Манэки-нэко

Глава 1

Манэки-нэко жила на рабочем столе, и целью ее существования было нагонять удачу и благополучие на хозяйку. Для этого она активно махала лапкой, не переставая, днем и ночью. Довольно скучное занятие, но зато она всегда была при деле.

Ее постоянными соседями были Очки (которые спали по большей части и редко выходили из футляра), Ежедневник, Блокнот для задач, Ручка, Свечка, Маркер и Стакан с водой.

Вся эта братия активно участвовала в рабочем процессе (ну или почти вся). Время от времени к ним присоединялись Кофейная чашка из кухни, Планшет, какие-то Книжки. Но так как они заходили только время от времени, с ними особо не дружили.

Манэки-нэко было немного обидно, что она работает круглосуточно, а остальные – только в рабочие часы, поэтому по ночам, когда хозяйки не было, она часто разговаривала с сонными канцтоварами. Конечно, в лицо она ни в коем случае не называла их канцтоварами, это очень уничижительное прозвание, особенно для Свечки и Стакана, которые даже и не являлись таковыми. Но про себя, порой, для краткости называла их «канцтовары» и даже (когда было плохое настроение) – «расходниками». А все потому, что ее соседи приходили и уходили, их заменяли другими, кто-то работал больше, кто-то меньше, но все равно рано или поздно приходилось со всеми прощаться. Только Манэки-нэко никем заменить было нельзя.

Однажды Манэки-нэко вместе с ее товарищами перевезли из офиса в дом хозяйки. Все, конечно, были в шоке, потому что привыкли работать до 18 часов, а потом – просто сидеть в темноте в пустом офисе. Теперь же вокруг них постоянно происходила какая-нибудь активность, хозяйка в любое время могла подойти к рабочему месту, все работали нон-стоп. Манэки-нэко в тайне злорадствовала (ведь для нее ничего не изменилось, она как махала лапкой, так и продолжала махать).

Но вот ночью, когда все решили, наконец, выдохнуть и спокойно поболтать, появилась новая опасность. Домашняя кошка! Одним четким движением лапы она смахнула на пол Маркер и пинком затолкала его под шкаф! Крики ужаса застыли в колпачках его коллег! Откуда-то издалека, из-под шкафа, доносились повизгивания явно живого, но перепуганного Маркера, которого кошка пыталась подцепить когтями.

Манэки-нэко, как старшая, решила организовать спасательную операцию. Она собрала вокруг себя народ и, стараясь не вдаваться в уточнения, что их враг – более крупный аналог ее, Манэки-нэко, и всячески пытаясь спрятать упрямо махающую лапку (другая кошка в этот момент делала то же самое, только под шкафом), начала так:

- Друзья, мы много недель работаем вместе, прошли и инвентаризацию, и квартальный отчет, и переезд! Я считаю, мы не должны бросать товарища в беде! Какие у кого есть идеи?

- Так, я думаю, надо первым делом отравить Зверя, - раздался голос с другого конца стола, - чтобы расчистить путь, а потом потихоньку, с помощью девочек из ящика для скрепок, достать Синего чувака!

- Ты вообще кто? – спросила перепуганная Ручка.

- Я Лак для ногтей, здоро̀во!

- Так, стоп, тебя здесь не должно быть! Это вообще-то рабочее место! - опешила Манэки-нэко.

- Это УДАЛЕННОЕ рабочее место, - сказал Лак тоном «ну, тупые…», - действовать надо быстро! Если Зверь вытащит Синего чувака, то сорвет с него крышу, и тот моментально высохнет! Хотите увидеть высохший мозг Синего? Ну, хотите?

Все поежились, Очки вообще захлопнули футляр под предлогом, что пыль скопилась на стеклах, надо протереть. И действительно закутались в свою салфетку, прямо вместе с дужками. На всякий случай.

Манэки-нэко, конечно, понимала, что Лак дело говорит, но КАК он это говорит, каким тоном! Еще и назвал педантичного и солидного Маркера для заметок «Синим чуваком»! Никакого уважения, сразу видно, гламурье.

- Давайте все успокоимся, паника не поможет, - начала Манэки-нэко, - отравить большую Манэээ… т.е. Зверя мы не сможем, как ты себе это представляешь?

- Очень просто, - важно выпятился Лак, - Звери не любят химию, я сам видел, как эта зверюга сегодня попятилась, когда я на работе снял шляпу. Там у меня смесь будь здоров, сам иногда чихаю! Я просто сниму шляпу. Но кому-то надо подманить Зверя ко мне, как можно ближе.

- Можно пошелестеть страницами, - предложил молчавший до сих пор Ежедневник.

- Ага, без внутренностей решил остаться? - в ужасе воскликнул Блокнот для задач.

- Я бы могла зажечься, огонек будет отбрасывать тень, кошка и прибежит, я ее не боюсь, - отважно заявила Свечка.

- Ага, прибежит, как же, огня она еще больше боится, чем химикатов! - это все не унимался Лак.

- Придумал! - закричал Стакан с водой, - надо ее просто позвать! Иногда она пьет из меня, пока хозяйка не видит, при этом довольно помуркивает и фырчит, разговаривает то есть! Манэки-нэко, ты можешь с ней поговорить, ты ведь тоже кошка!

Повисла неловкая пауза. Все сначала посмотрели на Манэки-нэко, потом друг на друга, потом в пол. Манэки-нэко решила не подавать виду, что случился конфуз, и, размахивая предательской когтистой лапкой, тихо сказала:

- Я попробую.

Сначала слабо, потом смелее, взывая к своему исконному нутру и далеким кошачьим корням, Манэки-нэко слегка зашипела, потом издала что-то невнятное между «мурк» и «мявк» и, наконец, громко и протяжно мяукнула!

Кошка тут же забыла про беднягу под шкафом, резко обернулась, посмотрела прямо в золотистые с красным отливом глаза Манэки-нэко, и на полусогнутых, готовых к прыжку, лапах, стала медленно приближаться.

Подглядывающие в щелочку Очки тут же захлопнулись снова, Ручка, Ежедневник и Блокнот для задач бросились врассыпную. Манэки-нэко замерла в напряжении, не считая лапки, которая продолжала подниматься и опускаться, как заведенная.

Кошка прыгнула на стол, уже подходила все ближе к Манэки... и тут из-за угла вышел Лак, галантно снял шляпу и сказал:

- Мадам, позвольте выразить восхищение, у вас самые изящные когти из всех, что я видел на своем веку.

Кошка галантности не оценила, отпрянула от вонючих недр флакончика, поморщилась, чихнула и в два больших прыжка выбежала из комнаты.

- Урааа!!! - это вернулись все попрятавшиеся письменные принадлежности, Свечка зажгла фитилек, Стакан расплескался и стал наполовину пуст (или полон?), Лак нахлобучил обратно свой колпак. Только Манэки-нэко все еще не могла пошевелиться, стояла и махала лапкой, пытаясь вернуть себе самообладание.

Дальше по первоначальному плану Лака друзья позвали девочек-скрепочек, те взялись за ручки и превратились в длинный канат, дошедший до самого шкафа. Маркер поднялся по скрепкам на стол, выглядел при этом слегка поцарапанным, но зато невероятно счастливым и обалдевшим.

Пока все радовались и шумели (очки завели бит створками футляра в каком-то ритме диско), Лак подошел к Манэки-нэко и сказал:

- Классно ты ее, если бы не видел рядом настоящего Зверя, решил бы, что кошка – это ты.

Манэки-нэко, наконец, пришла в себя, тут же страшно обиделась и фыркнула, как настоящая кошка:

- Ну ты и канцтовар!

Лак загадочно улыбнулся и, присоединяясь к дискотеке, ответил ей, подмигнув:

- А вот и нет!