Мелодии Зимнего скрипача

Глава 1

Этим утром у маленького Миши Смирнова случилось радостное событие: на все зимние каникулы приехал его любимый дядя Леша – молодой музыкант. Он носит с собой большой черный чехол, в котором лежат его смычок и скрипка, и умеет рассказывать интересные сказки. Увидев своего племянника, дядя с веселым возгласом метнулся к мальчику и стал подкидывать его вверх, к самому потолку. От счастья Мишка смеялся безудержно. А в свои пять лет он хорошо знал, что такое счастье – это когда люди радуются любому пустяку, когда все хорошо.

Наступил поздний вечер, и дядя начал свою сказку. Послушаем же ее и мы.

– Моя история будет о том, как появился снег. И, конечно, о музыке. Ведь без нее не было бы вокруг этого чудесного зимнего настроения. Ты замечал, что иногда вокруг как-то все по-особенному красиво? Стоят деревья, одетые в нарядные белые шубы, на синем небе мерцают яркие звездочки и снежинки падают тихо-тихо, будто кружась под чью-то мелодию. Она действительно звучит. Это мелодия Зимнего скрипача.

– Но кто такой этот Зимний скрипач? – спросил Миша.

– Как? Ты не знаешь величайшего Льдиния – маэстро Зимы? – удивился дядя Леша.

Миша отрицательно покачал головой.

– И даже ничего не слышал о его верном Белом лисе и Серебряном мотыльке?

Миша в ответ только развел руками.

– Тогда я немедленно продолжу свою сказку, – промолвил дядя. – Тот, кто услышит прелестные звуки мелодий Зимнего скрипача почувствует, будто без причины наворачиваются на глаза слезы, или же, наоборот, безотчетная радость переполняет сердце. И хочется забыть все плохое вокруг, отдавшись во власть чудесной зимней сонаты. Но бывает неспокойно на душе Льдиния, тогда он, отчаявшись отыскать нужную ноту, играет вьюгу – и мечется седой буран по полям и дорогам.

– Но в буран так холодно и страшно. Что же: он желает кому-то зла?

– Ни в коем случае! – возразил дядя Леша. – Просто, Зимний скрипач слишком поглощен своей музыкой, что ничего не замечает вокруг себя. Тебе, вероятно, хотелось бы знать, как он выглядит?

– Да, очень!

– Льдиний – очень скромный молодой человек, и предпочитает оставаться незамеченным. Но если скрыться где-нибудь в тени леса и понаблюдать за лужайкой, освещенной луной, под ее светом можно заметить стройную фигуру юноши. Весь он – воплощение изящества и утонченной красоты. Издали будто похож на призрака, но на самом деле осязаем, как любое живое существо, только у него уж очень холодные руки. Глаза голубые, а волосы белые, как снег. Обут Зимний скрипач в стеклянно-ледяные сапожки на маленьком каблучке, одет в белую рубашку, поверх которой накинуто обычно распахнутое серебряное пальто. Взмахнув полами этого пальто, Льдиний исчезает, оставляя после себя только серебряную пыль. В его руках ты заметишь волшебный смычок из тоненькой сосульки и скрипку с ледяными струнами. На плече у Зимнего скрипача можно увидеть маленькую белую бабочку – это серебряный мотылек Узорчик.

– Его друг? – поинтересовался Миша.

– Да. И я тебе сейчас расскажу, как они подружились. Дело в том, что раньше Узорчик был обыкновенным мотыльком и стремился к красоте. Красота для мотыльков – это очарование света. Завидев где-нибудь вдалеке огонек, мотылек умиленно складывал свои лапки и с восхищенным возгласом «красота-а!» летел к нему. Однажды, заметив так яркий свет свечи, горевший на подоконнике одного из домов, мотылек полетел к нему навстречу и опалил крылышки. Ощутив резкую боль, он стал падать вниз. Ветер бережно подхватил его в свои объятия и мягко положил в придорожную траву. На мотылька напала вдруг такая усталость, что он уснул, да так крепко, что уж никогда не проснулся бы, если бы не одно обстоятельство.

Все это происходило очень давно: зимы тогда были совершенно бесснежными. Вместо снега лил холодный дождь. Он застывал на земле ледяной коркой. Деревья были облачены в ледяные футляры и только самые крепкие из них доживали до весны. Люди, выходя на улицу, не обходились без коньков, они им заменяли обычную обувь. И это не удивительно: все вокруг представляло собой огромный каток, среди которого торчали домики с ледяными крышами. Были такие люди – ледокольщики. Они одевали специальные ботинки с острыми шипами, чтобы не скользить и, доставая из своих чемоданчиков молоток и топорик, раскалывали лед на крышах, чтобы те не обрушились под его тяжестью.

Одним морозным утром вдоль лесной полосы прогуливался Зимний скрипач. Отстукивая мерную дробь шагов своими стеклянными сапожками, которые обладали чудесным свойством не скользить по такому гололеду, он сочинял музыку. Казалось, его ничто не отвлекало, как вдруг в этот момент тихий ветер легонько подхватил что-то, похожее на сухой листик, и бросил к ногам Зимнего скрипача. Льдиний заметил, что это был навсегда заснувший мотылек. Его крылышки пожелтели и сморщились от холода и зимнего ветра, но все-таки на них можно было разглядеть удивительной красоты узор.

– Какой же ты красивый, бедненький Узорчик! – со вздохом произнес Зимний скрипач. – Будет очень жаль, если повредятся твои красивые крылышки. И Льдиний решил оставить мотылька где-нибудь в трещине дерева или в расселине скалы. Он положил крохотную бабочку в карман своего пальто и, закрыв глаза, стал наигрывать мелодию, но струны скрипки почему-то не слушались. Оказалось, на них сел тот самый мотылек.

– Ты проснулся? – спросил его с рассеянной улыбкой Льдиний.

– Меня пробудила твоя музыка. Красота-а, – пропищал мотылек и умиленно сложил лапки, как раньше, когда он видел яркий свет. – Сыграй, пожалуйста, еще.

– Подожди играть, – сказал Льдиний. – Я вижу – ты дрожишь, твои крылышки слишком хрупки для зимы. Сядь ко мне на ладонь.

Мотылек был очень слаб, неуклюже перелетел он на протянутую ладонь Льдиния и задрожал еще сильнее. Скрипач поднес его ко рту и тихонько подул. Изо рта его вышел белый пар, окутавший мотылька, и вмиг тот покрылся серебряной пылью.

– Ну все, теперь твои крылышки окрепли. У тебя есть имя? – спросил его Зимний скрипач.

Мотылек отрицательно покачал мохнатой головой, продолжая себя осматривать.

– Что ж, это не беда, – промолвил Льдиний. – Если ты не будешь против, я бы назвал тебя Узорчик: такой уж замечательный рисунок на твоих крылышках!

– Спасибо! Ты правда так считаешь? – взлетая ввысь и красуясь, спросил мотылек.

– Конечно! И теперь ты можешь лететь, куда захочешь: зимний холод тебе нипочем. Единственно, дорога в весну и лето тебе закрыта. Я – сын зимы, и не властен над другими временами года. Там ты можешь просто растаять.

Мотылек подлетел близко к Льдинию и сказал, глядя ему в глаза.

– Позволь мне остаться с тобой и слушать твою прекрасную музыку. Она возвращает к жизни, а я так хочу жить.

Так они и подружились. Конечно, первое время Льдинию долго приходилось отучать Узорчика сидеть на струнах скрипки, ведь он мешал ему играть. Но мотылек, как мы знаем, очень любил касаться лапками красоты, а здесь еще и крылышки не опалишь. Правда, Зимнему скрипачу позже удалось объяснить ему, что красота – это не сама скрипка, а звуки, которые она воспроизводит с помощью умелой руки мастера. Серебряный мотылек вскоре понял это, и с тех пор сидел у Льдиния на плече. Однажды Узорчик поведал ему нелегкую судьбу многих мотыльков, которые, стремясь к красоте, опалили себе крылышки и с тех пор забылись вечным сном. И тогда им обоим пришла в голову мысль: что если вернуть всех этих мотыльков к жизни, посеребрив им крылышки?

Так вскоре и случилось. Они отыскивали по белу свету сотни, тысячи, миллионы спящих мотыльков. И с помощью красивой музыки и волшебного дыхания Льдиний дарил им жизнь. Мотыльки любили танцевать под его мелодии. Не оставили они свою любовь и к свету. Теперь они знали, сколь опасным может быть пламя огня или свечи. Хотя, этот свет их уже так сильно не привлекал. Больше по душе им было серебряное сияние звезд и слабое мерцание луны, куда было слишком далеко лететь, и мотыльки научились любоваться красотой издалека. С тех пор появился на Земле снег. А что такое снег? Ты скажешь: «Это много-много белых снежинок!» Ты почти угадал. Но, если быть точнее, это бесчисленное множество белых мотыльков, чьи крылышки отливают серебром при свете луны. Они то кружатся в воздухе, танцуя под музыку Зимнего скрипача, то отдыхают на земле, согревая своими маленькими тельцами природу. А потом…потом они уходят вместе с Льдинием в царство зимы. Это где-то на Севере. И дожидаются следующего сезона, чтобы вновь вернуться и порадовать нас чудесной зимней погодой.

Льдиний – очень серьезный молодой человек. Редкий раз тронет его тонкие губы сдержанная улыбка и то, это происходит тогда, когда какую-нибудь штуку выкинет Белый лис, которого он ласково зовет Снежок. Бывает, разыгравшись, начнет Снежок хватать пастью падающие снежинки, распугивая серебряных мотыльков или, подпрыгивая, кувыркаться по земле. А ведь раньше за ним такого озорства не наблюдалось. Снежок был когда-то самым обыкновенным лисом рыжего цвета: воровал кур, охотился на лесных зверей, хитрил и путал следы, скрываясь от охотников. И так было всю жизнь.

Однажды его застала снежная буря во время охоты, и он решил переждать буран под кустом. Вдруг он услышал звуки волшебной скрипки и впервые ощутил удивительное спокойствие и приятное чувство безопасности. Тогда лис пожелал, чтобы Зимний скрипач стал его хозяином, он бы верно служил ему, как служат людям собаки. Лис сомкнул веки и заснул, уткнувшись мордочкой в свой пушистый хвостик: все сильнее насвистывала вьюга, укутывая его снегом, все громче играла скрипка Зимнего скрипача. Когда лис проснулся, его удивило, что больше не болели старые кости, не мерзли лапы и не ныл от голода желудок. В этот раз лис чувствовал себя молодым, и это было так неестественно, что он подумал: «А не сплю ли я?». И он извернулся укусить себя хвост, чтобы проснуться. Но хвост был совершенно белый, как снег! Лис встряхнулся, еще и еще раз. Начал бегать взад-вперед: что это за липкий снег, который не стряхивается? Вдруг совсем близко раздался человеческий смех. Он прозвучал тонко, как серебряный колокольчик, и лис отпрянул в страхе: люди? охотники?! Лис уже собрался было бежать прочь и вот, развернувшись, застыл как скопанный – перед ним стоял сам Льдиний и хохотал во весь голос. Лис удивленно поднял ушки на макушку и … сел.

– Какой ты смешной! – не унимался Зимний скрипач, и голубые льдинки в его глазах радостно поблескивали. – Что же ты носишься здесь и кусаешь себя за хвост? Вот умора!

Лису, эта ситуация показалась обидной, поэтому он выпрямился и важно проговорил:

– Я … делаю зарядку.

– Ладно, ладно, – усмехнулся Льдиний, – Охотно верю.

Лис ничего не ответил. Молча улыбаясь, смотрел на него Зимний скрипач.

– А зря, – проговорил вдруг лис. – Зря ты веришь хитрому лису, ведь, если честно, я пытался стряхнуть прилипший к моей шкуре снег.

Льдиний лукаво сощурил глаза и проговорил:

– У тебя и не получится это сделать. – Ведь это не снег, это твой цвет шкуры. Теперь ты не рыжий лис, а белый – только и всего.

– Но как? – удивился лис. – Как ты узнал о моем желании? Вчера вечером, услышав твою игру на скрипке, я почувствовал, как вечный страх, который преследовал меня все эти годы вдруг исчез. И я пожелал верно служить тебе, только бы всегда слушать твою музыку.

– Что ж, могу тебя немного поправить. – проговорил Льдиний. – Желал ты не про себя – ты скулил на весь лес. Наверное ты был ужасно голоден и так сильно замерз, что уже не замечал этого. Я был неподалеку, услышал тебя и сделал все, что мог.

– Ты называешь это «все, что мог»?! Но ведь ты сотворил чудо! Ты – волшебник!

– Пусть так. Но служить мне совершенно необязательно. Ты – свободный лис: беги, куда хочешь. Никакие охотники тебя не схватят, будь спокоен. А моя музыка, ее могут слушать все, кто верит в чудеса. Когда тихо падает снег или шумит вьюга, только будь внимателен – и ты услышишь мои мелодии. Ну, а теперь прощай, мне нужно продолжать творить, а для этого необходимо отыскать вдохновение.

Так сказал Льдиний и двинулся прочь. Лис смотрел вслед его удаляющейся фигуре. Она становилась все меньше и меньше. И вдруг его охватил страх: а что если он никогда не увидит Льдиния, к которому успел уже так привыкнуть? Что, если он потеряет его навсегда? И его тело, теперь молодое и легкое, бросилось вперед и в считанные минуты победило расстояние. Немного запыхавшись, Лис окликнул Зимнего скрипача:

– Постой! Не бросай меня! Позволь мне быть с тобой. Я не буду мешать, наоборот, могу даже помочь тебе. Вот, что ты ищешь? Вдохновение? У меня замечательный нюх, получше чем у охотничьих собак, именно поэтому они меня до сих пор не поймали. Я за версту чуял их и путал след. Я помогу тебе отыскать вдохновение и не только…Только позволь мне быть твоим слугой.

– Вот уж нет. – проговорил Льдиний. – Не позволю.

И Белый лис, не ожидав такого резкого ответа, был готов заплакать. Ты когда-нибудь видел плачущих лисов? Это очень жалостливое зрелище!

– Не позволю, – повторил Льдиний, и на лице его рождалась улыбка. – Быть слугой…а позволю быть моим другом. Хочешь, буду звать тебя Снежок?

Лис с удовольствием согласился.

С той поры Зимний скрипач, мотылек Узорчик и белый лис Снежок – неразлучные друзья.

***

За завтраком Миша рассказывал всем о том, какую интересную историю поведал ему на ночь дядя Леша.

– Тебе понравилась сказка? – спросила мама, наливая чай.

– Очень! – ответил Миша и, обратившись к дяде, произнес:

– Интересно, а какая она – музыка зимнего Зимнего скрипача? Я бы хотел услышать.

– Какая она на самом деле даже представить сложно, но мы можем попробовать, – ответил дядя, подмигнув.

После завтрака мама, папа, бабушка, Миша и дядя Леша направились в гостиную. Там дядя сыграл несколько мелодичных композиций. От волшебного звука скрипки у Миши даже мурашки побежали по коже, и он подумал: «Надо же! Неужели музыка Льдиния звучит еще красивее?!»

Все эти дни напролет Смирновы играли в снежки, катались с горки, ходили гулять на площадь и смотрели наряженную елку, фотографировались, бабушка готовила блины, пирожки, и потом все сидели у камина и пили с ними чай, рассказывали разные истории, смеялись, играли в настольные игры, смотрели интересные фильмы, слушали музыку, танцевали. А потом…

Дядя Леша исчез.

***

– А где же дядя Леша?

Мама и папа сидели за столом, и Мише показалось, будто они вздрогнули после его вопроса.

– Он уехал, Миша, – выдержав паузу, произнесла мама.

– Но куда? Как? Почему он не попрощался?

Мама отошла к раковине и стала мыть посуду.

– Он очень спешил на поезд, не получилось у него, – ответил за нее папа.

– Так давай позвоним ему!

– Там, к сожалению, не работает связь, Миша. Как-нибудь в другой раз, хорошо?

– Ладно, – пожал плечами Миша. – А бабушка где?

– Бабушка в своей комнате. Прилегла отдохнуть. Она что-то плохо себя чувствует.

Вечером мама зашла в комнату какая-то усталая.

– Миш, сегодня давай без сказки, хорошо? Я так хочу спать.

– Ты заболела, мама?

– Наверно…Спокойной ночи, сладкий.

Мама обсыпала его лицо поцелуями и вышла из комнаты.

Миша повернулся на бок и уснул. Ему приснился Льдиний. Он играл свою музыку, но, завидев Мишу, отложил в сторону смычок и скрипку. Подошел к Мише и стал подбрасывать его вверх, как это делал дядя Леша.

На утро, вспоминая свой сон, Миша задумал кое-что: «Что, если выйти ночью на опушку леса и увидеть Льдиния и его друзей? Угощу их чем-нибудь вкусненьким, а Серебряный мотылек, может, сядет ко мне на плечо. Вот как здорово!» У Миши даже дыхание перехватило от его идеи. Так, однажды вечером Миша пошел на кухню собирать угощения, но родные пили чай. Тогда он вернулся в спальню, обхватил руками колени и, глядя в окно, принялся ждать, когда все уснут. Стало прохладно, и он укрылся одеялом. За окном тихо мерцал снег. Вдруг снежинки поднялись с земли, все вокруг засверкало, заискрилось, и тысячи серебряных мотыльков закружились прямо у Мишиного окна.

– Иди к нам, Миша! Иди к нам! Зимний Скрипач тебя ждет, – серебряными колокольчиками звенели их голоса.

И Мише стало так приятно, что сам Зимний Скрипач хочет, чтобы он, маленький Миша, обычный мальчик, послушал его музыку. Сам не ведая как, он очутился в лесу. Там были огромные сосны, гораздо больше, чем обычно он видел: казалось, один их ствол был шириной в половину их дома. Несмотря на поздний час и зимнее время, в лесу было достаточно светло и тепло. Миша шел, шел, и около него летали мотыльки, принимая в полете различные фигуры и узоры. Вот Миша завидел вдалеке стройную фигуру Зимнего скрипача, около него был Белый лис. И Мише захотелось со всех ног побежать к ним. Но ноги вязли в глубоком снегу, и чем больше он ускорял шаг, тем тяжелее ему было двигаться дальше. Вдруг он упал и …проснулся.

На следующий день мальчик предусмотрел все: тайком от всех отнес к себе в спальню шубку, шапку, валенки, рукавички; спрятал под кроватью гостинцы. Для Льдиния он собрал шоколадные конфеты, Снежку положил печенье, а Серебряный мотылек наверняка не откажется от сахарной пудры. У мамы в буфете ее было полным-полно. Вдобавок ко всему Миша решил не накрываться теплым одеялом на ночь, чтобы его не сморило в сон.

Как только все уснули, Миша быстро оделся. Не включая свет, тихонько дошел до двери, повернул ключ и, притворив ее за собой, вышел на улицу. Сердце бешено колотилось. Под ногами громко скрипел снег. Он испуганно озирался на дом: не загорелся ли где свет? И, наконец, выйдя за калитку, побежал прямиком к лесу. Непередаваемо радостное чувство переполняло его. Он чувствовал себя настоящим героем. Приближаясь к лесной опушке, мальчик спрятался за небольшой елочкой и стал ждать.

– Он обязательно придет! – говорил Миша про себя, озабоченно вглядываясь вдаль, но Зимний скрипач все не появлялся. От неподвижности Миша уже стал замерзать: кончики пальцев рук он практически не чувствовал. Миша судорожно сжимал и разжимал кулачки: пакет с гостинцами тихонько шуршал. «Конфеты я отдам Зимнему скрипачу, Белому лису – печенье, а Серебряного мотылька покормлю с ладошки сахарной пудрой», – думал Миша, шмыгая носом и растирая себе щеки. Отчаяние нарастало в его душе. Где-то в глубине души чей-то голос говорил:

– А если он не придет?

– А если он не придет? – мысленно повторил Миша, и ему стало ужасно грустно. Ведь это будет так обидно, так больно! Как же так? Может, Зимний скрипач никогда и не показывается детям, которые убегают ночью из дома? Дети же должны ночью спать, а он…он, Миша? Что же он наделал? Но ведь Льдиний не знает, что он здесь. Следовательно, должен прийти. Вот, как только услышит Миша его чудесные мелодии, он больше никогда-никогда не повторит своего поступка. Это же всего один разочек. Разволновавшись с такими мыслями, Миша прошептал:

– Миленький Зимний скрипач, появись, пожалуйста! И я обещаю, что больше никогда-никогда не буду убегать из дома ночью. Да что там, – поправился он, – Вообще никогда не буду убегать.

И он повторил эти слова еще два раза, потому что знал из сказок, что три – это магическое число. Но никто не появлялся.

– Ничего, – подбодрил себя Миша. – Семь – тоже магическое число. Главное – сильно захотеть. И он, зажмурившись, начал повторять свою просьбу в четвертый, в пятый, в шестой раз, как вдруг… Подул ветер, бросив Мише в лицо щепотку снега. Он открыл глаза: мягко и плавно на землю опускались снежинки. Они кружились так медленно и красиво, что Миша тут же усмотрел в них полет крошечных бабочек. Из этих маленьких снежинок образовалось облако, которое вдруг приняло расплывчатый силуэт юноши. Миша заметил, что в руках у него смычок и скрипка, рядом – Белый лис, так напоминавший маленькую белую собачку с пушистым хвостом. Серебряного мотылька видно не было, но это и не удивительно: он такой маленький, что Миша мог его просто не разглядеть издалека. И что особенно поразило мальчика: Льдиний уж очень-очень был похож на дядю Лешу…

Белый лис повел носом, видимо учуяв печенье, и Миша чуть было громко не засмеялся от восторга, но вовремя зажал себе рот рукой. Зимний скрипач приложил к подбородку скрипку, стала подниматься рука со смычком. «Сейчас он будет играть!» – восхищенно воскликнул про себя Миша, который уже не чувствовал холода, настолько он был поглощен долгожданным для него событием, как вдруг:

– Ми-ша! – пронеслось по всей округе. Так громко, что наверное должны были зажечься во всех домах окна, завыть сирена, приехать полицейские, пожарные и прочие службы. Крик пронесся над всем поселком, и Миша узнал этот голос. Это был голос мамы. В это же мгновение Зимний скрипач оглянулся по направлению к голосу и, будто сразу догадавшись в чем дело, и кто такой Миша, строго взглянул тому прямо в глаза. Затем Льдиний взмахнул полами своего серебряного пальто, и они с Белым лисом стали медленно стали таять в ночной мгле.

– Ми-ша!

К маминому крику присоединились голоса папы, бабушки, не слышно было только голоса дяди Леши.

– Мама! Мамочка! – сорвалось у Миши, и он вздрогнул от своего пронзительного голоса. – Я здесь!

И, путаясь в снегу, бежал со всех ног, разбрасывая по дороге угощение, которое он принес для Льдиния и его друзей.

Впереди всех шла мама. Она плакала и всхлипывала. Громко причитала бабушка, папа что-то спрашивал. Миша не мог говорить. Ему стало так жалко их всех, так стыдно за себя. Папа поднял его на руки, и они все отправились домой. Дома Мишу посадили на стул и стали расспрашивать: куда и зачем он ушел. В ответ он только что-то бессвязно лепетал про Белого лиса, Серебряного мотылька и Зимнего скрипача, который так похож на дядю Лешу.

На этих словах Миша застыл и, почти заикаясь, спросил:

– А где же дядя Леша?

Не дожидаясь ответа, он рванул в его комнату, дернул дверь – там никого не было…

«Это же дядя Леша!» – крикнул Миша, припоминая удивительное сходство. – Дядя Леша и есть Зимний скрипач!» Все в семье озабоченно переглянулись и стали Мишу укладывать спать. Ночью ему снилось, что он брел в метель по лесной тропе, подставлял ладонь, и ветер насыпал ему целую горсть снега. Снег по вкусу напоминал сахарную пудру, от которой у него щипало в горле. Вокруг было темно, и только слабо поблескивал торчащий из сугроба ледяной смычок.

«Как же теперь Льдиний без него! – подумал Миша. – Верну ему смычок. Вот он обрадуется! – и сунул его себе под мышку.

От этого его затрясло, зазнобило. Очнувшись, он увидел в тусклом свете ночника маму, папу, они вытаскивали у него из-под мышки ставший уже горячим градусник. Мама издавала горестное «Ах!» и показывала папе температуру. Они давали ему какой-то раствор, говорили, что нужно вызывать скорую, Миша стонал «Не надо!» и вновь засыпал. Ему снились лисы, одетые в белые халаты и держащие в лапах большущие шприцы. Следующая ночь была более спокойная. У Миши не было такой высокой температуры, и ему вновь приснился Льдиний. Он стоял на той самой полянке, где Миша последний раз видел его, и играл свою мелодию. Потом к Мише подбежал Белый лис и лизнул ему руки. Совсем близко, около лица, пролетел мотылек Узорчик, и ветерок от его крыльев был похож на чье-то дыхание. Затем к ним подошел сам Зимний скрипач, сел перед Мишей на корточки и тот узнал дядю Лешу.

– Ты?! – только и выдохнул мальчик.

Льдиний улыбнулся и поднес палец к губам. Сон растаял.

***

Дней через пять Миша уже был совсем здоров. Глядя в окно на кухне, он уминал бабушкины пирожки и от удовольствия болтал ногами. Новогодние праздники закончились. Дядя Леша уехал. Взрослые говорили, что он уехал в гости в другу в далекую Австралию. Это через океан. Но наверняка они все путают, эти взрослые. Миша знал теперь, кто такой дядя Леша, и почему он так таинственно исчез. Сказочным персонажам нельзя раскрывать свои личности. Почему так? Никто не знает. Таков негласный закон любой сказки.

Одно, правда, известно наверняка: там, где шумит метель или же, наоборот, тихо падает снег, будьте уверены – неподалеку раздается музыка Зимнего скрипача. Это он создает неповторимое зимнее настроение: когда спешишь на улицу покататься на лыжах и коньках, прогуляться в парке или же за чашечкой ароматного чая с бабушкиными пирожками любуешься видом из окна.

Тогда кажется, что где-то вдалеке мелькнул пушистый хвостик Белого лиса, и тысячи маленьких мотыльков плавно опускаются на землю под мелодии Зимнего скрипача.