Астероид в тумане

Глава 1

Астероид в тумане

Сквозь туман, тоненько посвистывая, двигалось копьё. Оно не торопилось и поворачивало вопреки закону инерции под разными углами, будто следовало за пытающейся ускользнуть целью. Серебро было таким благородным, что поблёскивало даже в отсутствии источника света.

…С лёгким вздохом леди Целеста открыла синие глаза почти прямоугольной формы – характерной для всего рода её матери. И сразу увидела, что в гигантском окне башни духи неба размотали гигантский клубок кошачьей шерсти.

Сон в руку. Утро охоты на драколеба выдалось туманным. Самое то.

Синие окошки леди Целесты наполнились чем-то неуловимо хищным. Маленький рот приоткрылся, в сумраке спальни похожие на диковинный жемчуг зубы светились. Она вскочила одним прыжком, выпростала себя всю из тепла постели.

Вообще-то, она была румяная и беленькая, до невозможности с виду хрупкая, но выглядела старше своих пятнадцати лет.

Простите, уже шестнадцати.

Её ум был позаимствован божеством генетики в силу каприза природы из отцовской цепочки наследственности. Скорее, тактик, нежели стратег. Пожалуй, это называется ветреность. Да, ребята, давайте называть вещи своими именами.

Собственно, вещей в её полудетской полудевической комнате совсем немного. И все они говорят о хозяйке сразу и громкими голосами.

Вот, например, седло для краста: ему здесь не место, но разве не залюбуешься? Вылетать из шлюза старого неповоротливого дирижабля в седле металлического коня, чувствовать, как лёгкие наполняет чуть припахивающий дезинфекцией очищенный воздух из баллона, и сквозь запотевающее стекло шлема видеть россыпь мутных звёзд – в этом было что-то правильное, антиэнтропийное. Пройдёт мгновение, и вокруг вспыхнет яростный свет Гостиной – скученного миллиарда молодых и старых звёзд.

Наша Галактика такая маленькая, уютная и чуточку старомодная. Разве что окраины заметены туманом.

За окном башни слышались возбуждённые грубые голоса механиков, волоком тащили старенькие моноциклы – круглые, в форме блюдечка и несколько списанных из армии танколётов. Наконец раздался ни с чем не сравнимый звук – пронзительно задребезжал весь голубой куб воздуха над поместьем. Поднимали на первую воздушную базу, над вершинами вековых тисов и сосен, почтенного Жаба.

Леди Целеста поспешно одевалась. Собственное формирующееся тело не смущало наследницу династии. Она ощущала себя летящим копьём в пространстве и времени. Дорогое спортивное бельё, джеггинсы космофлота, казакин в стиле молодости её матери. Высокие сапоги прихватили стройные длинные ноги выше колен.

Шлем она оставила у отца, когда спорила с ним насчёт сегодняшней охоты. Ясно было, что он сдастся под напором её доводов, хотя идея начать празднование дня рождения наследницы с грубого и потного мужского шоу не казалась ему удачной.

- Но, папс, я всё равно родилась почти в полдень. Ты ещё успеешь увидеть меня в платье с оборочками, сующей поднос с твоим мерзким самогоном дядюшке с континента.

Герцог надул щёки и выдохнул с поразительным звуковым эффектом. Эта шалость, вкупе с выражением его обаятельного лица чуть потёртого жизнью мальчишки, внезапно её умилила. Она почувствовала себя взрослой и ответственной.

- Ему не помешает. – Проворчал он. – Ежли женился на ведьме. Смутно помнится, она как-то раз и у нас в доме скандал устроила. Да ему просто необходимо надрызгаться эльфийским нектаром, чтобы ускользнуть в мир грёз.

- Мы с тобой так похожи, папс. – Шепнула она, прильнув губами к его вечно всклокоченным волосам. Потом она с притворным отвращением сделала вид, что вытаскивает изо рта волосок.

Он потрепал её по плечу.

- Неплохо бы тебе быть похожей на твою маму.

Выглядел он слегка расстроенным, да и голос дрогнул. Леди Дея всё просчитывала наперёд, хранила информацию, даже чеки из супермаркета собирала и подшивала иглой с ниткой. Он посмеивался, но обожал её за это. У леди Деи можно было узнать всё: вплоть до семейных преданий, в которые она свято верила. Она составляла перспективный план жизни и ежедневные памятки, которые помещала в каждое электронное устройство и клеила к дверным косякам. Представьте, вот этак целых три года совместной жизни, и он бы многое отдал, чтобы занудство продолжалось вечно.

Так он сказал. Голос его осёкся, он что-то вспоминал…рот его приоткрылся, как у дочери.

- Она бы нас постоянно критиковала за то, что у нас с тобой ветер в голове.

- Ну, папс, головы у нас всё-таки две. По одной на каждого.

Он ей погрозил.

Сейчас он принимал доклады у баронов в том же кабинете, где ещё не выветрился вчерашний душок трубки и дегустируемого к празднику «самогона».

Она тихонько открыла тяжёлую, предательски скрипнувшую дверь. Он отвлёкся и вежливым жестом извинился перед докладчиком – молодым министром занятости.

- Простите, Кнаббе, у нас тут кто-то не соблюдает регламент.

Втиснутый в безупречный костюм душечка-атлет еле заметно ухмыльнулся. Он бросил в сторону герцогини, крадущейся к креслу в углу, почтительный и проникнутый здоровой завистью взгляд. Он бы и сам охотнее натянул спортивную куртку и бросил свою груду мышц в один из переформатированных истребителей на ручном управлении. Его зычный голос и быстрая реакция не испортили бы общей картины.

Леди Целеста виновато выпрямилась и пробормотала извинения, хотя виноватой себя не чувствовала. Она схватила шлем, заметив, что отец приколол к ремешку записку, и попятилась к двери. Закрывая её со вздохом облегчения, она услышала голос министра:

- Благодаря введению накопительной системы мы можем продолжить последовательное снижение пенсионного возраста. Единственное тёмное пятно, это окраины империи – архипелаг малых планет в двух часах лёта от столицы и…

Она улыбнулась, вспомнив вчерашний разговор. Накопительная система, остроумная и простая, была введена ещё её матерью. Герцогиня была беременна и просматривала бумаги, упираясь в поясницу ладонью и морща короткий упрямый нос. И если вы, ребята, умилились заботе государыни о своём электорате, то подождите вытаскивать носовые платочки.

В первую очередь, леди Дея заботилась о собственной семье. Несколько небрежное отношение к экономике, которое было свойственно правящей династии, неуклонно подводило империю к революционной ситуации. Программу реформ, предложенную юной герцогиней парламенту и кабинету министров, утвердили – не без трений, и внедрили. С тех пор программа принесла свои плоды. Правящая династия была спасена, семья леди Деи могла спокойно спать по ночам.

Но сама она спала в мрачном склепе под зелёным холмом на одной из отдалённых планет империи. Быть может, именно провинциальное происхождение помогло этой девушке из древнего рода осознать, что действительно нужно для сплочения нации.

Остро пахнущий последним днём октября холодный воздух пропитался ожиданием праздника. Рощи на Востоке неистово сияли киноварью и молодым золотом, а дымка придавала пейзажу легчайший зловещий оттенок.

Корабли поднимались с позиций, издавая металлические звуки, напоминающие ржание. Леди Целеста забралась в шлюзовой отсек и сразу поспешила к своему красту. Потомственный механик семьи сорвал печать с колеса и проследил, чтобы она пристегнула ремни.

- Что это?

Он поднял листок и подал ей. Одной рукой пристёгивая шлем и проверяя воздушную трубку, она забрала листок.

«Дорогая! – Торопливо бежали по бумаге крупные отцовские буквы. – Будь осторожна на охоте. Я всего лишь тридцатишестилетний старик, но, кажется, твоя мама придавала этому дню особое значение. А она была тогда ненамного старше тебя. Во всяком случае, не улетай на окраины и не разговаривай с подозрительными незнакомцами. Особенно если они с эспаньолкой, как у министра занятости».

Она покачала головой в шлеме, точно старое божество.

Спустя час она уже не думала ни о чём. Полёт сквозь синеву, рассеянную светом их жёлтой, как цыплёнок, звезды, захватил её. Преследуя поднятого с лежбища драколеба, она наслаждалась быстротекущей жизнью, как это могут только люди, которым почти исполнилось шестнадцать.

Свита отставала, причём они делали это не нарочно. Герцогиня не жалела своего металлического коня. Колени, прильнувшие к разогревшимся бокам машины, и сжимающие руль руки в перчатках, казалось, напрочь срослись с металлом.

Драколеб показал в лучах старой фотонной башни изогнутую могучую шею, обернулся и зашипел.

Звук отдавался в наушниках как любимая песня. Зверь плыл в черноте, в сгустившихся тенях пояса астероидов, и она устремилась за ним. Драколеба следовало оттеснить на Запад, так как на горизонте показался Мост – тесно летевшие бок о бок гигантские валуны. Ещё минута, и он скроется в каменной стремнине.

Драколеб задержался у грязно-багрового отёска, под определённым углом напоминавшего человеческое лицо, и когда она, подняв копьё, подлетела на самое удачное для броска расстояние, развернулся ей навстречу. Прянул как игрушка в кукольном театре, и она увидела его острый лик и развёрстую пасть, а в ней сабельки клыков и смешно изогнутый как на древних гербах язык.

Его крылья с треском раскрылись и закрыли свет Шайна. Леди Целеста вывернула руль, и её отшвырнуло в сторону, в смоляной колодец между двумя камнями.

Падая, она успела подумать, что «навсегдашеньки» запомнит глаза хищника – болотная глубина засасывала сознание, а пульсирующие зрачки казались ещё одной парой глаз, ведущей в подвал мира.

Каменная маска за крылом драколеба изменила выражение – и она точно знала, что это выражение ей не понравилось.

Конечно, она не свалилась. Выровняв дыхание – своё и краста – она приподнялась и завертелась в седле, соображая, куда затащил её эмоциональный выброс драколеба.

Камни двигались караваном с Юга, где начинались окраины. Леди Целеста оценила диспозицию и поняла, что ей понадобится не так уж много времени, чтобы вернуться. Драколеба они потеряли, но это её почему-то не огорчило.

На встревоженный вопрос в наушниках она ответила совершенно спокойно:

- Я в порядке. Проверьте, не засел ли он в западных скалах.

- Но, ваша светлость…

- Это приказ.

Она отключила связь и увидела то, что почему-то показалось ей волнующим и необычным.

В тумане, очень похожем на тот, что окутывал замок и поместье сегодня утром, астероид выглядел ударной точкой в конце песни. Леди Целеста оказалась на одной из окраин, только недавно нанесённых на новые карты.

Островок в реющих белых пеленах, будто рисунок, который стирает школьным ластиком детская рука, манил её вопреки логике. Что она там не видела?

- Хорошо, я посмотрю. – Почти прорычал герцог.

Совещание закончилось уже давно, но министр занятости попросил дополнительной аудиенции. В ту минуту, когда его дочь заглянула в глубину глаз хищника, барон-яппи настойчиво просил герцога просмотреть кое-какие бумаги.

- Я работал в архиве. – Торопливо сказал он. – Боюсь, эти файлы были по нелепой случайности помещены в корзину. Они зашифрованы, распечатать их можно вашим взглядом.

Герцог поблагодарил и сказал, что займётся бумагами как можно скорее. Министру бы откланяться, но он вопреки правилам – коронованным особам дважды не повторяют – настойчиво проговорил:

- Файл имел материальную метку, но она утеряна вследствие неправильного хранения. Нечто вроде микроскопического отверстия…

Герцог опять вежливо пообещал, но он видел, что атлет взволнован, и тонкий ледок субординации вот-вот даст трещину. Он решил уберечь отличного профессионала от того, о чём тот сам пожалеет и вкрадчиво молвил:

- Погода в самый раз, не находите, барон?

Министр всё понял и ретировался, но герцог успел оценить упрямство в его глазах. Ещё ему померещилась тревога, но это понятно – молодой человек сообразил, что был слишком настойчивым.

Она припарковалась у выступа крошащейся скалы, напоминающей заброшенный причал.

Астероид тотчас утратил романтический флёр. Под дерзкой поступью охотничьих сапожков он сделался плохо отмытой картофелиной, которую в земле мучали кошмары. Герцогиня промчалась по картофелине в обе стороны, вспоминая свой опыт в летнем лагере, на стенде для начинающих альпинистов.

По ту сторону камень был целенаправленно изгрызен галактическим вихрем. Леди Целеста оступилась, пытаясь заглянуть в провал, и глаза её потемнели от удивления. Ущелье производило впечатление обработанного примитивными инструментами тоннеля.

Герцог вернулся с курсов водителей грузовика усталый и измотанный окриками инструктора, грубого мужика, который не сумел бы даже написать слово «субординация».

- Твоя светлость, я извиняюсь, задний ход попутает, а кто отвечать будет? – Напоследок прохрипел этот деспот.

Герцог помотал головой, выходя из душа. Разумеется, он не сердился. Однако, хорошо, что трудовой контракт инструктора истекает в следующем месяце. Мужик отправится шиковать на вполне приличную ренту, а на его место наймём кого-то понежнее…вроде парня с глупой бородкой.

Тут он представил, что сказала бы на сей счёт леди Дея, как укоризненно она вздёрнула бы подбородок.

Повинуясь связи смыслов, он вспомнил о сегодняшнем разговоре с дочерью, которая уже должна вернуться. Старые часы на стене показывали без четверти полдень.

Ущелье обернулось лестницей, спиралью уходящей вглубь скалы. Леди Целеста вгляделась в прохладную тишину, пытаясь понять, мерещится ли ей слабый свет за поворотом, на выщербленных ступенях. Глубокое молчание подземелья нарушил звук. Слабое стрекотанье имело явно механическое происхождение, хотя кто его знает, какие твари могли водиться на необитаемом с виду куске галактической плоти.

Леди Целеста очень быстро, как в удачном сне, едва касаясь подошвами сапог камня, добежала до изгиба лестницы.

Герцог с висящим на шее полотенцем, выдвинул влажной пятернёй из воздуха персональный комод с пометкой Топ-секрет. Нижний ящик нервно ходил ходуном. Оттуда как тесто полезли непросмотренные письма, поверх прыгало слово «Семейный архив. Восстановлено». Он сразу увидел подготовленный министром запечатанный файл. Печать растаяла под его взглядом, и файл рывком раскрылся. Увидев обращение, он улыбнулся, и глаза его заблестели – так его называла только жена.

Дверь была неплотно прикрыта. В узком коридоре на полу лежал световой половичок. Леди Целеста взялась за ручку, и дверь медленно поехала в сторону. В маленькой комнатке, чистенькой до отвращения, за столом сидела старушка и что-то делала руками с кусками ткани.

Она взглянула на леди Целесту ласково и равнодушно. Девушка как заворожённая следила за длинными ловкими пальцами женщины. Стрекотание утихло и возобновилось.

Леди Целеста рассмотрела небольшую старинную машинку, которая быстро-быстро кусала ткань, оставляя дорожку ровных стежков. Забавно… Ей неожиданно вспомнился сон – копьё летело сквозь туман, соединяя его частицы, как эта старушка материю.

«…дорогой, не будь циничен, как всегда. Поверь, эта женщина обладает определёнными способностями. Если ты и в это не веришь, пойми – она злющая баба. Злоба способна творить чудеса, как и любое сильное чувство. Тогда, в день крестин нашей малютки, она так разоралась из-за какого-то пустяка…»

Старушка вытянула ткань и взяла со стола крошечное блеснувшее при свете лампочки копьё.

Герцог бежал по дворцовой лестнице и его срывающийся бас наполнял комнаты и коридоры. Челядь, готовившаяся к встрече гостей, роняла горы полотенец и подносы с закусками.

Леди Целеста опомнилась.

- А что вы здесь делаете, бабушка? Разве вам не лучше было бы отдыхать на пенсии?

- Да что ты, деточка. – Ответила та, и копьё засновало в её пальцах. – О пенсии у нас и не слыхано.

Леди Целеста протянула руку, чтобы снова поправить съехавшую со стола ткань.