Глазами Черепахи

Глазами Черепахи

Ее черепаший нос раньше всех проклюнулся и вдохнул океанский воздух. Песок слегка затуманивал взор, но вскоре все туловище оказалось на поверхности. Большие черные глазки были счастливы видеть прекрасный мир. Силясь снять с себя остатки яичной скорлупы, черепашка с очень крупными задними ластами прокряхтела что-то невнятное и вырвалась вперед. Ее любопытство и упорство были сильнее желания оставаться на месте в комфортном тепле.

Вместе с ней ползли и остальные сородичи, но у них были одинаковые симметричные ласты. Черепашка задумалась, но в моменте тут же выкинула из головы странную мысль, что это плохо – быть не такой, как все, и поползла к линии воды еще быстрее. Она даже не заметила, как палящее солнце загородили огромные невнятные силуэты, воспарившие над маленькими черепахами. В следующие секунды отчаянная черепашка уже касалась носом соленой океанской воды, как вдруг…

– Помогите! – за ее спиной раздался писк ужаса, – Пожалуйста, нет! Не трогайте меня! Не надо!

Черепашка с большими ластами увидела страшную картину этого необъятного чудесного мира: огромное чудовище, размахивающее когтями и перьями-отростками, попыталось унести другую беззащитную и очень маленькую черепашку. Малышка оказалась настолько крошечной, что птица могла проглотить ее на лету, не переваривая панцирь. Мелкую черепашку спасло то, как она упала на спину и начала без конца барахтаться с закрытыми от ужаса глазками. От океана было ластом подать, но крупная черепашка застыла и в ужасе наблюдала, как остальные ее братья и сестры пропадают на глазах один за другим. Она будто прочувствовала на себе когти, клювы и страх неизбежной жестокой смерти. Какофония криков радостных чудовищ и детского плача братьев и сестер разбудили в крупной черепашке первобытную ярость. Наконец ей прилетело от чайки когтями по голове, тогда отчаянная черепашка стукнула птицу с остервенением большими задними ластами по клюву, и существо моментально спикировало вниз.

– Оставь ее в покое! – воинственная черепашка ударила еще раз по глазам неуемного чудовища песком, и оно заверещало так, будто его бросили в костер, – Кажется, оно нас не видит. Надо ползти дальше!

Бесстрашная черепашка перевернула свою маленькую сестру на живот. Малышка-черепашка с розоватым окрасом ринулась вперед. Каждый раз, когда над головой пролетала птица-убийца, она в ужасе оборачивалась назад и стучала зубами.

– Не смотри! Смотри на океан! Плыви в воду! – крупная черепашка подталкивала ее носом вперед, пока внезапно не закинула сестру на спину, – Как тебя зовут?

– Шейла. – придумала себе имя маленькая черепашка на ходу, обливаясь слезами и вереща от боли в исклеванных ластах.

– Шейла, что бы ни случилось, держись за меня крепче. Мы заходим в воду! – и на обеих черепах обрушилась самая первая океанская волна в их жизни.

Сначала было очень холодно, чуть ли не болезненно, но сестры быстро привыкли к такому положению вещей.

– А тебя как зовут? – Шейла будто приклеилась к панцирю крупной сестры и продолжала плакать с закрытыми глазами.

– А меня Сиа. – немного подумав, ответила другая.

Внезапный всплеск не позволил черепашкам продвинуться вперед дальше, чем на несколько метров от берега. Гнусный птичий клюв ударил по хрупкому панцирю Шейлы, и ее мгновенно отнесло в сторону. Сиа вскрикнула и немедленно поплыла за ней, прямиком в туман из песка на мелководье.

Но Шейлы уже там не было.

– Как же это… – Сиа заплакала, чувствуя, как последние силы покидают ее маленькую несчастную голову.

Над водой возникла тень крыльев чудовища, затем нырнули когти. Сиа ударилась о камень и потеряла сознание.

***

Сиа выжила и очутилась на совершенно другом берегу необъятного океана. Ее горечь невозможно было ничем заполнить, и черепашка с каждым новым годом все больше замыкалась на одном и том же острове, не смея плыть дальше в поисках сестер и братьев. Она поняла, что в жизни все одинаково – кто успел, тот и съел. И ее, к ее великому сожалению, так и не съели. Сиа на десятом году жизни превратилась в гигантскую черепаху, которая отпугивала редких посетителей острова своими лапищами. И одной холодной ночью, когда вся береговая линия засверкала синим неоном планктона, к Сие приползла не менее крупная черепаха, чем она.

– Ты опечалена, потому что ты еще не стала матерью. Хочешь, я стану тем, кто продолжит наш род? – самец-черепаха говорил спокойно, – Подумай над моим предложением. Я не настаиваю. Если захочешь пустить черепашат в мир, я буду ждать за той скалой.

Одиночество Сии было настолько невыразимо ужасно, что она даже не думала. Как только фигура черепахи-самца скрылась из виду, Сия немедленно поползла к нему, как миленькая. Да, она знала, чем все может кончиться. Но она обещала себе не оставлять отложенные яйца без присмотра и довести всех детей до воды. Даже ценой своей жизни.

***

Безымянный самец покинул остров, как только совершил главное предначертанное – так он себе представлял в своем воображении. Сиа его больше не волновала. Как и многие другие его подружки. Утром покинутая Сиа чувствовала себя немного иначе после первого тесного общения с черепахой, но по-прежнему грустно. Нет, это сложно было даже назвать грустью, скорее это была беспросветная печаль. Где-то в глубине души она знала, что ее живот не должен болеть так, как теперь. Конечно, общение было уважительнее некуда, но почему-то осталось двойственное чувство, под которым скрывался животный страх.

– Я больше так не могу. Мне нужно покинуть этот остров. – так сказала себе Сиа и поплыла в прозрачный океан в поисках покоя.

Но покой мир ей давать и не собирался. Не успела Сиа рассмотреть на глубине коралловые рифы, как столкнулась с неизвестным существом, в пять раз больше нее. Это был человек атлетического сложения в маске и костюме. Прежде черепаха никогда не видела аквалангистов, и, когда мужчина поднес к ее острому носу палец, то Сиа, совершенно не задумываясь, прокусила его и немедленно поплыла от чудовища дальше на самое-самое дно. Ей померещилось, что за ней плывут, но люди оказались в этот раз не самыми опасными монстрами глубин. Сиа прежде не встречала никого хладнокровного, тихого и мстительного под водой, поэтому не сразу поняла, что укусом мужского пальца она спровоцировала акулу. Черепаха едва ли не столкнулась с хищником, который немедленно поплыл за своей жертвой, дабы оторвать мужчине все, что можно.

– Не надо! Пожалуйста! Он мне ничего не сделал! – крикнула в отчаянии Сиа, но было поздно.

Вода изменила свой запах.

***

С тех пор прошло пять лет. Сиа так и не родила ни одного детеныша. Она пыталась найти подходящего кандидата на роль продолжителя рода годами, но поздно поняла, что проблема не в них. Сиа считала это своей карой свыше за то, что не смогла спасти ни одного черепашенка в день своего рождения. Отгоревать правду она приплыла на остров, который не смела узнать. Но было смутное ощущение, что однажды Сиа уже здесь была. Черепаха устало осматривалась и искала место, где можно полежать в теньке и хоть на мгновение перестать нести за собой бремя жестокой смерти всех, кто ее встречал. И заодно жизней, которых никогда не будет. Она искренне считала себя проклятой черепахой, а ее долгие годы бессмысленности она объясняла, как наказание при жизни. Это расставляло в ее мудрой голове все вещи на свои места. Одиночество и горе перестали делать ей слишком больно и притупились.

Наконец, Сиа нашла тень от широкой пальмы и рухнула в песок. Она уставилась на скалистую поверхность с птичьими гнездами и вдруг начала вспоминать это ужасное место. Послышались отдаленные крики убийц, и Сиа очень тихо зарычала.

– Чтоб вас всех люди зажарили и съели. – брякнула печальная черепаха и закрыла глаза.

Она думала, что на острове сейчас никого нет, и ошиблась – к ней подползла черепаха среднего размера и легко стукнула ее по нижним ластам. Сиа развернулась к черепахе и захлопала глазами: перед ней была красивая черепаха розового оттенка. И она очень неровно дышала.

– Здравствуйте, вы не могли бы неможно подвинуться? Я рожаю. – розоватая черепаха была крайне вежлива при своем положении.

Тут Сиа все поняла, и ее челюсть сама по себе отвисла:

– Шейла, это ты?

Перед ней действительно была никто иная как Шейла, которой тоже удалось выжить пятнадцать лет назад.

– Боже мой, Сиа! Это же ты. Я думала, тебя съели.

– А я думала, что тебя съели. Так, значит, ты беременна…

– О, да, я стану мамой, а ты станешь тетей!

Вдруг Сию охватил такой неописуемый восторг, какого она не испытывала за всю свою жизнь, что несчастная черепаха боялась отбросить свои большие ласты от таких новостей. Шейла плакала и радостно демонстрировала процесс своих родов сестре, смотря Сии преданно в глаза. Тот героический поступок не был блажью. Сиа теперь не гневила себя и небо и осознала, что уже сделала в этой жизни достаточно. Поглаживая розовый панцирь Шейлы, Сия тоже роняла слезы в песок. Наконец, из Шейлы выпало одно яйцо, потом еще и еще… Такого количества не было даже в кладке у их матери.

– Фух… Кажется, я все. Давай закапывать. – Шейла была теперь похудевшей и очень счастливой.

Сиа закапывала своих племянников в теплый песок и благодарила небо за то, что все так, как есть. В ее душе больше не было горя и чувства вины. Она понимала теперь, что в жизни все всегда на своем месте, и не нужно знать черепахе, как оно должно быть правильно на самом деле.

– Ты спасла десятки жизней, Сиа. Я горжусь тобой. – Шейла улеглась у своих детей, – Давай сторожить их, пока они не доберутся до воды. Не будем повторять за мамой.

– Нет, за мамой мы уже точно не повторим. – улыбалась Сиа и орошала песок слезами.