Дуракам закон не ...

Пролог

Майе Дюкаревой посвящается.

Данное "произведение" так скажем, я писать вообще не собирался. Ну совершенно не мой жанр же. Ну сами посудите, где я и где сказки? Но разве с женщиной можно спорить? Мне сказали, что я подлец и мерзавец, и вообще должен взять и написать сказку. Мои робкие возражения, что я занят, что у меня неподходящий для сказок стиль и совершенно отсутствует чувство юмора в расчет совершенно не принимались. Пиши и всё!

Так что деваться мне некуда... Будем пробовать. Плевки и проклятия в мою сторону по этому поводу считаю необоснованными. Не виноватый я! Меня заставили.

P.S. Писать постараюсь не в ущерб основным произведениям. Так что "Шиша" потерять ничего не должен.

Глава 1.

В некотором царстве, в тридесятом государстве, жил был царь. И было у него три...

Кто сказал "сына"? Эй, стража! Посадить смутьяна на кол! Будет он нашему царю-батюшке на больную мозоль наступать... Дочки! Три дочки у царя было. А сыновей ему бог не дал.

Впрочем дочки у царя были чудо как хороши. Умницы, красавицы... Все в папу.

Старшая Ратимила с детства больше не к куклам и платьям тянулась, а к мечам и кольчугам. Дралась с пацанами на равных и скакала на лошадях охлюпкой с пяти лет.

Средняя Доброгнева та больше в науку пошла. Умные книжки читает, механизмусы всякие разбирает, алхимию и зельеварение изучает. Учителя ее успехам не нахвалятся.

Ну а младшая Бронислава та была девица романтично-практичная, Вот такой вот парадокс. То стишками бумагу марать изволит, а то годовой бюджет царю-батюшке составлять помогает. Сам то Еремей с цифрами не очень дружил. Вот его младшенькая и выручала.

Сам же царь-батюшка все о царстве своем печется. Ночей не спит, все о благе подданных размышляет. С советниками своими, ага. С воеводой Полканом, да архимагом Светозаром. Мудрейший человек тот маг сказать вам надобно. Тоже алхимией забавляется. Он единственный во всем царстве, который из забродивших ягод с помощью огня, воды и медных труб умел волшебный напиток изготавливать. Вот за этим самым напитком они втроем кажный вечор, а то и ночь на троих соображали... То есть совет держали конечно. Как им царство обустроить. Ох и архисложная задача была. Порой по своим палатам после совещания на карачках расползались. Так уставши были. Да.

И вот после одного из таких совещаний надумал Еремей дочерей своих замуж выдать. А то виданное ли дело, дочкам всем уже за двадцать лет, а всё в девках ходят. Непорядок.

Вот и собрал он их по утру и волю свою царскую объявляет, а те в штыки!

— Да я батюшка, скорее в монастырь уйду - грозится старшая Ратимила - В мужской! На год... Слыхала я на Востоке есть такой где монахов бою кулачному обучают. Вот туда и сбегу.

— А я - средняя Доброгнева подхватывает - в лес глухой уйду. На Западе который. В чащобу непролазную, со зверями дикими кровожадными... К колдунье что в чащобе живёт в ученицы.

— А я - задумалась младшая Бронислава - в Южные горы подамся... Там я слыхала дракон огнедышащий завёлся. И никто с тем драконом сладить не может. Там даже ты меня батюшка достать не сможешь.

Разгневался Еремей, что родные дочери ему перечат. Осерчал. Тот же час повелел за принцами заморскими посольства посылать. А дочерей непослушных под домашний арест. В светлицах их запереть и охрану поставить...

Вот только кто охранять будет их? Дворцовая стража не годится. Не справятся.

Ратимилу силой они вряд ли удержат. Она давно с любым из них справится играючи.

Доброгневу тоже... Или заколдует их, или опоит. Но сбежит. Как пить дать сбежит.

Про меньшую Брониславу и говорить не стоит. Да стража её сама до ворот крепости проводит да на коня посадит, коль она бежать надумает. Конечно, а то кто премию в конце квартала насчитает то? Царь батюшка то и позабыть может. Только на Броню и надежда...

Нет. Нельзя дворцовой страже охрану доверять. Пришлось Еремею варягов со стороны на это дело нанимать. Северян в рогатых шлемах с конунгом ихним белобрысым. Двухметровый отрясина... Ну вылитый Дольф Лундгрен в молодости.

Присмирели дочки. Поутихли. Сидят в светлицах, женихов ждут. А тут и женихи пожаловали. Принцы заморские. Инфант гишпанский Дон Далдон, принц хранцузский Де-Дуриан, да барон-немчин Фон-Дубалом.

Еремей как водится гостям дорогим пир устроил, да дочерей пригласил, на женихов посмотреть, да себя показать.

Вышли дочери из своих светлиц, на пир прошествовали, а царя батюшку чуть удар не хватил.

Ратимила косы свои русые под корень срезала. На голове ежик коротенький. Даже парни придворные постыдились бы с таким ходить. Да еще в латах вместо платья - ну солдафон солдафоном! Дон Далдон ее как увидал, так чуть рябчиком печеным не подавился.

Доброгнева наоборот свои волосы не чесала, не заплетала, еще видать пивом облила да так спать и легла. Не волосы, а гнездо воронье. Да еще вместо платья тряпку драную, что у нее в горнице полы моют нацепила. И ворона на плечо посадила своего. Ну чисто ведьма. Де-Дуриан аж креститься начал с перепугу.

Ну а младшенькая Бронислава наряд монашки натянула, лицо под капюшоном сажей вымазала, а на руки вериги нацепила. Фон Дубалом на нее лишь глянул косо, скривился, да за чаркой с вином потянулся.

Рассердился царь-батюшка на дочерей своих непослушных. Лицом покраснел, ногами затопал, закричал на дочерей страшным голосом. Велел с глаз долой убираться. Дочери тут же ретировались. А Полкан со Светозаром кинулись царя-батюшку успокаивать да отпаивать.

А женихи только носы морщат. Но приданое за дочерьми Еремей положил богатое, потому морщатся, но сидят. В гневе не бегут из горницы. Гневных слов не говорят. Сидят переглядываются.

Еремей успокоился, поутих. Говорит:

– Угощайтесь гости дорогие. Не сердчайте на дочек моих. Сам не знаю, что на них нашло. Но обещаю, завтра вы их просто не узнаете...

И действительно поутру не узнали их женихи совсем... Потому, что по утру не оказалось ни одной из принцесс в своей светлице. Ночью все трое лыжи смазали. Разбежались проще говоря, ищи их теперь по всему царству.

Осерчал царь пуще прежнего. Громы-молнии метает. Награду, назначает за дочек. Кто их вернет - тому их вес в чистом золоте выплатит. Много охотников выискалось. И женихи во первых рядах! Все за золотом поспешают. Скачут, землю носом роют. Сбежавших невест ищут.

А дочки тем временем бегут каждая своей дорогой.

Ратимила в мужчину переоделась. В воина наемника. И на восток путь держит. А на пути ее пустыня жгучая, непроходимая. Только караваны с верблюдами да опытными караванщиками пройти там могут. Вот и нанялась Ратимила простым охранником к купцу заморскому Иштых-бею. Караван его от лихого люда защищать.

Доброгнева на запад подалась в лес беловежский заповедный. К ведьме Агнешке что в том лесу обитала. Агнешка же с советником Еремея Святозаром одноклассницей оказалась. Вместе в магической академии учились по молодости. Она то Доброгневе и рассказала, что отец ее ищет и награду всем за нее посулил. И даже она сама царю-батюшке перечить не смеет. Но помочь решилась. И подарила Доброгневе браслет волшебный. Облик тот менял своему носителю до неузнаваемости. С таким браслетом Доброгневе ни одна погоня не страшна.

А младшая Бронислава все на юг скакала день и ночь. И о преследователях даже и не думала. А чего ей о них думать, когда она из сокровищницы батюшки самое ценное вытащила... Подковы-семимильные и свою лошадку ими и подковала. Кто ж ее с такими подковами теперь догонит то?

Долго ли коротко ли скакала она, но хоть и волшебные подковы на ногах у лошадки, а отдыхать все же надобно. Выбрала Броня полянку в горах подальше от людей и пустила свою лошадку попастись. Да и сама отдохнуть решила. А то с непривычки то место коие принцессам и знать то не положено мало не в кровь сбила.

Прилегла она на травку отдохнуть, да и не заметила как задремала. А разбудил ее истошный визг ее лошадки. Подскочила Бронислава озирается и видит как на полянке чудище поганое, звей горыновыч (только что одноголовый) ее любимую животинку доедает... Только что подковы волшебные из зубов выковыривает да сплевывает.

Осерчала тут Бронислава. Батюшкина кровь в ней взыграла. Подхватила она хворостиночку тоненькую да на змея поганого с нею накинулась.

– Ах ты ж тварь мерзкая, богопротивная, да как ты посмела мою Веточку милую, послушную сожрать-погубить. Белы косточки ее по оврагам разбросать.

А змей на нее глаза вытаращил, рот испуганно раззявил, не бьется, не сражается, защищаться и не думает. Только голову в плечи вжимает, да под крыло ее прячет, чтоб по глазам ему хворостиною не досталося.

А Бронислава не унимается, осерчала девка за лошадку свою любимую. Бьет, сечет супостата. Пощады не дает. И вдруг рука ее на замахе остановилася. Заметила девка, что крылом одним змееще поганое укрывается, а второе сломано-разорвано за ним волочится. Не слушается его. Раненый недо-горыныч то! У царевны так руки и опустились.

– Ты чего дерешься то? - возопил змеюка человеческим голосом. Броня с перепугу его и еще раз хворостиной вытянула. Тот опять под здоровым крылом своб башку спрятал.

– А ту скотина бессовестная почто мою лошадку сожрал? Чтоб она тебе через бок вышла.

– А нешто на ней написано, что она чья то? - заюлил змееныш - я думал вообще дикая!

– Дикая! - аж зашлась от возмущения Бронислава - Подкованная! Под седлом! И с уздечкой!

– Ну мало, чего в природе не бывает? - совсем стушевался гад.

– Я тебе покажу природу! Я тебе покажу дикую! - снова нахлестывала его хворостиной Броня.

– Караул! Убивают! Милиция! - заорал недо-горыныч отползая.

– Я тебе покажу милицию! - не унималась девица.

– Больно же! Психованная! - убегал от нее дракон уворачиваясь - А еще девушка! Приличные девушки так себя не ведут!

– Я еще и не приличная! - гналась за ним потрясая хворостиной царевна.

– Ай! Да приличная, приличная - соглашался гаденыш пытаясь скрыться в какой то пещере.

– Я тебе покажу неприличную! Я тебя покажу психованную! - устремилась Бронька вслед за ним.

Но внутри царевна вновь остановилась пораженная. Пещера мало походила на логово дикого зверя. Скорее уж она напоминала берлогу неухоженного, холостого мужчины. Несколько комнат. Кухня в которой высилась гора немытой посуды. Спальня в которой скрылся подвывающий от ужаса дракон. Гостевая комната в которой не было явного беспорядка, зато хватало паутины. Тут явно давно никто не жил. А это что за комната? Заперто? Хм...

– Э... Ты сюда не ходи. Ты туда ходи - из дверного проема спальни пугливо выглядывала обеспокоенная чешуйчатая морда и нагло указывала девушке в сторону кухни.

– Ты мне еще поуказывай где мне ходить, а где нет! - отбрила его девушка - Что в этой комнате?

– Да так... Пустяки всяческие - заюлил ящер.

– Открывай! - сурово потребовала Бронислава.

– Так это... Может по чайку? Я поставлю - засуетился дракон выползая из спальни и ненавязчиво оттесняя девушку от запертой двери.

– Не зли меня, ящерица! Открывай давай!

Но дракон похоже уже пришел в себя и уступать явно не собирался. А размер то у него как оказывается ого-го какой. Броня сама не могла понять, как она умудрилась загнать такого гиганта простой хворостиной. Видать тот сам растерялся.

Но и Бронислава уступать не собиралась. Отступив оттесняемая гигантской рептилией в кухню, он выхватила там из горы посуды в раковине здоровенную сковородку на длинной ручке и уже сама перешла в наступление загнав дракона обратно в спальню. Сковородка это вам не прутик!

Дракон же забаррикадировавшись в своей комнате трусливо держал оборону подперев дверь и не высовывая в коридор даже кончика хвоста. Патовая ситуация... Брониславе по большому счету тоже некуда было деваться. Лошади нет. До ближайшего жилья чуть не сотня верст по горным кручам (это на лошади с волшебными семимильными подковами пустяк было, а пешком попробуй еще доберись) Идти ночевать в лес? Ищите дураков! И принцесса поколебавшись заняла свободную комнату, где явно когда то жила какая то девушка. Следы были очевидные.

Засучив рукава Бронислава принялась яростно наводить чистоту в комнате которую решила считать своей. Выбила матрацы, собрала постельное в стирку, полы моет. И вообще у выглянувшего дракона создалось такое впечатление, что дезактивацию местности после бактериологической атаки проводит. На миг даже померещилось, что в противогазе и костюме химзащиты стоит, а в руках не швабра, а огнемет. Вот блин представление устроила!

– И кухню, кухню еще - подает голос наглая рептилия выглядывая из за приоткрытой двери своей комнаты.

– Я тебе сейчас дам кухню - вновь хватается за спасительную сковородку Бронислава - Я тебе кто? Горничная что ли? А ну вылезай давай. Будем пещеру делить.

– Это моя пещера! - возмущенно ревет дракон.

– Была твоя. А теперь наша. Где я по твоему жить должна?

– Э-э-э... Во дворце? - наивно пытается угадать ящер.

– А где ты видишь тут дворец? Или рыцарский замок? Или таверну? Или хотя бы крестьянский дом с селянами? Где? Где я тебя спрашиваю.

– Ну-у-у... Ближайшее селение в сотне верст к северу... Вот за тем горным хребтом.

– То есть ты предлагаешь мне идти сотню с лишним верст по горам? Пешком? Лошадь то мою ты сожрал!

– Ну это... Я мог бы тебя туда отнести - тут дракон смущенно поджал поврежденное крыло и совсем сконфуженно добавил - Потом как нибудь... Когда крыло заживет.

Пришлось Броне соглашаться. Ну а куда деваться то? Не в лесу ж, под елкой прекрасной даме ночевать.

Впрочем все оказалось не так уж и страшно. Ящер этот, в крыло раненый, неожиданно оказался интересным собеседником. Неплохо играл в шахматы. Был весьма начитан. И даже не лишен какого-никакого чувства юмора. А то, что прожорлив да неряшлив, так то такое... Это все мужики такие. То что он еще и дракон этого никак не отменяло.

***

А в это время Ратимила шла по базару восточного городка Эль-Багдади в котором остановился караван купца Иштых-Бея охранником к которому старшая из сестер и нанялась под видом мужчины-воина. Ратимила спешила к дальней лавке где торговали редкого качества клинками хаваской стали, когда заметила как трое босяков в драных халатах избивали какого то бледного, тонкошеего юношу, который даже особо не сопротивлялся, а лишь прикрывал собственным телом манда... прости господи, мандолину.

Рата не смогла пройти мимо. Она терпеть не могла когда нападали толпой на одного. Так что первый из босяков отправился в полет в ближайшую канаву от могучего пинка под зад. Второй узрев, что его сообщник научился летать и справедливо сомневаясь в его способностях к к такому способу перемещения оглянулся справедливо подозревая, что тому кто то помог. И тут же прилег отдохнуть закатив глаза, словив кулаком в лоб. Последний из налетчиков не стал искушать судьбу и словно растворился в воздухе.

Ратимила же, раздраженно отмахнувшись от рассыпавшегося в благодарностях музыкантика поспешила к заветной лавке. Она там вчера такой кинжал видела. М-м-м... Закачаешься. А об этой проходной стычке она забыла сразу же как только та закончилась. Чего там помнить то?

И потому вспомнила об этом инциденте она уже ночью, на постоялом дворе, когда кто то попытался залезть в запертое окно ее номера на втором этаже. Вот тогда то она и вспомнила об утренней стычке. И весьма удивилась. Босые обитатели городского дна вовсе не выглядели способными на активную мсю. Но больше то и вовсе некому! И потому вскочив с кровати Рата встала в простенок у окна терпеливо дожидаясь когда злоумышленник таки справится с рамой окна. И как только тот всунул голову в ее комнату схватив за воротник втянула его внутрь.

Каково же было ее удивление, когда вместо урки беспризорного в ее вытянутой руке повис давешний спасенный ею музыкантик, прижимающий к груди свою манда... Ну вы в курсе уже, ага.

– Ты чего это тут? - встряхнула она его сурово нахмурившись.

– Благородный сеньор незнакомец - затараторил музыкант - Вы были так добры ко мне, что я понял: Марко, вот твой единственный шанс сбежать отсюда раз и навсегда.

– Откуда отсюда?

– Из города. Меня обманом заманили в этот богом забытый городишко на свадьбу местного шаха. Обещали горы золотые, но в итоге так и не заплатили. Швырнули три медных гроша и выгнали на улицу. А вокруг города пустыня! На три дня пути ни одного поселения. Куда деваться медному менестрелю?

– А я то тут при чем?

– Сеньор был так добр ко мне когда заступился на базаре, что я решил, а попрошусь ка к нему на службу! Кто же должен чистить ваши сапоги и готовить ужин. А я сумею таки вырваться из этого мерзкого городишки.

– А ты умеешь готовить и чистить сапоги? - скептически приподняла бровь Ратимила.

– Нет - ничуть не смутился менестрель - но я готов учиться!

– Да уж - скривилась принцесса - То еще приобретение.

Впрочем несмотря на крутой нрав Рата была отзывчивой девушкой и согласилась взять его в слуги и выделить коврик возле порога.

***

В это же время Доброгнева в костюме претендента в ученики магической академии и под прикрытием чар меняющих ее облик сидела в обеденном зале гостиницы города Бурбона, когда на е плечо опустилась тяжелая мужская рука. Опасливо обернувшись Гневка увидела стоявшего рядом конунга. Того самого, что в батюшкином тереме их охранял со своими северянами. Ну еще на молодого Дольфа Лундгрена похожего.

"Попалась - пронеслось в голове у Доброгневы - И талисман не помог. Поймал меня собака"

– Послушай парень - пробасил конунг морща лоб - ты ж на мага учишься?

– Собираюсь поступать - облегченно выдохнула Гневка "не узнал"

– Но ворожить там, колдовать, магичить хоть чуть чуть ты ж умеешь?

– Могу немного - осторожно ответила Доброгнева пытаясь высвободить плечо из цепких рук северянина.

– Можешь мне человека одного найти?

– Какого?

– Девицу одну... Вот - северянин полез за пазуху и достал оттуда... Ее гребень! - Можешь хозяйку этого гребня нати?

– Конечно - согласно выдохнула Доброгнева выхватывая свой гребень из его рук и начиная делать над ним "магические" пассы руками и внезапно ставшим протяжным (не менее магическим, ага) голосом выдала - Да она близко... Очень близко... Она точно находится в этой же гостинице!

– Я знал это! - ликующим медведем взревел конунг и развернувшись ломанулся по лестнице на второй этаж где находились комнаты постояльцев. Откуда-то справа (кажется, из запертого будуара) послышался приглушенный женский вскрик, возмущенный мужской голос, звон обнаженной стали. Затем что-то громыхнуло. Похоже, он там развлекался от души. А Доброгнева мерзко хихикая подбросила свой гребень на ладони и поспешила выйти из гостиницы.

Впрочем далеко уйти она не успела. Буквально на соседней улице ее окрикнула троица гоблинов сидевших на корточках:

— Э, слышь, ботан, есть что пожрать?

Неубиваемые типажи, что сказать то. И у царя Еремея в столице такие водились. Правда царских дочек задевать опасались. А тут... А тут даже лучше, что они не догадываются, что перед ними не ученичок магический, а дева красная. Ну нечем Гневке их осадить... Накормить кое чем их конечно можно. А то и напоить, что даже лучше. Вот только зелье действует далеко не сразу, а прежде чем они все на кровавый понос изойдут, ей может солоно прийтись.

Спас ее все тот же северянин. Выскочил из за угла с радостным возгласом:

— Вот ты где!

На поднявшихся на ноги и уже обступавших Доброгневу гоблинов он лишь взглянул косо, рыкнул что-то угрожающее негромко и те словно испарились. Раз и словно не было некого.

— А я за тобой бегу! - как ни в чем не бывало продолжал конунг - В гостинице то не оказалось ее. Видать только-только съехала. Самую малость я не успел. Можешь еще поколдовать, чтоб узнать где она?

Гневка задумалась. Путь из Бурбона до городу Парижу неблизкий, а сегодняшнее происшествие показало ее уязвимость. Что бы было, не появись северянин вовремя? Так что стоит пожалуй взять его в попутчики. Тем более, что и "сыщик" этот недоделанный под присмотром будет. А то глядишь, без ее присмотра он и в самом деле на ее след выйдет.

— Этот ритуал нельзя так часто использовать. Только завтра можно будет... Так что где сейчас она находится я сказать не могу. Зато могу выяснить куда она направляется. Это другой ритуал немного.

— Так давай, проводи.

— А зачем? - Гневка усмехнулась - Я это тебе и так скажу. Тут только одна дорога из города. До городу Парижу. Эта которую ты ищешь, она же тоже колдовством баловалась?

— А ты откуда знаешь?

— Почуял - отрезала Доброгнева - Так что я и так скажу, что она тоже в город Париж идет. В университет местный поступать. Как и я. Так что можешь ко мне присоединиться. Вместе дальше пойдем...

Глава 2

Шли дни...

***

— Йох-хо! Но лошадка!

— Это не по правилам! - дракон на спине которого сидела радостная Бронислава изогнул шею и с укоризной посмотрел на своего седока - Ты жульничала!

— Что? Я? Жульничала? - ненатурально возмутилась принцесса - Да ты просто играть не умеешь! А туда же в карты играть садишься.

— Как не умею? - возмутилась рептилия - да я если хочешь знать...

— Проиграл мне три желания! Со счетом восемнадцать- два!

— Потому что ты жульничала!

— Повторяешься. Я не поняла, ты отказываешься от своего собственного слова? Отказываешься карточный долг возвращать?

— Нет - сбавил громкости дракон и отвернулся - Но ты все равно меня обманула!

— Ничего не знаю. Проиграл - расплачивайся. Так что, но, моя лошадка!

***

— Вот же господа бога душу мать - Ратимила громко материлась таща на закорках этого бесполезного менструэля. - навязался мне в слуги доходяга, что даже сам идти не может! На собственной спине его тащить должна.

— Что?

— Должен - торопливо поправилась принцесса - вот какая нелегкая скажи занесла тебя в эту пустыню?

— Я же говорил. Меня пригласили.

— Да да, на свадьбу местного шаха. Но как ты с таким здоровьем добрался до городка вообще? Шах тебя на своей спине тащил до него?

— Верблюд. До города меня везли на верблюде.

— То есть в город ты ехал на горбе верблюда, а выбираешься на моем горбе?

— Простите господин, но у меня больные ноги. Я не выдержу пути по пустыне.

— Заткнись. Слышишь? Заткнись. Если уж оседлал меня, то по крайней мере ехай молча!

***

— Господин, мы больше не можем - плаксивым голосом проныл вожак разбойников.

— Что-о-о?! - северянин сонно оторвав голову от сена на дне телеги, грозно рыкнул заставляя незадачливых грабителей вжимать головы в плечи и с новыми усилиями налегать на дышло - Вы мне лошадь убили недоумки. По вашему храбрый конунг Харольд со своим благородным спутником должны бить ноги пешком, как какие то крестьяне?

— Но мы же не знали, что в этой телеге находится такой великий воин - заискивающе проблеял вожак - Иначе мы разумеется не стали бы связываться с такой трудной добычей.

— Значит вам не повезло - лениво зевнула Доброгнева - Считали добычей эту телегу, а в итоге добычей стали сами. Вот и толкайте без разговоров.

— Но благородные господа, скоро будет город Париж, а мы никак не можем появиться на его улицах в таком виде. Да нас первый же стражник остановит. А учитывая наш образ жизни тут же в колодки определят.

— Значит нужно менять образ жизни - философски заметила Гневка.

— И то что город Париж скоро будет вы твердите нам все три дня нашего путешествия - угрожающе заметил конунг - Так что если не хотите, чтоб я снова вас подгонял, тяните и не жалуйтесь.

— Потому, что если Харольд слезет с телеги - прозорливо заметила Доброгнева - вам это точно не понравится.

И под жалобные стенания незадачливых лесных разбойников телега со скипом снова двинулась по колдобинах хранцузских дорог.

***

— Я должен тебе кое что показать - голос дракона был полон решимости - ды должна это увидеть.

— Ты уверен? Мне кажется мы не настолько близко знакомы, чтобы ты мне что-то там показывал.

— Да, я тоже так думал, но чем больше я тебя узнаю, тем сильнее мне хочется показать это тебе!

— Может все таки не надо? Жили же как то без всего этого. Нет зачесалось ему показать...

— Нет я твердо решил. Ты должна это увидеть. Идем.

— Никуда я не пойду! Я приличная девушка и до свадьбы не собираюсь ни на что такое даже смотреть.

— Какой свадьбы? Я дракон! Драконы не женятся на принцессах.

— Вообще то женятся. Я читала роман Феофана Златоуста, там дракон превращался в прекрасного принца.

— Брехня. Мы не оборотни. Мы не превращаемся.

— Тем более! Одно дело посмотреть у красивого юноши, и совсем другое у чешуйчатой рептилии! Никуда не пойду!

— Да идем же! - дракон силком тащил упирающуюся девицу по коридору - Ты точно не пожалеешь. Вот, смотри!

— От не хера себе! - Бронислава в изумлении схватилась руками за щеки - Это сколько же здесь?

— Много - гордо выпрямился дракон.

— То есть ты и сам точно не знаешь? - прозорливо заметила девушка.

— Да что тут знать то? Видишь? Во... Все мое. Что там еще считать вымерять...

— Так, - серьезно заметила Бронька подворачивая рукава платья - Дуй ко мне в комнату, тащи бумагу, перо, чернильницу и счеты. Будем инвентаризацию проводить.

Дракон для вида тоскливо вздохнул, взглянул на девушку по хозяйски расположившуюся в его секретной комнате где в центре зала возвышалась гора золота его сокровищницы, но выйдя в коридор торжествующе сказал "Е-ес" дернув лапой и чуть ли не вприпрыжку поскакал за принадлежностями. Инвентаризацию давно пора было сделать, вот только сам бы он до этого никогда не решился. Это ж все считать надо. А тут сама вызвалась. Не зря его так тянуло все это ей показать.

***

— Ты меня уважаешь?

— Ну начало-ось.

— Нет, ты скажи... Ты меня уважаешь?

— Уважаю. Но пить не буду.

— Значит ты меня не уважаешь?

— Уважаю, уважаю - устало пробормотала Гневка смотря на набравшегося викинга.

— Тогда пей! - упрямо гнул свое северянин.

— Ты мне лучше скажи, что мы тут делаем?

— Как что? Пьем!

— А почему в борделе? Мы не могли выпить в нашей гостинице?

— Так мы же в Париже! Как можно быть в Париже и не зайти в их знаменитые бордели с самыми настоящими француженками!

— Что бы тут выпить?

— Ну да... А что?.

— Да нет, ничего... Это все ладно. Допустим... Но за каким хреном ты притащил сюда этих нахлебников? - Доброгнева возмущенно ткнула пальцем в троицу разбойников в уголке с открытыми ртами разглядывающих внутреннее убранство столичного дома терпимости.

— Так они же это... Сбегут если мы их в гостинице оставим.

— Да пусть бегут на все четыре стороны! - уже в голос возопила Доброгнева - На кой хрен они тебе сдались?

— Так это... - северянин попытался напрячь свой затуманенный алкоголем мозг, но безуспешно - Пленные же они. Надо о них заботиться... А у меня дружина у Еремея осталась. А что я за конунг без дружины?

— Какая дружина? Да это вчерашние крестьяне с голодухи взявшиеся за разбой. Какие из них дружинники?

— Мальчики, нам скучно! - к ним подлетели парочка легкомысленно одетых кокетливо хихикающих девиц. Одна из них тут же плюхнулась на колени Харольду, а вторая попыталась облапить Доброгневу (в маскировочном облике молодого парня если кто не помнит)

— А ну пошла от него - возмутилась Гневка сбрасывая шаловливые ручки второй девицы и ухватив за шиворот первую.

— Ты чего? - удивился северянин - Это ж бордель! Мы за этим сюда и пришли.

— Это скучно - торопливо сказала Гнева лихорадочно пытаясь сообразить, как выкручиваться из этой ситуации - я тут кое что придумала, как нам развлечься этой ночью. О чем весь Париж неделю судачить будет!

— Излагай - заинтересовался конунг.

— Слушай - обреченно вздохнула девушка и принялась рассказывать...

Этой ночью жители Парижа были разбужены фантастическим явлением. По улицам ночного города с диким хохотом и женскими взвизгами мчалась кавалькада из пяти садовых тележек каждую из которых тянули по три обнаженных девицы явно не самого тяжелого поведения. Их подгоняли сидевшие в тележках пьяные вусмерть мужики. трое из которых судя по внешнему виду явные крестьяне, а двое других иностранцы. Скорее всего студенты обучающиеся в местном университете.

— Быстрей! Быстрей - надрывался здоровенный северянин предусмотрительно отобравший в свои"лошадки" не самых красивых, а самых рослых и здоровых девиц - Если вы выиграете, я заплачу каждой по пять золотых!

— По семь! Я заплачу по семь! - с азартом кричал мелкий студентик потрясая деревянным гребнем как дирижер своей палочкой - А еще волшебный крем для чистой и здоровой кожи!

Нужно ли говорить, что именно между ними и велась основная борьба за победу в этом ночном забеге. Девицы хохотали, визжали, но обещание несусветных барышей заставляло их нестись по улицам как наскипидаренных.