Котёнок и долгая зимняя ночь

Глава 1. Потеряшка

Холодная зимняя ночь, начало января. В этих северных краях холода особо опасны. Полярные ночи, способные длиться годы без остановок, не оставляют никакого шанса мёрзлой почве хоть немного согреться, а деревьям набраться энергии. Оттого эта местность кажется абсолютно безжизненной, серой и пугающей. Эта зима оказалась ещё холоднее прочих.

Очень мало зверей обитает здесь, на холодном севере. Каждый день для них может быть последним, и потому они предпринимают все попытки, чтобы выжить, не пренебрегая возможностью полакомиться домашней скотинкой или вовсе забраться в человеческую хижину и что-нибудь украсть со стола.

Действительно, в этих краях всё ещё обитают люди, привыкшие к подобным условиям жизни. Их не пугает ни метели, ни долгие полярные ночи – для них они вполне привычны, как для людей из тёплых стран привычно просыпаться с первыми лучами солнца. Это их дом, и никуда они не уйдут отсюда, даже если на юге их ждёт тепло.

Крупные снежные клочья осыпаются с вечернего неба, тёмного как смоль. Звенящая январская вьюга не в силах скрыть шум пыхтящего коня, который, пробираясь через сугробы, еле тащит за собой старую деревянную телегу. Обёрнутый во множество шерстяных тканей мужчина держал обледеневшие кожаные поводья, ласково прося своего коня унести их от этой непогоды в тёплый дом. Однако коню даётся это с большим трудом, ведь позади него множество дров, которым предстоит сгореть в камине и обогреть хижину.

В другой части телеги, соединённой с главной частью единственным гвоздиком, лежало, укутавшись в одеяло, маленькое существо – котёнок, как его звал каждый встречный – которое увязалось за своим родным человеком в это опасное путешествие за дровами, не догадываясь, что к вечеру погода может так испортиться. Звон вьюги сильно пугал котёнка, и он не мог даже выглянуть из-под тёплого одеяла, ведь тогда леденящий воздух мгновенно морозил его маленький носик. Но даже так ему было всё ещё очень холодно – страшно представить, каково сейчас мужичку и коню, которые почти не защищены от бушующей стихии. И лишь маленькая вязаная игрушка в виде коричневого зайчика помогала котёнку оставаться смелым.

Внезапно телега с котёнком остановилась. Кажется, на дороге что-то произошло, и мужичок решил с этим разобраться. Быть может, бушующий ветер сломал пару сосен, чем перекрыл дорогу, и теперь их нужно убрать. Однако проходит пять минут, десять минут, а они как не двигались, так и не начали. Может, мужичок замёрз и решил переждать вьюгу прямо тут, в лесу? Тогда почему он не забрался под одеяло к котёнку, чтобы согреться?

Эти вопросы сильно беспокоили малыша, и он, пересилив свой страх, выглянул из-под одеялка. Звон вьюги почти прекратился, и уже вновь можно было увидеть деревья, растущие в десяти метрах от телеги, однако ни коня, ни дорогого ему человека нигде не было. Котёнок был абсолютно один посреди безжизненного и холодного места.

Испугавшись, котёнок вскочил со дна телеги и спрыгнул в сугроб – снег был ему по пояс. Вновь укутавшись в одеяло, малыш стал пробираться вперёд по оставшейся после коня тропинке, не расставаясь со своим зайчиком ни на секунду. Обходя телегу, стало понятно, что произошло: гвоздик – единственное, что удерживало телегу от того, чтобы развалиться – выскочил. Мужичок из-за вьюги попросту не заметил этого и продолжил свой путь. Быть может, он только сейчас обнаружил пропажу и отправился на поиски котёнка?

Малыш не знал, куда идти, но точно понимал, что протоптанная конём дорожка однозначно ведёт к их дому. Он шёл по ней, надеясь как можно скорее вернуться в тёплое место и больше никогда не возвращаться в этот суровый лес.

Однако планам котёнка сбыться было не суждено – уже очень скоро он понял, что идёт практически вслепую, ибо непрекращающийся снег и ветер засыпали оставленную конём колею. Оглянувшись, котёнок заметил, что его собственные следы почти сразу скрывались под падающим снегом, и откуда он пришёл – непонятно. Котёнок окончательно потерялся.

Делать было нечего, и он продолжил свой путь вперёд, расталкивая своим маленьким тельцем снежные кучи. Он надеется увидеть наконец мужичка, дом, коня или хотя бы выход из леса, однако ничего, кроме сосен, ему не встречалось. И словно бед было недостаточно, сильный порыв ветра срывает шерстяное одеялко с плеч котёнка, унося ткань далеко-далеко, к самым вершинам сосен. Беспомощный котёнок, потерявший своё укрытие, жалобно смотрит на улетающее одеялко, прячущееся за снежными хлопьями в ночи. И лишь собственная шубка не даёт ему сейчас замёрзнуть.

Загрустив и прижав еле тёплую игрушку к своей груди, котёнок продолжил свой путь по снежному лесу. Без укрытия вьюгу ему не пережить, и ему нужно как можно скорее найти непроветриваемое место, чтобы хоть немного согреться. Оглядываясь своими глазками-бусинками, он не видит ничего, кроме чёрного в ночи снега.

Однако, что это прямо перед ним в десяти метрах? Неужели это выход из леса? Котёнок наконец смог найти дорогу домой? Волна тепла от столь близкого спасения начала греть ему сердце, ведь стоит котёнку покинуть неприветливые сосны и дождаться, когда снегопад пропадёт, как он наконец сможет увидеть свой домик, стоящий где-то неподалёку. Может даже учует запах дыма и последует по нему, добравшись до дома ещё раньше? Обрадовавшись, он поскакал вперёд.

Пронзительный волчий вой раздался совсем рядом, прямо на выходе из леса. Подняв свою голову, котёнок заметил одиноко стоящую полярную волчицу, смотрящую прямо на него своими блестящими жёлтыми глазами и скалящую свои клыки. Встреча с любым лесным обитателем в такое голодное время не сулит ничего хорошего маленькому беззащитному котёнку. Волчица начала медленно приближаться.

Отпрыгнув назад, котёнок что есть сил побежал прочь от места, куда так долго шёл, лишь бы убежать от опасного лесного зверя. Он не прекращал бежать, даже когда вновь разыгравшаяся вьюга хлестала ему по лицу колючими снежными клочьями. Но силы стали покидать котёнка – всё, чего ему хотелось, это просто поспать.

Замедлившись от бессилия, котёнок оглянулся – преследователя как не бывало. Быть может, волчица вовсе не гналась за ним? Продолжая пятиться назад, котёнок осматривался, выслеживая хищника. Снег под лапками неаккуратного идущего котёнка проваливается, и всё его маленькое тельце падает в тёмную пещеру. Ни один отражённый луной лучик не может проникнуть сюда, в это ужасно пахнущее, но при этом невообразимо тёплое место. Испуганно оглядываясь в темноте, он вскоре понимает, что здесь довольно-таки уютно, особенно в сравнении с улицей. Здесь тепло, безветренно, в меру сыро, а дно ямы устлано чем-то мягким. Усталость дала о себе знать – прижавшись к высохшему мху на тёплом двигающемся камне, котёнок наконец заснул, обнимая свою игрушку и надеясь хоть завтра выбраться из этого леса.

Глава 2. Маленькая тарелочка еды

Маленькая кучка снега упала прямо на носик котёнка, отчего тот сразу же проснулся. Он, как и прежде, находится в тёмной пещере, где за несколько часов сна успел полностью согреться и проголодаться. Высунувшись из дыры, он убедился, что вьюга давно закончилась, и можно продолжать путь. Однако сейчас он совершенно не имел понятия, где находится, ведь, убегая от преследовавшей его волчицы, не запоминал дорогу. Даже приблизительно не знал, откуда бежал. Котёнок двинулся вперёд, выбрав случайное направление.

Ему бы хоть что-то поесть, однако в этой холодной местности нет ни птичек, ни грызунов, ни хотя бы ягодных кустов – одни лишь сосны, да снег, ярко переливающийся под светом луны. Голодать в последнее время ему приходилось всё чаще и чаще, хотя причина этого ему неизвестна. Потому он уже привык не обращать никакого внимания на свой пустой желудочек.

Тем не менее, наконец котёнку подвернулась удача – долго следуя вперёд и вновь успев замёрзнуть, перед ним предстала маленькая ледяная речушка, на берегу которой стояла крохотная хижина. Радостный, он поспешил к ней. Встав перед её дверью, котёнок неуверенно постучался. Он был уверен, что кто-то внутри точно есть, и что ему будут рады, не откажут гостю в отдыхе. В первый раз ему никто не ответил и не открыл. Тогда он начал стучать чуть громче, а потом ещё громче. Котёнок явно не намеревался отступать, ведь этот домик, возможно, его единственная возможность сегодня отдохнуть в тепле.

За дверью наконец послышались медленные шаги. Она отворилась, и за ней показалась сгорбившаяся от возраста старушка, удивлённо смотрящая на существо перед ней. Казалось, появление на пороге котёнка было чем-то неслыханным для неё, что у неё вовсе отвисла челюсть.

- Котёнок! – закричала женщина, и тут же заговорила на непонятном котёнку языке. – Года маи! Зина, а котёнок аки зумрак. Дарай! Аки ту зумрак!

Медленно протянув свои старческие, но тёплые руки, она подхватила котёнка и затащила за собой внутрь хижины. Дряхлый, но успокаивающий запах, витал в единственной комнатушке, в центре которой стоял потрескавшийся самодельный деревянный стол, а на печке в углу возлегал сердитый старичок, уже начавший медленно спускаться вниз.

Дождавшись, когда старушка посадит котёнка рядом с печью, старичок отвёл её в сторону и начал что-то сердито ей шептать, то и дело поглядывая на котёнка и указывая пальцем на пустой стол. Увы, котёнок совсем не понимал, о чём они говорят, однако, похоже, внезапное появление гостя его сильно огорчило. Прикрыв своей рукой лицо, старичок накинул на себя меховую курточку и вышел через парадную дверь, громко за собой её захлопнув. Судя по его движениям, передвигаться ему было крайне проблематично – возможно, он поскользнулся на речном льду, чем повредил себе ноги.

Старушка печально выдохнула, но тут же подняла ласковый взгляд на нежданного гостя. Опустив старенькую кружечку в ведро с водой, стоявшее на печи, она протянула её котёнку, совсем позабывшему из-за холода о жажде. Тёплая вода согревала даже сильнее каменной печи, равно как и забота этой милой старушки. Она что-то продолжала говорить на непонятном котёнку языке, единственное известное слово в котором было слово «Котёнок» - так она ласково обращалась к своему замёрзшему гостю.

Весь оставшийся день старушка занималась только им: отмыла ему шубку от грязи, чтобы было теплее, играла с ним, и просто ласкала, чтобы котёнку было спокойнее в незнакомом месте. Между тем, котёнок вёл себя очень скромно, совсем не шумел и делал всё, что ему велели. Во всяком случае очень старался, ибо понять речь старушки он не мог.

Когда же настала пора убираться и готовить, котёнок всячески принимал самое активное участие, как бы благодаря старушку за гостеприимство. Мрачный старик же, наколов на дворе дрова, вновь восседал на печи. Голос его звучал грозно, когда он говорил о котёнке, при этом ему и самому было интересно, как тот сумел дойти в одиночестве до этой хижины.

Наконец, настало время ужина. Старушка перелила из котелка кашу на две деревянные тарелочки и подала их к столу. Сразу за этим она подхватила котёнка и усадила его на стул рядом со стариком, уже принявшемся поедать блюдо. Однако старик был не рад такому гостю – указывая ложкой на вторую тарелку, он начала препираться и спорить со старушкой, то и дело произнося слово «котёнок». Гость же мог только наблюдать за происходящим, не рискуя покинуть стол или приняться за еду. Вскоре старик, недовольно прорычав, взял тарелку с ложкой в руки и, кое-как встав из-за стола, ушёл к печи, оставив старушку одну вместе с ничего не понимающим гостем.

Старушка, грустно выдохнув, присела рядом с котёнком. Своей дрожащей рукой она принялась гладить его по головке, успокаивая и давая понять, что всё хорошо. Когда малыш наконец успокоился и, кажется, повеселел, старушка зачерпнула кашу ложкой, подула на неё, охлаждая, и протянула её гостю. Сначала котёнок поставил перед ложкой личико своего игрушечного зайки, как бы предлагая сначала покормить его – не взирая на усталость, старушка решила ему подыграть. Только после того, как зайка «был накормлен», котёнок наконец отведал уже остывшее угощение. После каждой проглоченной порции старушка гладила котёнка по головке, что-то ласково шепча. И так ложечку за ложечкой, пока вся и без того маленькая тарелочка совсем не опустела. Тем не менее, маленький гость наконец смог наесться за столь долгое время, чему был несомненно рад.

Котёнок зевнул – это послужило сигналом для старушки, что пора укладываться спать. Самое тёплое место в хижине – каменная печь, и именно на ней все и собирались провести холодную ночь. Расстелив покрывало и подготовив своеобразную кровать, старушка помогла котёнку взобраться наверх, отталкивая его поближе к стене, чтобы ночью он ненароком не свалился вниз на пол. Игрушка же осталась рядом со столом. Вспомним про своего зайца, котёнок забеспокоился, ведь не мог нигде его найти. Но вот сначала голова зайчика показалась из-за печи, весело кивая, а после и вся игрушка – её держала старушка, что-то ласково говоря на своём языке. Котёнок потянулся за своим зайчиком и, схватившись за него, быстро прижал его к себе – для него эта игрушка была очень ценна, ведь она напоминала ему запахом его родной дом.

Старушка и сама наконец взобралась на печь, улегшись позади котёнка и приобняв его, дополнительно согревая и поглаживая ему голову. Старичок, кряхтя костями и суставами, лёг за спиной старушки. Неудачное знакомство привело к тому, что котёнок никак не мог успокоиться, находясь рядом со старичком, и потому сон к нему никак не приходил. Он высматривал в тёмных образах комнаты пугающие его силуэты, думая, что за ним кто-то идёт. Может быть, монстр?

Внезапно, спустя пару минут, раздалось тихое пение. Котёнок приподнялся, чтобы найти источник звука – это старичок своим сердитым голосом пытался разбавить тишину, напевая колыбельную. Получалось у него довольно неплохо, точно в молодости он был знаменитым певцом. И хотя слов котёнок не понимал, ему стало спокойнее, точно он осознал, что эти люди не желают ему никакого зла, и незачем их бояться.

Веки котёнка стали тяжелеть, и наконец приятный сон о его родном доме пришёл к нему. За ним следом заснул и старичок. Одна лишь старушка неустанно продолжала гладить котёнка, размышляя о завтрашнем дне.

Глава 3. Кого боятся все звери

Старинные часы с кукушкой запели, сигнализируя спящим жильцам хижины о наступлении рассвета. В этих краях такие часы кажутся очень полезными, ведь из-за полярной ночи невозможно понять, какое сейчас время суток – солнце попросту не показывается из-под земли. Кричит кукушка – все просыпаются. Кричит кукушка – все идут завтракать. Кричит кукушка – все ложатся спать. Хоть и не так просто, но примерно таким образом проходит жизнь людей.

Старички с лёгкостью проснулись под щебетание часов, а вот котёнок, утомлённый своим долгим пешим путешествием, никак не мог выйти из сна. Ну что ж, не будить же маленького гостя? Старички поднялись, принялись заниматься своими делами, накормили печь, накололи новых дров, приступили к готовке. Это их жизнь, и так они проводят день за днём в ожидании наступления потепления, полярного дня.

Запах готовящейся каши обладал чудодейственным свойством – он был способен пробудить любого спящего, и котёнок не стал исключением. Лишь аромат еды донёсся до его маленького носика, как сон мгновенно отступил. Спрыгнув с печи, котёнок было начал подходить к котелку, однако внезапно вспомнил, где находится. Эта хижина не была его домом, а этих людей он не знал раньше. Котёнку стало очень грустно и тоскливо, ведь его семья ищет его, он не может оставаться тут надолго.

Приобняв своего любимого зайку, посмотрев тому в игрушечные глазки, котёнок медленно протянул его старушке. Она с любопытством посмотрела на него, думая, что это какая-то игра, однако котёнок оставил игрушку, поклонился и пошёл к парадной двери, намереваясь покинуть хижину и продолжить свой путь.

Старушка, только что тронутая оказанным доверием, осознала всю опасность желания котёнка и поспешила к нему, оставив котелок без присмотра. Она подобрала малыша на руки, что-то вопрошая на своём непонятном языке. Ей не хотелось, чтобы гость уходил, но тот был непреклонен, каждый раз сопротивляясь всё сильнее и сильнее нежным объятьям старушки.

- Котёнок! – вновь произнесла старушка, чем привлекла внимание гостя.

Она указала на готовящуюся кашу и на стол, тем самым приглашала перед тяжёлой дорогой хотя бы наесться. И котёнок согласился. Действительно, кто знает, сколько ещё ему предстоит пройти прежде, чем наконец он найдёт свой дом? Отказываться от, возможно, единственной возможности покушать тёплой каши было бы очень глупо. Он, как и вчера, послушно залез на стул и терпеливо стал дожидаться подношения.

Только старушка достала из печи котелок, как тут же показался старичок. В его руках были маленькие плоские башмачки – снегоступы, с помощью которых перемещаться по снежным сугробам становится намного легче. Похоже, всё утро он занимался именно ими, явно рассчитывая на то, что котёнок не задержится надолго.

Присев за стол рядом с котёнком, он принялся молча есть свою порцию. Старушке же места не нашлось, и она осталась стоять, сгорбившись, рядом. Держа ложку, она кормила с неё котёнка, ласково припевая. Только сейчас малыш заметил, что сама старушка ничего не ела с момента его появления здесь – всю свою еду она до последней крошки отдавала ему, игнорируя собственный голод.

Её живот вдруг громко заурчал. Старушка не обратила на это никакого внимания, а старик лишь только пренебрежительно хмыкнул, протягивая к её рту свою собственную ложку с кашей. Хотя он и казался очень сердитым и даже злым, сейчас он делился с ней своей порцией, а ведь силы ему были как нельзя нужны в такое время. Так они и ели – старик кормил старушку, а старушка – котёнка. Настоящая идиллия, омрачённая лишь маленьким размером единственных двух тарелочек.

Наевшись, котёнок вскочил из-за стола, поклонился до самого пола, бросил прощальный взгляд на свою игрушку и двинулся к двери – ему действительно было нужно продолжить свой путь, пока вьюга вновь не разбушевалась. Старушка беспокоилась за гостя, но не могла ничего поделать. Достав из закромов тёплые ткани, она обвязала их вокруг тельца котёнка, чтобы тепло как можно медленнее покидало его. На ножки надела снегоступы, которые старичок сделал этим утром. Напоив напоследок гостя тёплой водой, она открыла парадную дверь. Котёнок вновь увидел пугающий его снег, вспомнив, каково находиться вне тёплой хижины. Вновь поклонившись хозяевам, он вобрал полные лёгкие тёплого воздуха и двинулся вперёд. Вопреки ожиданиям, котёнок в этот раз не провалился в снег – снегоступы смогли удержать его наплаву. Дальнейший путь обещает быть куда легче.

Дверь за котёнком медленно закрылась, а в окошке показалась старушка, держащая игрушечного зайчика и надеющаяся на возвращение гостя. Тем не менее, маленький путешественник двинулся вперёд быстрее, чем когда-либо. Отдохнувший, сытый и довольный, он, казалось, был способен пересечь даже горы. Тем не менее, двигаться он решил не через горы, а вдоль реки, ведь именно вода является главным источником жизни в любом месте на планете, а значит и дом встретится с куда большей вероятностью.

Долго ли, коротко ли шёл котёнок – непонятно. Если бы только солнце светило, если бы чёрные облака не покрывали небо, затмевая собой луну, можно было бы отследить, сколько прошло времени, а так… Котёнок шёл без остановки вдоль реки, и от бывалого прилива сил не оставалось и следа. Ему нужно отдохнуть, но только не сейчас и не здесь, на обветриваемом со всех сторон берегу реки – если он не найдёт себе укрытия до начала снежной бури, пережить эту ночь ему не удастся даже с тёплой шубкой.

Лишь только котёнок подумал об этом, как завыл сильный ветер, поднявший в воздух верхний слой снега. Под оглушительный хруст трескающейся коры, деревья, окружавшие реку, угрожающе склонились над котёнком, словно готовы были отречься от своих корней и упасть на бедного путника, точно бед ему недостаточно.

И чем больше времени проходило, тем сложнее было что-либо разглядеть вдалеке – силуэты деревьев, качаясь и сливаясь друг с другом, порождали пугающих монстров, как бы надвигающихся на котёнка. Но он понимал, что всё это лишь его собственная фантазия, и, подходя к ним ближе, убеждался, что кроме деревьев никто и ничто не следит за ним. Но от этого становилось лишь интереснее: почему ни один зверь не приходит сюда испить воды из незамёрзших уголков реки? Будто есть что-то там, скрытое за стеной падающего снега, что-то гораздо страшнее свирепого волка или голодного медведя.

Когда ножки котёнка, невзирая на толстый слой шерстяного одеяния, стало невыносимо больно поднимать, внезапно до его носика донёсся неестественный для леса запах – это был дым. Кто-то неподалёку топил печь или жёг костёр. И действительно, подняв свою мордочку от земли, в еле открывающиеся глаза котёнка попал свет, выходящий из окон небольшого деревянного дома. Сил у котёнка почти не оставалось, и он решил остановиться здесь, чтобы хоть немного отдохнуть, а после, когда буря утихнет, вновь продолжить свой путь. Подойдя к входной двери, котёнок начал стучать, ритмично и без остановки, надеясь увидеть таких же добрых людей, как и тех старичков.

Очень скоро послышались громкие шаги и дверь распахнулась, больно отталкивая котёнка в сторону. За ней показался очень высокий мужчина, настоящий великан – ему приходилось приклоняться, чтобы головой не стукнуться об дверной проём. В его пустых серых глазах читалась угроза. Оглянув улицу, мужчина грубо схватил котёнка, затащил его в дом и отпустил дверь, отчего та, обдуваемая ветром, с громким ударом намертво захлопнулась.

Глава 4. Стакан молока

Великану было достаточно лишь одной руки, чтобы не давать котёнку возможности пошевелиться. Крепко сдавливая малыша, едва не лишая того возможности дышать, хозяин дома неустанно выглядывал в окно рядом с дверью, что-то или кого-то выискивая. Может, он кого-то боялся, а, может, кого-то поджидал. Поняв, что за дверью больше никого нет, великан, не отпуская котёнка, пошёл вглубь дома к самой печи. Каждый его шаг отзывался громким треском и вибрацией, раздающейся по всем стенам. Его длинные руки свисали до самого пола, в то время как сгорбленная шея скреблась об самый потолок. Совершенно непонятно, как только такое существо может жить в доме, рассчитанном на обычных людей?

Подойдя к печи, великан отодвинул железную заслонку, скрывавшую открытый огонь, и стал подносить котёнка как можно ближе к пламени. И хотя котёнок уже успел испугаться, подумав, что он вот-вот окажется в самой печи, рука великана разжалась и отпустила малыша. Хозяин присел перед своим гостем и принялся снимать с него всю замёрзшую одежду так аккуратно, как только это было возможно, учитывая его огромные кисти и пальцы. Открытое пламя начало греть голую грудку котёнка. Ему на плечи великан накинул тёплое одеяло, призванное, по-видимому, спасать жильцов холодными ночами.

Великан вновь встал на ноги, с глухим стуком ударившись об потолок. Растирая шишку на голове, он пошёл в другую комнату своего жилища – каждый его шаг отзывался небольшим подпрыгиванием массивной каменной печи. Котёнок же остался один в помещении, где единственным источником света была эта печь, огромная в сравнении с самим котёнком, и ничтожно маленькая в сравнении с великаном. Очень скоро хозяин возвратился со стеклянным стаканом, полным молока. Великан протянул его поглубже в печь, точно рука его совсем не боялась жара, а сам он встал перед котёнком и начал молвить слово грубым голосом: «Котёнок», - это всё, что мог понять гость, а вся остальная речь великана казалась полнейшей бессмыслицей, точно вместо слов был лишь неуклюжий трепет. Увы, и с этим, с позволения сказать, «человеком» поговорить, похоже, не удастся.

Великан, опечаленный тем, что его гость не может с ним пообщаться, достал нагревшееся молоко из печи и поставил перед котёнком, а сам ушёл к окну рядом с входной дверью. Похоже, он действительно кого-то ждёт. Или, быть может, во всём доме это его единственное возможное развлечение – смотреть на падающие снежинки.

Горячее молоко помогло котёнку прогреться изнутри. Его постоянное дрожание стало сходить на нет, а по грудке разливалось приятное тепло. Он и сам не заметил, как уснул. И хотя великан продолжал его пугать, сейчас котёнку было неимоверно спокойно, ведь такой большой человек уж точно должен справиться с любым зверем во что бы то ни стало, а значит, и бояться не нужно. Верно?

Всё время, пока котёнок дремал, великан неустанно сидел перед окном и пялился на снегопад. И стоило только механической кукушке часов запеть, как великан сменился в лице. Великан грозно стукнул по деревянному столу, отчего на том появилось пара глубоких трещин. Шум мгновенно разбудил гостя. Кроха и опомниться не успел, как хозяин дома чуть ли не через всю комнату дотянулся до него, схватил за шиворот и, распахнув входную дверь, откинул далеко прочь, прямо в снежный сугроб. Ни спасительной тёплой шубки, подаренной старичками, ни лаптей для ходьбы по снегу на нём не было. Котёнок с ужасом оглянулся на приютившего его хозяина – великан угрожающе смотрел на котёнка, громкими словами прогоняя того прочь. От страха котёнок вскочил на свои лапки и, утопая в снежных сугробах, стал убегать. Позади послышался оглушающий хлопок закрывающейся двери.

Так и бежал котёнок, не оглядываясь, и с каждым шагом ему становилось всё холоднее и холоднее. Пожалуй, даже волчица не могла напугать его настолько сильно, как этот великан, озверевший совершенно ни с того, ни с сего. Теперь-то ему стало понятно, почему рядом с этим домом не было ни одного зверька или птицы – все боялись его.

От усталости и холода котёнок замедлился, а вскоре, и вовсе остановился рядом с замёрзшей рекой. Ему сильно хотелось пить, однако огромный слой льда не позволял ему сделать и глотка, а пытаться отведать снега – значит заморозить себя изнутри. Гнетённый жаждой, котёнок, двигаясь всё медленнее и медленнее с каждой секундой, продолжал идти вдоль реки.

И хотя котёнок только что поспал несколько часов, ему вновь хотелось оказаться во сне – там теплее, там ему хорошо и весело, там ждёт его семья. Всё, что нужно, это улечься поудобнее и заснуть. Но этим и коварен холод – он пробуждает желание заснуть вечным сном без возможности когда-нибудь ещё проснуться. Спать на холоде нельзя! Котёнок прекрасно это осознавал, и потому продолжал двигаться вперёд.

Кроме того, он верил, что его настоящая семья, не из сновидений, продолжает его искать. Он не вправе сдаться, как бы не хотелось. Ещё немного усилий, ещё немного пройтись, и он наконец достигнет своего дома. Ну или найдёт людей, которые будут говорить на понятном котёнке языке и которые будут рады помочь ему вернуться к семье. Только лишь такие мысли помогали котёнку согреться, ведь своей овечьей шубки он лишился.

Довольно-таки скоро котёнку посчастливилось набрести на следующий дом, рядом с которым стоял маленький хлев для домашних животных с облезлой красной краской. Впрочем, встретить дом так скоро неудивительно – люди часто селятся недалеко друг от друга, и так, чтобы до реки было рукой подать.

Котёнок подходил очень нерешительно к дому, вспоминая неудачный опыт с великаном. Лишь только собравшись с духом и приготовившись постучаться во входную дверь, до его ушек донёсся нехороший детский кашель, напуганные вопли женщины и беспокойные крики мужчины. Что бы внутри не происходило, хозяевам явно сейчас совсем не до незваных гостей. Печально выдохнув оттого, что погреться не удастся, котёнок решил тайно забраться в хлев, чтобы хотя бы поспать в непроветриваемом месте.

Дверь хлева не поддавалась, однако котёнок был достаточно маленьким, чтобы забраться внутрь через щель в задней части постройки – по-видимому, она образовалась оттого, что какой-то крупный зверёк ранее пытался проникнуть внутрь.

В хлеву было достаточно темно, ни единого источника света. И хотя помещение действительно было не продуваемым, а на полу стелилась более-менее удобная для сна солома, температура была лишь чуть выше, чем на улице, к тому же неприятный запах домашнего скота стойко держался в воздухе.

Уже с порога котёнка встретила одинокая корова, исхудавшая за месяцы голода. По-видимому, заготовленной здесь еды недостаточно ей для нормального пропитания, и ей очень хочется поскорее полакомиться настоящей зелёной травкой. В отличие от обычных коров, на этой было полно густой шерсти, которая и спасала её от стойких морозов. Настоящая самка овцебыка. Прочем, может ею она и является?

Корова встретила своего гостя совершенно спокойно, хотя и впервые видит, как кто-то, игнорируя дверь, заходит через дыру в стене. Что-то промычав на своём животном, она, точно чувствуя желание голодного и замёрзшего котёнка, взмахом головы подозвала его к себе, чтобы согреть теплом своего тела и накормить как следует.

Глава 5. Старая знакомая

Скрипнула дверь, и в хлев вошёл мужчина с железным ведёрком в руках. Возможно, когда-то он был крепким человеком, судя по висящей на его теле просторной одёжке, однако сейчас от его былого величия остались лишь кости, проглядывающиеся через кожу. Его уставший взгляд первое время даже не концентрировался на котёнке, нагло заснувшем прямо на тёплом боку пушистой коровы. Возможно, это от возраста зрение его так попортилось. Он проходил всё дальше в хлев, подходя к корове с намерением собрать немного молока в ведёрко, и лишь оказавшись нос к носу с котёнком, наконец, он заметил незваного гостя.

- Котёнок! – закричал мужчина что есть мочи, грубо сталкивая малыша с коровы.

Хотя сил у мужчины почти не оставалось, удар всё равно был ощутимым, особенно учитывая маленькие размеры тельца котёнка, полетевшего прямо на землю – лишь солома смягчила боль от падения. От этого котёнок сразу пришёл в себя, вся его сонливость испарилась. Испуганно, он смотрел прямо в глаза этого мужчины, но они не показались ему злыми – кажется, мужчина был так же сильно напуган, как и котёнок, а его засохшие на лице слёзы ведали о глубокой печали.

Указав на дверь пальцем, мужчина вновь закричал. Котёнок не решился испытывать судьбу и поспешил прочь. Однако, спросонья, про дверь он даже не подумал, попытавшись сбежать так же, как и вошёл – через дыру в стене. Благо, ему это удалось довольно-таки легко – было бы очень плохо, если бы прямо сейчас он застрял.

Мужчина никак не успокаивался – выбежав из хлева, он, размахивая ведёрком, продолжал кричать, чем ещё сильнее пугал незваного гостя. В ужасе котёнок бежал, куда глаза глядят. Совсем позабыв, что двигаться нужно вдоль реки, он бежал глубоко в лес.

Лапки перестали плыть по снегу лишь тогда, когда маленькие снежинки стали падать, к удивлению, с безоблачного неба. Котёнок понял – он снова заблудился. Без ориентира в виде реки шанс найти родной дом близится к нулю. Однако, постояв чуть-чуть, котёнок вдруг подумал: «А есть ли вообще возможность вернуться домой?». Даже когда рядом с ним была река, он мог просто пойти не в ту сторону – нужно было идти против течения, а он пошёл по течению. А если это была вовсе не та река? Тогда он вообще мог идти совершенно в другом направлении от дома, отдаляясь от семьи всё дальше и дальше. Да чего тут размышлять, если сейчас он забрался вообще неизвестно куда?

Котёнок присел на холодный снег, уткнувшись мордочкой в него. Зачем ему продолжать поиски, если свою семью не найти? Зачем ему напрашиваться к чужим людям, если раз за разом они прогоняли его прочь? Разве есть в этом лесу хоть кто-то, кто готов принять его к себе, как родного? Обогреть и накормить?

Он прижал к своей грудке снег, совсем позабыв, что отдал свою игрушку добрым старичкам – единственным, кто не прогнал его сразу. Убирая слёзки с глаз, котёнок поднялся – если он не продолжит свой путь, он просто замёрзнет тут, так и не узнав ответы на свои вопросы. И пускай ему смертельно холодно, нужно продолжать двигаться. Двигаться вперёд – в конце концов, все дороги ведут к людям. И, быть может, к таким же добрым, как те старички.

И котёнок пошёл вперёд, отгоняя от себя сонливость и усталость. Шагать ему было сложно – за столько дней пути ножки его совсем ослабели, а кроме того, холод от лежания на снегу проник к самым костям. Двигался он неспешно, но так быстро, как только мог, ведь он верил, что однажды дойдёт до тёплого дома.

- Мама, папа, я иду к вам. Пожалуйста, дождитесь, - прошептал котёнок, выдыхая холодный воздух.

Только успел котёнок набраться решительности, как внезапно прямо перед ним, совсем близко, раздался знакомый ему волчий вой. Подняв свои глазки, котёнок увидел золотые глаза полярной волчицы, смотрящие прямо на него. Он был готов поклясться, что эта была его старая знакомая, загнавшая его при первой встрече глубоко в этот лес. И сейчас она смотрела прямо на него, скаля свои клыки, точно проголодалась, выслеживая его все эти дни по запаху. Похоже, охота подошла к концу, ведь сейчас сил убегать у котёнка не осталось. Замерев на месте, он продолжал смотреть ей в глаза, молча моля её не нападать.

Она осматривала его внимательно, нюхая на расстоянии, точно решая, достоин ли тот стать её ужином. Подняв свою голову к пустому небу, волчица вновь оглушительно завыла. Уши её двигались во все стороны, сканируя окружение. Похоже, она кого-то ждала, кого-то искала – не котёнка, а кого-то другого, и до котёнка ей дела не было. Посмотрев на него ещё немного, она, вновь завыв, внезапно прыгнула в сторону котёнка. «Вот и всё», - только успел подумать малыш, когда волчица оказалась рядом с ним. Ещё мгновение, и она уже была позади котёнка, убегая прочь. Нападать на него она не собиралась. И бежала она так быстро, что непонятно, как вообще в их первую встречу она не смогла угнаться за малышом? Стало быть, с самого начала он был ей неинтересен.

Опасность ушла, и котёнок припал к земле, не в силах поверить, что уже дважды смог пережить встречу с опасным хищником. Но если это та же самая волчица, стало быть, котёнок совсем недалеко от выхода из леса? Быть может, если следовать за ней, он сможет даже найти его, найти свой дом и своих родных? Теперь уже это не кажется ему чем-то немыслимым. Вновь поднявшись, котёнок попытался продолжить путь, однако не смог сделать и шага, упав мордочкой в снег – его ножки совсем онемели от холода, и даже пальчики не двигались.

Позади послышался хруст снега – кто-то приближался к нему со спины, причём очень стремительно, и каждый их шаг отзывался тяжёлым дыханием. Еле подняв свою головку из снега и оглянувшись, перед котёнком предстало два существа в медвежьих шкурах, а на их плечах были ружья – это были охотники, примчавшиеся на волчий вой.

Глава 6. Охотники

Охотники, отец в возрасте и сын пятнадцати лет, облачённые в одеяния из шкур медведей – свирепых хищников – с ружьями на плечах, завидев котёнка посреди этого леса, сильно испугались. Один из них аккуратно толкнул замёрзшее тельце в плечо, проверяя, жив ли он вообще, и каким же сильным было их удивление, когда котёнок сам поднял головку и посмотрел на них усталым взглядом. Незамедлительно старший из охотников распахнул свою пышную шубу и, подхватив котёнка, поднёс его к своей груди, обогревая теплом собственного тела. Сквозь ткань шубы он растирал кожу котёнка, и, поднимая воротник, выдыхал горячий воздух – всё лишь для того, чтобы обогреть малыша.

- Котёнок хона! Ту лаге. Аки, са, аки, - крикнул отец своему сыну, махая правой рукой.

Младший взял своё ружьё в руки и, отбежав на расстояние пятнадцати шагов, начал внимательно осматриваться, выискивая возможные угрозы. Отец шёл следом за сыном, сохраняя дистанцию и полностью доверяя ему охрану от голодных хищников. Так они и двигались, пока наконец не оказались в своём временном лагере. Лишь тогда отец отпустил котёнка, предварительно закутав его в свою же шубу и усадив рядом с костром. От жара пламени начало колоть кожу, а волоски медвежьей шкуры то и дело подгорали, однако именно тепла сейчас котёнку не хватало больше всего на свете, потому он даже не подумал отойти подальше. Будь у него такая возможность, он бы вобрал в себя весь этот жар, лишь бы больше никогда не чувствовать холода.

Старший охотник не отходил от котёнка ни на секунду, продолжая растирать тому ручки, ножки, щёчки – всё. Он безустанно говорил на своём языке, однако вновь котёнок не мог понять ни слова. И до того котёнку стало грустно, что каждый встречный его не понимает, что из глазок его покатились слёзки.

Внезапно, прямо перед его мордочкой возникла чья-то рука со здоровенной миской, полной горячей похлёбки – это младший охотник, не теряя времени, принялся готовить сразу по возвращению в лагерь. Равно такую же огромную порцию получили и сами охотники – похоже, еды у них всегда навалом, раз они не поскупились на большую миску для незваного маленького гостя, исхудавшего почти до костей за время своих странствий.

Котёнок с жадностью, игнорируя любые манеры, набросился на эту миску – отказываться от такого подношения он уж точно не намеревался. Хотя жар горячего блюда обжигал пищевод, котёнок буквально заглатывал содержимое тарелки, точно боялся, что у него всё отнимут. Младший охотник непонимающе и печально взглянул на отца, но тот в ответ лишь пожал плечами, приподнял медвежью шубу на котёнке и показал своему сынишке исхудавший животик гостя.

- Окка, чи зина со льдами мадаита! – воскликнул сынишка, хватаясь за голову.

- Котёнок хона – котёнок дуба стаита хона, - ответил отец.

- Окка, котёнок аки со мы?

- Со мы, са, со мы. Мы дуба хел котёнок. Котёнок дуба стаита хона.

- Диа, окка.

Младший охотник, отложив свою почти полную миску, взял котелок с оставшейся едой и присел рядом с котёнком. Дождавшись, когда котёнок полностью доест содержимое тарелки, необъяснимым образом поместившейся целиком в его желудочке, он налил ему ещё похлёбки. С недоумением котёнок взглянул на своего кормильца, а тот, улыбаясь во все зубы, просто потрепал ему макушку и задорно произнёс:

- Котёнок, айда аки со мы. Мы хел тя. Мы дуба! Тя аки со мы? – продолжая улыбаться, младший охотник протянул свою ладонь котёнку.

Хотя котёнок и не понимал речи охотников, сейчас он был уверен, что эти люди давали ему важный выбор: они спрашивали его, согласен ли он последовать их пути, пойти вместе с ними в далёкие странствия, как семья охотников. В конце концов, «чужих детей» не бывает – если есть такая возможность, ребёнку, каким бы он ни был, старшие должны помочь в трудную минуту.

В любом случае, странствия с опытными охотниками гораздо безопаснее, чем одиночное путешествие. Может быть не сразу, может, на это потребуются годы, но пойдя вместе с охотниками, у котёнка будет гораздо больше шансов однажды случайно набрести на родной дом, встретить свою собственную семью, и тогда, наверное, он покинет охотников. А до той поры они – ключ к его выживанию. Впрочем, кто знает, может, они станут для него второй семьёй?

Котёнок нерешительно протянул свою лапку навстречу, намереваясь таким образом принять столь неожиданное приглашение. Однако в этот самый момент, столь важный момент, неподалёку от лагеря раздалось медвежье рычание – косолапый хищник, самый опасный противник в лесу, очнулся от спячки раньше положенного, и теперь бродит в поисках пропитания.

Охотники вскочили на ноги и рефлекторно взяли ружья в руки. Медленно обходя костёр, они шли в сторону непрекращающегося рычания. Судя по звуку, хищник шёл прямиком к лагерю, видать, услышав аромат приготовленной пищи. Если ничего не сделать – он с минуты на минуту окажется рядом с ними.

Котёнок остался в одиночестве рядом с костром. Отставив в сторону свою миску, он с интересом вглядывался в ночную тьму леса, меж деревьев которого растворились спасшие его охотники. Ему очень хотелось пойти с ними, но что он, кроха, может для них сделать? Лишь под ногами мешаться. Рычание неожиданно стихло. Что есть сил, котёнок пытался вслушиваться в то, что происходит за деревьями, однако до него доносилось лишь потрескивание костра.

Неожиданно раздался оглушающий грохот – охотники выстрелили из ружья. Резкий звук испугал котёнка не на шутку, что тот даже подпрыгнул, округлив глаза. Дикий зверь вновь зарычал, но теперь уже гораздо-гораздо злее. Теперь уже не только костёр потрескивал – было слышно, как за деревьями медведь своими сильными лапами ломал ветки и сдирал древесную кору.

Послышался крик младшего охотника и раздался второй выстрел, громче предыдущего. В ужасе, позабыв, где находится, котёнок рванул в противоположную от звука сторону, убегая от лагеря всё дальше и дальше вместе с медвежьей шубкой. После третьего выстрела котёнок стал бежать ещё быстрее. Что тут скажешь, испугался малыш не на шутку.

Очень скоро оба охотника возвратились в лагерь абсолютно целые и здоровые, однако котёнка там они не нашли. Что есть сил они кричали и звали его, просили вернуться: «Котёнок! Ту лаге! Аки, котёнок, аки ту лаге!». Но котёнок не понимал их речи, да и был не в состоянии попытаться понять, ибо был сильно напуган. Он продолжал убегать всё дальше и дальше, и вот вскоре голоса охотников перестали доноситься до его ушек.

Глава 7. Конец пути

Если бы только котёнок не был таким пугливым, он бы не подвергал себя таким опасностям. Так и сейчас, испугавшись звуков выстрелов, он рванул прочь из безопасного и тёплого лагеря навстречу лесу в неизвестном для себя направлении. Возможно, единственные люди, которые ему могли помочь – охотники – остались позади.

Остановившись, котёнок поднял к небу свой взор и увидел звёзды – это очень редкое явление для данной местности. На его глазках показались слёзки, которые, впрочем, мгновенно превратились в ледышки. Ему было грустно от осознания своей трусости, стыдно от осознания своей глупости. Счастье было так близко, только коснись, и будешь обеспечен теплом, уютом, едой и любовью, но котёнок убежал от всего этого.

Упав спиной в снег, он продолжал плакать и смотреть на звёздное небо, видное во всей своей красе. Под его светом даже снег из привычного чёрного засверкал яркими красками. Вдыхая воздух в свои лёгкие, он слышал лишь аромат сосновой коры и костра, прочно пропитавшего его шкуру и оставшуюся медвежью шубку, отчего становилось ещё печальнее. Даже ветра не было – абсолютная тишина. По-настоящему умиротворяющее место.

- Может, остаться здесь навечно? – подумал котёнок, закрывая свои заплаканные глазки.

Слёзы мгновенно замёрзли, склеивая веки. Снежный сугроб был невообразимо удобный, словно пышная кровать, однако и очень холодным. Постепенно жаркий белый пар, выходящий при выдохе из открытого ротика котёнка, становился всё прозрачнее.

Проснулся котёнок от того, что кто-то пинал его в бок. Еле подняв замёрзшие веки, рядом с собой он заметил сверкающие жёлтые глаза волчицы, преследовавшую его все эти дни. Она тыкалась в него своим носом, желая убедиться в том, что тот всё ещё жив. Спросонья, не до конца осознавая, где он находится, котёнок едва улыбнулся и попытался разжать кулачок, чтобы погладить мех волчицы. Однако пальцы совсем не слушались его. Постучав кулачками друг об друга, он услышал необычный звук, точно они были ледышками. Попытавшись их обогреть дыханием, котёнок быстро понял, что выдыхает такой же холодный воздух, который его окружает.

Он оглянулся – волчицы нигде рядом не было. Более того, вокруг даже не было ничьих следов. Похоже, волчица ему просто приснилась. Конечно, с чего бы хищнику иметь такой повышенный интерес к другому существу?

- Я не сдамся. Я ещё могу идти, - прошептал котёнок.

Перевернувшись на животик, он попытался встать на ноги – малыш совсем не чувствовал своих замерзших конечностей. Быть может, тем лучше – он больше не ощущал боли от усталости, и потому мог двигаться, пускай и очень медленно. Лишь один метр в целую минуту. «Я буду продолжать идти!», - твердил он про себя, не позволяя себе сдаться или хотя бы заплакать. Опираясь об каждое встречное дерево, котёнок делал короткие перерывы, не позволяя себе задерживаться. Он замёрз до костей – заснуть сейчас, значит больше не проснуться никогда. И потому, невзирая на сонливость, он не позволял своим векам сомкнуться.

Однако, какой бы сильной волей он не обладал, она не позволит телу восстановить энергию – котёнок двигался всё медленнее и медленнее, а все его силы стали уходить лишь на то, чтобы оставаться в сознании. Куда он шёл – он не смотрел. Зацепившись ножкой об корень дерева, котёнок упал животиком в снег, который, почему-то, показался ему очень согревающим. Тепло разошлось по всему его телу, расслабляя его. Котёнок выдохнул холодный воздух, еле поднявший верхний слой недавно выпавшего снега.

Но вдохнул он уже аромат дыма, исходящий явно не от шубки. Подняв свои уставшие глазки, котёнок увидел немыслимое – большой кирпичный дом с жарким светом, выходящим из его окон прямо посреди леса. Он был рядом с ним всё это время, и как только котёнок его не заметил раньше? Его спасение лишь в двадцати метрах – стоит только дойти и постучаться.

Но котёнок был не в силах вновь подняться на ноги, и мог лишь ползти, собирая мордочкой снег. Именно так он и сделал – пополз, что было очень трудно с затвердевшими кулачками. И когда котёнок наконец оказался на лесной опушке перед домом, он остановился – тело слишком сильно замёрзло и ему не хватало больше сил двигаться.

- Пожалуйста, - прошептал котёнок, умоляя своё тело пошевелиться, однако оно было не в состоянии повиноваться. Глазки котёнка закрылись без слёз, ибо не было сил даже на них. – Пожалуйста…

Словно мольбы были услышаны, раздался хруст снега – кто-то или что-то двигалось прямо к котёнку. Сквозь закрытые веки, он увидел приближающийся свет. Чьи-то горячие руки подняли его в воздух, скидывая замёрзшую медвежью шубку, и прижали к себе. Котёнок открыл глазки – добрый с виду старичок с густой белой бородой нёс его прямо в дом. Дверь распахнулась сама по себе, и золотой свет, излучаемый, казалось бы, самим стенами, ослепил котёнка. Под аккомпанемент из множества голосов, дедушка незамедлительно поднёс котёнка к белой печи и аккуратно, медленно, опустил его в железное ведёрко с нагретой водой – тепло мгновенно отогрело промёрзшую плоть.

Не успел котёнок привыкнуть к свету, сравнимому по яркости с солнечным, как к его губкам пристал стакан с горячим вкусным молоком – добрый старичок помогал котёнку пить, одновременно с этим поливая его спинку тёплой водой. Тепло проникало через кожу и живот, обогревая всё тело целиком.

Когда пар, выходящий изо рта котёнка, перестал быть видным, он наконец привык к свету: в большой солнечной гостиной собралось множество людей. Прислушиваясь к их разговорам, он с удивлением заметил, что они используют понятную ему речь. И больше всего разговоров было именно о нём – неожиданно появившемся возле дверей «затерянного дома» госте, не потерявшего надежду на спасение даже будучи на грани вечного сна.

Часть людей веселилась, танцуя в гостиной, другая часть сидела за столом, отмечая какую-то дату и чокаясь бокалами. Сам стол был полон диковинной еды и, казалось, появлялась она сама по себе по мере необходимости, ибо сколько бы люди не набирали в свои тарелки, бархатная скатерть никак не пустела.

И вот с лестницы, ведущей на второй этаж, выбежали развеселённые детишки. Отбегая вокруг взрослых, они прятались за ними, не позволяя себя осалить – это была классическая игра в догонялки, очень известная среди всех детей. Взрослые же на их интенсивные игры никак не злились – лишь смеялись вместе с ними, то и дело ненадолго подключаясь к их весёлой компании.

В руках одного из детей была игрушка, до боли знакомая котёнку – его любимый зайчик. Ребёнок, заметив внимание котёнка, подошёл к нему и, улыбаясь, молча положил игрушку рядом с ведром. И всё же это была не тот самый зайка – запах другой. Однако же вновь увидеться с ней ему было приятно – она напоминала ему и о родном доме, где его наверняка до сих пор ждёт семья, и о старичках, приютивших его холодной ночью.

Котёнок смотрел на всех этим людей и детей, не в силах поверить глазам и ушам. Неужели такое место действительно может существовать? Когда его пальчики, отогревшись, вернули свою подвижность, он попытался вылезти из ведра. Даже с мокрым тельцем ему не было холодно, ибо сам воздух был тёплым. Добрый дедушка вытащил котёнка из ведра и обтёр несколькими сухими полотенцами.

- Милый гость, - заговорил дедушка, привлекая внимание котёнка, - ты прошёл очень долгий и сложный путь, на твоих плечах была такая ноша, какой никто не позавидует. И в итоге, ты пришёл к концу пути – в затерянный дом в зимнем лесу. Мой милый друг, останься же с нами хотя бы ненадолго, пока зима не сменится весною – тогда наша дружная семья поможет тебе найти твоих родных. А коли хочешь, остаться можешь с нами ты навечно – мы примем тебя, как родное дитя. Не давай сейчас ответ – тебе нужно отдохнуть. Когда будешь готов, присоединяйся к пиршеству, к столу, и накормим тебя мы досыта. Будет желание, присоединяйся к компании этих озорных детей – не дадут тебе заскучать они, станут твоими лучшими друзьями, но и ты их лучшим другом будь. Захочешь спать – ты лишь скажи, и кровать тебе я подготовлю самую тёплую и мягкую на свете. И буду я с тобою рядом, пока ты не привыкнешь к этим людям – тебя я защищу.

От этих тёплых слов котёнок становился всё счастливее и счастливее, и вскоре на его глазках показались слёзки – так сильно он был тронут добротой этого дедушки. Не проронив ни слова, он прижался к нему своим бочком. Странное чувство спокойствия, тепла и умиротворения расцветали у него внутри. Его никто не прогонит, и в тёплом доме в окружении добрых людей он сможет дождаться наступления весны, чтобы потом безопасно вернуться к своей семье. Он верил, что это уже скоро случится, и осталось лишь немного подождать.

- Мама, папа, - прошептал котёнок, глядя в тёмное окно, - я вас люблю и так скучаю. я скоро к вам вернусь, и всё вам расскажу, про весь свой путь: про тех, кто мне встретился, и про тех, кто мне помог. Я расскажу вам про это волшебное место. Просто дождитесь меня, хорошо?

Воспоминания о доме пробуждали память о морозе снаружи дома. Косточки вновь начали неприятно покалывать, словно холод ещё не покинул тело. За окном от сильного потока ветра в небо взлетела медвежья шубка, в которой котёнок добирался сюда. Однако же ветер не мог проникнуть сюда, в чудесный кирпичный дом, где царят уют и тепло. Здесь ему больше ничто не грозит. Глазки котёнка стали закрываться. Напившись тёплого молока, он начал засыпать, так и не отпустив дедушку, с улыбкой гладящего его по голове.