ЧУДЬ

Глава 1

Они появились неожиданно. Саша вдруг почувствовал, что на него смотрят. Он оторвался от книги: три маленьких человечка стояли перед ним. «Откуда они взялись? Ведь дверь в спальню закрыта», – подумал он, но не испугался.

— Мы добрые, — сказал один из них писклявым голосом, — не бойся нас, мы пришли, чтобы научить тебя ходить. Ты звал нас?

— Не-е-ет, — протянул Саша.

— Ты звал, – настойчиво повторил все тот же коротышка. – Мы поможем тебе. Остальные закивали.

Мальчик, наконец, узнал их. Этого не может быть! Гномы бывают только в сказках. Но они стояли перед ним, и если бы осмелился, то мог бы даже потрогать. Они оказались именно такими, какими представлял. На всех троих черные фраки с длинными болтающимися хвостами и колпачки в клетку. Живые и озорные глаза.Но лица уж больно бледные и морщинистые, с длинными крючковатыми носами.

— Вы гномы?

— Если хочешь, называй нас так.

— А где вы живёте, откуда вы?

— Мы живём под землей.

Он ещё хотел что-то спросить, но не успел.

— Саша, с кем ты разговариваешь? – раздался из кухни мамин голос.

Он, как всегда, хотел сказать правду. Уже открыл рот, но у него вырвались слова совсем не те, которые собирался сказать:

— Ни с кем.

Он был так поражен случившимся, что забыл закрыть рот и только молча уставился на гномов. Во-первых, он никогда не обманывал маму, во-вторых, и это больше всего поразило: слова быливовсе не его. Как будто кто-товнутри произнес их.

— Никто не должен знать о нас, – пропищал один из гномов, прижав палец к губам.

В это время послышался звук шагов. Саша, представив, что мама сейчас откроет дверь и увидит гномиков, почему-то ужасно испугался. Он со страхом посмотрел на пришельцев, но не заметил у них никакого беспокойства. Открылась дверь и в комнату вошла мама.

— Ты меня звал? – спросила она, не обращая внимания на стоящих у стены гномиков, как будто их вовсе не было. Мальчик ошеломленно переводил взгляд с матери на гномов. Похоже, она их не видела, хотя они стояли на самом видном месте.

— Не-е-е, — наконец, промямлил он. – Я, я читал вслух. – Саша указал на раскрытую книгу.

Мама пожала плечами:

— Ты слишком много читаешь. Тебе ничего не нужно?

— Не-е, ма-а-а.

Тяжело вздохнув, она ушла.

Саша перевел взгляд на гномов.

— Кроме тебя нас никто не должен видеть, — отвечая на немой вопрос мальчика, тоненьким голоском сказал один из них.

В этот вечер он заснул легко и быстро. Снился ему прекрасный сон, похожий на волшебную сказку. Но его не покидало ощущение чьего-то постороннего присутствия, что это был не его сон…

Утром чувство раздвоенности не прошло. С одной стороны видел — это его руки, ноги, но с другой – ощущал себя другим человеком. Первое, что увидел, проснувшись, были гномики.

— Здравствуйте, — весело поздоровался Саша.

— Привет! – ответил один, тот, кто разговаривал с ним вчера. – Вставай, уже пора.

Мальчик привычно потянулся за коляской, но гном откатил её в дальний угол. Какая-то сила подняла мальчика с койки. Неуверенно сделал шаг, другой. Гномы сопровождали, они улыбались. Саша и сам засмеялся.

— Мама, мама, иди сюда! – громко закричал он.

В дверях появилась перепуганная мать. Она онемела, увидев стоящего сына, и не в силахпроизнести ни единого слова. В глазах её стояли слёзы.

Через неделю Саша пошёл в школу. Гномики не покидали его, повсюду сопровождая. Что быни делал, за что бы ни брался – всё у него получалось. Сначала относил это за счёт своих незаурядных способностей, но потом понял, кто ему помогает.

Онперестал выполнять домашние задания. Вместо этого читал какую-нибудь интересную книгу или бесцельно водил ручкой в тетради, и все получалось, как надо. На уроке, стоило открыть рот, как нужные слова брались неизвестно откуда, как будто кто-то управлял его языком. Пятёрка была обеспечена.

Скоро Саша стал первым учеником в классе. Его хвалили, ставили в пример. Сначала это забавляло, но потом начало надоедать и даже раздражать. Однажды на уроке, когда его вызвали к доске, попытался сказать, что не выучил урок, но язык против воли стал рассказывать задание, хотя в голове было пусто.

Как ни странно, он уже мечтал получить двойку, но не тут-то было. С ужасом Саша замечал, что постепенно становился игрушкой, послушным роботом, которым управляет чужая воля. Всё это он попытался объяснить гномам, но они не понимали или не хотели понять его, твердя одно и тоже:

— Мы добрые, мы добрые, мы помогаем тебе.

Они ни на минуту не покидали Сашу, сопровождая во всех прогулках. Несколько раз удерживали, когда он пытался перейти дорогу в неположенном месте или на красный свет светофора. И всё время твердили о правилах хорошего поведения.

Гномы вмешивались в мальчишеские игры, когда он вовсе не хотел этого, управляя его руками, ногами, телом. В результате Саша всегда выходил победителем. Вскоре его просто перестали принимать в игру. Дошло до того, что не знал, что сделает в следующую минуту, что скажет. Сравнивал себя с куклой–марионеткой, которую, дергая за нитки, заставляли делать то, что захочет хозяин.

Но самым страшным для Саши стали ночи. Нет, кошмары не мучили его, но сновиденья были мрачными, часто повторяющимися. Снилось, что бродит по каким-то тёмным лабиринтам-пещерам и никак не может найти выход. Никогда больше не увидит солнечного света. Просыпался он в холодном поту, нередко с мокрыми глазами.

И уже не казались лица гномов такими милыми, как раньше. Со страхом и ненавистью Саша смотрел на них, чувствуя, что они овладевают не только его телом, но и мыслями, сознанием, душой. В голове постоянно творилось что-то невообразимое — сумбур из обрывков чужих мыслей. Он чувствовал, что ещё немного и сойдет с ума. И однажды не выдержал.

— Все, хватит! Уходите! – громко закричал он, не боясь быть услышанным.

Гномики переглянулись, непонимающе пожали плечами.

— Мы добрые, мы хотим тебе помочь, – завели они привычную песенку.

— Добрые, добрые! — передразнил Саша. – Какие вы добрые? Вы злые! Вы ЧУДЬ, ЧУДЬ! Уходите! – Он отвернулся к стене.

— Ну, как хочешь, прощай.

Но он не слышал этих слов, с головой закутавшись в одеяло.

В эту ночь Саше снилось высокое синие небо, ослепительное солнце и они с мамой, бегущие по зелёному лугу.

А утром он не смог встать на ноги. Гномов он никогда больше не видел.