Моя личная история

Глава 1 Истоки

Время: примерно вторая половина 19 века

Место (современные названия): Московская и Пензенская области, Рига, Польша

Примерно во второй половине девятнадцатого века проживали в усадьбе Неверово (или прямо возле неё, там были тогда вишнёвые сады, прямо там, где теперь химкомбинат), будущая часть города Воскресенска московской области, Степан да Ольга Смирновы. Статус их и прочее неизвестно, вероятно, что роду были крестьянского и было у них, как минимум, две дочери; Ефросинья и Евдокия.

Несколько ранее, но неизвестно намного ли, жил уже в районе усадьбы Ртищево (в будущей пензенской области) Иван Гусев. Крестьянин. Семья владела 40 гектарами земли (плюс в сезон арендовали еще столько же, своё сами обрабатывали, ради арендованного нанимали наёмных рабочих на сезон). Детей выросло у Ивана порядка десяти, или более, и среди них Павел. Про Ивана известно, что был низкого роста, но очень силён, подковы руками гнул и быка вроде на плечи поднимал. Дом Ивановой семьи стоит до сих пор.

Приблизительно тогда же в городе Рига стоял другой дом, говорят большой и каменный, и много лет принадлежавший уже семье на тот момент. Хозяина дома звали Мартын Гиргин (фамилия предположительно). У Мартына был сын Густав и три дочери.

И между тем. Где-то на территории нынешней московской области, в селе Ильинское проживало семейство Колбасиных и среди этого семейства был человек по имени Кирилл у которого, как минимум, был сын Иван. В той же деревне жил человек по имени Николай у него была дочь Пелогея и сын который в последствии женился, но детей у него не было.

А где-то в Польше проживали тогда Фивейсковы, семья занималась продажей масла и среди её представителей примерно в то время уже родился мальчик, названный Павлом.

В селе же Горшкова, недалеко, собственно, от усадьбы Неверово, жил Ефрем Рычков. Вероятно не бедный был человек, дочке Аграфене регулярно шили шёлковые платья, к примеру, не сами, у мастериц. Еще у Ефрема был сын Иван (старший брат Аграфены).

Глава 2 Прабабушки и прадедушки

Время: в основном начало 20 века

Место (современные названия): Московская и Пензенская области, г. Рига

Густав (1890 ) и Евдокия (на 10 или 12 лет моложе мужа, умерла через несколько месяцев после мужа) Гиргины

Гиргин Густав Мартынович родился в городе Риге. О его детстве сведений нет, только то что родился и вырос в древнем каменном доме с незапамятных времен принадлежащего семье и было у него три сестры, все, вроде бы, старшие.

Некоторые сведенья о его жизни во время революции 1917 года имеются, однако пока информация выглядит слишком противоречиво, если получиться определиться, то и эта история будет дополнена. Так или иначе, после 1920 года он оказался в районе будущего г. Воскресенска Московской Области. В документах сказано, что работал «модельщиком» при заводе «Гигант» (речь о цементном заводе), и проживал в бараке номер такой-то. По устным сведеньям, полученным от его дочери и других людей лично знакомых с ним на тот период, был «краснодеревщиком» то есть занимался высокохудожественной резьбой по дереву, несколько образцов его работы видела его внучка лично; по её описанию звучит примерно так: «очень тонкая и изящная резьба, все как будто в движении и очень детально проработано, все как живое, в основном растительный орнамент, особо запомнились виноградные грозди и необычные по форме листья во круг них. Как бы замковые башенки по корпусу ригонды. И еще устные приданья гласят что у него был личный дом, весьма богато обставленный (мебель своей же работы, обстановка «заметно богатая и изящная» с точки зрения посетителей).

Где-то в период с 1920 по 1923 поженились Гиргин Густав Мартынович и Евдокия Степановна Смирнова. Евдокия была красавицей, о том говорили люди совершенно разные, далеко не только родня. С изящными чертами лица и густой каштанового цвета косой, сильно ниже пояса. А её сестра слыла колдуньей. Известно ещё что родители Евдокии были против этого брака, но он всё же состоялся.

Густав к жене проявлял весьма заметные окружающим любовь и заботу и говорят отношение его было взаимным.

В этом браке 10 или 12 лет не было детей, и когда долгожданная дочка всё же родилась (1933) родители были очень счастливы, особенно отец. Он, говорят, с того дня каждый день дарил подарки жене и дочери, часто что-то сделанное своими руками. Дочку назвали Гертрудой.

В 1938 в марте, в ночь после дня пятилетия дочери, его арестовали, в мае расстреляли, реабилитирован в 1957 году.

Лето и осень после ареста мужа Евдокия с дочерью жили в том же доме, имущество не тронули, говорят её много раз звали замуж, отказалась.

Зимой Евдокия ходила на реку колоть лед, вроде как регулярное дело тогда, на обратном пути к груди прижимала ледокол, через несколько дней некое тяжелое простудное заболевание. Умерла в течении двух недель. Косу Евдокии отрезала медсестра со словами, «ей теперь незачем».

Кое-что из мебели, которую собственноручно изготавливал и вырезал Густав сохранилось для его дочери.

Пётр (1888 ) и Анастасия(1898) Гусевы

Петр у отца был вроде бы не самым старшим, но одним из старших братьев. Про него известно только, что ратовал за образование для своих детей. По началу его отец, вроде и не возражал. А надо сказать, что до последнего дня всё в семье решал и насчёт учебы, и насчет женитьбы именно Иван. И, к слову, еще, будучи самым что ни на есть патриархом мог дать полбу за несогласие за столом сыну, у которого вокруг уже сидели собственные взрослые дети. Старший ребёнок Петра, дочка, стала учительницей, семья ею гордилась, девушка ежедневно на личной повозке ездила в город учить детей, пока с ней не случилось несчастье. Убили.

Один из сыновей Петра, Николай окончив третий класс проявил талант к учёбе и отец хотел что бы он пошёл учиться в четвёртый класс, но дед Иван стукнул ложкой по столу и сказал «пусть пашет». Петр смирился.

Анастасия, жена Петра, была травницей, и до последних дней, а прожила она вроде бы долее 80 лет, и сохранила хорошее здоровье, говорят всё время делала хвойные отвары.

В 1929 году семью раскулачили. О Петре больше ничего неизвестно, хотя по документам его сослали на три года, но ничего более. Об его отце нету сведений даже об аресте, хотя на момент арестов он был жив и весьма здоров и, собственно, и являлся хозяином раскулаченного хозяйства.

Анастасия, её дочери Анастасия и Анна и сын Николай выжили, об этом в следующей части истории.

Иван (1889) и Полина Колбасины(1886)

Иван Кириллович роду крестьянского, человек был крайне активный и предприимчивый, интересно рассказывал внукам толи были толи небылицы о своей богатой событиями жизни (от этих историй до меня мало что дошло, но так говорят).

Было у Ивана с Полиной пятеро детей. К 1934 году, когда он осел в окрестностях города Раменского МО, до того они жили в поселке Ильинское где-то за Москва рекой.

Далее к датам пока трудно привязаться, последовательность событий же такова:

- Был сослан за против советскую пропаганду (возможно, не единожды). Сколько-то раз бежал из ссылки (возможно иной раз удачно).

- За то, что изготовил некую невероятно красивую мебель начальнику тех мест, где содержался, был переведён в Краснодар, по дороге заехал к семье в Раменское и на сколько-то лет пропал из виду.

- В какой- то момент, спустя значительное количество лет, вернулся в Раменское и доживал в отдельном от всех доме (рядом с платформой Раменское) принимая активное участие в жизни своих детей и внуков.

- Особо знаменит тем, как умер. История следующая: собравшись травить тараканов не счёл нужным одеть маску, отравился. Сел с утра на велосипед, объехал всю родню и оповестил что ровно через неделю в такой-то день и час умрёт, приглашал приходить на похороны. Как сказал, так и сделал.

Пелогея (один из внуков её запомнил, как бабушку Полину) была преданной и работящей женщиной. Ради того что бы подавать прошения на облегчение участи мужа она не раз пешком от Рамеского ходила в Москву в соответствующую контору. Она помогала детям растить всех её внуков. Её старший сын, Дмитрий, погиб на войне, за него получали пенсию плюс она ходили в лес собирать травы/ягоды, за счёт этого и выжили, когда мужа арестовали и много чего взяли к тому. На работу в то время при таком раскладе устроится было нельзя.

Павел (на много лет старше жены, «много» в данном случае совершенно неопределённо) и Аграфена (1908) Фивейсковы

Мама Аграфены Ефремовны умерла от скарлатины в течении двух недель, когда дочери было 4 года. Умирала мучительно и так получилось, что на глазах у дочери. Через некоторое время отец Аграфены женился на красивой и вроде бы хозяйственной женщине. Умер Ефрем, когда Аграфене было 12 лет.

Мачеха и старший брат Аграфены сдружились после смерти её отца, а вот девочке пришлось не просто, в результате чего ей очень хотелось поскорее покинуть отчий дом. В семнадцать лет у неё был жених, молодой и любимый, Алексей, но повёл он себя неуважительно, и она с ним рассталась, а замуж вышла за Павла Фивейскова.

Через год, или два, после свадьбы у Аграфены родился сын. У ребёнка было очень слабое здоровье и когда мужа сослали в Сибирь Аграфена оформила развод взяв девичью фамилию. Когда Павел вернулся через несколько лет из ссылки жить он уехал в пос. Харлова и там женился повторно,

Сын Павла от Аграфены в последствии общался со сводными братьями и сестрами, а вот Аграфена больше за муж не вышла.

Характер у Аграфены был задорный. Она была глубоко верующей женщиной. Служб не пропускала даже после очень тяжёлых травм. Всю жизнь сожалела что родила только одного ребёнка. Очень самоотверженно заботилась о внуках.

Глава 3 Бабушки и дедушки

Время: в основном первая половина 20 века

Место (современные названия): Московская и Пензенская области (а также селения и дороги от села Ртищево пензенской области до Москвы)

Николай (1913– 2015) и Мария (1917– 2000) Гусевы

Гусев Николай Петрович в шестнадцать лет ушёл из родного села Ртищева, будущей пензенской области, пешком, ночью (1929 год). Семью раскулачили, всё хозяйство конфисковали. Соседи приняли в дом его мать и сестер. Судьба его многочисленных братьев, дядей и тетей, их детей, а также деда Ивана мне неизвестна. Но кто то из братьев выжил ещё, один погиб на войне, ещё один жил потом в Южносахалинске

Шёл Николай в сторону Москвы, хотя рассказывал, что прямой цели не было. Просто шёл туда, где была работа. Строилось в разных городах много всего, в основном на стройке и работал, в основном плотником. А так и каменщиком и пильщиком и по железу если приходилось. Заработки в значительной степени отсылал семье в Ртищево, через прохожих людей, деньги доходили. До Москвы добрался за два года, дольше всего вроде бы задержался в городе Ростов-на-Дону, около 6 месяцев.

Перед тем как попасть в Москву, он ненадолго поработал на некой стройке близ города Раменского, тогда и познакомился с Марией Ивановной.

Днём работали, ночью на гулянье, иногда раз в несколько дней прикорнуть полчаса, пока на попутной телеге куда-нибудь добираешься, к примеру. И при том веселились ночами от души и работали днём на совесть.

Стройка в Раменском закончилась, и Николай отправился в Москву, там дела сложились хорошо, удалось даже начать перевозить в столицу на проживание сестёр из Ртищева, однако сам Николай в Москве не остался, хотя работа еще была. Вернулся в Раменское и женился на Марии Ивановне Колбасиной.

Вскоре после свадьбы поехал на заработки с другом в Казахстан, собирались на полгода вернулись через два. Николай там тяжело заболел, писем не приходило от него, но он всё же вернулся.

В 1937 родилась у Николая и Марии дочка Тамара, в 1938 сын Виктор. За то время в Раменское уже переехали мать Николая, Анастасия. Позже Анастасия уехала жить к дочерям в Москву, впоследствии Николай всю жизнь так и оставался главой своей большой семьи, помогал сестрам. И все они были очень дружны.

В 1941 Николай Петрович Гусев ушёл на фронт, вернулся в 1947. За время войны, еще в начале, приобрёл профессию шофёра, по этому направлению и работал уже и после войны.

Мария Ивановна во время войны работала на фабрике днём, а ночью медсестрой, при том одна обрабатывала огород. Её называли двужильной. Небольшого роста, тогда еще крайне худенькая. Растила двоих детей и пряталась с ними в картошке во время бомбардировок.

Вернулся Николай Петрович к семье однажды поздно ночью.

В 1951 году у Николая и Марии Гусевых родился младший сын - Владимир.

Владимир (1929 – 1981) и Гертруда (1933– 1990) Рычковы

Владимир Павлович Рычков мечтал быть летчиком, как-то даже уговорил друга дать по управлять самолётом. Но получить желаемую профессию ему не позволило зрение (-4,5). В остальном слабое изначально здоровье во многом удалось выправить к зрелому возрасту. Стал он тогда главным механиком машиностроительного завода в городе Воскресенск. Еще он был охотником. Но вот уток предпочитал не стрелять, а выращивать, причем частенько жалел подрезать им крылья, так и летали, иногда возвращались. В саду собственного дома он выращивал яблони и привил как-то ветку винограда к рябине, ягоды получились чудесные, но, к сожалению, птицы их тоже оценили.

Его жена, Гертруда Густавовна работала бухгалтером. Она мечтала быть учительницей, но отца реабилитировали только когда с профессией всё было уже решено. У неё был настоящий каллиграфический почерк, она никогда не кричала и не говорила грубых слов. Она умела вязать восхитительное тонкое кружево, до недавнего времени еще сохранялись несколько кружевных воротничков её работы, ни в одном музее не видела ничего подобного, хотя конечно я пристрастно сужу в данном случае, но все же. Её вышивки гладью тоже были очень изящными, цвета и рисунок, характерно подобраны. В её доме всегда было не просто чисто, а уютно; светло, красиво и тепло. В 6 лет она стала круглой сиротой и вырастила её сестра матери Ефросинья, которую соседи прозвали колдуньей. У Ефросиньи было четверо детей и с одной из дочерей, Ольгой Даниловной, Гертруда дружила очень крепко.

В 1954 у Владимира и Гертруды Рычковых родилась дочь - Наталья, а еще через год еще одна дочка - Марина. Когда Наталье Владимировне было пять лет, семья переехала в дом, построенный Владимиром Павловичем. Следующие девять лет они жили очень счастливо, в семье у первых на улице появился телевизор. По воскресеньям всей семьёй смотрели балет с тех пор. Однажды, исполнив тайную мечту Натальи, Владимир Павлович купил в дом фортепьяно, с тех пор семья регулярно собиралась послушать как играет старшая дочь. Старшая сестра обожала читать книги, а младшая предпочитала тому общение с людьми, однако девочки очень дружили в детстве.

В 1963 Владимир Павлович попал в очень тяжелую аварию. Его вызвали в выходные на завод, он пошёл что-то проверить на высоте 4 этажа и пока он там был кто-то включил подачу электричества. Владимир Павлович упал с высоты 4-го этажа, но выжил. Год, однако провёл в больнице, первые 40 дней в коме. Примерно через две недели, после того как случилась авария, у него родился долгожданный сын, Олег.