Контакт

Глава 1

Серая крыса выбралась из подвала старой многоэтажки, уселась у стены и не спеша принялась чистить мордочку. Она только что плотно поужинала, но всё равно собиралась прогуляться до ближайшей помойки в поисках еды.

Крыса почти закончила умываться, когда её внимание привлёк доносившийся сверху шум. Она подняла голову и застыла от удивления. Из окна третьего этажа свисала импровизированная верёвка, связанная из простыни, полотенец и ажурных дамских чулок. По этой конструкции, быстро перебирая руками, ловко спускался некто, одетый в длинный плащ и кепку, надвинутую на самые глаза.

Пугливая крыса хотела было дать дёру, но передумала и привстала на задние лапки, чтобы лучше видеть.

Странного вида субъект добрался почти до самой земли, и хотел было спрыгнуть, но беспомощно повис, запутавшись в предмете женского гардероба.

– Чего вылупилась? – грубовато спросил он. – Домового никогда не видела?

– Д-д… кого?! – испугано пискнула крыса.

– Домового, – терпеливо повторил тот. – Дух дома, слышала о таком?

– Ну, слышать-то я, положим, слышала, – осторожно ответила крыса. – А чем это ты тут занимаешься?

– Природой любуюсь! – съязвил домовой, безуспешно пытаясь выпутаться. – Слушай, помоги, а?

Прикинув расстояние от земли, крыса подпрыгнула вверх, уцепилась коготками в полы плаща духа дома и, ловко перебирая лапами, взобралась к нему на плечо.

– И что теперь? – поинтересовался она.

– Перегрызи это.

– Я тебе собака что ли? – обиделась крыса.

– Слушай, сделай что-нибудь, – умоляюще попросил домовой. – Пока изгоняющее меня заклинание действует. Не то придётся мне обратно возвращаться. А я не выдержу там больше ни дня.

– Дай подумать, – крыса принялась обнюхивать связанную кое-как верёвку.

Она ухватила зубами один из неплотно завязанных узлов и прялась тянуть его, пытаясь ослабить. Через некоторое время тот поддался, и домовой мешком рухнул на землю. Крыса изящно перевернулась в воздухе и грациозно приземлилась рядом.

– Свободен! – возликовал домовой и вскочил на ноги. – Спасибо! Век твоей доброты не забуду. Тебя звать-то как?

– Мариной, – скромно потупилась крыса.

– Ну, со знакомством, – широко улыбнулся он. – А я Дормидонт.

– Ты почему из дома ушёл? – спросила польщённая крыса.

– Я не могу сам уйти, – хитро подмигнул домовой. – Пришлось дочке хозяйской голову задурить. Она шарлатанством всяким увлекается, хотела демона вызвать, а я ей изгоняющее себя заклинание подсунул.

– Но зачем? – удивилась Марина.

– Городская жизнь не для меня, – вздохнул домовой. – Хозяева мои бывшие ремонт в квартире сделали. Теперь такая тоска кругом. Сплошная синтетика да пластик. А у меня от этого одни головные боли и тошнота.

Крыса сочувственно вздохнула, а Дормидонт продолжал.

– И ладно бы кот был в доме, хоть одна родственная душа рядом, так нет! Хозяева против. Хотя какие они к бесам хозяева? В телевизор да компьютер уткнутся, и хоть трава не расти. Еду на дом заказывают, собственного ребёнка не замечают! Чтобы о домовом позаботиться и не вспоминают. А я ведь не только к дому привязан, а ещё и к людям.

– И куда ты теперь? – поинтересовалась Марина.

– В лес подамся подальше от города. Перекантуюсь пока у лешего, потом решу, что делать дальше.

– Счастливо добраться, – крыса махнула на прощание лапкой.

Домовой поплотнее запахнулся в плащ и решительным шагом направился к проезжей части.

Он бежал через дорогу, ловко лавируя между мчавшимися автомобилями. Увиливал от грузовиков и проскальзывал прямо перед носом, не видящих его прохожих.

Густой смог из дыма и пыли заставил его остановиться и несколько раз оглушительно чихнуть. Неторопливо ковылявшая мимо бабуля вздрогнула от непонятно откуда взявшегося звука и испуганно ойкнула. Домовой усмехнулся, глубже надвинул на глаза кепку и продолжил свой путь.

Наконец, на горизонте показалась тёмная линия леса. Высокие, стройные деревья на фоне ставшего неожиданно чистым неба, показались ему родными и добрыми. Они словно наполнили его силой и уверенностью. Домовой ускорил и без того быстрые шаги, перейдя практически на бег.

Добравшись до кромки леса, он остановился и оглянулся. Отсюда город был едва виден. Он словно тонул, растворяясь в сером мареве. Дормидонт полной грудью вдохнул свежий лесной воздух и ступил в прохладный полумрак.

Тихо шумел в ветвях деревьев ветер. На небе играла вечерняя заря. Теплилась янтарным светом, растекаясь, словно мёд, над уставшим за день лесом.

Странного типа, сидящего у подножия высокого дерева, он увидел издалека. Уж больно приметным оказался незнакомец. С виду не отличить от человека. Но внимание домового привлёк цвет кожи неизвестного. Молочно-белая, в ярких, переливающихся всеми цветами разводах. Он походил на холст, который неумелый художник случайно забрызгали всеми красками из палитры.

«Мало ли чего можно ожидать от существа со столь странной расцветкой», – подумал не на шутку струхнувший домовой и попытался спрятаться за ближайшими кустами. Это ему не удалось. Разноцветный заметил его, резко вскочил с места и, размахивая руками, бросился наперерез. Поняв, что скрыться не удастся, Дормидонт изобразил на лице грозное выражение и завопил.

– А ну, стоять! Чё те надо, леший тебя забери?!

– Ахр-фф-тын-пиу! – затормозив в метре от домового, выдал незнакомец и вдруг широко улыбнулся.

«А он, не такой уж и страшный», – Дормидонт, пристально посмотрел на пятнистого.

Совершенно лысая голова, чуть вздёрнутый нос, круглый подбородок и ярко синие глаза с золотистыми крапинками в глубине. Всё это удивительным образом сочеталось, придавая сияющему от счастья лицу, совершено беззлобное выражение.

– Ты кто такой? – уже спокойнее спросил домовой.

– Арр-кин-лис-ту! – охотно ответило неведомое создание.

– Чего?

– Ту-фыр-мыр-ко! – радостно повторил разноцветный и, для пущей убедительности добавил. – Пых-шыр-тис-ку!

– Нет, так дело не пойдёт. Зовут тебя как? Я, – домовой приложил руку к груди, – Дормидонт, а ты?

– Афф-хан-та-лан-сий, – склонил голову неизвестный.

– Афанасий, значит, – по своему понял домовой. – Так кто ты такой? И откуда взялся?

Странный тип несколько раз моргнул, а затем, выудил из ниоткуда серебристый цилиндр и что-то на нём нажал.

– Афф-хан-та-лан-сий, при-был с пла-неты Цхак-ли-шун, – проговорил он немного запинаясь.

– Прибыл?! Так ты, что, инопланетянин?! – опешил Дормидонт.

– Иноп... – замялся пятнистый. – Да! На вашем языке это именно так и называется.

– Дела! – присвистнул домовой.

Нет, инопланетян он видел много раз. По телевизору, который так любила смотреть бывшая хозяйка. Серо- или зелёнокожие, с огромными головами на непропорциональных телах и большими тёмными глазищами, они выглядели иначе, чем стоящий перед ним тип.

– По ва-шим новос-тям… – охотно начал говорить инопланетянин. – Не следует им ве-рить! – подытожил он.

– Ты что мысли читаешь?

– Не все, – улыбнулся разноцветный. – Только самые яркие.

Всё ещё обалдевший от происходящего Дормидонт повертел по сторонам головой и, указав на лежащее неподалёку бревно, предложил:

– Давай-ка, Афоня, присядем, а ты дальше расскажешь.

– Я один из исследователей, – начал свою историю пришелец. – Цель нашей экспедиции на Землю – изучение развития вашей культуры и поведенческих мотивов. Мне было нужно изъять объект.

– Постой! Что значит «изъять объект»? Вы людей воруете что-ли?

– Можно и так выразиться. Но мы всегда возвращаем их обратно! – торопливо пояснил Афанасий. – И это не первая наша попытка. – Вдруг разом погрустнел он. – Если быть точным, то сто первая.

– То есть как? – пытаясь переварить информацию, спросил Дормидонт.

– Понимаешь, в этот раз, все объекты оказались неэффективны для исследования. Попытки просканировать их мозг привели к тому, что все наши приборы, как это по вашему… заглючили! – подобрал нужное слово инопланетянин.

– Такое ощущение, что земляне совсем перестали думать. Они выдают такое, что наши приборы не в силах идентифицировать.

Домовой с грустью вспомнил своих бывших хозяев и не нашёл, что ответить.

– А где твой космический корабль или на чём ты к нам прилетел? – решил он сменить тему разговора.

Афанасий печально взглянул на него.

– Вчера, пока я отлучился за очередным объектом, некие личности его украли.

– То есть, как украли? Зачем?

– На цветмет сдали. Я не знаю, что это такое, но они об этом очень ярко думали и говорили, что у Семёновны теперь можно четверть каждый день покупать.

– Вот ведь проблема! – с чувством сказал домовой. – И что ты теперь делать собираешься?

– Ничего, – обречённо произнёс Афанасий. – Буду ждать своего физического конца. Без корабля мне домой не вернуться.

– Ты это брось! – Дормидонт от волнения вскочил на ноги. – Придумаем что-нибудь.

– Ну а ты, – инопланетянин сузил свои диковинные глазищи. – Кто ты такой? Я пытаюсь прочитать твои мысли, но смысл постоянно от меня ускользает. Ты думаешь недостаточно ярко.

– Знамо дело кто. Домовой я! – Дормидонт попытался горделиво расправить плечи, но стушевался и обречённо махнул рукой. – Хотя какой я теперь домовой? Нет у меня никакого дома.

– До-мо-вой, – медленно повторил непонятное ему слово Афанасий и ненадолго задумался. – Знаю! По данным, полученным от исследуемых объектов, ты дух, обитающий в доме и обеспечивающий хозяев счастьем и богатством.

– Ага, держи карман шире! Обеспечивающий! – скривился Дормидонт. – Это какого лешего, интересно, я должен кого-то обеспечивать?! Ежели хозяева хорошие, то я дом охраняю, за порядком слежу. А обеспечивать себя люди сами должны.

– Постой! – не унимался инопланетянин. – Но, по тем же данным, ты должен быть старым, седым с бородой до колен, в валенках и тёплом тулупе. А ты вон какой, – Афанасий удивлённо оглядел новоиспечённого друга. – Молодой, кепка у тебя и плащ. Сапоги модные. И бороды нет.

– Да далась тебе эта борода! – пробурчал Дормидонт и принялся отряхивать свой неприметного цвета плащ от налипших на него травинок. – Чай мы не дикари какие. Развиваемся. Да и потом, попробовал бы сам в бороде и валенках в современных квартирах пожить. Ни времена года не меняются, ни погода. Круглый год кондиционеры один и тот же климат держат.

– Но исследуемые объекты говорили, что... – заупрямился было инопланетянин.

– Послушай, Афанасий, – домовой недовольно зыркнул на него из-под козырька. – Чего ты такой доверчивый? Сам же говорил, что человеки совсем думать разучились. Да вон хоть хозяев моих бывших возьми. Принимают на веру всё, что им по телевизору да компьютеру показывают. А в головах пустота.

– И что же нам делать? – разноцветный уставился на домового с такой доверчивостью, что тот невольно смутился и отвёл взгляд в сторону.

– Не дрейфь, Афоня! – стараясь, чтобы его голос звучал как можно уверенней, сказал он. – Я вот чего думаю. Пусть я теперь бездомный, но у тебя-то есть куда вернуться! Планета твоя Цхак… как там её?

– Цхак-ли-шун, – грустно ответил инопланетянин. – Но на чём я туда полечу? Ведь корабля нет.

– А мы тебе новый построим! – подмигнул Дормидонт. – Можешь описать какой он из себя, корабль твой летающий?

– М-могу. А кто это «мы»?

– Друзей своих позову, – ничуть не смутился домовой. – Знаешь, сколько у меня приятелей сказочных? Поможем тебе, не бойся. Идём! – он ухватил инопланетянина за руку и потащил вглубь леса.

Через некоторое время приятели вышли на поляну, посередине которой шатром раскинул ветви большой вяз. Домовой подошёл к его подножью и постучал по стволу, словно не у дерева стоял, а у дверей дома.

– Леший! – негромко позвал он. – Выходи, старый пень, разговор к тебе имеется!

– Фух-фух-фух! Кто посмел нарушить покой хозяина леса?! – раздалось из ниоткуда.

Афанасий подпрыгнул от неожиданности. Под кучей травы и опавших листьев что-то завозилось, зашуршало, и из-под неё вылез старичок, одетый в лёгкий костюм защитного цвета и высокие берцы. Довершал образ лихо заломленный на одно ухо зелёный берет.

– Дормидонт! – завидев домового, радостно завопил дедок и полез к нему обниматься.

Дожидаясь, пока старые друзья вдоволь насладятся встречей, инопланетянин скромно стоял в стороне и с интересом таращился на них.

– А это ещё кто такой? Что за чудо-юдо?! – удивился леший.

– Знакомец мой Афонька. Пришелец он с далёкой планеты. А это, – домовой с чувством хлопнул старикана по плечу. – Друг мой старинный. Леший. Можно просто Лёха. Хозяин леса он.

– Леший?! – на разноцветном лице Афанасия появилось такое изумление, что оба приятеля не выдержали и расхохотались. – Н-но, вы совсем не так должны выглядеть, – оглядывая наряд старичка, пробормотал инопланетянин. – Грязный, косматый, в накидке из листьев…

– Это кто тут косматый? Кто грязный? – обиженно прогудел Лёха. – Я тебе варвар что-ль какой? В камуфляже и ботах этих удобно. Поди-ка, побегай по лесу, браконьеров разгоняя, да грибников заблудших из чащи вызволяя. Сопреешь в листьях-то, да ноги собьешь.

– Но, по данным, полученным от объектов исследования, – начал было Афоня, но вдруг осёкся.

– Быстро учишься! – рассмеялся домовой. – Ладно, шутки оставим. Тут такое дело. Беда с Афанасием нашим приключилась. Корабль его летучий воры упёрли. Помочь ему надо. Ты, Лёха, собирай наших. Всех, кто есть поблизости. Думу думать будем!

***

Обличию пришедших на поляну сказочных существ инопланетянин почти не удивился. Ни водяной, одетый в водонепроницаемый костюм для рыбалки, ни русалка, щеголяющая в красивом серебристом купальнике, его не озадачили. Впрочем, нет. Девушку он украдкой разглядывал с нескрываемым интересом. Уж больно хороша была. Глядя на её пышные формы и длинные волосы, в беспорядке рассыпавшиеся по плечам, Афанасий несколько раз судорожно икнул. А когда она лукаво подмигнула ему, вовсе стушевался, и в его расцветке добавилось красных пятен.

Баба-Яга явилась на встречу в модном летнем платье и шляпке с вуалью. Кикимора вырядилась в нежно-зелёную накидку и лёгкие плетёные босоножки. Лишь Змей Горыныч своим видом соответствовал образу, полученному Афанасием от объектов исследований. Огромный, трёхголовый, с мощными лапами и длинным хвостом.

После того, как домовой представил своего новоиспечённого друга и рассказал его невесёлую историю, лесные жители заволновались и зашумели. Перебивая друг друга, они вызвались помочь несчастному пришельцу. И решили немедленно начать строить ему новый летательный аппарат.

– Ты мил, человек, опиши, как он выглядел! – сочувственно пробулькал водяной.

– Выпуклая, дисковая, пространственная капсула пятьдесят второго поколения, – начал объяснять инопланетянин.

– Чего-чего? – удивилась Кикимора.

– Ну, тарелка. Примерно, как ваши глиняные. Только большая. – Порывшись в памяти и сопоставив исследовательские данные, продолжил описывать свой корабль Афанасий. – Она по воздуху летала.

– Летала? – обрадовалась Яга. – Как ступа моя?

– Именно! – просиял разноцветный. – Только летала она на гравитационно-асинхронном генераторе плоских полей. Вещь совершенно простая.

– Ой, нет, – занервничала русалка. – Пару раз я поля видала, не плоские они! Вообще!

– Да это энергетические, – поправил пришелец и запнулся, потому что Горыныч вдруг хлопнул крыльями и радостно затянул: «Поле! Р-рр-русское поле!!!»

– Да погоди ты петь! – оборвал его Леший. – Дай Афанасию объяснить нормально.

Увидев, что сказочные персонажи не понимают его объяснений, Афанасий схватил палочку и начал рисовать на земле чертёж.

– Вот так, сама тарелка, словно два блюдца, положенных одно на другое, – выводил он. – Для приземления ножки должны быть, пять штук.

– Курьи? – встряла Яга.

– Посадочные, – продолжая рисовать схему на земле ответил инопланетянин. – Вообще мой корабль не из новых. У него конструкция простая. В салоне кресло одно мягкое и приборов всего сто три штуки.

– А чего за приборы? – заинтересовалась Кикимора, вспоминая, как опозорилась на банкете, перепутав вилку с ножом.

– Да элементарные! Пятьдесят из них, примитивные исчислители временно-пространственных координат.

– Ух ты! – восхитился леший. – Какие нужные приборы! Их бы нашим местным грибникам выдать.

– А остальные вообще проще некуда. Контактный навигатор, семь штук.

– Чего? – перебила русалка. – Это какой такой навигатор?

– Да самый обычный, – ответил инопланетянин. – Наводится на мозг и создает тоннель для мысленного контакта. Но видимо устарел, я за неделю с его помощью ни одного мозга не нашёл. Но это неважно. Для полёта домой мне нужен всего лишь галактический компас.

– А это что за штука? – удивился водяной.

– Да проще некуда! Как яйцо по форме, а внутри сердечник из летуния.

– Понятно! – подумав, ответил водяной. – Яиц у нас нет, но можно спросить у Кощея. Он вроде уток разводит.

Афанасий ещё долго рассказывал о других замечательных приспособлениях. О мыслительном концентраторе, который не работает без мыслей. О приборе улучшения памяти, который включается только при наличии работающего мыслительного концентратора. В конце концов, устали все. И он, и его новые друзья.

– Да ты, милый, совсем сомлевший, как я погляжу, – ласково сказала Яга и погладила его по голове. – На вот отведай сбитня медового, приляг вон там под кусточком да поспи.

Не имея сил возразить, Афоня с благодарностью принял из её рук берестяную кружку. Он залпом проглотил ароматный напиток и сразу же уснул, растянувшись на мягкой подстилке из опавших листьев, которую заботливо приготовила для него русалка.

***

Просыпаться Афанасию не хотелось. Он понятия не имел, сколько проспал. Во сне он видел себя летящем к родной планете. Его новенький, с иголочки, летательный аппарат, оснащенный по последнему слову техники, беззвучно мчался сквозь просторы вселенной. Чуткие приборы следили за состоянием пространства и климатом внутри корабля. Сам он сидел в мягком, удобном кресле и мелкими глотками пил дивный напиток, под непонятным названием медовый сбитень.

Пришелец с сожалением открыл глаза, потянулся и зевнул. Над лесом занималась утренняя заря, окрасив небо в нежно-розовый цвет. По поляне ещё стелился лёгкий туман, а трава и листва на деревьях были покрыты серебристыми капельками росы. Тишину раннего утра разбавляли звонкие голоса птиц.

«Корабль! – вспомнив свой сон, подумал Афоня. – Что с моим кораблём? И где мои замечательные друзья?»

Он вскочил со своего ложа и огляделся. Летательный аппарат, на котором ему предстояло вернуться домой, стоял неподалёку. Внешне тарелка выглядела похожей на ту, в которой инопланетянин прибыл на Землю, но что-то в её облике заставило Афанасия со всех ног припустить в её направлении. Наконец, он остановился и в недоумении уставился на предмет, который должен был доставить его домой.

Два глиняных блюдца, размером с треть поляны, были заботливо положены одно на другое. С десяток круглых, стеклянных окон, расположенных по окружности, сияли в лучах восходящего солнца, словно драгоценные камни. Стояла эта удивительная конструкция на пяти осиновых ножках, вырезанных чьими-то заботливыми руками в виде куриных. К люку, напоминающему по форме берёзовый лист, вела резная лестница. И в довершении всего, корабль был утыкан антеннами, сплетёнными из камыша и осоки, словно ёж иголками.

На лбу пришельца выступили слёзы. Поднявшись по узорчатым ступенькам, Афанасий ступил на борт своего нового летательного аппарата.

Салон внутри тарелки оказался выложен нежно-зелёным мхом. Из него же было сделано и уютное кресло, так и манившее в свои объятия. Сотня приборов аккуратными рядами были распределены на потолке и консоли. Довершало это великолепие хрустальное яйцо, свисающее с потолка на серебряной паутине.

Инопланетянин несколько раз открыл и закрыл глаза, глубоко вздохнул и вышел обратно на улицу. Он присел на землю, подпёр голову руками и задумался.

Тем временем на поляну стали выходить заспанные и уставшие после работы его сказочные друзья.

– Ну как, Афанасий? – подошедший первым домовой, от души хлопнул его по плечу. – Такой он должен быть, корабль твой летучий?

– Тарелки мы всю ночь из глины лепили, ты посмотри, какая красота вышла! – затараторила, подбежавшая следом русалка.

– А я обжигал! – пророкотал Горыныч и в подтверждение своих слов выдохнул сразу из трёх пастей дым и пламя.

– А ножки я придумала! – похвасталась Кикимора. – Лёха их из самой лучшей осины вырезал, им теперь никакие посадки не страшны.

– Числители с навигаторами кощей помог смастерить, – признался водяной. – Ты с этими приборами теперь враз до дому долетишь. Потому как его волшебство самое сильное в нашем лесу. Он и на компАс твой галактический яйцо со своей смертью внутри отдал, не пожалел! – с гордостью рокотал хозяин рек и озёр.

– Это как же кощей со своим сокровищем расстаться решил? – вполголоса поинтересовался Дормидонт у яги.

– Так ненастоящее оно, – махнула костлявой рукой та. – У бессмертного их целый сундук припасён. Он давно их из поднебесной страны выписал, чтобы охочих до его смерти по ложному следу посылать.

– Вот старый плут! – изумился домовой. – А если не доберётся наш Афонька с той подделкой до дома?

– Товар качественный, – успокоила его Яга. – Гарантия пожизненная. Покрытие у того яйца алмазное, а сердцевина из этого, как там его… лития! Всё, как наш планетянин заказывал.

– А лежанку я смастерила, – встряла Кикимора. – На ней, как на кроватке с периной тебе мягко и удобно будет!

– Люминаторы мы с батюшкой делали! – не унималась русалка. – Всю ночь песок на берегу озера плавили, чуть не угорели.

– Ну-ну, милая! – водяной ласково обнял дочь за плечи. – Скажешь тоже. Ничего сложного в этом деле нет.

– А я!

– А мы!

– А он!

Разом заговорили сказочные существа, торопясь рассказать новому другу каждый о своём вкладе в строительство его летательного аппарата.

– Да ты никак вспотел, Афанасий? – заметив вновь выступившие на лбу пришельца слёзы, с тревогой спросил Дормидонт.

Инопланетянин широко раскинул руки и попытался обнять их всех разом. Он не мог говорить от захлестнувших его чувств.

– Да что же это?! – он не знал, как применить имеющийся в его памяти словарный запас. – Мне так никто… здесь так никуда… что же вы так?..

– Ты хочешь сказать спасибо? – пришел ему на помощь домовой.

– Да, – ответил Афоня и первый раз в жизни заплакал глазами.

– Что это с ним? – заволновалась русалка. – Эй, Афанасий, ты чего?!

Пришелец не мог позволить себе сказать им правду. Он боялся расстроить этих добрых существ. Ну зачем им знать, что глиняные блюдца на деревянных ножках не летают. Тем более в соседние галактики.

***

Афанасий остался на Земле со своими новыми друзьями. Он больше не думает о возвращении на родную планету. Дружит с кощеем, и они вместе, используя знания и самое сильное в лесу волшебство, создают удивительные изобретения.

Баба-Яга помогает лешему следить за порядком. Она рассекает по воздуху на модернизированной ступе, оснащенной принудительным впрыском опилок и болотно -газовыми прожекторами с датчиками движения. От неё не может скрыться ни один нарушитель.

Грибники больше не теряются в лесу. Чуткие мыслительные концентраторы, установленные на деревьях, мгновенно улавливают изменения в разуме потеряшек. В их сознании сразу же разворачивается голографическая карта с подробным маршрутом до ближайшего населённого пункта. Теперь все окрестности полны слухов о чудесных видениях, благодаря которым, заблудившиеся недотёпы нашли дорогу домой.

Тихо теперь и на озёрах. Афанасий смастерил голограф, и любители расставить сети несколько ночей подряд видели, как из озера всплывал огромный монстр. Он выглядел совсем как настоящий, и перепуганные браконьеры теперь обходят эти края десятой дорогой.

Домовой поселился в старом домике лесника. Он дружит с крысой Мариной, которая перебралась к ним и каждый день ходит в гости к Афанасию.

Горыныч с Кикиморой получили в подарок от Афони и кощея аппарат по производству коктейлей, улучшающих память и мыслительные процессы. Они немного его переделали и открыли в лесу питейное заведение под названием «Контакт». Здесь подают ароматный сбитень, медовый квас и множество видов наливок и настоек.

По вечерам, за кружечкой своих любимых напитков, в нём собираются все участники этой удивительной истории.