Как Стася жениха искала

Глава 1

ЗАВЕТНОЕ ЖЕЛАНИЕ

Однажды среди высоких гор, в дивном городке Райцы, где каждый жил в мире и здравии, помогал ближнему в беде и занимался любимым делом, жила-была самая обыкновенная девочка по имени Стася. Была она, надо сказать, весьма заносчивой и упрямой.

Как-то раз воротилась Стася домой, совсем притомившись после учёбы. Возвращалась уставшей она всегда, ведь учиться страсть как не любила, зато обожала подолгу гулять. Вот и сейчас девочка вяло поприветствовала матушку, безучастно оставила вещи в прихожей и улеглась на кровать в своей комнатке, хоть её обучение уже и подходило к концу. Вдруг в её дверь негромко постучали.

— Войдите! — отозвалась Стася.

Дверь отворилась, и вошла матушка, принесшая дочке поздний обед.

— Здравствуй, доченька! Я тебе тут покушать принесла. Поешь, моя хорошая, а то вижу — проголодалась ты и совсем замаялась.

Матушка бережно поставила тарелку с едой и чашку тёплого чая на блюдце подле кровати. Стася вяло поднялась с постели и, даже не сказав «спасибо», уселась за столик да принялась уплетать угощение так, словно сто лет еды не видывала. Свежий ветерок ласково проникал в комнатку из открытого окошка. Матушка присела на стульчик рядом и с нежной любовью наблюдала за тем, как её доченька кушает.

— Ну рассказывай, доченька, как твои дела? Что же ты молчишь?

— Да что там рассказывать... Скукота одна!

— Ох, совсем уже взрослой девицей ты стала, — вздохнула мать. — Думала ли ты, чем дальше заниматься будешь?

— Не хочу я учиться!

— К-как?! — всплеснула руками матушка. — А чего же ты хочешь, доченька?

— Я так рассудила: зачем мне, такой красавице, ум забивать? Найду-ка я лучше себе сильного, умного, красивого да богатого жениха — обязательно с густой тёмной бородой и густыми тёмными бровями!

Матушка от таких слов только смолкла в печали. А когда Стася доела и вновь улеглась на свою кровать, мать молча забрала пустую посуду и вышла, наглухо затворив за собой дверь.

А в это самое время под окном, притаившись в сумерках, сидел и подслушивал злой колдун по прозвищу Скромский. Явился он из мрачного городка Теменки, кутался в тёмно-синюю мантию, а королевские стражники уже несколько месяцев безуспешно пытались поймать его за коварные тёмные чары. Скромский терпеть не мог заносчивых девиц вроде Стаси. Злорадно ухмыльнувшись её глупым речам, он поспешил в свой замок.

Замок его был непростым: видеть его мог лишь сам колдун, а для всех остальных жителей Райцев на том месте расстилался обыкновенный пустырь. Скромский принялся рыться в тёмном и пыльном чулане, заваленном грудами бесполезного ведовского хлама. Наконец он отыскал старое треснувшее зеркало и обрадовался ещё сильнее. Овеял он его заклятием, убрал трещину — и зеркало стало сиять как новенькое, словно только что из лавки.

На следующее утро Стася проснулась рано. Умылась, почистила зубки, наскоро позавтракала, а после прихорошилась, нарядилась и, попрощавшись с матушкой, ушла гулять в парк со своей любимой книжкой.

Тем временем колдун Скромский, сидя в своём невидимом замке, уже приготовился совершить задуманное. С помощью ворожбы он создал второе зеркало — точную копию первого, но наложил на него совсем иные чары. Взяв его в руки, он заглянул в стекло и приказал:

— Зеркальце, пожалуйста, скажи, где сейчас находится эта надменная девица?

Зеркальная гладь тут же подёрнулась дымкой и показала Стасю: лежала она на пышной зелёной полянке и мечтательно глядела в книгу. Скромский довольно оскалился, положил своё зеркало на стол и отправился в парк, прихватив с собой первое, зачарованное зеркальце.

Прибыв на место, колдун принялся искать Стасю. Вскоре он заприметил ту самую полянку, на которой отдыхала девочка. Скромский тут же обернулся удалым молодцем и побежал по тропинке. Пробегая мимо Стаси, он нарочно выронил зачарованное зеркальце прямо в траву, а сам быстро скрылся из виду.

Стася обратила внимание на блеснувший предмет. Медленно поднявшись, она подошла поближе, присела и взяла зеркальце в руки. Огляделась по сторонам, но хозяина поблизости не приметила. Тогда она вернулась к своей книге, положила находку рядом и продолжила предаваться мечтам.

Внезапно зеркальце мелко задрожало. Стася не придала этому значения, решив, что ей просто почудилось. Но когда оно затряслось во второй раз, девочка решила снова взять его в руки — и оно тут же выпрыгнуло из её ладоней! Стася изумилась: «А что, если оно необычное, волшебное, прямо как в той сказке, которую я читаю?»

Подбежав к зеркальцу, Стася вновь подняла его, заглянула в отражение и спросила:

— Зеркальце, пожалуйста, скажи: кто на свете всех прекраснее и милее?

И вдруг зеркальце ответило:

— Без сомнения, ты на свете всех прекраснее и милее!

Стася от удивления так и застыла, а в следующий миг радостно подпрыгнула. Схватив книгу и прижав к груди чудесную находку, она со всех ног побежала домой. А Скромский уже давно сидел в своём невидимом замке и с довольной ухмылкой наблюдал за ней через парное зеркальце.

Ближе к полуночи, когда пришло время ложиться спать, Стася лежала в своей постели и, глядя в потолок, мечтала лишь об одном: как бы поскорее встретить суженого и пленить его своей необычайной красотой. Волшебное зеркальце лежало рядом, на дамском столике. Стася всё думала и думала, и вдруг зеркало снова мелко задрожало, точь-в-точь как на полянке, и засияло в темноте таинственным сине-фиолетовым светом.

Сначала девочка решила, что ей показалось, но стоило ей вновь погрузиться в свои девичьи грёзы, как зеркальце опять затрепетало и заискрилось. Тут уж Стася призадумалась: «Что, если оно делает это неспроста? Вдруг у него такой волшебный язык и оно пытается мне что-то сказать?»

Сгорая от нетерпения, она мигом сбросила одеяло, подбежала к столику, схватила зеркальце и прыгнула обратно в тёплую постель. Затаив дыхание, она заглянула в стеклянную гладь и шёпотом спросила:

— Зеркальце, пожалуйста, скажи: почему ты дрожишь да таинственным светом сияешь?

И зеркало послушно отозвалось:

— Я волнуюсь и свечусь вовсе неспроста: суженого повстречать пришла твоя пора!

Стася восторженно выдохнула и захлопала в ладоши, а затем снова спросила:

— Зеркальце, скажи на милость, неужто ты умеешь желания исполнять?

— Непременно! Любое твоё желание исполню, судьбу твою переменя!

Тут уж Стасю от радости прямо-таки понесло:

— Тогда слушай хорошенько, зеркальце! Найди мне суженого: сильного, умного, красивого да богатого, и чтобы непременно с густой тёмной бородой и густыми тёмными бровями!

— Всё исполню, претворю, в явь мечту я обращу. Утром весточку лови от лихого молодца!

Стася окончательно потеряла голову от счастья. Откинувшись на подушки, она закрыла глаза и сладко уснула, укутавшись в одеяло. А Скромский в своём замке всё смотрел на неё с коварной улыбкой, которая, казалось, навек приросла к его лицу.

* * *

ПЕРВЫЕ ВСТРЕЧИ

На следующее утро Стася проснулась, сладко потянулась, зевнула и поднялась с кровати. Она подошла к окну, распахнула тяжёлые шторы и открыла створки, желая вдохнуть свежего утреннего воздуха. Девочка облокотилась на подоконник. Тёплое солнышко светило прямо в глаза, заставляя её забавно щуриться. Вокруг заливисто пели птицы.

И вдруг Стася заметила диковинную рыжую птицу с роскошным хвостом и пышными крыльями, которая стремительно летела прямо к её окну. Внезапно птица влетела в комнату. Испугавшись, Стася отшатнулась и упала прямо в мягкое узорчатое кресло. Птица сделала красивый круг под потолком и упорхнула прочь, словно растаяв в пушистых облаках.

Девочка сидела ни жива ни мертва от удивления. И вдруг прямо ей на колени плавно опустился изящный конверт, на котором изящным почерком было написано: «Наиочаровательнейшей девушке по имени Стася».

Она поспешно схватила письмо, с трепетом разорвала конверт и принялась читать. Едва дочитав до конца, она вскочила с кресла и принялась восторженно прыгать от радости.

Счастливая, она повалилась на кровать, напрочь позабыв обо всех утренних делах, — ведь из письма она узнала, что её зовёт на свидание прекрасный юноша по имени Серёжа!

До самого обеда Стася пролежала в постели, витая в облаках. На сердце у неё было неспокойно, но она всем существом чувствовала: вот оно, её долгожданное счастье, её настоящий суженый! Вдруг она спохватилась, что пора собираться на встречу. Быстро соскочив с кровати, она побежала приводить себя в порядок.

Ближе к вечеру, когда Стася уже надела свой лучший наряд и румянила щёчки перед зеркалом, в дверь дома раздался звонок. Руки её от волнения мелко задрожали. Вдруг снизу её окликнула матушка:

— Доченька, к тебе пришли!

Стася поспешно нанесла последние штрихи девичьей красоты и сбежала по лестнице вниз. На пороге стоял он — сильный, красивый, богатый жених с густой тёмной бородой и густыми тёмными бровями. Стася замерла: теперь она ни капли не сомневалась, что это сама судьба пожаловала к ней в дом.

Она смотрела на него с восторженной улыбкой, не в силах отвести глаз, а он глядел на неё, и его ослепительная белозубая улыбка так и сияла в сумерках. Серёжа нежно взял Стасю за руку. Девочка наспех распрощалась с матушкой, которая глядела на неё с такой щемящей грустью, словно теряла любимое дитя навек.

Едва за ними затворилась дверь, матушка бросилась к кухонному оконцу, чтобы хоть краем глаза проводить их, но молодые люди словно в воздухе растворились. Одиноко вздохнув, печальная мать присела на стул у окна.

Но кто же знал, откуда на самом деле явился этот прекрасный жених?

Ещё до того как птица принесла письмо, колдун Скромский, сидя в своём невидимом замке, ума не мог приложить, где раздобыть для Стаси суженого. И тут ему в голову пришла весьма хитрая мысль. Выйдя из замка, он отправился в самую глухую чащу дремучего леса, подошёл к заросшему пруду и выловил оттуда болотную лягушку. Принеся её в свои покои, колдун наложил на квакушку чары, превратив её в статного юношу — точь-в-точь по запросу капризной Стаси. Да только волшебство это было временным: стоило часам пробить полночь, как жених должен был неминуемо вернуть свой прежний лягушачий облик.

Впрочем, Стася, хоть и была девицей легкомысленной, задерживаться на первом свидании допоздна не собиралась. Как только вечер подошёл к концу, кавалер чинно проводил её до крыльца и поспешил удалиться.

Вдруг Стася буквально пулей ворвалась в дом. От неожиданного шума матушка испуганно вскочила со стула. А девочка, даже не взглянув на неё, пронеслась по лестнице в свою комнатку и отчаянно, громко заревела. Встревоженная мать поспешила подняться вслед за дочерью и тихонько постучала в дверь.

— Войдите! — донёсся плаксивый возглас.

Матушка вошла в комнату и с тревогой спросила:

— Что случилось, доченька моя? Как прошло твоё свидание?

Стася сидела на кровати, крепко обнимая подушку. Лицо её так опухло и покраснело от слёз, что её было не узнать.

— Поначалу всё было прекрасно! — запричитала она сквозь всхлипы. — И сильный он, и красивый, и богатый, и борода с бровями густые да тёмные... Да только жених-то оказался глупым как пень!

И тут плач Стаси усилился с такой яростной силой, будто завыл набатный рог городской стражи. Матушка присела на стульчик прямо перед безутешной дочерью, нежно взяла её за дрожащую руку и ласково заговорила:

— Доченька, ты только не плачь. Главное — не расстраивайся, хорошая моя. Ты молода, красива, обязательно найдёшь ещё своего единственного, того самого.

Стася подняла на мать полные слёз глаза, но от этих утешений разрыдалась лишь пуще прежнего. Матушке было невыносимо смотреть на страдания своего дитяти. Тяжело вздохнув, она поднялась, тихонько вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь так бесшумно, что убитая горем Стася этого даже не заметила.

А в это время коварный Скромский сидел в своём замке и с величайшим упоением наблюдал через колдовское зеркало за тем, как горько плачет надменная девица.

В эту ночь Стася так и не смогла сомкнуть глаз. Она лежала на боку, без конца прокручивая в голове всё, что с ней приключилось. Вдруг она заметила, что волшебное зеркальце, оставленное на тумбочке, вновь задрожало и засияло мягким светом. Стася помнила, что просто так это чудо не происходит.

Она мигом поднялась с постели, схватила зеркало и заглянула в его стеклянную гладь. Не успела она вымолвить и слова, как зеркальце само заговорило певучим голосом:

— Знаю я, что ты сейчас несчастна, но ведаю, как сделать, чтоб всё стало прекрасно!

От неожиданности Стася вздрогнула и отшвырнула зеркальце на одеяло. Но, совладав с испугом, она вновь пододвинулась к нему, взяла в руки и сердито выпалила:

— Не верю я тебе больше, глупое ты зеркалишко!

На это зеркальце кротко ответило:

— Как же ты не веришь мне, девица? Разве я было уличено во зле?

Стася лишь капризно отвернула нос в сторону. Тогда зеркальце сладко пропело:

— Ведь ты, без сомнения, всех прекраснее и милее на всём белом свете!

Эти слова растопили гнев в сердце гордячки. Она повернулась к зеркалу и спросила:

— Обещаешь, что в этот раз всё обойдётся без твоих глупых сюрпризов?

— Обещаю! Все ошибки я исправлю, все печали прочь отправлю!

Немного подумав, Стася важно произнесла:

— Ну смотри мне! Слушай мой наказ: найди мне снова сильного, умного, красивого да богатого жениха — обязательно с густой тёмной бородой и соболиными бровями!

— Всё исполню, претворю, в явь мечту я обращу. Утром весточку лови от лихого молодца!

На этот раз Стася не стала прыгать от радости и бурно выражать свои чувства. Она лишь со спокойной, самодовольной улыбкой положила зеркальце обратно на тумбочку, опустила голову на мягкую подушку и безмятежно заснула.

А пока Стася сладко почивала в своей тёплой постели, колдун Скромский, ухмыляясь в своём невидимом замке, снова наложил на болотную лягушку временные чары, оборотив в нового жениха по её запросу. Капризная девица даже не догадывалась, какой сюрприз уготован ей на сей раз.

* * *

ЗАКОЛДОВАННЫЙ КРУГ

Утром следующего дня Стася приоткрыла глаза. Смахнув лёгкое одеяльце, она сладко-сладко зевнула, поднялась с кровати и поспешила к окну.

Она распахнула тяжёлые шторы, приоткрыла окно и вновь облокотилась на подоконник, любуясь дивным утренним пейзажем. Солнышко светило так ярко, что девочке приходилось прищуривать глаза.

Вдруг в вышине мелькнуло яркое пятнышко. Оно стремительно приближалось, направляясь прямо к окну Стаси. Сомнений не оставалось: то была давешняя рыжая птица с роскошным хвостом и пышными крыльями, бережно державшая в клюве новое письмо. Девочка любовалась диковинным созданием с таким восторгом, точно видела его впервые. Помня прошлый раз, она послушно отступила на шаг назад. Птица влетела в комнату, совершила свой удивительный круг под самым потолком, плавно уронила конверт и улетела прочь, растаяв в синеве облаков.

Стася подняла письмо с пола, распечатала его и затаила дыхание. Строки вновь отозвались в её душе трепетной радостью. Счастливая, она отложила послание и побежала умываться, чистить зубки да причёсываться. Новый день начинался чудесно и обещал подарить ей долгожданную сказку.

Ближе к вечеру Стася принялась собираться на очередное свидание. Она нарумянила щёчки, окропила шею душистой водой, нарядилась в лучшее платье и поправила локоны. Когда у дверей раздался звонок, её руки вновь предательски задрожали от волнения.

— Доченька, к тебе пришли! — донёсся снизу ласковый голос матушки.

Стася в радостной спешке сбежала по ступенькам и обомлела. Перед ней стоял истинный молодец: статный, красивый, богатый, с густой тёмной бородой и соболиными бровями. И звали его Кирилл. Очарованная девица медленно подошла к гостю. Он ласково взял её за руку, Стася наспех распрощалась с матушкой, и молодые люди ушли.

Затворив за ними дверь, матушка вновь уныло присела на стульчик у кухонного окна, устремив тоскливый взгляд вдаль. Всё повторилось точь-в-точь как в первый раз.

Прошло совсем немного времени, и Стася вновь воротилась домой, заливаясь горькими слезами. Пулей пронеслась она мимо матери в свою комнатку и с размаху уткнулась лицом в подушку. Матушка тотчас поспешила наверх, чтобы утешить своё дитятко. И тут открылась причина девичьего горя. Оказалось, что новый жених хоть и был умён, пригож собой да богат, а силой его природа обделила напрочь — Кирилл был совершенно, на диво слабым!

Большую часть ночи матушка провела у постели Стаси, успокаивая её. Когда же доченька наконец забылась сном, измученная мать тихонько прикрыла за собой дверь и пошла почивать.

Вдруг волшебное зеркальце на прикроватной тумбочке задрожало и засияло в полумраке. От этого Стася тотчас проснулась. Поняв, что проклятое стекло опять не даёт ей покоя, она в сердцах схватила зеркальце, перевернула его лицевой стороной вниз и сердито засунула под подушку. Сама же улеглась на другой бок, пытаясь уснуть.

Но не тут-то было! Зеркало под подушкой продолжало назойливо трястись, мешая спать. Тогда Стася, вконец разъярившись, вскочила, швырнула подушку в угол комнаты, схватила зеркало и гневно зашептала:

— Чего тебе ещё надо, несносное?!

И вновь пошли у них долгие споры да разговоры. Зеркальце жалобно дребезжало, уверяя разгневанную девицу, что оно совершенно ни в чём не виновато: дескать, откуда же ему знать, какие скрытые изъяны таятся в женихах? Долго они препирались. Стася бранилась, а зеркальце оправдывалось, пока наконец не изрекло то, чего девочка никак не ожидала:

— Твоя красота столь ослепительна, что даже чары мои робеют, пытаясь отыскать тебе равного! Но поверь мне, в этот раз я не ошибусь!

Эти хитрые речи польстили капризной Стасе, и она смягчилась:

— Ну смотри у меня, коли опять напортачишь! — пригрозила она. — Найди мне жениха: сильного, умного, красивого да богатого, с густой тёмной бородой и соболиными бровями. Да чтобы без обмана!

И зеркальце послушно запело:

— Всё исполню, претворю, в явь мечту я обращу. Утром весточку лови от лихого молодца!

Удовлетворённая Стася улеглась в постель и сладко заснула с лёгкой улыбкой на губах. А колдун Скромский у себя в замке уже вовсю готовил новое коварство, вновь заколдовав болотную лягушку.

На следующее утро Стасю опять ждало письмо. Всё повторилось слово в слово. Девочка проснулась, смахнула лёгкое одеяльце, протёрла глазки и подошла к окну. Распахнув створки, она залюбовалась утренним солнцем, с нетерпением поджидая крылатого почтальона. И рыжая птица не заставила себя ждать! Она плавно влетела в комнату, сделала почётный круг, выронила заветный конверт и растаяла в облаках.

Стася распечатала письмо, обрадовалась новой надежде и побежала умываться да прихорашиваться, предвкушая приятный день. А ближе к вечеру к её дому уже спешил очередной суженый.

Стася в это время как раз наводила последний лоск — стояла перед зеркалом наряженная, разукрашенная и благоухающая сладкими цветочными ароматами. Когда очередной суженый постучался в дверь, матушка, как и прежде, отворила ему. Он перешагнул порог, а она позвала дочь привычными словами:

— Доченька, к тебе пришли!

Стася, как всегда, с лёгким опозданием спустилась со второго этажа. Ещё не успев ступить с последней ступеньки на пол, она замерла, вновь очарованная гостем. Звали его Руслан. Был он силён, умён, сказочно богат, с густой тёмной бородой и соболиными бровями. Стася подошла поближе, распрощалась с матушкой до полуночи, оперлась на руку суженого, и они ушли. А матушка привычно присела у кухонного оконца в ожидании любимой дочки.

Той же ночью Стася буквально пулей влетела в дом. От грохота двери матушка в испуге подскочила со стула. Девочка пронеслась мимо неё в свою спальню и горько разрыдалась. Матушка поспешила следом, чтобы утешить несчастное дитя, и тут выяснилось, отчего Стася так безутешно плачет. Жених её, при всей своей силе, всём своём уме и богатстве, оказался на диво некрасивым — прямо‑таки с неказистым лицом!

Матушка вновь просидела с дочерью, пока та не уснула, и лишь под утро ушла к себе.

Стася же была девицей на редкость наивной, оттого её жизнь и превратилась в нескончаемый заколдованный круг. Стоило ей забыться сном, как проклятое зеркальце на тумбочке снова затряслось и засияло. Девочка сперва позлилась, но стоило ей заглянуть в стекло и поспорить с лукавым голосом, как зеркальце вновь убедило её, что оно чистейшей души создание и ни в чём не виновато. Стася в очередной раз повторила свою просьбу, а Скромский в своём замке поспешил сотворить ей нового жениха.

Утром — новое письмо от рыжей птицы, новая девичья радость. К вечеру Стася прихорошилась, надела роскошное платье, окропила себя благовониями и по материнскому зову спустилась вниз. Новый суженый, которого звали Олег, вновь заставил её сердце трепетать. Был он и силён, и умён, и писаный красавец с густой тёмной бородой и соболиными бровями. Попрощавшись с матерью, Стася ушла на свидание.

Но вскоре она воротилась, заливаясь горькими слезами. Матушка принялась её успокаивать, и открылась новая беда: Олег оказался беден как церковная мышь, хоть и обладал всеми мыслимыми достоинствами. Матушка, как всегда, не отходила от дочки, пока та не забылась сном.

И всё пошло по новой. Зеркальце тряслось и светилось, Стася сердилась, но после недолгих споров вновь поверила сладким речам. Прозвучала заветная просьба, и Скромский принялся за колдовство.

На следующее утро — опять заветное письмо из клюва рыжей птицы, опять восторг Стаси, а к вечеру — румяна на щёчках, пышное платье, сладкие ароматы и материнский оклик с первого этажа.

Спустившись, Стася вновь восхитилась гостем по имени Михаил. С виду он казался безупречным: сильный, умный, писаный красавец и баснословно богатый. Были у него и густые тёмные брови... да только Стася присмотрелась и ахнула: на лице юноши не было ни единого волоска — густой тёмной бороды он не имел!

Поняв это, Стася громко зарыдала и прогнала несчастного прочь:

— Убирайся вон! И не смей возвращаться, пока не отрастишь густую тёмную бороду!

Жених ушёл ни с чем, а Стася бросилась в свою спальню, утирая слёзы подушкой. Встревоженная матушка побежала за ней, чтобы утешать до самой ночи, пока дочка наконец не уснула.

И вновь колесо судьбы сделало оборот. Стася проснулась оттого, что зеркало опять назойливо дрожало. Позлившись для виду, она снова завела с ним беседу, и лукавое стекло опять вышло сухим из воды. Стася повторила своё желание и уснула, а Скромский наколдовал ей очередного суженого.

Наутро птица принесла новое письмо, Стася обрадовалась, а к вечеру вновь собралась на свидание. И вот очередной жених уже стоял на пороге, а матушка ласково звала доченьку вниз.

Доченька же спустилась на первый этаж и в очередной раз восхитилась суженым, которого звали Сашей. Но, приглядевшись к нему поближе, она обомлела: чего-то опять не хватало! Юноша был и силён, и умён, и красив, и богат, и с густой тёмной бородой... да вот густых тёмных бровей у него не водилось вовсе!

И тогда Стася, осознав это, вновь дико и громко разревелась — да так истошно, что хоть уши затыкай. Прогнала она бедного жениха со словами:

— Убирайся вон и не смей возвращаться, пока не отрастишь густые тёмные брови!

И Стася опять, точь-в-точь как вчера, ринулась в свою спальню горько плакать в подушку. Матушка же поспешила следом за ней — успокаивать несчастное дитя и сидеть у её постели всю ночь, пока дочка наконец не уснула.

* * *

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС

Когда Стася забылась сном и утомлённая матушка тоже ушла спать, зеркалу опять не сиделось на месте. Оно снова затряслось, засияло и принялось всячески тревожить покой девочки. Стася проснулась. Сперва она не могла понять, что происходит, но когда сон окончательно отлетел от её глаз, она в гневе резко сбросила одеяло, вскочила с кровати и схватила зеркало. Вглядевшись в него, она в отчаянии зашептала-закричала, боясь разбудить матушку:

— Зеркальце, да как ты смеешь опять трястись и светиться?! Зачем ты возвращаешься ко мне снова и снова, зная, что делаешь меня глубоко несчастной?!

А коварный Скромский у себя в замке вовсю забавлялся этой сценой. Для него это было настоящее представление, которое знатно его веселило.

Вдруг волшебное зеркальце испуганно залепетало в её руках:

— Без сомнения, ты на свете всех прекраснее, ми...

Но Стася не дала ему закончить. Она всё так же яростно шептала:

— Замолчи! Не нужны мне твои лживые льстивые речи!

В сердцах Стася размахнулась и швырнула зеркальце в стену. Со стены с грохотом упала картина, но само зеркало даже не треснуло. Удивившись, Стася подошла ближе и услышала, как оно жалобно вопит и хнычет на полу. Она подняла его и спросила:

— Зеркальце, зеркальце! Как же ты не разбилось, ведь я приложила всю свою силу?!

Зеркальце, хрипя и задыхаясь, ответило:

— Пожалуйста, пощади, не разбивай меня! Я исполню всё, что ты пожелаешь, только не губи, прошу!

Тогда Стася строго проговорила:

— Так, зеркальце... Если хочешь остаться целым, изволь наконец исполнить моё желание в точности и без всяких глупых шуток!

Зеркальце поспешно затрепетало:

— Конечно, конечно! Ведь кто на свете прекраснее и милее всех? Ты!

Стасе всё же польстили эти слова. Сменив гнев на милость, она произнесла:

— Ну ладно, смотри мне! Найди мне наконец сильного, умного, красивого да богатого жениха — обязательно с густой тёмной бородой и соболиными бровями!

И зеркальце послушно отозвалось:

— Всё исполню, претворю, в явь мечту я обращу. Утром весточку лови от лихого молодца!

После этого огонёк в зеркальце потух, а на лице Стаси наконец расцвела улыбка. Она верила, что это её последний, самый верный шанс на счастье. Бережно положив находку на дамский столик, она улеглась в постель на свой любимый бок, укрылась тёплым одеяльцем и сладко заснула.

К этому времени весёлое зрелище для Скромского закончилось. Колдун хитро прищурился и подумал: «Что ж, пришёл час для моего личного выхода».

Он вдребезги разбил своё колдовское зеркало, через которое наблюдал за Стасей, и сам перевоплотился в прекрасного юношу в элегантном костюме — точь-в-точь такого, о каком грезила девочка.

А Стася в это время безмятежно спала. По её довольной улыбке было видно, что ей снятся наипрекраснейшие сны, в которых она кружится в танце со своим суженым. Бедняжка и не подозревала, какое испытание готовит ей завтрашний день.

На следующее утро Стася приоткрыла глаза. С улицы доносилось невероятное, заливистое пение птиц. Тёплый солнечный свет едва пробивался сквозь узкие щёлки в плотных шторах. Стася сладко зевнула, протёрла глазки ручками, смахнула лёгкое одеяльце и поднялась с постели.

Подойдя к окну, она распахнула шторы, открыла створки и облокотилась на подоконник, вдыхая свежесть тёплого солнечного утра. Девочка замерла в ожидании рыжей птицы с роскошным хвостом и пышными крыльями, но на этот раз крылатой вестницы нигде не было видно. Это изрядно смутило и встревожило Стасю.

Она не отрывала взгляда от неба, будто надеясь, что рыжая птица вот-вот скользнёт крылом среди облаков, а потом, тяжело вздохнув, начала отворачиваться. И в ту же секунду лёгкий весенний ветерок подхватил над садом изящный бумажный свиток и понёс его прямо к окну. Стася резко обернулась на шорох, вытянула руку — и успела подхватить его, прежде чем он пронёсся мимо.

Стася поспешно развернула его и принялась читать. Сердце её замерло от изумления: письмо было написано столь искусно, таким высоким и поэтичным слогом, что захватывало дух! Теперь она была уверена, что это её последний, истинный шанс и что волшебное зеркальце на сей раз не подвело её.

Из этого послания она узнала имя того, кто звал её вечером на свидание. Подписано оно было благородно и весомо: Константин Скромников. Это имя показалось Стасе очень звучным, и она окончательно убедилась, что волшебное зеркальце на сей раз не обмануло её. Лицо девочки озарила такая искренняя радость, какой она не знала уже целую неделю. Бережно спрятав письмо в ящичек дамского столика, она поспешила умыться, почистить зубки и навести утреннюю красоту.

* * *

ДОЛГОЖДАННЫЙ УЖИН

Весь день Стася пребывала в праздничном настроении, а к вечеру принялась прихорашиваться с особым тщанием. Она нарумянила щёчки, нарядилась в великолепное алое платье, расшитое блестящими нитями, и щедро окропила себя благоуханными цветочными маслами. Едва она закончила сборы и спустилась в гостиную, как у дверей раздался стук. Матушка отворила дверь, и на пороге показался гость.

— Приветствую вас, наиочаровательнейшие дамы! — с учтивым поклоном произнёс Константин Скромников.

Эти изысканные слова приятно удивили и матушку, и саму Стасю, которая не могла оторвать от него восхищённого взгляда. По гостю сразу было видно, что он и силён, и умён, и баснословно богат, а уж его роскошная тёмная борода и соболиные брови были просто безупречны. Стася робко сошла с последней ступеньки, а Константин нежно взял её за руку и запечатлел на пальчиках галантный поцелуй, отчего матушка и дочка окончательно обомлели от восторга.

Распрощавшись с матерью, Стася прижалась плечом к рукаву суженого, и они покинули дом. На сей раз матушка не села тосковать у кухонного окна. Сердце её было спокойно: она видела, что её дочь наконец счастлива и выбор её по-настоящему достоин.

Тем временем Константин повёл свою спутницу в самый дорогой и роскошный ресторан городка. Перед входом он учтиво придержал для неё тяжёлую дубовую дверь. Они устроились за свободным столиком у большого окна, откуда открывался чудесный вид на оживлённую вечернюю улицу. Вскоре к ним подошёл любезный официант:

— Приветствую вас, дорогие гости! Изволите сделать заказ?

— Непременно, — бархатным голосом ответил Константин, — но право выбора мы, конечно же, сперва предоставим прекрасной даме.

От такого внимания Стася даже засмущалась и, кокетливо хихикнув, произнесла:

— Будьте добры, принесите мне чашечку кофе и вот этот яблочный штрудель.

Константин мягко улыбнулся и покачал головой:

— Ну что вы, дорогая! Неужели столь очаровательная дама не заслуживает доброго, сытного ужина? Не скромничайте, прошу вас.

Поощряемая его словами, Стася добавила:

— Ну... тогда ещё сочный стейк средней прожарки, сбрызнутый лимонным соком.

— Чудесно. Штрудель подать на десерт? — уточнил официант.

— Да, на десерт, — подтвердила девочка.

— А что выберете вы, сударь? — обратился слуга к спутнику Стаси.

Константин, не сводя со Стаси глаз, ответил:

— Будьте любезны, подайте мне то же самое, что и этой прелестной даме.

От этих слов Стася покраснела пуще прежнего.

Официант быстро записал заказ, кивнул и удалился на кухню, оставив молодых людей наедине.

Они весело болтали о всяких пустяках и без конца смеялись. Константин осыпал Стасю изысканными комплиментами, а порой заводил разговоры на высокие, мудрые темы. Стася в его умных речах ровным счётом ничего не понимала, но в душе восхищалась тем, насколько этот человек образован и лишён всяких изъянов. По её инициативе они принялись перемывать косточки городским знакомым — Константин, хоть и считал сплетни делом не очень приличным, лишь благосклонно кивал и улыбался.

Так за приятной беседой время пролетело незаметно, и вскоре официант подал долгожданный заказ. Но и во время еды весёлый смех за их столиком не утихал. Вскоре Константин управился со своей порцией и сытно наелся. Теперь ему оставалось лишь наблюдать за тем, как ест Стася. Признаться сказать, кушала девочка, мягко говоря, не слишком аккуратно, но колдуну приходилось делать вид, будто всё идёт чудесно и его это лишь забавляет. Когда Стася пачкалась соусом, она кокетливо хихикала, а Константин притворно улыбался со всей страстью, на какую был способен.

Наконец Стася расправилась со своим стейком и решила привести себя в порядок:

— Прошу меня извинить, мне нужно ненадолго отлучиться.

Константин с лукавой ухмылкой прищурился:

— Небось припудрить носик?

— Именно так, — улыбнулась Стася. — Подождёте меня?

— Ну как же столь прелестную даму — да не подождать? — с пылкой улыбкой ответил он. — Разумеется, подожду!

Как только Стася ушла в дамскую комнату, Константин, который на самом деле был злым колдуном Скромским, применил свои тёмные чары. Напустив беззвучное заклинание, он наложил смертоносный яд на оставленный на столе яблочный штрудель Стаси.

Вскоре девочка вернулась и, присаживаясь на своё место, смущённо произнесла:

— Простите за задержку, просто в дамской комнате возникли небольшие неприятности...

Константин со страстной улыбкой проговорил:

— Что же стряслось? Небось другие дамы не могли вынести вашей неземной красоты?

Стася густо покраснела и застенчиво потупила взор:

— Да что вы, право! Полно вам, негоже о таком толковать.

— Ах, ну конечно, дело ясное! — понимающе протянул Скромников, вальяжно откинувшись на спинку мягкого диванчика.

Они обменялись улыбками: Стася улыбнулась робко и смущённо, а Константин — жадно и страстно.

Девочка наконец принялась за яблочный штрудель. Скромников тут же выпрямился и чуть подался вперёд, облокотившись на стол, и замер в позе бесконечного, истомного любования. Стася аккуратно отрезала кусочек пирога, наколола его на вилку и положила в рот. Она стеснительно прожевала угощение под пылким взглядом Константина и проглотила его.

Внезапно в её глазах потемнело. Веки на миг сомкнулись, а когда она вновь разомкнула их — Скромникова за столом уже не было.

В этот краткий миг перед её мысленным взором пронеслось горькое видение: волшебное зеркальце, письма от ложных женихов, принесённые рыжей птицей и бережно спрятанные в тумбочке, — всё это разом обратилось в прах и бесследно исчезло. Веки Стаси налились свинцовой тяжестью, превозмочь которую она была не в силах. Голова её бессильно склонилась. С глухим стуком висок ударился о край стола — и она без чувств рухнула на пол.

Посетители ресторана, заметив неладное, со всех сторон сбежались к юной девице. Вокруг поверженной Стаси столпилась испуганная толпа. Зрелище предстало перед ними жуткое: уста её были полуоткрыты, а полные легковерной радости прежде очи застыли и безжизненно ввалились. Людям, обступившим несчастную девицу, почудилось, будто в воздухе повисла густая, злая мгла колдовства.

Один из гостей осторожно склонился над телом, коснулся запястья, пытаясь отыскать пульс, и сокрушённо выдохнул:

— Увы... она испустила дух.

Все присутствующие так и ахнули, объятые ужасом. Никто не мог понять, что же стряслось и какая неведомая сила сгубила бедняжку. Всем до глубины души было жаль безвременно угасшую девочку — ведь всё произошло слишком внезапно.

Вдруг кто-то бросил взгляд на стол — но все яства и приборы с него бесследно исчезли. Люди испуганно посмотрели на пол, но и тела Стаси там уже не обнаружили: оно растаяло в воздухе, словно призрачный дым.

С тех пор тот некогда роскошный ресторан закрылся навсегда, запятнанный зловещей славой. Колдуна Скромского городские стражники так и не сумели поймать — его коварные ведовские махинации уберегли его от расплаты.

А на славный и некогда счастливый городок Райцы опустилась вечная чёрная туча, из глубин которой то и дело зловеще сверкали багровые молнии.

Но самое печальное во всей этой истории то, что любящая матушка Стаси так и не дождалась своей доченьки с того рокового свидания, до конца дней своих тоскуя у одинокого кухонного окна.

* * *

КОНЕЦ