Хранительница озера

Глава 1

Сказка о любви и верности. И немного о любопытстве.

И она восстала со дна реки И в весенние вышла поля.

Баллада.

Горячие лучи солнца пробежались по поверхности озера, и вода в нем заискрилась. Яркие солнечные зайчики были хорошо видны даже с самого холодного дна.

Водяница, не торопясь, поднялась наверх, к самой сверкающей поверхности. Не решаясь вынырнуть, она любовалась солнцем из-под воды. Как же там интересно, на берегу, на воздухе! Другие водные девы выходят только ночью, при свете холодной луны. Играют на полях, водят хороводы, плетут венки из трав и ночных цветов, поют и не мечтают о прогулках под солнцем. Днем, когда его лучи греют землю, водные девы обычно крепко спят в своих заводях.

Все, кроме нее. Только она всегда была странной, тянулась к солнцу, мечтала о земле. Раньше, в давние времена, водные существа нередко выходили на сушу и встречались с людьми. И не были эти встречи опасными для людей, наоборот, водные духи давали советы, помогали с урожаем, спасали тонущих. Люди не оставались в долгу, всегда приносили нужные подарки и старались сохранять мирные отношения с духами.

Но это было давно, теперь на земле настали темные времена и люди ожесточились. Они стали считать всех водных созданий своими врагами, не делая между ними различий, перестали приносить им подарки, перестали просить совета и помощи. Наоборот, всячески начали теснить, не делая различий между злыми русалками и навками и доброжелательными духами, призывая на помощь борцов с нечистью. И хотя водяные изначально к нечисти не относились, люди всех записали во враги, на всякий случай.

И водяницы стали таиться от людских глаз, прячась на глубине. А некоторые, особенно обиженные на людей, иногда озорничали - путали сети, пугали и щекотали купающихся. Люди действительно пугались, начинали носить с собой обереги, бросали в воду полынь, приглашали жрецов. Главный водяной ругал озорниц и призывал к порядку:

- Опомнитесь, бездельницы! Вот разозлите вы людей и нам тут вообще житья не станет!

Озорные водяницы на некоторое время переставали проказничать, люди забывали об угрозе и продолжали жить, как и раньше: ловили рыбу, купались, катались на лодках.

Водяница же считала, что люди – интереснейшие существа, но видела она их нечасто. Сама она жила в маленьком лесном озере, туда почти никто никогда не ходил. Только девушки приходили весной за редкими цветами и земляникой, да старухи собирали лесные травы на берегу накануне Купалы. Но плавать в этом озере никто не отваживался, все боялись, оно считалось гиблым и бездонным, раньше тут нередко тонули. И неудивительно, здесь на дне били холодные источники, попадешь в них – судорогой ногу сведет и потянет вниз. А еще есть пустоты на дне и коварные придонные течения. Утащат они человека – вовек не найдут.

Вот и ходят об озере слухи, один другого страшнее, что чудища тут под воду утскивают и съедают, что злой дух тут обитает. Спросили бы Хранительницу озера - она бы все и объяснила. Но люди боятся, не справшивают. И предпочитают обходить это место стороной.

А так хочется пробежаться по берегу, по траве, как бегают люди… Несколько раз она так и сделала, тихонько выбиралась на берег днем, когда шел дождик или был густой туман. И это было так необычно и интересно, что водяница долго и с удовольствием вспоминала об этих минутах.

А еще хотелось подставить лицо теплому солнцу, а не холодной луне. Интересно, какое оно там? И однажды Хранительница озера отважилась выйти на утреннее солнышко и посидеть на камне около воды. Но эта прогулка совсем ей не понравилась. Солнце, несмотря на утреннюю дымку, было колючим, слепило глаза. Водной деве показалось, что сейчас растает под его лучами, как туман и она быстро нырнула обратно.

К ее огорчению, стало понятно, что тело водного духа для прогулок под солнцем не предназначено. А из этого следует, что увидеть все чудеса надводного мира ей не удастся. Но ведь так хотелось повидать что-то иное, помимо ее лесного озера или реки.

Сидеть в озере постоянно Хранительнице скучно. Она много раз отправлялась на реку и смотрела на мир из зарослей водяной травы. В речке купаются дети, девушки приходят за цветами, плетут венки, парни их смешат, всем весело. Вот бы и самой походить среди людей… Если бы только было можно... Но не выносит водяной дух жаркого солнца.

++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

… Милуша медленно и с трудом открыла глаза. Странно, она лежала на песке, вся промокшая. Приподнялась, закашлявшись, воды, похоже, нахлебалась. Как это она тут очутилась?

Девушка села, опершись о песок руками. Голова кружилась, горло саднило от воды. Все волосы были в песке, а платье – в озерных водорослях.

Она огляделась. Что-то начало немного проясняться в памяти: сюда, на лесное озеро, она прибежала, чтобы утопиться, потому что Слав женится на другой. Он так и сказал вчера, да еще и обидно посмеялся: кому, мол, ты нужна, дурнушка. И еще добавил, что стал с ней встречаться только потому, что со своей невестой недавно поругался. А теперь вот помирился и Милуша больше не нужна.

Она действительно была самая невзрачная из сестер, и сама это знала, а подаренное отцом зеркальце все подтверждало. Волосы не ярко-золотистые, как у старших, а тусклого цвета, как несвежая солома. Глаза бледно-зеленые и невыразительные, черты лица неправильные, нос картошкой.

Старшая сестра Ждана - умница и разумница, лучшая рукодельница, от женихов отбоя нет. Средняя Любава – красавица, плясунья и певица, на всех праздниках первая, поет - заслушаешься, пляшет - засмотришься. А Милуша… так себе, во всем средненькая, никому особо не интересная. Вышивает - получается криво, шьет - косо.

- Вот же неумеха уродилась, - ворчала мать, глядя на ее "рукоделье". Только отец заступался:

- Зато она в травах разбирается. если будет хорошо бабку слушать, выйдет из нее знатная травница.

После ссоры со Славом Милуша проплакала от обиды всю ночь, а утром прибежала сюда. И, видимо, все-таки раздумала тонуть и вылезла на берег, нахлебавшись воды, хотя совершенно ничего не помнила. Она встала, но голова закружилась, и пришлось сесть на песок. Немного придя в себя, Милуша стряхнула с платья водоросли, прополоскала подол в озере. Летнее солнце уже припекало, скоро все высохнет. Вытряхивая песок из волос, Милуша думала, как добежать до дома, чтобы никто не заметил. Лишние вопросы ей ни к чему, не хватало еще, чтобы дразнить начали и спрашивать, зачем бегала к Гиблому озеру.

А солнце-то какое сегодня, и ни облачка на небе! Тепло, птички поют, цветов вокруг озера множество! Ощущение горячего песка под ногами было таким приятным, что она несколько раз прошла по берегу взад-вперед.

По дороге через лес девушка заметила полянку розовых цветов. Вот только никак не могла вспомнить название, память Милуши отказывалась помочь. Ладно, неважно, потом вспомнит. Эти цветы очень любит мать, их хорошо добавлять в чай и в разные приправы.

Милуша с удовольствием набрала целую охапку и пробежалась по траве под деревьями. Как же здесь хорошо, трава мягкая, прохладная! Только голова все еще немного кружится, да ноги заплетаются. Но и неудивительно, не каждый же день приходится тонуть…

Никто по дороге не встретился, повезло. Только в самой деревне попались две соседки и конечно полюбопытствовали, где это она бегала с утра пораньше. Милуша показала им охапку цветов и побежала дальше. У соседнего дома стоял какой-то парень и чинил ворота. Когда Милуша проходила мимо, он обернулся.

Милуша увидела яркие синие глаза, темные волосы, задорную улыбку и словно остолбенела. Цветы вдруг посыпались у нее из рук, и парень стал помогать собирать.

- Я тебя никак не узнаю, - сказал он, отдавая последнюю веточку. – Ты на нашу соседку похожа, верно?

Девушка от смущения только кивнула головой и тихо сказала:

- Я Милуша.

- Точно, - обрадовался парень. - Ты выросла. Я-то тебя помню совсем маленькой. Ну конечно, все-таки столько лет дома не был. Я Ивар, ты помнишь?

Тут его окликнула мать, а Милуша заторопилась домой. Ночью она долго не могла заснуть: лес шумел за окном, в небе светила луна, стрекотали ночные насекомые. Она думала о синих глазах Ивара, а глупый Слав был забыт навсегда.

Дня через два Милуша подслушала разговор. Мать ворчала:

- Что творится с девчонкой? Ходит, как не своя, забывает простые вещи, будто разучилась готовить. Хотела шлепнуть – так на меня посмотрела, я аж застыла. Ну и взгляд! В кого такая уродилась!

Отец усмехнулся:

- Она взрослеет, а ты все считаешь ее ребенком. Так что хватит ее шлепать, не маленькая уже, почти невеста. Неудобно будет при гостях или соседях. А насчет взгляда… В зеркало посмотрись. Забыла, как тебя в юности то колдуньей называли, то лесной девой?

- Скажешь тоже – лесная дева, - пробормотала польщенная мать. – Ладно, постараюсь ее не шлепать, хоть и выводит она меня из себя часто.

Осенью Ивар уехал по делам в город, до весны. Милуше стало очень тоскливо, но она старалась вида не подавать и занялась хозяйством и рукоделием. Раньше с вышивкой и вязанием никак не получалось, как мать ни ругалась, а сейчас все пошло, как по маслу. Оказывается, шить, вышивать или вязать очень интересно, только надо сноровку иметь и желание. Желание у нее было, а сноровка появилась за время долгих зимних месяцев.

Мать нахвалиться не могла:

- Смотри, отец, какая дочка у нас умелица и рукоделица! Немного прилежания - и всему научилась.

Отец скрывал улыбку в усы:

- А я всегда тебе говорил, что она у нас умница.

За зиму Милуша подросла и сильно изменилась. Не то, чтобы очень похорошела, но парни стали оборачиваться ей вслед. А предатель Слав даже попробовал вызвать на разговор, остановившись около ее забора.

Однако Милуша не ответила, ожгла его взглядом зеленых глаз и прошла мимо. Слав сконфузился и молча отошел, больше заговаривать с ней он не отважился.

В начале весны, когда потеплело, Милуша сбегала в поле, нарвала первых цветов и сплела себе венок. На счастье. А когда пришла домой, у калитки столкнулась с Иваром.

- Это ты? – спросил он тихо. – Или лесная дева?

Милуша усмехнулась:

- Это я. Не узнаешь?

- С трудом, - ответил Ивар, не сводя с нее глаз.

Виделись они каждый день, так жили рядом и скоро не мыслили свою жизнь друг без друга.

- Как ты думаешь, твой отец не откажет, если я посваьаюсь к тебе? - спросил однажды вечером Ивар, нежно сжимая руки любимой.

- Не знаю, - покачала головой Милуша. - Он меня любит, конечно, но мало ли, что ему в голову взбредет. Только помни - Я ни за кого другого замужне пойду!

Вскорости отец Ивара пришел к соседу вроде как по делу. И за разговором о погоде и видах на урожай намекнул насчет свадьбы.

- Еще чего, - возмутился отец, дернув себя за бороду. - Где это видано, чтобы младшую вперед старших выдавали? У нас, вот, Жданка все женихами перебирает. Вот выдам ее и Любаву, тогда и приходите.

Отец вернулся и передал сыну свой разговор.

- Я подожду, - покладисто согласился Ивар.

- А то, может быть, и передумаешь за это время? Другую найдешь.

Ивар вскинул голову и сверкнул глазами:

- Я не передумаю! И другой мне не надо.

Лето кончалось, и Ждана неожиданно сообщила, что наконец выбрала себе жениха. Скоро пришли сваты и к средней сестре.

- Ну, что ж, - сказал отец. - Выдали старших - теперь можно отдавать и младшую.

Ивар и Милуша поженились. Несколько счастливых лет пролетели, как один день. Подросли двое сыновей и красавица-дочка. Все бы хорошо, только Милуша начала немного прихварывать. Она больше лежала, реже выходила на улицу, меньше занималась хозяйством. Не жаловалась, но Ивар видел, что жена медленно угасала.

Несколько раз он приглашал самых лучших лекарей, даже привозил их из города, ве разводили руками, советовали разные травы и лекарства, но ничего не помогало. Жене становилось все хуже, а потом она и совсем слегла.

Однажды тихой летней ночью Милуша вдруг сказала мужу:

- Отведи меня на Гиблое озеро. Мне очень-очень нужно.

Ивар знал, что жена всегда любила бывать в этом странном месте, то цветов водяных наберет, то камешков.

Они тихо, чтобы не разбудить домочадцев, вышли из дома. Идти было недалеко, но Милуша слабела с каждым шагом, и до берега Ивар уже нес жену на руках.

Они сели у самой воды, на небе ярко светила серебряная луна. В озере тихо плескалась какая-то рыба, тянуло свежим ветерком, тихо колыхались камыши у берега. Милуша жадно вдохнула ночной воздух:

- Знаешь, когда я увидела тебя тогда, у калитки, то поняла, что ради этого и стоит жить на земле. Жаль, что получилось так недолго.

- Мне порекомендовали еще одного лекаря, - тихо сказал Ивар, обнимая жену.

- Не получится, – так же тихо ответила она. – Не хотела тебе раньше говорить… но теперь послушай одну историю. Жила-была девочка Милуша. Невезучая, некрасивая, никому неинтересная. Парень, который единственный обратил на нее внимание, бросил ее и еще посмеялся. С горя она прибежала топиться в это озеро.

- А зачем ты мне это говоришь? – озадаченно спросил Ивар, сжимая в руках холодные ладошки жены. – Ты же здесь, со мной? Значит, все обошлось.

- Хранительница озера вытащила тело на берег, но было уже поздно. Настоящая Милуша утонула в тот день, – тихо сказала жена. – Теперь мне пора, мое время кончилось, я была очень счастлива здесь, с тобой, помни об этом. И я не прощаюсь…

Двойная луна зашла за тучу, все потемнело вокруг, послышался плеск и тихий, еле слышный звук, похожий на вздох.

Когда луна снова показалась из-за туч, на руках у Ивара лежало бездыханное тело.

Налетел ветерок, на озере снова раздался плеск, и тихий голос шепнул Ивару на ухо:

- Не расстраивайся, любимый. Не забывай меня, а когда наступит твой срок – приходи сюда, я буду ждать. И мы снова будем вместе.