени зовет. Девчушку заманивает, хочет сердце ее себе взять. Когда-то дриаду любимый бросил, бродит белой девой по городу в летние ночи и дев несчастных заманивает. Себе хоть немного сердца взять, согреться. - Может помочь как? Девочка же совсем. - А как тут поможешь, они разбитыми сердцами питаются. Кинется девчушка в реку. А нечисть попирует. Авось новая утопленница будет. А дриада почувствует себя живой на пару часов.

Даша уже бежала на мост, в прыжке оттолкнула девчонку от перил. Та сидела как кукла и не убегала. А к ним приближалась белая фигура, тонкая как дымка из сна. - Отпусти ее. Не твоя добыча, дриада. - Я должна живой побыть. Кто-то должен сердце отдать мне. - Я отдам. Все равно болит так, что жить не могу. Коль жива буду, то или себя сожру, или их. Но не хочу быть как-то из нечисти, не хочу иметь границ и территорий. - Я согласна, меняю. - Оскалила мелкие зубки дриада, приближаясь к Даше. Присоски присосались к шее и груди. Девушка вскрикнула. Но было поздно. Сознание улетучивалось.

Пришла в себя Даша под мостом. Ее баюкал Сильф. - Ты, глупая, что натворила то? Сердце дриаде отдала. Вот твоей силушкой напилась. Не жива, не мертва ты теперь. - А кто я? - Нечисть теперь. Но банши ли или призрак, не ведаю. Может босоркоем стала? - Так я ведьмой и не была. Обычная я. - После смерти всякое бывает.

Прошли полгода. Объявления о пропаже Дарьи Ивановой уже сняли. Родители отчаялись ее искать. Муж быстро нашел новую любовь. Или старую - соседку из другого подъезда и коллегу заодно. А Светлана готовилась к помолвке. Белые цветы вплетали подружки в светлые косы. Как восхищались все ей. Говорили, что невеста такая влюбленная, такая искренняя, такая светлая. Так хвалили ее и пели дифирамбы ее доброте, отзывчивости," настоящести". Но когда она осталась одна и стала проверять на ноутбуке поздравления, то что-то отразилось на экране. Она обернулась. На окне сидела в коричневом брючном костюме Даша, закинув ногу на ногу. Шоколадные глаза смотрели с презрением. Так смотрят на мусор у ног, на самое мерзкое, что можно представить. - Даша? Мы тебя искали, думали, что ты мертва. - А ты и рада была, не так ли? Неужели изобразишь человеческое участие? Не верю. - Зло усмехнулась Дарья, открывая заостренные зубы. В глазах сверкнуло алое пламя. - Ай, я даже знаю. Ты подленько играла в " Ой, я не знала, что Дашеньке так больно". - А ты с зубками. - Флегматично и в своей менторской манере ответила Светлана. - Но мы действительно переживали. Не звери же. - Научилась. Нельзя быть доброй и благородной с такими мразями как ты. - Улыбалась Даша. - Не звери? Даже смешно. Ты могла не играть в дружбу с той, у которой мужа уводишь. Ты видела как я его люблю и продолжала. - Он мог и не вестись на мою игру. Коль так любил тебя. - К нему я тоже приду. Не переживай. Сегодня на тебя решила поглядеть. На картину низости и подлости. Как ты будешь существование сердца и тепла изображать. - Так может я и есть настоящая. А за любовь нормально бороться. - Не за чужую. На чужой смерти ты счастья не выстроишь. Ты моя настоящая убийца. Вы оба. Вы знали, что убиваете меня. - Убьешь теперь? Учти, я себя виноватой не считаю. То, что ты ворона и прошляпила муженька, не моя вина. Ты была в работе, в делах. А ему нужна была ласка, я тебя и изобразила. Ты же вечно слушаешь и рядышком тихо сидишь, я также сделала. Он повелся быстро. - Не убью. Слишком просто. Я дождусь, когда ты завоешь, как выла я. Я заберу твоих детей. Они не будут любить тебя. И муж тебя любить не будет. Ты ведь добилась его, изображая меня. Он быстро поймет разницу. И однажды во сне он назовет мое имя. Он поймет, что ты лишь жалкая копия, что брала мои фразы, мои методы и изображала меня. Твоя доступность уже не будет его привлекать, твоя животность покажется примитивной, а не честной. Он поймет, что ты пуста внутри. Но будет поздно. - Ты уверена, что будет так? Он тебя и не вспомнит. И мне говорил, что у тебя все слишком сложно. - Увидишь. Я хорошо его изучила за пять лет брака. А мне то уже все равно. Я ничего не чувствую.

Прошло пять лет. Маленькая дочь Светы и Влада - Наташа - все время звала какую-то тетю и показывала пальчиком на окно. Она не слушалась мать, только отца и говорила, что ее заберет некая тетя фея к себе жить через год. И учит ее плести венки из белого клевера. Сначала все отмахивались. Наташа принесла венки - пушистые, в три слоя. Так плела обычно Даша. Влад изменился в лице и вышел. Светлана нахмурилась. Уже не в первый раз он так реагирует. Первое время после пропажи жены он говорил, что та слишком чувствительная, слишком оторванная от земли, ему нужен кто-то зрелый, кто ничего не боится. Сейчас она думала - а не говорил ли он этой ей как манипуляцию, чтобы просто не контактировать с ее душой, лишь с телом. Они живут в квартире, что обставила Дарья, они проводят время как любила проводить она. Где она сама? Где Света? А последние два года он болезненно реагирует на все. Однажды она нашла каштановый волос на его пиджаке. Но промолчала. Она будет хитрее Дарьи. Даже когда муж во сне звал бывшую жену, она промолчала. Просто зажала себе рот рукой, чтобы плакать без звука.

Прошли еще двенадцать лет. Светлана собиралась на дачу, нужно прополоть огурцы, сделать парник. В этом году урожай богатый. Столько дел, а еще и Влад весь изворчался, отказался везти ее. Придется дядю Пашу просить. Мелкого Сережку с собой возьмет, а девчонки ее самостоятельные уже. Наташка уже чудит как все подростки. То волосы в зеленый выкрасит, то сказки жуткие нараспев читает, так что волосы дыбом встают. - Теть Свет, там Наташка ваша под мостом тусуется с нариками всякими.

Побежала она, не разбирая дорог. Босиком выскочила, забыв хоть в шлепки прыгнуть. Так и есть. Стоит Наташка и нараспев читает что-то у костра. Вокруг нее странные люди. И Дарья стоит рядом, по волосам гладит да доченькой зовет. - Наталья, быстро сюда! - Не пойду, не мать ты мне. - А ну-ка быстро иди сюда. Отойди о того страшного места. - Не пойду, я с мамой Дашей останусь здесь. Она меня колдовству научит. А в голове у Светы звенел голос :" Говорила же, что детей заберу. Может и жить рядом будут, в квартире одной с тобой. Да матерью им я буду, в колдуны заберу. На моей стороне останется Наталья. Душу мне подарила девочка. Хорошая, даже твоя злоба ее не испортила, не твоя дочь.". Тут и взвыла Светлана кликушей. Давно уже не любила Влада, по привычке жили. А дочь то родная. " Раньше нужно было думать о последствиях. Когда на чужое сердце наступала ногой. У тебя еще двое, я всех заберу. А ты живи. Ты получила, что хотела. Платить будешь всеми детьми и внуками, до седьмого колена мне заплатишь. Ну не вой. Пригляжу я за детками, веками присматривать буду. " - Так что я должна была сделать? - Не быть дрянью. Что, полюбил он тебя? Честно? - Не полюбил, - прохряхтела Светлана. - Ты была права. Я играла. Меня любовник тогда бросил, Влад успокаивал. Вот я в него и влюбилась сразу. Как психологи сейчас говорят - перенос, мужской образ рядом. Может и не его любила. А образ любви. - И на подлость пошла. Два и два не сложила, о последствиях не подумала. Моей жизнью заплатила ты легко. А вот жизнью дочери страшно, не так ли? - Холодно улыбалась Дарья. - Иди домой, Светлана. Вари холодец, закатывай помидоры с патиссонами, утюжь мужчины брюки, изображай дальше не монстра. Ты привыкла. Я всё сказала.

Влад сидел у окна. У него давно другая женщина. Не первая. Светлана закрывала глаза на все. Это было удобно. . Она не Даша, которая делала всё искренне. Света играла в Дарью. Повторяла ее фразы, копировала интонации. Он не сразу понял, что не так и увлечен Светой с ее примитивной животностью. А когда-то именно эта примитивность привлекла его своей простотой. Даша казалась мягкой, но была независима и часто имела отдельный уголок души. Тайны людей ему не говорила, многие приходили на их кухню и рассказывали его жене то, что не говорили и психологам. Насилие, как брат шел с ножом на пьяную мать, как дядя сжимал коленку, смерть бывших супругов, как насиловал бывший партнер, как умирает близкий. Самое страшное и жуткое несли к ней. А она молчала о их тайнах даже ему. Даша была готова ради него на всё, но четко охраняла некую грань. А в Свете его подкупало то, что она просто согласилась на постель, без чувств и прочего. И он бы ушел, но беременность... Наташка родилась, а затем и Машка. Сын еще мал. Романы на стороне Света упорно не замечала. Как и тогда его границы, что он первое время выставлял. Сейчас старшая дочь уже подросток. Так ли он прожил жизнь как хотел? - Мне тоже интересно. Это то, чего ты так хотел? - На стуле сидела Даша. Нисколько не изменившаяся за семнадцать лет. Каштановые волосы, шоколадные глаза с пушистыми ресницами. На голове венок из белого клевера, что прекрасно сочетался с белым платьем. - Даша? Ты как здесь? - попытался он обнять. Но Дарья улизнула из его рук и непривычно зло усмехнулась. - Ты рад меня видеть, милый мой? - Больше в этих глазах не светилась нежность, не светилась любовь к нему. И почему-то сейчас это его ранило. - А говорил, что так искренне и безоговорочно любить нельзя, что это незрелость. Получил Свету, ребром люба, не так ли? Счастливую жизнь прожил? Честно? - Нет. - выдохнул Влад. - Я по тебе скучал. Правда это. Никто меня не любил так как ты. - Не верю в скучание. Да и все равно мне. Так скажи мне одно. Стоило ли меня убивать ради такого? - Даша, я запутался тогда. Ты бы ушла сразу. - Я бы ушла в жизнь. А так я ушла в не-смерть. Жена твоя знает плату. Дочь твоя у меня останется. Твои дети мне принадлежат. Все. Все твои потомки будут платить. Семь поколений заберу я. Но не бойся, даже нечисть милосерднее людей. Я не заберу их жизни, как вы подло забрали мою. А старшую дочь ты любишь самозабвенно, милый. - Даша, убей меня лучше. Ты в праве своем. - Ну уж нет. Не научился о последствиях думать - твоя печаль. - Дарья испарилась. А вскоре пришла испуганная Света. Наташа ушла из дома.

Под мостом сидели Даша и Сильф. - Отомстила им? - Да. Пусть живут как хотят теперь. Но из девчонки сделать монстра я не дам. Пусть думает, что творит. А то воспитают такую же дрянь. Отправлю к тетке моей. Не в Навь же забирать. Пусть в институт поступит. Я с ней информатикой занималась. - Ты милосердна, Даша. Ты столько лет ждала. Ты могла бы натравить дриаду на Светлану. А Владислава - отдать русалкам и купавкам. Никто не осудил бы тебя в Нави, выпей ты кровь их детей у них на глазах. А ты просто воспитала другой их дочь. - Мне не нужно было ничего делать, Сильф. Я просто ждала пока их натуры сожрут их самих. Это страшнее любого наказания Нави.