Малина

Глава 1. Малина в поисках малины

В веже полумрак колышется в тенях крохотного костерка. Карха, гейду племени, задумчиво смотрит на волнующиеся языки пламени и краем глаза замечает волнение в шкурах на лежаке. Улыбается: не знай она, кто это, непременно решила бы, что в гости пожаловал маленький зверёк.

Карха плюёт в костерок, языки пламени взметаются вверх, и тени на стенах вежи начинают оживать, превращаясь в нехитрые эпизоды жизни племени, леса и зверей. Вот старики ловят рыбу в священном озере; вот детишки гоняются друг за другом; вот серый волк преследует зайчика; вот оборотень-медведь Талл крадёт детей.

Шкуры на лежанке шевелятся, и в ворохе оленьего меха показывается восхищённая маминым колдовством маленькая девочка Малина. Чёрные глаза-бусинки широко распахнуты и с обожанием смотрят на представление. Длинные волосы цвета воронова крыла такие же, как у мамы, только не собраны в аккуратную косу, а взлохмачены.

– Мама! – звонко кричит Малина. Сегодня они говорят на языке оленей, и мама улыбается, потому что Малина совсем не похожа на маленького оленёнка. – Научи меня показывать картинки! Они всегда будут рядом, и мне будет весело!

– Всегда?

– Всегда!

– Хорошо. Но для начала ты должна подружиться с гномом. Он сварит для тебя волшебное зелье, и ты научишься оживлять тени.

– Сейчас хочу! – обиженно сказала Малина и сверкнула чёрными бусинками глаз.

– Ты своим видом всех гномов распугаешь, – засмеялась мама Карха. – Кто же тогда сварит для тебя зелье?

– Ты и сваришь! – Малина засопела и добавила самый главный довод: – Я же сейчас хочу.

– Нужно научиться терпению. Всему свое время.

– Ты так и про ветер говорила! – выпалила, сердясь, маленькая девочка.

– И разве я оказалась не права?

– Конечно, не права! Я умею вызывать ветер.

– И когда это ты научилась? – нахмурилась мама Карха, скрывая улыбку.

– Да пока ты спала!

– Ах, когда я спала, – протянула молодая ведьма, веселясь от души над сердитым ребёнком.

– И не смей смеяться!

– Да что ты, я не смеюсь!

– Мамочка, но я же вижу! Ты мне не веришь! А я научилась вызывать ветер.

– Хорошо, милая моя. Покажи.

– А ты дашь мне малины?

– Где же я возьму её зимой? – Карха снова улыбнулась. – У меня есть только запас брусники. Малина будет летом.

– Сейчас хочу!

– Летом,– эхом отозвалась мама.

– Сейчас!

– Хорошо. Давай, ты вызываешь мне ветер, а я нахожу тебе малину?

– Что? – недоверчиво протянула девочка. – Правда? А давай сначала малина будет, а потом я вызову ветер?

– Нет. Так не пойдёт.

Малина на всякий случай спросила. Она знала, что мама не согласится, но попробовать стоило. Вызвать ветер у неё получилось только один раз.

Случайно.

Теперь, она смотрела в чёрный дымоход вежи, видела мигающие огоньки звёзд и старательно шевелила губами, в точности повторяя заклинание, которому её обучила мама.

Или почти точно.

– Кагну сагею вею, – прошептала Малина и покосилась на маму, ожидая, что та её, как обычно, поправит. Карха пожала плечом и развела руками, притворяясь, что тоже ничего не помнит.

– Сегею вею кагну! – вскрикнула Малина и снова посмотрела на небо.

Ничего.

И когда она уже думала, что всё пропало, небо вдруг заиграло и затанцевало в зелёных и малиновых сполохах. Девочка без сил повалилась в шкуры и закрыла глаза. «А я так хотела малины! Теперь мне её не видать!»

– О! – протянула мама. Малина приоткрыла один глаз, наблюдая. Мама Карха, изогнувшись, смотрела в дымоход.

– Дочка! Ты вызвала северное сияние! – восхищённо сказала она.

– Но это же не ветер! – Малина закапризничала и завернулась в шкуры с головой.

– Ну что ты расстраиваешься! Вызывать северное сияние тоже хорошо.

– Правда? – неуверенно спросила Малина, выглянув из-под одеяла.

– Конечно, правда.

– Почему?

– Потому что теперь, где бы ты ни находилась, ты всегда сможешь вернуться по тропинке северного сияния домой, в стойбище. Теперь ты никогда не потеряешься!

– Значит, я заслужила малину? – с надеждой в голосе спросила Малина.

– Уговор был – за ветер, – строго сказала мама, улыбаясь краешком губ.

– Так нечестно! – девочка дёрнулась в постели, накрываясь с головой, и уже из тайного убежища сказала шёпотом: – Я всё равно найду малину!

– Спи. Будет тебе малина, только летом.

– Но я хочу сейчас, – прошептала девочка, закрывая глаза.

Утром она проснулась раньше всех. Дедушка похрапывал, мама завернулась в шкуры, костёр догорал. Пора вставать. Скоро станет прохладно, и все проснутся, поняв, что наступило утро.

Малина натянула на себя длинное платье-волпи, надела оленью курточку с капюшоном, запрыгнула в расшитые бисером и яркими шнурками чуни и осторожно прокралась к выходу.

Если никто не хочет угостить Малину малиной, значит, нужно найти её самой, от души наесться и домой принести. То-то все будут рады и удивятся!

А она им скажет: «Что? Не растёт малина зимой? Не растёт? А это видели?» – и откроет короб. А там ягод с верхом насыпано! То-то дедушка удивится! А мама в очередной раз похвалит, скажет: «Молодец, доченька! И серый волчок тебя не укусил, и оборотень-мишка тебя не украл, и малины насобирала». А Малина им ответит: «Так она возле вежи росла. А вы не видели!»

Радостно было Малине он таких мыслей. Выскочила на морозный воздух, обежала вокруг вежи два раза, да только малины не нашла. Кругом стало ещё белее от выпавшего снега.

Малина с тоской посмотрела на ближайший лесочек и, быстро решившись, выдернула из сугроба свои маленькие лыжи, что ей дедушка сделал.

Хорошо бежалось к лесочку! Мягкий снег падал на волосы и лицо, покрывал одежду. Прогулка обещала стать весёлой.

Дерево за деревом, горка за горкой. Съезжать быстро, подниматься тяжело, но Малина не унывала. Несколько раз она оборачивалась, но уже не видела за деревьями родного стойбища.

Не видела девочка и малины.

Упрямство толкало её вперед, заставляло обходить кусты. Небо быстро посерело, снег пошёл плотной завесой. Малина замерзла и проголодалась. Кажется, пора возвращаться домой.

Но вот незадача – снегопад полностью засыпал лыжные следы, по которым она могла найти дорогу назад. Поблуждав ещё среди деревьев, Малина поняла, что потерялась. Чувствуя, как сил становится всё меньше, девочка решила передохнуть. Она нашла неподалёку большую ель с раскидистыми лапами. Длинные крепкие корни дерева густо переплелись между собой и образовали над землёй небольшой шалаш.

«В такой берлоге ничего не страшно», – подумала Малина, забираясь в тесное укрытие и закрывая глаза. – «А дедушка когда меня найдёт, ещё и похвалит».

Веки становились тяжёлыми, и открыть глаза стало трудно.

Вдалеке послышались шаги – кто-то понемногу приближался к ели. «А вот и дедушка идёт за мной!» – зевнув, подумала Малина и уснула.

***

Она увидела привычный конусообразный домик из оленьих шкур. На душе стало радостно. Малина откинула полог дома и заглянула внутрь.

В веже было тепло. Наверное, дедушка натопил. Уютно мерцал очаг, и вкусно пахло маминым супом.

Девочка остановилась у входа в жилище, не решаясь идти дальше. Сейчас её будут ругать за то, что не послушалась и ушла в лес одна. Ну и пусть! Малина смело расправила плечи. Зато она теперь дома: в безопасности и с мамой.

Карха стояла спиной к входу. Она склонилась у котелка и помешивала суп деревянной ложкой. Услышав шорох, выпрямилась, обернулась.

Малина застыла на месте. Она боялась сдвинуться с места, а глаза её затуманили слёзы. Карха смотрела на дочку, нахмурив брови, но в её лице читалась грусть. «Она всё ещё сердится? Ведь я же вернулась!»

Малина бросилась к матери и крепко обняла её, прижалась щекой к маминому переднику.

– Мамочка, я больше никогда-никогда не ослушаюсь тебя, – заплакала девочка. – Мне было холодно и страшно, я очень хотела домой.

Они стояли так молча какое-то время, Карха тихо гладила дочь по волосам. Затем вдруг немного отстранилась, слегка сжала пальцами плечи Малины. Лицо мамы вмиг посерьёзнело. Она наклонилась, посмотрела Малине в глаза и взволнованно произнесла:

– Доченька моя, ты в большой опасности. Ты должна немедленно проснуться и бежать прочь от этого места.

– Почему, мамочка? Что случилось?

– Это сон, милая, ты всё ещё в лесу, под деревом. Я вижу, что к тебе идёт Талл. Скорее уходи оттуда. Не дай ему схватить тебя.

Карха вдруг стала прозрачной, как пар из котелка. Малина не хотела отпускать маму, но руки её уже обнимали воздух.

– Нет, нет! Мамочка, я хочу побыть с тобой ещё. Не бросай меня сейчас!

Облик мамы растаял, как и вежа с мягкой постелью, и котелок с ароматным ужином.

***

Малина проснулась, но оставалась лежать с закрытыми глазами, желая хоть ненадолго удержать хрупкие образы: маму, тёплый дом, запах вкусного супа... Ах, как ей хотелось, чтобы это был не сон!

С сожалением открыла один глаз, потом второй. Она всё так же лежала среди корней ели, под широкими ветками. В животе громко заурчало.

Вдруг девочка вспомнила: мама что-то говорила про опасность. Талл! Злой мишка-оборотень! Она сказала, что к ней идёт Талл! Нужно сейчас же выбираться из своего скромного убежища и бежать.

Все дети в стойбище знали, что лучше не попадаться Таллу в лапы. Из уст в уста передавались легенды о том, как медведь крал непослушных ребят и уносил к себе домой, чтобы сварить из них обед. Поэтому взрослые строго-настрого наказывали детям не убегать далеко от дома, да и само имя Талла боялись упоминать лишний раз, чтобы не накликать беды в свои семьи.

Малине очень страшно было уходить ночью ещё дальше в лес, но намного страшнее было встретить огромного злого хозяина тундры. Она завозилась среди корней, развернулась задом и уже вытянула наружу ноги, собираясь вылезти целиком из тесного укрытия.

Внезапно в тишине неподалёку от дерева снова послышался хруст снега и тяжёлое, шумное дыхание.

Как же Малине хотелось, чтобы это был дедушка! Но она знала, что ошибается.

Девочка поскорей юркнула обратно в убежище, подтянула к себе ноги, обхватила колени руками, крепко зажмурилась и постаралась затаиться. Сердце предательски громко колотилось.

Шум снаружи утих.

«Ушёл, что ли? Уф! Мне сейчас же нужно перестать бояться, иначе Талл меня точно найдёт», – подумала Малина и постаралась вспомнить какой-нибудь весёлый стишок из тех, что они с ребятами выкрикивали, когда гонялись друг за другом по полянке возле стойбища. Как назло, от страха ничего в голову не приходило.

Так она посидела некоторое время, вслушиваясь в звуки леса. Кажется, медведь действительно ушёл. Наконец, осмелев, девочка решилась выбраться наружу. Она вновь развернулась задом и попятилась из своего укрытия. Высунула поочередно сначала одну ногу, а потом другую.

Вдруг Малина почувствовала, как кто-то крепко схватил её за лодыжки. Мир стремительно перевернулся вверх тормашками, и всё вокруг окутала темнота.

Рядом довольно захихикали, причмокивая:

– Еда! Сиди в мешке тихо, не дёргайся. Ох, будет у меня сегодня сытный ужин! Талл хитрый, никто не спрячется от Талла.

– Отпусти меня, пожалуйста, – заплакала навзрыд девочка, - я домой хочу, к маме.

Медведь снова захихикал и встряхнул мешок.

– Не плачь, слишком солёная станешь. Накажу Талашке, чтобы трав пряных побольше в котел подсыпала.

«Что же делать? – подумала Малина. – Сейчас он унесёт меня, и больше никогда я не смогу вернуться домой».

– Если не отпустишь, моя мама тебя найдёт и убьёт! Мою маму все боятся, – рассердилась девочка. – Она умеет в медведицу превращаться. А я – Малина, дочь ведьмы гейду.

Талл вдруг затих.

«Ага! Испугался!» – обрадовалась Малина.

– Малина, говоришь? – переспросил он. – Сладкая, наверное! Я очень люблю малину!

Медведь шумно облизнулся, взвалил мешок себе на спину и понёс девочку через лес.

Глава 2. Малина: в гостях у Талла

Талл так спешил принести вкусный ужин своей Талашке, что бежал вприпрыжку напрямик через буреломы, не заботясь о сидящей в мешке девочке. Старый мешок сильно трясло. Он подпрыгивал на спине у зверя и то и дело царапался о кору деревьев или цеплялся за торчащие у самой земли ветки. Одно только утешало Малину: в её темнице было тепло от густой мишкиной шерсти.

Один раз мешок так сильно зацепился за какой-то сучок, что заплатка на нём оторвалась, и на её месте образовалась дырка. Девочка попыталась расширить дыру сначала руками, потом стала упираться в её край ногами. Безрезультатно. Она смогла только высунуть наружу руку и успела сорвать кусок трухлявой коры с дерева. Попыталась разрезать корой грубую ткань. Всё тщетно: мешок был хоть и старый, но крепкий.

Талл, казалось, даже не замечал возни на спине. Наверное, был убеждён, что маленькая добыча всё равно не сумеет выбраться.

У бедной девочки за весь день во рту не было ни крошки, и она так была голодна, что снова заплакала:

– Я есть хочу!

Медведь ничего не ответил, продолжая бежать.

– Хочу есть! Есть хочуу! – запричитала Малина.

Вскоре послышался шум реки, и мешок шлёпнулся прямиком на мокрые, холодные камни.

– Талашка рыбу просила. Наловлю рыбки, снесу ей, похвастаюсь: смотри, что я ещё вкусного раздобыл нам к ужину! – заговорил довольно медведь.

Всплеск! Ещё всплеск! И ещё! На голову Малине свалилось несколько небольших рыбёшек.

«Вот уж нет! Сырую я её есть не буду», – подумала девочка. – «И так уже вымокла вся, теперь ещё и рыбой пропахну?» И быстро выбросила всю рыбку по одной через дыру в мешке.

Талл, ничего не заметив, снова взвалил поклажу себе на спину и побежал дальше.

От голода и усталости Малину сморил сон. В этот раз она спала крепко, без сновидений. Проснулась от того, что мешок снова оказался на земле.

– Принимай добычу, хозяйка! – послышался над головой громкий зов медведя.

– Иду, иду! Долго же тебя не было, показывай, что принёс, – это Талашка вышла из вежи.

– Малину тебе раздобыл, сладкую! И рыбы наловил, как ты просила. Будет у нас сегодня вкусный ужин, – довольно зарычал медведь.

– Да где же ты под снегом малину сумел найти?

– Под елью и нашёл. Гляжу – лезет, словно гриб, из земли. Я её хвать – и в мешок! Далеко только в лес уйти пришлось, назад бежать устал. Смотри, какая крупная попалась!

И медведь принялся развязывать мешок.

«Сейчас меня съедят, – подумала девочка. Её сердце сжалось от ужаса. – Мамочка, дедушка, где же вы? Спасите меня!»

И тут в ушах прозвучал тихий голос мамы: «Медведь хитрый зверь, но человек хитрее его». Малина задумалась. Как же маленькой девочке перехитрить двух огромных голодных мишек? Вдруг увидела рядом кусок коры, которой дыру разрезать пыталась. Растолкла пальцами её помельче и в ладошках сжала.

Талл схватил мешок и вытряхнул из него девочку на снег. Приподнял мешок, посмотрел снизу, обошёл сбоку. Снова потряс его, потом полез лапами внутрь, засунул туда свой нос, понюхал. Талашка – большая лохматая медведица – стояла рядом и наблюдала за мишкой.

– А где же рыба? И малины я здесь не вижу, – удивлённо проговорила она.

Талл растеряно поморгал:

– Так здесь, в мешке, и была рыба. Я до сих пор её запах чую.

Он вдруг рассвирепел и двинулся к Малине:

– Это ты всю мою рыбу съела?

Девочка вскочила на ноги, выставила перед собой кулачки.

– Стой, мишка! Сказано было тебе, что я – Малина, дочка самой страшной ведьмы в этих краях, а ты и не послушал. А я ведь тоже колдунья большая, что угодно могу наколдовать. Вот рыба твоя – вся в пыль превратилась! – с этими словами она разжала ладошки, и на землю посыпалась труха из коры. – Тронешь меня – я и тебя в пыль перетру, и медведицу твою с медвежатами! Ух!

И она угрожающе топнула ногой.

Талл слегка попятился, удивлённый грозным видом своей добычи. Не ожидал он, что ягода колдовать умеет, но и не поверил до конца её словам. Да и семья его сегодня без ужина остаться может. Оглянулся на Талашку, которая в страхе спряталась за его спиной, и снова двинулся к девочке.

Но тут предутреннее небо вдалеке озарилось яркими красками. Над землёй медленно и величественно стали подниматься один за другим целых пять солнц! Они образовывали собой огромный ослепительный круг, который закрыл почти половину неба. В его центре и по краям, как гигантские костры, горели огненные светила.

«Шаманский круг! Любимый дедушка. Это он подал знак, он помогает мне», – обрадованно подумала Малина. Она закричала Таллу:

– Если ты не веришь мне, оглянись! Это сделала я! Я могу обрушить на тебя все эти солнца, и ты тотчас же сгоришь на месте!

Медведи обернулись, посмотрели на небо. Им показалось, что они уже чувствуют жар от огненных светил, и поджали хвосты от ужаса. Талл завизжал, как маленький медвежонок, и они с Талашкой мигом бросились к веже, только снег полетел из-под пяток. Оказавшись под защитой дома, медведь выглянул из укрытия и произнёс:

– Хорошо. Мы не тронем тебя. Ты можешь уходить, только поскорее, и колдовство своё забери.

Малина задумалась. Куда же она пойдёт, если она не знает дороги домой? Да и страшно одной снова уходить в лес.

– Нет, так не пойдёт! – замотала она головой. – Ты меня сюда принёс, ты и унесёшь обратно. А ещё ты пустишь меня в свой дом – обогреешь и накормишь.

– Ещё чего! – фыркнул в ответ медведь. – Никуда я тебя не понесу. Хочешь – уходи, а нет – можешь оставаться и пасти моих оленей. Жить будешь в моем сарае, там тепло, и я дам тебе свои запасы морошки. Только пообещай, что ты не будешь колдовать!

– Этого я обещать не могу! – девочка капризно топнула ногой, сердито сдвинула брови.

В это время медведица, наблюдавшая за происходящим, почувствовала, что страх её отпускает понемногу, и незаметно подкралась к девочке. Уж больно её волновало странное имя человека: может, дело в запахе? Может, это малиновая девочка?

Она осторожно понюхала Малину. Потом попыталась осторожно попробовать девочку на вкус и только обнажила зубы, как вдруг что-то ужалило медведицу прямо в нос. Талашка отшатнулась, почесала больное место и, продолжая глухо ворчать, прошептала медведю:

– Странная и хитрая малина. Разве можно ей доверить пасти наше стадо, Талл? Это злая девочка!

– Ну, и олени мои не добрые! Там ей самое место! – ответил Талл.

Малина с любовью погладила ожерелье ­­– мамин подарок, наблюдая, как оборотень смешно фыркает ужаленным молнией носом. Ей нисколько не было жаль коварную медведицу. «Вот почему мама говорила всегда носить украшение – оно защищает меня. Не позволило медведице кусаться», – подумала девочка. Даже на таком большом расстоянии чувствовалась мамина забота.

Малина счастливо улыбнулась.

– И мама у тебя злая! Понавешала на ребенка защитных амулетов, даже не понюхать. А я может лизнуть просто хотела… – медведица-оборотень Талашка задумалась и воскликнула, поражённая догадкой: – В щёку!

– Нет, мишка Талашка, знаю я твое лизанье. Не обманешь ты меня. И маму не обманешь. Она ещё до вас доберётся и спросит, где её Малина, – сказала девочка.

– Ах, вот так, значит, ты благодаришь нас за гостеприимство! – обиделся Талл. – Ну и иди, паси тогда моих оленей. Самое тебе там место!

– И пойду! – топнула ногой Малина, уперев руки в бока. – Очень люблю оленей.

– Иди, иди! Злее моих оленей не бывает. Посмотрим, как ты справишься. И особенно приглядывай за моим любимым белым оленёнком. Это очень редкий и ценный детёныш, такой раз в тысячу лет рождается. Я его очень люблю. Вырастет – буду его в сани запрягать и кататься на нём. Все станут завидовать!

«Незавидная участь у оленёнка, – подумала Малина. – Такого большого оборотня катать!» Она уже представляла, как тот, выбиваясь из сил, тащит злого медведя сквозь метели по чащам и буреломам. И тогда захотелось ей сбежать поскорее со стойбища Талла, прихватив с собой и чудесного оленёнка. От этой мысли Малина раскраснелась и разулыбалась.

Девочка немного отдохнула в сарае, отогрелась и даже попыталась поесть хрустящей мороженой ягоды, которую медведь притащил в ведёрке и поставил рядом с дверью прямо в снег.

Талл недовольно посмотрел на неё и кивнул на поляну, где паслось рогатое стадо.

– Вот твои олени! Следи за ними лучше прежних пастухов, – сказал он и пошёл в свою вежу.

– А что стало с прежними пастухами? – крикнула Малина ему вслед.

Но оборотень не ответил, лишь что-то глухо проворчал себе под нос.

Олени настороженно встречали своего нового пастуха. Стадо стояло, опустив головы низко к земле и выставив вперёд ветвистые рога.

– Ещё один!

– Глупый маленький человечек!

– Давайте его сразу забодаем!

– И затопчем!

– Всё равно не догадается, что хотим мы каменной соли, что высоко в нили-сарайчике заперта!

Малина внимательно выслушала оленей, но не подала вида, что понимает их язык. Она быстро огляделась и увидела на краю полянки небольшой домик-сарайчик, который стоял над землёй на четырёх высоких брёвнах. Ловко забравшись в него по шаткой лестнице, Малина вытащила несколько солёных камней и отнесла к стаду.

Вожак первым поднял голову и недоверчиво посмотрел на девочку. А та, как ни в чём не бывало, стала слушать жалобы оленей и выполнять их просьбы: одному лобик почесать, другому за ушком, третьему колючий репейник из шубки вытащить, что с лета прицепился и никак отваливаться не хочет.

Быстро она подружилась со всем стадом, каждого оленя обнимала и находила ласковое слово:

– И вовсе вы не злые олени. Просто вас никто не понимает.

– Мы не злые!

– До тебя о нас никто так не заботился!

Олени расступались, давая проход в середину, чтобы Малина каждому могла уделить внимание. А девочка в который раз мысленно благодарила маму, научившую её языку животных. Вот сегодня он и пригодился! «Ах, мамочка, где ты? Ну почему я тебя не послушалась? Сейчас бы уже чай брусничный пили и ели твои блинчики». В животе заурчало, и Малина, не удержавшись, тоже лизнула солёный камень, который так олени любили. Лицо её перекосилось. «Ещё одна причина поскорее отсюда уйти! – подумала Малина. – Не могу я есть каменную соль! Но нужно не просто уйти, а непременно белого оленёнка с собой забрать».

Стадо расступилось, и Малина увидела, кого они скрывали. За спинами взрослых животных прятался прекрасный белый оленёнок. Ветер шевелил его белоснежную пушистую шёрстку, выводя на ней затейливые узоры. Оленёнок очень гордился своей красотой и бил копытами снег, порываясь бежать. Он был рад, что теперь у него есть простор для игр. Малина погладила белую шёрстку, приласкала оленёнка, и они быстро подружились.

– А не видел ли ты где-нибудь кустов малины поблизости? – спросила на всякий случай Малина у нового друга.

– Ягель? – переспросил тот и стал бить копытами снег, решив поскорее добраться до вкусного мха, который, видимо, так хотела новая подруга.

– Нет, нет, – остановила оленёнка Малина, обняв его. – Малину!

– Ягель?

– Малину!

– Ягель? – неуверенно переспросил оленёнок и захлопал длинными ресничками.

– Это ты – Ягель, а я – Малина! – звонко рассмеялась девочка. – Но я тебя про красную ягодку спрашивала. Мама говорит, что зимой она не растёт, но я не поверила и так оказалась здесь.

Она тяжело вздохнула под конец своей печальной истории.

– Я слишком маленький и никогда не видел малины, – оленёнок грустно опустил голову и шумно вздохнул, его чёрный нос задвигался.

Малина всплеснула руками.

– Я бы тебе показала, но, кажется, здесь она не растёт.

– А где растёт? – живо спросил оленёнок и забил копытами, готовый искать. – Где? Давай её отыщем! Побежали!

– Я не знаю, – печально сказала девочка. – Мама говорит, что малина зимой не растёт. И теперь я тоже так думаю.

– Нужно искать! Мы обязательно должны найти малину! Она тут. Или здесь. Или вон там! – Ягель запрыгал на месте и неожиданно остановился, переставая рыть снег. – Кстати, где твоя мама?

– Она осталась дома и теперь места себе не находит, волнуется за меня.

– А где твой дом?

– На краю северного сияния!

– Это та-ак далеко-о, – протянул оленёнок. – Боюсь, нас Талл не отпустит. Он хочет меня сделать своим ездовым оленем, потому что я особенный. А я не хочу. Скорей бы вырасти и убежать!

– Зачем расти? Мы можем убежать сегодня!

– Правда? И найти твою маму?

– Да.

– И найти малину? – обрадовался оленёнок.

– Не знаю, – честно призналась Малина.

– Но как мы найдем северное сияние? Ведь только по нему ты сможешь вернуться к маме.

Малина хитро улыбнулась и посветлела лицом, перестав печалиться.

– Доверься мне. Я знаю, как его найти.

Глава 3. Малина: и речной дух

Друзья договорились бежать, как только медведь-оборотень уснёт.

Весь остаток дня они играли в догонялки с другими оленятами, прыгали через сугробы и подныривали с весёлым визгом под животами взрослых оленей. Величественные животные сначала удивлённо оглядывались на визжащих и путающихся под ногами детёнышей и то и дело отступали с их пути. Но потом привыкли и спокойно жевали мох, перестав обращать внимание на суету вокруг.

Талл всё время находился неподалёку. Он с подозрением поглядывал на игры Малины и Ягеля. Медведю не нравилось, что маленькая колдунья и его любимый драгоценный оленёнок подружились. Он побаивался девочку, а ещё он не ожидал, что стадо так легко примет Малину. Медведь хотел, чтобы злые олени забодали её, как делали это со всеми предыдущими пастухами. Это был бы самый простой способ избавиться от опасной соседки. Но теперь необходимо было придумать другой способ уберечься от колдовства ведьмочки.

Приближалась ночь. Оленей загнали в кораль – поляну, огороженную деревянным забором – и закрыли его на тяжёлый деревянный засов. Медведь позвал Малину в сарай ужинать.

– Иди, иди. Талашка приготовила тебе вкусный ужин, – подгонял медведь девочку. Он топал позади неё, но на определённом расстоянии – опасался молний на шее Малины. – Мне ничего не жалко для дорогой гостьи. Ешь, наслаждайся и вспоминай о доброте и щедрости Талла.

Малина, ничего не подозревая, зашла в тёплый сарай. На куче сена, где она спала, девочка увидела осколок глиняного горшка, а в нём пригоршню орехов и несколько маленьких кусочков сушёной рыбы. Рядом стоял ещё один осколок, поглубже, с почти растаявшим комком снега – это была вода, чтобы запить еду.

Как только Малина переступила порог, дверь за ней быстро закрылась, и снаружи послышался лязг металла.

– Посидишь ночью под замком, так всем будет спокойнее, – проговорил, удаляясь, Талл. Снег заскрипел под его тяжёлыми лапами.

Девочка села, обхватила голову руками и заплакала. Как им с Ягелем теперь быть? Днём Талл не сводит глаз с любимого оленёнка и, если друзья бросятся бежать – догонит их в два счета. Ночью улизнуть тоже не удастся: как открыть огромный замок девочка не знала. Так, в раздумьях и слезах она пожевала свой скудный ужин и легла спать, зарывшись поглубже в сено.

***

Она сидела на своем лежаке в родной и любимой веже и перебирала руками оленьи шкуры, которые служили ей и одеялом, и подушкой. Мама Карха, как обычно, хозяйничала у очага – она отчищала котелок от остатков еды. Огонь в печи догорал, и тлеющие угольки переливались в полумраке, подмигивая Малине красными и белыми искорками.

– Мамочка, это ведь снова сон, правда? – уточнила Малина, наблюдая за неспешными движениями мамы.

– Да, дорогая, – ласково ответила ей Карха.

– А я подружилась с Ягелем. Это белый оленёнок, – похвасталась девочка.

– Друзья – это хорошо. С друзьями не страшно в любой беде.

– Да-а, – протянула Малина, и улыбнулась, вспомнив, как весело они сегодня играли.

Помолчала, поковыряла пальцем оленью шкуру.

– Мы собирались сегодня ночью убежать от Талла, но он запер меня в сарае. А днём он нас ни за что не отпустит, – и добавила: – Я боюсь его. И медведицу тоже, она меня укусить хотела.

– Но ведь не укусила? Не беспокойся: пока на тебе моё ожерелье, тебя никто не посмеет тронуть.

– Смешно она тогда носом фыркала, – улыбнулась Малина. – Но всё равно мне страшно. Мамочка, что мне делать? Как убежать оттуда?

Мама, не отрываясь от чистки котелка, ответила:

– Утром отвлеки медведя, и бегите. Тогда он не успеет вас догнать.

Девочка даже открыла рот от удивления и похлопала ресничками.

– Да? А как это сделать?

Карха замолчала и с новым усердием принялась отчищать котелок.

– Мама? – так и не дождавшись ответа, переспросила Малина.

– Нет, ну ты посмотри, как прилипла еда! Не оторвать совсем, – проговорила ведьма и вдруг подмигнула дочери.

– Надолго прилипла, ­– почему-то повторила она, и сон растаял.

***

Утром Талл принёс девочке бруснику. Медведь уселся за порогом и принялся наблюдать, как она завтракает.

– Ты вчера дала моим оленям соли. Как ты узнала, что они хотели именно её? – поинтересовался оборотень.

Малина пожала плечом.

– Я знаю язык оленей, меня мама научила. Они попросили – я и дала.

– А кто разрешил тебе лезть в мои запасы? – недовольно прорычал оборотень.

Девочка посмотрела на медведя, постаравшись состроить при этом как можно более невинное личико. Махнула неопределённо рукой:

– Ой, больно нужны мне твои запасы! Я из чего угодно могу соль сделать.

Талл поёрзал задом по снегу, оживился. Если девчонка правду говорит, то он ещё и разбогатеет. Станет солью торговать по всей округе, будет самым богатым, оленей много себе купит. Нет, нельзя её отпускать!

– Что, правда – из чего угодно?

– Да хоть из снега! Не веришь? Или вон, можешь замок на дверях лизнуть, я его тоже из соли сделала, – равнодушно ответила Малина.

Не удержался медведь от любопытства и потянулся языком к железному замку.

– Обязательно нужно сосчитать до десяти, только тогда колдовство моё сработает. И не отнимай языка, пока не досчитаешь! – воскликнула девочка, проскользнула мимо медведя и помчалась скорее к коралю.

Добежала и прислушалась – не освободился ли Талл, не гонится ли за ней. Тишина. Принялась тяжёлый засов поднимать, чтобы ворота открыть, да силёнок маловато оказалось. Олени увидели Малину, сгрудились у выхода, смотрят.

– Скорее, друзья мои дорогие, помогайте! Вот-вот Талл освободится, и тогда мне несдобровать, – взмолилась девочка.

Тут понял вожак, что Малина их выпустить хочет, поддел рогами тяжёлую перекладину. Подбежали ещё несколько самцов, стали помогать. Так, совместными усилиями смогли открыть ворота. И тут же из-за вожака выпрыгнул Ягель, подбежал к девочке, ткнулся носом в её плечо.

– Я уже подумал, что ты одна убежала. Ночь закончилась, а тебя всё нет.

Малина погладила его по мордочке, обняла её ладошками:

– Что ты! Я без тебя не побегу. Меня медведь запер ночью в сарае. Я ему язык к замку приморозила, но скоро он освободится. Нам нужно спешить!

И быстро зашептала, на всякий случай сжав пальцами мамино ожерелье:

– Сегею вею кагну!

В следующее мгновение небо вспыхнуло разноцветными огнями, и по нему побежала, переливаясь и волнуясь зелёными, белыми и алыми сполохами, дорожка из северного сияния. Малина счастливо улыбнулась: на том конце этой радужной тропинки её ждет мама!

Тем временем из кораля выбежали все олени. К друзьям подошёл вожак, поклонился девочке:

– Спасибо тебе, что освободила нас. Теперь мы побежим туда, где сможем жить спокойно и не бояться медведя-оборотня. Если хочешь, я могу подвезти тебя.

Малина вскочила на его крепкую спину, посмотрела, куда ведёт северное сияние и показала рукой на дальний лесочек:

–Туда. Скорее, пожалуйста!

Олень мигом домчал девочку до лесной опушки. Ягель бежал рядом, не отставал. Малина слезла со спины вожака и погладила его по голове:

– Спасибо тебе большое!

– Тебе спасибо, девочка-ягода. Никогда не забудем мы твоей доброты. А теперь наши пути расходятся. Прощайте!

И когда он уже скрылся за горизонтом, издалека донёсся грозный рёв медведя-оборотня.

– Бежим! – воскликнули друзья и скрылись в лесной чаще.

Ягель ловко прыгал по насту, не утопая в снегу. Чего нельзя было сказать о Малине. Девочка быстро устала идти. Она всякий раз проваливалась в снег по колено и чувствовала, как горячий пот струится по лбу. Однако далёкий злобный рев медведя-оборотня заставлял её двигаться вперёд, не жалея сил.

Оленёнок быстро убегал дальше, но потом снова и снова возвращался к Малине и скакал вокруг неё, так, что у девочки кружилась голова. Он то и дело спрашивал:

– Передохнём?

– Вперёд, быстрей! Нужно подальше отойти. Мишка Талл нас преследует!

Ягель понимал команду буквально и быстро уносился вперёд, ломая замёрзшие ветви. Тонкие стебельки чёрным дождём усыпали их следы на белом снегу. Потом он снова возвращался и кружился вокруг девочки.

– А сейчас передохнём?

– Нет! Вперёд!

И снова белый оленёнок стремительной стрелой уносился вперёд.

Малина совсем выбилась из сил, когда Ягель вернулся к ней в очередной раз. Но на этот раз он вёл себя странно и приближался к ней боком, смешно переставляя тонкие ножки.

«Талл перехитрил! Нашёл короткий путь и ждёт впереди», – испуганно подумала Малина.

– Что? – шёпотом спросила оленёнка девочка.

– Слышишь? – так же шёпотом ответил Ягель и взволнованно запрял белыми ушками. Большие глаза его увлажнились, переживая страх.

– Да что? – Малина прислушалась, и ей показалось, что впереди приглушенно бормочет Талл.

«Как же так? – подумала она. – Ведь Талл только что ревел позади. Когда он успел нас обогнать?»

– Впереди непреодолимая преграда!

– Так это не мишка? – облегчённо выдохнула Малина.

– Нет. С чего ты взяла? – Ягель фыркнул, показывая, что не боится оборотней, а у самого по телу мелкая рябь прошла. – Это река!

– Река, – рассмеялась Малина. – Чего же она непреодолимая-то? Все реки зимой замерзают! Быстро переберёмся на другой берег! А тяжелый мишка много раз подумает прежде, чем на лёд ступать.

– Малина! – снова фыркнул белый оленёнок и стукнул копытцем. – Эта река не замёрзла!

Девочка перестала улыбаться. Поправила мамино ожерелье. Она не верила.

– Как не замёрзла? Быть такого не может!

– Может. Вон она, – Ягель кивнул, указывая направление. – Пойдём скорее, сама увидишь!

Не успели первые пушистые снежинки упасть на белый покров земли, как друзья уже стояли возле берега, тесно прижавшись друг к другу, и смотрели на тёмные воды быстрой реки. Вода пенилась, ударяясь о подводные камни-валуны, и крутые волны набегали друг на друга.

– Ой-ёй-ёй, – сокрушённо вздохнула Малина и присела на снежную шапку, готовая заплакать. Маленький носик её покраснел, девочка всхлипнула. Позади снова раздался, приближаясь, грозный рык злого медведя Талла.

– Не плачь! – уверенно заговорил Ягель. – Мы станем прыгать с камня на камень и преодолеем реку.

Малина с сомнением покачала головой.

– Что ты! Посмотри, какая река широкая. Камни еле видно из воды. А ещё они скользкие.

– Я не поскользнусь! Смотри, как я ловко прыгаю! – Ягель смешно подпрыгнул на месте. Малина вздохнула: друг был слишком мал и самоуверен и, кажется, чем-то напоминал её саму. Девочка снова вздохнула. Ей не хотелось говорить, что на середине реки камней практически не видно, и они непременно могут оказаться в плачевной ситуации. Вместо этого она сказала, щадя самолюбие маленького друга:

– Но я-то могу поскользнуться!

– Да-а, – протянул Ягель. – Жаль, что у тебя нет копыт.

Малина вытянула ногу, и они немножко подождали, надеясь на чудо. Но волшебства не произошло – копытце не выросло.

– Что же делать? – растерянно спросил Ягель и весь затрясся, когда снова услышал приближающийся рёв медведя.

– Я не знаю, – сказала Малина и заплакала. Её слезинки упали в бурлящую воду. Волны посредине реки вдруг всколыхнулись, и речная поверхность разгладилась.

Друзья испуганно переглянулись. Ягель осторожно попятился, на всякий случай прячась за девочку. Из-за её плеча ему точно стало всё виднее.

Вода ожила, забурлила, в середине реки забил маленький гейзер, и под оханье Малины из кипящего водоворота показалась огромная рыбина. Чешуя блестела на ней серебром, а каждый плавник переливался яркими красками, как северное сияние. На голове древней рыбы была ветвистая корона из корней потемневшего дерева.

– Малина, – мелодично сказало чудище речное и посмотрело на неё фиолетовыми глазами.

– Кто ты? И откуда ты знаешь имя моей подруги? – грозно спросил Ягель и тут же спрятался за плечо девочки.

– Тебя прислала моя мама! – догадалась Малина.

Чудище завертело головой, и с короны стали падать холодные капли. Застывая, они превращались в крохотные сияющие льдинки. Ягель восхищённо смотрел, как сверкающий дождь тонет в тёмной воде и гаснет на глубине.

– Нет, – ответило чудище.

– Не мама? – удивилась Малина. – Тогда кто ты?

– Малина, я – речной дух, хранитель рыб Чазь-олма. По твоим слезинкам я сразу узнал тебя и пришел к тебе на помощь!

– Помощь? – неуверенно переспросила девочка.

Речной дух важно кивнул.

– Когда-то ты спасла моих маленьких деток и выпустила их из мешка Талла. Теперь я пришёл отблагодарить тебя за твой поступок. Хочешь, я подарю тебе самое красивое жемчужное ожерелье? В этой священной реке растёт волшебный жемчуг. Он украсит тебя, и ты станешь самой счастливой.

– Нет, речной дух. Я не хочу ожерелья. Зачем оно мне, когда за мной по пятам гонится злой мишка-оборотень? – и Малина снова шмыгнула носом. – Сейчас он нас поймает и точно съест!

– Не люблю я Талла, – сказал речной дух, – ему бы только всех есть! Знаю, как помочь твоему горю.

Огромная рыбина стукнула по воде ажурным хвостом, переливающимся всеми цветами радуги, и в оседающих каплях-льдинках появилась лодочка. Она быстро подплыла к берегу, где горевали друзья.

– Прыгайте в лодку, – сказал речной дух.

– Но мы не умеем грести! – ответила девочка.

Чазь-олма успокоил её:

– Река сама отнесёт вас в безопасное место. Вы легко убежите от Талла.

– Спасибо! – закричали друзья и сразу запрыгнули в лодочку. Судёнышко ловко проплыло между валунов на середину реки и быстро заскользило вперёд.

– Спасибо! – оборачиваясь, ещё раз поблагодарила Малина речного духа.

– Плывите, детки! Там, на дне лодочки для вас приготовлен маленький подарок в мешке. Ну а я пока задержу Талла, – сказал речной дух, медленно уходя под воду.

Река быстро стала мельчать. Из воды выступили валуны и камни.

На берегу появился медведь. Он грозно рычал и потрясал когтистыми лапами. Талл прекрасно видел друзей в лодочке и решил догнать их, прыгая по камням и валунам. Но как только он добрался до середины реки, вода стала прибывать со всех сторон, быстро покрывая собой камни, а лодочка ещё скорее понеслась вперёд, удаляясь от преследователя.

Медведю стало заливать ноги, и вот он был в воде уже по шею. Волны забурлили, накрывая его с головой, поднимаясь всё выше и выше к небу непреодолимой стеной. И Таллу ничего не оставалось делать, как повернуть обратно к своему берегу, спасаясь от глубокой и холодной воды.

Уже на суше медведь отряхнулся, поднялся на задние лапы и угрюмо посмотрел на удаляющуюся лодочку. Теперь она была похожа на маленькое пятнышко. Придётся ему делать большой крюк и идти в обход опасного места.

– Ну, Малина, невкусная ягода! Поймаю – точно съем! – зло прорычал Талл и погрозил лапой далёкой лодке.

Глава 4. Малина: и совёнок

Услышав громкий всплеск за спиной, Малина резко обернулась. Ей показалось, что медведь их всё же догнал и сейчас перевернёт лодочку. Вместо этого Малина увидела только глухую преграду – речной дух поставил водную стену, полностью скрывая друзей от взгляда коварного Талла.

– Смотри, Ягель! Теперь мишке так быстро нас не догнать. Слышишь, как рычит негодующе?

– Вот здорово! – подпрыгнул в лодочке оленёнок. – Давай скорее подплывём к берегу, и я снова побегу вперёд! Мне так нравится топтать снег!

– Ну нет! – нахмурилась Малина. – Успеешь набегаться. Ты должен понимать, что я лодочкой не управляю, а значит, не могу её остановить.

– А кто управляет? – изумился оленёнок, хлопая длинными ресницами.

– Течение. А течением управляет дух реки. Как только он посчитает, что мы находимся в безопасности – лодочка сама пристанет к берегу. Понял?

Ягель неопределённо кивнул. Он не мог «не бежать», и такое спокойствие клонило его в сон. Оленёнок положил голову на колени Малины и они, как по команде, стали рассматривать неприступные берега. Мохнатые белые шапки снега с ёлок и больших валунов свисали к воде, готовые сорваться вниз в любую секунду.

Тишину ничего не нарушало, даже злобный рёв медведя стал едва различим. Над головой друзей раскинулась разноцветные сполохи северного сияния, и Малина улыбнулась: они продвигались вперёд правильно, и скоро она должна увидеть маму. Вот радости будет! Мама напечёт блинов, а дедушка наколдует весну – снег растает быстрее, и тогда Ягелю не придётся рыть его копытцами в поисках вкусного мха.

Девочка вдруг вспомнила: речной дух что-то говорил о подарке на дне лодочки. Она огляделась и увидела небольшой мешочек, а внутри него нашла сушёную рыбу и орехи. «Очень кстати», – подумала Малина, вспомнив, что её скудный завтрак был довольно давно, и неплохо бы уже подкрепиться. На самом дне мешка лежала небольшая речная ракушка, а в ней переливались и сияли несколько очень красивых жемчужин.

Девочка залюбовалась сверкающим подарком речного духа, перекатывая их из ладошки в ладошку. «Ах, какие красивые жемчужины! – с восхищением подумала она. – Подарю маме, она нашьёт их на свой пояс и будет самой прекрасной во всем стойбище!»

Драгоценные камешки были бережно спрятаны в карман курточки. Малина пожевала рыбы с орехами, и её постепенно начало клонить в сон. Воды реки мерно покачивали тихо плывущее судёнышко.

– Ты слышала? – встрепенулся вдруг оленёнок, вскидывая голову с маленькими рожками.

– Что? Меня мама зовёт? – сонно отозвалась Малина, кулачками протирая глаза.

– Да нет же! – Ягель вскочил на ножки, и лодочка опасно качнулась. – Ты послушай!

Оленёнок оттопырил левое ухо, показывая, в какой стороне слушать. Задрожал тельцем, запрял ушами, демонстрируя, как при этом нужно сосредоточиться.

Малине показалось… Она закусила нижнюю губу:

– Кто-то кричит?

– Кто-то зовёт на помощь! Скорее! Нужно помочь! – оленёнок боднул рожками невидимого противника и свирепо раздул ноздри.

Его запал передался девочке. Теперь ей казалось, что вдвоём они могут одолеть любого врага. И даже Талла, стоит только Ягелю немножко вырасти.

Эх, если бы лодочка сейчас пристала к берегу, то они бы наверняка кинулись на выручку тому, кто об этом так слёзно просил. Но лодочка плыла вперёд по самой середине реки и не думала причаливать.

– Лодочка, милая, нам нужно на берег, – Малина опустила руку в холодную воду. – Кто-то нуждается в нашей помощи!

– Нельзя медлить! Прыгаем!

– Да ты что! – изумилась Малина, быстро вытаскивая руку из ледяной воды. Такое предложение Ягеля не понравилось и лодочке. Она замедлила движение, резко сбавляя ход.

Оленёнок грозно наклонил голову, выставляя рожки, готовый уже прыгать на приближающийся берег и бежать вперёд спасать того, кто просит о помощи. Лодочка повернула к месту, где снега было поменьше. Ягель, не дожидаясь полной остановки, выскочил на сушу и легко понёсся по насту.

– Подожди! – закричала ему вслед девочка. – Я не успеваю за тобой.

Оленёнок тряхнул головой и забегал вокруг Малины кругами.

– Нужно спешить! Ему совсем плохо! И он маленький!

– Маленький? – спросила Малина, запыхавшись. Ей было трудно представить кого-то, кто меньше её нового друга олененка.

– Очень маленький! И он пищит! Нужно спешить на помощь!

И они побежали так быстро, как могли. Снег искрился, падая и оседая на ровное покрывало наста. И вскоре они увидели небольшую полянку, утоптанную лисьими следами, с елью посередине. Сама полярная лисица – белый песец – немножко отличалась от рыжих лисиц. У неё было более приземистое тело, укороченная мордочка и закруглённые уши, которые чуть выступали из зимнего меха. Лисица сидела в метре от ели, заглядывала под ветвистые зелёные лапы и хитро улыбалась, хищно облизываясь. Жертва белого песца пряталась в ели и отчаянно звала на помощь. Оба знали, что скоро наступит конец игры, и никто не придет на помощь маленькому беззащитному существу.

Поэтому песец очень удивился, увидев решительного оленёнка, который стремительно приближался к нему с твёрдым желанием забодать обидчика. Северная лисица подпрыгнула на месте, сразу теряя интерес к охоте, и зарычала, скалясь и явно желая укусить Ягеля за нос.

Но тут появилась на полянке Малина, и песцу ничего не оставалось делать, как позорно бежать.

– Выходи! Мы пришли помочь тебе, как только услышали твой зов, – позвала Малина того, кто прятался в ели.

– Пускай только вернется! И я его забодаю! – решительно сказал оленёнок, всё так же низко держа голову у земли и направляя в сторону сбежавшей лисицы рожки. – Не бойся!

– Я и не боюсь, – раздался важный голос сквозь ветки ели. – Просто я запутался. Я звал на помощь, чтобы ко мне пришли и помогли освободиться, но явилась хитрая лиса и решила меня съесть. Моё положение стало очень опасным.

Малина подошла к ели, присела и осторожно раздвинула колючие ветви. Ей стало интересно, кто же там так мудро рассуждает. Среди тонких ветвей вниз головой висел белый совёнок. Был он похож на маленький снежок. Совёнок распахнул жёлтые круглые глазища и с интересом посмотрел на девочку. Голова его вопросительно дернулась.

– Интересно-интересно. Что маленькая девочка делает в лесу одна?

– Спасает совёнка, – сказала девочка и улыбнулась, а потом стала освобождать длинное крылышко.

Совёнок был поставлен на лапки. И теперь он с сожалением смотрел на своё распростёртое крыло.

– Мне нравилось летать, – наконец спокойно сказал он. – Теперь я буду ходить. Конечно, песец меня поймает и съест. Но не сразу. Что ж, друзья, спасибо вам за помощь. Не смею вас больше задерживать.

– Но совёнок!

– Да? – мудрая птица наклонила голову под немыслимым углом и пошире распахнула глаза. – Ты хочешь что-то сказать, девочка?

– Мы можем пойти вместе к моей маме, и она вылечит твое крыло. Или, может, мы найдём раньше твою маму.

– Ах, друзья мои. Зачем вам такая обуза? Я теперь не могу летать и поэтому не буду поспевать за оленёнком!

– Я самый быстрый! А когда вырасту, меня не сможет догнать даже ветер! – гордо заявил Ягель, поднимая голову.

– А я посажу тебя к себе на плечо, и мы будем вместе не поспевать за оленёнком! – рассмеялась Малина. – Как тебе моё предложение?

– Ну, если вы настаиваете…

– Мы настаиваем!

– …и если я не буду вам обузой…

– Ты не будешь нам обузой!

– …то я принимаю ваше предложение.

Совёнок важно кивнул круглой головой, взбивая перья, а оленёнок весело подпрыгнул.

Девочка улыбнулась, забавляясь моментом. Погладила нахохлившуюся птицу, посадила совёнка себе на плечо, и они направились вдоль светящейся дорожки из северного сияния дальше вглубь леса. Встретить Талла они больше не боялись, потому что были уверены, что он остался на той стороне реки, и хранитель рыб Чазь-олма ни за что не пропустит медведя через свои владения.

Друзья весело шли мимо старых высоких елей, укрытых тяжелыми снежными шапками, перепрыгивали через небольшие кустики, с визгом скатывались с пригорков, зарываясь с головой в сугробы, а потом, хохоча, отплёвывались от снега.

Совёнок пожелал идти самостоятельно и важно вышагивал по насту, смешно вытягивая вперёд свои лохматые пушистые лапки. Повреждённое крыло он пытался прижимать к телу, но у него это плохо получалось, и крылышко безжизненно волочилось сбоку, оставляя на снегу еле заметные следы.

Ягель, как обычно, бегал вприпрыжку возле друзей, высоко поднимая ножки и забавно запрокидывая голову. Он то удалялся в лес, то возвращался к Малине и совёнку, подталкивая их носом в спину.

– Догоняйте! – весело воскликнул оленёнок, оборачиваясь к друзьям, и вдруг провалился под снег. Вскоре над сугробом показалась его хитрая мордочка.

– Идём, идём, – засмеялась Малина, слепила снежок и бросила им в Ягеля.

Хитрая мордочка олененка нырнула обратно в сугроб. Снежок пролетел над головой.

– Мимо! – отозвался Ягель, вынырнул из сугроба и поскакал вокруг друзей, взрывая копытцами снег так, что он летел во все стороны.

Малина и совёнок весело захохотали, отряхиваясь.

Вдруг оленёнок замер, тревожно запряв ушами.

– Тихо, – сказал он настороженно, – я что-то слышу вон там.

Он кивнул куда-то в сторону, указывая направление.

– Я их тоже слышу, – подтвердил негромко совёнок. – Там люди и они шепчутся.

Малина испуганно посмотрела на друзей. Она вспомнила, как мама рассказывала ей, что охотники устраивают засаду, поджидая оленей, чтобы поймать их и увести в свои стада.

Девочке стало страшно от мысли, что она может потерять Ягеля. Ах, как неосмотрительно они вели себя, расшумевшись в лесу! Но тут её посетила другая мысль: а что, если эти люди из её родного стойбища? Тогда их путешествие закончилось, и Малина наконец встретится с любимыми мамой и дедушкой.

– Что будем делать? – тихо спросила девочка у друзей. – Вдруг там охотники, и тогда они схватят Ягеля. А может, они знают мою маму, и отведут меня к ней? Я хочу домой, но не хочу с вами расставаться.

Малина опустила голову и тихо всхлипнула.

– Я тоже не хочу с вами расставаться, мы только подружились – сказал грустно совёнок.

– И я, – добавил оленёнок.

– И малины так и не нашли, – вздохнула девочка.

Они стояли, прислушиваясь к звукам вокруг. Малине даже показалось, что она тоже слышит таинственный шёпот. Но, конечно же, это было не так, ведь у её друзей слух был гораздо острее.

Тяжело давалось девочке решение. Она смахнула проступившие слезинки рукавом и сказала:

– Давайте, вы спрячетесь в снег, а я пойду вперёд и узнаю, кто там? Вы оба белого цвета, вас не будет видно. Если эти люди из моего стойбища, они отведут меня домой, а вы скроетесь в лесу, и никто вас не поймает.

Друзья переглянулись. Ягель ткнулся носом Малине в плечо, и она погладила его по мордочке, почесала за ухом. Совёнок подошел к девочке, подставил голову под ласковые ладошки, прикрыв веками жёлтые глаза-блюдца.

– Нужно идти, мои дорогие. Прощайте! Я никогда не забуду нашей дружбы, – сказала сквозь слёзы Малина. Дождавшись, пока друзья спрячутся в сугробах, она зашагала к людям в ту сторону леса, куда указал оленёнок.

Она шла всё дальше и дальше, но странно – никаких охотников не было видно. Никто не вышел ей навстречу, не заметно было и их следов на снегу. Таинственный шёпот всё приближался, и вот уже стали различимы отдельные фразы, но разобрать их девочка не могла.

Деревья расступились, открывая взору широкую поляну с растущими кое-где высокими елями. Под их темными кронами Малина увидела вежи, совсем как у неё дома, но только эти были очень старыми, как будто простояли здесь огромное количество зим. Стволы деревьев, из которых были сложены стены, почернели от времени и потрескались. Крыши поросли высокой пожухлой травой, которая спускалась до самой земли, закрывая от чужого взора вход в дома. Всё вокруг было укрыто пышными сугробами и выглядело совершенно безжизненно.

Как только девочка ступила на поляну, шёпот умолк. Стало так тихо, что было слышно каждую упавшую снежинку, каждую потревоженную ветром веточку на высоких елях. Осторожные шаги отдавали громким хрустом ломающейся под ногами снежной корки. И никого вокруг.

Малина походила по заброшенному стойбищу, заглянула в несколько давно опустевших веж и, никого не найдя, решила вернуться на то место, где она оставила друзей. Только развернулась к лесу, как оттуда на поляну вышли Ягель и совёнок. Девочка бросилась им навстречу и радостно обняла каждого.

– Друзья! Как я счастлива вас видеть, – воскликнула она. – Но почему вы не ушли? Я уже собиралась следовать за вами далеко в лес.

– Мы пришли за тобой, – довольно произнес оленёнок. – Нагнулись пониже и шли по твоим следам. Ты ведь сама сказала, что мы белые и нас не видно.

И он наклонил голову, уткнувшись розовым носом прямо в снег и показывая, как именно шагал по сугробам вслед за Малиной. Совёнок важно затопал рядом с Ягелем, растопырив крылья и сверкая жёлтыми глазищами.

Малина с сомнением покачала головой и тихонько хихикнула в кулачок, не желая смущать друзей. Ведь она очень ценила их необычную дружбу.

– Охотников здесь нет, я везде посмотрела, – сказала девочка и добавила: – И вообще здесь никого нет. Странно только, чьи это голоса мы слышали?

– А мы знаем, что здесь нет охотников. Голоса сказали нам не бояться. Они нас не обидят, – деловито кивнул совёнок.

– Они с вами говорили? – удивилась Малина.

– Да. Это они сказали нам, чтобы мы не бросали тебя. Поэтому мы здесь, – подтвердил Ягель.

– Очень странно, – задумчиво проговорила Малина, оглядывая стойбище.

И тут увидела, как из-за одной из веж к ним начали выходить люди. Их было много: мужчины вели под уздцы оленей с огромными ветвистыми рогами, женщины держали за руки детей, а впереди всего племени шёл старик-шаман, опираясь на длинную крючковатую палку. Они не оставляли за собой следов на снегу, как будто парили над землёй, и сквозь них было видно и поляну, и обветшалые дома, и высокие тёмные ели.

Странные прозрачные люди приблизились к друзьям и остановились на расстоянии в несколько прыжков Ягеля. Шаман вытянул вверх обе руки ладонями вперёд и произнес негромко скрипучим голосом:

– Приветствуем вас, маленькая нойда и её духи-помощники! Триста лет мы ждали, когда сбудется пророчество, и вот, наконец, дождались.

Малина от неожиданности сделала шаг назад, потеряла равновесие и чуть не села прямо на совёнка. Хорошо, что Ягель успел оттащить его зубами в сторону.

– Чего вы ждали? – растерянно переспросила девочка.

Глава 5. Малина: и призраки

Из толпы вышла невысокая женщина в широкой шубе и в расшитых цветным бисером варежках из оленьих шкур. На голове у неё была надета круглая меховая шапка с красной вышитой каймой, из-под которой на плечи легли две длинные чёрные косы. На груди блестело богатое украшение – краска, состоящая из множества разных по величине золотых и серебряных монеток.

Таинственная женщина подошла ближе к Малине, наклонилась и ласково улыбнулась, а от её добрых глаз по щекам пробежали лучики-морщинки. Девочка сразу поняла, что перед ней добрый дух.

– Дитя, – мягким голосом обратилась она к девочке, – ты, наверное, устала. Не бойся, вас никто не обидит.

Старик-шаман, очень похожий на дедушку, кивнул в подтверждение. Жители стойбища с доброй улыбкой смотрели на Малину и её друзей, дети переминались с ноги на ногу, в нетерпении поиграть с новыми товарищами.

Женщина продолжила:

– Меня зовут Улльна, я – хранительница домашнего очага в этом племени. Как тебя зовут, дитя?

– Малина. А это мои друзья – Ягель и совёнок, – ответила девочка.

Улльна кивнула, приветствуя юных путешественников.

– Идём, вам нужно согреться и отдохнуть. Негоже держать гостей на морозе. К тому же, нам нужно многое вам рассказать.

Она выпрямилась и широким жестом указала на самую большую вежу, приглашая друзей зайти внутрь. Меж сугробов к дому как по волшебству пролегла узкая тропинка. Заискрившись и переливаясь хрустальными звёздочками снежинок, она манила пройтись по ней.

Малина, Ягель и совёнок с опаской переглянулись и нерешительно последовали за хранительницей. Жители стойбища дружно зашагали позади, явно также намереваясь зайти в вежу всей толпой. Шаману пришлось сделать знак, чтобы люди ждали снаружи. Вместе с Улльной он вошёл за друзьями в дом.

– Ой, мне страшно, – поёжилась, оглядевшись, девочка.

В веже было холодно и мрачно. Всюду виднелись следы запустения – вещи покрылись толстым слоем пыли, а с деревянных опор хлопьями свисала копоть и паутина.

Малина взяла совёнка на руки и прижала к себе. Так ей стало спокойнее.

– Не бойся, мы тебя защитим, – сказал оленёнок и на всякий случай спрятался за спину Малине, выставляя рожки.

Улльна с шаманом улыбнулись.

Вдруг хранительница хлопнула в ладоши – и тут же в очаге вспыхнул огонь, освещая и согревая всё вокруг. Пыль и грязь исчезли, на лежаках появились тёплые мягкие шкуры, а в котелке забулькала еда, распространяя по веже дразнящие ароматы горячего супа.

Малина несколько дней не ела домашней еды, так что от предвкушения вкусного ужина у неё потекли слюнки.

Друзья расселись вокруг очага, чтобы согреться, Улльна и старик-шаман расположились у входа. Перед оленёнком появилась миска, полная сочного мха, а совёнку досталась упитанная мышка. Мудрая птица предусмотрительно отошла в сторону, чтобы не смущать присутствующих своим пиршеством.

Голодные и продрогшие путники с готовностью набросились на еду, а после сыто развалились на тёплых шкурах, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не уснуть. Ягель положил голову Малине на колени, а совёнок прижался к теплому боку оленёнка.

Всё это время хозяева стойбища со скромной улыбкой тихо наблюдали за гостями. Когда друзья наелись, отогрелись и отдохнули, девочка лениво поинтересовалась:

– А почему вы ничего не ели? И почему я вижу сквозь вас, как через туман?

Хранительница очага и старик грустно вздохнули.

– Всё началось очень давно… – сказал шаман и взмахнул посохом.

Дым от очага заклубился, поднялся выше, затянул собой всю вежу, а когда растаял, друзья увидели вокруг зелёную поляну, залитую солнечным светом. Лёгкий ветерок неспешно качал верхушки молодых елей, что едва доставали до крыш разбросанных по поляне домиков. Птицы весело щебетали, перелетая с ветки на ветку, а олени с большими рогами бродили за стойбищем, щипая травку.

По лесу то тут, то там раздавался мерный стук топоров дровосеков. Женщины с песнями шли на реку стирать одежду или принести свежей воды, а дети с весёлым визгом носились друг за другом по полянке. Наступил вечер. На поляне зажглись костры, а над вежами заструились змейки дыма. Из домов вышли люди, собираясь у костра. Они взялись за руки, запели, закружились в танце …

Малина с друзьями зачарованно наблюдали за картинками, что показывал им шаман. Старик снова взмахнул посохом, и видение исчезло, возвращая зрителей к потрескивающему очагу.

– Какое дружное племя, весёлое, – мечтательно проговорила девочка. – Все так много поют и танцуют. Я тоже люблю петь и танцевать!

– И я люблю петь, – эхом отозвался совёнок и заухал: – У-гу, уху!

– А я – высоко прыгать, – поддержал друзей Ягель. – Среди оленей я самый лучший танцор.

Улльна улыбнулась и сказала:

– Верно. Мы жили счастливо, но так длилось недолго.

– Почему? – удивилась Малина.

Шаман ответил девочке:

– Потому что в этих лесах обитает дух Мец-хозин. Он очень любит тишину и злится, если кто-то шумит и мешает ему. Он невзлюбил наше племя за то, что работу мы сопровождаем песнями, а наши дети кричат и смеются, играя на лесной поляне. Однажды он пришёл к нам и пригрозил: если мы не покинем это стойбище, он сделает так, что этот лес больше никогда не услышит наших голосов.

– Конечно же, мы не могли просто так вдруг взять и уйти, – проговорила Улльна. – Мы очень полюбили наш новый дом. В этих лесах много ягод и орехов, в реке – рыбы, а для оленей неподалёку раскинулись отличные пастбища с сочной травой.

Они ненадолго замолчали. Малине стало грустно и обидно за жителей стойбища. Ей так понравилась зелёная поляна с птичками и ёлками, что она не могла представить себе, как можно просить кого-то покинуть такое чудесное место.

– А что было дальше? – поинтересовалась девочка.

Снова зазвучал скрипучий голос шамана:

– А дальше, в один прекрасный день Мец-хозин явился и, узнав, что мы не уйдём, пришёл в ярость и проклял всё наше племя за непослушание. Вместе с оленями.

Хранительница тяжело вздохнула.

– С тех пор мы должны жить на этой поляне, – сказала Улльна. – Между небом и землёй, ни в мире живых, ни в мире мёртвых. Не издавая ни звука и не имея возможности прикоснуться ко всему, что окружало нас в прежней жизни. Но зато мы можем принимать гостей, – грустно улыбнулась она и добавила: – Хоть они и нечасто к нам заходят.

– Лесной хозяин поведал, как мы можем избавиться от проклятия, – продолжил шаман. – Он сказал, что через триста лет к нам придет сильный нойда в сопровождении трёх духов – оленя, совы и рыбы – и освободит нас.

Совёнок от удивления присвистнул, взглянув на оленёнка:

– Это мы, что ли, духи? А Малина – нойда?

– Но я не шаман, – удивилась Малина. – Моя мама много колдует, но и она всего лишь простая ведьма! Мой дедушка шаман, и путь его к бубну был долог. Так что вы ошиблись. Вам нужны другие, а не мы.

– Нет, – покачала головой Улльна, – нам нужны вы.

– Но послушайте! Мои друзья не духи. И рыбы у нас нет. Как же мы сможем снять проклятие?

Старик опечалился и грустно покачал головой:

– Этого мы не знаем. Тебя ведь привело к нам северное сияние. Все знают, что увидеть его – плохая примета, что оно приводит души умерших. А раз вы пришли к нам, следуя за небесной тропинкой, значит, мы не ошиблись.

– Но ведь я сама вызвала северное сияние. И это мама научила меня такому колдовству, – не сдавалась девочка.

Глава племени и хранительница очага переглянулись.

– Тогда ты действительно очень сильный шаман, маленькая ягода, – ответил старик.

Малина тяжело вздохнула, почесала задумчиво за ухом оленёнка, погладила перышки совёнку и спросила у друзей:

– И что же нам теперь делать? Как мы можем помочь этим людям?

Улльна предложила:

– Вы устали. Оставайтесь здесь до утра, поспите, а уж завтра и подумаете, как исполнить пророчество.

Хозяева стойбища поднялись и направились к выходу, а друзья, вздохнув, принялись готовиться ко сну.

– Я не буду спать! – заявил оленёнок. – Я буду бодать, прыгать, – Ягель решительно продемонстрировал все свои хитрые приемы, – и охранять ваш сон!

– А я посплю, – сказал совёнок и мигнул по очереди большими жёлтыми глазами. Даже пёрышки его все задрожали, показывая, как он хочет спать. Через секунду мудрая птица одним глазом подглядывала за друзьями – улеглись те или нет.

– Мы все будем спать, – сказала Малина и успокаивающе погладила Ягеля по густому белому меху.

– А бодать? – разочаровано протянул оленёнок. – Ведь перед сном самое время кого-нибудь забодать!

– Успокойся, Ягель, – Малина чмокнула друга в носик. – Здесь некого бодать. И потом, перед сном нужно вести себя спокойно, чтобы крепко заснуть. Ложитесь.

Совёнка не нужно было упрашивать. Он тут же устроился на груди у Малины и вытянул лапки. Острые коготки его по очереди погрозили беспокойному Ягелю, чтобы тот не нарушал тишину.

– Я только немножко с вами полежу, – сказал оленёнок, укладываясь под бочок девочки и сонно хлопая длинными ресничками, – а потом стану сторожить ваш сон, раз бодать некого. Я – самый лучший сторож!

– Хорошо, – легко согласилась Малина и погладила мохнатое ухо друга.

Через секунду «самый лучший сторож» тихонько похрапывал.

– Набегался маленький, – участливо сказала девочка. – Ножки устали.

– И у меня, – сквозь сон сказал совёнок, поднимая лапку кверху.

– И у тебя, – сказала Малина и улыбнулась, опуская лапку совёнка. – И у меня…

***

И хоть много событий произошло за этот день, но, наблюдая, как мирно танцуют языки пламени в открытом очаге, как таинственно мигают красные угольки, девочка вздохнула, её тяжелые веки опустились – усталость взяла своё. На секунду Малина испугалась и вздрогнула! Ей показалось, что красные огоньки – это вовсе не угольки от поленьев, а злобные глаза хитрого медведя-оборотня Талла, который нагнал их и теперь ползет по постели, шумно нюхая и ища друзей по запаху. Но мама погрозила видению, и оно бесследно растаяло.

Девочка моментально распахнула глаза-бусинки:

– Мама! Ты нашла меня! – резко подпрыгнула она на ложе, проворнее, чем Ягель.

Мама сидела напротив, в руках у неё были иголка с ниткой, а на коленях лежало платье Малины. Она покачала головой.

– Это всего лишь сон, доченька.

– Сон, – разочарованно протянула Малина, усаживаясь удобнее на лежаке и кутаясь в ворох шкур. – Я так по тебе соскучилась, мамочка.

– Поэтому я и пришла, – совершенно не страшная ведьма, гроза всей северной округи, приветливо улыбнулась.

Девочка проворно вскочила и хотела броситься вперёд, чтобы обнять маму. Но та предостерегающе подняла руку.

– Не торопись, доченька. Как только ты меня обнимешь, чары исчезнут, и я пропаду.

– Но так не честно, – упрямо топнула ногой Малина и снова села в шкуры.

– Скоро мы увидимся, – пообещала мама. – Следуй за северным сиянием, и ты придёшь ко мне.

– Ага. Я следую. И вот куда оно меня завело! Это племя застряло между мирами, и теперь оно ни живое и не мёртвое, – Малина грустно опустила голову. – Мне так их жаль, мамочка. Они не могут наслаждаться теплом костра и вкусом свежего супа. Лесной дух так заколдовал этих людей, что их голоса теперь не громче шелеста листьев, а их шаги не издают ни звука. Даже снег не скрипит под их ногами.

Мама понимающе закивала.

– Они думают, что я – нойда, которого сопровождают духи, и пришла их спасти. А я всего лишь маленькая девочка, – Малина закрылалицо руками, – а мои друзья – не духи.

– Ты недооцениваешь силу дружбы, доченька, – ответила мама. – Она очень могущественна. Когда рядом верные друзья, никакое колдовство не сможет сломить вас.

Девочка всхлипнула.

– А как же рыба? Третий дух. У меня нет рыбы, мамочка.

– Зато у тебя есть подарок от речного хозяина Чазь-олма, – ласково сказала мама.

Малина растопырила пальцы, посмотрела сквозь них и осторожно спросила:

– Какой подарок? Лодочка? Так она уплыла.

– Нет.

– Нет? – удивилась девочка и убрала ладошки от лица. – А что тогда?

Мама указала пальцем на кармашек на курточке дочки.

– Жемчужины? – пробормотала Малина, растерянно потянувшись рукой к кармашку и пощупав драгоценные камешки. – Действительно. Я и забыла про них. Я ведь хотела подарить этот жемчуг тебе, мамочка, для твоего красивого пояса.

Мама Карха ласково улыбнулась.

– Спасибо, моя дорогая. Но он ещё пригодится тебе для другого дела. В этих жемчужинах таится особая сила речного духа. Именно поэтому жители стойбища увидели за твоей спиной трёх помощников, которые обычно сопровождают шаманов в их обрядах. И поэтому они поняли, что именно ты сможешь снять проклятие лесного хозяина. Духи не зря решили тебе довериться.

– Но я не справлюсь…

– Ты ещё даже не попробовала, – наставительно ответила Карха. – У тебя всё получится. Ты ведь дочь чёрной ведьмы и внучка сильного шамана.

– Я боюсь Мец-хозина. Он сумел заколдовать целое племя, как я могу развеять его чары?

– Ты ведь хочешь помочь этим добрым людям?

– Да, – прошептала Малина, и пламя в очаге взметнулось вверх, играя языками.

– Тогда ты должна найти хозяина леса и попросить его рассказать, как снять проклятие.

Малина погрустнела.

– Но я даже не знаю, как мне его найти. Мец-хозин может где угодно прятаться в лесу!

– Я подскажу тебе, – ответила мама.

Девочка затаила дыхание.

– Рано утром дождись первого лучика солнца и на краешек его кинь жемчужину, – сказала Карха. – Жемчужина скатится с лучика, упадёт в снег, растопит его и покатится прямо к лесному духу. Идите с друзьями по тропинке в лес. Только не вздумайте шуметь. И торопитесь, тропинка недолго будет видна, очень скоро её снова затянет снегом.

– Мамочка, это так трудно, – прошептала Малина.

– С помощью друзей ты обязательно справишься, доченька. Я уверена, ты найдёшь нужные слова и сумеешь убедить Мец-хозина помочь снять проклятие. А теперь обними меня – совсем скоро рассвет, – тихо сказала мама и протянула навстречу девочке руки.

Глава 6. Малина: и хозяин леса

Малина неохотно открыла глаза. В веже ещё стоял полумрак, поленья в очаге мерно потрескивали и с тихим шипением облизывались язычками пламени. Ягель с совёнком мирно посапывали рядышком, прижавшись друг к другу боками.

Девочка всё ещё ощущала тепло маминых объятий. Она боялась пошевелиться, чтобы не потерять ненароком чувство спокойствия и безопасности, которое испытывала всегда рядом с мамой. Не хотелось отпускать сон, а ещё хотелось тихонько поплакать, совсем немножко.

Малина решительно смахнула с ресниц проступившие слезинки и села на лежаке. Она обещала помочь людям-призракам, и не время сейчас думать только о себе. Кто тогда позаботится об этих милых обитателях стойбища? Кто пожалеет их? Нет, нужно брать себя в руки и отправляться на поиски лесного хозяина. Тем более что вот-вот рассветёт, а им ещё нужно успеть поймать первый лучик солнца.

Девочка ласково почесала за ухом оленёнка и потрогала совёнка за лапку.

– Э-эй, пора вставать, – негромко сказала она друзьям, – просыпайтесь.

Ягель, не открывая глаз, поднял мордочку и сонно спросил:

– Что, уже утро?

– Нет, но скоро встанет солнце, – ответила ему Малина.

Она огляделась и увидела рядом с очагом миску, полную печёной рыбы, а рядом кувшин, наполненный до краёв брусничным компотом. У дальней стены лежала охапка свежего сена – для оленёнка.

– Улльна приходила? – удивлённо спросила девочка.

Совёнок потянулся обеими лапками, зевнул, а потом важно кивнул и ответил:

– И завтрак принесла, и в очаг поленьев подбросила. А ещё сказала, что нам нельзя пропустить рассвет. Интересно, почему? – он повернул голову и посмотрел на Малину.

– Потому что мы должны с первым лучом солнца уйти со стойбища. Мне приснилась мама, она посоветовала найти Мец-хозина и узнать у него, как снять проклятие, – пояснила девочка.

Ягель продолжал лежать с закрытыми глазами, притворяясь спящим. Вдруг он распахнул веки, запрял ушами и вскочил, будто и не спал вовсе.

– Тогда поспешим! – воскликнул оленёнок. – Скорее! Нужно найти лесного духа, пока он не ушёл куда-нибудь ещё.

И в нетерпении затопал ножками. Малина и совёнок засмеялись.

– Мы даже не знаем, где он сейчас, – развела руками девочка.

Ягель слегка смутился, поддел копытцем веточку на полу и поинтересовался:

– А как тогда мы будем его искать? Куда идти?

Малина подошла к оленёнку, погладила его по мордочке, подбадривая.

– У меня есть жемчуг, который подарил дух реки. Он приведет нас к Мец-хозину, – сказала она.

– Значит, нам нужно поскорее подкрепиться и поспешить наружу, а то мы пропустим рассвет, – рассудительно предложил мудрый совёнок, и друзья с ним согласились.

Они поели и запили угощение брусничным компотом. В вежу зашла хранительница очага Улльна.

– Вы уже проснулись? – спросила она, огляделась и улыбнулась. – И даже успели позавтракать, я вижу.

Затем обратилась к девочке, глаза её светились заботой:

– Малина, дитя, я приготовила тебе в дорогу котомку. Там немного рыбы, орехов и морошки. Возьми её, пожалуйста. Возможно, вам предстоит долгий путь, и неизвестно, сможете ли вы раздобыть себе еду.

Перед девочкой появилась расшитая разноцветными нитями холщовая сумка с длинной ручкой. На вид она была набита едой так, что можно было накормить всё племя в стойбище. Малина подняла котомку и удивилась – ей не было тяжело ни капельки. Она повесила сумку на плечо и протянула руки к Улльне.

– Спасибо большое за заботу, – сказала девочка хранительнице, порываясь обнять её, но вспомнила, что сделать этого не получится. Поэтому прижала ладошки к груди и благодарно кивнула: – Спасибо за всё. Обещаю – я узнаю, как вам помочь, вернусь, и тогда точно обниму вас.

Улльна тепло улыбнулась и произнесла:

– Пусть духи охраняют тебя, дитя. Мы обязательно увидимся. А теперь поспешите, солнце вот-вот покажет свой первый луч.

Друзья благодарно поклонились женщине-призраку и выбежали из вежи. Снаружи было совсем светло. Вокруг дома уже собрались все жители стойбища, чтобы проводить маленьких гостей в дальний путь.

Небо за лесом загорелось оранжевыми, красными и розовыми огнями – солнце уже вставало над горизонтом. Тени от деревьев потемнели и легли чёрными пятнами на пушистый белоснежный покров.

Вдруг снег заискрился, переливаясь и мерцая множеством сверкающих льдинок. Над верхушками елей засветился яркий огонёк, разгораясь всё сильнее и сильнее. И когда смотреть на него уже было больно глазам, свет вспыхнул, и через поляну пробежал первый луч солнца.

– Быстрее! Жемчужину! – закричали Ягель и совёнок.

Малина поскорее сунула пальцы в кармашек, вытащила драгоценный подарок речного духа и бросила его на лучик. Жемчужина прокатилась немного вдоль полоски света, остановилась, а затем, засверкав всеми цветами радуги, быстро покатилась в сторону леса. Снег за ней таял, образовывая на земле узкую едва видимую тропинку.

Ягель в нетерпении запрыгал на месте, поторапливая друзей. Малина подхватила совёнка на руки, помахала на прощание жителям стойбища и побежала с оленёнком вслед за жемчужиной.

Как ни торопилась девочка, она не могла угнаться за драгоценным камешком. Тропинка стала потихоньку затягиваться снегом, и если бы не Ягель, друзья давно потеряли бы путь к лесному духу.

Оленёнок быстро бежал за жемчужиной. Он прыгал то слева, то справа от тропинки и оставлял за собой множество следов. Когда он отбегал слишком далеко, то кричал друзьям, и эхо разносилось по лесу, теряясь среди высоких деревьев и отзываясь с разных сторон. И Малина с совенком наверняка заблудились бы, если бы не следы Ягеля. Благодаря им друзья держали верное направление, даже когда временно теряли друга из виду.

Так они долго бежали по лесу и уже готовы были упасть от усталости, когда Ягель вдруг остановился на небольшой полянке.

– Что такое? – спросила, запыхавшись, Малина. Она подбежала к оленёнку и остановилась, оглядываясь.

Вокруг был лес, ничем особенным не выделяющийся. Разве что вот то странное тёмное дерево. Оно будто бы только что стояло на другом месте. Девочка посмотрела на него пристально, потом пожала плечами. Нет, показалось, конечно.

– Здесь жемчужина растаяла, – растерянно произнес оленёнок. – Дальше пути нет.

Совёнок спрыгнул с рук девочки на землю, походил по полянке, погреб снег лапками.

– Если мы не упустили жемчужину из виду и не потеряли её, значит, мы на месте, – изрёк он. – А где же лесной дух?

Друзья закрутили головами, оглядываясь и ища таинственного хозяина леса.

– Я никого не вижу, – сказал совёнок.

– Я тоже, – подтвердила Малина.

– И я, – ответил Ягель.

– И что будем делать дальше? – спросил совёнок.

Малина задумалась. Она вспоминала свой сон. О чём говорила ей мама? «Только не вздумайте шуметь».

– Я знаю, как вызвать Мец-хозина, – сказала девочка уверенно. – Мы его разозлим.

– Как это? – удивился оленёнок.

– А он нас не проклянёт? – поинтересовался совёнок.

Но Малина уже точно знала, что другого выхода у них нет. Вернуться обратно к заколдованным людям ни с чем она не могла. Значит, оставалось действовать на свой страх и риск.

– Пусть только попробует, – заявила девочка сердито. – Мы будем кричать и шуметь. Как можно громче.

Она набрала в легкие побольше воздуха и завизжала что есть мочи. К ней присоединились друзья, крича, ухая, топая копытцами и хлопая крыльями изо всех сил. Они создавали столько шума, что с ветвей с испугом полетели птицы. Эхо разносило голоса далеко-далеко в лес и множилось, отбиваясь от высоких сосен и елей.

Вдруг то самое подозрительное дерево, на которое раньше обратила внимание Малина, ожило. Его ветки зашевелились, превращаясь в руки, а ствол раздвоился, становясь ногами, и вот уже перед друзьями показался чёрный человек с длинным хвостом. Он зажмурился, зажал руками уши, яростно затопал ногами и закричал:

– Прекратите! Прекратите! Это невозможно слушать! Мои уши!

Друзья как по команде замолчали, в лесу воцарилась мёртвая тишина.

– Это ты Мец-хозин? – нахмурившись, спросила Малина.

– Я! – лесной дух взмахнул длинными руками-ветками и закачался из стороны в сторону. Небо потемнело. Солнце затянула белёсая дымка, и медленно с неба посыпались большие хлопья белого пушистого снега.

Друзья с интересом смотрели на хозяина леса, а совёнок уже думал, как было бы здорово в таком дереве построить гнездо и прятаться. Чтоб никто не заметил, пока не раскроешь жёлтые глаза и не заухаешь! Выходит очень удобно: ты и сам можешь спрятаться, ещё и дерево может раствориться в лесу. Интересный дом получился бы.

И совёнок наклонил голову в одну сторону, а Ягель в другую и тоже о чём-то задумался.

– Так ты дерево, что ли? – удивился оленёнок.

Хозяин леса сердито посмотрел на него.

– У тебя хвост? – протянула Малина. – Удивительно!

Мец-хозин нахмурился, стукнул ветками – снегопад тут же прекратился и выглянуло солнышко, озаряя поляну светом.

– Вы что, меня не боитесь? – удивлённо пробормотал он.

– Нет, – ответила за всех девочка. Она улыбалась, подставив личико под лучи солнца, так ей было хорошо.

– А нужно? – на всякий случай спросил оленёнок.

– Меня все боятся!

– Но ты – дерево. С хвостом, правда. Чего тебя бояться? – рассудительно заметил Ягель.

– Ах, вот как! – Мец-хозин заволновался и вдруг стал быстро уменьшаться в размерах. Теперь он походил на злобного рогатого гнома: в глазах полыхал зелёный огонь, маленькие кривые рожки нацелились на друзей, и вдобавок он громко щёлкнул остренькими зубками. Друзья остолбенели от страха, не ожидая такой резкой перемены с лесным духом. Гном вихрем забегал вокруг них, поднимая снег. Иногда он подпрыгивал и сам кружился в вихре ветра, злобно хохоча и корча страшные рожицы. Друзей окружила метелица. Небо сразу же опять потемнело.

– Уважаемый Мец-хозин, – звонко закричала Малина, стараясь перекричать завывания ветра и шум снежной бури.

– Тише, тише! – простонал лесной дух, и поднятый снег разом опустился, метелица исчезла, а на небе снова засветило солнце. – Устал, – сказал он сам себе и побрел к высокому дереву, где темнело пятном большое дупло. Его действительно качало от усталости, и выглядел он жалко.

– Добрый дядюшка Мец-хозин, не могли бы вы нам рассказать, как расколдовать ближайшее к вам стойбище? – попросила Малина.

– И зачем мне это нужно? – удивился лесной дух, останавливаясь. – Оно же громко поёт, смеётся и танцует вокруг костров.

– Но это их жизнь! – удивилась девочка.

– И что? – протянул Мец-хозин. – А я хочу спать. И это моя жизнь. А они всегда мешали! Но теперь нет, – гном потёр удовлетворенно ладошки, вспоминая, как ловко у него получилось устранить шум.

– Немедленно скажи нам, как расколдовать племя! – закричал сердито оленёнок и наклонил голову, выставляя рожки и желая пободаться с духом.

– А то что?

Лесной хозяин взбил кисточку на хвосте и состроил злую гримасу, напугав Ягеля так, что оленёнок сразу прыгнул за спину девочки, потеряв весь свой воинственный запал.

– Ну добрый дядюшка Мец-хозин, – затянула снова Малина.

– Нет. И слышать больше ничего не хочу про вашу просьбу, – прорычал Мец-хозин, шмыгнул круглым носом и, не глядя больше на друзей, полез в свое дупло досыпать. Голова его скрылась внутри, поэтому голос прозвучал глухо: – И только попробуйте мне помешать спать!

– Ну добрый дяденька Мец-хозин, – запричитала девочка. – Пожалей стойбище, пожалуйста. Эти люди очень сожалеют о своем проступке.

– Не шуметь, я сказал! – грозно прикрикнул лесной дух, обернулся и хмуро взглянул на друзей. – А то отправлю к вашему племени на полянку, будете в полной тишине водить свои хороводы и беззвучно петь песни. Там вам самое место.

Злой гном скрылся в своём доме. Поворчал там немного и затих. Друзья стояли в полной тишине, не зная, что делать дальше.

Ягель тревожно вздохнул и задрожал всем телом.

– Что будем делать? – тихо спросил он.

– Не знаю, – так же тихо ответила Малина.

Совёнок важно зашагал по насту. Он размышлял. Вдали зачирикала птичка-невеличка, радуясь утреннему солнышку.

Из дупла раздался злой протяжный рёв. Куда там медведю Таллу! Ягель со страху присел. Лесной дух появился в дупле, зло посмотрел на друзей: вы голос подали? Понял, что не они, прислушался и щёлкнул пальцами в нужном направлении. Пение птички прекратилось. Лесной дух удовлетворённо кивнул. Но не успел он спрятаться в дупле и улечься спать, как снова запела птичка-невеличка, только в другом месте.

Мец-хозин вздохнул и сел на краешек дупла.

– Я ведь почему злой всегда, – печально сказал он и снова щёлкнул пальцами, заставляя замолчать птичку, – потому что тысячу лет не могу выспаться.

Другая птичка подхватила трель, и все повернули головы в том направлении.

– Если бы я смог выспаться, я был бы намного добрее.

Совёнок перестал шагать и замер, вытянув лапку для очередного шага.

– То есть, лесной дух хочет просто выспаться?

– Конечно. Но мне все мешают! И вы в том числе, – он направил скрюченные пальцы в сторону друзей с твёрдым намерением и их превратить в духов.

– Но постойте! – сказал совёнок. – Я знаю, как вам помочь. Вы сможете спать в любое время, сколько захотите, при полной тишине.

– Правда? – Мец-хозин не поверил, но остановился.

– Конечно! – совёнок важно похлопал глазами, то открывая, то закрывая их. Гном поморщился, так сильно раздражал его любой звук.

Малина прикрыла ладошкой голову совёнку и тихо сказала:

– Но взамен вам нужно будет расколдовать стойбище.

– Всего лишь? – прищурился лесной дух. – Какое выгодное дельце. Сделайте немедленно так, что бы всё погрузилось в тишину, и я наконец-то выспался. А взамен я расколдую не только племя охотников и пастухов, но и десять песцов, и сотню зайчат.

– А зайчат-то за что заколдовали? – тихо спросил Ягель, высовываясь на секундочку из-за спины девочки.

– Прыгали много и громко! – отрезал Мец-хозин.

– А, – протянул оленёнок, поджимая ножки по очереди – больше ему не хотелось прыгать.

– Согласны, – сказала Малина и подняла ладошку, освобождая птичку. Совёнок завертелся, раздуваясь от важности, и сказал:

– Ягель! Давай искать дерево со смолой. Быстро!

Оленёнок, осторожно переставляя копытца и стараясь не прыгать, пошёл от дерева к дереву, тщательно всматриваясь в стволы.

– Здесь, – кивнул он на высокую сосну, – много смолы.

– Отлично, – пробормотал совёнок и затрусил к дереву, приглашая за собой Малину. Девочка растерянно посмотрела на него, но тоже пошла в указанном направлении.

– Я полезу на дерево, – сказал совёнок, – буду собирать смолу и кусочки бросать тебе. А ты подбери их и сваляй два больших мягких шарика. Поняла?

– Поняла, – прошептала девочка и счастливо улыбнулась. Неужели им удастся помочь лесному духу и спасти племя?

Через некоторое время Мец-хозин подозрительно смотрел на протянутые к нему ладошки девочки, на которых лежали два шарика смолы.

– Это я должен съесть? – настороженно спросил он, не желая высовываться из дупла полностью и принимать подарок.

– Нет, – Малина замотала головой, – что ты! Просто засунь их в уши!

– А почему не сюда? – спросил гном и осторожно потрогал свой большой круглый нос, там как раз были подходящие по размеру ноздри.

– Да, что ты! Никогда ничего не засовывай в нос! – воскликнула Малина.

– Ладно! Я вас проверял. Сам знаю, что ничего нельзя засовывать в нос! – и он осторожно потянулся к ладошкам девочки. Причём, сам он не двигался, а руки у него медленно росли и удлинялись. Взяв смолу, Мец-хозин осторожно залепил уши и тревожно прислушался.

Вокруг него воцарилась тишина, и ничего её не нарушало.

Сердитое лицо его постепенно разглаживалось. Лесной дух всё ещё не верил.

– Ну-ка попрыгай, – громко сказал он оленёнку.

Ягель выглянул из-за спины Малины и честно признался, вспоминая громких зайчиков:

– Что-то не хочется прыгать.

– Попрыгай! – потребовал Мец-хозин. – А ты ухай! А ты кричи громко!

Друзья переглянулись. Девочка пожала плечами, и они в точности исполнили то, что просил гном.

Глядя на них, Мец-хозин счастливо улыбался. Он то открывал уши, то снова залеплял их смолой.

– Очень хорошо. Я спать. Пока.

– Дядюшка Мец-хозин, ты забыл выполнить свою часть уговора, – тихо сказала Малина.

– А я должен? – нахмурился злой гном. Но потом улыбнулся и хлопнул в ладоши. Тотчас вокруг деревьев и кустов запрыгала сотня зайчиков, а вдали раздалось рычание радостных песцов. Совёнок прижался потеснее к девочке. – Я не в силах расколдовать стойбище. Потому что наложил заклятие на древний небесный камень.

– Какой камень? – округлил глаза совёнок.

– Красный, который с солнца упал, – Мец-хозин вздохнул. – Найдите небесный камень, и пускай каждый житель стойбища прикоснётся к нему. Лишь только тогда заклятие спадёт. Пока! Я спать, – гном махнул рукой на прощанье, но Малина опять спросила:

– И где нам искать красный камень?

– Как где? – удивился Мец-хозин. – Там, где я всегда играю и прячусь от шума.

– А где ты всегда играешь и прячешься от шума? – растерянно спросила Малина.

– Видите ту высокую гору? В ней глубокая пещера. Там и ищите красный камень. Только я не помню, где его обронил. Заигрался тогда, – Мец-хозин зевнул и скрылся в дупле.

Глава 7. Малина: и гномы

– Нужно идти, – вздохнула Малина. – Искать камень этот волшебный.

Друзья втроём повернули головы в сторону далёкой горы. Путь предстоял неблизкий и трудный – через лес, по глубокому снегу. И негде будет согреться замёрзшим путникам.

– Далеко топать, – задумчиво сказал совёнок.

Малина представила, сколько идти, и поёжилась:

– Да… Нам бы сани сейчас какие-нибудь.

– А я бы вас тянул. Я люблю бегать! И сани везти люблю! Домчали бы мигом, гора – вот она, рядом совсем! – запрыгал вокруг друзей Ягель, совершенно не зная усталости.

– Разве ты уже тянул сани? – удивилась Малина.

– Нет. Но я видел, как это делают взрослые олени. Это очень легко! – беззаботно ответил Ягель, демонстрируя, как бы он вёз санки.

– Это не так легко, как кажется, – ответил совёнок. – Да и саней у нас нет никаких. Лодочка бы подошла, пожалуй, но и её у нас нет.

Ягель остановился и растерянно посмотрел на друга. Малина печально вздохнула, а за ней по очереди вздохнули совёнок и оленёнок.

– А что, если опять попробовать бросить жемчужину? Может, она приведёт нас к санкам? – неуверенно предложила Малина и бросила на снег новую жемчужину.

Они встали вокруг драгоценного камешка и пристально смотрели на него некоторое время, ожидая чуда. Но ничего не происходило. Жемчужина осталась лежать на месте, сверкая в солнечных лучах.

– Придется всё-таки идти пешком, – обречённо произнес совёнок, подошёл к Малине и растопырил крылышки, чтобы та взяла его на руки.

– Ничего, дойдём, – придав голосу бодрости, ответила Малина. Она подобрала жемчужину, бережно спрятала её обратно в кармашек и подхватила совёнка. Мудрая птичка прильнула к тёплым рукам девочки, примостилась удобнее и прикрыла глаза, собираясь поспать.

– Ну что, вперёд? – весело спросил Ягель и запрыгал по насту через лес прямиком к дальней горе. Малина с совёнком на руках пошла следом, тяжело ступая по высоким сугробам.

Солнце уже поднялось совсем высоко, когда уставшие путники наконец решили сделать привал. Они выбрали небольшую полянку, залитую тёплым солнечным светом.

– Я уже не могу идти, – тяжело выдохнула Малина и села на старое поваленное дерево. – Пора отдохнуть и пообедать. Ягель, ты ещё не устал?

– Разве что совсем чуть-чуть, – проговорил оленёнок и без сил плюхнулся на землю рядом с девочкой.

Малина сочувствующе погладила пушистого друга по голове. Она посадила совёнка на колени, сняла с плеча котомку, подаренную Улльной, и принялась сооружать на бревне обеденный стол. Оленёнку достались ягоды и орехи, а рыба была поделена между совёнком и девочкой.

Только друзья приступили к обеду, как Ягель вскинул голову и настороженно замер.

– Тсс! – сказал он шёпотом. – Я что-то слышу, – оленёнок помолчал, прислушиваясь. – Точно! Как будто плачет кто-то.

– Снова? – удивилась Малина. Она отложила рыбу в сторону и поднялась на ноги, вглядываясь в лесную чащу.

Совёнок покрутил головой, помигал жёлтыми глазами-тарелочками и подтвердил:

– Действительно, плачут. И их много. Там! – и совёнок повернул голову в ту сторону, откуда исходил звук. – Они стоят вон за тем кустом, боятся подойти к нам.

Ягель вскочил на ноги и на всякий случай нагнул голову, выставляя вперёд рожки, чтобы защитить друзей от опасности:

– Выходите, кто там спрятался! Мы вас не боимся и не тронем, если вы нам не желаете зла.

Из-за широкого куста на полянку один за другим вышли несколько невысоких человечков. Они были так малы, что едва доставали ростом Малине до бедра. Одеты человечки были в старые рваные тряпицы, обмотанные вокруг тела, а их ноги были босыми. Они осторожно переступали по снегу голыми пятками, закрыв лицо руками, и тихо всхлипывали. Человечки подошли к друзьям и встали недалеко, сгрудившись кучкой.

– Что случилось? Почему вы плачете? – спросила Малина.

– Что случилось? Почему вы плачете? – грустно повторил один из человечков и получил локтем в бок от соседа.

– Не нужно сейчас, – сердито сказал тот, вытирая глаза тыльной стороной ладошки.

Малина нахмурилась, пристально посмотрела на новых знакомых, задумалась, что-то вспоминая. И вдруг её лицо прояснилось.

– А! Так вы чакли! – воскликнула девочка. – Мама рассказывала мне о вас когда-то. Все дети знают сказку о маленьких жадных человечках, которые живут под землёй и стерегут несметные сокровища. А ещё вы так смешно разговариваете: повторяете слово в слово за собеседником.

И Малина захохотала, вспоминая, как мама рассказывала ей истории о забавных гномах. Ягелю и совёнку никто раньше не рассказывал сказок. Они недоумённо посмотрели на развеселившуюся девочку, переглянулись и снова уставились на удивительных гостей.

– Так почему вы плачете? – решил ещё раз спросить гномов совёнок.

Чакли притихли, вытерли слёзы и один из них сказал, сдавливая всхлипы:

– Мы очень давно ничего не ели. У нас болят животики.

Гномы дружно закивали, схватились за животы и снова зарыдали. Горькие слёзы капали на снег и тут же замерзали, собираясь сверкающей горкой у ног человечков.

Малина тут же перестала смеяться, посерьёзнела и сказала:

– Не нужно плакать. У нас много еды, мы с вами поделимся, – она показала рукой на их стол-бревно, с которого друзья ещё не успели съесть ни крошки. – Вот! Угощайтесь, пожалуйста.

– Правда? – с надеждой спросил кто-то из чаклей, нерешительно топчась на месте. Девочка добродушно кивнула, и уже через мгновение все гномы дружно жевали рыбу, ягоды и орехи. Друзья, не мешкая, присоединились к обеду, и на полянке всё стихло. Лишь изредка тишину нарушало негромкое аппетитное причмокивание и похрустывание.

Когда все наелись, чакли довольно закивали и наперебой стали благодарить друзей за угощение.

– Спасибо! Спасибо вам! Мы так наелись! Давно так не обедали!

– Это Улльне спасибо, – мудро изрек совёнок.

Вперед выступил старший из гномов и сказал:

– Спасибо, что поделились с нами пищей! Теперь мы хотим в благодарность что-нибудь для вас сделать.

– А у вас нет лодочки, случайно? – тут же поинтересовался Ягель.

– А у вас? Нет лодочки, случайно? – ответил эхом кто-то из гномов и снова получил локтем в бок от стоящего рядом чакли. Смутился и притих, опустив голову.

Старший гном строго посмотрел на него, погрозил кулаком, а после повернулся к оленёнку:

– А зачем вам в лесу нужна лодочка?

– Понимаете, – решила объяснить Малина, – мы идём вон к той горе. Там, в пещере, Мец-хозин потерял свой волшебный камень. Нам нужно найти его и принести в заколдованное стойбище, чтобы снять с его жителей проклятье. Мы уже долго идём по лесу и очень устали, – девочка вздохнула. – Если бы у нас была лодочка, мы бы с совёнком сели в неё, а Ягель тянул. И мы быстрее добрались бы до пещеры.

Гномы вдруг оживились, сгрудились и стали о чём-то тихо перешёптываться, махая время от времени руками и кивая то на друзей, то на гору. Затем повернулись к друзьям и наперебой взволнованно заговорили:

– Нельзя туда!

– Там опасно!

– Не ходите через лес!

– Но почему? – спросили хором друзья.

Старший гном ответил:

– Нельзя идти к горе через лес. Там бродит огромный и злой медведь. Мы слышали, как он зачем-то искал малину.

– Да-да! Странный медведь! Малину ему подавай зимой!.. – снова загалдели чакли.

– Тихо! – прикрикнул на них старший гном. Его спутники дружно замолчали.

Услышав про Талла, Ягель задрожал всем телом и спрятался за спиной Малины. Девочка обхватила голову руками, присела на бревно. Совёнок прижался к ней, пытаясь подбодрить.

– Что же нам теперь делать? – пробормотала Малина, обнимая одной рукой совёнка. – Назад нельзя, и вперёд тоже опасно. Теперь мишка-оборотень точно меня поймает и съест.

И она горько заплакала.

– Мы знаем, где играет обычно Мец-хозин, – проговорил вдруг старший чакля. – У нас нет лодочки. Но мы можем показать подземный ход, который приведёт вас в пещеру, в которой он потерял волшебный камень. И вы не встретитесь с медведем.

Друзья с надеждой посмотрели на гнома и немножко приободрились.

– Правда? – обрадовался Ягель. – И вы нас туда отведёте?

Тут чакли захихикали, затрясли головами.

– Ну уж нет, – неожиданно ответил другой гном.

– Почему? – удивился совёнок. – Вы ведь хотели отблагодарить нас за обед. Так покажите подземный ход, чтобы мы могли скрыться от Талла.

Гномы захохотали во весь голос, схватились за животики и покатились от смеха по снегу, хлопая себя по коленкам.

– Да что такое? – возмущенно воскликнула Малина и даже вскочила с бревна, забыв о слезах. – Что смешного мы сказали?

– За обед мы вас уже отблагодарили, – ответил, давясь от смеха, старший чакля. – Мы рассказали вам о медведе. Если бы не мы, то вы попались бы ему прямо в лапы. А для того, чтобы мы показали вам подземный ход, нужно нам заплатить. Золотые монеты вполне подойдут.

И его глаза жадно сверкнули. Гномы уже не стояли, понурив головы. Они теперь смотрели на друзей хищным взглядом, словно изучали, сколько сокровищ они смогут получить от юных путников.

– Но у нас нет золота, – растерялась Малина.

– А что у вас есть? – жадно поинтересовался чакля. – Серебро? Жемчуг?

– Есть подарок от речного духа, – Малина вытащила из кармашка оставшиеся жемчужины и протянула их на ладошке гному. – Но я хотела отнести их маме, – грустно добавила она.

Чакли обступили ладошку девочки, рассматривая драгоценные камешки. Те переливались на солнце всеми цветами радуги.

– Оо! – зачарованно выдохнули гномы. Их глаза округлились, в зрачках запрыгали огоньки. – Ах! – завздыхали они, прижав руки к груди и восхищённо поглядывая на жемчужины.

– Мы покажем тебе подземный ход. И дадим серебряных монет на украшения для твоей мамы, – произнёс старший чакля. – Взамен ты отдашь нам жемчужины. Эти вещицы будут самыми ценными в нашем секретном хранилище драгоценностей. Речной дух так тщательно оберегает свои сокровища, что мы и помыслить не могли о том, чтобы получить их себе.

– Отлично. Мы согласны, – быстро ответил за девочку совёнок, пока та не успела возразить гномам.

Малина беспомощно кивнула.

– Тогда идём, – обрадованно махнул рукой чакля, и вся гномья компания тут же, как по команде, развернулась и дружно потопала вглубь леса.

Малина спешно собрала вещи, подхватила на руки совёнка и поторопилась вместе с Ягелем за проводниками.

Они миновали чащу, вышли к перелеску, обогнули пригорок и очутились у входа в подземелье. Вокруг густо росли кусты, укрытые высокими шапками снега. Они скрывали вход от посторонних глаз. Ягель заглянул внутрь и поёжился:

– Жутковато как-то. Не хочется туда.

– Зато не встретимся с Таллом, – ответила ему Малина.

– Да, уж лучше подземелье, чем злой медведь, – согласился с ней Ягель и снова с опаской покосился на пещеру.

Гномы стояли гурьбой, ожидая оплаты за свою услугу. Малина протянула старшему чакле жемчужины, а тот в ответ дал ей мешочек с серебряными монетами.

– Твоей маме должны понравиться, – довольно сказал он. – И запомни: когда найдёшь волшебный камень – ни в коем случае не трогай его голыми руками.

– Почему? – удивилась Малина.

– Узнаешь в свое время, – отрезал гном и мгновенно исчез вместе с остальными чаклями.

Друзья ошеломлённо переглянулись, обошли то место, где стояли гномы, и никого не нашли.

– Пойдём? – позвал совёнок, спрыгнул с рук Малины и потопал в подземелье. Ягель, махнув рожками, последовал за птицей. Девочка ещё немного подождала, не появятся ли гномы, а потом растерянно пробормотала:

– Спасибо за помощь, – и поспешила за друзьями в тёмную пещеру.

С каждым шагом они уходили всё глубже под землю, и свет медленно таял, скрадывая очертания камней вокруг. В каждом большом валуне Малина видела голову притаившегося медведя Талла. Оленёнок Ягель всё чаще стал спотыкаться, пока совсем не остановился. В темноте его белый мех выделялся пятном, и девочка дотронулась до оленёнка. Ягель вздрогнул, подпрыгнул, готовый бодаться, а потом протянул:

– А, это ты. Ещё бы немного, и тебе несдобровать! В самый последний момент узнал твой запах!

– Тише, Ягель, тише, – примиряюще сказала девочка и потрогала друга за холодный нос.

– Почему вы остановились? – встревожено спросил совёнок, вышагивая из темноты.

– Потому что мы ничего не видим, – вздохнув, ответила Малина.

– Темно, – протянул Ягель и уткнулся носом в котомку на плече девочки, вспоминая про орешки и ягоды.

– Странно, – захлопал крыльями совёнок. – Но я-то вижу. Значит и вы должны видеть.

– Не вижу! – отрезал оленёнок.

– Не видим, – призналась, вздохнув, Малина.

– А вы пошире раскройте глаза, – посоветовал совёнок. – Вот так, – и показал, как нужно делать. Ягель зафыркал, увидев огромные глазища птицы, и с испугу запрыгнул за спину девочки. Малина успокаивающе погладила друга.

Девочка послушно сделала то, что предложил совёнок.

– Вот так? – спросила она, таращась в темноту.

– Ага, – обрадовалась птица, – у тебя получается!

– У меня получается таращиться, – печально сказала Малина, – но видеть – нет.

– Не отчаивайся, – подбодрил её совёнок. – И не останавливайся! Сейчас ты увидишь, как прекрасна темнота!

– Нет, – Малина вздохнула, – наверное, тут дело в наших глазах.

– Ты так считаешь? – изумился совёнок.

– Что же делать? – печально спросил Ягель.

– А давайте нарвём вон той светящейся паутины? – предложил совёнок.

– Где? – в один голос спросили друзья, не умеющие видеть в темноте. Совёнок привёл их к расщелине и Малина, присев, действительно увидела между камней тонкие святящиеся ниточки.

– Съедобные? – тут же поинтересовался Ягель, громко шепча на ухо девочке.

– Рви, – сказал в другое ухо совёнок. – Я вижу ещё. Вон там. Мы скатаем целый ком светящейся паутины.

– И съедим! – радостно закончил мысль за него оленёнок.

– И у нас будет свет, – проворчала мудрая птица.

Только Малина потянулась к паутине, как на ладошку ей сразу прыгнул паучок.

– Не нужно рушить мой дом! – взволнованно сказал он. – И есть его тоже не нужно.

– Почему? – протянул Ягель, невинно хлопая глазами. Паучок был такой яркий, что светился крохотной точкой, как звёздочка на небе. – Паутина полезная и вкусная!

– И вовсе она не вкусная! – забеспокоился паучок.

– Это твой дом? – ошеломлённо спросила Малина. – О, прости нас за невежество, мы не знали. Конечно, мы ничего рушить не станем.

– Правда? – не поверил паучок.

– Конечно.

– Вы меня успокоили! – паучок засобирался к себе домой – в паутину, под камни.

– Скажи, – остановил его совёнок, – а зачем тебе домик в таком месте?

– Как зачем? На яркие паутинки прилетают мошки и мотыльки. Я их ловлю и ем.

– Вот оно что, – пробормотала мудрая птица и с интересом посмотрела на рожки оленёнка. Тот мечтательно чмокал губами, задумавшись о светящейся паутине, и сразу вскинулся, увидев интерес к себе: мол, чего тебе нужно от моих рожек? Малина тоже не понимала.

– А ты хочешь много-много мошек?

– Много не бывает, – тяжело вздохнул паучок. – Я такой голодный.

– А хочешь всегда быть сытым?

– Кто же не хочет каждый день есть вкусности?

Оленёнок сразу расплевался, всем своим видом показывая, какие на вкус мошки. Другое дело – мох! Сочный, вкусный, губчатый! Жевать его одно наслаждение.

– Тогда тебе нужно поменять дом! Ты можешь построить новый среди рожек Ягеля. Он будет бежать, а твоя паутина станет ловить мошек.

– Построить новый между рожками Ягеля? – задумался паучок. В уме он уже подсчитывал бесчисленные количества пойманных мошек.

– Между чьими рожками построить новый дом для паучка? – спросил оленёнок, наконец переставая мечтать о мхе и возвращаясь в пещеру. Он явно не расслышал и теперь переспрашивал у Малины. Девочка успокаивающе погладила его по мохнатому боку и незаметно кивнула совёнку и паучку.

Ягель так и не дождался ответа.

Паучок забегал между его рожками, строя невесомый дом, и вскоре из ниточек свилась настоящая белая светящаяся шапочка.

– Светло! Теперь я вижу! – обрадовано закричал Ягель. И стоило ему повертеть головой в разные стороны, как тусклый свет заметался по тёмному каменному коридору. – Я – олень-солнце! – гордо заявил Ягель друзьям. – От меня исходит свет!

– Теперь мы быстро найдём волшебный камень! – воскликнула, смеясь, Малина.

– Мы бы его и так и нашли, – невозмутимо заметил совёнок.

– А теперь мы найдём его даже с закрытыми глазами! – радостно воскликнул Ягель и побежал вперёд.

Друзья еле поспевали за быстрым оленёнком. По пути они заглядывали в самые дальние и тёмные места, но и там не было волшебного камня.

Вскоре им преградил путь подземный ручеёк с очень холодной водой. Друзья напились и осторожно по мокрым камням стали перебираться на другой берег. Ягелю показалось, что он увидел большую тень под водой. Наклонил голову и тут же, испугавшись, отдёрнул, едва не поскользнувшись на мокром камне. С глубины, двигая перепончатыми плавниками, к ним приближалось водное чудище. Оно слепо вращало большими глазами и шевелило усами.

– Поторопимся? – предложил Ягель, прыгая по камням.

– Но мы и так быстро передвигаемся, – упрямо сказала Малина, надувая губки.

– Кажется, я вижу красный камень! – выкрикнул Ягель и побежал скорее вперёд.

– Где? Где? – сразу оживилась девочка. Они быстро преодолели ручеёк и когда уже бежали вперед, оленёнок несколько раз обернулся. В последний раз ему показалось, что водное чудище наконец всплыло со дна, высунуло голову из воды и теперь смотрело им в след, шевеля длинными усами.

Но, может, то был камень? И на нем шевелились водоросли?

Ягель не хотел выяснять и быстро понёсся вперёд, высоко поднимая голову. Назад он точно не вернётся.

Глава 8. Малина: и волшебный камень

Друзья вбежали в большую пещеру и остановились, растерянно переглядываясь. Перед ними, несомненно, было именно то место, где любил поиграть и отдохнуть Мец-хозин. Зал поражал своими размерами, нагромождениями камней, наваленных непроходимыми кучами с припорошёнными снегом верхушками. С потолка соломинками застывшей бахромы свисали сосульки, сверху и снизу ледяными глыбами росли сталактиты и сталагмиты.

Оленёнок боязливо запрял ушами, прислушиваясь. Тишину иногда нарушала звонкая капель и шумное бормотание.

– Слышите? – спросил он.

Друзья посмотрели на Ягеля. Оленёнок поднял мордочку кверху и принюхался, смешно двигая носом. Там, в потолке, где сквозь щели пробивался тусклый свет, кто-то ходил от дыры к дыре, останавливался, прислушивался и тяжело вздыхал.

– Это Талл, – прошептала Малина, закрывая ладошкой рот.

Медведь фыркал, пытался в дыры между валунами просунуть нос и лапы, чтобы обшарить ближайшие камни и снова замирал, прислушиваясь.

– Где ты, Малина? – глухо ревел оборотень. – Я найду тебя.

– Давайте, я подкрадусь и стукну его копытцем! – предложил оленёнок. – Я смогу попасть мишке по лапе!

Ему его план очень понравился. Жаль, друзья не оценили. Совёнок нравоучительно покачал круглой головой, а девочка сказала:

– Давайте лучше найдём побыстрее камень и вернёмся назад!

– Э, нет, – Ягель попятился и категорично замотал ушами, – только не назад.

Тело его мелко задрожало, так что девочке пришлось пригладить вздыбившийся мех.

– Почему? – удивилась Малина.

– Не хотел вас пугать, – наигранно безразличным тоном начал оленёнок, – но там, в реке, живёт чудище. И оно хотело схватить меня за ногу. Если бы я не был таким быстрым, то ему бы непременно это удалось. И тогда, – Ягель распахнул широко глаза, – оно бы утащило меня на дно!

Друзья молчали и смотрели на оленёнка. Кажется, они совершенно не пугались.

– А потом и вас! – оленёнок подпрыгнул на месте.

Совёнок рассудительно спросил:

– А почему оно сразу нас не утащило?

– Потому что я был быстрым!

– Ты-то понятно, что быстрый. Но мы-то нет, – ответил совёнок.

Малина покивала головой, соглашаясь с птицей. Что-то было не так, и она не могла понять загадку.

– Это уже неважно! Главное, что мы не пойдём через пещеру обратно. Когда мы найдём камень, то выберемся наверх и помчимся стрелой перед носом у оборотня, – Ягель снова подпрыгнул на месте. – А то и между лап у него проскочим! И я его ещё боднуть успею, вот так!

И оленёнок показал, как бы он боднул Талла. Совёнок, зевнув, принялся чистить пёрышки.

Малина прижала к себе неспокойного и воинственного оленёнка и сказала:

– Давайте сначала найдём камень, а потом решим, как станем возвращаться.

– Да чего тут думать! – разгорячился оленёнок.

– Ищем камень, – остановил его порыв взмахом крыла совёнок.

– Опять не побегать, – погрустнел Ягель.

– И ищем тихо, – сказала Малина.

Друзья разошлись по пещере. Каждый раз они замирали, когда дыры в потолке закрывались тенью оборотня. Талл был так близко, но им всегда удавалось вовремя замереть и притвориться то кучкой камней, похожей на Малину, то снежным комочком, зависшим в нелепой фигурке совёнка с распростёртым крылом, то белым пятнышком снега, у которого подозрительно шевелились чёрные копытца. Ведь Ягель ни секунды не мог спокойно полежать.

– Где же камень? – сам себя спрашивал оленёнок, прыгая из одного места в другое. Ему не терпелось поскорее найти его и во что бы то ни стало опередить друзей. Ведь он самый быстрый и храбрый. И нужно было в очередной раз доказать друзьям, кто на самом деле лучше всех.

Но нашел он маленький ручеёк. Затерянный, тот журчал у самой стены, быстро бежала вода в нем. Ягель увидел в волнах крохотный листочек и тут же, забыв про камень, побежал за ним, решив догнать и перегнать. Даже листочек должен был знать, кто тут самый быстрый!

– Тише! – прошептал совёнок оленёнку. Но тот его не слышал, так был увлечен погоней. Внезапно листик остановился, нырнув под большой камень, расположенный посередине. Ягель остановился, растерянно вытягивая шею, пока не поднял мордочку вверх. Камень оказался не камнем, а тем самым лупоглазым чудищем, и сейчас оно с интересом рассматривало оленёнка.

– Ой! – громко вскрикнул Ягель, подпрыгивая на месте и звонко цокая копытцами.

– Тише! – тут же отозвался совёнок.

Наверху забеспокоился медведь, явно что-то услышав, и стал метаться от дыры к дыре, пытаясь рассмотреть, что творится внизу.

– Нашёл? – громко зашептала Малина. Друзья бросились к оленёнку с разных сторон.

– Нет, – растерянно отозвался Ягель и обернулся к ним, желая предупредить об опасности, но девочка уже увидела замершее в воде чудище.

– Кто ты? – растерянно прошептала Малина, останавливаясь на месте.

Чудище похлопало большими глазами и внезапно распахнуло пасть. Ягель запищал, решив, что его хотят съесть. На песок упал красный камень.

Выплюнув сокровище, чудище произнесло:

– Я – подземный водяной, младший брат речного духа. И я пришёл к вам на помощь. Лесной хозяин обронил камень в речку, когда переходил её вброд, и вы бы его никогда не нашли!

– Я бы нашёл! – упрямо пробормотал оленёнок.

Малина забыла, о чём её предупреждали гномы, сняла варежки и потянулась к камню.

– Стой! – воскликнул подземный водяной. – Ты можешь взять его только в рукавичках, иначе превратишься в бестелесного духа.

– Спасибо! – девочка поспешно надела варежки и восхищённо произнесла: – Какой же он красивый. Такой красный! На малину похож!

Камень мигнул, и вдруг из-под него стал медленно пробиваться росток. Вот кустик отодвинул камень в сторону. Вот приподнялся ещё немного. Среди зелёных листочков появились зелёные комочки ягод. Постепенно они стали удлиняться и краснеть.

– Малина! – в один голос воскликнули друзья, не веря чуду. Подземный водяной развёл плавниками в стороны.

– Видно ты так хотела малины, что камень посчитал это твоим заветным желанием и исполнил его.

– Так он ещё может и желания исполнять? – воскликнул Ягель. – И моё тоже? И если я сейчас захочу поляну ягеля, то мой вкусненький мох появится?

– Не торопитесь с желаниями, – вздохнул водяной. – Их мало.

– А нам можно есть малину? – спросила Малина.

– Конечно.

Друзья потянулись к кустику. Девочка сорвала первую сочную ягоду и положила её в рот, с наслаждением разжевывая.

– Я знала, что найду тебя! – звонко воскликнула Малина.

– А я тебя! – заревел сверху медведь, услышав голос девочки.

– Талл! – взвизгнули друзья.

– Бежим! – закричал оленёнок.

– Ягодки! – закричала Малина.

– Камень! – закричал совёнок. Друзья засуетились, не зная за что хвататься. Из дыры в потолке показалась медвежья лапа. Яростно рыча, вниз по груде валунов к ним пытался спуститься злой Талл. Лапы его почти касались верхушки каменной насыпи, и вот-вот он должен был нащупать опору под ногами.

– Берите камень и бегите! – подсказал водяной. – Сейчас я разолью здесь воду и затоплю пещеру.

Друзей не нужно было упрашивать дважды. Малина забила рот ягодками, подхватила камень варежкой и спрятала его в котомку. Затем она помогла забраться совёнку на плечо и побежала к выходу за быстрым Ягелем.

– Спасибо за помощь! – прокричала водяному Малина, оборачиваясь.

Ручеёк стал медленно разрастаться. Вода заструилась со всех сторон, и когда медведь наконец спрыгнул на вершину камней, то дальше он не решился двинуться с места – вокруг него расстилалась водная гладь подземного озера.

Друзья бежали по подземелью, не жалея ног. Им всё время казалось, что Талл идёт за ними по пятам.

– Как он нас нашёл? – прокричал на бегу Ягель.

– Не знаю, – запыхавшись, ответила ему Малина, – может быть, он догадался, что нужно идти за мной по северному сиянию?

– Вполне может быть, – важно согласился совёнок. – Он не так глуп, как кажется.

– Сейчас главное убежать подальше, чтобы он не мог нас догнать, – снова прокричал Ягель и прибавил скорости, умчавшись вперёд.

– Эй! – окликнула его Малина. – Оленёнок-солнце! Ты забрал с собой свет!

Ягель с сожалением остановился и развернулся обратно к друзьям.

– И что бы вы делали, если бы не я, – недовольно сказал он.

Малина поравнялась с оленёнком и погладила его по спинке.

– Споткнулись бы в темноте и упали, и Талл нас обязательно поймал бы, – проговорила она с улыбкой. – Не убегай далеко, пожалуйста.

И они побежали вперёд, не останавливаясь ни на минуту, пока не показался выход из пещеры, там, где они в последний раз виделись с гномами. Здесь они отдышались, а Малина сняла с рожек Ягеля паучка и отпустила его в камни.

– Спасибо тебе за свет! – сказала она паучку. – Ты можешь свить себе домик здесь, у выхода из пещеры. Скоро весна, и ты поймаешь намного больше мошек, чем в глубине подземелья.

– Правда? – обрадовался паучок и тут же засновал взад-вперёд, сплетая сеть из паутины между камнями.

– До свидания! – помахала ему рукой девочка на прощание, но паучок уже не обращал на неё внимания – он был занят своим домиком.

Друзья вышли наружу и зажмурились от ослепительной белизны снега, сверкавшего в лучах яркого солнышка. Ягель тут же опустил голову и принялся отчищать рожки от паутины.

– Здесь она нам не понадобится, – объяснил он.

– Как вы думаете, мы сильно далеко убежали от Талла? – спросила Малина у друзей.

Совёнок нахохлился, зажмурил глаза, привыкая к солнечному свету. Он подумал немного и важно ответил:

– Талл ещё в горах. Пока он спустится вниз, мы уже давно будем в стойбище у призраков.

И они, успокоившись, отправились прямиком по своим следам обратно на заколдованную поляну, к милым улыбчивым людям и доброй, заботливой Улльне.

Друзья шли к стойбищу, с волнением вглядываясь сквозь деревья в знакомые очертания старых веж и высоких тёмных елей. Ягель высоко подпрыгивал на снегу от радости. И даже Малина с совёнком на руках шла вприпрыжку, предвкушая, как будут радоваться их появлению жители деревни.

Не успели друзья подойти к большой веже, в которой оставляла их на ночлег добрая Улльна, как вокруг уже собрались все призраки стойбища. Первыми, как всегда, шли старик-шаман и хранительница очага. Женщина улыбалась девочке, широко раскинув руки, как будто для объятий.

– Улльна! – радостно взвизгнула Малина, бросаясь к хранительнице. – Мы принесли камень! Вы больше не будете призраками!

Малина подбежала к ней и остановилась в двух шагах, опустив совёнка на снег рядом с Ягелем, который ни на шаг не отставал от девочки.

– Вы узнали, как снять проклятие с нашего племени? – взволнованно спросила хранительница.

– Да! Мы нашли Мец-хозина, он просто очень хотел выспаться, – затараторила Малина на одном дыхании. – Совёнок придумал, как сделать так, чтобы шум больше не мешал лесному духу спать. Взамен, Мец-хозин сказал нам, что наложил заклятие на красный камень, который потерял в пещере на высокой горе. И если вы по очереди прикоснётесь к нему, проклятие исчезнет.

– Не забудь про варежки, – напомнил на ухо девочке оленёнок, выглядывая из-за её спины.

– Да, конечно, я помню, – кивнула Малина. Она не забыла, как её предостерегали гномы и водяной не касаться волшебного камня голыми руками.

Девочка надела варежки и взволнованно достала драгоценную ношу из котомки. Протянула вперёд камень, крепко обняв его обеими ладошками.

– Вот, – счастливо произнесла Малина, – вам нужно только дотронуться, и чары развеются.

Призраки столпились вокруг друзей, недоверчиво поглядывая на красный мерцающий камень в руках девочки. Никто не решался первым попробовать на себе его чары.

Малина обводила взглядом призраков и не понимала, почему они не торопятся снять проклятие. Её улыбка понемногу таяла, а на лице появилось недоумённое выражение, постепенно переходящее в обиду. Ягель и совёнок растерянно крутили головами, глядя на стоявших вокруг людей.

– Почему никто не трогает камень? – чуть не плача спросила совёнка девочка. – Мы что, зря ходили за ним?

– Мне кажется, они просто боятся, – ответил ей совёнок.

Тут вперед выступил шаман и произнёс:

– Жители стойбища! Мы так давно живём в таком облике, что уж и позабыли, как это – снова почувствовать тепло солнечного луча на своей щеке, ощутить дуновение ветра или услышать скрип снега под копытами наших оленей. Я и сам уже перестал верить в то, что чары когда-нибудь удастся снять. Поэтому я понимаю ваш страх. Но эта маленькая девочка и её верные друзья не побоялись отправиться ради нас в дальний путь и принести то, что вернет нам прежнюю жизнь. А мы стоим здесь и боимся сделать самое простое – протянуть руку к камню.

Он обвёл взглядом людей, по толпе пробежал взволнованный шёпот. Шаман продолжил, обращаясь к друзьям:

– Как старейшина этого племени, я благодарю вас за вашу храбрость и самоотверженность, девочка-ягода и добрые животные-духи. И даже если вдруг сейчас ничего не случится, и чары не развеются, мы всё равно никогда не забудем вашей доброты и смелости.

С этими словами старик шагнул вперёд и вытянул руку, прикоснувшись пальцами к камню. Ничего не произошло. Шаман стоял, не отнимая руки от волшебного камня. Он недоумённо оглянулся на жителей стойбища, толпа загудела. С грустным лицом старик повернулся к Малине и хотел уже что-то сказать. Вдруг снег вокруг заискрился и засверкал так ярко, как тысячи маленьких звёздочек. Они поднялись в воздух, закружились, завертелись и стали собираться вокруг шамана, окутывая его всё плотнее и плотнее, до тех пор, пока не скрыли старика полностью. Затем снежинки засияли так ярко, что стоявшие вокруг люди зажмурились, и тут же рассыпались, а под ними все увидели шамана. Тот улыбался во весь рот и оглядывал себя – он больше не был прозрачным.

Вдруг шаман провалился по колено в сугроб, над которым парил секунду назад. От неожиданности не удержал равновесия, подался назад и шлёпнулся на спину, зарывшись головой прямо в пышный снег. Толпа ахнула. Малина и Ягель кинулись было на помощь старику, как вдруг услышали весёлый хохот из-под снега.

– Ах! Я уж и забыл, как это здорово – поваляться в сугробе! – воскликнул он, смеясь. – Словно в детство вернулся!

Малина подошла к шаману, протянула ему руку, помогая подняться. Старик встал и принялся отряхиваться, не переставая хохотать при этом.

Призраки тут же со страхом замахали шаману, чтобы тот поскорее замолчал, и в ужасе закрыли рты руками.

– Не бойтесь! – воскликнула Малина. – Мец-хозин больше не будет сердиться на вас. Он теперь спокойно спит в своем домике и не слышит шума. Можно смеяться и петь!

По толпе призраков пробежал оживленный шёпот, и тут же к девочке выстроилась длинная очередь желающих вернуться в прежний облик. Они дотрагивались до волшебного камня, с восторгом глядя на летающие вокруг искорки, затем теряли свою прозрачность и лёгкость и звонко смеялись, падая в снег от неожиданности. Дети тут же принимались с радостным визгом забрасывать друг друга снежками, а олени высоко поскакали по сугробам, запрокидывая на спину тяжёлые рога.

Над поляной звенел весёлый смех, люди обнимали друг друга, подбрасывали на руках детей, пели и громко переговаривались друг с другом. Им больше не нужно было молчать. Стойбище ожило.

Над домами взвились дымки от зажжённых очагов. Рыбаки тут же отправились на реку, а охотники – в лес, чтобы вечером устроить пир в честь своих освободителей: маленькой девочки и её друзей.

Малину, Ягеля и совёнка тут же забрала с собой добрая Улльна.

– Идём, мои маленькие герои, – ласково сказала хранительница очага, – вам нужно согреться, поесть и отдохнуть. И хоть я теперь больше не могу колдовать, но я всё ещё в силах растопить очаг и сварить вам горячего рыбного супа, – улыбнулась она.

– Мне столько всего хочется вам рассказать, – взволнованно заговорила Малина.

– Вечером, дитя. Всё расскажешь вечером, – терпеливо ответила Улльна, мягко подталкивая девочку в спину ладонью. – А пока вам нужно отдохнуть.

Она отвела друзей в уже знакомую им вежу. Малина с совёнком и оленёнком наелись, легли на тёплые мягкие шкуры и незаметно для себя задремали.

Наступил вечер. На небе засветились яркие звёзды. Поляну расчистили от снега, зажгли по кругу костры. Все жители стойбища уже собрались и теперь с шумом и смехом рассаживались около огня. В вежу за Малиной зашла хранительница и отвела друзей на поляну.

– А вот и наши герои, – торжественно объявил шаман.

Люди встали и радостно захлопали своим освободителям, пропуская их в центр круга. Друзья застеснялись. Они прошли сквозь хлопающую толпу, скромно сели на предложенные шкуры рядом с шаманом. Малина принесла с собой котомку, в которой лежал волшебный камень – так попросил старик. Она положила её перед собой, вытащила камень и уложила его сверху. Шаман поднял руку с зажатым в ней бубном, призывая племя замолчать. Все притихли и повернулись к старейшине племени.

– Люди племени, – сказал шаман громко, – если бы не эта девочка и её друзья, мы бы до сих пор жили, подобно ветру. С тихим шелестом летали бы над землёй и так и не вспомнили бы, каково это – ощутить колкость снежинок на щеках и тепло очага в веже. Благодаря нашим героям, мы вернулись в свой прежний облик. Теперь наша очередь сделать что-то, чтобы отблагодарить их. Прошу всех замолчать и прислушаться к звёздам. Я буду говорить с духами.

Шаман начал стучать колотушкой в бубен, что-то бормоча себе под нос. Он стучал всё быстрее и быстрее, принимаясь кружиться в танце, притопывая ногами и наклоняясь то из стороны в сторону, то взад-вперёд. Колотушка забегала по бубну в бешеном ритме, шаман бормотал всё громче и громче, время от времени переходя почти на крик. И вдруг всё стихло. Старик выпрямился.

– Духи говорили со мной, – произнес он в тишине. Слышно было лишь дыхание людей и треск поленьев в кострах. – В камне, который принесла девочка, сокрыта большая сила – он может исполнять желания. Но для освобождения нашего племени потребовалось много волшебства. И теперь в нём осталось сил всего на одно желание.

Он обратился к Малине.

– Скажи, дитя, есть ли у тебя желание, которое может исполнить только волшебный камень?

Малина задумалась.

– Скажи, что ты хочешь к маме! Тебе нужно домой! – наперебой зашептали ей на ухо Ягель и совёнок, подпрыгивая на месте от волнения

– Да, есть одно желание, – ответила девочка уверенно.

Она посмотрела на друзей, и те замолчали, но продолжали подпрыгивать от нетерпения.

– Хочу, чтобы у совёнка крылышко было здоровым, и он смог летать! – громко сказала Малина.

Совёнок и Ягель замерли от неожиданности.

– Хорошо. Да помогут нам духи! – проговорил шаман и стукнул несколько раз колотушкой в бубен.

Снежинки вокруг совёнка заискрились, окутывая его с ног до головы, и растаяли. Совёнок вытянул крыло, проверяя, вылечился ли он. Взмахнул несколько раз одним, потом двумя крылышками, – и вдруг взлетел вверх! Он сделал пробный круг низко над поляной, а потом набрал скорость и понёсся над лесом, радостно ухая и смеясь.

Малина, Ягель и все жители стойбища улыбались, наблюдая за птицей.

Совёнок ещё несколько раз облетел круг над лесом и вернулся на поляну. Он сел на плечо Малине, прижался к её щеке головой и сказал:

– Спасибо тебе большое! Я теперь снова могу летать.

Малина повернулась к другу и почесала пёрышки на его спинке.

– Не за что! Это самое меньшее, что я могла для тебя сделать, – ответила девочка.

Тем временем шаман снова поднял вверх руки и сказал:

– Это очень благородный поступок, девочка. Ты пожертвовала своим самым сокровенным желанием во благо другому. За это духи вдохнут в камень волшебство в последний раз. Но только в тот момент, когда оно понадобится сильнее всего.

Он хлопнул в ладоши.

– А теперь – праздник в честь освобождения от проклятия. Да будет сегодняшний день нашим вторым днём рождения!

Все закричали и захлопали от радости, бросились обнимать Малину, Ягеля с совёнком и друг друга. Над поляной зазвучали песни, люди танцевали и играли в весёлые снежные забавы. Шум и гам длился до глубокой ночи, а потом, уставшие и счастливые, все разошлись по своим вежам и легли спать.

И тут, в ночной тишине, где-то очень далеко за лесом послышался грозный рёв медведя.

Глава 9. Малина: и древний лабиринт

В большой веже было тепло и уютно. Хозяйственная Улльна разожгла очаг и принесла из лесу свежих еловых лап, которыми она устелила пол, и теперь в доме вкусно пахло хвоей. Оленёнок и совёнок лежали рядом, прижавшись друг к другу боками. Друзья тихонько посапывали в такт мерному потрескиванию дров в очаге. Сегодня на празднике жители и гости стойбища наелись и навеселились от души так, что едва добрели до своих постелей – настолько все устали. Малина зарылась с головой в ворох шкур на лежаке и уснула со счастливой улыбкой на лице.

Кто-то дотронулся теплой мягкой ладошкой до её щеки.

– Улльна, – пробормотала сквозь сон Малина, – уже утро?

– Нет, это я, твоя мама, – услышала она родной голос.

Девочка тут же вскочила и принялась протирать кулачками глаза.

– Мама! – воскликнула она.

Карха стояла у постели Малины и с улыбкой протягивала к дочери руки, чтобы обнять. Девочка бросилась было к маме, но вдруг остановилась и недоверчиво посмотрела на неё.

– Если я к тебе дотронусь, то сон исчезнет? – спросила Малина.

– Нет, не исчезнет, – смеясь, ласково ответила мама. – В тот раз мне пришлось обходиться без помощи дедушки. А я, как ты знаешь, ещё не настолько сильна, чтобы в одиночку ходить в мир чужих снов. Ну, иди ко мне скорее, – поманила Карха дочку.

Малину не пришлось дважды упрашивать, и через мгновение она уже крепко обнимала маму, прижимаясь щекой к маминому плечу.

– Ах, как сильно я хочу домой, – грустно проговорила девочка. – Очень сильно!

– Я знаю, милая, – ответила мама, – скоро мы увидимся наяву. Но духи задумали для тебя испытания, которые ты должна пройти. Лишь выполнив их, ты вернешься домой.

Малина удивлённо посмотрела на маму.

– Испытания? – переспросила она.

– Да. Всего десять испытаний. Между прочим, с восемью из них ты уже успешно справилась, – улыбнулась Карха.

– Восемью? – протянула девочка, удивлённо хлопая ресничками.

– Давай с тобой подумаем, – предложила мама, – что полезного и доброго ты сделала на пути домой?

Малина нахмурилась, в раздумьях присела на краешек лежака.

– Если считать с самого начала… – проговорила задумчиво она, – то я спасла рыбок, которые оказались детьми речного духа. Хотя я об этом даже и не знала, я просто выбросила их из мешка.

– А оказалось, что сделала доброе дело, – кивнула мама. – Что ещё, подумай?

Малина принялась загибать пальцы.

– Потом я спасла Ягеля от лап Талла. Медведь хотел, чтобы оленёнок всю жизнь возил его в упряжке, а Ягелю этого не хотелось. И я выпустила на свободу оленей, – она загнула ещё два пальца.

Подумала немного и принялась считать дальше.

– Затем, мы с Ягелем спасли совёнка, помогли Мец-хозину справиться с бессонницей и накормили гномов, – Малина загнула ещё три пальца. – Ой, а ещё, мы ведь смогли снять проклятие с жителей стойбища, и я пожелала вылечить совёнку крыло!

И девочка загнула ещё два пальца. Посмотрела на кулачки, нахмурилась, считая пальцы.

Мама стояла рядышком и улыбалась, глядя на Малину.

– Сколько всего испытаний осталось? – спросила она.

Малина считала так сосредоточенно, что даже высунула наружу язык.

– Два? – неуверенно ответила девочка.

– Правильно, – похвалила мама и погладила дочку по голове. – Но остались два самых трудных испытания.

Малина взволнованно посмотрела на маму.

– Какие испытания, мамочка?

Карха наклонилась к дочке, обняла ладонями её личико.

– Этого духи мне не сказали. Но мы с дедушкой уверены, что друзья помогут тебе справиться с любыми трудностями и испытаниями, – ответила мама и поцеловала Малину в нос. – Главное – цени вашу дружбу и уважай мнение тех, кто тебе дорог.

Малина ничего не поняла из того, что сказала ей мама. На мгновение задумалась, а потом потянулась к маме руками и обняла её за шею. Они немного помолчали, наслаждаясь теплом объятий.

– Я люблю тебя, мамочка, – прошептала Малина.

– Я тоже люблю тебя, милая, – ответила Карха.

И тут сон растаял.

***

Наступило утро. Малина и совёнок позавтракали вкусным супом из куропатки и запили его брусничным чаем, которые им приготовила заботливая Улльна. Для Ягеля охотники стойбища принесли сочного свежего мха.

Солнце уже поднялось высоко в небо, и пришла пора собираться в путь. В вежу к друзьям зашли шаман, хранительница и ещё несколько человек из племени. Все они были чем-то очень сильно обеспокоены. Старик-шаман подошел к Малине и взволнованно произнёс:

– Вам нельзя уходить со стойбища. Наши охотники вернулись из лесу, они говорят, что неподалёку бродит огромный злой медведь-шатун.

Друзья переглянулись. Совёнок тут же нахохлился, а Ягель задрожал всем телом.

– Он уже рядом, – глухо сказал совёнок.

– Нашёл нас, – эхом подтвердил оленёнок.

– Это не шатун, это медведь-оборотень Талл. Он ищет в лесу меня, – ответила испуганно Малина.

Жители стойбища взволнованно затоптались на месте, тихо переговариваясь между собой.

– Тогда мы не отпустим тебя, – сказала Улльна, – идти в лес слишком опасно.

– Оставайся здесь. Будешь жить с нами. Всё племя полюбило тебя и твоих друзей, у нас вам будет хорошо, – заботливо произнес шаман.

Жители поляны закивали головами:

– Да-да, вы нам очень дороги, мы не отпустим вас в лапы медведю.

Малина растерянно села на шкуры. Губы её мелко затряслись, а из глаз закапали слёзы.

– Как же так, – всхлипнула она, – мне ведь нужно домой, к маме. Я должна идти по северному сиянию. Я не могу остаться здесь навсегда. Мамочка-а!

И Малина, закрыв лицо руками, горько заплакала. Оленёнок и совёнок прижались к девочке, желая успокоить её, но они не знали, как именно. Друзья очень боялись Талла, но ещё больше они боялись, что медведь всё же сумеет поймать их маленькую подругу.

Улльна подошла к Малине, ласково обняла девочку и принялась вытирать подолом передника слёзы на её глазах.

– Не волнуйся, – успокаивающим тоном проговорила хранительница очага, – наши охотники сумеют поймать медведя, я уверена. И тогда ты сможешь вернуться к своей маме.

– А если не поймают? – снова всхлипнула Малина. – Талл хитрый, он обязательно подкараулит меня и съест.

Тут совёнок вдруг встрепенулся и повернул свою круглую голову, глядя на девочку жёлтыми глазищами.

– У тебя ведь есть ещё одно желание, которое может выполнить волшебный камень, – напомнил он Малине. – Пожелай перенестись домой – и Талл не догонит тебя.

Малина задумалась и даже перестала плакать. Слезинки на её глазах высохли.

– Нет, – сказала девочка, – он всё равно найдет меня. А если меня и защитят мама с дедушкой, Талл ведь может поймать кого-нибудь из ребят моего родного стойбища. Я не могу так поступить со своими соседями и друзьями.

Шаман от волнения принялся ходить взад-вперёд по веже, заложив руки за спину и пожевывая губу от волнения. Все притихли и с интересом следили за стариком. Наконец, он медленно проговорил, вспоминая:

– Когда я был ещё маленький, совсем как ты, девочка-ягода, мой дед рассказывал мне легенду о лабиринте душ. Где-то далеко, за самой густой и темной чащей леса есть место, где души умерших улетают в свой мир. Возможно, это всего лишь легенда, а может быть, оно и вправду существует. Никто никогда не видел этого места. Если бы вы смогли найти лабиринт и заманить туда оборотня, то вы бы раз и навсегда избавились от его преследования.

Маленькие друзья задумались.

– А что, это хорошая идея, – решительно затопал копытцами Ягель. – Я готов попробовать. Это лучше, чем оставаться в стойбище.

– Но мы не знаем, где находится этот лабиринт, – возразила Малина.

– Я могу полететь над лесом и поискать его, – взмахнул своими длинными крыльями совёнок. – Я ведь теперь здоров и могу летать.

– А я заманю Талла в лабиринт, – снова топнул ножкой Ягель.

Малина вытерла слёзы со щёк и замотала головой:

– Нет, мы вместе заманим его туда. И дадим Таллу прикоснуться к красному камню. Если в нем ещё осталась волшебная сила, медведь превратится в духа и улетит на небо.

Девочка вопросительно посмотрела на шамана. Старик пожевал губу, с сомнением покачал головой.

– Это очень опасно. Камень ведь может и не сработать. Но если вы всей душой пожелаете, может, у вас и получится. Я буду просить духов, чтобы они помогли вам, – сказал шаман.

– Мы все будем просить духов защитить вас, – проговорила Улльна, ласково обнимая Малину за плечи и прижимая к себе.

На том и порешили. Настало время уходить. Друзья тепло попрощались с жителями стойбища, поблагодарили их за гостеприимство. Малина обошла и обняла каждого. Надолго задержалась, прощаясь с Улльной, крепко-крепко прижавшись к доброй и заботливой женщине и тихо поплакав ей в плечо. Затем обняла старика-шамана.

– Спасибо вам за всё, милые, – сквозь слёзы проговорила Малина, – я никогда не забуду вас.

– И тебе спасибо, девочка-ягода, – ответил ей шаман, – мы тоже никогда не забудем, что ты сделала для нас.

– Приходи в гости, – сказала Улльна, – мы всегда будем рады тебе и твоим друзьям.

– Обязательно! – воскликнула Малина и помахала рукой на прощание жителям стойбища.

Друзья покинули поляну и ступили под тень деревьев, заходя в лес.

– Нельзя терять времени. Побежали! – сразу предложил оленёнок, почувствовав свободу.

– Полетели! – отозвался совёнок, расправляя крылья.

– Стойте! – остановила друзей Малина.

– Почему? – заупрямился Ягель, наклоняя голову. – Если всё время бежать, то можно быстро найти лабиринт, – его чёрный нос выдохнул пар в морозный воздух. Оленёнок нетерпеливо стукнул копытцем по твердому насту, выбивая искрящиеся снежинки. – Ведь все понимают, что тут главное бежать? – большие маслины глаз нетерпеливо смотрели на друзей.

– Главное лететь! – назидательно сказал совёнок, поднимая крылышко. – Скажи, Малина!

Девочка грустно улыбнулась, поправляя меховой капюшон.

– Друзья, не ссорьтесь и не спорьте. Главное найти чащу с тайным лабиринтом и заманить туда мишку Талла.

– Да легче простого! Я мигом! – тут же отозвался оленёнок, подпрыгивая на месте от нетерпения.

– А я быстрее! – совёнок начал махать крыльями, собираясь взлететь.

– Да, – Малина снова улыбнулась. – Но нам нужно найти самую глухую чащу – именно так сказал старый дедушка-шаман. И сделать это как можно скорее, пока совёнка в небе не заметил оборотень.

– Глухую, – протянул Ягель и задрожал всем телом, представляя, как путается в длинных веточках, а они держат его и не пускают дальше бежать. Оленёнок приуныл, вздыхая.

Совёнок сразу раздулся от гордости и величественно посмотрел на друга – бесспорно, ему выпала на сей раз почетная обязанность. Но Ягель не отступал и не сдавался так скоро:

– Как только устанешь махать крыльями, скажи мне: я тебя быстро сменю! И мне всё равно, в каком направлении бежать!

Совёнок покачал головой и, сделав несколько взмахов крыльями, высоко поднялся в голубое небо, где ярко светил диск северного солнца. Ягель завистливо вздохнул – летать он не умел. Совёнок стал медленно закладывать вираж, делая большой круг.

– Идём! – скомандовала Малина. Оленёнок нехотя поплелся за ней, ковыряя изредка снег и щипая ягель. Скукотища – читалось на его понурой мордочке – не бежать, а идти! Хоть бы совёнок устал и прилетел отдохнуть на плечо девочки, и тогда он покажет, кто здесь настоящий следопыт. В два счета найдёт и чащу, и лабиринт, и ещё и рожками боднёт злого мишку.

С каждым шагом они всё дальше уходили от стойбища. Друзья шли так долго, что небо затянуло серыми тучами, и солнышко исчезло. Задул холодный ветер, принося с собой первую пригоршню колючего снега. Упрямый совёнок продолжал кружить в небе. Теперь, когда сквозь порыв ветра раздавался рёв медведя, друзьям казалось, что оборотень тоже делает большие круги, только не по воздуху, а по земле, постепенно приближаясь к ним. Ягель больше не пытался убежать и молчаливо жался к Малине, тревожно посматривая по сторонам. Иногда он сильно дрожал и пугал девочку всё больше.

– Не бойся, – шептала Малина в острые ушки, гладя оленёнка. Но сама она потеряла всякую надежду, что поиск их закончится успехом, и ей стоило огромных сил сохранить самообладание.

Новый порыв ветра принес очередную порцию снега прямо в лицо. Малина очистила щёки, с трудом разлепила глаза и вдруг увидела пикирующего совёнка. Маленькая птичка падала прямо на друзей. Девочка поспешила вытянуть руки, и совёнок упал прямо в раскрытые ладошки. Он совсем замёрз, но у него хватило сил гордо посмотреть на друзей:

– Я видел! Видел лабиринт в чаще! Мы почти дошли.

– Где он? – встрепенулся оленёнок.

– Я так устал… – без сил ответил совёнок.

– Где он? – снова спросил Ягель.

– Нам нужно торопиться – Талл рядом, –только и сказала птица.

– Мы должны точно знать, куда вести мишку! – сквозь завывания ветра прокричала Малина. – Иначе всё пропало!

– Ну наконец-то я вас вижу, – проревел медведь совсем рядом. Ягель подпрыгнул от неожиданности, а девочка громко взвизгнула. – Теперь вам от меня не уйти!

– Туда! – закричал совёнок, показывая крылом направление, и ловко начал карабкаться по рукаву куртки на плечо девочке. Ему нужно было отдохнуть перед самым важным и ответственным заданием.

Малина покрепче ухватилась за оленёнка, и они дружно побежали в указанном птицей направлении. Лес стал гуще. Ветки безжалостно хлестали друзей, всячески задерживая их движение. Злой медведь ревел и сопел сзади и, казалось, наступал на пятки. Небо потемнело. Снег срывался с деревьев, падая на головы друзей большими воздушными шапками и обдавая холодом.

– Туда! – кричал на ухо Малине совёнок, показывая направление.

– Туда! – кричал оленёнок и тянул в другую сторону.

Внезапно лесной бурелом расступился, и друзья вывалились на волшебную поляну. Поражённые, они замерли, не в силах двинуться с места. Ветер утих, снег перестал идти. В мрачной синеве сквозь тонкий белый наст проступали большие валуны, аккуратно сложенные в форме огромного круглого лабиринта. На каждом из камней был высечен древний знак, и стоило друзьям сделать ещё один шаг вперёд, как все знаки засветились мягким волшебным огнём, складываясь в причудливую вязь надписи.

– Что там написано? – нетерпеливо спросил Ягель.

– Не знаю, – испуганно ответила Малина. – Это очень древний язык, а я только с животными умею разговаривать. Наверное, мама бы смогла прочитать. Или дедушка. Уж он точно всё знает.

– Ещё я знаю! – сказал мишка Талл совсем рядом, кажется, в ухо каждого из друзей. Они снова вскрикнули и бросились вперёд в лабиринт.

Медведь вышел из темноты и почесал бок. Вздохнул громко и протяжно зевнул. Слизнул с носа холодную снежинку. Как же ему надоело бегать за беспокойными друзьями! Больше всего он сейчас хотел к своей Талашке – поесть вкусных лепёшек с брусникой. Но, кажется, сейчас всё закончится. Глупые детишки стали бегать по кольцам лабиринта, и теперь догнать их не составит труда. Из центра древней постройки деваться некуда. А перешагнуть высокие валуны они не смогут. И когда они захотят вернуться обратно – попадут прямо в его раскрытые лапы. Вот тут-то он их и поймает.

Талл покачал головой и шагнул в лабиринт. Ближайший к нему знак тревожно мигнул и неожиданно разгорелся с такой силой, что снег вокруг валуна начал таять. Но разве оборотня испугаешь подобным? Он сам кого хочешь испугает. Медведь заревел, и с ближайших деревьев упали шапки снега.

– Так-то, – пробормотал Талл и, раскинув лапы и шатаясь, побрёл к середине лабиринта.

Малина обернулась, сердце её тревожно застучало – так близко был медведь. Девочка сняла с плеча котомку с красным камнем внутри. Вся надежда была на совёнка. Они посмотрели друг на друга, и птичка мигнула жёлтыми глазами, принимая в лапки сумку с камнем.

– Лети! – закричала Малина.

Мишка непонимающе заревел и остановился. «Что значит “лети”?» – подумал он, поднимая кверху мохнатую голову. Совёнок закружил рядом.

– Никто никуда не улетит! – рявкнул довольно Талл. – Вы все попались! – и он посмотрел на девочку.

Малина испуганно прикрыла ладошками рот. Ягель задрожал ещё сильнее, закрыл глаза и низко наклонил голову.

– Отойди, Малина! Сейчас я его бодну!

Мишка негодующе заревел и с высоты своего огромного роста посмотрел на крохотного оленёнка.

– Это кто мне посмел угрожать? – закричал медведь, скалясь и показывая большие клыки. – Кто? – оборотень наклонился к дрожащим друзьям.

Малина сильно зажмурилась, сжала кулачки.

– Пусть всё получится, пусть всё у нас получится, – забормотала девочка.

– Эй, Талл! – послышалось вдруг сверху. – Лови!

Медведь задрал кверху голову, и в этот момент в лапы ему упал волшебный камень. Малина отступила к валунам и прижалась к ним спиной, глядя на растерянного мишку, который вдруг замер, словно статуя.

– Что происходит? – испуганно спросил Талл. – Что со мной? – голос его стал затихать. Вместо рёва раздалось еле слышное сипение.

– Бодну! – закричал храбрый оленёнок и кинулся вперед, вонзая острые рожки под коленку оборотня.

Медведь взмахнул лапами, желая проучить Ягеля за дерзость, и с изумлением замолчал, наблюдая, как бесчисленные снежинки вдруг поднялись и закружились в хороводе, теснее и теснее собираясь вокруг него. Ещё мгновение – и злой Талл превратился в искрящийся снежный столб. С секунду снежинки переливались в воздухе под светом волшебных знаков, сохраняя очертания фигуры медведя, а затем стали медленно подниматься вверх.

Совёнок подлетел к Малине и сел на её плечо. Ягель, наконец, решился украдкой взглянуть на Талла, но тут же широко распахнул глаза от удивления.

Искрящиеся снежинки, кружась и переливаясь, стали подниматься всё выше и выше, до самого неба. И там, на тёмном небосводе снежные искры вдруг рассыпались и превратились в сверкающее созвездие, напоминающее по форме медведя, стоящего на задних лапах.

Друзья смотрели на звёзды, запрокинув головы и разинув рты.

– Вот это да! – протянул удивленно Ягель.

– Красиво, – прошептала Малина.

– Вот и нет больше Талла, – подвел итог совёнок. – Теперь можно спокойно идти домой. Малина, вызывай северное сияние.

Девочка кивнула и произнесла заклинание:

– Сегею вею кагну!

Друзья закрутили головами, разыскивая дорожку.

– Вон она! – показала пальцем Малина. Где-то в стороне, вдали за лесом по небу пробежала разноцветная сияющая полоса.

– Ого! Как далеко, – присвистнул совёнок.

– Конечно, мы ведь столько бежали, – расстроился Ягель, – а теперь нужно возвращаться обратно, чтобы снова выйти на тропинку из огоньков.

Девочка без сил опустилась на снег и оперлась спиной на валун лабиринта.

– Я очень устала, – вздохнула она, – не могу идти дальше.

Оленёнок сел рядом, прижался к подруге тёплым бочком.

– Отдохнём, а потом пойдем назад, – проговорил он, зевая. Глаза его сами собой закрылись, и оленёнок быстро задремал. Малина тоже поморгала немного, а потом и сама уснула.

Совёнок смотрел на спящих друзей, и не заметил, как его тоже стало клонить в сон. Ровное мерцание волшебных знаков успокаивало и расслабляло. Сейчас они уснут, отдохнут, ведь все так устали. Прямо здесь, на холодном снегу...

Вдруг мудрая птица встрепенулась и широко раскрыла глаза. Ведь они замёрзнут во сне! Коварный лабиринт. Нужно срочно отсюда выбираться. Совёнок подошел к друзьям и принялся их будить, но Малина и Ягель уже крепко спали.

Тут он вспомнил, что видел неподалёку в лесу огромный камень с оленьими рогами на его вершине. Сейд! Алтарь духа-оленя! Вот кто может помочь разбудить замерзающих друзей. Но нужно поторопиться.

И совёнок, взмахнув своими широкими крыльями, быстро вылетел из лабиринта и закружил над лесом, высматривая среди деревьев спасительный сейд.

Глава 10. Малина: возвращение домой

Мудрая птица торопилась поскорее найти заветный камень с оленьими рогами. Каждая минута была дорога, ведь внизу, в древнем волшебном лабиринте замерзали друзья.

Тихо падал снег. Совёнок кружил над лесом, мощно взмахивая крыльями и со свистом рассекая воздух и разгоняя медленно падающие снежинки. Его огромные жёлтые глаза напряжённо всматривались в верхушки деревьев. И вот, наконец, совёнок стал плавно снижаться.

Посередине широкой поляны, на большом холме одиноко стоял огромный чёрный камень. Казалось, будто его вершина, увенчанная оленьими рогами, подпирает само небо. Вся поверхность камня была усеяна выбитыми на ней таинственными письменами и рисунками, изображающими солнце, людей и оленей.

Совёнок не стал сразу лететь к камню, а опустился на ветку ели, что росла на краю поляны. Он посидел там немного, что-то высматривая в снегу под деревьями. И вдруг стремительно спикировал вниз, зарываясь головой в белый покров, а потом взмыл вверх и направился прямиком к алтарю. Опустившись у подножия сейда, совёнок наклонил голову – из его клюва на землю выпала маленькая мышка.

– О, великий дух оленей! Прошу, приди на помощь и прими от меня в дар эту мышь. Я – всего лишь маленькая птица, и больше не смогу ничего дать тебе взамен, – проговорил совёнок. – Мои друзья замерзают, и я не знаю, к кому ещё обратиться. Я в отчаянии.

Он покрутил головой, ожидая появления духа, но вокруг было всё так же тихо. И тут из леса горделиво вышел олень с роскошной короной золотых рогов и направился к алтарю. Он шёл, запрокинув голову и высоко поднимая ноги, важно переступая по снегу.

– Кто звал меня? – громким мелодичным голосом спросил дух-олень.

– Это я, – откликнулся совёнок.

Олень с золотыми рогами подошел к сейду и низко наклонил голову, разглядывая у подножья огромного камня маленькую птицу.

– Ты просил о помощи? – удивился олень.

– Да, – грустно ответил совёнок. – Мои друзья сейчас спят в каменном лабиринте, и если их не разбудить, то они совсем замёрзнут там. Но сам я ничего не могу сделать, ведь я очень маленький. Помогите мне их спасти, пожалуйста!

Дух-олень величественно обошел сейд, обдумывая слова совёнка.

– Так значит, это ты и твои друзья отправили Талла к звёздам? – задумчиво проговорил олень.

– Да, он преследовал нас, и нам пришлось заманить его в лабиринт, чтобы с помощью красного камня обратить его в духа, – взмахнул крыльями совёнок.

Дух-олень ещё раз обошел камень, но теперь уже в другую сторону.

– Талл всем нам здесь ужасно надоел. Я рад, что он больше не будет беспокоить жителей тундры. В виде созвездия он мне больше нравится, – важно сказал олень.

Совёнок в нетерпении затоптался на месте, похлопывая крыльями.

– Так вы поможете нам? – спросил он и напомнил: – Мои друзья всё ещё в лабиринте. Они замерзают во сне.

– Да, конечно, – встрепенулся олений дух, вскидывая гордо голову. – Я помогу твоим друзьям.

И он прыгнул вперёд, подогнув передние ноги, но не приземлился на землю, а полетел всё выше и выше над деревьями. Совёнок поспешил следом, стараясь не отставать от величественного животного.

Они приземлились на знакомой поляне, прямо в центре волшебного лабиринта. Древние знаки на камнях всё так же мерно светились в темноте. Малина и Ягель по-прежнему мирно спали, прижавшись друг к другу. Тихо падающий снег усыпал друзей толстым слоем снежинок, и девочка с оленёнком всё больше становились похожими на валуны лабиринта, что возвышались за их спинами.

Совёнок так распереживался от увиденного, что беспокойно заходил взад-вперёд, ухая и хлопая крыльями.

Дух-олень подошел к спящим друзьям, тихо подул на снежинки, укрывшие их. Снежное облако разом поднялось в воздух и, сверкая разноцветными огоньками, улетело прочь. Олень подхватил и забросил на свою спину сначала Малину, а затем и Ягеля, и отнёс их далеко за пределы лабиринта.

Девочка открыла глаза, огляделась. Она лежала на подстилке из мягких еловых веток на краю огромного луга, а сразу за ним начинался густой лес. По лугу лениво бродило бесчисленное стадо оленей, отыскивая под снегом сочный мох, а прямо перед Малиной стоял величественный олений дух, сверкая золотом роскошных рогов.

– Что случилось? – спросила девочка, поднимаясь с постели из еловых лап. – Где я? И где мои друзья?

– Всё в порядке, маленькая ягода, – добрым голосом ответил ей дух-олень. – Теперь вы в безопасности.

Малина покрутила головой. Рядом моргал сонными глазами, ничего не понимая, Ягель. С нижней ветки дерева к ним слетел совёнок и сел на плечо девочке.

– Вы чуть не погибли в лабиринте, а священный дух спас вас, – пояснил он друзьям.

– Я всего лишь хотела немного поспать, – растерянно проговорила Малина.

– И замёрзла бы там навсегда, – поучительно ответил совёнок.

Девочка признательно погладила птицу по спинке, подняла глаза на духа-оленя.

– Спасибо вам большое! – пробормотала она смущённо. – Я даже не знаю, как вас благодарить за то, что вы нас спасли.

– Ну что ты! Не стоит благодарности. Вы избавили тундру от вредного Талла, за это мы вам благодарны ещё больше, – величественный олень топнул ногой и склонил перед друзьями голову. – Если я ещё что-нибудь могу для вас сделать – только попросите.

Малина закусила нижнюю губу и посмотрела на своих друзей.

– Я бы очень хотела попасть домой к маме, – сказала девочка.

Ягель уже поднялся на ноги и теперь с грустью и завистью в глазах смотрел на гуляющих вдалеке диких оленей.

– Я с радостью отвезу тебя домой, – ответил священный дух и повернул голову в сторону оленёнка и совёнка. – А твои друзья чего хотят?

Ягель посмотрел на ветвистые рога духа-оленя и завистливо икнул. Потом поднял ножку, рассматривая свое чёрное копытце и, думая, что его никто не видит в этот момент, подставил её поближе к копыту священного духа, снова сравнивая.

Оленёнок поник головой. Малина видела переживания друга. Она участливо погладила его между мохнатыми ушками. Ягель встрепенулся.

– Ты грустишь, – сказала девочка. Она печально улыбалась, чувствуя невысказанную мысль друга и приближающуюся разлуку.

– И вовсе нет! – сразу заупрямился Ягель, широко расставляя ножки и протестующе махая головой. Подвижный нос его с шумом выпустил пар.

– Ну, если только немножко, – признался оленёнок. Он снова подумал и добавил: – Капельку. Они такие красивые и гордые. Посмотри!

Малина посмотрела на стадо диких оленей, где каждое благородное животное было похоже повадками на своего предводителя, и снова печально улыбнулась.

– Ты прав: твоё место среди них.

– Но я ещё ничего не говорил! – удивлённо воскликнул Ягель, подпрыгнув на месте. – Как ты смогла догадаться?

Совёнок ухнул, заглядывая себе под крылышко, а потом покачал круглой головой и принялся дальше клювом перебирать разноцветный бисер, густо нашитый на капюшоне девочке.

– Это так очевидно, – Малина обняла рогатого друга.

– Я очень хочу в это стадо. Но я такой маленький, и у меня такие крохотные рожки и копытца, – Ягель показал девочке по очереди свои ножки, – что меня не примут! А я так хочу к ним, – оленёнок поник головой. Чёрный нос его предательски шмыгнул.

– Зато у тебя благородное сердце, – ответила Малина.

– И дух настоящего воина, – сказал дух-олень, – а рожки и копытца вырастут. Ну что ж, прощайся с друзьями и беги скорее в стадо, малыш!

– Что? Я принят? Как – прощаться с друзьями? Мы разве никогда больше не встретимся?! – залепетал оленёнок.

– Кто знает, – тихо ответил дух-олень, – кто знает.

И отвернулся, чтобы не смущать друзей.

Ягель уткнулся в Малину мордочкой, и та поспешно его обняла.

– Я никогда вас не забуду! – сказал оленёнок.

– И мы тебя, Ягель, – ответила девочка.

Оленёнок закрутил головой, освобождаясь. Его рожки упирались в голубое небо, а глаза воинственно поблёскивали:

– Вы – мои самые лучшие друзья! И я всегда к вам приду на помощь, стоит только вам позвать меня! И тогда враги берегитесь – забодаю! – и он ловко проткнул рожками невидимого противника, как это сделал с оборотнем Таллом.

Девочка постучала указательным пальчиком по кончику его острого рога, привлекая внимание друга:

– Ягель, ты можешь просто приходить к нам в гости! – Малина развела руки в стороны, приглашая в свои объятия. – Мы будем есть бруснику и вспоминать наши приключения.

– Брусника и воспоминания? – задумчиво повторил оленёнок. – Звучит заманчиво.

И снова ткнулся головой в Малину. Друзья в последний раз обнялись.

– Беги, малыш, – сказал дух-олень, – тебя ждут новые знакомства.

Оленёнок шепнул совёнку:

– Присматривай за ней до нашей встречи.

– Непременно.

– Пока! – Ягель отскочил в сторону и, смешно подпрыгнув, побежал навстречу новым приключениям. Благородные животные медленно расступились, принимая в свои ряды оленёнка.

– Пора и нам, – сказал великий дух. – Малина, ты прошла последнее испытание, и тебя заждалась мама.

– Какое испытание? – сквозь слёзы спросила девочка.

– Отнестись с уважением к тому, чего хочет твой друг, и суметь отпустить его – это самое сложное. И ты справилась, – ответил дух. – А теперь, забирайся ко мне на спину и покрепче держись за шею – мы помчимся быстрее ветра.

Так девочка и сделала: залезла на спину и покрепче ухватилась одной рукой за длинную шерсть на шее оленя, а второй рукой прижала к себе совёнка.

– Пока, – донесся голос невидимого Ягеля.

– Пока, – прошептала Малина, смахивая слёзы с длинных ресничек. Она тут же улыбнулась, понимая, что другу будет лучше среди таких же, как он. И кто знает, может, когда-нибудь к ней в гости придёт настоящий вожак нового стада.

Дух-олень легко понёсся по насту, набирая скорость, оторвался от земли и заскользил по северному сиянию. Девочка прижалась к его спине и, стараясь ничего не пропустить, смотрела, как дивно меняются картины вокруг. Вот стадо уменьшилось в размерах, а река превратилась в крохотную ниточку среди бескрайней тундры. Цвета вокруг стали меняться, переливаясь с зелёного в малиновые. Задул сильный ветер, и Малина зажмурилась, крепче обнимая волшебного духа. Она открыла глаза только тогда, когда почувствовала лёгкий толчок. Не было больше сильного духа-оленя, не переливалось всеми цветами северное сияние, и даже совёнок не сидел привычно на плече. Девочка покрутила головой, в надежде увидеть в небе друга, но увидела впереди себя родную вежу.

Возле входа сидел на скамейке дедушка и лукаво улыбался.

– Дедушка! – закричала Малина и бросилась в его объятия. А старик гладил её по голове, совсем как она недавно гладила оленёнка.

– Ты выросла, – сказал дедушка, – и, кажется, нашла малину.

– Нашла, дедушка! Только домой не принесла, – девочка тяжело вздохнула.

– Жаль, – сказала мама, выходя из вежи. Карха не могла делать вид, что долго сердится, и морщинки её разгладились, когда Малина с криком «Мама!» кинулась к ней на шею.

– Я больше от тебя не уйду, мамочка, – зашептала на ухо девочка.

– Посмотрим, – рассмеялась мама. – Вдруг ты зимой захочешь ловить бабочек?

– Бабочек? – изумлённо замерла Малина, поражённая от такой мысли.

– Я пошутила! – нахмурилась Карха. – Какие могут быть зимой бабочки?

– Конечно, ты пошутила, мама! – засмеялась девочка, но в глазах её застыл вопрос, и она уже что-то просчитывала про себя. Карха вздохнула и покачала головой.

– Малина, – протянула она.

– Что? – девочка невинно похлопала глазками. – Я просто задумалась о бабочках. И я принесла тебе подарок!

– Малину? – встрепенулся дедушка и даже закашлялся.

– Нет. Ягодки я съела, – призналась девочка. – Я же говорила тебе, – прошептала она старенькому дедушке.

Малина достала мешочек с серебряными монетами, подаренными ей гномами чакли, и высыпала их на ладошку.

– Это монетки, мама. Мне их дали гномы. Смотри, какие блестящие! Ты пришьешь их на свою краску, и у тебя станет самое богатое ожерелье!

– Спасибо, доченька, они очень красивые, – улыбаясь, проговорила Карха, принимая подарок. – Заходи скорее в дом. Я знала, что ты сегодня придёшь, и напекла твоих любимых блинчиков.

– Я очень люблю блинчики, – призналась Малина, – но я так устала, мамочка. Хочу в свою постельку – отдохнуть и поспать.

– Набегалась, – участливо проговорил дедушка, когда внучка зашла в вежу. Потом старик посмотрел в небо и кивнул, глядя, как там медленно таяло северное сияние.

Малина быстро разделась и запрыгнула на свой лежак в теплые шкуры. Мама подала ей маленькую кружку с брусничным отваром и тарелочку с блинчиком, политым морошковым вареньем. Быстро проглотив угощение, девочка зарылась с головой в шкуры и счастливо улыбнулась. Ах, как же хорошо дома! Но где могут жить зимой бабочки? Куда они прячутся? Малина закрыла глаза.

Карха повернулась к ней и увидела, что дочка уже уснула. Покачала головой, тихонько убрала пустую тарелку с кружкой. Малина тут же перевернулась и засопела.

Снились ей весёлые гномы, скачущие на спинах больших оленей. Они постоянно кривлялись и говорили задом наперед, за что их журил дух-рыба. А хозяин леса Мец-хозин бегал вокруг, махал длинными руками-сучьями и велел немедленно всем замолчать, потому что ему надоело веселье гномов и он не может уснуть. А потом пришел мишка Талл, порычал на всех и улетел на небо к звёздам…

Девочка открыла глаза и огляделась, не понимая, где она находится. Через мгновение признала свою постель и родные стены вежи. На лежаке напротив спала, завернувшись в шкуры, мама. Чуть дальше похрапывал на своей постели дедушка. В очаге, поблёскивая красными огоньками, догорали поленья. Скоро станет прохладно, и все проснутся, поняв, что наступило утро.

Малина рассмеялась, села на лежаке и сладко потянулась.

– Так это был сон, – тихонько сказала она сама себе. – И Ягель, и Улльна, и дух-олень – все они мне приснились?

И тут из-под крыши на её плечо слетел совёнок, прижался головой к щеке девочки и тихо ухнул:

– Угу! Доброе утро, Малина!