Астрид и Лилибрюге

Глава 1

Посвящается, моей крошке, дочери Варваре, художнице и скульпторше. Пусть жизнь еë будет долгой и светлой.

—Я вам, хотите знать, могу многое порассказать, о поведении некоторых, у которых молоко на губах не обсохло. Свою глупость они считают храбростью, но это ведь дети, хотя родители и стыдятся их. Многие пьют пиво, хотите знать. А эта банда Анропшинских? Эти братья Игелькоторы с их девицами. Хулиганьë, пристают к водителям на дороге, а участковому хоть бы что! А что может сделать участковый, они ни разбойники, ни воры, ни жулики! Здравствуйте бабушки! –

Как вы наверное уже поняли, речь пойдёт о ежах.

Потому что, этими словами, которые вы выше прочитали, поздоровался старый ëж со старухами ежихами, подсаживаясь к ним как-то в конце августа.

– Все бы тебе ворчать Влесиге, лучше бы пошëл к себе в участок дальше спать. -прошуршала старуха Мульмуль Шилькогорст бабушка братьев хулиганов.

– А ты, что молчишь, Тильгева, скажи ты этому старому дураку участковому, что они умом-то в твоего сыночка Думхувета пошли -

– Вот уж я думаю в кого они такие злющие, уж не в твою ли доченьку Амбрюге?! – так вот подложила шпильку Мульмуле Шилькогорст бабушка Тильгева Игелькотор.

Дело в том, что давным давно в этих местах жило много шведов, и одна шведская девочка Астрид из Парколы подружилась с тремя местными ежиками. Еë папа, боролся в огороде со слизнями – пивом. Выставлял им миски с этим приличным напитком и слизни напивались в слизь. Тут то их тëпленькими и собирали. Местная колючая троица, пронюхав про это, стала устраивать в саду доброго папы-шведа шумные дебоши закусывая пиво бухими слизнями. Шведской девочке очень понравились пьяные ежики. Каждому она дала имя, Додравер и Шилькагорст колючие парни с погоста, ну, а третий, всегда жил в саду, потому девочка назвала его Игелькотор, то есть просто ëжик. Эти весëлые, колючие пьяницы так привязались к девочке, что зимовали теперь у ней в доме. Папа с мамой не возражали. С тех пор все животные в округе стали называть своих детей по шведски. Прошло много-много лет, имена тех давнишних ежей превратились в фамилии, и о современных потомках тех любителей соображать на троих я и пытаюсь вам сейчас рассказать, девочки и мальчики.

У братьев Игелькоторов было любимое место в кустах у дороги идущей от кладбища на выезд. Там они тусовались. Машины здесь ехали потише, дорога была сильно разбита. Эльгире с Андре самые крутые, Фьяде ни туда ни сюда, ну а мелкий Лилибрюге - ëжик на побегушках, всë то ему объяснять по много раз приходится.

Парочка молоденьких ежих, Офаранда и Труген из Додраверов, были девушками Эльгире и Андре. Ежеевечерне, в тайне от родителей, они пробирались по кустам на место тусовки братьев. Приходила также девица из Шилькогорстов, Скальра, она присматривалась к Фьяде, он вроде нравился ей, вроде нет, ну вы знаете, как это бывает. За Скальрой осторожно кралась её младшая сестра Астрид, она никогда не показывалась, а только смотрела. Это была самая красивая крошка - ежиха в округе. Астрид любила Лилибрюге. Иногда на тусовке неожиданно появлялся старый дурак - участковый инспектор Влесиге, этот мог только ворчать, ему и положено было ко всем приставать, как никак единственный мент в округе.

В тот вечер у кладбища стояло два грузовика и три легковушки. Местечко там тихое и туалет есть. Водители там просто отдыхали. Эльгире был в ударе, он обнаружил на кладбище полбанки джинтоника и основательно набрался. Когда поехал на выезд первый грузовик, Эльгире, рисуясь перед девчонками выскочил и замер посреди дороги, машина проехала над ним и он такой гордый собой, осмотрел братьев пьяными глазками.

—Что, слабо!?– звонко рыгнул он и все засмеялись. Именно это и называлось у ëжиков — приставать к водителям на дороге.

Андре не был пьян, он ловко проскочил близко перед легковушкой, так что даже водитель вышел посмотреть не раздавил ли он ежа. Мужик очень обрадовался когда заметил хитрую мордочку Андре в кустах. Труген аж вскрикнула, она очень испугалась за Андре. Толстый Фьяде перешёл через дорогу не спеша, потому что машина была далеко, да что с него взять увалень, жирдяй всë бы ему есть да спать. Тут в кусты нежданно-негаданно заявилась назойливая парочка, которая вечно учила подростков, что можно, а что нельзя. Пьяный Эльгире даже выругался, чтобы только свои слышали. Синица Мисе с лосëм Хуго, это была так называемая комиссия по делам несовершеннолетних, так то. Мисе и Хуго сразу затарахтели о своëм: Почему эти Игелькоторы продолжают глупо-глупо рисковать своей жизнью, что будет если они попадут под колëса, когда, наконец они возьмутся за ум, чему такие парни могут научить приличных девиц Додраверов и Шилкогорстов, неужели им интересно с такими сомнительными юношами, что всё будет рассказано их родителям и ещё много всякой другой чуши, которую взрослые плещут детям в уши. Ежата слышали эту чепуху сто раз и теперь нетерпеливо переминались с лапы на лапу с нетерпением ожидая когда у комиссии выйдет весь пар. Наконец комиссия выпустила пар и удалилась восвояси, хотите знать.

Тут пьяный Эльгире почти сразу же пристал к Лилибрюге:

— У нас, Игелькоторов, в роду не было трусов! – очень воображая, начал он.

— Мы все по тыще раз приставали к водителям, а ты мелкий всë боишься, что ты за нами таскаешся тогда, сидел бы дома, дурак!- и Эльгире щëлкнул Лилибрюге по носу.

У крошки Астрид, которая всë видела спрятавшись под деревом сдавило сердечко от жалости. Малыш Лилибрюге был очень несчастным, его постоянно обижали старшие братья и даже Офаранда. Дома оставаться он не мог, мама с папой не очень то любили возиться с детьми. Они лучше повеселятся с другими родителями. Шашлыки из червяков в тëплое время года и застолья в холодное, это трудоëмкое занятие отнимало у них уйму времени и сил. К вечеру мама с папой так уставали, что валились без задних лап. Ну какой тут на фиг Лилибрюге, этот молчун с огромными глазами на дне которых грусть. Пусть идëт со старшими, и не путается тут под ногами.

Эльгире издевался над бедняжкой, Андре мог иногда щëлкнуть, ведь это так смешно и безопасно. А среди вас мальчики есть такие храбрецы?

Поэтому Лилибрюге очень страдал и часто плакал. Он думал, что никому не нужен и никто его не любит, он был очень одинок. Лилибрюге и не подозревал, что с ним вместе страдает маленькая Астрид, что она давно влюблена в него, но никогда-никогда не признается ни кому, потому что стесняется. Да если бы Лилибрюге знал, что его любит красотка Астрид, да он бы инспектора Хуго избил тогда, не то что какого - то там Эльгире, да грусть в его глазах превратилась бы в счастье! Но он не знал, а ему так нужна была чья то любовь!

Вдали появились яркие огни, это поехал отдохнувший грузовик, а Эльгире всë орал и орал на младшего брата. Из глубины огромных глаз малыша всплывала грусть и рвалась наружу. Когда грузовик был совсем близко Эльгире с криком:

— Беги трус! - толкнул брата на дорогу.

Лилибрюге успел только подняться, как попал под большое колесо. Эльгире сразу отрезвел.

Астрид окаменела, горе наполнило еë всю, горе не давало ей больше жить. За грузовиком уходила легковушка и когда она проезжала мимо никто не заметил, как спрыгнула в колею маленькая Астрид, водитель даже не почувствовал,что раздавил её.

Офаранда хорошенько дав по морде Эльгире, сразу же от него ушла. А вот Труген не ушла от Андре. Все отвернулись от Эльгире и он вынужден был уехать в город, где стал инженером. Звери быстро забывают погибших, так у них заведено. Свахи Мульмуль и Тильгева покусали друг - друга и их арестовал на два часа участковый инспектор Влесиге. Все идет своим чередом. Скоро зима, а дорогу ту теперь называют – аллея Астрид и Лилибрюге, хотите знать.