Ковбой и медвежья боязнь.

Глава 1

Ковбой и медвежья боязнь

На обложке свежего «Таймса» красовался плакат... Бравый юноша с улыбкой, как в рекламе жевательной резинки, в армейской форме и пастушьей шляпе, под звездно-полосатым флагом выставил винтовку наперевес, острым штыком ограждая жмущуюся к его коленям, испуганную, прекрасную девушку... Беззащитную, в жалких обрывках платья от огромного, омерзительного и ужасного зверя. Глаза чудовища горели злобой и тупостью. Слюнявая пасть скалилась пострашней, чем у ксеноморфа из известного ужастика. Мухи, зеленые роем кружились над этой, должно быть чрезвычайно вонючей тварью. Грязно-коричневая шерсть слиплась и местами вылезла вовсе, будто зверь недавно вылез из выгребной ямы, где валялся либо дохлым (на восставшего мертвеца он сильно походил), либо мертвецки пьяным (в левой лапе его была полупустая бутылка водки). Правую лапу, с длинными острыми когтями, грязное чудище, невзирая на штык, нахально тянуло к аппетитным девичьим телесам. На голове его нелепо громоздилась лохматая ушастая шапка с красной звездой, выглядевшая так, будто ею прочищали дымоходы.

– Защитим Восточную Европу от русского медведя! – призывала надпись на плакате.

- Папа, а что это за зверь – медведь? – спросил Ковбой.

Вместо ответа Джон предался воспоминаниям о том, как здорово было нести службу в Прибалтике и Польше...

- Чисто кругом, красиво – плюй, где хочешь! Люди добрые, приветливые... Подойдешь к любому, дашь в морду - он только раскланяется и спасибо скажет. Или понравится тебе местная девка - хватай ее, тащи в кусты и ничего тебе не будет. А захочется перекусить или промочить горло, заходи в ближайший ресторан, жри от пуза, пей в три горла, а когда тебе принесут счет, показывай хозяину "фак" со словами: " Пусть тебе Путин заплатит, "русская свинья". Хорошо было... Но потом сраная родина послала меня нести свет свободы и демократии в проклятый Чурбанистан. А эти гребаные, неблагодарные дикари взяли моду стрелять в ответ. Понаделали во мне, гады, дыр ни за что не про что, и вот торчу я теперь в этой богом забытой дыре... Без работы, без пенсии, без медицинской страховки и без жилья, зато с уродкой-женой и "мутантом"-сыном.

Из рассказа отца ковбой так и не узнал, что за зверь - медведь, зато он понял, что можно неплохо существовать, защищая от него каких-то простачков. В школе, на уроке безопасности жизнедеятельности изучали опасных животных и растения Северной Америки. Каждый ученик готовил доклад об одном из них. Один мальчик рассказывал про паука черную вдову, от укуса которого можно стать "супергероем"! Одна девочка говорила про растение «ядовитый плющ», натерев которым руки и лицо, превращаешься в обворожительную злодейку. Но рассказ Ковбоя про медведя поверг в ужас не только весь класс, но даже его наставника и по совместительству школьного директора Джорджа Вашингтона.

- Ого! – сказал он, стирая пот платком со своего высокого, коричневого лба. – Опасный, опасный зверь. Но, Слава демократии, в нашем степном штате он не водится и вряд ли объявится в городе.

- Не факт. – возразил Ковбой. – Ничто не мешает медведю поселиться в городском парке, заброшенном саду, на старом кладбище или в бывшей индейской резервации. Днем он будет прятаться, а ночью выходить на охоту.

- Ну, на этот счет, у нас есть рейнджеры, полиция и национальная гвардия. – попытался успокоить учитель.

- Да. Но они никогда не сталкивались с медведем, не знают его коварства. Готов побиться об заклад, что они даже не смогут отличить его от бобра или енота.

Неожиданно прозвучавший звонок избавил мистера Вашингтона от дальнейшей дискуссии. Хлынувшие из класса дети понеслись в школьную столовую.

В лучших традициях Лучшего Государства Мира - ходить в скаутские походы. Недалеко от городка находилась поросшая редколесьем гора, все, что осталось от территории бывшей резервации вымершего индейского племени «Молью битые шкуры». Пока федеральные власти искали освободившейся земле применении: то ли под мусорный полигон, то ли под кладбище радиоактивных отходов или заселение еще каким-нибудь ненужным племенем, местные жители использовали гору для пикников и туристических походов. Этой осенью Ковбой пошел с классом в свой первый в жизни поход. После ужина в лагере дети расселись вокруг костра и по традиции начали рассказывать различные страшилки: про сумасшедшего, зарезавшего бензопилой половину штата, про жутких ежиков-людоедов из далекого космоса, вампиров из морга и пираний в школьном бассейне. Дети вздрагивали и крепче жались друг к дружке. И только Ковбой фыркал и посмеивался над каждой историей.

– Чушь все это, враки, и ни капельки не страшно. – говорил он, чем сильно смущал и огорчал рассказчиков.

- Ну, расскажи, что-нибудь сам. А мы посмотрим - страшно ли у тебя получится... – усмехнулась вожатая отряда.

- Я такое расскажу, что у вас кровь застынет в жилах… – произнес Ковбой загробным голосом.

- Что, опять про медведя? - спросили дети.

- Да. – ответил Ковбой и начал рассказывать. И вот уже медведь прокрадывается ночью в окно к спящим детям, вылезает из могил на кладбище, прячется в шкафу или под кроватью, является во сне и похищает детские души, кружит над ночным лесом, шурша перепончатыми крыльями.

Перепуганным детям казалось, что тьма, окружившая костер, смотрит на них миллионами медвежьих глаз, что она и есть медведь, объявший своим телом крошечный островок света с обреченными детьми, протягивая к ним свои липкие, ядовитые щупальца. Уписались со страху все скауты. Барак Вашингтон - староста класса и сын директора - еще и укакался. А вожатая отряда упала в обморок. Утром домой не шли, а бежали, сломя голову.

- Слышите шаги? Это - медведь. Видите, за мусорным баком "коричневое», с когтями? Это - медведь! – нагонял страху Ковбой.

На другой день "медвежьей болезнью" заразилась вся школа. Дети, напуганные друг другом, приходили за правдой к первоисточнику, и Ковбой стращал их еще больше. Заодно предприимчивый мальчик предлагал бедолагам единственно возможный способ спасения – отдавать ему все свои карманные деньги, и тогда он купит своему отцу специальное медвежье ружье.

- Уж мой-то отец знает, как с медведями бороться! Чем, вы думаете, он в армии занимался?! – убеждал детей Ковбой.

Деньги на школьные завтраки, мороженое и кино потекли ручьем в жадные ручонки юного дельца. Так как все жители ЛГМ обязаны были хранить свои сбережения в банке, Ковбой сложил их в пустую стеклянную банку из-под помидоров и закопал в огороде под пугалом. Обложив данью всех детей в городишке, Ковбой взялся за взрослых. Старику "Тому Индюшиному Следу", папаше Джуди он рассказал, что медведь сожрет всех его коров. Мистеру Дринкенсу, хозяину придорожной тошниловки, объяснил, что зверь выпьет все его запасы спиртного. Питеру Паркеру, юристу из Сарыного банка, наплел, что медведь обязательно ограбит или разорит банк. Гениальный юрист денег, конечно, не дал, но снова начал ходить на работу в костюме "спайдермена», из-за чего был отправлен от греха подальше в психушку. Директора школы хитрый мальчик убедил, что медведь установит какую-нибудь другую образовательную программу, в которой вместо толерантности будут преподавать логику, а вместо сексуального воспитания - этику. Мэру Аврааму Коннору внушил, что медведь фальсифицирует выборы и поставит управлять городом своего человека. Шерифа перепугал готовящимися в городе медвежьими беспорядками. А пастора городской церкви Хаггарда заставил поверить, что зверь скоро придёт и ввергнет население городка в пьянство, блуд и марксизм-ленинизм. Если против первого и второго «святой отец» ничего против не имел, то с последним решил отчаянно бороться. Собрав прихожан на воскресную проповедь, пастор произнес пламенную речь.

- Дети мои, покайтесь, ибо грядут ужасные потрясения, посланные за грехи Господом нашим. Сам сатана явился в образе зверя ужасного, чтобы пожрать наши тела, похитить души и банковские счета.

Проповедь возымела просто "атомное" действие. Вконец перепуганные жители городка прямо из церкви толпой отправились к фургончику Ковбоя, дабы сплотиться вокруг медведеборца или хотя бы узнать у Джона, как продвигаются дела с покупкой священного ружья.

- Какое ружье? Какие деньги? – удивился Джон. – Да было бы у меня ружье, я бы его давно заложил. А были бы деньги, я б валялся пьяным, а не с вами тут разговаривал!

- А как же тогда медведь? – растерялись перепуганные горожане.

По дороге к трейлеру приближался одинокий странник на трехколесном велосипеде. На поводке и в наморднике, рядом с велосипедистом бежал крупный (больше свиньи, но меньше коровы), пушистый, коричневый зверь. Подкатив к собравшимся, путник остановился и снял шляпу, приветливо улыбаясь.

- Здравствуйте, господа! Меня зовут Игорь. Я - клоун. Мы с моим другом «Мишкой» отстали от цирка. Если вы будете так добры, что накормите нас, мы покажем вам удивительное представление. Мишка будет рад овощам, фруктам, каше.

Толпа растерялась... В заштатный городишко клоуны не заезжали и что с ними делать, никто не знал.

- Ну, показывай, что умеешь. А мы решим, как тебя благодарить. -мрачно проскрипел голос старика Дринкенса.

- Окей! – ответил путешественник и в следующий миг оказался в рыжем парике, смешной шляпе и с красным носом картошкой. Что он только не вытворял: пел, жонглировал, показывал фокусы, трюки и очень смешно шутил. Еще интересней оказался «Мишка». Он и на велосипеде ездил, и плясал под маленькую гармошку в пестрой юбке и платке, а еще кувыркался, играл на странном треугольном банджо, кланялся и дарил девушкам бумажные цветы.

Джуди сгоняла на ферму и привезла молока, тыкву, яблок и кукурузной каши зверю, а также сковородку еще горячей яичницы с беконом и большой кусок пирога клоуну. Мистер Дринкенс расщедрился на банку «колы» и пару сносных гамбургеров. Полную шляпу мелочи накидала радостная публика не прекращающему благодарно кланяться, мохнатому артисту.

- Какое удивительное создание сотворил для нас Господь. – гладя мохнатую голову, произнес пастор.

- И что же это за зверь? – поинтересовался мэр. – Бамбуковая панда, вомбат или Бернский зененхунд?

- Мишка? Ну, что Вы... Обычный бурый медведь. – простодушно ответил путник.

В воздухе повисла напряженная тишина…

- И вовсе он не страшный. – нарушил немую сцену голос Джуди.

- Не страшный, привитый, обработан от всех паразитов, дрессированный. Я его маленьким медвежонком взял. Он добрый, послушный, умный: никогда никого не обижал! – взволновался дрессировщик.

- Если медведь не страшен, то зачем нам кому-то платить и покупать ружье? – рассуждал Авраам Коннор. - А если ружье нам не нужно, то, где наши деньги, Ковбой?

Наблюдавший представление в первом ряду, Ковбой понял, что дело пахнет "жареным" и попытался улизнуть, но мистер Вашингтон, стоявший сзади и зорко следивший за ним, схватил хитреца.

- Куда?! Куда собрался?! Ты мне за все сейчас заплатишь, паршивец! Не только деньги вернешь, но и штаны Барака стирать будешь! Он после рассказов твоих каждую ночь теперь обделывается!

- Ай, пустите! Пустите меня! Мамочка! Мама! Му-му! – орал, вырываясь Ковбой.

В Лучшем Государстве Мира - самые гуманные законы и нарушать права ребенка строго запрещено. Но про порку ремнем по заднице, в законе ничего не сказано. Ох, и досталось же "коммерсанту"! Неделю не мог он сидеть...

Деньги, добытые им нечестным путем, мэр с шерифом изъяли в пользу государства, то есть, поделили между собой. Граждане остались недовольны и дали себе зарок, что никому больше не заплатят ни цента на защиту от медведя. А Ковбой понял, что вечно дурить людям голову медвежьей угрозой и брать за это деньги, не получится. Ложь будет однажды раскрыта, а хитрая задница бита.