Эльза

Глава 1

Эльза сидела на полу сжав руками голову. Тощие ноги выпростались из-под утреннего платья. Локтями она упиралась в коленки, а вот пальцами рук пыталась зажать уши и одновременно глаза. Получалось плохо. Граф, ее отец, шагал размеренно через залу направляясь к пылающему камину. Каждый его шаг отдавался в душе девочки грохотом. В руке мужчина сжимал каминные щипцы. А уже в них, сжатое безжалостным железом, болталось тельце Магды. Тряпичные руки и ноги дергались в разные стороны, кривился в беззвучном крике нарисованный рот куклы. У стены, сложив на груди руки, стояла мать. Графиня смотрела на дочь с неодобрением. Впрочем, девочка ничего не видела. В ее голове стоял истошный крик любимицы.

— Эльза! Спаси меня! Я не хочу умирать! Эльза! Я…

Тряпичное тельце исчезло в камине. Пламя облизало его и стерло глаза-пуговки, раскрытый рот. В груди девочки лопнула гудящая струна и стало тихо и пусто.

— Ну вот, — отец положил щипцы на каминную полку и удовлетворенно потер руки. Осмотрел свой камзол, убедился, что на нем нет ни пятнышка сажи, улыбнулся довольно, — исчадие мы спалили. Теперь-то тебя ничто не будет отвлекать от занятий. У тебя, моя радость, неплохие задатки целительницы, их мы и будем развивать.

— А если я не захочу, — Эльза отняла руки от головы и смотрела на родителя широко раскрытыми глазами, — то ты и меня бросишь в огонь?

— Что за глупости, Эльза? — А это уже и мать подключилась к разговору. Поджала губы и посмотрела недовольно на дочь, — твой отец лучше знает, что именно пригодится в будущем отпрыску нашей семьи. Тебе понятно?

— Понятно.

Спорить было не о чем. Эльза завозилась на полу и с трудом, по стеночке встала. Утвердилась на дрожащих ногах. Смотрела она теперь исключительно в пол. Видеть самодовольные лица родителей было попросту выше ее сил.

— Ну а раз понятно, то иди в класс. Учитель будет там с минуты на минуту.

***

Опять все не слава богу. А ведь, казалось бы, ничего не предвещало. Учитель ушел, отбубнив положенное. Девочка сидела за столом над учебником. И тут, неожиданно, вошел отец. Пробухал сапогами по мраморному полу и сунул Эльзе под нос свою холеную ладонь со свежей царапиной.

— Лечи!

Дочь тупо пялилась на родительскую конечность, не делая никаких попыток что-либо предпринять.

— Ну! Давай, лечи! Что ты смотришь, как неодаренная? Я кому сказал?!

— Я не умею…

— Ах ты лгунья! Два дня назад умела, а теперь разучилась! — Внезапно лицо графа перекосила усмешка, — понимаю, это месть, да? За куклу? Ну что ж, придется тебя наказать!

Крепкая рука ухватила ворот платья, сдернула с высокого стула, поволокла за собой. Девочка сучила ногами, пыталась встать, но лишь запуталась в длинной одежде и повисла безвольным мешком. А ее уже тащили по длинным и холодным анфиладам. Мелькали сочувственные лица дворни, злорадные братьев, рыцарские доспехи у стен, картины с лицами предков… Потом неожиданно открылась дверь в небольшую каморку, строптивица влетела внутрь, сбивая метлы и прочий инвентарь. Растянулась на полу.

— Здесь и сиди! Ты наказана!

Дверь захлопнулась, наступила тишина. Девочка села на полу и огляделась. Небольшое помещение, по-видимому подсобка. Метлы, ведра, ворох тряпок в углу. Под потолком светит маленькое оконце. Поднялась кое-как на ноги, взяла одно из ведер, перевернула, уселась, вытянула ноги. Думала поплакать, но почему-то слез не было. Только опустошенность внутри и грусть. И Магды больше нет, некому пожаловаться. Совсем одна… Она устроилась поудобнее на своем ведре. Свела колени, расправила светлое, в голубой горошек платьице. А ведь неплохо здесь. По крайней мере тишина. Нет родителей, сверлящих подозрительными взглядами, сводных братьев, так любящих шкодить и гадить исподтишка. Сидеть правда немного не удобно. Эльза с грохотом придвинула массивное ведро к стене и уселась снова. Так гораздо лучше. Если бы еще не бояться двери, что может открыться в любой момент и снова явить неприятности, эх… Девочка откинулась назад и оперлась спиной о стену. И вздрогнула. Там внутри, в глубине души, где болтался обрывок нити, оставшийся после смерти любимицы, что-то шевельнулось. Словно бы кто-то пушистый, тронул нерешительно мягкой лапкой. Посмотрел умильно просящими глазками. Спросил: "можно?"

Эльза задохнулась от счастья. Конечно можно, конечно. Взяла этого крохотного пушистика, прижала к себе, погладила мысленно. Одиночество уходило. Новый друг ластился и терся шерсткой об руки.

— Кто ты?

И он ответил. Вот это да, подумала Эльза, вот так дела. А она-то считала этот дом пустым и холодным. Гулкие и просторные залы, холодный пол, чопорные лица обитателей. А он оказывается совсем другой.

— Ты боишься? Этих, которые там? — Дом спросил, искательно заглядывая в глаза. — Не бойся, теперь сюда никто не войдет. По крайней мере без твоего разрешения. Веришь?

Девочка покивала. В тот же миг в двери сыто и надежно лязгнул замок. Запирая и отсекая один мир от другого.

— А как же я буду есть? — Ребенок спросил доверчиво. Она была уверена, что новый друг что-нибудь придумает. И он конечно же придумал…

…Марта, дебелая кухарка из дворцовой кухни, внезапно остановила работу. Отложила в сторону скалку, отряхнула испачканные в муке руки и прислушалась к чему-то. Потом кивнула головой, сняла с полки корзинку для пикников. Положила туда пирожки, добавила кувшин с вишневым соком, накрыла все это салфеткой. Решительно вышла из кухни и двинулась к служебной лестнице. На втором этаже она остановилась возле двери чулана, поставила корзинку и отступила на шаг. Лязгнул замок, дверь приоткрылась и тонкая, детская рука схватила корзину. "Спасибо, Марта", шепнул детский голос. Замок лязгнул несколько раз. Дела, подумала кухарка, я и не знала, что замок чулана имеет столько оборотов. Женщина шла на свое рабочее место и обдумывала увиденное. Похоже, надо куратору отправить весточку. То, что здесь творится, это уже ненормально…

Эльза взяла пирожок. С капустой, какая прелесть. Интересно, как Дом достучался до Марты. И сразу пришел ответ. Старые слуги, те что живут давно в замке, они тоже часть его. А значит и свои желания, он может транслировать им. "Давай поиграем! Смотри." Дом подпрыгивал от нетерпения. "Ну давай. Только ты все-таки не увлекайся, ладно? Они хоть и плохие люди, а все-таки люди…"

***

Граф вышагивал по коридору. Под шикарными, лелеемыми усами, плавно переходящими в бакенбарды, играла самодовольная улыбка. Ничего, думал мужчина, вышколю маленькую тварь, будет как шелковая. Он направлялся в кабинет. Посидеть немного, расслабиться, успокоить нервы. Стоящий у стены миланский доспех скрипнул железом. Владетельный же не обратил на это никакого внимания, поглощенный своими мыслями. И зря. Сапог зацепился за вытянутый в проход стальной сабатон и граф кубарем полетел на мраморный пол. Расквасил колено, разбередил царапину на руке и немного отшиб плечо. Уселся на полу и первым делом посмотрел на доспех. Тот стоял с совершенно индифферентным видом. Хозяин замка с трудом встал и прихрамывая двинулся дальше. Колено прилипало к штанине при каждом шаге, ладонь саднило. Настроение постепенно понижалось. Ну вот и цель наконец. Граф привычным движением толкнул створку двери, но та и не подумала открываться. С коротким негодующим воплем аристократ влип лбом в дубовую панель. Да что же это за день такой сегодня! Пришлось отшагнуть и аккуратно открыть дверь. Странно, он же специально следил за тем, чтобы петли этой двери были хорошо смазаны. Подвигал створку, та ходила свободно. Мужчина вздохнул и проследовал к бару. Сначала-то он собирался выпить вина, но с такими событиями, стоило взять чего покрепче. Нервы успокоить. Граф выбрал коньяк. Взял в левую руку бокал, в правую бутылку и совсем уже было шагнуть к креслу, как с диким грохотом закрылась створка двери. Предательская бутылка выскользнула из дрогнувших пальцев и грянула об пол. Удивительно, но благороднейшая жидкость, дарящая волшебный вкус языку, будучи разлитой по полу воняла совершенно мерзопакостно. Вне себя, хозяин схватил серебряный колокольчик и принялся яростно звонить. Старший слуга явился незамедлительно. Склонился в поклоне.

— Убрать, — граф кивнул на пол, на груду осколков и коричневую лужу.

— Мы не можем, — слуга говорил почтительно, не разгибаясь.

— Почему? — Челюсть графа отвисла в недоумении.

— Комната с инструментами занята вашей дочерью.

— И что? Вы ребенка испугались что ли?

— Никак нет. Просто дверь заперта. Открыть ее мы не можем.

— Значит языками вылизывайте! Бездельники, всех поувольняю! Ничего делать не хотите, причины дурацкие выискиваете, только бы не работать. — Вельможа развернулся в ярости и потопал обратно, к узилищу дочери…

***

— Скажите, граф, вы вообще помните договор, что заключили с королевским родом? — Расположившийся напротив стола гость смотрел с прищуром, оценивающе.

— Конечно. С нашей стороны все исполняется, как и договорено.

— Вы так считаете? Странно. Поскольку у меня другие сведения.

— Ах оставьте, — вельможа смотрел снисходительно, — уж поверьте, я знаю толк в воспитании детей. Строгость и еще раз строгость. Это главное условие…

— А эта ваша “строгость”, она относится ко всем вашим детям, или только к…?

— Эльза, в последнее время плохо себя вела. Соответственно пришлось принять меры. Вы не поверите, но этот малолетний ублюдок, вздумала перечить мне, отказалась лечить. Я был вынужден принять меры.

— Похоже, мы сделали ошибку, заключив договор именно с вашим родом. Впрочем, не поздно и исправить. — Собеседник завозился в кресле, взял в руку кожаную папку, поискал глазами шляпу, нашел ее на краю стола…

— Стойте, — граф примиряюще выставил руки, — объясните по меньшей мере, в чем моя ошибка.

— Ну хорошо. Во-первых, не ублюдок, а бастард. И кстати, бастард королевского рода. Во-вторых, любви от вашего семейства девочка не увидела, верно? Хотя заплатили вам весьма изрядно. Ну и наконец, с чего вы вообще взяли, что у Эльзы есть дар целителя?

— Как это с чего? Она лечила! На моих глазах!

— А скажите, Ваша Светлость, какое умение присуще королевскому роду?

— Известно какое, болванов делает.

— Ну положим не болванов, а големов, но не суть важно. Тем более, что по своим характеристикам эти големы от болванов не сильно-то и отличаются. Но вот что интересно. В родовой легенде королевской семьи рассказывается об основателе династии. И вот он, судя по всему, умел делать особенных големов. Самостоятельных. И даже големов-магов, слыхали?

— Сказки, — граф решительно не понимал, зачем его потчуют этими замшелыми сказаниями.

— Сказки… — раздумчиво повторил гость. Погладил свою седую бородку-эспаньолку, сложил руки домиком, уперев локти в стол. Потом посмотрел на своего визави сквозь получившуюся конструкцию. — Но разве не логично было бы предположить, что и ребенок унаследует родовые умения, как вы считаете? Тем более, что целителей в королевском роду никогда не было.

— Но я же видел! Сам, своими глазами!

— Знаете, что вы видели? Эльза создала голема-целителя. Впервые за многие сотни лет родился ребенок, которому суждено стать великим магом. Его Величество собирается признать кровное родство уже в ближайшие дни. Вы могли бы купаться в золоте и драгоценностях. Иметь королевский род в должниках. А что сделали вы? Сожгли свое будущее в камине. И наказали ни в чем не повинную Эльзу.

— Но я же не знал… — На совсем недавно самодовольного аристократа было жалко смотреть. Руки дрожали, челюсть ходила ходуном.

— Итак! Слушайте королевскую волю! Вам надлежит в течении двенадцати часов освободить дворец. Средства, полученные вами по договору, остаются вам. Но, король надеется, что в ближайшие пару десятков лет, он о вашем роде ничего не услышит. Ясно? Свободны…

***

— Ха-ха-ха, —смех серебряными колокольчиками дробно рассыпался по звонким коридором. Эльза самозабвенно мчалась по дворцу. А рядом мчался Дом. Ластился на бегу, предупредительно распахивал двери, зажигал светильники в вычурных канделябрах, стелился под ноги ковровыми дорожками. Запыхавшись, девочка остановилась перевести дух. Дом плюхнулся на мохнатую задницу, вывалил язык, задышал шумно. В теле вскипали щекочущие пузырьки радости. А еще… Эльза прислушалась к себе, забавно скосив глаза. Похоже, что внутри там, где гнездилась связь с Домом, появилась еще одна ниточка. Девочка огляделась, увидела давешний доспех и прошагала к нему. Железный болван громоздился над ней, сжимая в руках здоровенный меч-бастард.

— Мне нужно служение, рыцарь, —звонко и нараспев произнесла принцесса.

Доспех лязгнул, опускаясь на одно колено. На железное плечо легла узкая ладошка.

— Нарекаю тебя Тедди, сиречь верный, — было видно, что девочке игра необычайно нравится, — отныне моя честь и жизнь в твоих руках.

Доспех выпрямился, легким движением водрузил меч себе на плечо, переступил, оказываясь за спиной повелительницы. От двери раздалось осторожное покашливание. Пожилой слуга в ливрее смотрел на Эльзу с восторгом и обожанием. Потом поклонился коротко и произнес.

— Моя леди, Вас ждут в обеденной зале. Время трапезы. Марта превзошла сегодня саму себя. Испекла ваш любимый пирог.

— Пирог, — принцесса захлопала в ладоши, — мы идем, идем…