Габи и путешествие за тридевять миров

1. Замок

Если ты родился в волшебном королевстве, это ещё не значит, что жизнь у тебя будет сказочная. Даже бал, на который прискачет в тыкве очередная провинциалка, для других — привычная и скучная организационная работа. Кто-то ведь должен закупить продукты, натереть полы и подобать музыку. Да и фею перспективной замарашке обеспечить — а как сложно нынче найти и уговорить сотрудничать настоящую фею!

Габи фею не ждала, а в невесты очередному представителю золотой молодежи уже не годилась. Двадцать пять — не восемнадцать, красивыми словами и большой короной не охмуришь. Дома у Габи было своё небольшое хозяйство, за которым требовался уход: пара коров, пяток свиней, козочки, курочки и старший брат, притащивший откуда-то невесту — расколдованную принцессу. Та день-деньской сидела на лавке, лопала черешню да хлопала глазами — даром, что не лягушка! А Габи всё тащила на себе, да пинки братику раздавала, чтоб хотя бы воды из колодца и дров из лесу принес. Рубила Габи сама, заменяя себе этим и кардио, и психолога. Очень помогало выпустить пар! Поэтому частенько незваных гостей, заглянувших во двор, она встречала именно с топором в руках. И это заставляло их излагать цель визита чётко и лаконично.

— Я с деловым предложением! — взвился петухом королевский гонец, и перо на его шапочке задрожало. — Государственной важности!

— О, вы за ней? — с надеждой спросила Габи.

Броском воткнула топор в колоду и кивнула на любительницу черешни.

— Э... Нет.

Гонец приосанился, кашлянул, голос его оказался ниже. Достал из поясной сумки замотанный в бархатную тряпицу... амбарный замок. Чуть погрызенный временем, но тщательно вычищенный.

— Это ведь работа вашего отца?

Габи удивлённо подошла ближе, кивнула.

— Да, вот его клеймо. А что такое? Он же умер десять лет назад, претензии уже не принимаем.

— Замок работает! — отмахнулся гонец. — Но он не там, где должен быть, понимаете?! Он запирал врата в наш мир, очень важные врата, а вчера появился прямо посреди тронного зала, открытый!

— Та-ак, — уже предчувствуя подвох, протянула Габи. — И я тут при чем?

— Вы должны найти эти врата и запереть их вновь! — гордо выпалил гонец.

Повисло напряжённое молчание, даже чавканье черешней внезапно стихло. Габи выразительно глянула на топор.

— Уважаемый, — ядовито начала она, уперев руки в бока и медленным шагом тесня гонца за двор, — а где вы на моем доме, заборе, дороге сюда видели указатель "Гильдия наемников. Беремся за любое провальное дело"? Или вы хотите предложить мне полцарства и принца-затворника тридцати восьми лет, если я пойду туда, не знаю куда, и запру то, не знаю что? Наймите Мальчика-с-пальчика! Везде пролезет. Или разорившегося рыцаря.

— С-пальчик пропал, говорят застрял в носу одного из великанов, — трагично покачал головой гонец. — Рыцари же давно сдают замки под отели и музеи — не бедствуют. Вас побеспокоили из-за родовой магии.

"Родовая магия, вот оно что, — мысленно процедила Габи. — Ох уж волшебник-недоучка!" Отец её испытывал особую любовь к зачарованию вещей: отчасти это защищало его труд и делало уникальным, никто иной не мог починить.

— А где доказательства? — прозвучало уже без особой надежды.

Гонец осторожно извлек из-за пазухи потертую бумагу, развернул, и Габи узнала почерк отца: "Если что случится с этим замком, отыщите моего сына. Навыков не нужно, дело само в его руках спориться будет".

Габи обречённо глянула на тощего братца: ну куда такому из отчего дома? Ещё и невеста молодая: то ли от черешни её раздуло, то ли уже на сносях.

— Это приключение на пару дней! — заметив её колебания, начал подстрекать гонец. — Туда и обратно! В награду всё, что попросите! В пределах разумного....

— Ладно, — вздохнула Габи, уже всё для себя решив. — Я пойду. Карта есть?

— А с картой всё не так однозначно... — подозрительно заюлил гонец. Габи вопросительно изогнула бровь. — Она есть, но смысла в ней нет.

Ответ оказался ещё туманнее. Но раз решила — надо идти. Гонцу вручили кружку молока, усадили в тенёчке, а Габи всего за полчаса выдала все необходимые наставления брату и собралась в дорогу.

2. Очки

Габи бодро шагала по пыльной дороге, на ходу выясняя все нюансы предстоящего дела. А что время терять?! Неизвестно, сколько скотина под присмотром брата продержится, прежде чем уйдет из дома и сколотит собственную группу. Рисковать не стоит.

— Потерпите, на все ваши вопросы ответят во дворце, — пытался избежать ответственности гонец.

— Да некогда мне весь протокол соблюдать! — возмутилась Габи. — Или там эти ваши врата могут месяцами стоять открытыми? Посторонним в...

— Вовсе нет! — перебил ее гонец. Профессиональная выдержка начинала сдавать. — Это действительно опасно! Придворный звездочёт говорил, что вслед за одним открытым порталом будут появляться другие, как грибы на поляне. И призвать они могут что угодно!

— А вы призывающими мухоморами не увлекайтесь, — под нос себе пробормотала Габи. — Что там с картой?

— Вот.

Гонец протянул ей сложенный вчетверо лист пожелтевшей бумаги, и все вопросы мигом отпали. Потому что, развернув это вместилище пыли, Габи обнаружила выцветшие, потерявшие половину линий наброски. Рельеф королевства и отметки крупных городов ещё угадывались, но пара дыр с обгрызенными краями скрывала точное расположение врат.

Габи на мгновение подняла голову, убедилась, что дорога свободна и безопасна, и вновь опустила нос в карту.

— Ладно, попробуем иначе. Есть ли свидетели...

— Осторожно! — испуганно раздалось за спиной.

Габи тут же замерла на месте, выставила перед собой толстую ветку, служившую ей дорожным посохом, и быстро огляделась. Удивилась, обнаружив, что стоит всё на той же дороге, но совершенно пустой.

"Великан его, что ли, съел, или бобры унесли?" — мысленно пожала плечами Габи и ещё пару минут напряжённо ждала нападения. Не дождалась и отправилась дальше. В конце концов одна из дыр на карте находилась рядом со столицей, так что можно одним ударом прихлопнуть двоих из ларца.

Перехода Габи так и не заметила.

— А ничего себе они столицу отстроили! — пораженно протянула Габи, задирая голову и пытаясь сосчитать этажи в уходящих к небу стеклянных дворцах. Судя по цвету, стекло использовали бутылочное.

Изменилась не только архитектура. Вместо конных экипажей прямо по воздуху мчались серебристые, сияющие ладьи. Люди стояли на движущихся тротуарах, наряды переливались всеми цветами радуги. Откуда-то звучала музыка, хотя самих музыкантов не было видно.

— Здравствуйте! — бодро обратилась Габи к одному из прохожих. Ступила на тротуар из жёлтого кирпича и с непривычки едва не потеряла равновесие. — Скажите, а где я... Эй!

Прохожий не только ее не слышал, но даже не замечал. Смотрел прямо перед собой, изредка махал руками — осторожно, перед лицом, стараясь никого не задеть.

"Псих", — подумала Габи и обратилась к другому прохожему. Но результат остался прежним. Сколько бы попыток она не предпринимала, достучаться не получалось.

Отчаявшись, Габи решила обратиться в одну из лавок — уж там точно выслушают покупателя! Но в ближайшей её встретило зеркало с какими-то номерами и цифрами вместо прилавка.

— Введите номер заказа, — нетерпеливо проскрипела бронзовая птица, сидящая тут же, на жердочке.

Габи отчего-то стушевалась и выскочила прочь.

За другой дверью ее ожидала таверна, но между столов шагали деревянные солдатики, у которых и рта-то не было, а заказы принимало яблочко на тарелочке, демонстрируя меню и предлагая выбрать себе блюдо.

Все остальные заведения имели схожую концепцию работы. Никто и нигде не собирался разговаривать с Габи. Пригорюнившись, та села на неподвижный край тротуара и ещё раз оглянулась по сторонам. Люди выполняли привычные действия с таким отсутствующим видом, что становилось жутко. Передернув плечами, Габи побрела по улицам в поисках дворца.

И ей удалось найти нечто подобное. Гигантский круглый бассейн, напоминающий глубокое озеро, искрился под лучами солнца. А в глубине его виднелась неясная тень.

"Интересно, зачем оно здесь и что такое?" — подумала Габи, смутно догадываясь, что именно в этом странном сооружении и кроется разгадка.

Удивительно, но в голове тут же возник ответ вполне человеческим голосом: "Уходите!"

Габи бы испугаться такого вмешательства и послушаться, но она настолько обрадовалась диалогу, что решила не отступать. Однако, от бассейна на всякий случай отошла.

"Поговори со мной, неведомое чудище, и я уйду!" — мысленно продолжила она.

"Я не чудище, а владыка миров, давнический ужас, неподвластный людскому разуму!"

"А по-моему, очень симпатичный осьминожка! — хихикнула Габи, пытаясь издали заглянуть в бассейн. — Но что ты сделал с этими людьми?"

"Я же сказал, неподвластный разуму! Они мешали мне спать, а у меня ещё отпуск пять миллиардов лет! Пришлось взять их мозг под контроль, но оставить прежние привычки, чтоб не скучали и не сошли с ума. Использовал их собственные технологии дополненной реальности!"

Из бассейна выползло щупальце, отыскало и утащило под воду длинную трубку, ведущую к гигантскому резервуару лимонада.

"Владыка миров?" — уточнила Габи.

"Да. В отпуске!"

"То есть, все миры — твои? Ты можешь выбрать любой?"

Со дна бассейна поднялись утвердительные пузыри.

"Почему тогда ты просто не выберешь мир без людей?"

"А это ведь идея! — громыхнуло в голове так, что у Габи перед глазами запрыгали радужные круглые зверушки. — Прости-прости! В благодарность я освобождаю твой народ и отдаю этот город тебе! И отвернись, я не одет".

Над бассейном вспыхнуло так ярко, что Габи пришлось зажмуриться от боли.

— Эй, а где тут ближайшие межмировые врата?! — вслух выкрикнула она.

Из тускнеющего, сжимавшегося портала на миг вылезло щупальце и указало куда-то в сторону. А затем с тихим "чпоньк!" портал закрылся.

— Ладно, — вытряхивая звон из ушей, пробормотала Габи. — Раз уж я здесь и всё моё... не пора ли мне подкрепиться?

3. Старый отель

Город Ктулху Габи отдал, только очнувшихся людей об этом предупредить забыл. Но многие жители ещё приходили в себя, сидя прямо на тротуарах, и никто не мешал Габи отыскать еду самостоятельно. Заглянув в ресторан, где за стеклом стояли странные экспонаты (подписи гласили: "Расплавленный Т-1000", "Дакимакура с Райаном Гослингом", "Чешуйка чужого"), она перекусила необычными на вид, но весьма питательными блюдами. И продолжила путь. Габи уже не надеялась, что успеет вернуться домой затемно и думала лишь о том, не забудет ли братец подоить коров.

Сразу за городом начиналась старая заброшенная дорога. Пешком жители города почти не ходили, только разъезжали на тротуарах или воздушных повозках — поэтому тракт этот никто не обновлял. Серое покрытие на нём потрескалось и крошилось, вокруг раскинулся не самый живописный пейзаж: вначале это были бесконечные поля и холмы, пожелтевшие под палящим солнцем, затем плодородная земля сменилась высушенной безжизненной почвой. Обочины ощерились колючками, ветер гнал облачка пыли и перекати-поле. А на горизонте застыл темный силуэт гор. Ничего иного и не ожидала Габи, когда путь ей указывал чудовищный осьминог.

Да и врата между мирами, если подумать, следовало располагать в местах безлюдных, чтобы меньше было искушение ломать замок и шастать туда-сюда без виз и прививок. Габи терпеливо поднялась по серпантину на самую вершину и очутилась на небольшой площадке. На фоне темнеющего вечернего неба чётким силуэтом виднелось двухэтажное здание.

— Отель "Тридесятое царство", — вслух прочитала Габи и окинула взглядом окна: темные и светившиеся. Где-то за занавесями угадывались тени постояльцев. — Многих же сюда послали...

Вспомнив, что и она здесь не случайно, Габи уверенно потянула за ручку двери. Створка тихо скрипнула и отворилась, пропуская новую гостью отеля в полутемный холл. Отблески умирающего дня, рыжие пятна и длинные тени просачивались через пыльные стекла, а за стойкой администратора не было ни души. Габи вздохнула, сделала шаг вперёд — и на стенах вспыхнули золотистые бра, тут же добавляя ощущение уюта. Но Габи решила, что звать кого-то в этом странном месте, требуя к себе внимания — не лучшая идея. Подобные волшебные места часто работают на автономных заклинаниях

— Избушка-избушка, выдай мне карту местности, пожалуйста, — тихо проговорила в пустоту Габи. — Где здесь расположены врата?

Над стойкой администратора наполовину появилась лысая желтая голова без намека на брови, ресницы и даже переносицу. Чёрные глазки-бусинки мигнули, из-под столешницы раздался хриплый голос:

— Карта находится в конце коридора. Поверните направо, затем идите прямо.

— Спасибо, — машинально ответила Габи, внутренне поёжившись от созерцания этого существа.

И как можно быстрее отправилась на поиски карты. А желтый шар запрыгнул на стол, проводил Габи долгим оценивающим взглядом. Затем, оскалив зубастую пасть, свалился куда-то в открывшийся люк в полу.

Коридор, по которому Габи старалась ступать как можно тише, казался ещё мрачнее, чем холл. На стенах горели все те же бра, но щербатые, будто обкусанные. Золотистое покрытие изъели трещины и коррозия, а свет то и дело мигал с неприятным треском. За дверями номеров слышалась возня, мало походившая на бытовые звуки. Вместо шагов — шарканье и шорохи. Хлопанье ставень; резкий треск и скрип мебели, заставлявшие вздрагивать; шумное хриплое дыхание и невнятное бормотание. Последние почему-то особенно действовали на нервы.

Габи шагала вперёд, сосредоточенно прислушиваясь и надеясь ни с кем из постояльцев не встретиться, как вдруг дверь рядом с ней отворилась. Габи отпрянула, замерла, глядя на пустой проём, в котором клубился туман. И в то же мгновение неизвестная сила толкнула в спину, зашвырнув прямо в комнату. Дверь захлопнулась. Габи очутилась в темноте, инстинктивно стремясь отступит и нащупать выход, но тут вспыхнул яркий свет — и Габи очутилась у задних кулис небольшой сцены. Зрительный зал терялся во мраке, а рядом, не обращая внимания на посетительницу, стоял фокусник.

— Хэй-хоп! — весело воскликнул он, срывая с головы цилиндр. — Крибле-крабле...

Засунул руку в цилиндр — и внезапно истошно закричал. Принялся отчаянно размахивать кистью, но головной убор держался крепко, не желая отпускать. А когда фокусник наконец-то смог вытащить пальцы, они были в крови.

Цилиндр упал на сцену, покатился. Замер. Из него показалась перемазанная алым мордочка, и выбрался кролик. Ещё и ещё один. И ещё пара десятков. Заполонили всю сцену. Габи мышкой юркнула за задник, нащупала дверь и выскочила в коридор в тот момент, когда кролики белой волной хлынули в зал и тот наполнился визгом. Громче всех орал оставшийся на сцене фокусник, о котором тоже не забыли.

Но не успела Габи броситься прочь, как отворилась дверь напротив — и магический порыв швырнул в другой номер. Опять сцена. Опять яркие прожектора освещают человеческий силуэт. На этот раз — красивую женщину средних лет в богатом платье. Она начинает танцевать, выстукивая каблуками ритм по лакированным доскам. Танцует хорошо, умело, но отчего-то всё быстрее и быстрее. Под конец сбивается с ритма, нервно размахивает руками и трясет головой. Ноги так и мелькают у края длинного подола, и Габи только сейчас замечает, что башмачки на танцующей — железные и раскаленные докрасна.

В ужасе охнув, Габи выскочила в коридор, изо всех сил вцепившись руками в медную скобу. Но двери больше не открывались, а ветра не было. Вместо этого из подполья раздался оглушающий, низкий рык. В дальнем конце коридора, который остался слева от холла, вздыбились доски пола — словно рябь прошла по воде. Только вместо акульего плавника этаж пробила огромная желтая голова. Раскрыла пасть, полную острых треугольных зубов, и ринулась к Габи. А та, коротко вскрикнув, бросилась прочь.

Паркет разлетался в разные стороны, бра включались и гасли, весь отель ходил ходуном. Открывались и хлопали двери, из проемов к Габи тянулись десятки рук, стремясь ухватить ее за ноги, косу, одежду. Затащить на очередное жуткое представление. Из горящей печи, закрытой заслонкой, кричала ведьма. Над двумя девушками кружили голуби, стремясь выклевать глаза. Огромный волк в разодранной женской сорочке хрипел и пытался подняться на лапы, но камни в зашитом брюхе тянули его к земле. Очередной королеве предлагали искупаться в бочке с кипящим маслом.

Стараясь не смотреть по сторонам, выдираясь из цепких пальцев и слыша за спиной приближавшийся рёв, Габи наконец достигла конца коридора. Здесь и вправду в тяжелой раме висела большая карта, вот только разглядывать её времени не было. Сорвав драгоценную находку со стены, разбив раму, Габи кое-как запихнула скомканную карту за пазуху. С криком отпрыгнула в сторону — монстр из-под пола почти настиг её, но не смог вовремя остановиться и врезался стену. Где-то зазвенело, осыпаясь, разбитое стекло. Габи вскинула голову, отыскала взглядом окно и подскочила на ноги. Не чувствуя ушибов, кинулась к распахнутой раме, выбралась на улицу и без оглядки понеслась прочь их этого ужасного места.

За ней уже никто не гнался.

4. Шар предсказаний

"Это был город грехов, залитый серым дождем, заполненный искореженными судьбами. От мужчин здесь пахло виски, от хорошеньких женщин — проблемами. Этот город готов был поглотить каждого..."

Габи порывисто обернулась на голос, но заметила только одинокого мужчину, сидящего на веранде кафе. Короткий тканевый козырёк прикрывал лишь половину его пустого столика, капли жестко отскакивали от пластика и шлёпали по развернутой газете у незнакомца в руках. Он, казалось, читал в неясном свете из окна за спиной, но посреди листа виднелась дыра для наблюдения, в которой мелькал огонёк сигареты. Габи поспешила убраться подальше от этого психа и найти для себя теплое сухое место.

Звякнул колокольчик, пропуская ее в небольшой ресторан. "Одну из тех забегаловок, где простые работяги горькой выпивкой смывают горький вкус своей жизни. Где взгляд официанток так же пуст, как их души". Габи уже нервно оглянулась, но комментатора не заметила. Все дальние и темные углы оказались заняты, поэтому ей пришлось сесть у окна, позади от пары в плащах и шляпах. Официантка, взвесив в руке золотую монету, согласилась обменять её на горячий ужин и чай, а Габи наконец-то достала из-за пазухи и расстелила на столе карту. По детальности и полноте изображения она действительно превосходила все, что когда-либо приходилось видеть.

И сразу отпали вопросы о том, как Габи попала сюда. Она-то думала, что от страха вовсе с пути сбилась и с горы через лес скатилась кубарем. Оказалось — прошла очередной портал. Похожие были разбросаны по карте то тут, то там, и даже слабо мерцали. А вот врат, которые нужно закрыть, нигде не было видно.

Сложив бесполезную карту обратно за пазуху, Габи принялась за еду, которую ей принесла официантка. "Пресный вкус отдавал безнадёгой, а чай оказался чернее будущего". Уже не обращая внимания на чужие комментарии, Габи отодвинула пустую тарелку и невольно прислушалась к разговору за соседним столиком. Там оживленно обсуждали какое-то дело.

— Я шёл по его следам уже неделю, но каждый раз ему удавалось скрыться в переплетении грязных улиц, — хмуро и сосредоточено рассказывал мужчина.

— Что вам удалось выяснить, детектив? — прозвучал томный женский голос.

— Это чудовище не жалеет ни мужчин, ни женщин. Уже шесть тел за шесть последних месяцев, будто темная рука рока нависла над этим умирающим городом и вот-вот сожмется в кулак. Но кое-что необъяснимое не даёт мне покоя...

— Что же это?! — с придыханием выпалила женщина. Судя по скрипу карандаша, она делала заметки в блокноте.

— Не знаю, стоит ли рассказывать подобные вещи молоденькой девушке...

— О, детектив, я журналист, я видела и слышала поистине жуткие вещи! — заверила его собеседница.

— Вы правы, — мрачно согласился детектив и щелкнул зажигалкой. Габи едва не закашлялась от ужасной табачной вони. — Даже светлые души не могут избежать местной грязи. Что ж... Все жертвы были убиты шаром предсказаний. Работающим шаром предсказаний: он показывал надпись "Смерть".

Журналистка театрально охнула, а Габи незаметно чуть-чуть приоткрыла окно. Потянуло сыростью, но дышать стало легче. Где-то далеко прогрохотал товарный состав.

— Это ведь правда, детектив, что дом, в котором обнаружили все тела, стоит прямо у железнодорожных путей? И там когда-то свел счеты с жизнью станционный смотритель? — дрожащим голосом спросила журналистка. Габи снова невольно прислушалась.

— О да, из окон этой мрачной постройки видно проносящиеся поезда. Они спешат прочь, навстречу своей судьбе, и только мы никогда не сможем сбежать от нас самих. Как тот смотритель. Полиция закрыла это дело, но мой приятель Френк поведал мне, что смотритель был нечист на руку и поплатился за это. До него добрались люди, имен которых лучше не произносить вслух.

Послышалось бульканье жидкости, тяжелый глоток, стук пустого стакана и протяжный выдох. Пока детектив пил, журналист соображала.

— Может ли это значить, что дух смотрителя теперь мстит всем, кто рискнёт заселиться в его дом?

— Рискнёт? Ха! — выпалил детектив. — Поверьте, все эти люди — бедняки, которые рады любой крыше над головой. Даже лачуге, которая трясется каждый час, когда мимо проезжает состав.

— А что, если все они как-то связаны с его убийством? — не унималась журналист. — Если это родственники, друзья, любимые тех, кто разделался с ним? А может, те, кто делали его несчастным и в определенные моменты жизни всё испортили?

— О чём вы, мисс? — детектив улавливал мысли своей знакомой медленнее, чем это делала подслушивающая Габи. — Автомеханик, прачка...

— Именно! — радостно и вкрадчиво продолжала журналист. — Автомеханик, который плохо затянул болты — и смотритель попал в аварию. Прачка, которая испортила костюм — и смотрителя не взяли на хорошую работу. Друг отца, который в итоге подставил. Одноклассники, которые издевались в школе. Отказавшая первая любовь. Случайный собутыльник, укравший последние деньги. Дух кропотливо искал их и вёл к себе в дом, чтобы там ощутить вкус мести.

— Детектив, — внезапно подала голос Габи, разворачиваясь на стуле так, чтобы оказаться лицом к этой парочке. Уже физически больно стало слушать подобную чушь. — Простите, что влезаю в разговор... и оставьте в покое ваше оружие. Но я, кажется, знаю, как всё произошло.

— Вы связаны с этим делом? — колючий взгляд блеснул из-под полей шляпы, и детектив всё же достал пистолет и положил его на колени, взведя курок. — Вы человек Крейга?

— Я только пару часов назад пришла в этот город, — сдержала эмоции Габи. — И я ненароком подслушала вашу беседу. Скажите, где находился шар, который вы каждый раз зачем-то возвращали в тот дом?

— Лежал на книжной полке, — помолчав пару секунд, всё же решил ответить детектив. — Им подпирали книги.

Журналистка тем временем, явно чувствуя угрозу, полезла в свою маленькую сумочку. Габи удостоила её хмурым взглядом и отрицательно качнула головой.

— И он падал на голову несчастным, — уверенно произнесла Габи.

— Откуда вы знаете? Кто вы? — вцепился вопросами детектив.

— Фермер, просто свободный фермер, — отозвалась Габи. — Вы сами сказали, что дом этот стоит возле железной дороги. Дом ходит ходуном, шар рано или поздно скатывается с полки на голову людям. Вот и всё.

"Входя в этот ресторан я уже чувствовал, что скоро всё изменится. Моя интуиция меня не подвела. Этот город забрал мои мечты и окунул в чёрное болото ненависти. Но он же свёл меня с человеком, который не вписывался в его тусклую картину. И этот человек выдал мне новый шанс. И пусть он больше походил не на лотерейный билет, а на мятую желтую бумажку из трамвая, я понял... Когда ты умер — ты мёртв. Но прежде ты ещё можешь успеть сделать хоть что-то стоящее".

Силы покинули Габи. Закатив глаза, она быстрым шагом вышла из ресторана, рассудив, что лучше шлёпать по лужам, чем выслушивать напыщенные комментарии. И оставив детектива с журналистом в полном молчании переваривать новую информацию.

5. Часть механизма сотворения миров

Мысленно сверяясь с картой, Габи вышла из города и очутилась на большом обрыве, под которым плескался прибой. Мутные дождевые потоки неслись мимо и широким водопадом срывались на скалы. "Где-то здесь", — подумала Габи, медленно шагая вдоль берега, и вскоре заметила то, что искала: огромную воронку, куда с гулом уходила морская вода. И хоть Габи считала себя храброй девушкой, но ей потребовалось время, чтобы решиться.

— Семи смертям не бывать, а одной мы говорим "не сегодня"! — воскликнула она, хорошенько разбежалась и бомбочкой сиганула в портал.

Вначале зажмурилась, ожидая чудовищного удара, но затем приоткрыла веки: в окружающей пустоте медленно проплыл мимо белый кролик с часами, девочка в нарядном платье, мальчик на маленькой планетке и странный рыцарь в шлеме с надписью "СССР". А затем Габи всё же бухнулась в воду.

Закашлявшись, она вынырнула в совершенно ином месте. Тело ласкали лазурные воды, над головой сияло солнце, а в паре шагов раскинулся золотистый берег. В густых, сочных джунглях безустанно стрекотали цикады. Габи без труда выбралась на мелкий песок, проверила, не обронила ли замок и карту, и вдруг заметила шевеление в зарослях высокой травы. Резвясь и похрюкивая, оттуда вывалилась стайка зелюков, которую догонял хливкий шорёк. Над верхушками деревьев пролетела длиннохвостая птица, рассыпая искры и едва не спугнув сидящую на пальме деву с рыбьим хвостом.

— Чую, мы дома! — радостно вздохнула Габи. И быстрым шагом направилась вглубь джунглей, где яркими цветами переливались купола башенок.

В сердце острова Габи встретили дорожки из мрамора, изящные беседки, увитые глицинией, шепот ручейков и пение птиц. Она вышла к главной площади, где прогуливались люди в светлых одеждах, а в центре звенел струями фонтан. За ним начинались широкие ступени, ведущие к ажурному дворцу, и Габи направилась туда, рассудив, что правителям лучше знать, где в их землях находятся волшебные врата.

В замке было прохладно и безлюдно. Габи бродила по огромным залам, уставленным стеллажами с книгами и свитками, расписанным по стенам причудливыми символами, выложенным по полу мозаиками. Потолки покрывали фрески с изображением ночного неба, где мерцали и двигались звёзды. В центре залов застыли причудливые механизмы. Где-то шуршал песок, текла вода, шумела листва, навевая сон. И всё же Габи не покидало чувство, что за ней следят.

— Эй! — позвала она негромко. — Мне лишь нужно прояснить один вопрос — и я уйду! У меня ещё корова не доена, семья не кормлена. Давайте ценить наше время!

За спиной послышался шелест одежд, вынудив обернуться, из пустоты возник высокий мужчина в длинных синих одеждах. Выглядел он то ли на тридцать, то ли на сто тридцать лет — с эльфами не угадаешь.

— А, шапка-невидимка! — радостно подметила Габи.

— Вообще-то шаперон, — наставительно произнёс незнакомец. — Вы попали в уникальное место, где собраны все тайны Вселенной и скрыты ответы на все вопросы.

— Отлично! — воскликнула Габи. — В таком случае, скажите, где тут волшебные врата, на которых висел вот этот замок? Мне нужно их срочно закрыть.

Мужчина презрительно окинул взглядом предмет, который демонстрировала ему Габи.

— Что за отсталая технология? Мы не имеем дела с подобным.

Габи ревностно прижала замок к груди, колючим взглядом буравя зазнайку. А тот уже разошёлся вовсю.

— Вы хоть понимаете, где находитесь? — одухотворённо разглагольствовал он. — Вот это знаете, что?

Он широким взмахом руки указал на неведомую блестящую закорючку в два человеческих роста.

— Бездарная инсталляция, — буркнула Габи.

— Это часть механизма сотворения миров! — воскликнул мужчина. — А на потолке — карта звёздного неба в другой галактике!

— А врата-то где?

— В этих книгах, — не слушая её, продолжил тот, — знания тысячи утерянных цивилизаций на тысячи забытых языках!

— А про врата там есть?

— У нас под ногами — схема создания самой фантазии!

— Там про врата? Мне бы домой, а у меня врата!

— Да что вы со своими вратами всё! — не выдержав, воскликнул мужчина. — Я вам уникальные вещи показываю, экскурсию провожу. Бесплатно, между прочим!

— Вы знаете, где врата? — нахмурилась Габи, сложив руки на груди.

— Конечно, я знаю всё! — гордо вздернул подбородок мужчина.

— Не знаете, — поняла Габи.

— Просто никому в голову не приходило спрашивать такие глупости в этом храме науки! — Лицо мужчины покраснело от гнева. — И мне надо свериться...

— Да-да, — протянула Габи. — Так легко убедить кого-то в том, что он не может проверить, а когда дело доходит до чего-то конкретного...

Мужчина в синем принялся менять оттенки, хотя его никто не стукнул. Ноздри его раздувались, будто вот-вот выпустят пар, брови сошлись на переносице...

— Как вы смеете?! Как вы смеете говорить, что...

— Я. Вам. Не верю, — с расстановкой произнесла Габи, досадуя на вновь потерянное время.

И мир дрогнул. Первой стала осыпаться штукатурка. Следом полетели со стеллажей книги. Мозаика под ногами поплыла, словно растаявший леденец.

— Землетрясение! — испуганно выкрикнула Габи, прикрывая руками голову и отыскивая взглядом дверной проём. Стены принялись разрушаться.

— Что вы наделали... — трагично произнёс мужчина, бледнея и даже не пытаясь укрыться. — Вы всё уничтожили.

— Да как, я даже не ведьма! — возмутилась Габи, выскакивая во внутренний дворик.

Но там столкнулась с невиданным: на землю хлопьями падало небо, деревья превращались в песок, дворец рассыпался карточным домиком. С площади слышались испуганные крики, а мюмзики истерично, хрипло хохотали. Мраморный пол раскололся, и трещины в земле, расползаясь, заглатывали куски плитки.

"Так, без паники, — взяла себя в руки Габи. — Могу разрушить, могу и построить".

— Врата!

Пришлось представить их во всех подробностях, прежде чем в воздухе стал проявляться похожий силуэт. Едва врата обозначились, Габи подбежала к ним, распахнула створку. Времени оставалось мало: свет гас, мир исчезал. И всё же Габи задержалась на пороге и крикнула:

— Я вам верю!

Мир застыл, а Габи нырнула во врата, крепко закрыв их за собой. Она была уверена, что у смотрителя библиотеки хватит фантазии для возрождения мира.

6. Только с перламутровыми пуговицами

Врата за спиной мягко закрылись, высветив на наличнике "Мир s19lirtrm", и Габи очутилась в чистом поле. Вокруг колосилась родная спелая рожь, щебетали птицы, стрекотали кузнечики. Габи отыскала на вратах скобы под замок, навесила его обратно, закрыла и сжала между ладоней. Она не знала, как именно работает родовая магия, нужно ли для этого производить какие-то ритуалы или предоставлять предмету анализ крови. Обошлось без этого. Замок сам собой щёлкнул, заблестел пуще прежнего, будто только что вышел из-под руки мастера. Дело было сделано.

Облегчённо вздохнув, Габи направилась к знакомым крепостным стенам, что виднелись на краю поля. Немного удивляло, что врата находились так близко к столице — но при этом гонец не знал, где их искать, а отец и вовсе карту составил. Но последние несколько часов выдались такими странными, что Габи предпочла не думать о подобных мелочах.

Она уже почти вышла к дороге и воротам, когда над головой раздался громкий рёв и хлопанье крыльев. Габи мгновенно присела, спрятавшись среди высоких колосьев — она знала: когда Горыныч не в духе, на глаза ему лучше не попадаться. Но, вскинув взгляд, увидела в небе вовсе не трёхглавого змея, а его более изящную одноглавую копию. Она вела за собой парочку малышей, едва вставших на крыло. "Вот новости! Они теперь что, размножаться начнут?" Габи такой поворот событий совсем не понравился: Горыныч-то давно подсел на людскую пищу, а молодняк растёт, ему нужно мясо. Начнется всё с курочек, закончится бычками... Счастливое семейство улетело далеко, и Габи продолжила свой путь.

Главные ворота были открыты, в них въезжали повозки, груженые изделиями деревенских мастеров, ароматными овощами и фруктами, мёдом и творогом. Габи тут же ощутила резкую тоску по дому и ускорила шаг. Ей следовало отчитаться перед правителем, а то мало ли, как гонец истолковал её исчезновение — и получить награду. Габи лелеяла мечту о паре бурёнок и рабочей лошадке, а может, и на прялку новую расщедрятся.

Во дворец пустили сразу же, стоило упомянуть замок и ворота. Габи провели в тронный зал, где на резном кресле в расшитой накидке поверх сарафана сидела королева. Габи сперва коротко поклонилась, а затем мысленно удивилась: матушка принца давно уже покинула престол, сам принц слыл затворником, сестёр не имел. Откуда здесь женщина? Взгляд скользнул в сторону, на расписные ясельки, глаза невольно расширились — среди мягких подушек лежало большое яйцо. Чудные у богатых капризы.

— Что ты так смотришь, крестьянка? — надменно произнесла королева, заметив удивленный взгляд. — Король нынче улетел по делам государственной важности, передо мной ответ держать будешь.

Габи лишь вновь поклонилась в ответ.

— Так значит, ты закрыла врата междумирья? — продолжила королева.

Из-под края её длинной накидки выглянула голова ящерки, а после вылез и весь зверёк, похожий на ощипанную курочку со змеиным хвостом. Сонный, видимо грелся под плотной тканью. Королева машинально погладила питомца по чешуйчатой макушке.

— Да, государыня, — отозвалась Габи.

Она постепенно замечала всё больше странностей: и вышивку на королевском наряде — не золотом, а изумрудной нитью — будто она хозяйка Медной горы. И украшение из чешуи. И роспись на стенах, где вместо растительных орнаментов и птиц свивались в клубки крылатые змеи.

— Значит, никто больше в наше царство-государство не сунется? — уточнила королева.

— Пока замок на воротах, в них никто не войдёт, — уклончиво ответила Габи, а сама гадала — что здесь происходит?

За окном тем временем пролетела ещё одна стайка дракончиков, уселась на ветви яблони и весело запищала. Со двора на них зарычало очередное чешуйчатое чудище иной породы.

— Тогда проси, чего хочешь! — властно взмахнула рукой королева.

— Мне бы пару молочных коров, лошадь — поле пахать, да новую прялку, — скромно произнесла Габи. От всех этих жутких изменений ей хотелось как можно скорее вернуться домой.

— Тебе всё доставят, — снизошла королева. — Но с одним условием: у тебя три года, чтобы выйти замуж и принести первенца. От человека. Ибо неизвестно ещё, передастся ли родовая магия полудракону.

Габи вначале опешила от таких условий, а затем облегчённо улыбнулась.

— Государыня, не извольте беспокоиться! Мой брат уже нашёл себе жену, она на сносях. Скоро появится наследник!

Королева изогнула красивую бровь. Если до этого она смотрела на крестьянку как полагается — с превосходством, то сейчас во взгляде мелькнуло напряженное подозрение:

— Ты в своём ли уме? Нет у тебя брата и не было никогда.

Габи похолодела. "Как это нет? Ещё вчера был! Я же его помню с младых ногтей, как лягушек по канавами гонял, как с лавки падал и ревел на весь дом..."

— Ступай домой, подобру-поздорову, — продолжила королева. — И помни мой указ! Не будет ребенка — выдам тебя силком за придворного шута!

Ничего не оставалось как побыстрее откланяться и покинуть дворец.

Габи спешно шагала по городу, прокручивая в голове услышанное, но никак не могла смириться с ужасной новостью. Ведь после смерти родителей брат стал единственным близким человеком! Габи уже не замечала ничего вокруг: ни странных людей с обмотанными лентами рогами, ни хвостов из-под некоторых подолов, ни рептилий, заменивших собак и кошек, ни надписи на заборе "Свободу курам — они тоже потомки динозавров!" Сетуя на то, что коня не выдали незамедлительно, Габи выбежала за ворота в поисках попутной повозки.

Вслед ей задумчиво посмотрел молодой кудрявый парень, сидевший у распахнутого окна трактира. Отметил девичью стать и нехотя вернулся к своему исчерканному свитку, где спустя минуту написал:

Родила царица в ночь

Не то сына, не то дочь;

Не мышонка, не лягушку,

А яйцо почти с кадушку.

7. Сладкая липа

Попутку Габи поймать не удалось, а вскоре и дорога свернула в сторону от дома. Нужно было прямо, а тракт упорно уводил налево, да ещё пестрел табличками "Загляни в таверну "У сладкой липы"!", "Слаще не едали и не пивали, чем "У сладкой липы"!". И всё в этом духе. В таверну Габи не тянуло, но день был жарким и пить хотелось — тем более, после очень быстрой ходьбы. Ещё раз глянув на непролазные заросли перед собой и мрачные хребты там, куда сворачивала дорога, Габи решила идти по ней. Если повезет, найдет тропку вдоль подножия гор, напрямик к своему дому. Если нет — хотя бы узнает, как туда быстрее добраться.

Невольно сбавив шаг, уставшая Габи поплелась по дороге. Она волновалась о брате, хотела скорее вернуться и не испытывала уже никакой радости или гордости за то, что закрыла врата. Путешествие вышло насыщенным и буквально сбивающим с ног, непривычным для девушки, которая с утра до ночи занималась хозяйством и не мечтала о приключениях. Любопытный опыт, который не хотелось повторять. Поэтому Габи даже не вспомнила, что где-то здесь на карте обозначили очередной портал. Она шагнула в него, невидимый, не ощутив изменений и не зная, что за её спиной поворот превратился в развилку.

Таверна "У сладкой липы" действительно находилась возле раскидистой старой липы. Цвет уже опал, крона радовала пышной зеленью, но густой сладкий аромат всё равно наполнял воздух. Он сочился из открытых окон таверны, где громко стучали деревянные кружки, полные мёда. Пчелиным роем гудели голоса многочисленных посетителей, звякала посуда, звонко смеялись официантки, фыркали привязанные у входа лошади, попивая воду. Заведение явно пользовалось успехом и сейчас было полно гостей, поэтому Габи решила надолго не задерживаться.

Тихонько приоткрыв дверь, она проскользнула внутрь и направилась мимо большой и шумной кампании, что-то отмечавшей, прямо к стойке, за которой находился хозяин. Попросила стакан воды. В ожидании присела на высокий табурет и свесила гудевшие ноги. "Повезло, что погода хорошая и солнце только в зените — успею затемно дойти. Сейчас промочу горло и спрошу, есть ли короткий путь..."

Кружка стукнула о деревянную столешницу, Габи поблагодарила, отдала монетку и жадно припала к желанной влаге. В голове тут же прояснилось, прохлада волной пробежала по телу, смывая усталость, а обычная колодезная вода показалась самым вкусным на свете напитком. Однако, всё это время трактирщик не спускал с Габи внимательного взгляда. И прежде, чем она успела его о чём-то расспросить, сам задал вопрос:

— Скажи-ка, девица, а не твой ли родственник вон там сидит?

Габи порывисто обернулась, следуя указанию его руки, и едва не выронила кружку.

— Бранко! — выкрикнула она радостно и кинулась прямо сквозь толпу отмечавших, чтобы повиснуть у брата на шее. — Что ты здесь делаешь?!

— Габи! — бросив кружку, тот стиснул сестру в объятьях. — Нашлась, живая!

— Да ладно тебе! — засмущавшись всеобщего внимания, высвободилась Габи. — Два дня всего меня не было.

— Два дня? Полгода! — воскликнул Бранко. — Нигде тебя найти не могли, думали, Смородину перешла. Уж и сын у меня родился, вот, отмечаем.

— Сын? Поздравляю! — выпалила Габи, но невольно нахмурилась. Не смогла отогнать мысли о том, как там её хозяйство, живы ли еще коровы, свинки, куры. — Знаешь что? Давай-ка домой собираться. Я там давно не была. Да и жёнушке твоей ой как непросто одной с новорожденным справляться, надо ей подсобить.

Бранко волей-неволей пришлось согласиться. К тому же, он был очень рад возвращению сестры, объявившейся так вовремя — как раз, чтобы отвезти их домой. Вся честная компания загрузилась в телегу, включая её хозяина, а Габи указали на широкую дорогу, что вела вдоль подножия гор прямо к родной деревне. Габи удивленно достала карту, развернула её и сверилась — но рисунок чудесным образом изменился и теперь показывал её родной мир без единого портала.

Жизнь вновь потекла спокойно и размеренно, насколько она может быть таковой при ребёнке в доме. Награду Габи всё же как-то доставили, не так важно уже, из какого мира — и та сразу усадила невестку за прялку, чтобы приучалась к работе. Бранко, осознав свой статус отца семейства, тоже наконец-то повзрослел и стал куда серьезнее и трудолюбивее. А может, это непростые времена в отсутствии сестры его изменили.

Но только однажды, как всегда занимаясь заготовкой дров, Габи вновь увидела за воротами знакомое лицо — и едва не выронила топор из рук. Во двор, приветственно кивнув, осторожно зашел гонец. Габи судорожно сглотнула, но постаралась успокоиться и не выказать эмоций.

— Ну здравствуй, добрый молодец, — первой начала она. — Занятно мы с тобой в прошлый раз расстались. Я думала, тебя великан унёс.

Гонец смутился, опустил взгляд.

— А я думал, ты вовсе сгинула... Вчера только вести узнал.

— И что, снова меня правитель куда-то направляет? — Габи недовольно уперла руки в бока. — Сразу скажу — никуда я больше не пойду!

— Так я не по службе, — чуть улыбнулся гонец, снимая шапочку с пером. — Хозяюшка, не угостишь молоком? Вкусное оно у тебя, нигде такого не пил.

Габи удивленно моргнула, а затем тепло улыбнулась в ответ и отправилась к погребу за кувшином.