Дом, которого нет

Глава 1

Вы не увидите её в своём городе. Нет. Она не позволит. Вы будете ходить кругами, покажут точку на карте или укажут пальцем её место, но Вы будете упорно её не видеть.

Она этого не хочет. Потому что от незнакомца или незнакомки можно ожидать чего угодно.

Они могут рассказать. А это место должно оставаться в секрете. Чудо должно быть тихим. Иначе чуда не произойдёт, не так ли? Или все-таки это байки этого места? Этой Школы?

Если это Школа, значит это место где учат? А учат-то кого?

Старый купеческий дом середины девятнадцатого века, расположенный прям напротив лечебницы для душевнобольных или безнадежных. Туда посылают всех этих бедолаг. Случайность?

Кривые стены из красного кирпича и высокие, но узкие распашные окна с продольными накладными задвижками размером со среднестатистического человека смотрят на человека не с высока, а скорее... на ровнее с ним. Дом словно уходит в землю, как будто хочет зарыться как крот и убежать по тоннелю прочь из этого города прихватив… кого-нибудь.

Но люди смотрят в окно и не видят ничего. Потому что дом не позволит, чтобы узнали, что там происходит.

Не надо им знать, что там происходит.

Не стоит. Они не поймут. Да и ты возможно тоже.

Внутри, если все-таки дом тебя пустил тебя встретит маленький круглый холл и лежащим ковром, выполненный с рисунком этой Школы - надежды.

Надежда верит в тебя, верит кем ты являешься. А знак этой надежды - солнце. Потому что солнце есть свет, есть начало пути. А начало пути есть осуществление надежды, не так ли? И это начало, середину и конец пути даёт Школа. А выдержат ли этот путь люди, которых выбрала школа? Знают только ОНИ.

Они пропадают в этих старых, облезлых, но тёплых коридорах. Эти стены не видели ремонта столько же, сколько и были построены. Здание живёт не за счет сделанного руками для этого дома человеком. А другим. Чем-то другим.

Они попадают в комнаты и комнаты оживают. Они приветствуют нового обитателя. Комната преображается. Она чувствует нового путника, потерявшегося в себе. Она меняется. Она становится другой. Все во власти нового гостя. Главное начало. Главное не бойся.

И Школа тебя обязательно примет. Дом тебя обязательно примет.

Никогда бы не обратил внимание на объявление, что небрежно было прилеплено быстросохнущим клеем к железной двери с магнитным замком моего серого панельного дома.

Может быть, я бы и не обратил внимание, но начало: "Желаем Вам в Новый Год найти то, что когда-то потеряли: веру в людей, которая..."

И это после четырнадцатичасовой работы при классическом графике в сорок часов в неделю. Вера в людей? В себя бы поверить, в свою силу сказать "нет", когда это необходимо.

"...которая возникает только тогда, когда Вы сами, и только Вы ее создаёте в сердцах других людей!"

Читаю ниже: "Ждем Вас в Школе необычных мастеров! Преподавать никогда не поздно, как и учиться, особенно если сам не знаешь, что будешь вести. Приди и узнай! Школа на Кутузова 8...."

Без телефона, только адрес. И кто-то туда пойдёт? Для чего? Какая-то шутка или нелепый розыгрыш?

Сил не оставалось, но до глубокой ночи их головы не выходили строчки: "Преподавать никогда не поздно, как и учиться, особенно если сам не знаешь, что будешь вести..."

Рука невольно потянулась за телефоном, но навигатор показал только административное здание без какой-либо организации.

Это точно нелепая шутка.

Но большие шутки создаёт человеческий мозг, в частности мой, который упрямо верил, что с этим домом не все так просто.

Ну верю я с детства в сказки, что поделать? Перечитал до третьего класса добрый маленький детский шкафчик, отведённый лично мне. Сказки давали мне в детстве надежду, что все мы особенные люди, созданные для большего. И я верил.

Следующий день, хоть он и был рабочий, я взял отгул, отписался в рабочем чате о плохом самочувствии и однодневном отпуске без содержания, а после отправился к загадочному дому на Кутузова 8 моего маленького умирающего провинциального городка.

Меньше, чем через полчаса я оказался уже у порога старого купеческого дома, расположенный прям напротив лечебницы, вроде у основы этих пациентов не все в порядке с головой. Прям как у меня сейчас.

Я смотрел на него, и я сразу заметил, что прохожие словно не замечают его. Это дом потерялся так же, как остальные старые дома этого маленького городка.

Я подошёл ближе к двери, и она словно со шпингалета открылась, издав характерный щелчок.

Я остановился на секунды, но... пошёл дальше. Меня ждала старая седая женщина точно за шестьдесят лет в домашнем платье как мне показалось дореволюционных времен.

- Здравствуй, - начала она сразу с порога. - Рада тому, что твоё любопытство взяло верх над твоей головой. Я верила в это, не то что другие.

- Вы о чем? - спросил я и осмотрел холл.

Маленький круглый холл, от которого шла одна лестница наверх, что располагалась слева и два бездверых проёма в разные стороны. Дом казался намного больше, чем он есть на самом деле, но он был таким, какой есть: просторным и светлым. Узкие распашные окна наполняли дом достаточным количеством света, а старые лампы в форме свечей создавали необходимый уют, от которого хотелось доверять этому месту. Диваны, расположенные на ковре в холле и диваны из обычного незамысловатого деревянного каркаса и недорогой обивочной ткани красного цвета стояли ровно так, чтобы можно было вести удобные разговоры сидя друг напротив друга.

- Проходи и садись, - сказала старушка и показала на эти диваны.

Я покорно последовал её воле и набрав полную грудь воздуха выдохнул:

- Что тут происходит и куда я попал?

- Как куда? - невозмутимо сказала старушка. - Куда хотел, туда и попал: в сказку на собеседование с доброй старухой.

- Почему доброй? - стараясь не выдать свое удивление сказал я.

- Ну, потому что, если мои сестры были бы тут они бы не церемонились, как минимум.

- И что вам нужно от меня?

- Это тебе нужно. Ты же сам пришёл на собеседование, разве не так?

- Так же...

- Ну в объявлении же чётко написано: "ждем Вас в Школе необычных мастеров! Преподавать!"

- Да, но у меня нет опыта преподавать.

- А никто с тебя этого и не требует. Ты не учитель, ты не будешь учить. Оставь это другим. Ты будешь давать людям, которые потеряли надежду, ту самую надежду: на жизнь, силу, тех же самых людей и много всего другого, чем они считают ту самую "надежду"...

- Социальный работник, что ли? - прервал я её.

Но она даже не подала виду.

- Конечно нет. Проводник по линиям их надежд. Тот, кто научит других верить в её. Верить в надежду.

- Почему я? - спросил я. - И почему вы уверены, что я соглашусь.

- Потому что ты веришь в сказки. А тот, кто верит в забытые сказания не лишён надежды в лучшее, в как другие считают несбыточные желания, веру и даже любовь. А ты веришь. Веришь искренне. Это суперспособность, которую человек сам в себе зарывает настолько глубоко, насколько это возможно.

Я ничего не сказал, а только молча встал и вышел за дверь и остановился. Старая не пошла за мной.

Но хочу ли я зайти назад в этот дом, полный надежды?

Я стоял на пороге странного кирпичного дома, принадлежащий не менее странной пожилой женщине.

Меня до сих пор мучала мысль о том, что хочу ли я зайти назад в этот дом, как меня уверяли "полный надежды"? Работать там? Преподавать то, что я умею лучше всего. А что я, собственно, умею?

Сразу вспомнилась старая сказка про пойти туда не знаю куда, принеси мне то не знаю что. Смысл сказки для меня был утрачен, но одно из главных в сюжете я вспомнил. Он нашёл "то, не знает что". И это "нечто" помогало ему. По-своему, но... помогало.

Может и у меня так же? Может это «не знаю что» вдруг появится? Может...

- Простите, ради Бога! - воскликнула девушка в синем теплом пальто из шерсти неизвестного мне животного.

Она ударила меня дверью с такой силой, будто это был её последний шанс зайти в этот дом. Я только увидел её глаза цвета тёмного янтаря.

- Не прощу! - воскликнул я. - Сильно больно по голове!

- Ничего, переживёте, - легко ответила девушка и закрыла дверь за собой.

Что это было? Кто эта девушка? Это и есть "то не знаю что"? Не думаю. Конкурент? Тоже пришла по вакансии?

Любопытство победило меня, и я снова зашёл в дом, "полный надежды".

Девушка со старушкой держались за руки и приятно беседовали. Внучка что ли?

- Хорошо, я согласна, - ответила девушка (конкурент, её дери!). - Когда выходить?

- Ох, вас двое. - вздохнула волнительно старушка. - Как же так? Дом выбрал сразу двоих? Ты же тоже согласен поработать на этот дом, не так ли?

Я молча пожал плечами и не знал, что сказать или делать. Неуверенности было больше, чем отваги в решениях.

- Я буду считать, что ты согласился, - сказала старушка и махнула рукой, отчего дом загудел, будто живой. - И дом согласен. Вас будет двое. Два Преподавателя и Один Путь Надежды. Ну! Начнём!

Старые диваны сами отодвинулись от середины холла, а ковёр исчез, будто и не было вовсе. Возникшая из темноты длинная каменная лестница вела вниз в неизвестное, но я не боялся. Меня почему-то успокаивало присутствие этой девушки с глазами тёмного янтаря.

Они спустились по лестнице, и девушка сразу же сказала:

- Я не хочу идти в пустоту. Я боюсь темноты.

- Темнота не твой враг, дорогуша, - ответила старуха. - Просто иди и ни о чем не думай. Всё проблемы в нашей голове, которые мы сами себе придумали. Думай, что тебя ждёт и преодолей эти страхи.

- Не все так просто, - ответила девушка

- Просто. Возьми коллегу под руку и ступай.

Девушка молча взяла под руку меня, и мы спустились по каменной лестнице, которая за длительное время разрушилась, кладка дала трещину, по всей поверхности были видны пустоты, куда попадала вода.

Внизу был небольшой, но широкий тоннель, в котором располагались как я увидел старые картины. Каждая была какой-то...своей, отдельной, словно составной частью чего-то большего и другого.

На первой был трамвай, который дрейфует по своим железным дорогам будто в другой реальности. Он, кажется, существует в каком-то бессознательном. Просто закрой глаза и подумай о нем. Загадочная машина с числом шесть. Непонятно зачем созданный много лет назад, не понятно зачем оставленный до сих пор. Людям он не нужен, он отчаянно делает два маршрута каждый день растворяясь в суете небольшого сибирского городка. Но он единственный, который соединяет два раза в день нити этого городка, которые каждый день пытаются порваться и остановится. Я вижу это на картине. Но маршрут работает. Трамвай номер шесть не даст кровеносной системе города перестать работать.

На второй я увидел рабочего, стоящего у ассенизаторной машины. Очень уставший на вид мужчина сидел возле неё на земле, руки его были запачканы не то грязью, не то чем-то другим. И я не мог понять чем. На вид машина собирала все нечистоты маленького городка, но по факту очищала будто от какой-то болезни. Этот человек явно устал и очень хотел домой. Но в глазах, которые смотрели на нас я увидел груз какой-то космической ответственности.

На третьей же я увидел дом, который с двух сторон назывался по-разному. На одной стороне улица Красного Октября, на другом улица Холодного Декабря. Возле здания замерли в сражении два воина с мечами и в кольчугах. Они дрались, не уступая друг другу. Оба готовы были погибнуть, но сдаваться никто не собирался. Словно они представляли какую-то смену эпох, когда старая и новая отстаивала свое право на существование. Но не побеждал никто. Они были ранены и изменены, но не сломлены.

На четвёртой были видны две девушки, которые пели песни, казалось, я слышу их и разбираю слова. Красивые, в классических русских платьях они пели традиционные песни где-то на открытом лугу в поле свежих полевых цветов. Но пройдя чуть дальше картина поменялась двумя гамаюнами, птицами с человеческими головами, которые несли со своими песнями беду, да такую что как пришла радость от первых, пришла печаль от вторых.

На пятой картине я увидел в почтенном возрасте дедушку, который шёл собирать то ли ягоды, то ли грибы в сосновом лесу. Он шёл туда так уверенно, что будто был постоянным обитателем этого леса. Картина делилась на две части. На второй я видел белого волка, который бежал по этому же лесу за группой лесорубов-браконьеров. Волхв? Они ещё существуют?

На шестой, последней картине в этом коридоре я увидел человека, который смотрел сверху нашего города, словно титан из греческих мифов и рукой своей сыпал звезды из рук.

- Что это все такое? - спросил я наконец старушку.

- То-ли не ясно, - ответила она. - Это вещи, явления и люди, и не совсем люди, которые помогают этому городу не уйти в пучину молчаливого хаоса. Каждая картина — это своего рода послание, а какое ты уж сам решай. Тебе ещё много нужно будет узнать. Особенно о себе.

С этими словами она открыла дверь, и я стал ещё больше не понимать, что происходит с этим днем.

Когда старушка открыла дверь я увидел... человека. Да. Обычный человек. В обычной одежде, состоящей из джинсового костюма. Он читал книгу. Дверь настолько скрипуче открылась, но он даже не повёл глазом. Человек, хоть и старый, но явно следящий за собой держал книгу в кожаном переплёте зелёного цвета и своими впалыми глазами неопределённого для меня цвета гулял по страницам истории этой книги.

- Его что ли учить? - сказала моя коллега.

- Разумеется нет, - ответила старуха. - Его уже ничему не научишь.

- Потому что старый? - вырвалось у меня.

- Нет, - ответила старуха. - Потому что дух в теле этого несчастного на Земле уже не одно столетие. Скоро старик умрёт и дух уйдёт в другое тело, которое примет его. Тут путь его ещё не окончен.

- В нас что ли? - воскликнула девушка. - В меня? А как же моя душа?!

- Нет, не вас. А "тот, который примет его". Я же сказала.

Она подошла к нему и на ухо что-то сказала.

- Да знаю я, - ответил старик. - Слышал их разговоры, читал их лица, чувствовал их состояние.

Старушка сказала что-то ещё и отошла в сторону. Старик же покачал головой. После встал и подошёл к нам ближе. Он посмотрел в глаза девушке и сказал:

- Сразу им все не расскажешь и тем более не покажешь... не поверят. По крайней мере парень. У него амбарный замок и стальная щеколда на двери к его сердцу. А девушка верит. Но маленько не в то, что видит... Как же мир быстро стал менять сознание людей... Надо же... Но с ними в одно место я готов пройтись. Или отправлю твоего брата, почему нет? Нужно узнать, что они "могут" видеть, а также что "хотят" видеть.

- Предлагаешь им прогуляться в Дальние Дали? - спросила старушка. - Но брат...

- Именно, дочь моя. - ответил старик. - Только туда и прямо сейчас. И я решил. Брат твой будет там.

- Благими намерениями ты никогда не отличался, отец, - сказала старуха.

- Погодите! - крикнул я. - А нас вы не...

Свет погас и возник вновь. Мы оказались с кареглазой в чистом поле тихой амброзии, лакрицы и клевера. В небе пекло солнце. Мне казалось, оно стало намного больше и с... кольцами. Облаков не было. Девушка молчала и не издала даже слова.

- Мне тоже ничего не понятно, - попытался я успокоить её. - Наверно это у них такая стажировка. Отправлять туда не знаю куда.

- Я ожидала работать в здании, а не на открытом воздухе. - ответила кареглазая.

- Я тоже.

Вдалеке кто-то шёл. Он очень быстро приближался к нам. Это и был загадочный брат старухи? Если так, то он был явно младшеньким.

- Вставай, - сказал я девушке.

Незнакомец подошёл и сразу начал говорить:

- Добро пожаловать в Дальние Дали. Меня зовут Иван, Вдовий сын. Приятно встретить людей тут.

- А я не знаю, радоваться мне или нет, - ответил я. - Я уже целый день пытаюсь понять: что тут происходит?!

- Если честно, я тоже, - сказала девушка. - Может ты нам объяснишь, Вань?

- Объясню, но позже. - ответил Вдовий сын. - Скоро придёт змей. Каждый день приходит. Будет пытаться украсть солнце и месяц. А вот эта двадцати четырёхпудовая дубинка я надеюсь не даст этого ему сделать. А Вы мне поможете. Голова у него сильно много. Девять. Я могу не справиться. Каждые три дня у него вырастает голова выросла уже девятая. Надо это как-то остановить.

- А мы то тут причём? - воскликнул я. - Ты где здесь воинов увидел, Вань?

- Я вообще работала врачом! - воскликнула девушка. - Какой я воин! Я не буду драться с многоголовым непонятным змеем!

- Сила Ваша идёт от сердца. На вид Вы просты, но старушка-сестра просто так бы вас не выбрала. Верьте. Верьте в себя.

Вдруг возник каменный мост, как позже я узнал от Ивана зовущейся в этих местах Калиновым мостом, а по нему шёл человек, но с девятью змеиными головами. В руках он держал меч с булавой.

В тот момент я хотел провалиться на месте. Страх перебивал все мои чувства. И я был уверен - сегодня мне конец.

Чудище моста смотрело на нас на мосту. Оно не двигалось. Всё девять голов были обращены на нас. Его булава медленно качалась в его руке, огромный меч был на плече.

- Он ждал одного, - сказал Иван Вдовий Сын. - Я всегда один бьюсь с ним. Два мои товарища бросили меня, которые были раньше вас, потому что не верили. Но ВЫ поверьте. Тогда это зло не сможет забрать солнце и месяц и окончательно уйдёт из Тридевять земель.

- Но как? - спросил я. - Кто он такой?

- Был когда-то славный воином, что служил князю нашему, Василию Четвёртому, кому служу сейчас я. Но он предал его и обратился змеем многоголовым за предательство. Но это его не остановило. И теперь он хочет уничтожить свет наш днём - солнце и свечку ночную - месяц. Но я ему не дам этого сделать!

Иван двинулся вперёд, положив булаву на плечо. Чудовище тоже двигалась к нам, но оружие сразу бросило в реку.

- Что это за река? - спросил я. - И почему чудовище бросило оружие?

- Река? - вопросительно посмотрел на меня Иван. - Ясно дело - река Смородина. Не верь ему. Он хочет тебя этим обмануть, потому что ты не из этого мира.

И тут до меня наконец дошло. Что-то тут не так. Калинов мост и река Смородина. Я шёл вперёд, на встречу чудовищу многоголовому, но вспоминал сказку и былины, которые читал очень давно.

Мне шесть лет. Сборник восточнославянских сказок... Иван

Вдовий сын...Чудо-Юдо... помощники Ивана, которые не пришли на помощь. Образы Калинова моста, чудовища и самое главное....главное... предательство!

Точно!

Сказки не просто писали. Они давали сообщение читателям, что пройдёт через века. Вспоминай, дурак, вспоминай!

Но почему чудовище бросило оружие? В сказке чудовище дерётся с тремя товарищами. Знает, что проиграет?

И что за князь такой, Василий Четвёртый. Кто он? Я...

- Скажи кареглазая, - обратился я к своей спутнице. - Ты помнишь такого Князя в истории?

Девушка на меня посмотрела с осуждением и сказала, прильнув к уху:

- Конечно знаю, кареглазый. Это был безвольный, напрочь лишён не только морали, но и таланта к государственным делам князь. Наделал дел, чуть не развалил все. Я тоже обратила внимание на это... Что-то тут не так.

Мы подошли на расстояние нескольких шагов, когда чудовище заговорило одной из девяти голов, которые вились между собой, словно в танце огня:

- Стойте путники, и ты лжец и предатель! Ты украл не только имя моё, но и все, что мне было когда-то дорого и спустя время ты снова пришёл на Калинов мост и я снова не пущу тебя пройти через него! Я тебе этого не дам, такова клятва моя перед законным князем Иваном, и не пустить тебя снова в этот слабый мир. Не тебя, не дух твой, которым питались бы другие люди, полный гари и дыма невежества и предательства. Уйди прочь Василий, названный Четвёртым! Развернись и ступай снова в мир мёртвых. А я снова поглощу солнце и наступит новый день, как это было всегда! День за днем! Месяц за месяцем! То есть мои головы! Девять голов мои, что есть девять месяцев названных: Просинец, Сечень, Березень, Травень, Червень, Серпень, Вересень, Листопад и Студень!

- Врёшь, многоголовый! - воскликнул названный Иван. - Ты сеешь смуту своими ядовитыми речами, как истинный змей, разрушающий мир! Сторожить Калинов мост тебе не кто не велел и не тем более этот Иван! Кто он такой! Кем названный? Что он сделал, чего не сделал я?

- Больше чем ты, и перед тобой, лжецом и предателем, я не буду давать ответы!

- Тогда получай булавой моей тяжелой! - воскликнул названный Иван Вдовий сын.

Булава ударилась об змея и... разбилась. В тот момент я вспомнил про веру и слова самого названного Ивана Вдовьего сына: "Верьте. Верьте в себя!"

И я поверил. Я вспомнил эту былину, вспомнил сказку и итог. Я верил, что Иван Вдовий сын есть змей заколдованный. И что он дал клятву защищать этот мост и не дать пройти злу. Что он даёт новому дню начаться, а ночи уйти сном до нового начала.

Что было силы я с ноги ударил по названному Ивану и... он рассыпался, словно, словно хрустальная ваза, кинутая о землю. Началась ночь, и я увидел месяц, а змей в руках держал солнце. Он передал мне его, и оно меня не сожгло.

Внутри меня стало настолько тепло, что я познал секунды истинного счастья. Я видел мир, какой он есть. Славный воин потерянных времен без голов змея, смотрящий на меня, как на равного. Девушка, которая полна жизни, от неё шёл свет ярче утреннего восхода летом.

Иван Вдовий сын улыбался, потому что знал, что я его вижу.

Девушка ошарашенно смотрела на меня и промолвила:

- Отдай солнце девятиглавому змею. Он и есть - Иван Вдовий сын?

- Да.

Я передал солнце назад. Оно перелетело к нему в руку, словно пух в середине лета.

Кареглазая прижалась ко мне крепко, а одна голова змея улыбнулась и сказала мне:

- Передай «привет» деду. Пусть наконец закроет книгу про меня и начнёт новую. Это зло ушло.

Мы вернулись к старику и старухе в подвал дома, которого нет. Я посмотрел на него и увидел уже не зелёную книгу, как была раньше, а разноцветную, словно карнавал. Он так же читал ее не отрываясь, как предыдущую. Старуха рядом носилась вперед-назад, будто что-то потеряла. Когда они нас заметили старуха прекратила суету, а старик посмотрел глаза на нас, оторвавшись без сомнения увлекательной новой истории из книги и сказал:

- Видишь, как просто, когда веришь.

- Больше не понятно, - ответил я. - Я так и не понял суть нашей силы с кареглазой.

- Ты веришь - будет чудо. Не веришь - чуда не произойдёт. Все просто. Главное верь.

- Василий Четвёртый так же сказал мне, а был злом, который хотел вернуться в наше настоящее.

- Ну, это не совсем так, - вздохнул старик. - Он уже в Дальних далях и проник в место, где вам нужно его будет найти и снова уничтожить.

- Мы с ним не покончили? - удивился я.

- Конечно нет! - воскликнул дед и невольно улыбнулся. - С таким злом сам черт договариваться пойдёт.

- И как же нам с ним бороться? - спросила девушка.

- Верой в себя исключительно. В мире, где есть чудо, дорога за Тридевять земель не такая длинная, существа, которые пугают не такие уж и злые, если присмотреться, а сила духа поистине безгранична. Верьте в это, как верили, когда были маленькие, читая сказки в шесть и семь лет... вы оба. Вспомните эти моменты и это поможет вам обоим. Но Василий Четвёртый действительно уже рядом. Я вижу его на страницах этой книги. На Калиновом мосту он ушёл, оставив то тело, что ты разбил на кусочки. Теперь он скитается в поисках нового где-то на Ярмарке душ. Возможно, уже нашёл. Отправляйтесь на центральный рынок нашего города. Там найдёте мясника Волкова Илью Викторовича.

- И как нам его найти? - спросила кареглазая.

- Это предельно просто. - ответил старик. - У него лавка мясная расположена сразу с разделкой. У него по истине самый большой тесак для рубки мяса на всем рынке. Ну... и он большой... И волосатый... да.... большой и волосатый.

- Ну до рынка мы пойдём своими ногами, надеюсь? - спросил я.

- На это у меня нет возражений, - ответил старик. - Ступайте и попадите на Ярмарку душ нашего маленького городка, вы будете удивлены, как другой, я бы сказал зеркальный мир этого города по-настоящему полон и как легко в нем затеряться. Вы поймёте, почему Василию Четвёртому удалось уйти. Вы же пока не можете открыто ступать по Дальним далям. Но все приходит с опытом. И вскоре сможете.

Старушка подошла к кареглазой и что-то передала в руку и шепнула на ухо. Я обратил на это внимания, но пока мы не вышли из дома, которого нет я держал рот на замке.

- Что она тебе дала? - когда мы вышли спросил я.

- Это мы используем, когда придём на Ярмарку.

Она развернула платок, в котором находился красный клубок.

- Серьёзно?

- Более чем, - ответила кареглазая. - Разве ты не знаешь, что это?

- Если это то, о чем я думаю, то да, знаю.

- Ну вот, - она улыбнулась. - Там и испробуем. Помнишь? Главное верить. И она мне тоже самое на ухо сказала: "главное верьте".

- Старуха?

- Бажена Ивановна.

- Серьёзно?

- Я у неё спросила.

- А тебя то, как звать? Мы же до сих пор даже не представились?

- София.

- Просто София?

- Да, просто София.

- Ну хорошо, - выдохнул я и сказал: - Александр. Просто Александр.

- Хорошо, что не Ваня.

- Почему?

- Слишком много Вань за сегодня.

Я улыбнулся и посмотрел на небо. Хоть и была осень, но погода не была неприятной. Было тепло, облачное небо, солнце периодически показывало нам свои лучи, давая знать: "я все ещё с вами, до холодов ещё долго".

Мы спустились по длинной металлической ржавой лестнице на все той же Кутузова и вышли на площадь, где располагался центральный рынок в виде большого круглого здания, похожего на планетарий.

Когда мы зашли туда, то не встретили большое количество народа. Был обычный рабочий день, на часах ещё чуть больше одиннадцати, все были на работе, за исключением бабулек и некоторых выходных людей, работающих посменно. Мы прошли по центральной дорожке и в аккурат вышли на этого без сомнения большого человека с тесаком для рубки костей, запачканного костями, засохшей кровью и кусками мяса. Фартук его было уже не спасти, как и его когда-то белую футболку.

- Приветствую! - начал я. - Мы от деда из дома, которого нет.

Мясник остановился на замахе, посмотрел на нас и ударил по тушке ещё раз.

- Знаю я, - сказал тяжело мясник. - Он предупреждал.

- Я, если честно удивился, если бы было наоборот.

- Согласна, - подтвердила София.

- Так, вам нужна дверь, как я понимаю на Ярмарку душ?

- Именно, - сказала София.

- Ну пойдёмте тогда.

И никаких вопросов? Он положил тесак, вытер руки грязной тряпкой и снял фартук. После он рукой позвал нас к двери, которую, если честно я не увидел сразу. Она взялась в стене, будто была там все время, но могу покляться, ее там не было, когда мы пришли. Он подошел к ней, открыл и сказал:

- Проходите, как пройдёте коридор и повернете увидите ещё две двери. Одна красная, другая синяя. Заходите в красную. Синяя пока не для вас.

- А вы оборотень? - спросила вдруг девушка.

- Нет. - отрезал мясник. - Я нечто другое.

- И что же?

- Когда-нибудь узнаете.

Мы зашли в дверь и прошли немного по тёмному сырому коридору. Почему-то стало холодно. Мы прошли немного, повернули направо и увидели две двери, как и говорил мясник Илья Викторович. Не раздумывая, мы зашли в красную дверь и оказались на ней: на Ярмарке душ.

Бесчисленное количество людей (или нет?), существ и чудовищ из разных сказок, мифов и легенд не только наших родных, но и греческих, китайских, южноамериканских и прочих других, неизвестных мне. По дороге, которая украшалась различными фонариками всех цветов мира они шли по своим делам.

На ярмарке шла группа скоморохов, которые танцевали, шутили, играли на духовых инструментах и прыгали в такт своей музыки, и как я заметил, обирая обывателя.

Справа от нас были развёрнуты балаганы, в которых главная роль отводилась мантикорам, бьющимся понарошку со сфинксами.

Слева, на огороженной площадке бились в кулачном мою богатыри забытой уже эпохи.

Духи старого времени жили тут бесконечно долго. Столько людей и существ. Но были ли они все живы? Не думаю.

От всего это кругом шла голова. Представление, что все это существует или существовало никак не вкладывалась в мою голову и я почувствовал вдруг сильный страх, словно мне надо было куда-то бежать, срочно, спрятаться, вернутся назад, все, что угодно, но уйти с этого места!

- Успокойся Саш, - сказала мне София. - Все хорошо. Мы вместе, я рядом. Мы должны идти дальше. Посмотри на меня. Посмотри я сказала! Мы идём, хорошо? Вот и славно. Возьми меня за руку.

Она достала клубок и кинула его вперёд. В момент я посмотрел на него и панические страх словно растворился в бездне моих сомнений. Значит я не ошибся. Ещё одна сказка, написанная из кусков правды. Не удивлюсь, наверно, если встречу Бабу-Ягу. Не Бажена Ивановна часом?

Клубок уверенно катился по дороге пока не остановился и не прыгнул назад в руку Софы.

- Значит пришли? - спросила она меня.

- Получается так.

- И где его искать.

- Прямо перед нами.

Софа посмотрела прямо и ахнула. Стоял большой и тучный бородатый мужчина на вид лет сорока, но глаза его были пусты, как глубины океана. Без сомнения это мог быть Василий Четвёртый.

- Опять вы? - он узнал нас и обратился он к нам. - Проваливайте, правдоделы.

- Получается так, - ответил я и решил повторить свой первый удар ещё у Калинова моста, но нога словно ударилась в бетонную плиту.

- Тут у вас нет такой силы, - ответил Василий Четвёртый. - Ступайте домой в свою реальность, а я скоро навещу вас.

Он спокойно развернулся и пошёл прочь, словно мы были букашками на его пути.

- И это все? - спросила София.

- Я не знаю. Я так же себя чувствовал, как и тогда, но не смог от него избавиться.

- Это ярмарка душ же верно?

- И?

- Вызови его на соревнование!

- На какое? Почему ты думаешь, что это сработает?

- Что ты умеешь хорошо?

- Не драться на кулаках, это точно.

- А лазишь хорошо?

- Более чем.

- Тогда бежим к столбу и спросим о призе! Это ярмарка душ, тут можно выиграть все, что угодно, я верю в это!

Я с Софой подбежал к столбу, где стоял вечно улыбающийся скоморох и спросил о призе.

- Все, что твоя душа пожелает, - задорно ответил он. - Любую вещь, какую захочешь. Просто покажешь мне, когда достанешь.

- И нужно просто залезть?

- Ну, если можно так сказать, то да.

Я не раздумывая скинул с себя куртку и полез наверх. С каждым моим лазом мне как будто сверху кто-то садился. Я продолжал карабкаться вперёд и вперёд, и уже почти в бессилии долез до конца, сорвав красные кожаные сапоги. От бессилия я потерял равновесие и начал падать, но словно кто-то меня схватил снизу, и я не разбился. Это был скоморох.

- Отлично! - закричал он. - Отлично, мой ещё живой друг! Одевай сапоги! Эти сапоги волшебные и помогут тебе в твоём пути. Я знаю зачем ты сюда пришёл, поэтому ступай. Василий Четвёртый ждёт. Не люблю выскочек, которые хотят покинуть Дальние дали.

Я не раздумывая одел сапоги, которые были мне в пору. Софа бросила клубок, и он махом привёл снова нас к нему. Он сидел за столиком и с каким-то существом с головой лиса обсуждал дела, неизвестные нам, громко смеясь.

Я не раздумывая подошёл к нему и прямой ногой зарядил точно в спину ему с ноги. И он рассыпался вновь, не издав даже звука.

- Снова победили, - рапортовала Софа.

- Да, - ответил я. - Теперь нам пора выбираться. У меня голова идёт кругом от этого места.

- Но мы же вернёмся ещё сюда?

- Конечно! - ответил я. - Только позже. Намного позже.

Но мы не ушли с Ярмарки душ. Волшебный клубок в руках Софии словно сходил с ума. Его дергался, пытался выпрыгнуть из рук.

- Я брошу его вперёд, - сказала Софа. - Посмотрим, что ему нужно.

- Думаешь стоит?

- Уверенна. Я через него слышу Бажену Ивановну.

- И что она говорит? - улыбнулся я.

- Что задание тут наше ещё не закончено.

Мы двинулись за волшебным клубком. Он двигался намного быстрее, чем в прошлый раз. Мы пробежали возле кукольного представления, в котором какой-то славный воин побеждал большого змея. На другой стороне весело танцевали скоморохи, переодетые в костюмы жаб и изображали царя, который вот-вот поцелует красивую принцессу. Только принцесса не была красивой. Прям совсем не была.

Клубок вёл нас вперёд и вдруг впереди я снова увидел его - Василия Четвёртого. Мать его в дышло, у него там безлимитное воскрешение что ли какие есть? Как он снова и снова появляется в этом мире?

- Это он? - спросила Софа.

- Определённо, - ответил я.

- Давай договоримся о кое чем?

- О чем?

- Ты больше не будешь его пытаться развеять своим варварским способом? Мне кажется, это не работает.

- Согласен. Не работает. И что будем делать?

- Мне старушка Бажена подсказывает, что можно заточить его дух в предмете.

- В каком?

- Передаёт мне, что, по сути, в любом. Что у тебя есть с собой?

- Да ничего. Кроме телефона и ключей от дома.

- Может телефон?

- Не.

- А почему нет?

- Как его в телефон то засунуть?

- Бажена говорит, что возможно, только эту вещь ты сразу потеряешь как свою вещь.

- Тогда ни за что. Давай твой.

- Что с ума сошёл что ли? Что у парней там в телефоне может быть важнее, чем у девушки?

- Например, все?

Софа вскипела:

- Давай по-честному тогда: камень, ножницы, бумага?

- Хм.

- Что?

- Чувствую подвох, - выдохнул я.

- Его нет, - честными глазами на меня посмотрела Софа. - Давай уже! Времени в обрез.

- Ну хорошо... камень, ножницы, бумага, раз... два... три! Конь мне в дышло! Ну я же говорил. Давай с трёх попыток?

- Мы не договаривались с трех.

- Ладно, ладно, - сдался я. - Давай мой телефон используем, договорились.

Софа взяла мой телефон и отошла в сторону и словно прислушивалась. Клубок в её руке прыгал вверх, как заведенный до сих пор, как будто ему было не все равно.

- Все максимально просто, - сказала Софа. - Бажена через меня что-то сделала с телефоном, теперь достаточно его просто взять и приложить к нему.

- Так это просто.

- Не совсем, - покачала головой Софа. - Три секунды телефон должен на нем быть, а как только душа будет отрываться от тела он сразу почувствует.

- В любом случае - идём! Нужно это закончить.

Я подошёл аккуратно к нему сзади, Софа решила отвлечь его и выйти на него в лоб. Он ходил как будто ничего не происходило. Мне показалось, что он верил - ему ничего не будет.

- Уходите! - вдруг он сказал громко. - У вас ничего не выйдет. Я буду тут. Всегда буду тут.

- Ну может не на этот раз? - сказала Софа.

Василий Четвёртый обернулся на Софу, и я не упустил момент прыгнуть на него. Но я был наивен - сразу получил оплеуху по лицу, от чего упал.

- Я знаю, что вы хотите сделать, - сказал Василий Четвёртый. - Уходите по добру, или ваши души уже останутся здесь!

Я на коленках кинул Софа телефон, и она вертко попыталась добраться до Василия Четвёртого, но все так же тщетно. Он резво отошёл в сторону, и Софа угодила в лавку с какими-то неизвестными травами.

- Уходите, - сказал Василий Четвёртый. - А я отправляюсь дальше. Теперь уже я смогу победить Ивана Вдовьего сына, что охраняет этот треклятый мост.

Он ушёл прочь, а мы лежали от бессилия и боли.

Мы провалились. На этот раз нам его так просто не победить.

Нужно придумать что-то получше и уже покончить с ним на Калиновом Мосту.

Нам ничего не оставалось, как вернуться назад к старику с книгой. Я поднял обессиленную Софу, осмотрел её и убедившись, что ни она, ни я не пострадали, мы отправились к красной двери.

Пройдя через неё мы встретили мясника Волкова. Он смотрел на нас, как будто знал, что случилось. Глаза этой грозной машины для разделки мяса, а может и ещё чего другого были наполнены разочарованием, но в тоже время в его взгляде я видел поддержку, которую так нам с Софой не хватало сейчас.

Мы вышли на улицу и нас встретил на пороге мокрый пушистый чёрный кот с песочными глазами. На улице пошёл снег большими хлопьями, осень окончательно переросла в зиму, город накрыло густыми облаками, из-за которого не было видно уходящее солнца. Мы смотрели оба на этого не по размерам большого кота.

- Ты потерялся? - спросила Софа и попыталась погладить его.

- Я не могу потеряться, - ответил кот, и Софа тут же отпрянула от него. - Я пришёл за вами!

- Тебя послала Бажена Ивановна.

- Да она, - ответил кот и лизнуть лапу. - Моя дорогая старушка...

-... Яга, - добавил я.

- Тьфу на тебя, - содрогнулся кот. - Ее так уже не зовут. По крайней мере теперь.

- Почему? - спросила Софа.

- Скрывается от нехороших людей.

- Так, погоди, - вылупила глаза Софа. - Сколько я читала сказок, статей, авторов - Яга в основном отрицательный персонаж.

- Поверь Софа, - мяукнул кот. - В мире есть люди, существа и различные духи, и энергии намного и намного похуже моей доброй старушки.

- Ты называешь её постоянно "моей"? - обратился я к коту. - Ты получается тот самый кот Баюн?

- Тот самый, - муркнул кот. - Нам некогда. Нужно идти. Но я устал, пока дошёл до сюда. Давай-ка...

Кот прыгнул мне на руки и тут же залез и устроился под моей курткой.

- Держи меня! - скомандовал Баюн. - Нужно добраться до Северного кладбища, там в сосновом бору стоит избушка. Заберём кое-что, да отправимся домой к старикам.

Мы не стали с ним спорить. Уставшие, молча дошли до ближайшей остановки и дождались автобуса номер 8, который проходил возле Северного кладбища. Ждали недолго, но кот весь изнылся - он хотел пройти этот путь пешком.

- Понимаете, - начал он, - на остановках и особенно автобусах очень много злого духа. Я его чувствую сразу. Люди сильно много негатива оставляют в этих местах, а он питается этим. Если мне будет плохо, просто держите меня. Сейчас уже вы увидели много и этот дух можете увидеть теперь вас. Не смотрите и не обращайте внимание. Все будет хорошо. Главное верьте в хорошее.

- Как у вас тут слово "верьте" часто используется, - сказала Софа.

- Потому что "верить" на этой земле - самый ценный минерал, дороже любых богатств. Он соединяет дух и тело, соединяет ваш мир с нашим. И эта гармония даёт шанс на существование всех нас.

Позже мы ехали в автобусе номер 8 уже по горе. Сейчас будет поворот налево и там через главную дорогу будем на месте уже за пятнадцать минут. Баюн уснул, а Софа не могла удержаться и гладила его мило улыбаясь. В его глазах я видел эту веру, о которой говорил Баюн - она смотрел на него и верила в сказку.

Какой шанс в этом мире увидеть говорящего кота известной старушки из сказок и песен?

На наше счастье, мы так и не увидели злой дух в автобусе. Наверно, эти автобусы дают больше горя, а плохие эмоции тут другие - они идут от сожаления. Возможно, тут другой дух, но он нам не представился.

Мы вышли на остановке "Северное кладбище" и сразу пошли на правую сторону этого места, где начинался сосновый бор. Баюн сказал найти избушку не так сложно, и мы её найдём. Неужели это домик Бабы-Яги, и я увижу те самые "куриные ножки"?

Баюн все это время, пока мы шли рассказывал о людях, которых он встретил за все свое время: как он разговаривал с младшим сыновьями разных бедняков, которые не знали куда идут, но верили, что выбрали правильный путь, как его обманул Андрей-стрелок и некоторое время он провел в заточении у царя, который хотел его приручить и самое главное - как он тепло и славно жил со своей старушкой.

Мы добрались почти незаметно под эти сладкие разговоры и увидели старую деревянную избушку с одним окном и одной дверью в болоте, стоящей на двух высоких пнях.

- Вот и пришли, - выдохнул Баюн. - Заберу сейчас кое-что, а вы меня посторожите. И не хотите за мной. Этот дом не для вас... живых.

Баюн прыгнул в сторону избушки и исчез. Софа посмотрела на меня, а я только пожал плечами и облокотился на сосну. Оставалось только ждать.

На улице усиливался снег, хлопья подбадривал сильный западный ветер. Деревья качались в унисон и наступал вечер. Становилось холоднее с каждой минутой.

Когда уже прошло более сорока минут застывшая Софа сказала:

- Мы умрём в этом лесу, если не сделаем что-нибудь! Давай последует за котом? Вдруг что-то случилось?

- Но он сказал ясно ждать его.

- А вдруг его там ждали? Не зря же он нас взял с собой?

Я посмотрел на неё недовольно, но я понимал - что-то не так.

Я взял её за руку и сделал шаг вперёд. Как говорил Баюн - главное верить. Мы попали на чистую опушку леса, где не было болота, а посередине стояла все та же избушка. В самом доме что-то происходило. Шум и гам, смешанный с фырчаньем кота. Мы забежали внутрь и увидели молодого человека, державшего в руке старую корягу и кота, который носился по дому вперёд-назад.

- Заберите её у него! - воскликнул Баюн. - Не дайте себя заколдовать.

Софа и я не раздумывая кинулись на него, схватив обе руки. Парень вырывался, но на этот раз сил нам хватало. Кот подбежал и зубами выхватил палку и тут же направил на парня, отчего он превратился в белку с маленькими козьими рожками.

- Не умею я как моя старушка, - выдохнул он, - наколдовать как следует. Но и так пойдёт. Теперь он не опасен.

- Кто это такой?

- Да очередной путник, который забрёл сюда. На этот раз за елочкой. Ёлочку искал, чтоб его. Нашёл место, честное слово.

- Нужно его расколдовать! - воскликнула Софа.

- Ещё чего! - ответил Баюн. - Он забрал сюда, потому что увидел этот дом. Пусть и остаётся в нём.

- Так нельзя, - согласился я с Софой. - расколдуй его. Ты же Баюн! Пусть он уснёт и подумает, что это был страшный сон. Мы посадим его на автобус, и он в нем проснётся и никогда не поверит, что был тут.

- Мррр, - недовольно произнёс кот, - Хорошо.

Кот проводил нас до "выхода" этого места, которым был проход между двумя многовековыми дубами. Как я позже узнал, это переходное место, такое же, как и Калинов Мост, но принадлежавшее той самой старушке. Главное знать, куда идти там. "Персональный блокпост" - как потом назвала его Софа.

Когда мы вышли с этой белкой и дошли до остановки, на которой уже никого не было кот направил на белку заколдованную палку и на скамейке остановки возник мужчина в полубессознательном состоянии.

- Переходы тяжелы, - объяснил кот.

Он запрыгнул ему на плечо и стал что-то мурчать неразборчивое в ухо, будто использует дополнительно к нашим тридцати трём ещё пару десятков букв.

Парень окончательно провалился в сон. В карманах я нашёл бумажник с паспортом и выдохнул. Парень не будет ночевать где попало. Водители в любом случае разбудят его, увидят, что он не бродяга и отправят домой.

Когда подошла конечный ночной автобус на восемь часов мы с другом загрузили мужика, сославшись на его разгульный образ жизни и посадив отдельно.

Доехали хорошо. Кот все время вылизывал себя, предварительно палку отдав Софе.

Когда мы вышли из автобуса, то быстро добрались до дома, которого нет. Мы встретились со стариком и старухой, которые уже ждали нас за накрытым столом.

Бажена Ивановна хлопотала по столу, а старик сидел все так же с книгой, но уже за столоми продолжал что-то вычитывать в ней. Кот сразу перепрыгнул на плечо старушки, как только мы зашли.

Они были рады нас видеть, но я знал ещё одно: настоящее путешествие и поиски Василия Четвёртого только начиналось.

Старик медленно спускался по сырой бетонной лестнице вниз.

- Опять потеряли, опять! - возмущался он в слух. - Ну сказал же, не иди ты на него на авось! Не иди! А что он?

Он спустился в низ и дошёл до стола, где уже был накрытый стол.

Старушка накрывала на стол и когда увидела старика сказала:

- Ну? Они все-таки придут? Или нет?

- Он точно придёт, - ответил спокойно старик. - У него такая жизнь, ты бы знала, словно блоха.

- Прям уж блоха, - возразила старушка. - Ты же знаешь, он другой и всегда был под нашей защитой.

- А что с этого? Живет да живет. Ни приключений, ни историй, ничего. Как древо. Как будто переродился совсем другой человек.

- Ну дык, ты чего хотел! Дух, заточенный тобой же в его теле велик, потому что дел он сделал на несколько веков вперёд. Книжки то почитай! Его до сих пор как былину или сказку передают. Они даже считают, что это сугубо придуманный персонаж, образ многих в одном. Но ты же знаешь правду.

- Да, как и женушка его.

- Согласна. Даже сейчас дух ее, настолько влюбленный в него, смог найти его. Ведь так? Девушка то эта, София.

Дедушка подошёл к шкафу, где хранились книги в кожаном переплёте различных цветов.

- Красная.

- Да, красная, - согласилась старушка.

- Ну вот. Тут и написано, помнишь: "как только солнце землю перестанет жечь, и мраком ночи небосвод покроет..."

- "...то явится войско что не счесть, и наступят дни, что тьмой накроет".

- Вот именно, - покачал головой старик.

- Дух и новое тело Добрыни скоро придёт, а с ним ещё дух Настасьи. И что? Будем следовать нашему плану?

- Да, - сказал старик. - Проведи дух Василия Четвёртого через свои врата и дай ему, забрать "эту" вещь.

- Хочешь, чтобы он в нужный момент использовал и победил Добрыню?

- Разумеется! А ты хочешь иначе.

- Нет, дорогуша, нет, - подняла руки старушка. - Поступим только так, как ты скажешь.

- Вот именно, - согласился старик. - Вот именно.

- И что? «У нас получится?» —спросила Софа.

- Конечно получится, дорогая моя, - ответила старушка. - Дед не придумал этот план, он был описан в его книгах.

- А что в этих книгах? - спросил я.

- Прошлое, будущее и настоящее, - ответил старик и поднял глаза на меня.

- Ну раз так, - ответил я. - То медлить я не вижу смысла. Мы пойдём с Софой немедленно!

- С нами, - старик встал из-за стола и закрыл книгу.

- Как вы нам поможете? - спросила Софа.

- Не меньше, чем вы нам, - сказала старушка. - Мы тоже не простые старики. Мы будем впятером: ты, Саша, я, дед и мой дорогой кот. В книге написано, что только с нами вы и победите.

- Можно спросить? - спросил я.

- Морозко, - ответил старик.

Старушка посмотрела на него с таким удивлением, что заметил это даже я. План если вкратце был простой - волшебная палка и всеобщее усилие в случае чего. "Вера поможет" - сказала старушка Бажена.

Мы быстро собрались и прошли в другую комнату, где стояло зеркало, в котором я видел старое место: Калинов Мост. На нем все так же стоял Иван Вдовий сын, змей с девятью головами.

- Проходите через зеркало, - скомандовал Морозко.

Мы прошли через зеркало с Софой и котом, который был у неё на плече, следом зашла старушка, а последний зашёл Морозко, который закрыл проход, прикоснувшись рукой.

Иван был встревожен, будто был в готовности встретить нового врага. Мы шли и над нами я увидел множество фонариков, запущенных в бездонное небо этого мира. Они светились как миллион звёзд, но не ярко, а словно запухающих каждую секунду все сильнее и сильнее.

- Напоминает фестиваль фонариков в Таиланде, - сказала София, - отличный праздник, я там была очень давно, ещё совсем маленькой. Но почему мы видим их сейчас.

- Это место иногда показывает яркие воспоминания нашей ушедшей жизни, - сказала старушка. - Не хочу говорить горя, но возможно это место чувствует нашу погибель.

- Почему Василий Четвёртый так рвётся в мир живых.

- Ох, - ответила старушка и посмотрела на Морозко. - Не... не знаю.

Мы переглянулись с Софой. Старушка что-то скрывает?

- Стойте! - скомандовал Иван, - Зачем вы снова пришли сюда? Зачем тут Яга и старик?

- Потому что хотим помочь тебе! - крикнула Софа, думая, что он её не слышит.

- Ваня успокойся, - сказала старушка. - Сейчас сюда придёт Василий Четвёртый. Ты один не справишься. В этот раз.

- Я побеждал его тридцать три раза и сделаю это ещё раз! - воскликнул Иван.

- Не в этот раз, - сказал Морозко.

Он ударил волшебной веткой по полу, и старик тут же преобразился. Он явился в сине-белой мохнатой шкуре волка, с закрывающим его старое лицо балахоном, а за место волшебной палки у него возник ледяной посох, на которую старик тут же облокотился.

- Это точно Морозко? - спросила Софа мне на ухо.

- Думаю нет, - ответил я.

- И правильно думаешь, - сказала старушка на этот раз громко. - Это его брат, Карачун.

Он удар по посоху ещё раз и по бокам у него возникли белый волк и черный медведь. Волк был по росту старика, а медведь в двое больше.

— Это наша помощь? - спросила Софа.

- Если бы, - ответила старушка. — Это ваша и наверно моя погибель: волк - Метель и медведь Буран.

Сзади Карачуна мы увидели тень, которая переросла в Василия Четвёртого. Все стало понятно. Нас использовали. Нас обманывали с самого начала старики. Мы гонялись за фантомом, который не побеждали, мы искали вещи для них, мы делали только сильнее Василия Четвертого, раз за разом.

А что делать теперь?

Я смотрел на это все и не понимал главного: что хочет Карачун. Пустить Василия Четвёртого из этого мира Дальних далей? Куда он отправится? В наш мир? Зачем?

- Чтобы быть погибелью, - словно слышал меня произнёс Иван.

- Но для чего?! - воскликнул я. - Карачун же по всем приданиям помогал нам!

- Кто тебе такое сказал? - ответила старушка. - Он просто не хотел, чтобы этой землёй управлял другой народ. Только наш умеет так верить в лучшее, верить в людей, верить в сказку. Не выдуманную, а былинную. Образы, миллионы образов создают его. Он этим живёт, а другому народу Карачун не нужен. Там его место занимают другие.

- Но что он получит в итоге? - спросила Софа.

- То, что хотел всегда - вечную холодную зиму, а не только зиму со солнцестояния до первого тепла. А сам по некоторым причинам он этого сделать не может, вот и нашёл дух Василия Четвёртого, отвергнутого Князя.

Карачун снова ударил посохом и у Владимира Четвёртого возникли белые доспехи и булава, отлитые морозом.

Василий Четвёртый шёл на нас и нам не оставалось ничего, как разбежатся. Этот бой мы не могли выиграть. Не ушёл только Иван Вдовий Сын.Он замахнулся своей многопудовой булавой и ударил по Василию, да так, что земля содрогнулась. Василий ударил его в ответ,но оба стояли на месте по колено находясь в земле.

Удары стали продолжатся. Они не уворачивались, а били по друг другу раз за разом, словно ждали, когда другой упадет. У Ивана стала течь кровь горячая, отчего земля согревалась и таял снег.

Старушка не выдержала и что-то шепнула коту. Кот тут же прынгул на плечо Ивану, а от него на Василия прямо в глаза и начал их драть, отчего тот начал махать булавой направо-налево, пропуская удары Ивана. Старушка взяла меня и Софу за руку и подняла глаза в небо.

- Не смей, Яга! - воскликнул Карачун и направил посох на старушку.

Я почувствовал силу, о которой раньше и подумать не мог. Я словно оброс доспехами, котороые мне не были тяжелы. Руки мои налились светом и в них возник меч и щит, что светились ярче солнца. Софа же в руках держала посох на конце которого росла ветвь рябины.

- Верьте! - сказала старуха и пропала от ледяного удара посоха Карачуна.

Кот, который увидел, как его старушка пропала от злости прыгнул на Карачуна, но тут же превратился в лёд и упал на землю.

Карачун направил посох на нас, и ледяная волна ударила по нам. Я инстинктивно закрыл себя и Софу щитом и это сработало.

- Ты знаешь, что делать с посохом?

- Трудно поверить, - воскликнула Софа, - но да!

Она ударила посохом пошла волна тёплого света от чего растворился белый волк и черный медведь. Зима уходила.

- Я Карачун! - воскликнул старик. - Ты в моем времени года меня не победишь!

Старик ударил по земле посохом и снег с метелями и буранами снова стали накрывать землю.

Ослепший Василий проиграл в схватке с Иваном, он уронил булаву и стоя по пояс в земле рухнул телом на землю и растворился в небытие как раньше.

Но и Иван обессилено упал на землю. Оставались только мы с Софой.

Кот отошёл от тёплого света Софы, прыгнул ей на плечо и сказал:

- Разрубите ему посох! Не трогай только его! Он Карачун. Он должен жить. Без посоха он просто уберется восвояси! Он будет слаб!

- Софа, ударь по земле посохом ещё раз! - воскликнул я. - Я в этот момент рубану по посоху мечом!

Софа ударила по земле ещё раз, и волна света снова пошла на Карачуна. Я кинулся вместе с этой волной и под порыв сильного света ударил наотмашь по посоху, разрубив его надвое. Возник хлопок и посох исчез, а метели сразу прекратились, за ним следом и спал снег.

Карачун сидел на коленях и сказал:

- Вы сильны верой, Саша и Софа, скоро придет мой младший брат, у меня теперь нет сил его сдерживать теперь, я верну в этот мир Ягу, что забрал во льды. Баюн наверно рад будет. Прощайте. А я обязательно вернусь.

С этими словами он пропал, а на земле, недалеко от места, где он был, мы увидели знакомую старушку, сидящую и плача от радости, крича:

- Морозко! Морозко к нам идёт!

У Калинова Моста вышел он. Мы увидели его сразу, как закричала старушка Бажена. Да. Это был Морозко.

Старик в классической красной шубе с шапкой и ледяным посохом, который по преданиям нельзя было касаться. Он нёс с собой мороз и снег, но холодно не было.

Доспехи мои пропали, как и посох Софии, она уже гладила и целовала кота. Кот же мурчал так, что слышно его было, мне кажется, на всю Дальнюю даль. Старушка Бажена встала на ноги и подошла к Морозко, чтобы поприветствовать его. Он взял её за обе руки и что-то тихо сказал, на что старушкакивнула на нас и улыбнулась, она была счастлива.

Старик Морозко подошёл к нам и ничего её сказав, ударил посохом. Пропал Василий Четвёртый, повергнутый в бою, у Ивана исчезли множество змеиных голов появилась его собственная: блондин с грубым лицом со шрамами и небесным глазами. Он вылез из земли и протянул руку Морозко. Старик улыбнулся и взял его руку своими двумя руками, отчего Иван Вдовий Сын исчез, не сказав ни слова.

- Куда? - воскликнула София.

- Домой, - ответила спокойно старушка. - Он свое предназначение выполнил.

- А кто будет защищать Калинов Мост?

- Змей, конечно. Грань между Явью и Навью его место жизни.

- А...

- ... не переживай, - похлопала старушка мо плечу Софии. - Мост в надёжных руках. Змей был заточен в духе Ивана. Теперь он свободен.

Морозко подошёл к Софии и взял её за руки и что-то сказал. София покраснела и ответила ему на ухо. Старик улыбнулся и ответил:

- Да будет так. Подарок ждёт тебя дома под ёлкой, у твоих родителей.

София улыбнулась со слезами на глазах.

- Ну и ты, конечно, - сказал старик и подошёл ко мне.

Он так же протянул руки ко мне. Когда я прикоснулся к нему время остановилось, и я увидел своих родителей. Они ждали меня, как в любой другой новогодний праздник. Они звонили мне и переживали. Готовили подарки, накрывали стол с дополнительной третьей тарелкой. Для меня.

- Не забывай, - сказал Морозко. - Но ты мне ещё пригодишься с Софией. Поэтому по первому зову жду тебя со старушкой и Баюном в доме, которого нет. Но я не против, если ты придёшь просто так. Мы всегда тебе рады. И не забудь подарок у родителей. Под ёлкой, от меня лично. С наступающим.

С этими словами он исчез вместе со старушкой и котом, я провалился, словно в сон и проснулся у себя дома в кровати от музыки из телефона.

Звонила Софа.