Байки Леса Теней

Пролог

На лес постепенно опускалась ночь. Закатное солнце оставляло длинные тени, которые как будто оживали. Если присмотреться , то может показаться, что они начинали жить своей жизнью. У людей с этим местом связана одна легенда.

Вечером, у костра, старики рассказывают разные истории. Но очень часто звучала одна байка про лес. Во время её прослушивания слушателям казалось , что тени обступали их, что бы тоже послушать.

Начиналась эта история так:

Ещё давным-давно, лет сто назад, люди заметили, что лес необычный. Как только лучи солнца прекращали освещать всё вокруг, тени начинали оживать. Они отделялись от своих владельцев и путешествовали по всему миру, наблюдая за происходящим. И каждую ночь, ровно за час до рассвета, все тени, со всего мира, собирались в глуши и рассказывали свои истории. Даже сегодня, если ночью оказаться в самом сердце леса, можно услышать их рассказы. Всё, кто их слушал, называли их "Байки Леса Теней".

Волчья песнь

*Эта история рассказана тенью серого волка*

Когда-то весной, когда растаял снег, но ещё не появилась зелень, когда уже прилетели грачи, но ещё не проснулись медведи, в лесу появились четверо серых сорванцов. Только открывшие глаза, с любопытством прислушивающиеся к разным звукам, волчата неуклюже перебирали лапками и следовали за матерью. Постоянно прислушиваясь и оглядывая всё вокруг, волчица внимательно следила, чтобы не было опасности её детям.

Самый маленький волчонок потихоньку отставал, так как был очень любопытный. То он обнюхивал нору под выдраным бурей деревом и её обитателей, то остановливался и смотрел на проходящих вдалеке зверей, то прислушивался к хруснувшей где-то сбоку ветке. Так, на всё отвлекаясь, он упустил своих братьев, сестру и мать. Не сразу заметив это, волчонок вышел к ручью. Только там, не найдя свою семью, сорванец запаниковал. Озираясь, он оступился и упал в ручей. Вылезая и оглядываясь, он испачкался в грязи. Оказалось, что его унесло течением в лес дальше.

Мокрый, грязный и напуганный волчонок шёл по лесу и подвывал. Не смотря под ноги, он споткнулся и упал в овраг. Лежа на холодной земле, сорванец закрыл глаза и уснул. Спустя несколько часов, когда начало темнеть, он проснулся. До его слуха донесся громкий, но далекий вой. Навострив уши, волчонок узнал воюющего волка, и с радостью подпрыгнул. Мама его ищет! Подняв голову, он громко завыл и попытался выбраться из оврага.

Раздавшийся хруст веток заставил сорванца поднять голову. В овраг заглядывали два огонька янтарного цвета. Узнав их, волчонок начал радостно подвизгивать и скулить. Опустив голову, волчица взяла сына за загривок и вытащила его. Радостно виляя хвостом он терся о ноги матери, ласково вылизывающей его уши.

Озираясь в поисках своих братьев и сестры, волчонок поднял голову и издал прекрасный, громкий и чёткий вой, на который ему ответило тоже радостное приближающееся повизгивание, которое он издавал, когда увидел мать. Обмахиваясь хвостом, волчата сразу же начали играть. Направляясь обратно домой, самый младший всё время смотрел на свою семью, и, как только кто-то пропадал из виду, сразу же издавал громкий вой, подзывая разигравшихся братьев или сестру.

Дубовая квартира

*Эта история рассказана тенью старого дуба, растущего на холме*

Была на свете одна пара белок. Жили они в дупле большой сосны, одиноко стоящей в поле. Собирали грибы, ягоды, шишки и орехи, прятали их, а потом не могли найти свои запасы; прыгали по веткам вверх и вниз; укрывались от хищников в густых ветвях – в общем, жили обычную беличью жизнь.

Но однажды случилось то, что полностью её перевернуло.

Сначала поднялся ветер, поднимающий пыль и заставляющий траву волноватся как море, а ветки качатся так сильно, что по ним было трудно прыгать. Потом на горизонте появились пугающие темно-синие, почти чёрные грозовые тучи. Тяжёлые холодные капли начали быстро отбивали такт по земле, траве и коре дерева, издавая громкий стук. Внезапно загрохотал гром, засверкали зарницы молний, и белочки зажали лапками глазки, дрожа от страха в своём дупле.

Ураганные порывы ветра раскачивали несчастное дерево и разбрызгивали дождевые капли, заливающие всё вокруг. От рокочущих раскатов грома два пушистых комочка тряслись всё больше и больше.

Внезапно сосна затряслась, зашаталась и начала падать. Белки в панике выпрыгнули из гнезда и понеслись вниз по стволу. Раскачивающиеся ветви мешали, но лесные акробаты всё же спустились на землю и бежали дальше уже по земле, сносимые ветром.

Как только стих ветер и ушли тучи, белочки вылезли из норки, в которую забились в страхе, сразу же побежали к своей сосне и огляделись. Вывороченые корни торчали из почвы с налипшими комьями земли, а переломаные ветки валялись по всей земле.

После неудачных попыток подобраться к своему дуплу, лесные акробаты решили отправится в лес в поисках нового жилища.

Как только они дошли до первых деревьев, то сразу же забрались на деревья и передвигались уже по ним. Белочки сразу же заметили возвышающуюсю крону дуба и направились туда.

Гигантская крона завораживающим пазлом тени и солнечных пятен накрыла ступивших под неё рыжиков. Кора старого дуба была потрескавшаяся, удобная для лазанья. На толстых ветвях было множество орехов.

Налюбовавшись, белочки залезли на дерево и нашли себе самое удобное место. Обустроив гнездо, они посмотрели в сторону своего старого дома. Чуть постояв, два рыжих акробата повернулись обратно и бросились собирать орехи.

Горное эхо

* Эта история рассказана тенью арахара, горного барана *

Молодой арахарёнок ловко прыгал по скалам, следуя за матерью. Медленно продвигаясь вперёд и постоянно оглядывая скалы, нависшие над головами, опытные самки вели стадо через крутые скалы. Холодный северный ветер приносил колючие снежинки, намекая на приближающуюся зиму, а потому всё арахары спускались ближе к подножию, где меньше снега и проще добывать еду.

Узкая вытоптанная баранья тропка змейкой вилась по отвесным скалам, изредка прерываясь. Ловко прыгая тут и там, озорничающие ягнята беззаботно носились вокруг , ни на что не обращая внимания.

Резкий крик старой самки, ведущей стадо, заставил всех застыть и прижаться к скалам, маскируясь. Молодые барашки в панике застыли, но оклик матерей заставил их прижаться к теплому боку родительницы.

На замершее стадо посыпались мелкие камешки из-под лап снежного барса, присевшего перед прыжком. В его пасти уже висела добыча, а потому он не придал большого значения крикам и запахам арахаров, лишь чуть мазнув взглядом по скалам. Перемахнув через пропасть, ирбис перехватил пищу поудобнее и, покачивая хвостом, ушёл в сторону своего логова.

Прождав ещё некоторое время, арахары продолжили свой путь. Ближе к ночи, когда солнце почти скрылось за горизонтом, они остановились на ровном уступе, занесённом снегом. Улегшись возле скал, стадо постепенно уснуло.

На следующий день дорога стала труднее. Покрытые снегом камни и снегопад заставляли обычно ловких и быстрых арахаров продвигаться очень медленно, а начавшаяся примерно в полдень снежная буря и вовсе сделала путь невозможным.

Устроившись в удачно подвернувшейся пещере, стадо отдыхала от довольно долгого и длинного путешествия. Лишь арахарята, как будто и не устав вовсе, весело прыгали вокруг, изредка побадывая друг друга.

Двое самых разыгравшихся, в попытках догнать друг друга, выбежали в отнорок пещеры, ведущий наружу. Громко блея, они мчались по скалам и уступам, не осматриваясь. Но внезапный рык заставил их застыть.

Выступивший из-за морены ирбис выглядел худым и осунувшимся. Его голодный взгляд впился в молодых барашков и загорелся. Прижавшись к земле, он начал подползать к замершим в панике арахарятам.

Но тут горное эхо донесло до слуха хищника цокот копыт и грозное блеянье. Чуть прижав уши и сильно качая хвостом, ирбис поджался и прыгнул на добычу.

Внезапно вылетевший из пещеры баран сбил летящего снежного барса прямо в пропасть. Залетев на уступ ниже, хищник медленно поднялся, и, окинув голодным взглядом спасшуюся добычу, ушёл.

Больше после этого случая арахарята не отходили от стада, постоянно поглядывая на матерей.