Голубая ель

Глава 1

Декабрьский снег толстым ковром устилал спящую землю. Солнце, отражающееся многочисленными бликами от его белоснежной поверхности, нещадно слепило глаза.

Кляня все, на чем стоит белый свет, и проваливаясь по колено - а местами даже по пояс - в сугробы, Макар пробирался к лесу. Левой рукой, спрятанной в ватную рукавицу, ему приходилось прикрывать глаза, чтобы не ослепнуть. Они уже слезились и начинали болеть. Правой рукой мужичок придерживал заткнутый за импровизированный пояс, которым служил обрывок веревки, топор, чтобы тот случайно не улетел в сугроб и не сгинул бы там до весны.

Макар остановился и, чтобы поддержать в себе бодрость духа и оптимистический настрой, в очередной раз приложился к пластиковой литровой бутылке из-под лимонада, заполненной мутной жидкостью домашнего производства с высоким процентным содержанием этилового спирта. Закрутив горлышко пробкой, он бережно спрятал тару под отворот серого ватника, сняв рукавицу, прочистил носовые ходы, а затем побрел дальше.

- Чертовы бабы! Вечно из-за вас приходится искать приключений на свою задницу, которые мне нужны, по сути, как козе баян. Чего вам не хватает-то? - бурчал себе под нос Макар. - Дом есть. Сарай есть. Коза столько молока дает, что некоторые коровы позавидуют! И чего она в этом - тьфу! - Севе нашла? Патлатый, широконосый, на бабу похож. Чем ее не устраивает моя суровая мужицкая внешность? «Щупловат», - смеялась она. Да что она понимает в этом? В жиле вся сила! - Макар напряг тощие бицепсы. - Эти суровые руки не знают устали! Эти крепкие ноги, - он хлопнул левой рукой себя по бедру, - способны дойти до самого края света и обратно! Эх, Ирка, Ирка! Не того ты выбрала! Но ничего! В этом году Дедушка Мороз обязательно исполнит мое желание - и ты станешь моей.

Макар осторожно пересек скользкий деревянный мост, перекинутый через небольшую замерзшую речку. Далеко впереди, рассекая темной полосой зимнюю белизну, виднелся лес, в сторону которого убегали почти заметенные следы саней.

Свои сани он оставил дома, подумав: «Так дотащу!» Да и в лесу с ними не очень-то удобно пробираться между стволов вековых сосен и торчащих из земли корней. Макар посчитал, что лучше всего будет воспользоваться веревкой и протащить ель по снегу.

- Тому, кто это придумал, надо засунуть в задницу шишку и обильно полить водой, чтобы семена проросли! - продолжил он ворчать, после очередного акта внутреннего согревания. - Знают они, видите ли, что нужно сделать, чтобы Дед точно исполнил твое желание. А все эта язва - Верка! Метет языком, как помелом! Стоит за своим прилавком и треплется, треплется, треплется с бабами. Мне иногда кажется, что она даже во сне разговаривает. Бедный Ашотик! Как с такой ужиться? Мужику же тишина иногда нужна, а тут «бу-бу-бу» да «бу-бу-бу». То-то он все время где-то ошивается, а не дома сидит и молодую женушку мнет. И, главное, нет бы, взять и просто отпустить мне товар! Так она еще языком зацепилась с Иркой и этой, как ее, мелкой Светкой. Стояли и смотрели, что я там в свою холостяцкую берлогу прикупил. Думаю, если бы пачку гусарских резинок взял, так уж к вечеру вся бы деревня про то знала. «Смотрите, Макар, настоящую бабу наконец-то завел, вместо козы!» Тьфу! И что за черт меня дернул прислушаться к их чириканью? Светка-то пищала, мол, не бывает чудес, и это все сказки для малышей. А сама еще только в прошлом году кидала валенок на дорогу в поисках жениха. Верка тоже хороша - сказала, что так бывает. Она, например, считала чудом, что повстречала своего милого Ашотика. Светка язвительно заметила, что это потому, что просто из мужиков в нашей деревне выбор-то совсем никакой. «Захомутала гастарбайтера, случайно заехавшего к нам в поисках работы и гражданства, вот и радуешься!» Вот ведь сопля, подумал я тогда, а сам продолжил делать вид, что выбираю макароны среди скудного разнообразия цветастых упаковок. «Девочки, не ссорьтесь!» - мило прокартавила Ира, и я невольно улыбнулся, слушая ее голос.

Глава 2

- Совсем кукухой двинулся! - проворчал Макар, после очередного глотка мутной жидкости из пластиковой бутылки. - Сам себе свою же историю пересказываю. Нет, так дело не пойдет! О, топор! Ты будешь моим новым собеседником - коза же дома осталась.

Лес заметно приблизился. Макар начал различать белые шапки на верхушках сосен. Однако слепящие блики быстро утомляли глаза.

- Ира. Эх! Как можно оторваться от блеска твоих зеленых глаз? Видишь, топорик, я еще не совсем засох внутри. И вот, прикинь, по ее словам, чудеса-то случаются! Ей, видишь ли, бабушка рассказывала, что существует особый способ расположить к себе Мороза Ивановича. Как же она красиво улыбнулась в тот момент! В общем, для чуда необходимо выполнить одно-единственное условие. Когда Ирка это сказала, девки аж уши растопырили. Ха-ха! Верка чуть из-за прилавка не вывалилась. Как, кстати, - черт бы ее побрал! - ей удается оставаться такой смуглой даже зимой? Наверняка, ее бесы по ночам сажей натирают. Ира наклонилась и тихо произнесла, что все эти сожженные бумажки, желания под бой Курантов - чушь собачья! Главное, в доме должна стоять голубая ель. Оказывается, Иваныч исполнит любое желание того, у кого ее увидит. По этой причине, сейчас их чрезвычайно трудно раздобыть - слишком много охотников за чудесами жило в стародавние времена. В наших краях она их вообще не встречала. И, между прочим, она вдруг вспомнила, что в ту зиму, когда Севка - тьфу на него! - начал за ней ухаживать, у него дома как раз голубая и появилась. Она в окошко ее случайно увидела.

Макар оступился и повалился в сугроб. С трудом поднявшись на ноги и обложив благим матом все вокруг, он, похожий на снеговика, продолжил путь.

- Голубая ель. И сюда эти нетрадиционные добрались! Неужели и Дедушка Мороз? Черт! Даже думать об этом не хочется. И знаешь, топорик, вот я до сих пор не понимаю, зачем я продираюсь через эти сугробы, которые мне почти до хера доходят? Что говоришь? Любовь? Я как-то об этом не задумывался. А действительно, зачем она мне нужна? Так бы и продолжал жить один. Да вот только щемит что-то в груди, когда вижу ее! Ничего не могу с собой поделать. Прямо горит внутри у меня все. Еще этот луноликий постоянно рядом с ней. Как? Почему? У меня мозги кипят, когда я пытаюсь понять это. Зануднее данного персонажа я в жизни не встречал. Бабы! Да почему у вас в головах все не так? Хотя, может, права была бабка про елку. Загадал Севка ее Морозу. Чудеса случаются. Дерьмо случается! Но теперь моя очередь быть счастливым. Так что, топорик, и в нашем сосновом бору мы с тобой разыщем голубую ель, а затем предъявим ее Дедушке за желание.

Макар глотнул из бутылки, сладко поморщился и взял в рот пригоршню снега. Тот приятно хрустел на зубах, которые вскоре начали болеть. Мужичок сплюнул.

- Ладно, почти пришли. Это что за хрень там стоит? Топорик, ты тоже это видишь? Хорошо. А то я уж грешным делом подумал, что у меня крыша едет! Давай-ка подойдем поближе, и разберемся, что к чему.

Глава 3

Чем ближе подходил Макар к сосновому бору, тем яснее он осознавал, что видимое им не является игрой света и тени или же следствием отравления суррогатами алкоголя. На краю леса, действительно, находился почерневший от времени небольшой деревянный сруб без входной двери.

Макару показалось, что дом буквально парит в воздухе, однако, когда он подошел достаточно близко, то обнаружил, что сруб просто стоял на двух сваях.

«Кто здесь успел избушку построить? И, главное, зачем?» - подумал мужичок, а затем воскликнул:

- Топорик, мы с тобой прям в сказку попали! Это что, ноги у нее?! Ха-ха! Ну-ка проверим, - он набрал полную грудь морозного воздуха. - Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом! Да иди ж ты!

Со страшным скрипом сруб начал медленно поворачиваться. Снежная шапка слетела с покатой крыши, покрытой старыми сосновыми ветками и дерном.

- Да ну нет! Не может этого быть, - бормотал себе под нос ошарашенный Макар.

Избушка, наконец, повернулась к нему старой грубой дверью и застыла. Все еще сомневаясь, он медленно приблизился к ней. Два противоречивых чувства боролись внутри мужичка - страх и любопытство. Второе все же одержало победу.

Макар на всякий случай вынул из-за пояса топор и крикнул:

- Хозяева!

Никто не отозвался.

- Есть кто-нибудь дома?

Тишина.

- Ну и ладно.

Он открыл дверь и, ухватившись за косяк, попытался забраться внутрь избушки. Это ему удалось лишь с третьего раза - валенки предательски скользили по обледенелому дереву. Оказавшись внутри, Макар встал и осмотрелся. Свет проникал в помещение через небольшое оконце в левой стене, но его было достаточно, чтобы разглядеть большую печь, занимавшую почти всю правую половину избушки. Вдоль печи располагалась лавка, на которую кучей было свалено какое-то бесцветное тряпье. Около лавки стоял небольшой деревянный стол с грязной посудой на нем, в которой покоились остатки еды.

- Ну и помойка! - воскликнул Макар и тут же чихнул. - У меня у козы и то чище! Избушка, что за свинья у тебя здесь живет?

Внезапно куча тряпья зашевелилась. В полумраке раздался чей-то неприятный резкий скрипучий голос:

- Кто здесь? Не вижу.

- Ах, ты ж черт! - подпрыгнул от неожиданности Макар и сильнее стиснул топорище.

Он пригляделся. То, что ранее было принято им за кучу тряпья, оказалось человеком. Этот человек начал приподниматься на руках и принюхиваться. В тусклом свете блеснули белки слепых глаз. Длинные спутанные седые волосы спадали на плечи очень старой, как уже успел понять Макар, женщины. Подол ее одежды слегка задрался, обнажив высушенные до костей стопы.

- Усопни моя душенька! Ты что, Яга? - Макар постепенно начинал терять связь с реальностью.

- Не вижу, - прокаркала старуха вместо ответа.

Затем она мотнула головой в сторону стола и приказала:

- Ешь!

- Не буду я эту дрянь есть! - возмутился Макар. - Там одна же одна гниль и плесень! Еще подцеплю что-нибудь неизлечимое, да на горшке надолго засяду. Кто же знает, какая тут у тебя зараза в воздухе летает. А у меня еще неотложные дела, между прочим, есть.

- Ешь! - строго повторила старуха, повернув в его сторону лицо, испещренное глубокими морщинами.

Макару показалось, что каким-то образом хозяйка дома завладела его телом, которое перестало быть послушным.

«Да что же это за херня такая творится-то здесь?» - думал он про себя, в то время как ноги сами привели его к столу. Он отбросил топор и взял из тарелки почерневшее от времени яблоко.

«Не хочу!» - пытался сопротивляться Макар, но его рука поднесла полусгнивший фрукт ко рту, а зубы сами откусили кусок. Тошнотворная сладость вперемешку с горечью наполнили его рот. Мужичку хотелось выплюнуть этот кусок гнили, однако же, он против своей воли проглотил его. Внезапно входная дверь с грохотом захлопнулась за спиной, а мир начал медленно вращаться. Макар потерял равновесие и упал на пыльный пол.

Глава 4

- И чего ты разлегся тут, как собака? - слегка картавя, раздраженно спросила старуха.

Макар оперся на руки и сел. Он вдруг осознал, что внутри избушки что-то изменилось - в ней стало больше света и красок. С улицы доносился веселый щебет невидимых птиц, периодически разрываемый громким карканьем одинокой вороны.

Старуха все также сидела на лавке и внимательно разглядывала Макара. Она уже не была слепа. Бельма на глазах исчезли, открыв легкую зелень радужек.

- Это как так? - недоуменно пробормотал Макар.

- Так вот ты какой, чудоискатель, - улыбнулась старуха, обнажив острые зубы, и противно засмеялась.

- С чего ты это взяла, старая? - слегка осмелел Макар.

- Простые смертные ко мне не приходят, да и мертвую пищу не едят, - произнесла она серьезным тоном.

Макар вспомнил то, что ему только что пришлось проглотить. Его начало мутить. Он бросил взгляд на руку и оторопел: его пальцы сжимали сочное красное яблоко, из надкушенного места которого сочился сок, наполняющий помещение медовым ароматом.

- Старая, ты чего тут синтезируешь? Я бы купил у тебя. Или это плесень так меня прошибла? - воскликнул мужичок и отбросил яблоко.

Старуха засмеялась:

- Да ты и верно дурак, раз сунулся ко мне, не зная правил! Съесть тебя что ли? Хотя нет - мясо слишком жилистое. Я потом еще лет сто тебя из зубов выковыривать буду. Вот был бы ты помоложе, тогда другое дело! Ну, говори, зачем пришел?

Старуха произнесла все это таким обыденным тоном, что Макару стало не по себе. На всякий случай он потянулся за лежащим на полу топором. Однако Яга так строго посмотрела на него, что мужичок оставил эту затею и послушно положил руку на пол.

- Я пришел за голубой елью.

- То есть, мы не ищем легких путей? - удивилась старуха.

- В смысле?

- В коромысле! Тебе что, было лень идти ловить щуку или на Купалу цветущий папоротник рвать? На худой конец, бесам бы душу продал, что явилось бы равнозначным обменом, потому что вы - дебилы - загадываете то, что противоречит естественному ходу жизни.

- Ну, так я же ведь…

- Не знал? - с упреком спросила бабка. - Да все вы не знаете. Все растеряли. Все забыли. Тьфу! Бесово семя! А ведь так можно было. Вырождаетесь там что ли?

Макар растерянно потупил взор. Некоторое время старуха задумчиво молчала, а затем тихо произнесла:

- Есть здесь то, что ты ищешь. Если не сгинешь по своей глупости, то добудешь ее.

- Что, правда есть? - оживился Макар. - А где?

- У Кощея, - усмехнулась старуха

- Да иди ты?

- Не груби, а то передумаю и в похлебку пущу! - строго посмотрела на него Яга.

От испуга Макар прикрыл рот правой ладонью. Ему показалось, что угроза старухи была вполне реальной. Он всегда чувствовал, когда над его задницей нависала какая-нибудь опасность.

- Вот так и сиди! - довольно крякнула Яга и хлопнула себя по тому месту, где должны были располагаться колени. Из-под груды тряпья донесся неприятный скрип костей. - Голубые ели у нас в лесу выращивает Кощей. Раньше пасека у него была, да хворь какая-то пчел погубила. Ну, погоревал-погоревал он, а потом вдруг решил ели выращивать. Мол, и красиво, и не привязываешься особо. Ему тогда саженцы Леший откуда-то подогнал. Странно, правда, они же не ладят друг с другом. Как по мне, так мальчишки просто петушками меряются. Знаю, о чем ты думаешь! Незаметно срубить не удастся. Были желающие - теперь они украшают ледяной сад.

- И как же быть? - почесал затылок Макар.

- Надеюсь, что ты мужичок сметливый - сообразишь. Теперь ступай.

- Погоди, старая, - встрепенулся Макар, поднимаясь с пола, - а как я Кощея-то найду?

- Следуй за птицей! - неожиданно каркнула старуха.

Входная дверь распахнулась, и неведомая сила вытолкнула Макара из избушки.

Глава 5

Мужичок упал на землю и больно ударился об изогнутый корень сосны. Топор вылетел следом, едва не угодив успевшему в последний момент уклониться Макару в лоб. Дверь в избушку с грохотом захлопнулась.

- Вот те на! - пробормотал Макар, поглаживая ушибленную поясницу. - Топорик, ты меня чуть не прибил! И где мне теперь тебя искать в этом снегу?

Он осекся.

- Стоп! Стоп! Стоп! А где, мать ее, зима? Где снег?

Макар изумленно огляделся по сторонам - снега, действительно, нигде не было. Согреваемая теплыми лучами солнца, мерно покачивалась луговая трава, тревожимая легким ветром. Толстые пчелы деловито садились на раскрытые бутоны дикого клевера, вспугивая казавшихся невесомыми белоснежных бабочек. Каким-то чудесным образом зима обратилась в лето.

Мужичок обернулся. Топор лежал у края леса.

- Однако! - крякнул Макар.

Он поднялся с земли и побрел за орудием. Его рука уже тянулась к топорищу, как вдруг внезапная мысль посетила его: «А когда, собственно, избушка успела повернуться?» Не разгибаясь, Макар посмотрел назад. Сруб стоял неподвижно на двух толстых когтистых лапах, обращенный дверью к лесу.

- Неведомая херня, - констатировал Макар и поднял топор.

Где-то среди деревьев нетерпеливо каркнула невидимая ворона.

- Да иду я! Иду! - крикнул он птице, решив для себя, что больше ничему не будет удивляться.

Макар снял ватник, и, аккуратно свернув, положил его около сосны, что росла как раз напротив избушки. Выдавив из пластиковой бутылки остатки алкоголя, он отбросил пустую тару в сторону. Обвязав вокруг талии отрезок веревки, Макар заткнул за него топор и вошел в лес.

- Яга, Кошей - кто еще обитает в этом зоопарке? Может, на Горыныче полетать доведется. Слышишь, топорик, ты когда-нибудь на трехголовых змеях летал? Вот и я нет. Было бы здорово. Лишь бы желудок и кишки выдержали наплыв эмоций, а то, сам понимаешь, до баньки-то далековато. Ворона, ну ты где? Хоть каркни что ли! Я уже не понимаю, куда забрел. Заблудиться мне еще не хватало. На шишках долго не протяну.

Невидимая ворона раздраженно каркнула откуда-то спереди.

- И чего мне старая карга какой-нибудь клубок не дала? Или что там у них в сказках должно быть? Колобок? Заодно бы и червяка заморил, а то гнилые яблоки как-то не вызывают особого доверия. Кстати, а ты не задумывался, чем она там у себя питается? Ведь без еды давно бы окочурилась старая. Странно все это. Хотя… Точно! К ней, наверное, регулярно наведываются социальные работники. Старухе за восемьдесят. Инвалид. Не исключено, что еще и целый ветеран труда! Пенсия знатная у нее должна быть! У этих ребят губа - не дура. Ну, а что? Все правильно. Хочешь жить - умей бабок на бабки разводить! Заполучу Ирку - устрою ее в социальную службу. Дармоедов дома я содержать не намерен. Баба она, конечно, видная, да только одной красотой сыт не будешь. Поднакопим деньжат - в Ялту с ней слетаем, как в старые добрые советские времена. Уж найдем, куда скотину на пару недель пристроить. Платье ей ситцевое куплю, чтобы другие обзавидовались. Будут говорить, вон, какой мужик у Ирки хороший - обновки ей покупает красивые. Совсем не то, что это скряга - Сева, - который умеет только власть критиковать! А власть любить надо. Она ж все для народа. Хочешь - смотри про Украину или Америку по центральному телевидению, хочешь - смотри на другом канале, как молодняк со старушками за деньги отжигает. И хлеб в магазинах всегда свежий. И мост нам новый соорудили через речку вместо старого, который по весне паводком унесло. Ну да, использовали при строительстве старые кресты с кладбища, так родня сама же их выкинула после того, как поставила памятники на могилки, да и от этого мост только крепче будет, пропитанный святой силой скорбного места!

Пробираться через чащу становилось все сложнее - путь преграждали полусгнившие стволы сосен, поваленные то ли ветром, то ли временем, то ли каким-нибудь неведомым великаном.

Затем лес внезапно закончился. Макар вышел на огромную поляну, посреди которой стоял зловещий темный терем, огражденный высоким частоколом.

Глава 6

Огромный черный ворон сел на ограду, каркнул и растворился в воздухе.

- Да едрить твою налево! - выругался Макар. - А как я назад дорогу найду без навигатора? Тьфу! Бесовщина!

Он повернул налево и не спеша побрел вдоль частокола, в поисках входа. Вскоре Макар увидел распахнутые внутрь деревянные ворота. Мужичок считал, что место обитания Кощея должно быть богато оформлено, однако то, что он видел сейчас перед собой, больше всего напоминало ему туристическую базу, которую возвели, имитируя зодчество Древней Руси.

Макар вошел в ворота и очутился на небольшом заросшем травой дворе. Перед ним высился двухэтажный терем, казавшийся дано заброшенным. Вокруг здания росли ели, которые были чуть меньше частокола.

- О, как? - хмыкнул Макар. - Ели посреди соснового бора. Значит, я точно пришел по адресу. И где здесь голубые?

Он достал из-за пояса топор и начал пробираться между деревьями. Колючие еловые лапы неприятно били его по лицу. Он сплевывал, матерился, но упорно продолжал поиски. Вскоре Макар добрался до обратной стороны терема и увидел их. Пять небольших голубых елей аккуратно росли в один ряд, вид которого портил одинокий пенек.

«Сева - сучий потрох! - мгновенно смекнул Макар. - Вот, значит, откуда она у тебя оказалась! Но ничего! И на моей улице будет праздник».

Он достал из-за пояса топор и начал примеряться, какую бы ель ему срубить. Все пять были одинаково хороши, поэтому выбор несколько затянулся. Наконец ему надоело ломать голову, которая от длительных раздумий начала побаливать, и он пошел к деревцу, что росло на противоположном от пенька конце ряда.

- Для симметрии!

Макар наклонился, замахнулся топором и уже был готов начать рубить, как вдруг почувствовал на себе чей-то холодный взгляд.

- Кто здесь? - громко спросил он чуть дрожащим от волнения голосом и покрепче ухватился за топорище.

Ему никто не ответил. Тогда он медленно обошел ель, держа топор наготове. Что-то блеснуло между стволами соседних деревьев. Макар присмотрелся. В тени кто-то стоял.

- Эй, ты кто? Выходи, а то сейчас располовиню! - наигранно угрожающе громко произнес Макар, однако незнакомец не отреагировал на его речь.

Макар набрался смелости и медленно пошел к нему, покачивая топором. Когда до цели осталось лишь несколько шагов, Макар неожиданно понял, что перед ним стоит покойник. Несчастный мужчина был покрыт толстым слоем прозрачного льда. Его остекленевшие глаза слепо смотрели куда-то перед собой. В небольшом отдалении мужичок заметил еще одно тело, а рядом еще и еще.

«Не врала старая карга про ледяной сад, - подумал Макар, почесывая подбородок топорищем. - Только вот он давно ельником зарос. Интересно, а почему даже летом лед не тает?»

«Потому что это - мой лед!» - услышал он в голове чужой голос и подпрыгнул от неожиданности.

- Кто здесь? - Макар начал судорожно смотреть по сторонам.

«Иди в терем, пока не дополнил мою коллекцию», - велел голос.

Глава 7

Несмотря на то, что снаружи здание казалось ветхим и заброшенным, внутри царили идеальный порядок и строгий минимализм. Это несколько озадачило Макара, поскольку он считал, что за все время своего существования Кощей должен был бы накопить несметные богатства. На деле же он видел перед собой огромный пустой холл с голыми стенами и большими окнами, в центе которого находилась простая деревянная лестница, ведущая на второй этаж. Никаких картин или гобеленов, никаких древних доспехов и образцов холодного оружия, никакой дорогой мебели. Лишь длинные лавки вдоль каждой из стен.

«Прям, как у Игоря дома, - подвел итог Макар. - И чего он не прогонит этих двух мастеров, которые только и умеют, что языками трепать? Они же, реально, затягивают ремонт, чтобы из него побольше бабла выжать!»

«Наверх!» - велел голос.

Макар начал медленно подниматься. Лестница привела его в небольшой темный коридор, в конце которого он разглядел приоткрытую дверь, откуда лился прохладный свет. Идти к свету ему ужасно не хотелось, но отступать было уже поздно - хозяин голубых елей знал о его вторжении.

Кощей сидел на огромном резном кресле за большим деревянным столом, уставленным разнообразными яствами. Он осторожно макал нанизанные на деревянную шпажку небольшие куски сыра в чашу с золотым медом, а затем отправлял их в рот, сладко щурясь от удовольствия. На прочую еду хозяин терема не обращал никакого внимания.

От наполняющих помещение ароматов у Макара засосало под ложечкой. Он невольно облизнулся, разглядывая многочисленные блюда с салатами, отварным картофелем, румяными кусками запеченного мяса, обложенного зеленью, плавными изгибами огромной щуки, застывшей на длинном блюде. Среди всего этого великолепия возвышались запотевшие прозрачные бутыли с винами и морсами.

«Прям корпоратив в одно лицо», - язвительно подумал Макар.

- И ты присоединяйся, - холодно улыбнулся Кощей. - Ты пока являешься моим гостем, а древние традиции я чту.

Ели молча. Макар без разбора запихивал в себя все, что попадалось под руку, и запивал красным вином. Через несколько минут он, перепачкавшись маслом, мясным жиром и соусами нескольких сортов, изрядно захмелел. Желудок Макара исторгнул из себя случайно попавший в него воздух, и помещение огласил утробный рык.

- Вот и славно, - сказал Кощей и отложил деревянную шпажку. - Это лучшая похвала хозяину стола.

Макар не понял, была ли это благодарность или упрек в его адрес, но, на всякий случай, сказал: «Спасибо!»

- Что ж, - начал Кощей и встал из-за стола, - не будем тянуть кота за яйца и перейдем к сути дела.

Он подошел к окну. Наконец Макару удалось разглядеть его: невысокий, плотный, с широким носом и черными кучерявыми волосами.

«Вылитый Ашотик!» - улыбнулся про себя Макар.

Строгий черный костюм тройка с белым платком и золотой брошью в петлице, изображавшей яйцо, в котором покоилась игла, и лакированные мокасины только усиливали сходство Кощея с мужем Веры.

- Замораживать я тебя сегодня не буду, - продолжил хозяин после непродолжительного молчания. - В моем саду и так полно бесхозных трупов. Ты сослужишь мне службу, а я, так уж и быть, позволю тебе унести с собой одну из моих голубых елей. Ты ведь за этим сюда явился - я вижу это в твоих грязных мыслях. Ну, разумеется, ты можешь отказаться, и тогда тебя ждут холодный покой и сотня девственниц на том свете. Выбирай.

- Да какой-то хреновенький выбор, если честно, - улыбнулся осмелевший от вина Макар. - И что же я должен сделать, чтобы ты был так любезен и соблаговолил одарить меня елью?

- Мне нужно молодильное яблоко.

- Зачем? Ты же вон бессмертный, а выглядишь так, словно все это время консервировался в настоящем армянском коньяке.

Кощей повернулся и тяжело посмотрел на Макара:

- Думаю, без языка тебе будет даже лучше. Молчание - золото!

Он сделал какое-то едва уловимое движение пальцами, покрытыми густыми черными волосами, и Макар почувствовал, как его рот начинает наполнять холод.

- Стой! - взмолился он. - Я все осознал! Как же я без языка жениться-то буду, если буду?

- Что же ты с женой языком-то делать будешь, убогий? - улыбнулся Кощей.

- Любить. Женщины же ушами любят.

Кощей засмеялся. Ощущение холода во рту прошло. Макар облегченно выдохнул.

- Чтобы кого-то чем-то любить, сперва необходимо научиться этим чем-то пользоваться. Но мы отвлеклись. Теперь слушай внимательно.

Глава 8

- Видимо, долгожители со временем теряют рассудок. Это ж надо додуматься посягнуть на старушечьи мощи! Топорик, ты слышал? Он решил пошебуршить своим петушком в недрах Яги. Она же чудище! Это же сколько надо выпить? Ха-ха! Что за долбанная геронтофилия процветает в этом сказочном лесу? Два мужика конфликтуют из-за одной старухи! Что, перевелись девки в окрестных селениях? На экзотику потянуло? И Леший туда же. Ну, и как мне изъять у него это самое яблочко из сада, который охраняется двумя каменными болтунами?

Макар бодро вышагивал по лесу в указанном Кощеем направлении. Топорище заткнутого за пояс топора ритмично било его по правому бедру. Недавний обед наполнял тело новыми силами, и ему казалось, что теперь он может свернуть горы. Правда, неприятным фактом было то, что свежий лесной воздух довольно быстро отрезвлял.

- Да, топорик, под синькой время в пути пролетает незаметно! Помню, я в райцентр за комбикормом катался. Взял с собой настоечку на сосновых иглах. И так хорошо она что-то в тот день у меня пошла, что очнулся только уже в объятиях своей любимой козочки без денег и без корма. Так, куда нам теперь? Кощей говорил, что можно напрямки через болото пройти во владения Лешего. Правда, в болоте сгинуть легко, поэтому есть вариант обойти его слева и переплыть пруд, если Водяной разрешит. И как, черт подери, их до сих пор никто не обнаружил? Где этот, как его, Дружко со своей видеокамерой? Когда вернусь домой, обязательно свяжусь с местным клубом любителей зеленых человечков. В телевизор попаду! Известность, слава, моя слащавая мордашка - все как бабы любят! Эх, заживу! А, может, забить мне на Ирку? Нет! Что же я за мужик-то такой буду, если так просто откажусь от своей любви?

Почва под ногами Макара становилась все более мягкой, что затрудняло ходьбу. Воздух наполнил тяжелый запах гнили и стоялой воды. Он подходил к болоту.

Макар осмотрелся в поисках ствола или сучка, который бы мог сгодиться в качестве клюки, но ничего подходящего не обнаружил.

- Так и сгинуть нетрудно! Нет, топорик, пойдем-ка мы с тобой лучше в обход. Елка елкой, а задница дороже!

Мужичок повернул налево и побрел в ту сторону, где, по словам Кощея, должен был находиться пруд Водяного. Возникшие неизвестно откуда мошкара и комары, стремящиеся залезть ему в нос, рот и уши, не придавали Макару особого оптимизма. С каждым новым шагом его настроение портилось. Вскоре между стволами он увидел поблескивающую на солнце водную гладь. Пруд был уже рядом.

Неожиданно за спиной Макара раздался детский смех. Он резко обернулся. В нескольких десятках метров от него стояла невысокая фигура. Длинные седые спутанные волосы с серыми прожилками, придающими им серебристый вид, скрывали лицо неизвестной. Длинная грязная нательная рубаха без пояса прикрывала ее тело до колен. На спине у незнакомки висел большой плетеный короб. Она вновь звонко засмеялась и откинула волосы. Макар к своему изумлению увидел сморщенное старушечье лицо. Старуха протянула в его сторону грязную руку и сделала манящее движение указательным пальцем, заканчивающимся длинным изогнутым когтем.

- Ну, нахер! - воскликнул Макар и побежал к пруду.

Глава 9

Преодолев несколько метров, Макар обернулся, однако сзади уже никого не было.

«Свалила?» - удовлетворенно выдохнул мужичок. В тот же миг, что-то с силой толкнуло его в левый бок. Он потерял равновесие и, оглашая окрестный лес всеми известными ему ненормативными выражениями, упал на мягкую болотистую почву. Топор неприятно впился в живот. Макар перевернулся на спину и попытался приподняться, но был опрокинут на землю прыгнувшей на него старухой, которая тянула к его горлу свои маленькие когтистые руки. Он схватил ее за запястья и попытался скинуть с себя, однако она надежно уселась сверху.

- Да что тебе надо-то, дрянь ты этакая? - взмолился Макар.

Старуха улыбнулась, обнажив маленькие черные зубы, и попыталась вцепиться в его щеку. Он подался вперед, и со всей силы боднул ее в лицо. Раздался неприятный хруст. Незнакомка взвыла и отпрянула назад, забрызгав Макара черной кровью. Он отпустил ее запястья, и она отскочила куда-то в сторону.

Мужичок встал и осмотрелся, достав из-за пояса топор, однако старуха словно в воду канула.

- Где же ты, моя маленькая? - тяжело прошептал он, а затем начал медленно двигаться в сторону пруда. Откуда-то сверху донесся плач младенца. Макар поднял взор и увидел старуху с окровавленным лицом, висевшую на гладком стволе сосны и злобно смотревшую на него. Она отцепила руки и, оттолкнувшись от ствола сильными грязными ногами, устремилась на Макара. Ему удалось увернуться, однако, старуха, распоров когтями рубаху, успела оставить на его груди четыре кровавые борозды. Он закричал от боли и ярости и наотмашь ударил незнакомку топором. Лезвие глубоко вошло в шею старухи. Брызнувшая в глаза черная кровь, ослепила Макара.

- Ах ты, сука! - зашипел он.

Мужичок опасался, что незнакомка нападет вновь, однако услышал ее быстрые удаляющиеся шаги. Плач младенца, доносившийся, как потом уж понял Макар, из короба, становился все тише.

Глаза нещадно жгло - их следовало срочно промыть. Полуслепой Макар, то и дело спотыкаясь о кочки и торчащие из земли корни, поспешил к пруду. Чтобы не потерять топор, он вновь заткнул его за пояс.

Спуск к водоему оказался достаточно пологим. Добравшись до берега, Макар присел на корточки, набрал в ладони холодной воды и начал смывать кровь. Вдруг около него раздался всплеск воды. Чьи-то сильные руки обхватили его за шею и потянули вниз. Он потерял равновесие и упал в воду.

Макар отчаянно сопротивлялся, пытаясь вырваться из крепких объятий, однако это не принесло никакого результата.

«Вот и все!» - в отчаянии подумал он и сделал последний вдох, не в силах сдерживать рефлекс. Холодная вода мгновенно заполнила легкие. Сознание покинуло Макара.

Глава 10

Сильный удар в грудь привел Макара в чувства. Кто-то перевернул его на живот. Сотрясаемый приступом неудержимого кашля, он извергал из себя воду. Легкие горели. Ему казалось, что с очередным кашлевым толчком они выскочат из него.

- Воскресать из мертвых всегда больно, - глухо сказал невидимый спаситель.

Макар попытался приподняться на руках и посмотреть на говорившего, однако, еще не восстановив достаточное количество сил, вновь рухнул на траву.

- Тихо-тихо, я никуда не ухожу - я же теперь в ответе за твою жизнь, - без тени иронии пробубнил незнакомец.

- Кто это меня так? - прохрипел Макар, не поднимая головы.

- Ты про царапины или про погружение? - безразлично уточнил спаситель.

- А можно и про то, и про другое?

- Можно. Судя по ране и вкусу крови, бился ты с Кикиморой. Мерзкая, скажу тебе, тварь. Утопили ее когда-то девкой в болоте, с тех пор редко кому удается живым пройти через ее владения. Тебе еще повезло, что железный топор с собой взял, а то сгинул бы.

- А младенец? Я же слышал!

- Забудь. Его уже не спасти. Кикиморе нужна смена.

- Черт! - бессильно выругался Макар.

- Понимаю. Но здесь ты над природой не властен. Все идет своим чередом. Теперь перейду ко второй части твоего вопроса. Под воду тебя утащила одна из моих русалок. Здесь давно не было живого мужчины, вот они и изголодалась по плотским утехам. Как только они бы насытились твоим щуплым телом, ты стал бы моим слугой. Но, знаешь, у меня и так там не протолкнуться - куча утопленников-гастарбайтеров, да еще и ремонт с ними затянулся. Рукожопые ребята. Я уж лучше отпущу тебя подобру-поздорову - мне очередного такого не надо.

- Так ты - Водяной? - спросил Макар.

Ему удалось повернуться на бок, и он посмотрел на незнакомца. Длинные волосы с вплетенными в них водорослями, выпученные мутные глаза, тонкие синие губы, кожа землянисто-зеленого цвета, розовые перепонки между пальцами рук, бахромка жаберных дуг под ребрами - это был вылитый утопленник, наполовину торчащий из воды.

- Ну да, - бесцветно ответил Водяной.

Немного в стороне раздался плеск воды. Макар повернул голову. Обнаженная девушка с любопытством смотрела на него. Длинные каштановые волосы спадали на ее плечи и прикрывали небольшую аккуратную грудь. От неожиданности и легкого волнения Макар потерял дар речи.

- Ну-ка брысь отсюда! - тихо приказал Водяной.

Русалка, звонко засмеявшись, скрылась под водой, ударив на прощанье по глади пруда хвостом.

- Бабы! Одни беды от них. Если бы пруд не пересыхал, давно бы отправил их куда-нибудь на север, но, видно, уже не судьба. Ты, кстати, сам-то куда путь держишь?

Макару удалось присесть, и на него накатил новый приступ кашля.

- На север. К Лешему, - посипел он.

- А! Это тебя, небось, Кощей сподобил? Не отвечай. Дай угадаю, за молодильным яблоком?

- Угу.

- Вот ведь блудник старый! Хотя Яга по молодости видной бабой была. Не зря они с Лешим на этой почве повздорили. Ха-ха! Леший даже пробовал откупиться от него голубыми елями. Кощей саженцы-то взял, а от своих притязаний на тело Яги не отказался. С тех пор и воюют, а мой пруд да болото являются этакой разделительной полосой. Ты, вот что, не говори Лешему, зачем пришел, а то он обернется медведем, да и задерет тебя. Лучше вообще на глаза ему не попадайся - здоровее будешь.

- Как же я тогда яблоко добуду? - спохватился Макар.

- Не знаю - я в тех краях давно не был. Могу только посоветовать тебе идти по высохшему руслу речки, ранее питавшей мой пруд, - так в земли Лешего быстро доберешься. Может быть, даже найдешь причину ухода воды. Ну, бывай!

Водяной лениво ушел под воду.

- Дела, - пробормотал Макар.

Он обнаружил топор, лежащим около ног. Одежда пропахла тиной и неприятно липла к телу. Мокрые валенки слегка уменьшились в размере и начали жать.

- Тьфу! Такую вещь испортили! Бабы… - от досады махнул рукой Макар. - Ну, и где это русло?

Ему повезло: Водяной вытащил его на противоположный берег. Пересохшее русло реки, на дне которого извивался тонкий ручеек, располагалось всего лишь в нескольких десятках метров от него. Макар встал и побрел на север.

Глава 11

Макар не знал, как долго уже брел к владениям Лешего. На пути ему попалась полуразвалившаяся водяная мельница, под колесом которой белели многочисленные кости неизвестного происхождения. Мужичок вспомнил старые истории о том, что мельники зачастую приносили Водяному кровавые жертвы, дабы он помогал им в работе. От вида костей ему стало несколько не по себе. Немногим дальше дно устилали обломки обвалившегося деревянного моста.

Воздух на севере сказочной страны казался Макару более чистым и свежим, чем во владения Кощея. Здесь буквально все было наполнено жизнью. Между деревьев скользили стройные фигуры оленей. Невидимые птицы радостно воспевали солнечный день.

«Кстати! - вдруг подумал Макар. - А сколько я уже нахожусь в этих дебрях? Солнце давно должно было уйти за горизонт, однако же еще светло. Может, этот мир плоский, а светило прибито к куполу неба? Я же в сказке - здесь и не такое может быть. И ведь чувствуется здесь крепкая рука хозяина: ни одной мусоринки, ни одной гнилой веточки, все травинки одна к одной, даже на дне русла и то почти полный порядок! Не то, что у нас: поставили один мусорный бак на всю деревню, вокруг которого за считанные дни вырос целый зловонный курган. И что самое интересное, раз в неделю приезжает машина, которая опрокидывает в свои недра лишь содержимое полупустого бака. За что я ежемесячно отстегиваю этим дармоедам несколько своих кровных сотен? Дойдет до того, что когда-нибудь мы по этому кургану будем на небо прямиком залазить и с архангелами в карты на желания играть».

Внезапно где-то в глубине леса слева от Макара раздался грохот шагов кого-то очень большого. Мужичок прильнул к краю русла и, осторожно выглянув из своего природного укрытия, начал вглядываться в просветы между вековыми соснами. Вскоре он увидел мерно двигающийся куда-то в сторону силуэт кого-то очень большого.

- К черту! - прошептал Макар и поспешил ползком удалиться.

Вскоре шаги стихли, и он осмелился встать. Пройдя еще несколько километров, грязный и уставший Макар увидел нагромождение деревьев, перекрывавших русло руки и практически не пропускающих воду. Своеобразная дамба нарушала четкую гармонию, созданную Лешим на своей территории.

- Выходит, этот хмырь сам перекрыл русло? - смекнул Макар. - Вот только зачем ему это?

Снедаемый любопытством, он двинулся дальше. За завалом блестела большая запруда, в центре которой виднелся островок с одиноко растущим яблочным деревом. Вокруг яблони валялись каменные глыбы.

- Добрался, - облегченно выдохнул Макар. По его разумению, какая же еще яблоня, помимо волшебной, могла расти на одиноком острове посреди соснового бора.

«И как мне добраться до дерева? - размышлял он. - Точно! Вода. Я ведь могу ее спустить, как в нужнике. Необходимо лишь немного терпения и надежный топор в умелых руках».

Довольный своей смекалистостью, Макар полез на завал.

Глава 12

Стволы и ветви деревьев были навалены в хаотичном порядке. Некоторые из них принесло течением уже после того, как Леший завалил русло речки. Ловко орудуя топором, Макар постепенно расшатывал верхнюю часть своеобразной дамбы. Он чувствовал, что еще чуть-чуть и его руки отвалятся от усталости. Мужичок готов был уже плюнуть на все, когда вода, наконец, начала переливаться через край, образуя небольшой водопад.

- Вот мокрый обрадуется! - довольно улыбнулся Макар, убирая топор за пояс.

Однако, несмотря на проделанную работу, уровень воды в запруде не уменьшился.

- Это ж я так до морковкиного заговенья ждать буду! - с досадой воскликнул мужичок, поняв, что идея с разрушением завала себя не оправдала. Тогда он принял решение добираться до острова вплавь, но только после небольшого отдыха.

От холода воды, доходившей ему до шеи, у Макара перехватывало дыхание, однако он упорно продолжал двигаться к островку. Вскоре Макар почувствовал под валенками твердость земли. Кое-как выбравшись на сушу, мужичок повалился на травянистый берег. Он вновь мысленно обматерил весь окружающий мир, от чего ему значительно полегчало. Хороший мат, считал Макар, душу лечит и тело укрепляет, а уж если послать кого-то, то день, можно сказать, прожит не зря.

- Смотрите, коллега, какой интересный экземпляр прибило к нашему берегу, - услышал он вдруг чей-то тяжелый голос.

- Не могу с вами не согласиться, однако, для подробного анализа, мне необходима более подробная информация, - тяжело отозвался кто-то второй. - Ведь я же не могу утверждать, что экземпляр, действительно, является интересным.

Макар обернулся: по обе стороны от яблони стояли каменные снеговики и внимательно разглядывали его.

- Но, согласитесь, мы в последний раз видели живого человека уже несколько столетий назад, когда и водоема-то этого не было.

- Да, если посмотреть на сложившуюся ситуацию с этой стороны, то я с вами, пожалуй, соглашусь.

- Как бы вы охарактеризовали данного индивидуума?

- Судя по его внешнему виду, человек находится в крайней нужде. Однако, возможно, его внутренний мир гораздо глубже, чем нам может казаться при первичном беглом осмотре.

- Я полностью согласен с вашей теорией, но все же, полагаю, нам следует подвести под нее доказательную базу, побеседовав с нашим гостем?

- О! Это замечательная идея! - произнес тот снеговик, который стоял по правую руку от Макара. - Ты чего забыл на запретном острове, придурок?

- Чего? - только и смог вымолвить он в ответ.

До него только в этот момент пришло осознание того, что разбросанные до этого вокруг яблони каменные валуны являлись составными частями сторожей.

- Друг мой, подозреваю, что данный индивид несколько отстает в умственном развитии, - произнес снеговик, стоявший по левую руку от Макара. - Предлагаю просто раздавить его.

- А как же Конвенция по защите прав человека?

- Права человека? Не слышал.

Левый снеговик начал угрожающе подкатываться к Макару. Он медленно попятился к воде.

- Мужики, может, договоримся?

Однако снеговик даже не замедлил движение. В этот момент со стороны завала раздался громкий треск, а затем послышался шум бурлящей воды.

Сторож застыл и обратил свой взор в ту сторону.

- Что там такое? - поинтересовался второй.

- Похоже, дамба не выдержала напора. Или же ее кто-то сломал. Смотри - там кто-то в воде.

Воспользовавшись замешательством снеговиков, Макар вскочил на ноги и, что было сил, побежал к дереву. Опомнившиеся стражи покатили за ним, но было уже поздно - он успел сорвать яблоко и сунуть его за пазуху. Внезапно гул множества птичьих голосов понесся над лесом, а вслед за ним послышался грохот приближающихся шагов невидимого гиганта.

Времени на раздумья не оставалось. Перепуганный Макар бросился к противоположному берегу островка, стараясь опередить мчавшихся ему наперерез стражей. Не сбавляя скорости, он вбежал в воду и нырнул. Мужичок пытался отплыть как можно дальше от острова, но силы окончательно покинули его.

Неожиданно чьи-то крепкие руки обняли Макара. Он ощутил, как небольшие упругие груди прижались к его спине. Кто-то быстро уносил его в сторону разрушенной дамбы, поддерживая так, чтобы он не утонул.

Макар закрыл глаза и доверился русалке.

Глава 13

- А, вот и ты, мой друг, - услышал он знакомый бесцветный голос Водяного. - Я так и знал, что ты окажешься мне полезным.

- Но как? - устало спросил Макар.

- Когда вода в русле поднялась достаточно высоко, я отправил бригаду утопленников вверх по течению с приказом устранить все возможные для тока воды преграды. Русалка же смогла добраться до тебя несколько позже, когда глубина стала достаточной, - мне же нужны были глаза.

Макар услышал звонкий смех полудевушки и подумал: «Эх! Были бы у тебя ноги вместо хвоста, то забыл бы я про эту Ирку!»

Водяному же он сообщил:

- Это Леший соорудил завал.

- Я теперь знаю. И я понимаю, что это именно он сливал избытки воды в болото, тем самым позволяя ему расширяться. Но он не с тем связался. Мы еще повоюем! Кстати, достал яблоко?

- Ага! - ответил Макар, тревожно ощупывая рубаху. - На месте.

- Вот и славно. Теперь поспеши к Кощею, пока твари лесные, послушные Лешему, не бросились за тобой. А ближе к его владениям ты уже будешь в безопасности.

Макару повезло - никто не преследовал его. Единственным, что затрудняло передвижение, было то, что он потерял левый валенок во время спасительного заплыва в дуэте с русалкой.

Кощей с благодарностью принял яблоко и, тяжело вздохнув, позволил Макару срубить небольшую голубую ель.

- Ну, теперь иди к Яге - она поможет тебе вернуться. Да, будь любезен, передай, что я в скором времени намереваюсь осуществить к ней приватный визит. Пусть готовится.

Волоча за собой голубую ель, Макар похромал к старухе.

Избушка стояла на прежнем месте. Ватник лежал там же, где он его и оставил.

- Ну, топорик, с богом! - произнес мужичок и, отворив ободранной о колючий ствол рукой дверь, закинул в избушку ватник и ель, а затем залез и сам.

- Старая, привет! - крикнул он с порога. - Соскучилась?

- По таким дурням только розги скучают! - язвительно ответила Яга.

- Я к тебе со всей душой, а ты ворчишь на меня. Это же не дело!

- Поучи меня еще жизни! - огрызнулась старуха и строго приказала. - Давай раздевайся, да лезь в печь.

- С хера ли? - воскликнул Макар. - Я твоим обедом становиться не собираюсь.

Он невольно потянулся за топором.

- Тьфу на тебя, ущербный! Обмыть тебя надо. Мертвое не может вернуться в мир живых. Раздевайся и полезай в печь, - повторила старуха. - Или хочешь со мной здесь остаться и развлекать меня всю оставшуюся жизнь?

- Да иди ты к псу под хвост! Пусть Кощей тебя развлекает. Он вон к тебе с визитом собирается.

- Да неужто яблоко молодильное раздобыл? Вот ведь блудник! - хрипло засмеялась Яга.

Макар разделся и стыдливо прикрылся руками.

- Это кто у нас такой робкий? - прокаркала старуха. - Что я, по-твоему, ваших кочерыжек ни разу - ха-ха! - не видела? Живо в печь. Там найдешь чугун с горячей водой и связку сухой травы для натирания. Заслонку не закрывай, а то темень там. Не бойся - петушка не застудишь.

Макар послушно полез в сумрак печи. В глубине он увидел старый покрытый сажей чугун и связку травы, служившей мочалом. Он же почти закончил сдирать с себя грязь приключений, когда услышал за спиной какой-то шелест. Мужичок обернулся: в печном проеме виднелся тощий силуэт старухи.

- Старая, ты чего удумала? - воскликнул Макар.

Яга не ответила. Она, ловко перебирая сильными руками, влезла в печь и поползла к нему. Он попытался ударить ее ногой в лицо, но старуха схватила его за щиколотку и потащила к себе. Мужичок растянулся на кирпичной кладке. Яга забралась на него. Вдруг Макар осознал, что она обнажена. Ощущая прикосновение к своему телу ее сухой морщинистой кожи, он испытывал отвращение и легкое - к своему ужасу - возбуждение.

Яга придавила его к кирпичам и хищно улыбнулась. Несмотря на свою худобу, старуха оказалась очень сильной и тяжелой.

- Бабушка, может, нам не стоить делать глупостей? - вновь попытался сопротивляться Макар, но та не слушала его.

Вдруг Яга замахнулась и со всей силы ударила ладонью правой руки его по щеке.

- Макар!

За первым ударом последовал второй.

- Макарушка!

Третий.

- Макарка!

Глава 14

- Очнись, Макарка! Сева, да не тормози ты! Гони!

Макар с трудом открыл глаза и увидел склонившееся над ним испуганное лицо Иры, украшенное морозным румянцем. Увидев, что он очнулся, девушка облегченно выдохнула:

- Жив, дурак!

- Какого хрена? - прохрипел Макар. - Где старуха?

- Какая старуха? Ты последние мозги пропил что ли? - строго воскликнула Ира. - Когда нажраться-то так успел? За каким дьяволом ватник скинул? Еще валенок где-то потерял. Грудь-то зачем себе разодрал? Что ж ты такой бедовый у нас, Макарушка? Хорошо хоть мы Севой из леса возвращались и тебя в сугробе увидели, а то бы так и остался валяться там подснежником до весны!

Молодая кобылка резво тащила сани через бескрайнее снежное поле. Макар лежал около Ирины, укрытый собственным ватником и валежником, за которым дама его сердца вместе с Севой ездили в сосновый бор. Он постепенно возвращался к жизни, ощущая, как горячая кровь растекается по окоченевшим конечностям, пробуждая в них боль.

Случайные спасители забрали его к себе домой. Макар никак не мог согреться и всю праздничную ночь пролежал в зале под несколькими ватными одеялами на старом диване, стоящем напротив пластиковой голубой ели. На следующий день он почувствовал себя лучше и засобирался домой, однако Ирина его не пустила, чем вызвала недовольство Севы.

Ухаживать за чуть было не погибшим и чудом ничего себе не отморозившим Макаром Ире помогала юная Света. Она не смогла окончить медицинское училище по вине конфликта с бестолковым преподавательским составом либерального толка, однако освоила навыки первой помощи. Он привязался к этой девочке и вскоре почувствовал, что его интерес к Ирине несколько остыл.

В новогоднюю ночь, помимо Светы, в гости к ним пришли Вера с Ашотом, который, как настоящий барыга, подогнал к праздничному столу целую кастрюлю шашлыка, несколько бутылок коньяка и коробку салютов.

Макар уверенно шел на поправку. Вскоре он перебрался к себе домой. Света часто навещала его, и вскоре, перевезла к нему свои вещи, захомутав, таким образом, последнего нормального мужичка в деревне.

Поддавшись ее влиянию, Макар по весне разобрал самогонный аппарат и устроился на лесопилку к Игорю, который наконец-то закончил бесконечный ремонт в собственном доме и избавился от болтливых мастеров. К следующей зиме молодые сыграли скромную свадьбу. Через восемь месяцев после этого Света родила ему симпатичных двойняшек - Артема Макаровича и Анну Макаровну, - сделав его самым счастливым человеком на свете, ведь для счастья, как оказалось, нужно лишь, чтобы рядом были любящие тебя люди, а не какие-то там голубые ели из соснового бора.