Колодец несбывшихся желаний

Глава 1

Колодец несбывшихся желаний

Однажды, путешествуя по Синайской пустыне, один тибетский монах набрел на колодец.

Причем особенность этого колодца была в том, что рядом с ним не было ведра, чтобы черпать воду, не было рычага и веревки, и воды в колодце, очевидно, тоже не было. И на часть оазиса одинокий колодец не был похож.

Желая проверить глубину колодца, монах бросил туда камень, но, сколько не прислушивался, так и не услышал стук камешка о землю. Плюха он тоже не услышал.

Но какой-то странный возглас внезапно донесся до него, пока монах стоял рядом с колодцем.

Слов было не разобрать и язык не показался монаху знакомым. Только отчаяние в этом возгласе он отчетливо расслышал и почувствовал кожей.

— Что вы кричите? — спросил монах, которого в миру звали Тамней, хоть и понимал, что некому ему ответить.

Но, к своему удивлению, Тамней услышал понятный для него ответ:

— Это кричал тот, чьё желание не сбылось. Непростое было желание, заветное.

Голос замолчал, а Тамней не выдержал, терзаемый любопытством, и спросил:

— Какое желание?

— Человек всего лишь хотел, чтобы рядом были люди, за которых не жалко ничего отдать. Но как он ни старался, ничего не вышло. Люди хотели брать, но ничего не желали давать в ответ.

И теперь это желание умирает на дне этого колодца.

— А ты кто? — растерянно оглядываясь по сторонам и никого не видя, спросил Тамней.

— Я и есть колодец несбывшихся желаний. На дне меня столько осколков мечт, из них можно было бы воздвигнуть величайший и красивейший храм... Но кто же решится собрать их все и использовать в строительстве – чего либо... Ведь внутри такого храма поселится лишь боль и отчаяние.

— Тогда может людям лучше ничего не желать? — резонно спросил монах.

— Может. Только тогда они перестанут быть людьми.

— Зато станут просветленными. Вот я – ничего не хочу, не жду и ничто не терзает душу мою...

Голос колодца на миг умолк, но тут же возник опять:

— Просто твое заветное желание, жить, ничего не желая, сбылось. Хотя позволь спросить, разве ты не хочешь пересечь Синайскую пустыню?

— Не хочу. Я просто пересекаю её.

— А если ты по дороге умрёшь?

— Значит, пришло время умирать.

— Мудро, — прошептал колодец. — Мудро, но для большинства людей недостижимо. И я скажу тебе, не таясь, я этому рад. Потому что есть в мире озеро сбывшихся надежд. Оно прекрасно и велико, как океан. Его воды постоянно пополняются. Оно питает землю и небо, помнит счастье и радость тех, кому повезло.

Сравни, Тамней, бездонный колодец, символ отчаяния, и бескрайнее озеро, символ надежды.

Поверь, если бы во мне не было нужды, я расстворил бы своё сознание в том озере.

Вот только моё желание тоже никогда не исполнится.

Ступай, и да прибудет с тобой вечная гармония души, которая ничего не хочет.

Монах продолжил свой путь, радуясь, что все предусмотрел. Только оказалось, что не всё.

Пустыня не кончалась, а еда (полбеды) и вода (беда) закончились.

И в какой-то момент более всего Тамнею захотелось пить.

Изнуренный жаждой, он лег на песок, и стал молиться Создателю – послать ему хоть глоток.

Вдруг он услышал голос. Тихий, словно эхо, он шептал:

— Тамней, вставай! Тут вода!

Повернувшись на бок, монах увидел колодец. Тот самый колодец несбывшихся желаний. И ему стало по-настоящему страшно.

Но, присмотревшись, Тамней заметил ведерко, веревку и рычаг.

Из последних сил он встал, дополз до колодца, сбросил ведерко, и услышал благословенный всплеск.

Когда наконец он взял в руки полное до краев ведерко прозрачной как слеза воды, поднес ее к потрескавшимся до крови губам и ощутил ее живительный вкус, напившись, Тамней заплакал.

Он не мог поверить, что колодец несбывшихся желаний исполнил – его желание. Желание пить. Желание жить.

— Я попросил озеро хоть раз позволить мне стать символом чужой надежды. Но мне было отказано. Как мне стало жаль тебя, юный монах.

И тут я услышал голос, юный, женский. Голос шептал слова любви, такие, что, слыша их, все ангелы на Небесах запели разом. А предназначились они тому, чьи желания никогда до этого не сбывались.

Вот тогда мне дозволили спасти тебя. Ступай, монах, и никогда об этом не забывай.

Медленно брёл Тамней по Синайской пустыне. Он знал, что никогда не забудет о том, почему его жизнь продолжалась.